Лорды гор. Трон над бездной Арьяр Ирмата

Не скажу, что я ужаснулась или даже расстроилась. Император сам избавил меня от предъявления претензий и обострения отношений между нашими странами.

– А моя сестра?

– Север даровал ей корону императрицы, как избраннице сердца и супруге императора Игинира, – витиевато, как любят ласхи, сообщил Эльдер.

«Бедняжка Лилиана», – вспомнила я свое намерение выдать подругу детства замуж за настырного Рамасху. Чтобы отвлечь от своей персоны. А он взял и сам неожиданно отвлекся. Даже обидно!

– Прекрасная новость. – Я вернулась в кресло. – А теперь, Эльдер, мне хотелось бы подробностей. Как погиб Алэр? Почему Рамасха не сообщил ни мне, ни регентскому совету о своем желании взять в жены мою сестру и не испросил дозволения? Почему не подождал хотя бы ради приличия официального благословения?

– Ну я-то что! – надулся дракончик. – Это же не я женился на вашей сестре! А о том, как и почему погиб наш бывший владыка, спрашивайте у Таррэ. Стражи заметили у ворот замка высшую вейриэнну в одеждах белых воинов.

– Высшую? – изумилась я и посмотрела на Яррена. Кажется, телохранитель Летты совсем не удивлен. – Седьмой высший вейриэн Белогорья – женщина?

– Ага, – оскалился дракончик всеми своими ледяными клыками. – Она вступила в схватку с существом, которое сначала выглядело как наш император Алэр, а потом – как темное порождение Азархарта.

– Женщина, – подтвердил Яррен. – Мать нашего учителя Рагара, Найла. Она же – высшая белая вейриэнна Наиэйла. Впервые слышу, чтобы она после смерти спустилась на низкий план бытия. Похоже, Алэр задавил в себе последнюю искру пламени айров, и совет высших принял решение вызвать его на поединок. И это могла сделать только та, которую он когда-то любил.

Император убил мать Игинира, чтобы быть с ее телохранительницей, – вспомнила я горький рассказ Рамасхи.

– Наверное, высшие до конца надеялись, что смогут найти в нем искру дара айров и спасти, – вздохнул Эльдер. И тут же встрепенулся: – Так что, летим на свадьбу? Весь Север празднует!

– Лети. – Я опустила на него потяжелевший взгляд. И этот предал при первой же возможности. – Я как-нибудь без оруженосца справлюсь завтра.

– А что у нас завтра? – моргнули невинные глазки. – Сон до обеда после бала, а потом пир? Так чего зря свои продукты переводить, когда можно чужих пожрать до отвала, а, мой неэкономный король?

– Завтра у нас второй день турнира, – напомнила я.

– Скукота!

– Новый северный император нарушил традиции, не соизволив… – Я осеклась: в небе за окном полыхнула и расцвела сотканная из северных сияний огромная роза, а в сердце словно дунул ангел. Это ожил ключ к зримой речи Рамасхи.

«Мой дорогой друг! – желто-зелеными и ало-золотыми лепестками расцветали в душе не слова, а образы и ощущения теплоты и поддержки. – Отец-император блокировал мою связь с Гардарунтом, дабы ты не узнал о тех испытаниях и страданиях, через которые пришлось пройти принцессе Виолетте, нежной фиалке, чьи лепестки едва не почернели от злой магии Алэра. Я виноват, что не сумел оградить твою прекрасную сестру от страданий. Виноват, что не смог спасти ее юных и доверчивых фрейлин. Все три девушки, вероятно, погибли. Одна погибла точно. Две, как выяснило следствие, похищены Темной страной. Я уже отправил депеши с официальными соболезнованиями в твою канцелярию. И отдельно – их отцам. Север не сможет возместить им утрату, но мы готовы выплатить любую разумную виру.

Дорогой друг и король Лэйрин, я всем сердцем полюбил леди Виолетту и прошу у тебя ее руки. Мое сердце твоя сестра уже приняла, к моей несказанной радости. Договор, заключенный между двумя державами, будет исполнен, если у тебя, государь Гардарунта, не будет к тому веских возражений.

Но, мой дорогой друг, должен предупредить: нас с леди Виолеттой уже благословила Синяя магия Севера, и я не отступлюсь от своей любимой. Коронация уже состоялась, таковы традиции Севера – все решает магия короны. Официальные торжества назначены через три дня, включая сегодняшний. Приглашение отправлено по официальным каналам. Но неофициально, при всем моем желании увидеть твои умные и дерзкие зеленые глаза, вынужден просить не приезжать. На этом настаивает Таррэ и все высшие вейриэны, уцелевшие после боя с Темной страной. Они сделают все, вплоть до твоего незаконного похищения и пленения в Белогорье.

