Невинная для древнего, или Танец на краю тьмы Чередий Галина

— А что ты хотел? спросил он сам себя. Прошло столько лет, и все эти годы она наверняка хотела забыть то, что ты когда-то был в её жизни. А лучший способ забыть одного оказаться в объятиях другого.

Разум объяснял все правильно, но всё равно Михаил едва сдерживал желание крушить всё вокруг. Всё, что окружало Лекси и того, другого, что прикасался к её коже, вдыхал её запах, спал в её постели и, черт возьми, погружался в её тело!

Не сумев опять сдержать рыка, он перенесся на улицу. Вокруг царило веселье, играла музыка, и слышались голоса. Люди праздновали Новый Год. А его любимая была неизвестно где и с кем в этот момент. А если опять с другим? Сможет он стерпеть, простить? Неожиданно взгляд Михаила упал на темную мужскую фигуру, одиноко стоящую посреди двора. Мужчина смотрел на окна. На единственные темные окна в этом доме. На окна Лекси. Втянув запах мужчины, Михаил мгновенно оказался за его спиной и уже протянул руку, чтобы свернуть его поганую шею. Потому что это его слабый запах он почувствовал от подушки. Но остановил свою руку в последний момент. Плечи крупного мужчины были поникшими, как от неимоверной тяжести, на щеках многодневная щетина, глаза ввалились и сочились безумной тоской. Он даже не замечал глядящего на него Михаила. Все, что видел этот раздавленный мужчина пустые черные окна на третьем этаже. Михаил отступил, ощутив силу боли этого человека, и мгновенно перенёсся в клуб к Алексею.

— Мне нужны записи с камер перед зданием, без предисловий начал он, входя в кабинет Алексея. — Лекси не появилась дома. Её надо найти.

— Не нужно её искать. Я уже знаю, где она. И, прежде чем скажу тебе, должен быть уверен, что ты контролируешь себя.

* * *

Девять лет назад.

— Ты не будешь провожать меня до самолёта?

— Нет, малявка. Я даже не войду с тобой в здание, и я не смотрел, какое имя в твоих новых документах. Так что ты сейчас пойдешь и купишь билет на ближайший рейс куда угодно, и я не буду знать, куда ты летишь. Так будет лучше.

— Спасибо тебе за всё, Лёшик.

— Нет, ты не можешь благодарить меня за то, что из-за моего эгоистичного вмешательства твоя жизнь летит коту под хвост, и ты вынуждена сейчас лететь незнамо куда.

— Лёшик, не вини себя. Всё случилось так, как случилось. По крайней мере, у меня в жизни хоть короткое время были чувства, которые другим так и не случается пережить. Чем это закончилось и почему совсем другая сказка. Я очень люблю тебя. Когда-нибудь мы увидимся.

— Когда-нибудь, эхом повторил Алексей, глядя на девушку, уходящую к зданию аэропорта.

Несколько часов он бродил по незнакомому городу. Дальше тянуть не имело смысла, и он перенесся в свою городскую квартиру. Она выглядела как после бомбежки. Все кругом было разгромлено и сломано. Михаил сидел на полу кухни и вцепился в Алексея взглядом абсолютно черных глаз, как только он появился. Алексей отвернулся и пошёл в сторону студии, перешагивая через остатки мебели.

— Где она? раздался хриплый голос Михаила. Где моя Лекси?

— Она больше не твоя, не останавливаясь, ответил Алесей.

В то же мгновение Михаил оказался перед Алексеем и, схватив его за горло, поднял над полом.

— Где моя Лекси? — прорычал он.

— ОНА НЕ ТВОЯ!!! выплюнул, задыхаясь, брат.

Взревев, Михаил швырнул его как куклу об стену. Тут же оказавшись рядом, поднял и швырнул опять. И так раз за разом, пока тело Алексея не стало напоминать изломанную, окровавленную бесформенную массу. Гнев неожиданно иссяк, и Михаил упал на колени перед телом брата.

