Боги и чудовища Махёрин Шелби

Лу

Той ночью я, одетая в вышитое черными блестящими розами платье из золотистого шифона, следовала за Эглантиной по лабиринту коридоров. Коко шла рядом. На ней было атласное платье цвета слоновой кости с облегающим лифом и менее пышным подолом, чем у меня. Оно было вышито тонкой золотой нитью и тянулось далеко позади. Наряд настоящей принцессы. Селия скользила рядом, царственная и элегантная, полностью в своей стихии. Нежно-розовый оттенок лифа придавал ее белоснежным щекам румянца, вьющиеся можжевеловые лозы, украшавшие подол, подчеркивали стройную фигуру.

Мы выглядели весьма эффектно, и на нас то и дело оглядывались.

Даже Бо внимательно на нас посмотрел, выйдя из комнаты и переведя взгляд с жемчужного головного убора в волосах Коко на изумрудную серьгу в ухе Селии и зеленую ленту на ее запястье.

– Да поможет нам бог. – Бо покачал головой и встал позади нас, засунув руки в карманы бархатных брюк. Он тихо присвистнул. – Хотя Небеса никогда не создавали такой красоты.

– Еще бы. – Коко оглянулась через плечо, изогнув бровь. При каждом шаге в разрезе платья оголялось ее бедро.

Как весь остальной корабль, зал отличался роскошью – доски были позолочены, люстры, хоть и разбитые, все еще сверкали. Правда, в отличие от наших кают, расписной потолок комнаты был слишком высок для морского судна. Воздух здесь пах не плесенью, а магией, сладкой, пряной и приятной. Золотой банкетный стол тянулся вдоль огромного зала, от начала до конца уставленный разномастными блюдами и подносами. В дверях стоял тритон, одетый в ливрею. Он низко поклонился нам, едва не уронив на пол парик.

– Добрый вечер, дамы. – С невозмутимостью и аристократической надменностью тритон выпрямился. На одной его напудренной щеке было нарисовано крошечное черное сердечко. – Позвольте проводить вас к столу.

Эглантина подмигнула нам и вышла из зала.

Мы гуськом прошагали за дворецким к столу, во главе которого стоял настоящий трон из ракушек и жемчуга и два кресла по сторонам. Дворецкий ловко усадил Коко и Селию и посмотрел на меня. На Бо он не обращал никакого внимания.

– Провидица скоро присоединится к вам, – сказал дворецкий и еще раз глубоко поклонился. – Она любезно просит вас попробовать соленый морской салат. – Он замолчал и глубоко вдохнул длинным носом. – Это ее любимое блюдо.

С этими словами дворецкий отошел на свое место.

– Помните, – тихо сказала Селия, сохраняя любезное выражение лица, – о своих манерах. – Она улыбнулась аристократам за столом. Те, не стесняясь, смотрели на нас, некоторые улыбались Селии в ответ, другие перешептывались за раскрашенными веерами. – Мы же не хотим проявить неуважение к хозяйке, – добавила она.

Внезапно позади Селии возникла Эльвира. Она была одета в платье, сшитое из выцветших парусов и подвязанное веревкой. Голову ее украшала диадема с изумрудами, сочетающаяся с серьгой Селии. Вряд ли это было совпадением. Благоговейно прикоснувшись к украшению, Эльвира склонила голову.

– Добрый вечер, мадемуазель Селия. Ваше платье восхитительно.

Позади нее Леопольдина и Ласимонн с комичным интересом наклонились вперед, ловя каждое слово Селии. Без всяких предисловий мелузины, сидевшие рядом с Селией, вежливо встали и предложили свои места стражам, которые приняли их с такой же вежливостью. Все вели себя предельно любезно. Почти до приторности.

– Попробуйте саргассум, – настаивал Ласимонн, выкладывая ложкой желтоватые листья на тарелку Селии и поливая их зеленым соусом. – Это любимое блюдо Провидицы.

Я с подозрением посмотрела на тарелку, чувствуя себя так, словно не подготовилась к школьным урокам.

– Я думала, ее любимое блюдо – соленый морской салат.

Ласимонн моргнул, глядя на меня, а потом посмотрел на Леопольдину. Та кивнула со всей серьезностью.

