Покорность не для меня Свободина Виктория

Глава 15

Первые полтора часа я вела себя прекрасно, зарабатывая себе очки в глазах общества. Кларита мне особо не навредила — для всех я диковинка, бунтарка, уличная танцовщица, вдруг представшая в образе аристократки, очаровательной и красивой светской дамы в провокационном платье. Естественно многим будет интересно со мной пообщаться. В мою пользу играет еще и то, что Эйнер запер меня в поместье и никому не показывал, словно сокровище оберегал, а теперь на приеме везде со мной ходит, ни на шаг от себя не отпуская.

Вела себя действительно очень хорошо, была невозможно приветлива, общительна и мягка, много шутила. Эйнер то и дело на меня удивленно оглядывался и подозрительно хмурил брови, чувствуя подвох. Местное общество, насколько могу судить, теперь от меня, в восторге, особенно мужская его часть. Правда, подняла и своему мужу рейтинг в глазах людей — покорил и укротил дикарку с торгов. То и дело слышу, как супруга моего уговаривают разрешить мне станцевать для всех, Эйнер отказывает и, надеюсь, на уговоры так и не поддастся. Танцевать ради мальчишек — это одно, а для потехи пресыщенной скучающей публики, совершенно иное.

— Лойр Клифорт! — Ко мне и Эйнеру подошла взволнованная Фелис. — Аниль куда-то пропала, не могу ее найти.

Предполагаю, где может быть ветренная красотка, но промолчу. Супруг, кажется, тоже догадывается

— Думаю, позже Аниль появится, не переживайте, Фелис.

— Но лойр, ее нет уже действительно долго.

Эйнер вздохнул.

— Хорошо, идемте к мэру, попрошу, чтобы его люди поискали Аниль в доме. Айра… побудьте немного здесь и никуда не уходите. Сейчас я подойду.

О, ну вот я и осталась одна. Мэр на меня так облизывался при представлении и лобызал руку минут пять, что муж не решился вновь к нему подпускать.

Я тут же оказалась в окружении светских дам. Непринужденно веду беседу и отвечаю на вопросы. Я уже вычислила, кто здесь главные сплетницы, кто достаточно полезен и влиятелен — неизвестно, когда и что пригодится.

— А Кларита, не слишком хорошо о вас отзывалась, — признается одна аристократка. — По мне, так вы очень милая и интересная.

— Спасибо, — скромно опустила взгляд в пол.

— Признайтесь, Клифорт так вами очарован, что только поэтому не выпускает из дома, а не из-за того, что вы дика и невоспитанна, как пытается убедить нас Кларита. Я уверена, она наверняка вам просто завидует, — блестя глазами, сказала другая дама.

— Не могу ничего сказать по этому поводу, с Кларитой я общалась мало, все больше с супругом.

— Скажите, а правду говорят, что Клифорт довольно нелюдим и мало общается с женами, предпочитая заниматься какими-то своими делами?

— Ну, почему, я общаюсь с Клифортом довольно часто. В общении лойр мил и обходителен, мне все нравится, вот только один недостаток у него… — сделала паузу. Дамы задержали дыхание в предвкушении.

— Какой же?

Ничего не ответила, только сделала многозначительное лицо и показала пальцами примерный размер… чего именно, додумают мои собеседницы сами, скажу только, что размер весьма скромный.

Девушки дружно вздохнули. Да, новость острая, но верить мне не спешат.

— Аниль рассказывала, что у лойра Клифорта вот такой, — одна из лойн развела широко руками, словно рыбак, демонстрирующий длину пойманной рыбы.

Фыркнула.

— Вы сами в это верите? Такие вообще бывают?

— Ну… да. Но так говорила не только Аниль. У лойра были интрижки с некоторыми лойнами… и вот они в полном восторге от Клифорта, и про размеры не достойные настоящего лойра, они не упоминали.

О, как много интересного выясняется о лойре. Двенадцать жен ему, значит, мало, еще и на сторону успевает ходить.

— Льстят, — убежденно сказала я. — Нагло льстят.

Лойны стали постепенно расходиться — надо же поделиться свежими новостями от двенадцатой лойны Клифорт.

Что-то Эйнер не торопится ко мне возвращаться. Лично я уже готова либо возвращаться в поместье, либо предпринять попытку побегу, раз муж меня не пасет, вот только его охрана, боюсь, все-таки бдит.

— Кого я вижу! Герцогиня Дараи Донгер Айрелин, живая и невредимая! Мой мир перевернулся! — прозвучал издевательский голос позади меня.