— Алекс, ответь мне, где она? Я не могу без неё думать жить даже дышать. Ответь мне, где она?

— Я не знаю, прохрипел Алексей. — Но даже если бы и знал, не сказал. Ты не достоин — сознание покидало его. — Ты не достоин своей Сияющей Ты убил вашего ребенка Твоя вина.

Михаил не мог поверить в услышанное.

— Что-о-о? Что ты сказал? но брат был без сознания.

Вскрыв себе руку, Михаил разжал зубы Алексея и стал вливать свою кровь ему в горло.

— Пей, немедленно пей и повтори, что сказал!

Но как Михаил ни старался, в сознание Алексей пришёл только к утру следующего дня. Всё это время он метался между квартирой и загородным домом в надежде на чудо. Вдруг Лекси остынет и решит вернуться. Ну, хотя бы за вещами и документами. Только пусть появится, даст себя увидеть, и он сумеет удержать её. Неважно как.

— Где Лекси, Алекс?

— Улетела.

— Куда?

— Я не знаю. И это правда.

— Что ты вчера говорил мне о каком-то ребенке?

— Я говорил, что ты мой единственный и любимый старший брат, полный мудак, моральный урод и тупица! Я говорил, что Лекси была твоей Сияющей, а ты не увидел этого!! Я говорил, что Лекси носила твоего ребенка и потеряла его после того, как увидела тебя с той шлюхой в клубе!!! И я говорил, что ты больше не заслуживаешь её и должен отпустить, оставить в покое, позволить прожить эту жизнь без тебя!!!

Алексей хрипел ещё что-то, но Михаил больше не слушал его. Просто не слышал!! Лекси была его Сияющей?! Но как же он не увидел этого? Как не понял? Или понял, но не захотел поверить? Отчаяние затопило его сознание. Лекси её глаза, там, в клубе, когда она увидела его с другой их ребенок. Их настоящий ребенок, который мог бы родиться, если бы не его слепота. Ребенок, который мог бы жить, если бы он не пошёл на поводу у своей Тьмы. Михаил, тяжело ступая, шёл в сторону балкона. Осознание всей глубины потери медленно проникало в каждую клетку его тела, убивая, разлагая его на атомы. Перегнувшись через перила, он оттолкнулся и отправил своё тело в свободный полёт.

* * *

Наши дни.

Александра, вся распаренная, вышла из ванной. Равена сидела в кресле и казалась грустной и задумчивой.

— Я тут принесла тебе вещи. Не побрезгуй я их даже не носила. Оденешься иди прямо по коридору в гостиную. Там Дима уже приготовил нам поесть. Жду тебя.

И Равена вышла. Александра развернула вещи. Нижнее бельё было прямо в коробочках из магазина, видимо, чтобы Александра не усомнилась в его новизне. Еще были джинсы, оказавшиеся чуть свободными, но не спадали по пути и то ладно. Еще домашняя футболка из дорогого магазина и темно-синий пушистый кардиган. А ещё была пара толстых пуховых носков ручной вязки. Вот откуда узнала Равена, что у неё всегда ноги мерзнут? Догадалась?

Одевшись и подсушив найденным в ванной феном волосы, Александра, как была в носках, пошла в гостиную. Войдя, обнаружила там кроме Равены и уже знакомого Димы еще двух, тех самых, что ехали в микроавтобусе с ней сюда. С её появление мужчины вскочили.

— Лекси, познакомься. Ну, Диму ты знаешь, а это Николай и Иван, вампы кивнули в порядке перечисления. — Садись. Давайте нормально поедим, ведь все же праздник сегодня.

Александра уселась за стол и опять услышала громкую песню своего пустого желудка. Дима усмехнулся и стал ухаживать за ней, накладывая в тарелку всего подряд. Александра вдруг поразилась, вот если не знать и не чувствовать некоторую напряжённость, что повисла в комнате, можно подумать обычный праздничный ужин друзей. Пожав плечами, да мало ли что в жизни случается, Александра просто стала есть. Дима внимательно наблюдал за её движениями.