– Все верно. Саргассум был ее любимым блюдом вчера.

Господи боже.

– Ох! – Ласимонн в ужасе прижал руку к груди и низко склонился над тарелкой Селии с саргассумом. – Прошу прощения, мадемуазель. Конечно, отведайте тогда соленого морского салата. Святые воды. Провидица бы никогда не забыла такой промах.

Мы с Бо изумленно переглянулись.

Не говоря ни слова, я положила себе на тарелку морского салата, а потом и на тарелку Бо.

– Справа от столовой вилки, – прошептал он, пока я изучала разномастные приборы по обе стороны от тарелки.

Я наколола лист крошечной вилочкой, но не успела поднести его ко рту – Бо остановил меня, покачав головой.

– Порежь сначала. Тебя в хлеву растили, что ли?

Жар прилил к моим щекам. Я тут же положила салат на тарелку, ища подходящий нож.

Эльвира отпила шипучей жидкости из бокала, а Селия нарезала салат на идеальные кусочки.

– Провидица все-таки выгнала Гийеметт за оплошность на прошлой неделе, – сказала Эльвира.

– У нее не было никакого вкуса, – заговорщически добавила Леопольдина. – Ее судьба меня вообще никогда не волновала.

Эльвира смерила ее холодным взглядом, приподняв серебристую бровь.

– Неужели? Разве она не крестная твоей дочери?

Леопольдина резко заинтересовалась своим напитком, не найдя, что ответить.

– А где Анжелика? – Я сосредоточенно нарезала морской салат на идеальные квадратики, чтобы Эльвира, Леопольдина или осьминоги на улице не обиделись и не скормили меня гигантскому кальмару. – Она присоединится к нам?

Ласимонн уставился на меня так, словно это я была гигантским кальмаром.

– Конечно, присоединится. – Хотя Ласимонн был явно раздосадован тем, что я вообще заговорила, он без промедления налил мне бокал шипучей жидкости. Такой вежливый. Такой очаровательный. Интересно, если я уроню салат ему на колени, он меня поблагодарит? – Анжелика – неизменная спутница Провидицы. Осмелюсь предположить, что она прибудет вместе с госпожой.

Я прикусила язык, прежде чем спросить, когда же они придут, и на всякий случай провела им по зубам, проверяя, не осталось ли где кусочков морского салата. Очевидно, опоздать здесь было не так страшно, как забыть любимое блюдо ее светлости. Я молча поднесла бокал к губам и кивнула. А затем поперхнулась.

Это была морская вода.

С вымученной улыбкой Бо похлопал меня по спине, придавив своей ногой мою под столом, пока я брызгала слюной.

– Вот так. – Он протянул мне сложенную салфетку. – Прошу простить мою дорогую сестрицу. Видимо, у нее обостренный рвотный рефлекс.

Не удержавшись, я фыркнула и выдернула ногу.

В банкетный зал вошли два тритона в ливреях. Оба несли огромные раковины. Они одновременно поднесли их к губам и подули. Гул эхом прокатился по залу, позвякивая фарфором и канделябрами, а мелузины вокруг нас вскочили на ноги.

Секундой позже в зал вошла Провидица.

Я уставилась на нее.

Честно говоря, я просто не встречала женщины прекраснее.

Ее волосы струились по плечам, словно вода. Она вплыла в зал, бросив в нашу сторону неземной серебристый взгляд. Взглянув ей в глаза, я увидела не радужки и белки, а спокойный лунный свет на море, шелковистую пену вдоль берега. Я увидела вздымающиеся волны и сверкающую чешую – первобытных созданий, опасных и зловещих, которые просыпались с наступлением темноты. Я увидела бури, разрывающие королевства на части, рассказанные и потаенные секреты. Тайны, утонувшие в бездонных глубинах.

Исла улыбнулась мне, и по телу у меня пробежала дрожь. В ее улыбке я разглядела хаос.

Чистый, первозданный хаос.