По спине пробежал холодок. Голос я узнала. Обернулась.

Дойлер Леман собственной персоной, наверняка и его стервозная сестра где-то поблизости.

— Извините, это вы мне? — непонимающе хлопаю ресницами, глядя на своего врага. Красивый мужчина, и это обычно вводит в заблуждение. Мужчина высокий, длинные платиновые волосы, темно-серые глаза, токие губы, узкие черты лица. Дойлер все также носит одну серьгу в ухе, а на руке фамильное кольцо рода. Помню и дракона Лемана, стального цвета, грозный такой был, один из лучших. Судя по улыбающемуся лицу Дойлера, тот по своему дракону не особо скучает.

— Ох, герцогиня, только не говорите, что потеряли память, иначе я буду разочарован, — с насмешкой протянул мужчина.

Едва сдержалась, чтобы не кинуться на Лемана. Специально провоцирует, чтобы выдала себя.

— Мы знакомы? — меня уже начинает трясти от плохо сдерживаемой ненависти.

— Конечно, знакомы. Хотите, расскажу вам, кто вы и откуда, герцогиня? — любезно предлагает Дойлер, меня же смешит и одновременно злит это его обращение ко мне. Герцогиня. Какая герцогиня? Нет больше никаких титулов, они умерли вместе с нашей землей и семьями.

Молчу, не зная, что ответить. Не дождавшись ответа, Дойлер заговорил сам.

— Подумать только, как вы опустились, герцогиня. Одна из самых богатых и родовитых девушек империи, невеста принца… и что в итоге? Скандальная девица, бесправная двенадцатая жена, нелюдимого ученого? Да, ваш муж, конечно не прост, но… он вас, надеюсь, не обижает? А то женщинам в местном обществе очень много приходится терпеть. А вы всегда такой гордой, независимой были… наверняка за это теперь получаете. Тут мужчины не терпят женского неповиновения, хотя любые мужчины его не терпят. Я вот, всегда считал, что вам не хватает кротости и смирения. Все-таки ваш отец слишком много вам позволял и воспитал, скорее как сына.

— А вы, собственно, кто? — прохладно поинтересовалась, тем самым прерывая самодовольный монолог Лемана. Как еще, держусь, не понимаю.

— Мое имя — Дойлер Леман. Герцог, как и вы. Скоро, надеюсь, вновь познакомитесь и с моей сестрой. Нам, выжившим, нужно держаться вместе. А в идеале — мы же и должны возродить драконий народ. Хотите, я поговорю с вашим мужем, расскажу, кто вы, думаю, он не откажется передать вас мне для благородного дела возрождения расы. Раз мы выжили, значит у нас сильные гены.

Даже голос потеряла от такой наглости. Хочется крикнуть: «Нет!», но не могу. Не надо про меня рассказывать, а уж тем более со мной ничего возрождать. Пусть с сестрой своей возрождает сколько угодно и что угодно. Без драконов мы все равно такие же люди, как и остальные. Леман, видимо, не знает, сколько заплатил за меня Клифорт, раз думает, что Эйнер так просто согласится со мной расстаться.

— Ну, что же вы молчите, Айрелин? — со змеиной улыбкой на лице спрашивает меня Дойлер.

Делаю шаг назад, еще один… спиной врезаюсь кого-то, и на мои плечи опускаются мужские ладони.

— Айра, вы, как и просил, меня дождались здесь, спасибо, — сейчас голос мужа звучит для меня, как музыка. Становится спокойнее.

Как это одна? Смотрю на то место, где только что стоял Леман… а его там нет. Что за ерунда? Не привиделся же мне Дойлер? Как так?

— А… скоро мы домой поедем? — больше не чувствую себя в этом доме в безопасности. Что-то определенно не так с этим Дойлером Леманом.

— Домой… вы ведь имеете в виду поместье, да? — с какой-то странной интонацией спросил лойр. — В принципе, меня здесь больше ничего не держит, правда остальные лойны наверняка не готовы так рано уезжать, но если вы хотите, мы может вместе с вами уехать, а их, чуть позже отвезет моя охрана.

— Да, хотела бы, что-то неважно себя чувствую. Голова болит. Как там Аниль? Нашлась?

— Нашлась. Все нормально. Кстати, дома у меня к вам будет один разговор.

— Почему не сейчас?

— Сейчас не стоит.