— Что ты так на меня смотришь? не выдержала сканирования девушка. Хочешь, чтоб подавилась?

— Нет! Просто ты сейчас выглядишь как-то по-другому, не так как в клубе.

— Не нравлюсь?

— Нет наоборот. Там от тебя крышу сносило, а сейчас ты такая милая и домашняя

— Дима, не забывайся, одернула его Равена. — Нечего слюной по Лекси исходить. Михаил и за более невинные взгляды, чем у тебя сейчас голову оторвать тебе может.

— Да, знаю, он мне уже озвучил сегодня.

— И что, думаешь, шутил?

Дима лучезарно и бесшабашно улыбнулся, совсем как мальчишка-сорванец, мечтающий спереть яблоки из чужого сада.

— Ну, во-первых, Михаила тут нет. А во-вторых, за повторение того зрелища, что я видел там, в подсобке, я, пожалуй, рискнул бы, он озорно подмигнул Александре. — Ты в мужской тонкой шелковой рубашке на голое тело это просто незабываемо.

Александра подавилась. Николай и Иван прятали улыбки, уткнувшись в тарелки и бросая на неё украдкой горячие любопытные взгляды.

— Думай, что говоришь, мальчишка! — разозлилась Равена. Даже если чего и видел молчи. Михаил шутить не будет. Он хищник и собственник. Оторвет твою безмозглую башку и им тоже за компанию, чтобы уши не развешивали, поставит их в спальне и будет заниматься с ней так любовью, что бы вы и после смерти знали, кому она принадлежит! T! — Равена почему-то сорвалась на крик.

Дима шокированно уставился на вампиршу.

— Ты чего так злишься. Я же шутил просто.

Тут Александра заметила, как дрожат руки Равены.

— Равена, что с тобой? Что случилось?

Неожиданно прямая спина вампирши согнулась, она ссутулилась и вся сникла.

— Мы совершили ужасную глупость, похитив тебя. Пока я всё это обдумывала, мне всё казалось удачной идеей, но сейчас Михаил действительно псих, и даже не знаю, как с ним поговорить. Блин, я дура, Лекси. Он на самом деле просто поотрывает наши пустые головы и даже говорить не станет.

Александра поразилась отчаянию, прозвучавшему в голосе Равены.

— Так, успокойся. Всё будет нормально.

— Ничего не нормально. Даже если мы отвезём тебя домой, они все равно узнают и нам конец.

— Прекрати панику! — рявкнула Александра. Никуда вы меня не будете отвозить. Я останусь тут и сама с ними поговорю. Мы вместе с тобой поговорим, и им придется тебя выслушать.

За столом немая сцена.

— А что? Ну должна же я им за всё отомстить. Вот пусть и мучаются.

— Лекси, Михаил будет в ярости.

— Правда? А ты можешь себе представить, в какой ярости была я, когда поняла, что первый случайный секс, на который я решилась в жизни и тот оказался с Михаилом?

Теперь подавились все трое вампов.

— Он постоянно всё портит мне в жизни. Вот я и отомщу ему!

— Мне кажется, это плохая затея, осторожно встрял Дима.

— Плохой идеей с вашей стороны было вообще додуматься связаться с Михаилом. А теперь вам нужно как-то из этого выбраться и желательно со всеми частями тела в наличии.

— Но тебе-то это всё зачем?! не выдержала Равена.

— Ну, давай считать, что я так развлекаюсь!

Равена впилась в Александру внимательным взглядом, и хотела ещё что-то сказать. Но Александра остановила её жестом.

— Не начинай во мне копаться. Для меня и так всего чересчур сегодня. Давайте просто сделаем вид, что мы друзья и спокойно поедим. И есть у вас шампанское, в конце концов? Праздник всё-таки.

Иван мгновенно исчез из-за стола и через минуту вернулся с бутылкой, покрытой капельками влаги. Дима перехвалил инициативу и, аккуратно открыв бутылку, налил по бокалам.

