Ангелочек с рожками Хрусталева Ирина

Глава 7

Когда Женя закончила свой недолгий рассказ, Лариса на несколько минут задумалась, а потом решительно сказала:

– Так, Женечка, я думаю, что возвращаться домой вам совсем не обязательно, да и небезопасно.

– А куда же мне прикажете податься? Где, по-вашему, я должна жить? Моя подруга Вера сама живет на съемной квартире, и ту ей любовник снимает. Он приезжает практически каждый день, мне неудобно проситься к ней на постой, там всего одна комната. К Сашиным родителям идти? Но это же совершенно бессмысленно, наверняка эти люди знают, где они живут. Да и что я им скажу? Что меня хотят убить? Такого делать ни в коем случае нельзя, у моего свекра больное сердце. И потом, я же работаю, если дома появляться не буду, так они меня на службе найдут. Нет, Лариса, я должна вернуться домой. Не знаю, конечно, чем все это закончится для меня, но другого выхода я не вижу.

– Вы что же, совсем не боитесь? – опять спросила Лариса.

– Почему не боюсь? Еще как боюсь, только толку от этого мало.

– Вот что, Евгения, жить пока будешь у меня, – решительно заявила Лариса. – И давай мы с тобой перейдем на «ты», а то я себя старухой чувствую.

– Хорошо, я согласна, мне тоже так удобнее, – улыбнулась Евгения и тут же задала вопрос: – Как это жить у вас, ой, прости, у тебя?

– Очень просто, у меня квартира большая, места вполне достаточно, так что ты меня совершенно не стеснишь. Поживешь, пока разберемся со всей этой канителью, а дальше видно будет. Кстати, как ты собираешься Алексею Александровичу все это преподнести? Прямо так и скажешь, что к тебе пришли и требуют то, не знаю что? Ты же хочешь у него в квартире поискать.

– Я и сама не знаю. Алексею Александровичу даже и заикаться об этом боюсь, ведь у него сердце больное, я уже говорила, инфаркт был после Сашиных похорон. Если я ему еще и этот сюрприз преподнесу, тогда все, – ответила Женя.

– Но ведь делать что-то нужно? Может, выбрать время, когда твоего свекра дома не будет, и самим поискать?

– Даже и не знаю, – пожала та плечами, – он в последнее время из дома практически не выходит. Нужно будет что-то придумать.

– Ты подумай хорошенько, может, что-то тебе Саша говорил или по телефону с кем-нибудь разговаривал, вспоминай. Ведь дел же он куда-то эти украшения? Не могли они сквозь землю провалиться? Ты дома не пробовала искать? – теребила девушку Лариса.

– Что искать-то? Я только сегодня обо всем узнала. Оставил мне Саша сюрприз. Когда этот мужчина ушел, я сразу же из дома деру дала. Да что я тебе рассказываю? Ты же сама говоришь, что в шкафу в это время сидела, значит, прекрасно все знаешь.

– Может, стоит поискать? – с надеждой спросила Лариса.

– Не знаю, может, и стоит. Только я недавно всю квартиру вылизала до зеркального блеска, во все уголочки залезла, практически все вещи перебрала. Некоторые, Сашины, оставила на память, а остальное все к мусорным бакам отнесла, там все время бомжи копаются, вот им и пригодится.

– А карманы проверила, прежде чем выкидывать?

– Конечно, проверила, у Саши была привычка деньги по всем карманам рассовывать, не крупные, конечно, а так, по мелочи. Вот я поэтому, прежде чем стирать или в химчистку нести, всегда все проверяю. И в этот раз тоже, перед тем как выбросить, все проверила. Нет, я считаю, что дома их нет.

– Ну хорошо, значит, нужно подумать, где они могут быть. Ты не общаешься с Сашиными друзьями?

– Почему не общаюсь? Конечно, общаюсь, только в последнее время они что-то даже звонить перестали. Первое время после похорон целыми толпами приходили, а потом все, как отрезали. Да это и понятно, у каждого своя жизнь, свои проблемы. У меня-то здесь, в Москве, друзей нет, кроме Веры, мы вместе с ней из Ростова приехали. Новых заводить некогда было. Я, когда в институт экзамены провалила, решила в Москве остаться и начала работу искать. Без регистрации никуда не брали, да еще и несовершеннолетняя была, я же сразу после десятого класса приехала. Потом азербайджанец один пожалел меня, взял к себе в магазинчик цветами торговать. Пахала я на него как проклятая, а зарплату получала – кот наплакал. Но сказать ничего не могла, терпела, деваться-то некуда. Поэтому и не завела друзей да подруг. С работы еле ноги притаскивала, до постели бы добраться, а не на гулянки ходить. Я и с Сашей-то познакомилась, потому что денег не было, пришлось в ломбард идти, а он там работал. Если бы не это, я бы, наверное, никогда в жизни замуж не вышла, – усмехнулась Евгения.