Эйнер не стал уточнять, где и как нашел мою рыжую подружку, а сразу повел меня к выходу. Постоянно оглядываюсь, но ни брата, ни сестры Дойлер, не замечаю что-то.

Пока поднимались на крышу, я держалась, пока выезжали с супругом из дома, тоже держалась, находясь в состоянии натянутой струны, и даже пока летели, я просто молча сидела в салоне быстро парящего в ночи флая. Еще немного, добраться только до спальни, и можно спокойно предаться истерике из-за настигшего меня прошлого. Леман меня действительного напугал, еще и разворошил и так не особо заживающую рану на сердце.

Мой план немного не удался. Когда флай подлетел ко входу в поместье, и Эйнер подал мне руку, чтобы помочь выйти из машины я еле вышла, а когда сделала первый шаг, голова закружилась, а ноги подкосились. Из меня словно всю энергию выкачали.

— Айра! — Эйнер успел поймать и прижать меня к себе. — Что с вами такое?!

Сил говорить нет, и только слезы льются ручьями по щекам. Сама не понимаю, что со мной. Это истерика, но какая-то странная.

Лойр взял меня на руки и спешно понес в дом.

Эйнер принес меня… куда-то и уложил на диван. Перед глазами все расплывается от слез, поэтому не могу понять, где я.

Супруг померил мне пульс, задавал какие-то вопросы, но я не слушала, затем что-то измерил приборами.

Почувствовала укол в руку.

— Пейте, — раздался властный приказ и около моих губ оказался стакан с какой-то жидкостью.

А у меня, оказывается, зубы стучат — когда начала пить, заметила. Жидкость густая и сладкая. Выпила напиток до дна, причем с большим удовольствием.

Всхлипнула раз, другой… и больше не хочется плакать.

— Что со мной было? — поинтересовалась у лойра, который, оказывается, укутал меня в плед, и сидит рядом со мной на диване, крепко обнимая.

— Сильное энергетическое истощение. Укол был с успокоительные, а выпили вы восстанавливающий энергию напиток. Вас еще какое-то время будет морозить и лучше поспать, перед этим сытно поев.

Прерывисто вздохнула, закрыла глаза и… положила голову на плечо Эйнера. Сама не понимаю, почему так сделала. Просто супруг кажется мне в этот момент таким спокойным и надеждым, а мне нужна поддержка.

— Айра, мне нужно знать, что выделали и с кем говорили, с того момента, как я от вас ушел. Все происходящее слишком сильно похоже на покушение.

— А… скажите. Когда вы ко мне подошли после поисков Аниль, я с кем-либо разговаривала?

— Нет, вы стояли в полном одиночестве, а потом начали пятиться назад.

Потрясающе.

— Знаете, возможно это и не покушение. Подобные приступы у меня уже бывали с того момента, как я оказалась в канализации, правда со временем стали происходить все реже, и ни разу таких сильных не было, да еще и с галлюцинациями.

— Кто или что вам привиделось? — осторожно и вместе с тем напряженно поинтересовался Эйнер. Наверное, Клифорт сейчас думает о том, что слишком дорого заплатил за такую дефектную жену.

— Мне… — замолчала. Ну не рассказывать же про гадкого Лемана.

— Айра, — требовательно произнес супруг.

— Уже не помню. Всякая ерунда.

Клифорт тяжко вздохнул.

— Дорогая, если вы не будете со мной откровенны, я не смогу вам помочь.

— Помочь в чем?

— Разобраться в том, кто устроил на вас покушение, да еще и так виртуозно.

— Вы все-таки думаете, что это покушение?

— Почти уверен. А что касается ваших приступов — на момент поступления на торги вы были совершенно здоровы, причем и в плане энергетического баланса тоже. Я все проверил.

Молчу. В душе очень надеюсь, что Леман и наш разговор с ним мне только привиделся. Я люто ненавижу брата и сестру Дойлер, но, как показала сегодняшняя встреча, теперь еще и до дрожи боюсь Лемана, было в нем что-то такое… действительно пугающее, на уровне инстинктов.

По щекам, одна за другой покатились слезинки. Боль от потери родных и всего моего мира до сих пор не утихает, и вряд ли когда-нибудь пройдет. Прошлое все равно настигает.

— Айра, пожалуйста, не плачьте, — просит меня Эйнер и признается. — Несмотря на наличие у себя стольких жен, к женским слезам я привыкнуть все равно не смог.

— Тогда я пойду, — нет сил язвить по поводу пристрастий супруга. — Чтобы вас не смущать.

— Нет, Айра. Вы останетесь со мной. Хотя бы до тех пор, пока все не расскажете.