— Ну что, выпьем за уже наступивший

— Прям пасторальная картинка, — раздался от дверей голос Михаила, полный сдерживаемой ярости.

Звякнул бокал Равены, выпадая из рук. Михаил шагнул в гостиную, брезгливо обводя её взглядом. Следом вошёл Алексей.

— Развлекаешься с новыми друзьями, малявка? — спросил он своим обычным тоном.

— Точно. Старые-то имеют свойство предавать, по лицу Алексея скользнула болезненная гримаса.

— Я не предавал тебя, Лекси. Я бы никогда

— Заткнись, рявкнул Михаил. Здесь не время и не место. Поднимайся, Лекси. Ты уходишь с Алексеем. Я разберусь тут и приду.

Лицо Равены стало белее мела.

— Обломайся, Миша. Открою тебе страшную тайну — ты больше ничего не решаешь в моей жизни.

— Лекси! — голос Алексея звучал предостерегающе. Михаил, конечно, придурок, но сейчас он прав.

— А пошёл ты, Лёшик. Мы с друзьями празднуем Новый год. Если уж приперлись, то или присоединяйтесь, или убирайтесь. Я никуда идти не намерена.

Повисла тяжелая тишина. Казалось, все даже дышать перестали в ожидании взрыва. Было слышно только, как Александра продолжает демонстративно спокойно орудовать в своей тарелке. А самой девушке казалось, что она просто потеряет сознание от попыток скрыть, как трясутся руки. Ожидание становилось невыносимым. Все замерли, не в силах даже взглянуть на Михаила. Неожиданно он быстро приблизился к Александре и, схватив соседний стул, развернул его спинкой вперед, поставил впритык к спинке стула девушки и сел. Положив руки на спинку её стула, почти касаясь плеч Александры и обхватив мощными бедрами сзади её стул, он как будто заключил её в клетку между столом и своим телом. Его раскалённое дыхание щекотало затылок Александры, окутывая его запахом и лишая решимости. Алексей остался в дверях. Наклонившись, Михаил прошептал:

— Чего ты добиваешься, родная? Александра вздрогнула от этого обращения, его губы почти касались мочки уха, рождая в теле бурю.

Александра прочистила горло, боясь выдать волнение. Хотя какого черта, все в этой комнате прекрасно слышат, что вытворяет предательское сердце в её груди.

— Я хочу, чтобы ты выслушал Равену. И постарался вникнуть в то, что она говорит. В идеале постараться хоть что-то сделать.

Опять тягостная тишина наполнила гостиную.

— А если я скажу, что не хочу сейчас говорить с ней об этом, потому что считаю, что для начала мы должны поговорить о нас?

Александра стиснула вилку в руке.

— Тогда я скажу, что разговор о том, что хочет Равена это единственная тема на данный момент, на которую ты вообще имеешь шанс со мной поговорить.

Михаил резко выдохнул, и температура в комнате подскочила, и стало трудно дышать от его гнева.

— Это шантаж, родная? — его голос был тихим от сдерживаемой ярости.

— Нет. Скорее, единственно возможный вариант.

— А ты не подумала, что я могу, не стесняясь, убить их всех и просто забрать тебя домой.

— Ну вообще-то, зная тебя, я думала, что именно так ты и поступишь. Это ведь для тебя привычно решать все проблемы с позиции силы. Всегда есть только ты, твои решения и желания. Ты слишком предсказуем.

Тишина длилась несколько тягостных минут. Затем Михаил наклонился вперед и взял из пальцев Александры бокал с шампанским и пригубил его, стараясь касаться именно того места, где к нему прикасались губы девушки.

— Ты разве не понимаешь, что эта дрянь использует тебя? кажется, Михаил был совершенно спокоен.

— Ну что же, она не первый вамп, что использует меня. Не так ли, милый? Видимо, судьба у меня такая.

— Я не — Михаил осекся. — Мы не будем говорить о наших отношениях здесь.