Будь осторожна, Лэйрин. Навсегда твой друг и, надеюсь, теперь родственник, император Севера Игинир.

V (Вдогонку). В леди Виолетте пробился лепесток магии горной риэнны. Пока слабый, почти прозрачный. Высшие вейриэны будут ее обучать, делать из нее Белую королеву и совершат страшную ошибку. Один я не выстою против Семерки, даже неполной. И Север не выстоит. Вся надежда на тебя, моего друга Яррена и присягнувших мне ласхов. Жду от тебя благословения, как короля и брата моей любимой, и поддержки, как друга. Рамасха.

VV (Вдогонку вдогонке). Темная страна в ярости от смерти Алэра, переродившегося в темного князя. Сегодня был сильный выплеск».

У зримой речи есть два существенных недостатка.

Первое: световое послание не отправить и не прочитать тайно. Его видят все ласхи, хотя смысл открывается только обладателю ключа от отправителя. И второе: пока воспринимаешь небесные письмена, твое внимание сосредоточено на своем сердце и ощущениях. Это мешает контролировать окружение.

Впрочем, может быть все дело в том, что у меня мало опыта чтения северных сияний?

Пока я внимала во всех смыслах цветистой речи принца Игинира, мой гость и мой паж о чем-то, не стесняясь короля, перешептывались.

– Я вам не мешаю, господа заговорщики? – подняла я бровь.

И хоть бы кто-нибудь смутился! И – самое странное – мне по большому счету было на это плевать. Я вдруг осознала, что здесь, в кабинете, царит совершенно расслабленная и дружеская атмосфера.

Так легко я себя чувствовала разве что в компании Светлячка, которому доверяла абсолютно… после его клятвы Роберту и мне. Эльдер тоже принес мне присягу верности. Но не Яррен. И я не хотела видеть его своим подчиненным. Почему? Не потому ли, что он – тоже был учеником высшего мастера Рагара, а учителю я доверяла абсолютно?

А ведь здесь и сейчас собрались все его три ученика!

– Ну что, пригласил, да? Летим на Север? – с надеждой воззрился драколасх и переступил в нетерпении с лапы на лапу.

Я облокотилась о стол и положила подбородок на правую руку, сжатую в кулак. Спасибо, Рамасха, предупредил. Значит, у меня есть три дня.

Всего три дня, включая сегодняшний.

Целых три дня!

И почти все это время я должна держаться в тени, выпустив вместо себя фантом Лэйра. Если Таррэ решит на всякий случай запереть меня в Белогорье, не надеясь на мой здравый ум, то его ждет горячий во всех смыслах слова сюрприз. Пусть попробует похитить огненный фантом.

И ведь правильно не надеется! Потому что я решила воспользоваться приглашением Рамасхи!

– Нет, Эльдер. Король Гардарунта не может покинуть государство в такое сложное время и, как ты выразился, жрать на стороне, пока подданные голодают. Кроме того, у меня сегодня бал, а завтра – выборы невесты. Послезавтра, как раз в день свадьбы Игинира и Виолетты, можно и мою отметить. Это будет символично. А на Север я отправлю вместо себя представителя. Например… моего формально подданного Яррена фье Ирдари. – Я перевела взгляд на горца. – Как ты смотришь на то, чтобы стать королевским послом, рыцарь ордена Прекрасной дамы? – и красноречиво покосилась на его правое запястье, обмотанное вуалью.

– Это слишком большая честь для меня, ваше величество! – полуинсей поклонился, ловко скрыв от моего взгляда выражение глаз. Ничего в них прочитать не удалось. И я сделала вывод, что все эмоции, которые я видела сегодня на этом лице – это намеренная демонстрация. Игра.

Дружеская атмосфера мгновенно похолодела.

Такого опасного типа надо держать как можно ближе, чтобы не ударил в спину.

– А если в составе представительной делегации будет княжна Айрани? – выложила я самый жирный козырь.

Полукровка вскинул на меня ярко вспыхнувший взгляд.

Эльдер, предатель, охнул:

– Ох! Ого! Вы что же это задумали, ваше неугомонное величество?

