Пленница шейха Рокс Лили

Теперь я поняла, что пока ничего не получится. Теперь я буду наказана и меня никуда не возьмут.

– Да, плевать мне на наказание! Может, так будет лучше? А может, они просто убьют меня за попытку побега? Или самой броситься из окна? Не хочу я быть с вашим шейхом, зачем мне эта жизнь? – делилась я своими переживаниями с Гульшат.

– Я не знаю, как у тебя это получается, но тебе повезло. Шейх снова хочет видеть тебя.

– Ты издеваешься? Нет, ты что, реально думаешь – это везение? – у меня округлились глаза.

– Обычно после таких поступков девушек больше никто не видит в доме. Я не знаю, может, он их продает, а может… – скривила лицо моя собеседница и не продолжила.

Я домыслила про себя: «убивает или затрахивает до смерти».

– Переоденься. Надо подготовиться.

На моей кровати лежало новое платье, сшитое из тех тканей, что я выбрала.

– Ты не видишь, что я не могу? Я не хочу оставаться здесь. – взмолилась я, словно от Гульшат что-то зависело. Но мне так хотелось поделиться своим горем хоть с кем-то! А кроме нее, у меня тут никого не было.

Но собеседница смотрела на меня осуждающе. Мне казалось, что она просто издевается надо мной. Она не понимала, как мне плохо и больно.

– Слушай, если ты разозлишь шейха, он кинет тебя в темницу. Там никто тебе уже не поможет. И про свой дом забудешь навсегда, если попадешь в его немилость. Лучше извинись и повинуйся. Ты можешь надоесть ему, и тогда он сам тебя отпустит…

«Отличная идея!» – пронеслось у меня в голове. Всего лишь надо стать неинтересной для него, а мои потуги сопротивляться, возможно еще сильнее возбуждают его. Иначе, почему он так быстро кончает? От этой мысли мне стало веселее немного. Я вскочила с кровати.

– Отведи меня в баню и хорошенько отмой. И принеси самые ароматные масла.

– Молодец! Ты все правильно делаешь.

Она и догадаться не могла, что я не смирилась. Гульшат засуетилась и побежала отдавать распоряжения прислуге. Через несколько минут баня для меня уже была готова, и я шла в окружении женщин под завистливые взгляды.

Внутри пахло апельсиновой цедрой и пряностями, и я намывала себя так, будто скоро состоится самое важное свидание в моей жизни.

– Завейте мне волосы и помажьте самыми лучшими ароматами.

Они мазали меня кремами, маслами, расчесывали волосы. Я надела украшения и новое платье. Меня было не узнать. Красивая, распаренная, румяная и свежая.

Мы шли по коридору в покои шейха. Мне было совсем не страшно после первой ночи. Единственное, чего я боялась – что меня могут бросить в темницу. Двери распахнулись, и я зашла внутрь, как королева.

Шейх стоял спиной ко мне. Я услышала звук закрывающейся двери и подошла сзади. На мой манящий аромат, он повернул голову и я страстно впилась в него своими губами. Он осек меня, тогда я упала на колени и схватила его за яйца, начав их мять, показывая полную готовность отсосать ему прямо сейчас и в лучшем виде. Мохаммед был в шоке от происходящего и не мог поверить, что это я.

– Ну что, нравится? Нравится? Смотри, как я могу еще… – бормотала я про вслух еле слышно.

Он, довольный своей властью надо мной, достал мне свое не маленькое орудие. Я набросилась на его член так, как набрасываются дети на долгожданные игрушки, и начала дрочить его.

Шейх закинул голову назад и застонал. Потом я набросилась своим ртом на его огромный ствол и начала издавать такие звуки, какие издают оголодавшие тигры, которые наконец-то смогли достать себе пропитание.

Чуть покайфовав, он, ничего не говоря, поднял меня за подбородок в положение стоя и прижал спиной к стене. Взяв рукой оба моих запястья, шейх поднял их и прижал. Член был полностью готов к бою.

Шейх тяжело дышал, обдавая шею горячим воздухом.

– Трахни меня! – Закричала я. – Я хочу тебя.