– Ну, Женечка, это ты зря. С твоими данными это не проблема, стоит только захотеть, и мужики штабелями валиться будут. Да и лет тебе пока мало, так что все еще впереди, – засмеялась Лариса.

Женя махнула рукой и фыркнула.

– Это я сейчас немного привела себя в порядок после того, как за Сашу замуж вышла. А то время и вспоминать не хочется. Денег было мало, из них за квартиру нужно заплатить, одеться, обуться, покушать. Веришь, я шампунь самый дешевый покупала, отсюда и прическа соответственная, пакля на голове, одним словом. Ногти я все время под самый корешок подстригала, чтобы там грязь не собиралась, о маникюре могла мечтать только во сне. Мы с Верой, подругой моей, нашли одну старушку за городом, она нам на двоих комнатку маленькую сдала. Там кровать только одна была, вторая раскладушка, мы с Верой по очереди на ней спали. Зато дешево, на двоих вообще копейки. Но выбирать нам не приходилось, по доходам и расходы. Про что это я? – потерла она лоб. – Ах да, мы же про внешность начали беседовать. Вот я и говорю, что когда с Сашей познакомилась, я совсем другая была, до сих пор не могу понять, как он вообще меня заметил. Он потом все смеялся: я, говорит, знал, что ты настоящая красавица, только ты, как Золушка, под сажей пряталась, а я все равно разглядел. Мужчины и в самом деле начали обращать на меня внимание, как только замуж вышла. Поверишь, когда сорок дней было после Сашиной смерти, я на кладбище пошла. Так вот, даже там ко мне мужчина один подошел, я так понимаю, чтобы познакомиться. Не простой человек, с охраной, он меня даже до дома на своей машине подвез. Нелепо, правда?

– Почему же нелепо? Я вообще со своим другом познакомилась, когда за мужем следила.

– Как это следила?

– А вот так. Он гулял от меня, а я за ним решила проследить, он свою пассию в ресторан повез, вот там я и познакомилась с Владимиром. В жизни всякое бывает, и удивляться тому, что к тебе на кладбище подошли, не стоит. Ты действительно красивая девушка, и ничего странного в этом нет. Я правильно поняла, что ты решила знакомства не продолжать?

– Не до того мне тогда было, глаза на белый свет не смотрели, не то что на мужчин. Да и сейчас я пока не готова жить так, как жила раньше. Что-то произошло после смерти мужа, как будто застыло все внутри, а оттаивать не хочет.

Лариса подозвала официанта и расплатилась по счету.

– Все, Женя, засиделись мы с тобой, поехали ко мне, дома договорим. У меня здесь машина рядом, пошли.

Они вышли из кафе и сели в машину Ларисы.

– Мы сейчас приедем, дома Володя должен быть. Если спросит, кто ты, скажешь, что моя двоюродная сестра. Нет, что-то я не то говорю. А вдруг он видел твою фотографию? Тогда сразу узнает, – пробормотала Лариса.

– Какую фотографию? – не поняла Женя.

– Понимаешь, все дело в том, что к Алексею Александровичу приходил человек из частного детективного агентства, я тебе уже об этом говорила, а мой друг, Владимир, является хозяином того самого агентства. Думаю, что он сам приходил к твоему свекру, он это дело почему-то в свое производство взял, хотя уже давно перестал этим заниматься. Володя делает это только в исключительных случаях. Я когда к нему в папку заглянула, увидела фотографию, на которой Саша снят. Конечно, я сразу узнала своего одноклассника и заинтересовалась этим делом. Мы, между прочим, с Володей даже поссорились из-за этого. Теперь понимаешь?

– Если честно, то не очень, – улыбнулась Евгения.

– Видишь ли, у нас с Володей идет война не на жизнь, а на смерть по поводу того, чтобы я была детективом. Он почему-то считает, что мне в это дело вообще не следует соваться, а вот я так не считаю. Поэтому, когда он узнал, что я заинтересовалась вашей историей, мы с ним очень серьезно поссорились. Теперь, когда мы с тобой приедем домой и он тебя увидит, то сразу поймет, что я его не послушалась, и тогда обязательно прибьет меня на месте. Теперь поняла?