Я промолчала, держала паузу. И Яррен снова опустил взгляд, однако согласился. Почти.

– Я выполню любой ваш приказ, мой король… если он не будет угрожать вашей же жизни.

Ну конечно, разве мог этот хитрец обойтись без уточняющей оговорки?!

– В таком случае… – я задумалась. На письменном столе стояла давно забытая шахматная доска с недоигранной партией. Это пристрастившийся к заморской игре Сиарей и Эльдер коротали время, пока я ночами отсыпалась в одной из секретных башен. Я взяла в руки белого офицера, покрутила и под укоризненным взглядом дракончика поставила на ту же клетку.

Нельзя действовать напролом.

Назначить Яррена послом или представителем в обход Таррэ будет слишком опрометчиво и подозрительно, ведь я таким образом открыто заявлю, что какой-то младший – уже даже не лорд, а просто «сын», которых в горных домах, как камней на склонах, – мое доверенное лицо. Приближенное.

Невозможно. Вейриэны глаз с него не спустят.

– Послом будет слишком, – повторил горец. – А вот телохранителем – привычно. У вас ведь не одна сестра, ваше величество, – задумчиво обронил полукровка.

Да он мысли мои уже читает!

– Не одна, – улыбнулась я уголком губ. – Но в Гардарунте на сегодняшний день осталось только две средние принцессы. Насколько мне известно, они бежали из монастыря и собирались сорвать мне свадьбу, и я позволил их поймать и запереть. Но ради свадьбы младшей Виолетты их, конечно, выпустят. Им понадобятся фрейлины, девушки высокого происхождения…

Яррен красноречиво дотронулся до правого рукава, в котором пряталась вуаль Айрани и тоже едва заметно улыбнулся. Понял, к чему я клоню. И опять меня посетило иррациональное чувство, как будто я всегда знала этого светловолосого парня с проницательным взглядом изменчивых, – теперь глубоких синих, – глаз!

Я резко отвела взгляд. Сосредоточилась на шахматных фигурах. Сложная предстоит партия. Смертельная…

«Смерть знает о жизни всё»… Это мы еще посмотрим!

– Аудиенция окончена, фье Ирдари. – я решительно поднялась из-за стола. – До особых распоряжений ты поступаешь в отряд командира моей охраны, ласха Сиарея. Эльдер проводит до казарм, где разместились ласхи. Правда, говорят, там холодно, как на северном полюсе, но в твоем распоряжении фляга с эликсиром «Корень солнца», согреешься.

Яррен поклонился, пробормотал благодарности, но что-то совсем без энтузиазма. Горец явно не горел желанием служить королю-молокососу. И не он один, не он один, – вспомнила я рыцарей команды турнирного соперника. Но, когда горец спросил дозволения уйти, я дожала:

– И еще, тебе полагалась бы награда за безукоризненную службу при принцессе Виолетте, но… судя по рассказу, ты не справился, и ее свита погибла, а моя сестра находилась на грани гибели. Потому не обессудь, но награды не будет. – Мысль о пустой казне я прогнала. – Но… для нашей задачи я должен представить тебя двору прежде, чем снова отправлю на Север моим представителем. Потому вместо наказания придется тебя наградить. Я дозволяю тебе, как одному из победителей первого дня турнира, присутствовать сегодня на праздничном балу. Кстати, где ты взял мешок золота для оплаты штрафа?

– У делегации инсеев, – признался мой будущий посол.

– Что? – я в изумлении села. – Но как? Эти наглецы собирались тебя похитить! Средь бела дня! В моем королевстве!

– Я сам пришел к ним и потребовал обещанную награду за мою голову. Они не нашли, что возразить. А когда золото выдали и заперли меня в монастырской келье вместе с наградой… Видите ли, они не подозревали, что, сидя в горах, я мог научиться вскрывать водяные магические замки. – И скромно потупил взгляд, лапушка какой. А на его губах расцвела такая ехидная улыбочка, что я похвалила себя за правильное решение держать государственного преступника у себя на глазах.

Я махнула рукой, отсылая прочь и гостя, и оруженосца. Они вышли, как и полагается тайным гостям, в окно. В самую гущу разыгравшейся снежно-маскировочной бури.

Глава 3. Яррен. Отголоски северных игр

– Ну что ты молчишь, Яррен! – сразу заныл Эльдер, стоило отлететь подальше от королевских покоев под прикрытием снежного щита, такого густого, что даже зримая речь становилась невозможна.