Это Эйнер меня запугать пытается? Глаза слипаются. Я уже пригрелась на мужском плече, выплакалась и, кажется, засыпаю.

— Ну, нет. Айра, рано спать. Сначала разговор.

— Угу, — сонно отвечаю.

Чувствую, как моего лица касается мужская рука, мою щеку медленно осторожно гладят. Руку Эйнера, как бы странно это не звучало, я уже узнаю кожей. Пальцы немного шершавые, сухие и теплые. Клифорт почти все время, что мы были на приеме, не убирал руку с моей спины, чем очень волновал. Больше не буду при Эйнере надевать платья с открытой спиной.

— Эйнер, — строго и вместе с тем сонно произношу я. Сил, чтобы даже пошевелиться нет. Зато вот супруг зашевелился. — Эйнер!

Вскрикнула тогда, когда моих губ коснулись чужие, властные, требовательные. Крик потонул в поцелуе.

Я… каюсь, от неожиданности на не сколько секунд позволила себе ощутить какого это — поцелуй Эйнера. Губы лойра уверенные, дразнящие, мягкие, и в то же время твердые. Эйнер очень настойчив…

Когда я почувствовала, что в мой рот проникает мужской язык, разум возобладал. Резко оттолкнула супруга и влепила ему пощечину. Пощечина у меня вышла как-то автоматически. Еще никогда не пробовала целоваться с языком, и это меня отрезвило.

— Вы… — пытаюсь подобрать цензурные слова, чтобы быть правильно понятой. В груди клокочет возмущение и гнев. Широко распахнув глаза, зло смотрю на мужа.

Супруг криво улыбнулся, но взгляд его при этом при этом остался совершенно серьезным.

— Ну вот видите, зато спать и плакать уже не хочется? Верно?

Вырываюсь из объятий супруга, чтобы встать и уйти но не выходит. Оказывается, я сижу у Эйнера на коленях и мы оба укрыты одним пледом. Одна рука мужчины держит мои ноги, другая поддерживает за голою спину, слегка меня поглаживая уже где-то в районе копчика. Как я могла подпустить Эйнера к себе настолько близко? Я действительно была сильно не в себе.

— Отпустите меня.

— Пока, нет.

— Почему?

— Не хочу.

— Эйнер!

Супруг неприкрыто довольно улыбается.

— В вас столько огня и энергии Айра. Даже то, что вы потеряли, вы быстро восстанавливаете.

— Эйнер, отпустите меня, мы так не договаривались, — устало прошу я. Ну нет сил у меня сейчас на конфликты.

— Сначала вы мне все расскажете, и только потом… возможно…

Лойр поднимается вместе со мной на руках.

— Куда это вы?

— Мы идем в спальню, на этот раз, в мою, поскольку она ближе. Я тоже не прочь отдохнуть. Ночью приятней общаться лежа.

— Только попробуйте, — зло шиплю я.

— Я не пробую, уже это делаю. И вообще, я уже вам говорил — привыкайте.

— К чему именно?

— Ко всему. Моим касаниям, моей спальне… поцелуям. А еще привыкайте к тому, что будете все мне рассказывать. Все ваши маленькие секреты и большие сокровенные тайны.

— Скажите, а вы всех своих жен так приручаете? А то если судить по остальным лойнам, не очень то они к вам привыкли.

— Вас действительно волнуют мои отношения с остальными женами?

— Почему бы нет? Вас же волнуют мои сокровенные тайны.

— Не всех Айра, вы правильно заметили.

Эйнер занести меня в свою спальню.

Огляделась. Просторное помещение, без особого пафоса. Все такое… мужское что ли. Преобладают темно-синие, фиолетовые и серые цвета, лаконичные прямые формы мебели.

Лойр аккуратно уложил меня на широкую кровать.

— Помочь вам снять платье? — любезно поинтересовался супруг.

— Нет, спасибо, я лучше в нем полежу, — настороженно ответила. Предстоящий допрос в постели меня сильно напрягает.

Предстоящий допрос в постели меня сильно напрягает. Но туфли скинула, без них, если что, бежать удобнее.

— Как хотите. — Сам Лойр снял обувь, пиджак и… рубашку.

Смущена жутко, и хоть в канализации видела и не такое, живя бок о бок с мальчишками, но одно дело мальчишки или даже мой покойный жених (его мне тоже часто приходилось видеть почти голым), и совершенно иное — мой супруг, взрослый, сформировавшийся во всех планах мужчина, с неожиданно очень красивым, накачанным рельефным телом. У Эйнера в лабораториях еще и спортивный зал оборудован что ли? Как-то не замечала.