— Правильно, милый. Говорить-то не о чем.

— Лекси, пожалуйста — Алексей отлепился от проема двери и подошёл ближе. Сейчас на самом деле важно, чтобы мы ушли и поговорили обо всём спокойно. А сюда мы вернемся позже и решим всё.

— Как решите, Лёшик? Уничтожите?

— Лекси, ты не понимаешь. Равена — сумашедшая сука и вынашивает свои бредовые идеи уже давно. Это все полнейшая чушь. Это все не важно.

— Неважно для кого, Лёшик? Для таких, как ты и Михаил? Помнишь, тогда, много лет назад я спросила, почему никто из вампов не остановит бесчинства Клима и его прихвостней? Тогда ты тоже пытался объяснить мне, что это неважно. А это было важно! Важно, для тех девчонок, которых они изнасиловали, для тех парней, что, развлекаясь, убили. Важно для меня! Что было бы, если бы тебя не было в том автобусе, Лёшик? Что бы они со мной сделали? Не молчи, ты это прекрасно знаешь. Но ни для тебя, ни для других это было неважно. Они ведь не затронули ВАШИХ интересов и не перешли ни в чём ВАШУ дорогу. А все остальные не важны.

— Вампиры эгоистичны, Лекси. Это наша природа. И её не изменить!

— Тогда почему Равене не всё равно?

— Потому что она просто, таким образом, хочет больше власти, — прорычал Михаил.

И тут не выдержала Равена:

— Это неправда! Как смеешь ты… и в следующую секунду на её горле лежала рука Алексея, сжимая его.

Тут же рванулся Дима и был отброшен силой Михаила к стене. Мгновенно вскочив, он опять ринулся на защиту Равены. Иван и Николай тоже вскочили, но видимо не решались вступить в противостояние с древними братьями.

— Нет, Дима! — отчаянно закричала Александра, видя как Михаил оказался рядом с Димой и поднял его за шею над полом.

— Ди-и-има-а-а? — прошипел Михаил, оборачиваясь к ней. Александра увидела черноту в его глазах. Он твой любовник?

Александра сдержала свой порыв кинуться на спасение Димы. Она четко поняла, что стоит ей сделать лишь шаг в его сторону и он труп.

— Иди на хрен, Миша! Я что, по-твоему, до такой степени шлюха, что бы прыгать от одного любовника к другому? Отпусти его, если все ещё хочешь говорить со мной!

Михаил отшвырнул Диму, как тряпку. Тот упрямо стал подниматься.

— Сядь, рявкнула на него Александра. Тупой мальчишка! Сядь и не рыпайся! Алексей, немедленно отпусти Равену!

Опешивший Алексей отпустил вампиршу и даже отступил на шаг.

— Малявка, ты что, только что орала на меня?

— А что прикажите делать, если ведете себя как тупые животные? К чему эта демонстрация силы? Что, кто-то тут не в курсе, что вы у нас самые крутые перцы? Черт возьми, я просила о том, что бы вы хоть раз выслушали кого-то кроме себя любимых! Один единственный раз! Разве это так сложно?! Черт, неужели так трудно услышать хоть кого-то кроме себя? Попытаться понять? Если бы ты слушал меня тогда, Миша, мы бы не оказались там, где оказались! — голос у Александры предательски стал срываться. — Тебе просто надо было говорить со мной! Говорить, и может мы бы нашли решение. А ты, ублюдок, побежал трахать всё, что шевелится, оставив меня одну. Что ты хотел доказать что я ничего не значу для тебя? Что я — пустое место, глупая человеческая кукла, в которую ты играешь, как хочешь и когда захочешь? Думаешь, я была слишком молода, чтобы и так понимать это? Ты ни разу не назвал меня любимой! Ни разу даже в моменты самой сильной страсти! НИ ОДНОГО ГРЕБАНОГО РАЗА!!! Но я всё равно была счастлива. Без слов, без признаний, без будущего! Я любила тебя каждую минуту! А ты не счел нужным просто хоть раз честно поговорить со мной!