Чистокровные ласхи, конечно, и в такую непогоду умудрялись протягивать радужные мосты от сердца к сердцу, но фье Ирдари – не синий маг, чем и пользовался, упорно делая вид, что не замечает мелькавшие среди снежинок искорки и звездочки, которыми бомбардировал его дракончик.

– Невозможно говорить! – прокричал Яррен сквозь вой ветра.

Снег сразу забился ему в рот. Вместе с искорками! И те тут же мстительно ужалили язык и гортань. «Не молчи! Скажи что-нибудь!»

Горец сплюнул и закашлялся. Стукнул кулаком по ледяной шкуре дракона, умудрившись попасть между острых шипов.

– Ай! – завопил Эльдер. Перекувырнулся, стараясь сбросить всадника, и таким клубком оба влетели в распахнутое окно, едва не сбив с ног Сиарея.

Отряд охраны, состоявший из нескольких десятков ласхов, располагался не в самом дворце, – иначе во всем королевстве не хватило бы угля для отопления залов, – а в отдельном здании, бывшем складе, часть дверей которого была переделана под окна жаждавших света и свежего воздуха ласхов. И для удобства их общения и передвижения – окна, несмотря на зимнее время года, хотя и удивительно теплое, были распахнуты настежь, и северные сияния, и снежные вихри то и дело сновали туда-сюда.

Начальник охраны натренированной рукой успел перехватить ледяной драконий вихрь за хвост и как следует встряхнуть.

– Мой хвостик! Моя девичья краса! – дурашливо завопил Эльдер.

– Прекратить! – скомандовал Сиарей.

Дракончик мгновенно присмирел.

И даже в кои-то веки принял настоящий вид – мальчишки лет тринадцати с белыми вихрами и расписным морозным личиком. Огромные синие глаза с обидой уставились на командира. Похлопали длинными, заснеженными и очень густыми ресницами, выхлопали пару снежинок, скатившихся по гладкой щеке слезинками.

– Сущее дитя, – проворчал Сиарей. – Лэйрин ушел в убежище?

– Так точно! – вытянувшись, гаркнул дракончик. Задребезжали стекла даже в раскрытых рамах. – Ушел готовиться к приему и балу.

– Послание императора он получил?

– Так точно! – еще громче повторил Эльдер, хотя, казалось, громче невозможно. Льдинки, наросшие на подоконнике дежурки, с хрустом обломились.

– Надеюсь, наш неугомонный король проявит благоразумие и откажется от личного визита на свадьбу сестры. Нельзя ему злить Семерку. Лети в его покои, Эльдер, и жди возвращения короля.

Дракончик покачал головой:

– Никак нет. Лэйрин дал мне другой приказ. Я должен кое-кого кое-куда сопровождать. – И зыркнул на Яррена хитрым глазом.

Ученик вейриэна невозмутимо отряхивал парадный костюм от снега.

– Яррен, – начальник охраны переключился на гостя. – Раз ты здесь, значит, король передал тебя под мое командование?

– Временно, Сиарей. – Горец выпрямился, расправил плечи, вздернул упрямый подбородок и чуть сощурил глаза. И удивительным образом стал выглядеть выше и взрослее. – До бала, на котором я обязан присутствовать. А там, возможно, будут новые распоряжения.

– То есть, своим оруженосцем он тебя не взял?

– Я не просил.

– И какие у тебя впечатления о короле?

Яррен не стал скрывать удивление. В большой комнате с высокими сводами их внимательно слушал десяток дежурных ласхов из магического отряда северян. Потому полукровка поступил по-инсейски: не ответил. Вернее, ответил вопросом на вопрос.

– Что ты хочешь услышать, Сиарей? – усмехнулся он. – О чем тебе рассказать? Король не казнил меня на месте за то, что я не уберег фрейлин принцессы, и на том спасибо.

– Понял. Не хочешь говорить, не надо. – Ласх отвернулся и отступил на шаг. Но тут же снова повернулся и взял Яррена за плечо. – Ты и король Лэйрин, оба – ученики Рагара, а нет связи сильнее. Даже супруги не так сильно связаны, как духовный учитель и ученик. Даже мы все тут, в его личном отряде, – лишь его воины, соратники, подчиненные.

– Бывшие, Сиарей, – твердо напомнил Яррен и текуче вырвался из захвата. Губы его сжались в нитку, желваки на скулах перекатились. Он процедил: – Вы уже не личный отряд Рагара. Вы все дали клятву королю Лэйрину. Забыл?