Анжелика шла позади, склонив голову и сложив руки. Она поймала взгляд Коко и подмигнула ей, а затем снова приняла благочестивый вид. Исла смотрела лишь на меня. Я аккуратно выпрямилась, с ужасом почувствовав, как взмокли ладони, но не стушевалась. Однажды Клод назвал себя диким, и в его истинном обличье это было правдиво. Исле же даже ни к чему было принимать свой настоящий облик. Мне и так было все ясно. При виде туманного неземного цвета ее волос и кожи, плавности ее движений мгновенно становилось очевидно, что она – само море. Которое топит тех, кто не умеет плавать.

– Je vous voir[15], Луиза. – К моему великому удивлению, в голосе Ислы звучали нотки успокаивающие, мирные, словно спокойная вода на рассвете. – Добро пожаловать в Хрустальный дворец. Я давно ждала тебя.

Я присела в реверансе вместе со всеми.

– Я рада быть здесь. Спасибо, что помогли нам на берегу.

В ее серебристых глазах, так похожих на глаза Анжелики и вместе с тем совершенно иных, заискрилось веселье.

– О, на берегу. Поговорим об этом счастливом совпадении чуть позже. Давайте сначала отужинаем.

Исла кивнула тритону в ливрее, и тот поспешил отодвинуть ей трон. Ее платье, полностью сшитое из длинных сверкающих нитей жемчуга, тихо звякнуло, когда она садилась. Остальные придворные тоже сели. Она щелкнула пальцами, и аристократка справа от Коко без единого слова вскочила на ноги, уступив свое место Анжелике.

– Вы уже попробовали соленый морской салат?

– Да, ваша светлость. – Я тоже села на свое место, вытирая под столом ладони о платье. – Он был на вкус… – Воды не позволяли мне солгать. – Весьма необычен.

– Прошу, Луиза. – Исла улыбнулась шире, и мне невольно вспомнились акулы. Я стиснула подол, мысленно ругая себя. – Мы ведь в кругу друзей. Хитрости и увертки сейчас ни к чему. Что ты думаешь о салате на самом деле?

– Я рада, что попробовала его.

– Рада, – медленно и с любопытством протянула Исла. – Полагаю, это еще не худший ответ. А я рада, что для тебя салат оказался… как ты выразилась? – Она постучала пальцем по губам. – Необычным. А теперь… – Она щелкнула пальцами. – Унесите этот салат. Мне надоела его вонь.

Слуги засуетились, убирая со стола все тарелки с морским салатом.

– S’il vous plat[16], – сказала Исла прежде, чем слуги успели убрать тарелки. – Я жажду сегодня чего-нибудь покрепче. Принесите neige marine[17] для наших необычных гостей.

А может, ее голос все же не был таким уж успокаивающим.

Ладони у меня вспотели еще больше.

Мы сидели в неловком молчании, пока по столу передавали новые блюда. Исла, казалось, ничего не замечала. Она просто продолжала улыбаться, пока слуги ложками понемногу накладывали на каждую тарелку какое-то серое липкое вещество. Исла поднесла кусочек к губам и замерла, оценивающе окидывая взглядом зал и желая убедиться, что она привлекает всеобщее внимание. Разумеется, так оно и было. Все мелузины смотрели на нее как на светило. Исла со смехом взмахнула изящной рукой.

– Ешьте, mes enfants[18], и веселитесь.

Ее дети подчинились, и вскоре тишину заполнили тихие звуки звякающих столовых приборов и приглушенные голоса. Эльвира, Леопольдина и Ласимонн тут же завели беседу с Селией, а Анжелика – с безропотной Коко. Мы же с Бо испытывали на себе пристальный взгляд Ислы.

– Скажи, – промурлыкала она, перегнувшись через Бо и взяв мою липкую от пота руку. Бо напрягся, но возмущаться не стал. – Что последнее ты сказала Риду?

Я удивленно оторвала взгляд от своего neige marine.

– Простите?

– Последние слова, которые ты сказала своему любимому. Какие они были?

– Я… – Взглянув на Бо, я нахмурилась. – Я не помню.

Исла лукаво улыбнулась.

– А ты постарайся.

Чувствуя себя все более неуютно, я сосредоточенно пыталась вспомнить свои слова. И тяжело вздохнула, когда разговор всплыл в памяти.

– Я сказала: «Или я убью свою мать, или она убьет меня. Другого пути нет».