– Отчасти, – улыбнулась Евгения. – Лариса, не нужно мучиться так и тем более ссориться со своим другом. Я сейчас поеду к себе домой, и все дела. От судьбы не уйдешь, сколько ни бегай. Чему быть, того не миновать, и совсем не важно, где я буду жить.

– От судьбы, конечно, убежать проблематично, здесь я с тобой совершенно согласна, но что береженого бог бережет, это также верно, – задумчиво пробормотала Лариса, нервно постукивая по рулю. – Знаешь, Женя, а давай мы с тобой вот что сделаем. Я сначала поднимусь в квартиру одна, посмотрю, там Володя или нет. Если нет, то я тебе с балкона крикну, а если он там, то постараюсь побыстрее его выпроводить.

– Лариса, если ты хочешь, чтобы я какое-то время у тебя пожила, значит, рано или поздно он меня все равно увидит.

– Рано или поздно, конечно, увидит, но чем позднее это произойдет, тем лучше для нас. Даст бог, за это время сумеем управиться и все разузнать.

Лариса подъехала к своему дому и решила поставить машину не там, где обычно паркуется, а немного подальше.

– Сиди внутри и следи вон за тем балконом, на десятом этаже. Видишь, где голубое полотенце висит?

– Вижу.

– Вот это и есть мой балкон, смотри туда. Если дома никого, я сразу же выйду и махну тебе рукой. А если Володя там, тебе придется немного подождать.

– Хорошо, – вздохнула Женя и улыбнулась кислой улыбкой.

– Не раскисай, девочка, держи хвост пистолетом, и я уверена, что все у нас получится, – подбодрила ее Лариса и выпрыгнула из машины.

Она поднялась на свой этаж и открыла дверь.

– Володя, ты приехал? – крикнула Лариса и прислушалась.

В ответ она ничего не услышала и обрадовалась так, что даже потерла руки. Она вышла на балкон и махнула Жене. Как только та вышла из машины, Лариса нажала на брелок сигнализации. Она проследила, как Женя вошла в подъезд, а сама направилась на кухню. Включив кофеварку, Лариса вернулась в комнату и взяла трубку телефона. Набрав номер мобильника Владимира, она приготовилась услышать от своего друга нотацию о том, как полезно быть пунктуальным человеком и как неприятно, когда ты кого-то заставляешь ждать. Когда Владимир ответил ей, она, не дав ему раскрыть рта, затараторила:

– Володя, извини ради бога, так получилось, что я не смогла быть вовремя дома. Хочешь, я подвезу твою ракетку куда скажешь?

– Ничего не нужно привозить. Ты уж прости, но я зашел в твою квартиру, потому что понял, что могу прождать тебя до второго пришествия.

– Ну и молодец, тогда я напрасно волновалась. Если захочешь забрать что-то еще, звони, не стесняйся, пока, – прочирикала она и отключилась.

От удовольствия Лариса даже высунула язык, представляя, как у ее милого вытянулась физиономия от такой наглости. Как это так, его подруга даже не испытывает угрызений совести?

– Да, я такая, – пропела она и пошла открывать дверь, в которую позвонили. – Проходи, чувствуй себя как дома, – улыбнулась Лариса Евгении и провела ее в комнату. – Спать будешь в моей спальне, а я вот здесь на диване расположусь.

– Нет, лучше уж я на диване, нехорошо хозяйскую спальню занимать, это плохая примета.

– Для кого плохая? – не поняла Лариса.

– Для хозяйки, конечно. И вообще, мне моя бабушка очень многое про это говорила. Ни в коем случае нельзя позволять спать на своей постели чужим людям, даже если это твои близкие друзья. Имеется в виду супружеская постель. Ты же в спальне со своим другом спишь?

– Конечно.

– Ну вот, значит, это и есть ваша с ним супружеская постель, – улыбнулась Женя.

– Ладно, уговорила, хотя, если честно, я в приметы не очень-то верю, – махнула Лариса рукой. – Располагайся тогда здесь или, если хочешь, в кабинете, там тоже диван есть.

Евгения заглянула в кабинет и решила обосноваться именно там.

– Кабинет небольшой и очень уютный, буду тут спать. Я смотрю, здесь компьютер стоит. Если позволишь, я в него заглядывать буду? Я же в институте учусь, иногда информацию кое-какую скачиваю.