– Как можно! – вспыхнул северянин. – Мы не клятвопреступники, горец!

– Я услышал достаточно, ласх. Я буду настаивать, чтобы Таррэ снял с тебя обязанность главы охраны короля Лэйрина. Ты слишком привязан к Рагару и ставишь свою клятву мертвому вейриэну выше клятвы живому сюзерену. Ты тоже мечтаешь вернуться на Север и служить новому императору? Все вы сегодня особенно сильно затосковали по родине? – Яррен, сжав кулаки, медленно обвел взглядом напряженных ласхов.

В комнате поднялся ропот.

– Да ты кто такой, горец…

– Так тебя Таррэ и послушал…

– Как ты с командиром говоришь, инсей!

Эльдер охнул и метнулся за спину горца, встал почти вплотную, но чтобы не ограничивать движений, и развернулся лицом к сотоварищам. Ласхи их окружили. Сиарей полыхнул гневными синими всполохами, дернулся к полукровке, но вдруг обмяк и потускнел. Поднял руку, успокаивая подчиненных.

– Не сметь! Мы – одна команда! – и когда ропот стих, а ласхи спрятали оружие и остановили боевое преображение в монстров, мотнул головой, вперив взгляд в разгневанного полукровку. – Нет, Яррен. Тебе не нужно беспокоиться о присяге, мы знаем наш долг.

– Надеюсь. – Полукровка не смягчил взгляд и не расслабил мышцы.

Сиарей пожал плечами, показывая, что не собирается больше спорить, и сделал шаг в сторону, чтобы лучше видеть дракончика. И тихо, с вибрирующими нотками, своим волшебным проникновенным голосом произнес:

– И тебе, Эльдер, нет нужды переживать, никто твоего друга не тронет. Хотя я удивлен, что ты выбрал не нас, своих сородичей, а бросился защищать спину чужака. Впрочем, твой выбор понятен. Ведь учеников у Рагара было трое. Но я думал, что Яррен, оставшись наедине с королем, вспомнит о своем погибшем учителе и о том, что его тело не найдено и не погребено.

Яррен пристально вгляделся в лицо командира. Процедил, чеканя каждое слово:

– Если. Кто-то из вас. Напомнит об этом королю Лэйрину… Я лично. Заставлю. Такого глупца замолчать. Навсегда. И тебя, Сиарей, тоже не пожалею, несмотря на нашу дружбу. И сил у меня хватит, будь уверен.

– Но почему ты так взъярился? – нахмурился командир.

– Потому что здесь я согласен с Семеркой. Не время. У государя Гардарунта куча других дел, ему некогда заниматься поисками трупа и похоронами. Для этого есть вейриэны Белогорья, это их задача. Не короля. К тому же, нельзя омрачать его свадьбу, это дурной знак.

– Какую свадьбу?

– Наш король женится послезавтра. Ты не знал?

– Но это же спектакль! – не выдержал Сиарей.

– Почему?

Ласх на мгновение отвел взгляд, а потом, подойдя ближе и склонившись к самому уху гостя, прошептал:

– А ты не знаешь? Женившись, король по законам Гардарунта будет считаться совершеннолетним, и власть полностью перейдет в его руки. Но он не любит женщин, как и его отец. Это будет фиктивный брак лишь для того, чтобы упразднить регентский совет. Разве ты не заметил, как Лэйрин смотрит на тебя? А вот мы все заметили.

Яррен побледнел и замер, как нависший над пропастью ледник, а через миг пришел в движение и, схватив командира одной рукой за горло, просто снес его ураганным ветром, прижал к стене и кулаком ударил по лицу ласха, яростно прошипев:

– Да как ты смееш-ш-шь!

Сиарей успел прикрыться ледяным щитом, но Яррен не щадил, бил с такой силой, что щит треснул. Брызнуло ледяное крошево пополам с кровью.

Ласхи взвыли и ринулись на чужака скопом.

Эльдер мгновенно преобразился в дракона. Да еще какого! Невероятно огромного, с бронированной ледяной шкурой, напоминавшей ежа с острейшими пиками вместо игл. Он был так велик, что места в зале почти не осталось ни для атаки, ни даже для хорошего замаха кулаком – ласхи оказались прижатыми к мебели и стенам.

Возможно, маги и стены бы снесли, чтобы расчистить поле боя, но от двери раздался звонкий сердитый голос:

– Что тут происходит?