Ее улыбка. Взгляд. То были вовсе не безмятежные воды, а штиль посреди урагана. А может, и сам ураган. Нутром я почувствовала, что любезности кончились. Исла выпустила мою руку и села обратно, промокая губы салфеткой.

– И ты в это веришь?

– Иначе я бы не сумела это сказать.

Под столом Бо снова наступил мне на ногу.

– И… ты помнишь последние слова Рида? – хитро спросила Исла.

Я помнила.

– Он пообещал, что найдет меня.

– Найдет тебя? – спросила Исла, захлопав ресницами, словно подначивала меня.

Меня охватило беспокойство. Кажется, это не слишком уместный разговор за столом. Мы же только что познакомились, а мелузины так ценили этикет. Подозрения лишь усилились, когда Исла спросила:

– Он спит внизу, так?

– Да. – Я с трудом оставалась спокойной и собранной. Вежливой. Я невольно искала в Исле теплоту ее брата. Его доброе чувство юмора. – Я безуспешно пыталась разбудить его. Я… – Я аккуратно откашлялась, отбросив всю осторожность. – Я надеялась, что вы… могли бы нам помочь.

Необъяснимое торжество вспыхнуло в ее причудливых глазах.

– О? Ты надеешься или полагаешь? – Хотя голос Ислы звучал весело, слова веселостью не отдавали.

Я нахмурилась.

– Я бы никогда не стала полагать…

– Нет? – Исла лениво подняла руку, и слуга тут же наполнил ее бокал. – Неужели мои зеркала лгут, l’oursin?[19] Разве ты не строишь тайный план о союзе со мной?

– Я…

Я изумленно посмотрела на Коко, но та вмешиваться не стала. Она просто не посмела.

– Я не строю никаких тайных планов, миледи. Да, я хотела бы заручиться вашей поддержкой и дружбой, но не ожидаю, что вы согласитесь.

– Не ожидаешь? То есть больше моя дружба тебе не нужна?

– Нет, миледи. То есть нет, нужна. Просто… – Я беспомощно развела руками. – Кажется, все идет совсем не так, как должно.

– А чего ты ожидала, Луиза, если обращаешься с богами и богинями как со слугами? – Исла изучала меня, потягивая морскую воду. – Честно говоря, не понимаю, что мои брат и сестра видят в тебе и почему потакают твоей спеси. Когда я послала Анжелику за тобой, я ожидала… некоего величия или обаяния, но, познакомившись с тобой, не вижу ни того ни другого. Аврора даровала свое благословение морскому ежу.

В груди у меня вспыхнул гнев. Благословение Авроры? Морской еж?

– Вы за этим пригласили меня к себе? Удовлетворить свое любопытство?

Исла ничего не ответила и посмотрела на Бо.

– А как насчет тебя, принц? Ты думаешь, что Луиза умна?

Бо аккуратно положил ложку на тарелку.

– Да, – ответил он.

– Ты думаешь, что она необычайно умна?

– Д… – Слова застряли у него в горле. Бо посмотрел на меня с ужасом. И печалью.

Я разозлилась еще больше. Бо не мог солгать, даже чтобы пощадить мои чувства. Только не здесь, когда нас окружает магия Ислы. Мне стало больно, но не настолько, чтобы страдать из-за этого. Возможно, я не была необычайно умна, но мне хватало мозгов понять, что Исла хочет ужалить меня. Внушить мне страх и трепет. Только вот я не понимала почему.

– Как я и думала. Тогда скажи, принц, на твой взгляд, Луиза необычайно красива?

Бо нахмурился, глядя то на меня, то на Ислу. Исла же неотрывно смотрела на меня. От ее пристального взгляда мне стало не по себе. Я начала кое-что понимать. Бо дернул себя за ворот рубашки.

– Конечно, Луиза красива. Она моя… – В горле у Бо снова все сжалось, и он не смог договорить. – Она мне как сестра.

<>– Как необычно. Вот только я спросила, считаешь ли ты ее необычайно красивой? Правда ли Луиза одна из прекраснейших девушек, что ты встречал?

Когда Бо ничего не ответил, Исла наклонила голову.

– Вот именно. Может быть, ты думаешь, что она необычайно храбра?

И снова Бо промолчал.