Он сорвал с меня платье за долю секунды, и оно уже мешалось под ногами. Я специально не надевала трусики для пущего эффекта. Мне нельзя было перестараться с этим. Я должна была вести себя вульгарно, но при этом быть «бревном», чтобы секс со мной ему не так нравился.

– Убей яйца.

– Что?

Я сдержалась, чтобы не засмеяться. Он плохо знал русский язык.

– Ударить по яйцам? – Переспросила я.

– Да.

Он отошел и поднял робу наверх. Огромные яйца слегка подтягивались вверх.

Я откинула ногу и ударила его со всей силы. Это именно то, что я действительно хотела на тот момент.

На ноге почувствовалась его кожа, и мне было немного противно, но все же бить его, казалось чем-то мего приятным.

– Еще. – Простонал он.

– Получай!

Я снова ударила его, а он скорчился и завыл, его лицо так скривилось от боли, что он даже начал задыхаться. Мне в какой-то момент стало немного страшно, а не перестаралась ли я? В этот момент Мохаммед казался мне не влиятельным шейхом, а маленьким извращенцем.

– Пожалуйсте! – С акцентом сказал он.

Я ударила снова, и из его члена брызнула сперма. Он схватил меня и снова начал поливать. Я стояла в его власти, как тряпичная кукла, а он заливал меня сверху горячей жижей.

Он сел на пол и снова начал дрочить. Я видела, как на глазах член снова увеличивается. Он готов был второй раз, и меня приводило в шок, что он готов это сделать так быстро. Моему бывшему нужно было минут 20 отдыха, чтобы продолжить.

– Садись. – Сказал он, показывая на член.

Я представила, как будет больно, как только он войдет в меня.

– Конечно. – Ответила я и начала аккуратно насаживаться.

Он потянул меня вниз, пытаясь глубже усадить на свой член, а затем схватил за талию и показал, что я должна скакать. Его огромные опухшие яйца долетали аж до моего лобка и шлепали. Я кричала, но не потому что было приятно, а от того, что больно.

Он немного приостановил мои скачки и взял инициативу в свои руки.

Мои ноги уже болтались в воздухе от его напористых движений. Я практически летала на его органе.

Держащаяся на весу шея затекала, а Мохаммед схватил меня за горло и начал душить.

Я стала сопротивляться, и он отпустил меня, снял с члена и встал.

Потом он вдруг надавил мне на плечи и опустил на кровать. Перед моим лицом вновь оказался его огромный жилистый член. Шейх взял меня за голову, а другой рукой направил орган мне в рот, надавив на затылок.

Мохаммед сильно затолкал его мне, по самое горло, отчего рвотный рефлекс снова активизировался. Шейх был настойчив, груб, резок и выдирал клочки волос с моей головы, отчего я хотела выть и снова бить его по яйцам, а он явно получал неимоверное удовольствие, судя по тому, как он рычал и дышал.

Разминочка, кажется, закончилась и он набросился уже на меня, как будто его держали взаперти, а теперь дали волю. Я хотела сопротивляться и убежать. Такого напора я уже не ожидала от него. Но с менталитетом арабов можно было предположить…

– Я влубился в тебя с одного раз.

– Мне больно! – Вопила я.

Мне не нравилось, что он сказал «влюбился». Такая история могла затянуться надолго. Шейх начал целовал и тискал все мое тело, не стесняясь, терся своим волосатым животом. Мне было одновременно больно и щекотно. Потом снова нажал мне на плечи и опустил на колени.

– Сделай еще раз сама. – Сказал он.

– Что сделать? – не поняла я.

– Сделай больно яйца.

Я уже хотела подняться, чтобы ударить, но он все еще держал меня внизу. Я сжала в ладошке со всей силы его висячие яйца, а он держал голову и просил сосать еще. Потом все повторилось. И так – по кругу. Я сжимала ему яйца, наблюдая как он корчится от боли, затем сосала, затем снова делала ему больно.

Меня это все отнюдь не забавляло. Я не знала что думать, жалеть этого идиота или радоваться тому, что есть возможность сделать ему больно.

Лишение анальной девственности

Наигравшись со мной в свои извращенные игры, он лег на пол, посадил меня на свой член, заставил скакать, а сам стонал, не сдерживая себя. Я брала его член в своими пальчиками, и делала все, чтобы он кончил в надежде, что на этом наш секс закончится. Он улыбался и будто восхищался мной.