Яррен сразу отпустил противника. В глазах ласха мелькнуло странное удовлетворение, словно он этого и добивался – расквашенной физиономии. И ждал свидетеля безобразной драки. И опять зачинщик – полукровка! Опять преступник. Позорно несдержанный для ученика вейриэна.

Яррен скрипнул зубами в досаде.

Кто мог незаметно отправить королю срочное сообщение зримой речью, как не Сиарей? И свой щит командир сделал нарочито тонким, чтобы Яррен наверняка пробил. Представление с кровью всегда зрелищнее.

Его спровоцировали. Зачем? Чтобы дискредитировать? И он повелся как мальчишка!

Но какова же цель игры?

Эльдер медленно, давая друзьям прийти в себя, сдулся до привычных габаритов небольшого дракона.

– Я спросил, что тут происходит, – по мере уменьшения размеров шипастой горы Лэйрин наступал, заложив руки за спину.

Яррен отметил про себя, что Сиарей замер и затаил дыхание, наблюдая за приближением стройной и худенькой фигуры юного государя, почти мальчишки, у которого еще юношеская округлость лица не ушла и не пробился пушок на гладких, как у девчонки, щеках. Короткие волосы Лэйрина слегка растрепались и напоминали черное пламя, челка упала на лоб, и глаза сквозь нее сверкали изумрудами. Сиарей рвано вздохнул. «Да этот ласх… влюблен? – удивился горец про себя. – Эти северяне все с ума сошли! Эльдер боготворит. Рамасха тоже подозрительно тепло говорил о наследнике Роберта!». И – проскользнула даже не мысль, тень мысли – Яррену стоило немало сил и хитрости, чтобы кронпринц Севера разглядел у себя под носом скромную нежную Фиалку.

– Итак? – в голосе короля прозвучала сталь.

Он опустил руки, и ладони на миг озарились сполохами близкого огня. Великолепен! Демонстрировал свой гнев, а на лице, между тем, ни единый мускул не дрогнул. Изумительная выучка. Такая сила, как огненный дар, особенно требовательна к своему сосуду.

– Тренировка, о мой стремительный король, – Сиарей отмер и поклонился вместе со всей командой, включая Яррена. – Проверял силы и возможности новобранца.

– И каков вердикт? – прищурились яркие зеленые глаза, рассматривавшие расквашенный нос главы личной охраны.

– Как видите, сила и ловкость у него есть, – криво улыбнулся раненый. – А вот ума… увы, холодного расчета и сдержанности нашему чересчур гордому горцу не хватает. Прав был принц Игинир, когда предупредил меня об особенностях характера фьерра… простите, фье… Ирдари. Будем работать над хладнокровием.

И щелчком пальцев Яррен был закован в лед. Впрочем, достаточно тонкий. Полукровка в тот же миг стряхнул панцирь, просто передернув плечами.

– Вот видите, он опять не смог сдержаться и с достоинством принять наказание, – развел руками Сиарей. – Более того, стремительность и характер его реакции показывает, что мой подчиненный не доверяет своему командиру. Я бы не позволил задохнуться.

– Впечатляюще, – кивнул король. – Кстати, пока ты тут занимался дрессиров… эм… тренировкой, во дворец явились инсеи. Те самые. Герцог Холле пока их маринует в приемной, но через часок я снизойду принять верительные грамоты. Так как команда Таррэ еще не вернулась, а к новым вейриэнам я еще не привык, сопровождать меня в малый зал приемов будешь ты и… – взгляд колдовских зеленых глаз на миг коснулся лица Яррена, словно плеснул огнем. Горца даже в жар бросило. Он призвал все свое самообладание, но король уже отвернулся, продолжив разговор с Сиареем. – И фье Ирдари. Хочу посмотреть на его встречу с соотечественниками. Можешь еще кого-нибудь взять в сопровождение, Сиарей, только не Эльдера. Он нужен в другом месте. И приведи свое лицо в порядок!

– Как прикажете, ваше… – Командир осекся: в воздухе стремительно вырос язык пламени и, слизнув стройную фигуру короля, исчез. До Яррена донеслась волна жара и запаха горящей древесины. Сиарей упавшим голосом закончил: – … непредсказуемое величество.