Александра, чувствуя, что ноги предают её, опустилась на стул. Слезы уже давно бесконечным потоком катились по лицу, и она не вытирала и не скрывала их. Все замерли, не зная, как реагировать. Михаил приблизился и протянул руку к её щеке. Но, не решившись коснуться, уронил её.

— Прости.

— Как? Расскажи, как такое прощают, и я клянусь, попытаюсь это сделать! Потому что жить с этим невыносимо!

— Позволь мне сейчас забрать тебя, и я клянусь, что никто не тронет твоих так называемых друзей. И обещаю, что мы вернёмся сюда вместе, когда ты успокоишься, и я выслушаю все, что и ты и Равена посчитаете нужным мне сказать.

— Выслушать или услышать?

— Лекси, прошу! Просто давай мы вернемся к этому позже. В любом случае я не готов сейчас адекватно слушать и реагировать.

— Лекси, пожалуйста, послушай Михаила. Все равно пока вы не разберетесь в ваших отношениях, никакого разговора не получится, — Алексей смотрел на Александру почти умоляюще.

— У нас нет никаких отношений. Но ты прав, Лёшик. Так это не решить, — Александра посмотрела на Равену и та едва заметно кивнула. — Хорошо. Мы уходим сейчас. Но мы вернемся. И я хочу домой. К себе. Одна.

Михаил шагнул к ней и хотел обнять, чтобы перенести.

— Не ты. Лёшик.

Глухое рычание вырвалось из груди Михаила, но он отступил. Алексей подошел и обнял её. Мир на мгновение подернулся дымкой и сдвинулся, и Александра уже стояла в зале в своей маленькой квартирке.

— Ты дома, Лекси.

— Спасибо. Извини, кофе не предлагаю. Устала и хочу спать.

— Лекси, разговора с Мишей тебе не избежать.

— Разговорами не изменить прошлое. С тобой мне тоже есть о чём поговорить.

В глазах Алексея мелькнуло что-то. Неуверенность? Страх?

— Давай в другой раз.

— Да нет уж. У нас же сегодня волшебный вечер воспоминаний и откровений. Не хочешь быть со мной откровенным, друг мой?

— Не глупи, Лекси. Я ведь никогда не утверждал, что я твой друг.

— А кто ты мне? Кто, черт возьми?

— Это уже не имеет значения. Тем, кем бы мне хотелось для тебя стать, я стать не смогу никогда. Так что говорить об этом нет смыла.

— А о том, что ты скрыл от меня то, что я была беременна, поговорить можем? — голос девушки звучал жестко и насмешливо.

Алексей отшатнулся как от удара.

— Как ты?.. Равена, сука! Убью! Удавлю собственными руками!

— Ничего ты ей не сделаешь! Как ты посмел вообще! Как такое в голову тебе пришло!

— Я хотел защитить тебя от этой боли. Того, что тогда сделал Мишка, и так было чересчур для тебя!

— Да не ври ты! Хоть раз в жизни ты можешь быть откровенным! Просто ты боялся, что узнав о ребенке, я захочу вернуться к Михаилу, хотя бы для того, что бы в лицо ему плюнуть. И ты боялся, что вернувшись, я не устою, прощу, останусь с ним. А ты не хотел этого! Все вампы эгоисты!

— Да это так. Я нашёл тебя. Я берег и ждал. Ждал, когда ты заметишь, как я отношусь к тебе. Я даже не надеялся на любовь, страсть с твоей стороны. Я хотел только право быть рядом и называть тебя своей! Прикасаться, любить за двоих! Не любви хотя бы теплоты и привязанности!

— Я любила тебя! Как самого близкого друга, как брата!

— Да что за насмешка, Лекси! Быть братом той, которую желаешь до помрачения рассудка? Это издёвка?

— Зачем ты так?