Шейх гладил меня по волосам и шептал что-то на своем языке. Затем он поднял меня на руки и положил животом на кровать.

Мохаммед раздвинул мои ягодицы и одной рукой стал ласкать. Я поняла, что он хочет меня в попу. Я была девственна в то месте, а его член слишком огромный, чтобы быть первым. Я дернулась, пытаясь обернуться. Я была немного шокирована, но понимая всю безысходность ситуации, расслабилась и перестала сопротивляться.

И вот я почувствовала головку около ягодиц, и от страха содрогнулась. Он крепко прижимал меня телом к кровати, и я уже не могла пошевелиться. И вдруг адская боль разразилась по всему тазу. Она была настолько сильная, что мне хотелось скорее прекратить это. Уж лучше умереть, чем испытывать такую боль.

– Терпи. Тихо.

Я лежала и орала, заливаясь слезами.

– Тихо….

Я уже не могу сказать, сколько это продолжалось, потому что все внимание было переключено на боль. Он резко вышел из меня и пополз на четвереньках наверх. Я поняла, что он кончил, и его член был весь в сперме.

– Соси.

Я начала брыкаться и кричать еще громче, но он схватил насильно и запихнул его в рот. Меня начало тошнить, но он не обращал внимания.

Через несколько минут он встал около кровати. Я увидела перед собой, высокого, сильно волосатого шейха, красного и потного после непродолжительного секса со мной. Я все еще лежала и плакала, пытаясь избавиться от мерзкого вкуса во рту.

Он снова жадно набросился на меня, стал целовать, облизывать, тискать тело и грубо, напористо трахать пальцами, пытаясь сделать это как можно жестче, может больнее, показывая свою власть.

От него исходил неприятный запах пота, смешанного с маслами. Все мое тело горело, соски налились от его грубых сжиманий, щипков и покручиваний, ягодицы были в шлепках, а он продолжал вводить пальцы. Я решала притвориться, что кончаю, полагая, что он отстанет от меня.

Я сжимала мышцы и стонала, а огромные капли пота с его лба капали на меня. Наконец, он остановился.

Мохаммед вытер с себя пот полотенцем, накинул робу, а я так и осталась сидеть на кровати. В комнату зашли две девушки и принесли огромный поднос, который поставили на стол. Если честно, несмотря на все, что происходило до этого, мне безумно хотелось есть, чтобы успокоиться и заглушить мерзкий вкус. Когда дверь закрылась, шейх сел на пол и махнул мне рукой.

Я спрыгнула ловко с кровати и подошла к нему.

– Смотри. Финики. Лукум. Халва. Пахлава. Перепел.

Я смотрела на то все и не знала, с чего начать. Я решила для начала нормально поесть, и схватилась за перепелов, а потом приступила к сладкому.

– Можно это забрать к себе в комнату? Я люблю есть по ночам. – Мне пришлось еще и жестами показывать, чтобы он понял меня.

– Ты сегодня спать здесь. – на своем ломанном русском изъяснился он.

Я не представляла, что будет, если я останусь с ним. Мне нужно было хоть немного провести времени одной, чтобы отойти от этого кошмара, но если он был в такой уверенности, то я никуда не смогла бы уйти. Мне оставалось только смириться. Я впихивала в себя сладкие десерты с огромной кучей кремов, пачкая губы и лицо. С финиками практически было покончено. Столько за раз я никогда не ела, и не мудрено, что с таким стрессом я ем много. А сладкое я безумно любила.

Он встал и снял робу, а я поняла, что он готов это сделать снова… Шейх подошел ко мне сзади и начал водить своим членом по голове. Я все еще ела и старалась не обращать внимания на его действия. Он легонько развернул меня к себе.

Член твердел и показалась красная головка, пахнущая мочой и прелостью. Он уже был чистым, видимо, я все слизала перед ужином. Шейх на этот раз не стал пихать мне его в рот, а положил меня на пол и раздвинул ноги. Я была сухая и совсем не хотела секса, поэтому он плюнул на свою руку и натер дырочку. У меня все горело, и было не просто неприятно, а очень больно, но я старательно терпела. Наконец, он лег сверху и вошел в меня.