– Пользуйся на здоровье, я его терпеть не могу. Сколько раз себя заставляла перебороть эту странность, никак не получается, он на меня прямо как снотворное действует, сразу зевать начинаю, – засмеялась Лариса.

– Напрасно, очень полезная вещь. В Интернете можно узнать обо всем, что тебя интересует. На любой вопрос найти ответ, да и вообще это очень интересно, – возразила Женя.

– Интересы бывают разными, я предпочитаю узнавать ответы на занимающие меня вопросы в книгах или каким-нибудь другим способом. Ладно, Женя, пойдем на кухню, поговорим лучше еще о нашем деле. Нужно составить план, с чего начинать и, вообще, что делать, – нетерпеливо произнесла Лариса и потащила гостью за собой. – Я это место больше всего люблю в квартире, здесь уютно и тепло, – продолжала тараторить Лариса, разливая кофе в чашки. – Жень, давай мы с тобой сейчас еще раз проанализируем ситуацию. Мужчина пришел к тебе только сегодня и предъявил свои права на украшения, которые Саша якобы у него взял. Я правильно все поняла, это было именно так?

– Вроде так, – пожала та плечами.

– Что значит вроде? Что конкретно он тебе говорил?

– Ну, он просил отдать то, что принадлежит не мне. Он не говорил, что это принадлежит именно ему, просто показал мне фотографию и сказал: «Эти вещи должны быть найдены, даю сроку неделю, ну, и так далее».

– А для чего он их давал Саше, не говорил?

– Я уже сказала, он не говорил, что сам дал Саше эти драгоценности. А кто ему их доверил и для чего, понятия не имею. Наверное, чтобы Саша сделал с них копию, – Женя нахмурила лоб.

– Наверное или наверняка? – начиная злиться, спросила Лариса.

– Да, я думаю, что наверняка.

– Женя, я прямо поражаюсь тебе. Ты жена или не жена? Неужели даже не интересовалась, чем твой муж занимается?

– Во-первых, я уже не жена, а вдова, – засопела Женя, – а во-вторых, Саша запрещал мне совать нос в свой бизнес. Говорил, что это не моего ума дело и вообще, что все равно я ничего в этом не пойму. Ну, брал он кое-какие украшения, переделывал, делал копии, ремонтировал. Он деньги на мастерскую копил, поэтому ни от какой работы не отказывался. Он же в ломбарде сутки через трое работал, вот все выходные и сидел за своим столом с лупой на глазу. Саша очень не любил, когда я начинала задавать вопросы и мешать ему. Он прямо одержимый какой-то был, когда работать начинал. Я на службе с утра до вечера, у меня только в субботу и воскресенье выходные были. Когда я с работы приходила, Саша уже все убирал и закрывал, а ключ все время при себе держал. Да и неинтересно мне это было, если честно. Я к ювелирным украшениям абсолютно равнодушна.

– Нет такой женщины, которая была бы равнодушна к побрякушкам, – засмеялась Лариса, – если и найдется такая, то одна на миллион.

– Я из их числа, – улыбнулась в ответ Евгения.

– Ясно, – вздохнула Лариса, – только мне непонятно тогда, почему же убили Сашу. Может, он их потерял или продал, например? Нет, ничего умного мне в голову не лезет.

– Такого не может быть, потому что не может быть никогда. Саша очень дорожил своей репутацией честного и порядочного ювелира. Он мне всегда говорил, что для мастера главный капитал – это репутация. Ведь многие мастера, когда плавят золото, добавляют туда разной дряни, чтобы по весу прошло, а остатки себе забирают, деньги на этом делают. А Саша не такой, он всегда перед клиентом отчитывался, сколько при плавке ушло, сколько при шлифовке, ну, и так далее.

– А говоришь, что ничего не знаешь, ничем не интересуешься, – хмыкнула Лариса. – Вон какие подробности рассказываешь.

– Ну, я же слышала иногда, как он с клиентами разговаривает. Правда, я заметила, что Саша выбирал для этого время, чтобы меня дома не было, но пару раз так получилось, что я присутствовала. Квартира-то у нас однокомнатная, сама видела, если я даже и на кухне сижу, все равно все слышно. Вот после одного такого разговора я и спросила у мужа, к чему такие тонкости он клиенту рассказывает? Он мне популярно объяснил, что и среди ихнего брата ювелира хватает жуликов. Он у клиента никогда деньги заранее не брал, если даже нужно было дополнительное золото.