Глава 16

— Айра, я такой страшный, что вы зажмурились? — спокойный чуть насмешливый голос раздался совсем рядом.

Я зажмурилась? А, точно.

Открываю глаза, и рядом Эйнер. Глаза лойра таинственно блестят.

— Айра.

— Да?

— Вы очень красивая, — произнесено искренне и просто.

Мои щеки заливает румянец.

В который раз за этот вечер теряю дар речи, во всяком случае, связной и приличной. Эйнер довольно улыбается, понимая, что смутил меня и выбил почву из-под ног. Больше всего сейчас хочется накрыться одеялом с головой, чтобы лойр не видел моего красного лица, но это будет совсем по-детски.

— Ну, что, дорогая жена, рассказывайте.

— Про сегодняшний вечер?

— Про все.

Фыркнула и неожиданно для самой себя призналась.

— Я помню свое прошлое.

— Это для меня не открытие. Вы иномирянка, верно?

— Да.

— Хотите, я угадаю, из какого мира?

— Попробуйте.

— Насколько я понял из разговора с вашим другом и по некоторым вашим обмолвкам, в канализации вы появились не так давно, где-то полгода, может, год назад. Я узнавал данные по миграции иномирян в наш мир, поскольку сразу предположил, что моя излишне независимая, свободолюбивая и умная жена вряд ли может быть из нашего мира. Пришлось лично просмотреть всю базу по светлокожим иномирянкам, благо, у к нам мигрирует не тик много иномирян, а простых туристов из-за новой политики сената, у нас нет уже последние десять лет. Что удивительно, вас среди мигрантов, даже за последние пять лет, я не нашел.

Поражаюсь тому, насколько основательный и дотошный мне попался супруг. Наверняка Энеру пришлось пересмотреть несколько тысяч изображений женских лиц. Да с таким деятельным мужем мне инкогнито точно не сохранить долго.

— И?

— Остались нелегальные пути попадания на планету, но они все перекрыты. Был лишь один случай, но невероятно яркий и запоминающий, произошедший как раз не так далеко от города. Примерно год назад местные жители на одном из полей обнаружили настоящее человеческое кладбище, которое непонятно, откуда взялось, и только позже, семья Леман опознала некоторых своих сородичей, и удалось выяснить, откуда появилось больше двух сотен трупов. Айра, вы ведь тоже… выжившая. Как и Леманы. Я прав?

Мыслями перенеслась в самые страшные для себя дни.

Это было жутко и очень быстро. Мы не были к этому готовы. В один момент, во всех кладках яйца драконов почернели и иссохли, в следующие три дня наш маленький чудесный мир, полностью связанный с драконами и их энергией стал рушиться. Рушились сами основы. Случился настоящий апокалипсис. Землетрясения, наводнения, засухи, пожары. Очень скоро начали гибнуть драконята и самые старые слабые драконы. Все стало еще хуже. На планете воздух раскалился. Те, кто еще выжил и имел драконов, оседлали их, взяв на их спины максимальное количество людей — в основном детей, поскольку взрослым места не хватало. Это было страшно, страшнее больше нет ничего. До сих пор дыхание в груди сбивается, и на щеках появляются слезы, стоит только разрешить себе вспомнить. Мои родители предпочли остаться и принять смерть вместе со своей планетой, уступив места молодым и детям.

Путь был трудным. Драконы могут путешествовать из мира в мир — единственные существа, которые могут это делать без приборов и артефактов. Было решено лететь именно в этом мир, поскольку условия в нем и его энергия наиболее совпадала с нашим. К моменту, как мы покинули мир, драконов было еще много, но мы не спаслись. Драконы умирали один за другим, превращаясь в пепел, а вместе с ними гибли, и связанные с ними люди никто не мог понять, в чем же причина смерти наших больших крылатых друзей.

К моменту, когда мы почти добрались до этого мира, у нас осталось всего трое полуживых драконов, их энергия давала жизнь и нам — горстке последних людей уникального закрытого драконьего мира. Силами трех драконов мы открыли последний портал-переход в этот мир, и буквально ввалились в него. Последние драконы моего мира и люди умирали на моих глазах. Мой Дишер сел неудачно, и меня частично придавило. Я сломала руку, и мне зажало ноги, но это было не важно. Рядом со мной умирали дети и мой самый главный и важный на свете друг. Дишер ушел последним, я поймала его последний вздох и полный нежности и бесконечной любви взгляд, а еще его эмоции, чистые и добрые. Удивительно, но из всей драконий расы именно мой друг оказался последним. Со своим последним вздохом, Дишер словно вложил в меня частички свой уходящей жизни и силы.