И вздохнул, приложив ладонь к пострадавшему носу. Через минуту на безукоризненно красивом лице северянина не осталось ни малейшего изъяна. Встретив долгий и темный взгляд горца, обещавший страшную месть за унижение в глазах короля, ласх поежился и пробормотал примирительно:

– Не злись, парень. Мальчишка ты еще против нас, северян, свои интриги плести. Ты еще поблагодаришь меня, если поймешь. Видишь ли, теперь король Лэйрин не будет тебя так сильно опасаться. Ты хоть знаешь, что он тебя воспринял как личного врага и соперника?

– Не может быть.

– Может, может! – хихикнул Эльдер.

Сиарей покосился на бездельника и выгнал:

– А ты что тут еще делаешь? Бегом выполняй приказ короля! – И, убедившись, что дракончик вихрем унесся в небеса, снова сосредоточился на Яррене. – Так вот, мой слишком вспыльчивый друг. Мало того, что Лэйрин ревновал учителя Рагара к тебе, как только узнал, что был лишь вторым и, как он считает, не самым любимым учеником, так ты еще и появился в Гардарунте с помпой, прилюдно унизил его стражу, разрушил ворота…

– Да сколько можно! – не выдержал горец. – Я уже искупил…

– Вот я и говорю: слишком горяч. Уже взвился. И куда только Рагар смотрел? Это еще не все твои промахи. Ты еще и сегодня учудил: всенародно мешком золота потряс на турнире и вызвал лютую зависть и ненависть у всех без исключения придворных. Не учел, что они совсем недавно и в мгновение ока обнищали из-за козней твоих инсейских сородичей.

– Ну знаешь…

– Знаю-знаю, – кивнул довольный ласх. – Если бы я не продемонстрировал королю, что ты слишком несдержан, следовательно, тобой можно манипулировать, он бы еще долго не доверял, присматривался и держал бы тебя на виду, но не поблизости.

– Неужели Лэйрин старается окружить себя глупцами? Он поэтому тебе настолько доверяет, что даже назначил главой охраны? – тут же съязвил Яррен.

– Не глупцами, – не повелся северянин. – Людьми и магами, которых можно просчитать и использовать во благо себе и государству. Умников вроде тебя, которые себе на уме, все правители справедливо опасаются. А теперь король берет тебя даже на прием послов и, полагаю, не в качестве дикой зверушки. Насколько я успел узнать Лэйрина, он достойный ученик Рагара, и разыграет с инсеями партию, где ты будешь или жертвой, или палачом. Оба результата его устроят. А вот тебя… лишь один из них. Ты уж не подведи, друг и ученик моего друга.

Яррен, помедлив, слегка приподнял в полуусмешке уголок рта.

– Отлично разыграно, Сиарей. Благодарю за урок.

– При свидетелях – командир, – посуровев, пророкотал северянин. – Я же говорил, что еще спасибо скажешь. Отдыхай пока, новобранец. У тебя от силы полчаса. Твоя койка в соседнем помещении, рядом с моей комнатой. Там тебе будет потеплее.

***

Комната была узкая и крохотная, с толстым слоем инея на стенах, особенно, у окна, зато снабжена печкой и тремя фляжками с «Корнем солнца» – самым дорогим в мире эликсиром. Яррен оценил щедрость командира. Впрочем, ласхам эликсир смертельно опасен, они закупают его для людей, каким-то чудом занесенных в орбиту их влияния. А вот ни угля, ни дров для печки в помещении не было. Да и ничего лишнего не было, кроме узкой койки, стула и пустой стойки для мечей. Походные фляжки с эликсиром были подвешены на нее.

Горец развернул сверток, лежавший в изголовье койки, обнаружил там, к своему удивлению, белый вейриэнский костюм ученика. Сиарей успел подготовиться к приему горца в команду, значит, заранее знал, куда его определит король. Почему не к вейриэнам, что было бы логичнее? Не потому ли, что Лэйрин – на грани вражды с Семеркой и не хочет усиливать Таррэ еще одной фигурой?

Переодевшись, Яррен обвязал талию белым поясом со сложенными в специальные кармашки острейшими «звездами», проверил прочий арсенал – и кинжалы в ножнах, и сельты, спрятанные на тропе духов. Лег на койку поверх одеяла, задубевшего от царившего в комнате мороза, глотнул из фляги «Корень солнца», чтобы самому не задубеть, и призвал своего дэриэна – духа предка и покровителя.

«Ирдан, что ты заметил?» – «Что ты еще мальчишка, – вздохнул дэриэн. – Зачем ты полез в драку?» Яррен хмыкнул: «А как же репутация? Я не мог не сделать того, что от меня ждали северяне. Ожидания надо оправдывать. Тогда никто не заметит, что ты давно смотришь в карты шулеров из-за их плеча. Но признаюсь, я пока не понял цели. Зачем нужно меня дискредитировать? А ведь я считал Сиарея другом!»