Саша всегда на свои деньги покупал материал, это было его условием. Знаешь, Ларис, ведь у него какой-то особый секрет был, он всегда покупал золотой лом, а потом свой собственный сплав делал. Я, правда, особо не вникала в это, потому что все равно ничего не понимаю, но смысл ухватила. Правда, не особо много было заказов, но в последнее время все чаще стали клиенты звонить. У него сплав очень высокопробным был. Саша поэтому и хотел побыстрее свою мастерскую открыть. Да вот видишь, как все обернулось? – горько вздохнула Евгения и хлюпнула носом.

– Теперь поздно об этом говорить, нужно думать, что делать дальше. Мне, как нарочно, ничего путного в голову не лезет, – вздохнула Лариса. – Кстати, Алексей Александрович говорил, что Саша начал копить на мастерскую. Много денег он уже накопил?

– Я даже и не знаю – сколько, никогда не спрашивала об этом, а Саша не говорил, – Женя пожала плечами.

– Жень, ну а после Сашиной смерти-то ты эти деньги нашла?

– Нет, Лариса, не нашла, вернее, обнаружила только тысячу двести долларов, и те на похороны ушли. Мне, правда, Алексей Александрович вернул эти деньги, но я не работала почти месяц и матери из них на лекарство отослала. Может, это и было все, что удалось накопить Саше? Хотя, если честно, я думаю, что должно быть намного больше. Правда, он мог их потратить на заготовки, а потом, когда изделие было готово, ему деньги, естественно, клиент возвращал. В последнее время Саша очень много работал дома, были какие-то заказы, но мне он запрещал соваться и смотреть. Наверное, деньги ушли на то, чтобы сделать копию того украшения, которое сейчас с меня требуют. Но в квартире его нет, денег тоже нет, значит, он действительно еще не успел его отдать. Где оно может быть, что мне теперь делать, ума не приложу. Я ничего не понимаю, – бормотала Евгения, и на ее глаза навернулись слезы.

– Нечего нюни распускать, что-нибудь сообразим, – цыкнула на нее Лариса. – Сейчас нужно понять, за что тебя хотят убить и кто.

– Я не думаю, что это так, – возразила Евгения. – Тебе, наверное, показалось. Кому я нужна?

– А кому нужен был Саша? Об этом ты не подумала? – прищурилась Лариса. – Нет, я чувствую, что здесь что-то затевается. И мы это должны узнать, – решительно заявила она.

– Ларис, нам нужно сегодня ко мне домой съездить, у меня же совершенно никаких вещей с собой нет. Не буду же я ходить в одних и тех же джинсах, кофте и белье? – сказала Женя и умоляюще посмотрела на Ларису.

– Вечером съездим, не переживай, – махнула та рукой. – Это не проблема. В крайнем случае что-то из моих вещей можешь надеть, правда, рост твой с моим не сравнить, но что-нибудь подобрать можно.

– Нет, лучше давай съездим, я не привыкла чужие вещи носить, – не сдавалась Женя. – И потом мне завтра на работу. Я не могу в таком виде туда явиться, у нас солидная фирма. Начальник не любит, когда мы в джинсах приходим, всегда делает замечания.

Из комнаты донеслась трель телефонного звонка, и Лариса, встав из-за стола, пошла к телефону. Звонила ее давняя подруга Наташа, которая была владелицей салона красоты и одновременно занимала пост генерального директора.

– Привет, подружка, чем занимаешься? – спросила Наташа, как только Лариса подняла трубку.

– Так, ничем, дурака валяю, – засмеялась та.

– Я к тебе вечерком заскочу, посекретничать надо.

– Ой, Натка, давай лучше завтра, у меня сегодня вечер совершенно занят, нужно в одно место съездить, и отложить эту поездку я никак не могу, – сказала Лариса извиняющимся тоном. – Ты только не обижайся, ладно?

– Куда это ты намылилась? – удивленно спросила Наташа.

– Натусик, я тебе потом обязательно все объясню, а сейчас, хоть убей, не могу.

– Опять что-то задумала? Или в историю попала? – осторожно поинтересовалась Наталья.

– Не придумывай, ты же знаешь, что Володя следит за мной во все глаза. В какую еще историю я могу попасть под таким неусыпным надзором?

– От тебя можно все, что угодно, ожидать. За тобой хоть надзирай, хоть не надзирай, толку ноль. Ты еще не оставила надежду стать знаменитой сыщицей? – засмеялась Наташа.