— Затем!! Я ждал! Ждал и ничего. Черт, сотни женщин мечтали оказаться в моей постели, да даже тупо, чтобы я их в клубе в сортире поимел! А тебе было плевать! Я говорил, что ухожу трахаться, ты махала мне ручкой и шла есть мороженое перед телеком. Тебе было плевать! Но стоило появиться Мишке и, о чудо! Ледышка Лекси вспыхнула ярче Солнца!

— Прости, я ведь не знала. Не понимала, что ты чувствуешь.

— А если бы знала, то отдалась бы в качестве утешения?

— Да пошёл ты! Ты неисправим! Но все, что ты сказал, не оправдывает то, что ты скрыл от меня правду.

— А что бы ты делала с этой правдой? На хрена она была тебе нужна?

— Я не знаю! Но так нельзя поступать с людьми! Нельзя решать за них всё! У вас нет такого права. Ни у тебя, ни у Михаила!

— Ладно! Да пошло оно всё на хрен! Я поступил так, как поступил! Давай, распни меня теперь за это! Лекси, пора забыть всё это! Ты должна начать все заново.

— Да я, твою мать, только и делаю, что пытаюсь начать все заново! Все эти долбаные девять лет! Да что-то ничего у меня не выходит!

— Поговори с Михаилом.

— Да зачем! Что это изменит?

— Может, ничего. А может, ты сможешь перестать быть трусихой и дашь вам обоим шанс если не на счастье, то хотя бы на нормальную жизнь. Перестань лгать себе нельзя жить с вырванным сердцем. Михаил — твое сердце. Черное, злое, жестокое, причиняющее боль. Но твоё. Так же как ты его. И другого у вас не будет. Подумай. А я пойду, пожалуй. А то Мишка точно не выдержит и ворвется сюда. Я волны его ревности даже со двора чувствую, мне аж дышать тяжело. Увидимся, малявка!

И Алексей исчез, оставив Александру одну. Девушка разделась и пошла в ванную. Уже сидя в ванной по шею в пене, думала об этом безумном дне. Все опять разбивалось снова и снова. Как быть? Признать, что без Михаила все эти годы она не жила, а просто притворялась живой? Позволить ему опять победить? Подчинить ему всю свою жизнь, престать быть собой? Стать просто его игрушкой? Усталость проникала в каждую клетку организма. Не-е-ет, она не может сдаться. Не сейчас, спустя столько лет, проведенных в попытках найти себя и жить без него. Тогда девять лет назад она была готова отдать ему всё, что есть, стать его тенью, игрушкой, вещью. Только бы был рядом. Только бы хотя бы позволял обманываться, что любит. А сейчас она другая. Другая ли? Чувствуя, что у неё больше нет сил даже на мысли, Александра выбралась из остывающей ванной и, завернувшись в махровый халат, пошлёпала в комнату. Запах Михаила сразу ударил в ноздри. Он сидел в кресле и жадно и с тоской смотрел на неё.

— Уходи. Я устала.

— Не могу. Просто позволь быть рядом.

— Что-то в клубе ты моего позволения не спрашивал. Просто затащил меня в темный угол и поимел.

— Не буду извиняться за то, чего хотелось нам обоим. Я хотя бы знал, что это ты. А ты решила разнообразить свою сексуальную жизнь случайным сексом.

— Не буду извиняться за то, чего хотелось нам обоим! повторила Александра слова Михаила.

— Действительно, в этот раз не стоит. А сколько их было, этих разов?

— Пошёл ты! У тебя нет права задавать мне такие вопросы.

— Это почему же? Мы не расставались, я не отпускал тебя.

— А я не твоя вещь или собака, чтобы ты мог отпустить меня. Я сама бросила тебя. За ненадобностью. Терпеть не могу места общественного пользования!

— Лекси, прекрати!

— Что прекратить? Ты пришёл и смеешь задавать мне вопросы о прошлом. А сам ты уже готов рассказать, сколько ИХ у тебя было? Вспомнить хоть сможешь, если напрячь твою древнюю память? Хотя бы за то время, что ты со мной спал, милый, скольких ты ещё уложил между нами в постель? А-а-а-а, наплевать мне! На тебя! На твоих баб! Я иду спать. А ты можешь уходить, можешь остаться мне плевать. Спать только не мешай.