– Нет? Необычайно честна, возможно? Необычайно справедлива?

Бо по-прежнему ничего не говорил, с трудом проглатывая слова, которые не мог сказать. От усилий на его лбу выступили бисеринки пота. Он так придавил мне ногу, что грозил переломать кости.

От давления в ушах у меня странно загудело. Я сосредоточенно всматривалась в высокомерное лицо Ислы. Как она смеет так обращаться с нами? Мы же гости в ее царстве. Она пригласила нас сюда… и для чего? Чтобы издеваться? Жалить и дразнить нас, пока мы не сломаемся? Меня охватила почти что детская обида.

Исла ведь должна была стать нам союзницей.

– Я не… Почему вы спрашиваете об этом? – с трудом выдавил Бо.

Исла не обратила внимания на его усилия.

– Может быть, Луиза – лидер, Борегар? – продолжала она безжалостно. – Одаренный стратег?

– Она… нет…

– Она предлагала тебе богатство в обмен на преданность? Или магию?

Бо едва не подавился.

– Есть ли у нее хоть какие-нибудь выдающиеся таланты?

– Она… – Бо беспомощно посмотрел на меня, его щеки покраснели.

Селия украдкой бросала на нас взгляды, все еще притворяясь, что слушает Эльвиру. Коко уже даже не притворялась. Она уставилась на Ислу глазами, полыхавшими ненавистью, а гул в ушах становился все громче.

– …именно такая, как я и ожидала, – договорила за него Исла. – Этого я и боялась. Обычная. Совершенно заурядная и ничем не примечательная, но почему-то мои брат, сестра, ты – все преданы ей. – Усмехнувшись, Исла покачала головой и велела подать новое блюдо. – Несомненно, благословили ее напрасно.

– Никто меня не благословлял.

– Ты даже этого не осознаешь, да? Впрочем, чему я удивляюсь. Аврора может что угодно говорить о Моргане, но твоя мать хотя бы немного понимает, что происходит.

Руки у меня задрожали от такого сравнения. От оскорбления. Я сжала руки в кулаки, уставившись на блюдо из красных водорослей, но даже не видя его.

– Зачем вы позвали нас сюда?

И снова Исла не стала отвечать на мой вопрос. Она потянулась через Бо и выхватила бриллиантовую заколку из моих волос.

– Помоги мне понять, Луиза. Почему они следуют за тобой? Я видела лишь твои неудачи, видела, как ты убивала, лгала и мошенничала. Единственное твое достижение – подобно морскому ежу, ты умеешь выживать. Ты причинила боль всем своим близким, но они не отвернулись от тебя. Почему?

– Наверное, потому что у меня необычайное чувство юмора, – вырвалось у меня.

Теперь жар уже разливался по всему телу, меня трясло. В глазах побелело. Обычная. Исла произнесла это слово как ругательство. Как что-то примитивное и грубое, что-то низкое.

– Нет. – Исла небрежно повела рукой, и моя бриллиантовая булавка со звоном упала на пол. Смутно я осознавала, что за столом все замерли. Все взгляды обратились в мою сторону. – Я так не думаю. Даже с благословением Авроры, даже с твоими драгоценными союзниками тебе не выиграть эту войну, Луиза ле Блан. Моя сестра ошиблась с выбором, что тут скажешь.

Жар нарастал. Он был горячее гнева и стыда. Я хлопнула рукой по столу, и Бо хмуро посмотрел на меня.

– Какое еще благословение?! – рявкнула я. – Что хорошего мне принесли преданность и верность Дикого человека и Триединой богини? Моя мать, моя собственная мать, та, кто должен любить меня больше всех, трижды пыталась меня убить. Она убила моего лучшего друга у меня на глазах. А после я была одержима Николиной много дней, а может, и недель. Еще недавно она пыталась утопить меня в этих кошмарных водах, где моя мать попыталась меня убить. Снова! Рид спит под чарами, которые я не могу разрушить, а вы оскорбляете меня перед всем двором. – Я тяжело дышала. – Если это благословение богини, не хотелось бы знать, каково будет ее проклятье.

Исла лишь улыбнулась.