– Не говори глупости, ты же знаешь, что мой милый категорически запретил мне даже думать об этом, – ответила Лариса.

– Ладно, не буду тебя больше задерживать. Значит, до завтра? – сказала Наташа.

– До завтра, Натусик, буду очень рада тебя повидать, – протараторила Лариса и положила трубку.

Она облегченно вздохнула и усмехнулась. Ее подруга Наташа всегда чувствовала, когда Лариса что-то замышляла. У нее прямо нюх на это дело. Лариса снова прошла на кухню и, посмотрев на пригорюнившуюся Евгению, сказала:

– Так, сейчас поедем к тебе, за вещами, а потом будем думать, что делать дальше. Давай-ка собирайся.

Девушки спустились во двор и сели в машину. Когда они подъехали к Жениному дому, было уже совсем темно. Пока Лариса смотрела, где бы поставить машину, Женя вышла и направилась в сторону подъезда.

– Черт побери! – выругалась она, как только вошла внутрь. – Вечно эти бомжи все лампочки повыкручивают, добирайся теперь до лифта на ощупь.

Только она поднялась по ступенькам и, держась за стенку, пошла в сторону лифта, как почувствовала на своих губах чью-то ладонь. Закричать она не успела, а только с ужасом вытаращилась в темноту. Женя почувствовала, как другая ладонь шарит по ее ушам и шее. Она в отчаянии дернулась с такой силой, что на мгновение смогла вырваться. Тут же развернулась и наугад брыкнула темноту. Видно, ангел-хранитель был в это время рядом с ней, потому что она тут же услышала приглушенный вскрик, а следом за этим увидела, как распахивается дверь подъезда и в него входит Лариса. Темный силуэт проявился в тусклом свете от фонаря, падавшем со двора, и Женя увидела скрюченную мужскую фигуру. Она тут же вцепилась в нее двумя руками и заорала что было сил:

– Лариса, быстрее помоги, этот гад хотел меня изнасиловать и… – договорить она не успела, так как получила ощутимый удар, от которого из глаз посыпались разноцветные искры.

Она на мгновение ослабила захват, но этого неизвестному было достаточно, чтобы броситься к двери, пролетев лестницу в один прыжок. Он пронесся мимо Ларисы, чуть не размазав ее по стенке.

– Эй, ты что, ненормальный или с цепи сорвался? – услышала Женя возмущенный голос Ларисы. – Елки-палки, темнота-то какая. Жень, ты здесь? Что ты там орала про изнасилование? У тебя что, мания преследования началась?

– Здесь я, – пролепетала Евгения, и голос ее при этом дрожал. – Ничего у меня не началось, этот ненормальный, который только что выскочил за дверь, напал на меня.

– Что значит напал? – опешила Лариса, продолжая осторожное движение. Женя подала ей руку и потащила в сторону лифта.

– Представляешь, захожу я сейчас в подъезд, только по лестнице поднялась, вдруг откуда ни возьмись этот придурок появился. Зажал мне рот рукой, я даже опомниться не успела, и начал шарить по лицу. Мне удалось вырваться, я ногой ему заехала, по-моему, в причинное место, – возбужденно рассказывала Евгения.

Девушки уже дошли до лифта и, как только открылась дверь, поспешно юркнули внутрь.

– А меня он чуть с ног не сбил, несся, как будто его кипятком ошпарили. Теперь понятно почему. Ему мужские причиндалы помяли. Интересно, что этому типу от тебя было нужно?

– Думаю, он удушить меня хотел. Все по ушам шарил и по шее, – возбужденно сказала Евгения.

– По ушам, говоришь? – нахмурилась Лариса. – Значит, просто какой-нибудь грабитель. Наверное, хотел поживиться, думал, что сережки в ушах, ведь обычно женщины что-то из золота на себе носят. Да, промашка у него вышла, не знал парень, что ты из той породы дам, которые терпеть не могут украшений, – засмеялась Лариса.

Девушки вышли из лифта, и Женя открыла дверь квартиры. Она замерла на пороге как вкопанная и прошептала:

– Стой, в квартире кто-то есть или был. Чувствуешь, дымом пахнет?