На тот момент, я думала, что после него в меня могут войти два парня, и я больше ничего не почувствую, потому что он сильно растянул все внутри.

Его щетина терлась о лицо, и он пытался поймать губами мои губы. Я зажмурила глаза, чтобы не видеть его, и старалась немного отводить губы, но он умудрялся не только целовать, но и запускать язык внутрь. Как он вообще может нравиться кому-то? Если бы была возможность, я бы поменялась с другими девушками, но он выбрал именно меня.

Третий раз был очень долгим, потому что внутри его мошонки ничего не осталось. Но он упорно продолжал трахать меня, будто делает это показательно и назло. Наконец, я снова почувствовала пульсирование, и в меня капнула маленькая часть его спермы. Я молила Аллаха, чтобы не забеременеть. Да, я уже наслушалась арабов за эти пару дней и молилась Аллаху, чтобы выбраться из этого ужаса.

Он встал и накинул халат, а потом сел за стол.

– Ты будешь подарки получать. – я так поняла, что он хотел спросить у меня, что мне подарить.

– Я хочу много подарков. Дорогих. Золото, ткани. Хочу все.

Мне было так плохо от сегодняшнего дня, что я решила потребовать от него много всего, чтобы взять плату за эту ночь.

– Хорошо. Иди к себе. Завтра все будет.

Я улыбнулась (через силу) ему и с облегчением выдохнула, что он отправляет меня восвояси, и сегодняшнюю ночь мне не придется спать с ним.

Последнюю фразу сказал это на арабском, но я хорошо поняла. Два дня нахождения в гареме и изучения языка с Гульшат дали свои плоды. Я пыталась находить во всем свои плюсы. Для меня второй язык был полезным в дальнейшем, ведь с таким навыком я могла стать журналистом или переводчиком.

Я надела свое платье и пошла в комнату. Мне даже не хотелось плакать. Единственное, чего я боялась, – завтрашней встречи с ним.

– Гульшат, пойдем отсюда скорее…

– Что случилось? Он наказал тебя? Тебя бросят в темницу? Ой, что теперь делать…

– Тьфу на тебя. Никто меня не бросит в темницу.

– Ой, как хорошо. Ты меня уже напугала…

Мы дошли до комнаты, и я закрылась там и плюхнулась на кровать. Времени уже было много, и скоро должно было рассветать, поэтому я быстро уснула, чтобы было хоть немного времени отдохнуть.

Уже через несколько часов в дверь постучались. Почему мне приходится вставать так рано? Я больше не рабыня, живу отдельно. Все равно они постоянно дергали меня. Опухшая и сонная, я открыла дверь. Ко мне зашла целая делегация и занесла какие-то сундуки. А потом пришла рабыня и принесла на стол те десерты, которые понравились мне ночью.

– Джамиля, это тебе подарки от шейха.

Я открывала сундуки один за другим. Украшения, золото, ткани. В какой-то момент я почувствовала себя султаншей, но только я знала, как мне это все досталось. За дверью толпились девушки и перешептывались за моей спиной. Я посмотрела на них свысока, показывая, как много я значу для шейха, раз он дарит мне такие подарки. Я демонстративно открыла несколько сундуков и начала вышвыривать оттуда ткани.

– Вот эту я пущу на тряпку, а в этой проведу с ним еще одну ночь.

Мне было забавно наблюдать, как они злятся и обсуждают меня между собой. В этом доме больше ничего не радовало, а как-то себя приободрить нужно.

Я взяла под руку Гульшат и пошла с ней на изучение языка.

– А как будет «будь со мной нежен»?

– Кун лабха маин.

Она радовалась, что я спрашиваю у нее подобные вещи и с удовольствием пыталась научить. Я повторяла за ней, искажая все буквы, и она смеялась надо мной, как маленькая девочка.

К вечеру я уже знала достаточно слов, чтобы сказать шейху.

– Гульшат, а где можно достать телефон?

– Он только у шейха… А зачем тебе?

– У меня родители волнуются… Я хочу им позвонить…

– Попроси хозяина. Если он разрешит, то сможешь позвонить.