— Я видела их там. На той поляне. Семья Дойлер были там. Ясный солнечный день, я их рассмотрела. Они приехали на портурах, они знали, что мы появимся, ведь послание император с сообщением о случившемся и о том, что мы летим в этот мир, с указанием точки выхода, должно было дойти до них — послов и представителей нашего мира в этом. И… Дойлеры были далеко, мне кажется, я даже видела их улыбки и… они видели меня. Еще живую. Но ничего не сделали. Просто уехали. Только к вечеру пришли мальчики и Лойки нашел меня среди тел погибших.

— Айра, все, не плачь, — Эйнер обнял руками мое лицо и большими пальцами стирает слезы с моих щек. — Я знаю, тебе больно. Ты очень сильная, не представляю, как сам справился бы с тем, что пришлось пережить тебе.

Лойр вновь целует меня. Поцелуй соленый, и в то же время горячий, быстрый, страстный.

— Эйнер! Перестаньте меня целовать! — Отстранилась от лойра. Супруг мой, похоже, позволив себе один поцелуй, теперь не намерен останавливаться и чуть ли не с каждой минутой действует все наглее.

— Невозможно удержаться, Айра. Вы сплошное искушение, а когда плачете, такая милая, беззащитная, хочется обнять, прижать к себе, целовать и целовать, чтобы заставить вас забыть обо всем. О, вот вы уже сейчас пыхтите зло, хмурите брови, и это мне почему-то нравится не меньше, — под конец своего признания Эйнер усмехается.

— Не целуйте меня больше, — твердо произнесла я и зачем-то добавила. — Без моего разрешения.

— Я постараюсь. Я пока не буду расспрашивать вас о вашем мире, понимаю, что это больная тема. Давайте о семье Дойлер. Вы в чем-то подозреваете брата и сестру. В чем конкретно?

— Конкретно ни в чем, но сами понимаете, что их присутствие на той поляне и отсутствие помощи и каких-либо переживаний на лицах, неприятно и заставляет задуматься. Хотя я понимаю, что вряд ли Дойлеры могли бы стать причиной гибели целого мира. Но саму причину все-таки хочется узнать и понять.

— Конечно же хочется, я вас прекрасно понимаю. Скажите, а вы точно уверены, что видели тогда Дойлеров, и вам они не привиделись?

— Сейчас я уже ни в чем не уверена. Но… на приеме я разговаривала с Леманом, как раз в тот момент, когда вы ушли. Мне казалось все таким реальным, а вы говорите, что рядом со мной никого не было.

— Что он вам сказал? — напряженно интересуется муж.

— Всякую чушь нес о продолжении рода и что хочет выкупить меня. Я пыталась делать вид, то ничего не помню, но, кажется, не слишком убедительно. Мне же весьма настойчиво напоминали о моем прошлом.

— Вы раньше, в своем мире, общались Леманом?

— Да, но мало.

Я вижу, как супруг о чем-то напряженно размышляет.

— Эйнер, вы сами как считаете, привиделся мне Леман или нет?

— Пока не могу сказать ничего определенного, но надо будет пообщаться с Дойлерами поближе. Ситуация мне определенно не нравится. Особенно претензии Лемана на вас.

— Возможно выдуманные мои воображением.

— Я бы не стал утверждать, что такие уж выдуманные. На приеме запрещено было пользоваться и проносить опасные приборы, воздействующие на сознание, но, вероятно, Леману это как-то удалось, несмотря на прекрасную защиту дома. Это странно, и как раз в этом, я считаю, необходимо разбираться. Айра, я правильно понимаю, что вы все-таки аристократка, раз знакомы с высокопоставленной семьей Дойлер?

— Нет. Без своего мира я никто.

— Перестаньте. Вы частичка того мира, вполне живая. Вы есть, и я не позволю вам перестать быть слишком рано. Не желание делать прививку это ведь было из-за желание присоединиться к родным?

— Да.

— На самом деле я не знаю, зачем мне жить и почему я еще здесь, а не воссоединилась с родными.

— Айра, еще раз вы скажете мне про желание умереть и…

— Что?

— Я дам вам стимул к жизни. Жизнь ради мести вас устроит?