Лариса принюхалась и действительно почувствовала запах табачного дыма. Девушки так и стояли в дверях, не зная, что же делать дальше. Женя протянула руку к выключателю, и прихожую тут же озарил яркий свет. Лариса тем временем достала из сумочки газовый баллончик и зажала его в руке. Они осторожно начали продвигаться к комнате, крепко держась за руки. В комнате было пусто, но девушки не успокоились и все так же осторожно обошли всю квартиру и заглянули во все уголки. Когда наконец удостоверились, что она совершенно пуста, то облегченно вздохнули.

– Ну блин, вот это я понимаю – аутотренинг. Никакая диета не нужна, я, наверное, за эти десять минут килограммов пять сбросила, – пропыхтела Лариса и плюхнулась в кресло. – Итак, вернемся к нашим помидорам. Чувствую я, что за тобой открыли настоящую охоту.

– Ты думаешь? – испуганно пролепетала Евгения.

– Что тут думать-то? Сама, что ли, не видишь? В доме сигаретным дымом пахнет, значит, кто-то здесь был. А может, свекор твой приезжал, у него ключи есть?

– Нет у него ключей, в последнее время он вообще из своей квартиры не выходит, да и не курит он, – ответила Женя, – это кто-то чужой был.

– Резонно, – согласилась Лариса. – Ты давай-ка не сиди, собирай по-шустрому вещи, нужно отсюда побыстрее сваливать. Кто-то здесь курил, а потом в подъезде тебя поджидал, не нравится мне все это. Слишком много событий за один день, это неспроста. Мне нужно все хорошенько обдумать.

Евгения заметалась по квартире, бросая в спортивную сумку вещи. В это время зазвонил телефон, и она испуганно замерла на месте.

– Ты чего остолбенела? Трубку возьми, – удивленно проговорила Лариса.

– Боюсь, – прошептала Женя.

– Чего ты боишься? Отвечай, – прикрикнула на нее Лариса.

Евгения осторожно взяла трубку и упавшим голосом сказала:

– Алло, я слушаю… Да, это я… Кто, кто? – удивленно спросила она и вытаращила глаза. – Откуда у вас мой телефон? Да, я потрясена… Нет, Вячеслав, я не могу с вами встретиться, я уезжаю на неопределенный срок… Куда? А вам какая разница?.. Извините за бестактность, я не хотела, – смутилась Женя, а потом продолжила более мягким тоном: – Просто у меня совершенно нет времени, я очень тороплюсь… Хорошо, как только приеду, обязательно позвоню… Да, да, диктуйте, я записываю, – торопливо проговорила Женя, не собираясь ничего записывать.

Когда она положила трубку, то недоуменно посмотрела на Ларису.

– Кто это звонил? – поинтересовалась та, очень удивившись реакции вдовы на звонок. Женя тряхнула головой и заявила:

– Сплошные сюрпризы. Мне кажется, что за один день это уже слишком. Помнишь, я рассказывала тебе, как на кладбище ко мне подошел мужчина, а потом подвез меня на своей машине?

– Ну, помню.

– Так вот, это он сейчас звонил и хотел со мной встретиться. Откуда, интересно, он узнал мой номер телефона?

– А что здесь удивительного? Ты же сама сказала, что он тебя подвозил, а по адресу узнать номер телефона можно элементарно.

– Он не подвозил меня до дома, я вышла около супермаркета, – возразила Женя. – И потом, он же не знает моей фамилии? Впрочем, он мог видеть фамилию на могиле, и я сказала, что там похоронен мой муж, – задумчиво проговорила она. – Все равно странно как-то. Столько времени прошло, я уже совсем про него забыла, а он вдруг звонит. Все-таки интересно, каким образом он узнал мой телефон?

– Если мужчина хочет что-то узнать, для него не существует преград, не забивай себе голову. А почему ты не захотела с ним встретиться? Ты вроде говорила, что он человек непростой, с охраной, а тебе сейчас охрана как никогда нужна, – улыбнулась Лариса.

– Хватит шутить, мне не до встреч сейчас. Ему, видно, захотелось просто время со мной провести, а я пока к этому не готова. И вообще я девушка серьезная, во всяком случае, всегда считала себя таковой, – горько усмехнулась Евгения и продолжила сборы.

Она раскрыла гардероб и уставилась на вещи. Протянув руку, она погладила мужской пиджак, а потом вытащила его и, повернувшись к Ларисе, сказала:

– Это свадебный костюм. Саша в нем был таким красивым. Я его на память оставила, – и она еще раз провела рукой по лацкану.