Я расспросила ее еще несколько фраз и готова была к наступающему вечеру. На мне уже было новое платье: невинное светло-розовое. Мне нужно было на это время донести шейху, что со мной нельзя грубо обращаться, и я хотела выглядеть так, чтобы он понял.

Заметен сильный стояк

В его комнате приятно пахло благовониями, а через халат заметен сильный стояк. Неужели я так его возбуждаю? Я подошла и нежно поцеловала его, закрывая глаза и представляя красивого принца вместо волосатого араба. Он сильно схватил меня за талию.

– Будь со мной нежнее, я и так твоя. – Повторила я слова Гульшат, и он ослабил свою хватку.

Подействовало! Обрадовалась я. Я ожидала его действий буквально 2 секунды. Он раздвинул мои ягодицы и начал лизать меня. Я имитировала стоны, показывая, что мне нравится. Но во время этого мои мысли были заняты лишь одним: как у него выпросить телефон.

Он проводил языком от клитора до копчика, вылизывая меня всю и оставляя щетиной царапинки. Я чувствовала, что я вся мокрая от его слюней. В какой-то момент у меня получилось представить, что это мой личный раб, и я даже начала получать удовольствие. Он вводил язычок внутрь, а затем снова выводил обратно.

– Да, мой герой, еще.

– Тебе, правда, нравится?

– Да. – Я старалась быть покладистой, чтобы он растаял и дал мне все, что я захочу.

Потом он ладошкой начал теребить мой клитор и вылизывать тело. А потом перешел на попку. После вчерашнего меня уже не сильно что-то пугало, а со знанием хоть какого-то арабского я могла его немного контролировать.

Он снова переключился на клитор, потрахивая меня носом в попу. А затем он превратился в потного романтика. Моя спина была просто усыпана поцелуями. Я почувствовала что его член уже просто рвется наружу и готов был войти в меня. Я не понимала, почему он все еще этого не сделал. Я закрыла глаза и поднесла его член ко рту. Он пах маслами, и стало ясно, что Мохаммед готовился к моему визиту. Член был теплый и уже немного мокренький. Шейх аккуратно взял меня за затылок и начал двигаться. Он входил так глубоко, что пару раз я чуть не подавилась.

Он задвигался быстрее… Теперь он меня заткнул, и я не могла ему возразить.

– Я хочу кончить тебе на лицо.

Я согласилась, но понимала, что его сперма зальет всю меня. Его сперма залепила мне глаза, и я перестала видеть. Ресницы слипались, но я чувствовала, что она все еще льется на меня. Затем он снова подрочил и был готов снова. я вытерла лицо тканью которую мне подал шейх и снова могла видеть. Он вошел в вагину без усилий, ускорил темп и я уже слышала шлепки моей попы об его ноги. Он входил резко и ритмично. Когда я чуть-чуть расслабилась, я поняла, что можно еще и получать удовольствие, ведь мой бывший, да и вообще все, кого я в «этом» плане знала, просто бы умерли от зависти. Увидев такой размер!

По крайней мере, не так больно, если не напрягаться и не думать о том, как и зачем я сюда попала.

Он трахал меня все жестче и жестче, но по сравнению со вчерашним уже все было не так страшно. Я почувствовала, что он в меня кончил. Мне уже не было так страшно за это, потому что я нашла на кухне травы, которые не дают забеременеть и заваривала чай весь день. Конечно, это все было сомнительно, но я слышала, что они хорошо помогают.

Он снова приступил к моей попе.

– Будь со мной нежен. Мне больно.

Он кивнул и без слов повалил меня на живот, оставив ноги свисать с кровати. Теперь начал вылизывать мою попку, вводя свой язык мне во внутрь, а потом уперся членом и начал медленно входить. Я закричала. Шейх замер на несколько секунд, чтобы я привыкла. Конечно, это не особо помогло, но зато резкие движения не заставляли испытывать адскую боль. Он начинал ритмично увеличивать темп и все грубее и грубее входить в меня. Я уже была обессилена и старалась держаться. Мохаммед держал меня за бедра и вгонял свой член в меня ритмично и грубо.