— Лекси, мы же может начать всё с ноля, заново. И обещаю, что в этот раз всё будет по-другому. Я не облажаюсь больше!

— С ноля, Миша? Где ты этих выражений набрался? В дурацких бабских сериалах? В таком случае, у тебя офигенные проблемы с математикой! Чтобы начать с ноля должен быть хотя бы быть ноль. А у нас с тобой просто какая-то долбаная минус бесконечность!! И меня зовут Александра! Милая девочка Лекси сдохла от горя много лет назад!

Александра хлопнула дверью спальни и без сил упала на кровать. Сон действительно сморил её, едва голова коснулась подушки.

Пробуждение было неприятным. Голова трещала, в горле скреблись бешеные кошки, и нос стремительно лишался способности нормально дышать. Прислушавшись, поняла, что неясный гул, что слышался ей во сне негромкие мужские голоса, доносящиеся с кухни. Со стоном Александра сползла с постели и сбросила халат, в котором вчера благополучно и заснула. Тут же замерзла. Забралась в шкаф, быстро натянула бельё и теплый спортивный костюм. Быстро дошла до туалета. После решив, что логично будет хоть зубы почистить, прежде чем скандалить, пошла в ванную. В стиралке мотылялись чьи-то вещи. Присмотревшись, поняла что те, что вчера ей Равена дала. Тоже мне, хозяйственные вампы. Скажи кому, блин, засмеют. Умываясь, глянула на себя в зеркало. Да-а-а! Красота неземная. Да наплевать, их никто не звал, так что пусть смотрят. Вытерев лицо, решительно вошла на кухню.

На её крошечной кухне сидели два здоровых вампа, занимая всё пространство. Причем Михаил был по пояс обнажен так, как будто он был на своей кухне. Дома.

— Блин, из-за вас здесь и воздуха не осталось! возмутилась Александра, неожиданно скрипучим голосом.

— И тебе доброе утро, малявка, — обернулся сидевший спиной Алексей. — У тебя с голосом что? Заболела или сорвала, когда на нас вчера орала?

— Конечно на вас. Вас вон двое таких здоровых, а я одна и маленькая. Надорвешься тут.

— Почему из твоих уст это звучит так развратно? — не унимался Алексей.

— Алекс, заткнись, — рыкнул Михаил, враз помрачнев.

— А ты не командуй, не дома небось! Кофе хочу, — одернула его девушка.

— Тебе не кофе, а чай с лимоном нужен, — возразил Михаил.

— Ты мне кто, отец родной?

— Лекси! примирительно встрял Алексей. — Ну не цепляйтесь хоть с утра!

Михаил молчал, не отводя от неё глаз. Александра была вынуждена протиснуться мимо него, чтобы достать себе кружку. При этом Михаил, нисколько не скрываясь, почти приник к её спине носом и втянул запах полными легкими. Взяв кружку, Александра резко развернулась, при этом лицо Михаила почти уткнулось ей в грудь. И он опять глубоко вдохнул и прикрыл глаза, наслаждаясь.

— Прекрати тыкать в меня своим носом, — возмутилась Александра.

— А чем мне в тебя тыкать, что бы тебя это не так раздражало?

— Ха-ха! В твоем случае ответ один ничем! И вообще, не хочешь одеться?

— Зачем?

— Сидеть с голым торсом при посторонних особях женского пола неприлично!

— А с каких пор особи женского пола, с удовольствием отдающиеся тебе с вечера, с утра посторонними становятся? Самые что ни на есть свои!

— О, тогда у вас с Лёшиком таких своих, блин, чуть не половина женского населения. Не многовато ли?

Михаил осекся и заскрипел зубами. Зато Алексей засмеялся.

— По мне так в самый раз. И останавливаться на достигнутом не намерен!