– Ты зря его оставила, Женя, он постоянно будет тебе напоминать о твоем горе. Я бы на твоем месте вообще избавилась от всех вещей. Ты же понимаешь, что Сашу не вернуть, пора о своей жизни подумать, и поверь мне, ничто не должно возвращать тебя в прошлое, – задумчиво произнесла Лариса.

– У меня рука не поднялась его выбросить, он же свадебный, – сказала вдова, и из ее глаз тут же полились слезы.

Она неудержимо разрыдалась и плюхнулась на пол, прижимая к себе костюм. Губы ее шептали:

– Прости меня, Сашенька, прости, что не уберегла тебя.

Лариса бросилась к Жене и попыталась ее утешить, но потом оставила эту затею, решив дать ей выплакаться. Она осторожно взяла из ее рук костюм, он почему-то показался ей тяжелым. Когда Лариса уже хотела повесить его на место, рука наткнулась на что-то твердое. Лариса нахмурилась и начала ощупывать подкладку. Когда ладонь нашла то, что искала, Лариса посмотрела на Женю удивленными глазами и прошептала:

– Здесь что-то есть.

– Что? – подняла та глаза.

– Не знаю, давай посмотрим, – и Лариса начала искать отверстие, через которое могла бы достать то, что она нашла. Подкладка была кругом зашита, и Лариса возбужденно велела Евгении:

– Тащи ножницы.

Та тут же вскочила с пола и помчалась на кухню. Слезы моментально просохли. Женя так же стремительно вернулась обратно и протянула Ларисе ножницы. Лариса поспешно распорола подкладку, и на ее ладонь выпал тяжелый сверток. Она дрожащими руками развернула тряпицу, и девушки ахнули от неожиданности.

Глава 8

– Твою мать, и что же это значит? – прошептала Лариса и подняла на Евгению глаза.

Та испуганно уставилась на находку и с каждой минутой становилась все бледнее и бледнее. Когда Лариса тряхнула ее за плечи, Женя совершенно пустым взглядом посмотрела на нее и прошептала бескровными губами:

– Я два года была замужем за бандитом.

– Что ты городишь? – рявкнула Лариса. – С чего такие бредовые мысли?

Женя взяла в дрожащие руки небольшой пистолет и начала перекладывать его из ладони в ладонь.

– Ты только посмотри, Лариса, это же настоящий пистолет. Во что же ввязался ты, Сашенька? Зачем тебе было нужно это? – шептала она.

– А ключ-то от чего? – спросила Лариса, разглядывая небольшой кусочек металла.

– Понятия не имею, – пожала Евгения плечами, но ключ все же взяла из рук Ларисы и пристально его рассмотрела. Потом решительно махнула головой и еще раз произнесла:

– Понятия не имею.

– Та-а-ак, – протянула Лариса, – ключик нашелся, осталось найти каморку папы Карло с потайной дверцей за очагом.

– Ты о чем это, Ларис? – вскинула брови Женя.

– Ай, – махнула та рукой, – не обращай внимания, я часто вслух рассуждаю. Женя, ты мне говорила, что проверяла все Сашины вещи. Как же ты могла пропустить такую захоронку?

– Это Сашин свадебный костюм, я его не собиралась выбрасывать вместе с остальными вещами, я же тебе об этом говорила. Поэтому его я и не проверяла. Нет, карманы я, конечно, проверила, когда деньги, которые он копил, искала. Сейчас похороны знаешь какие дорогие, а своих денег у меня было совсем мало. Но подкладку проверить мне даже в голову не пришло. Давай еще как следует проверим, вдруг и драгоценности там лежат?

– Ничего здесь больше нет, – ответила Лариса, тщательно ощупывая подкладку. – Женя, давай быстрее сваливать отсюда, что-то тревожно на душе, – торопливо проговорила Лариса и завернула пистолет опять в ту же тряпицу. – На, положи куда-нибудь, в сумку или в лифчик запихни, – протянула она сверток Евгении.

Та шарахнулась так, будто ей протянули гранату с выдернутой чекой, и замахала руками.

– Ой, ради бога, Ларочка, пусть это у тебя пока побудет, я даже в руки боюсь брать.

– В руки она боится брать. Можно подумать, что я не боюсь, – проворчала Лариса и запихнула сверток за пояс брюк. Потом немного подумала и запихнула его поглубже. – Подальше положишь, поближе возьмешь, – без тени смущения сказала она.

Лариса покрутила задницей и пришла к выводу, что вроде ей ничего не мешает и она спокойно сядет за руль.