Наконец, я почувствовала, что он кончил. Я выдохнула. В этот раз мне было уже не так больно, и уже этот факт меня радовал. Шейх выдохнул и завалился на меня своим мокрым телом.

– А мы сегодня будет ужинать?

– Конечно, как скажешь. – Он засмеялся, и я впервые увидела его кривые зубы.

Будто по щелчку пальцев к нам занесли яства, и они уже были не такие, как вчера. Я подумала, что с таким аппетитом я вернусь в Россию толстой. Хотя нет, от такой физнагрузки – вряд ли – успокоила я себя и снова стала пожирать десерты один за другим, а шейх смеялся надо мной.

– А можно мне воспользоваться твоим телефоном?

Он снова стал серьезным.

– Зачем тебе?

– Я хочу позвонить родителям и сказать, что все хорошо.

– Посмотрим на твое поведение.

Меня расстроило это, но я не отчаивалась, и продолжила есть. Мне нужно было показать, что я принадлежу ему, и тогда он начнет доверять. Опустив голову на его грудь, я начала кормить шейха финиками. Он жадно забирал с моих пальцев сладости и оставлял на них слюни.

– Не хочешь остаться сегодня со мной до утра?

– Я сама хотела попросить разрешения остаться… – подлизывалась к нему я.

Кровать в его комнате огромная, и могла уйти на другую часть. Да, и я знала, что у него всегда много работы, и он сразу уснет, а утром уйдет по делам, отправив меня в комнате.

– А ты мне подаришь золотое кольцо?

– Все, что сама пожелаешь…

Это меня радовало. Каждая золотая побрякушка стоила мне билета до своего дома. Мне нужно было собрать много золота, чтобы сбежать. Шейх вытерся полотенцем, помазал себя маслом и зажег свечи и ладан. Сквозь эти ароматы почти не пробивался запах его пота, и мне уже не было так мерзко от его нахождения рядом.

Он закинул на меня волосатую грубую руку и практически сразу захрапел, а я смотрела на комнату и искала телефон. Еще одна ночь в его покоях, и я смогу выбраться, пока он спит, и позвонить маме. Осталось только одно – найти, где он находится. Если Мохаммед не даст мне набрать родителями, то я сделаю это, когда он спит.

Когда я проснулась, за окном щебетали птички.

– Ты можешь идти. – Сказал он мне и пошел за рабочий стол.

– А я могу погулять в саду?

– Конечно, выбери себе служанок и гуляй с ними во дворе, сколько хочешь.

Я чмокнула его в щеку и убежала. Около комнаты меня все еще ждала сонная Гульшат, которая еле держалась на ногах.

Я только хотела пойти в сторону комнаты, как вдруг в глазах потемнело. Мне уже хотелось сбежать от этого всего, укрыться в комнате и забыть о шейхе, об этом месте. Хотелось скорее остаться наедине с собой.

– С тобой все в порядке, Джамиля?

Голос Гульшат звучал где-то вдалеке, а мои ноги подкашивались и совсем не держали. Я ведь только избавилась от неприятных прикосновений незнакомого и мерзкого мужчины. Резко в голове поплыли кадры, и происходящее превратилось в дурной сон, ночной кошмар.

– Джамиля! – Слышала я где-то вдалеке.

Утро в доме шейха началось с суеты, и я слышала чьи-то голоса около кровати, хотя лежала без чувств. Что со мной произошло? Почему я ничего не помню?

– Яд. Ей нужно полежать пару дней и не вставать. Я скажу, какие травы нужно заварить. Я уже сделал все возможное, и она должна прийти в чувства.

– Найдите немедленно человека, который это сделал. Позовите ко мне всех, кто мог быть к этому причастен, и я лично их допрошу. Наймите ей врача, пусть не отходит. – Это, определенно был голос шейха.

Дверь хлопнула, и я поняла, что он ушел.

Сознание медленно ко мне возвращалось, и я уже могла различать силуэты. Полная фигура Гульшат бегала по комнате и постоянно меняла мне мокрые повязки на голове.

Как только я поняла, что Гульшат осталась одна в комнате, и двери покоев закрылись, я, наконец, приоткрыла глаза.