Пальцем она подтолкнула ко мне накрытое блюдо, стоявшее между нами. Этот легкомысленный жест еще больше разозлил меня. Я вскочила на ноги, готовая выйти из зала, схватить Рида и уйти, когда мой взгляд упал на серебряную крышку блюда. На мое отражение в нем.

Слишком поздно я почувствовала резкий запах магии.

В глазах Коко мелькнули удивление и страх. Она вскочила из-за стола.

– Лу?

Я не узнала свое отражение. На меня смотрели круглые карие глаза, каштановые волосы превратились в пшеничного цвета локоны. Веснушки исчезли, на щеках горел румянец. Платье повисло на миниатюрных плечиках, у ног болтался подол. Глядя на себя, я почувствовала, как жар медленно превращается в нечто другое – что-то невинное, юное, любознательное и живое.

Сама того не осознавая, я превратилась в Деву.

Исла поднялась и направилась ко мне. Весь ее двор тоже встал. Она небрежно провела пальцем по моему горлу. Шрамов на нем больше не было.

– Так что ты говорила?

Я с трудом сглотнула, чувствуя на шее ее ноготь. Я не хотела ни на кого смотреть, особенно на свое отражение.

– Как… как это возможно?

– Клод предупреждал Моргану. Сказал ей, что произойдет, если она не прекратит идти против нас. Но Моргана не остановилась.

– Но это… – Бо обмякшей рукой отодвинул тарелку. – Это значит…

– Да, принц. – Исла встала позади меня, разметав мне волосы по плечам. – Морской еж превратился в Госпожу Ведьм. На мой взгляд, это прискорбно, но весьма полезно.

– А Моргана знает? – резко спросила Коко.

В ответ Анжелика напряглась, ее глаза затуманились. Она смотрела не на зал, а на что-то другое. Словно была в другом месте.

– Да. – Спустя мгновение она вернулась к нам, качая головой и морщась. – Она недовольна.

– Зачем вы привели нас сюда? – спросила я онемевшими губами.

Исла крепче сжала мне шею и наконец – наконец-то – ответила:

– Моя дорогая Анжелика считает, что мы должны объединиться с тобой в этой утомительной борьбе против Морганы. – Я почувствовала, как она пожимает плечами, словно мы обсуждали погоду, а не мою жизнь. – Должна признаться, мне все равно. Ни твоя смерть, ни смерть твоей матери никак не отразятся на нас. – Исла протянула мне руку. И мне пришлось принять ее. Исла повела меня по залу, взяв под руку, а остальные смотрели на нас. Никто не осмеливался возобновить трапезу. – Однако я не глупа.

Я не стала ей возражать.

– Благодаря тебе у меня и моего народа, более того, у Анжелики, появилась уникальная возможность. Я очень дорожу Анжеликой.

Анжелика опустила голову и сложила руки, как и остальные мелузины.

– Двадцать лет назад у нее украли кольцо, когда она развлекалась наверху, создавая твою довольно красивую подругу. – Исла неопределенно махнула рукой в сторону Коко. – Вы знаете об этом кольце. Вы называете его именем Анжелики. – Обняв меня, Исла погладила меня по безымянному пальцу правой руки. – Ты даже владела его магией. Однако, в отличие от нас, вы мало что знаете о кольце. Оно не просто дает невидимость или неуязвимость, как думают ваши глупые ведьмы. Но что важнее всего, оно не принадлежит вам. Никому из вас. Это кольцо Анжелики, в нем сокрыта ее сила, и мы вернем его.

Поняв, в чем дело, я едва не рассмеялась. Какая суровая и восхитительная правда. Несмотря на весь ее необычайный ум, красоту и храбрость, Исле нужна была… я. Морской еж.

– Если вы знаете, что я им пользовалась, наверняка знаете и то, что его у меня нет. Кольцо у моей матери. Спрятано под замком в Шато ле Блан.

– Совершенно верно.

– Я не совсем понимаю, на что вы намекаете. Мозг-то у меня обычный, знаете ли. Если ее кольцо так важно, почему вы не заберете его сами?

Исла резко повернула меня лицом к себе. Ее улыбка была жесткой. Она до боли впилась мне в плечо ногтями, ставшими острее и длиннее. Я попыталась возразить, но Исла поднесла палец к моим губам, и я ощутила металлический привкус крови. Свей крови.