Дух ответил не сразу, но сумел удивить: «Ты тут, в Гардарунте, совсем недавно, потомок. Не знаешь, что северян страшно боятся в народе, а среди придворных зреет недовольство, что юный король приблизил к себе красавцев-нелюдей. Если Сиарей действительно тебе друг, то он затеял этот маневр, чтобы сразу отделить тебя от северян в глазах придворных. Ведь короля сопровождала стража?». – «Не заметил». – «Я видел. Они остались на улице за дверью. И теперь простые гардарунтцы будут смотреть на тебя с восхищением. Ведь ты навалял командиру снежных дьяволов!».

«Звучит логично, – признал Яррен. – То есть, мне не показалось, Сиарей намеренно меня спровоцировал. И пригласил короля к кульминации. Или нет, не приглашал!» – опроверг он сам себя.

«Хм… Ты уверен?» – засомневался дух.

«Сам посуди. Не побежит же государь со всех ног на зов, как дворовой пес. Но это означает, что ласх следит за королевскими покоями и просчитывает каждый шаг Лэйрина. Он точно знал, куда направляется король и как скоро его ждать. К тому же, Сиарею в силу должности главы личной охраны полагается следить за подопечным». –

«Пожалуй, это наиболее правдоподобная версия, – согласился дух предка. – Но… ведь у тебя есть какое-то «но», потомок?»

Яррен почесал кончик носа, проверив заодно – не отмерз ли в таком дубаке, и продолжил беззвучную беседу: «Разумеется, есть. Но тогда возникает вопрос. Как при такой тотальной слежке Сиарей пропустил появление темной печати в королевской опочивальне?».

Юноша задумался. Надо бы выяснить, кто из ласхов сегодня охранял королевские покои. К Сиарею обращаться бессмысленно: командир обычно сам разбирает происшествия среди своих и не допустит чужака до расследования. Эльдера нагружать тоже не стоит, мальчишка и без того взвалил на себя кучу забот. Теперь еще аринтские княжны у него под наблюдением-охраной.

«Тогда не буду тебя отвлекать от твоих бессмертных дел, Ирдан, – отпустил он предка, но тут же призвал обратно. – Стой, Ирдан! Вернись! Я чуть не забыл! Если тебе не трудно, перенеси в чистку мой парадный костюм, а то на бал не в чем идти будет. Пожалуйста».

Дух аж задохнулся от возмущения и закашлялся: «Кха! Что ты еще придумаешь, мой неблагодарный потомок? Сапоги тебе почистить?!»

Яррен приподнялся на локте, глянул на аккуратно поставленную, но потрепанную обувь. «Нет, чистить этот хлам не надо. Надо раздобыть новые. И не сапоги, а парадные туфли. В сапогах танцевать неудобно». – «Я тебе не камердинер!» – оскорбился дух. – «Ты – мой покровитель и помощник! – возразил младший сын горного дома. – А мне очень нужна твоя помощь! Мне и обратиться-то не к кому. Разве что к матери. Может, пришлет более сговорчивого и менее щепетильного предка?»

Ирдан возмущенно фыркнул: «Шантажист!»

Сапоги и парадный костюм исчезли.

Через минуту на пол брякнули черные мужские туфли с серебряными пряжками. На спинку стула у окна был аккуратно положен новый парадный черный костюм, состоящий из брюк, рубашки и вышитого серебром камзола с серебряными гербовыми пуговицами – иных младшему сыну рода не полагалось. Шелковый черный плащ, вычищенный и поглаженный, повис на гвозде у двери.

И в завершение прямо в воздухе жирным намеком повисла над лицом горца черная веревка с петлей, свитая из перекрученного шелкового пояса, также вышитого серебряными гербами горного дома Ирдари – непременной детали парадного облачения риэна.

Яррен не оценил шутки – он уже крепко спал. Урвать от службы полчаса незапланированного сна – это бесценно.

Веревка, устав висеть, шлепнулась на грудь горца и свернулась змеей.

Глава 4. Яррен. Любопытная ласхиня

Ученик вейриэна привык спать в любых условиях, хоть на острых камнях, хоть на леднике – суровым ночлегом его не испугать. Но он еще не научился в достаточной мере контролировать сны, а обстановка не располагала расслабляться.