– Ты нас так напугала! Слава Аллаху, с тобой все нормально. Отдыхай и не вставай. Тебе сейчас лучше ничего не есть и пить только эти отвары.

Зачем он опять вернулся?

Двери резко открылись, и показалась фигура Мохаммеда. Он явно был поглощен своими мыслями: густые и мохнатые брови грозно сдвинулись к переносице, лоб покрылся морщинами, губы поджались и стали еще тоньше. В его глазах отчетливо виднелся гнев.

– Джамиля, с тобой все в порядке? Мы уже ищем, кто это сделал. Не волнуйся, все виновники будут наказаны.

Я выдохнула и скорчила на лице недовольную гримасу. Зачем он вернулся? Почему я так рано открыла глаза?

– Если бы этого всего не было в моей жизни, было бы намного лучше!

Я отвернулась и закрыла глаза.

– Не обращайте внимания, она просто не в себе… После такого случая… Сами понимаете…– заступалась Гульшат.

– Окажите ей должный уход и внимание.

Я сказала тихонько, что хочу отдохнуть, в надежде, что он не будет меня трогать еще несколько дней.

Шейх кивнул и направился к дверям.

– Сейчас тебе принесут лечебные травы. Они должны поставить тебя на ноги. – добавил он и исчез с глаз моих.

Я спала почти весь день, а шейх уехал по своим делам и не тревожил меня.

Уже начинало смеркаться, и он решил провести время со мной рядом. Шейх зажег свечу и уселся на тахте, наблюдая за мной своим похотливым взглядом. Неужели он и сейчас думает о сексе? От одной мысли об этом меня выворачивало.

– Если тебе стало лучше, может, ты сегодня проведешь ночь со мной?

– Я чуть не умерла. Как ты можешь думать об этом? Врач сказал находиться в покое несколько дней.

– Может, я хотя бы просто полежу рядом.

– Мне плохо. Я хочу остаться одна…

«Я знаю как тебе помочь» или что-то в этом роде прозвучало от него. Я еще не знала, как точно переводится то, что он сказал, но судя по интонации и тому, что он начал делать, я смогла это интерпретировать именно так.

Он залез ко мне под одеяло, нежно пальцами раздвинул мои половые губы и слюнявым пальцем стал водить по промежности, вокруг клитора, изредка потрахивая пальцем. Потом он подключил к моему «оживлению» свой язык и губы, которые ласкали все мои отверстия. Я полагаю, что одной рукой он трогал меня, а второй дрочил. Ха, прямо «исцеление любовью» тут мне организовал. Пришлось вспомнить все, чему меня учили в театральном кружке в первом классе, поэтому я начала постанывать и гладить его по голове, чтобы понял как я ему благодарна и поскорее отстал.

– Я еще очень слаба, дай мне время восстановиться. – попросила я его.

Он кивнул и ушел из комнаты. Думаю, что свой стояк он не оставит просто так и будет извергаться уже в расщелине какой-нибудь другой особы. Может одной из жен, а может и рабынь. Да мне хоть всем одновременно. Скорей бы отсюда свалить. Я уже знала, что он придет и завтра.

На следующий день мне стало намного лучше. Мне чудом повезло спать одной, и я не рассчитывала уже на вторую спокойную ночь.

– Гульшат, шейх здесь?

– Нет, он уехал по работе.

– Отлично. Я хочу выйти погулять в сад. Если он спросит, скажи, что мне все еще плохо.

– Хорошо, но…

– Никаких но, я просто хочу подышать воздухом.

На одной из дорожек сада стояли две фигуры. Они обсуждали что-то, выражая друг другу неприязнь.

– Что там происходит?

– Не знаю. Это наш охранник и друг шейха. О, Аллах, что же они не поделили?

– Я приехал к своему другу. Он сказал ждать меня здесь. Меня должны были встретить.

Это был молодой и красивый парень. Хоть он явно был из Эмиратов, но внешне больше походил на европейца. Высокий, красивый, с приятным голосом. Мне он сразу понравился.

– Простите, это я забыла предупредить. Со всем происходящим сегодня совсем вылетело из головы. Проводите Ибрагима в гостиную и скажите, чтобы его приняли. – сказала Гульшат.

Он кивнул ей, а затем посмотрел на меня.