– Ай-ай-ай. – Она посмотрела на мои губы, затем на свой палец и снова на мои губы. – Будь добра проявить уважение, иначе моего предложения ты не услышишь.

Я уставилась на нее в возмущенном молчании.

Исла лукаво изогнула бровь.

– Я не в силах вернуть кольцо сама, потому что не могу напрямую вмешиваться в происходящее. Мои мелузины не сумеют сделать это за меня, потому что не способны покинуть воды без кольца. Теперь ты понимаешь, mon pouffiasse?[20] Это взаимовыгодное соглашение, как выразились бы люди.

Слова Ислы звенели у меня в ушах. Она обхватила пальцами мое лицо и сжала щеки так, что на них, вероятно, потом останутся синяки.

– Завтра ты отправишься на поверхность и украдешь кольцо Анжелики у своей матери. Тогда – и только тогда – мой народ поможет вам с ней бороться.

Самый прекрасный оттенок голубого

Лу

Спустя полчаса, когда мы стояли на палубе, Анжелика отвела Коко в сторону, а Орельен, Олимпьена и Шабтай со слезами на глазах прощались с Селией. Они действительно плакали. По лавандовым щекам Олимпьены бежали настоящие слезы. Бо поправил сумку и пошел по лестнице вниз. На полпути он обернулся и дернул подбородком, глядя на меня.

– Пошли.

Я перекинула через плечо сумку. После ужина Исла, не теряя времени даром, изгнала нас из своего царства. Хоть ее высокомерие и не знало границ, она все же дала нам припасы для предстоящего путешествия. И даже чистую одежду. Не вычурную, слава богу, и теплую. К бедру я на всякий случай прикрепила новые ножны.

Рид все еще был без сознания. Эльвира и Леопольдина провожали нас из города. С каждым шагом беспокойство, о котором я старалась не думать, все усиливалось. Я стиснула зубы, чувствуя, как в правом виске пульсирует боль.

Несмотря на все мои мольбы, Исла не пробудила Рида. Она твердо сказала, что вмешиваться не может. Я же возразила, что мы не сможем ограбить Шато ле Блан, если нам придется повсюду таскать за собой огромного и тяжелого мужика, который к тому же еще и без сознания.

Честно говоря, я думала, что к этому времени Рид уже очнется. Он провел без чувств много часов.

«Не волнуйся, Луиза. Его раны не смертельны. Он очнется… В этом я уверена».

Голова раскалывалась.

Мы молча шли к воротам, делая вид, что все в полном порядке. Один только Бо то и дело бросал на меня тревожные взгляды.

Наверное, он ждал, что я в любую секунду превращусь в Деву. Я и сама в глубине души надеялась на это. Даже теперь я не понимала, как у меня это вышло тогда, но решила не думать слишком много о дрожи в теле и пьянящем чувстве необузданной энергии. Как ни странно, оно напомнило мне о… крышах. Закрыв глаза, я почти ощущала, как ветер треплет мне волосы, как я широко раскидываю руки, когда поднимаюсь вверх, наружу, на воздух. В эти драгоценные мгновения у меня захватывало дух. Казалось, я способна взлететь.

Руки у меня задрожали, и я резко открыла глаза.

Бо так и смотрел на меня.

– В чем дело? – резко спросила я. – Говори уже.

– Как ты? Тебя не смущает… – Он кивнул на мои руки. – Это?

Я настороженно посмотрела на него.

– А тебя?

Бо наклонил голову и широко улыбнулся.

– Черт, да я в жизни ничего изумительнее не видел. Ты… Лу, ты же теперь богиня!

– «Великая богиня», – ухмыльнулась я в ответ, хотя в голове у меня громко звучали слова Ислы: «Моя сестра ошиблась с выбором». – Королева морских ежей.

Его улыбка погасла. Бо уставился на затылок Эльвиры.

– Да, кстати об этом. Я… хотел извиниться. – Он прокашлялся. – За то, что тогда произошло.

– А, – усмехнулась я. – Не стоит.

– Стоит…

– Ты сказал правду.

Страницы: «« « ... 1314151617181920 » ... »»