Дракоша в городе Березин Антон
— Какие пылесосы? — удивилась баба Клава.
— Растения, баба Клава, — объяснил Дракоша, — очищают воздух и вырабатывают кислород. Они — наши зелёные пылесосы. И я хочу их выращивать. Чтобы воздух был чище.
— Какой ты молодец! — погладила Дракошу баба Клава.
— Баба Клава, пойдём, покажу, где я пылесосы хочу посадить! — потянул бабу Клаву за рукав Дракоша.
Осмотрев Дракошину лоджию, баба Клава одобрительно покивала головой:
— Лоджия хорошая. Вместительная. И лучок можно посадить, и петрушечку, и укропчик. И маме на рынок ходить не надо. А рассаду я тебе дам.
— Ну что вы, Клавдия Ивановна, — попыталась возразить мама.
— А что же мне её, обратно в деревню тащить? — возмутилась баба Клава и посоветовала Дракоше. — Ты, главное, поливай почаще…
На следующее утро в дверь начали отчаянно звонить.
— Что там ещё за позвоночные?.. — недовольно проворчал папа и пошёл открывать.
За дверью стояла мокрая с ног до головы Мариванна.
— Сергей Викторович, что у вас происходит? У меня просто потоп! Вы что, воду забыли выключить?
— Да вроде нет. Кажется, ничего не течёт.
Мариванна лично проверила все краны. К её величайшему разочарованию, действительно нигде ничего не текло.
— Ничего не понимаю! — нахмурилась она. — Почему же у меня тогда льёт как из ведра?!
— А может быть, трубу в стене прорвало или дождь? — Папа уже начал догадываться, в чём дело.
— Какой дождь? Поглядите в окно!!! — закричала Мариванна.
Как раз в этот момент грянул гром и с неба полило, как из ведра.
— Ну вот, я же говорил! Дождь… — облегчённо вздохнул Сергей Викторович.
Когда Мариванна удалилась, папа и мама провели с Дракошей воспитательную беседу.
— Дракоша, нельзя так поливать растения. Они могут погибнуть, — объясняла мама, пока папа вычёрпывал воду из лоджии.
— Я не знал, — развёл лапами Дракоша. — Папа Серёжа, ты же мне обещал купить книжку про растения. Там про это наверняка написано!
— Ну-у, — замялся папа. — Я не успел…
— Серёжа, если обещал — надо выполнять, — укоризненно сказала мама.
— Ладно, завтра куплю.
— И семена! И удобрения! — радостно добавил Дракоша. — Гы?
— Гы… — Папе ничего не оставалось, как согласиться.
Когда человеком овладевает страсть к чему-нибудь, то остановить его очень трудно. Если же такая страсть овладевает драконом, то… В общем, житья в доме не стало никому.
Паша и Маша делали уроки, когда в детскую зашёл Дракоша с ведёрком и совком в лапах.
— Мама, принеси мне землю, — протянул он ведро и совок Маше.
— Дракоша, не видишь, я делаю уроки!
— Ты обещала! А если обещала — надо выполнять!
— Ну, хорошо… — вздохнула Маша и, закрыв учебник, пошла за землёй.
— Папа, ты нашёл циклопудию?
— Не циклопудию, а энциклопедию, — поправил его Паша, не отрываясь от учебника.
— Ну, энциклопудию… Нашёл?!
— Какую? — поморщился Паша.
— Про растения.
— Дракоша, давай потом. Мне сегодня много уроков задали.
— Ты обещал! — напомнил ему Дракоша. — А если обещал…
— Знаю, знаю… Надо выполнять… — Паша вздохнул, закрыл учебник и обречённо направился к книжным полкам.
Даже за ужином Дракоша умудрился свернуть разговор на нужную ему тему.
— Мама Наташа, — спросил он маму с набитым ртом, — а ты знаешь, что самое высокое дерево на Земле — это секв… ой!
— Что случилось? — испугалась мама.
— Я…
— Что ты?
— Сек-в-ой-я веч-но-зе-лё-ная, — наконец, прожевав, выговорил Дракоша. — Высота — сто десять метров. Это высоко?
— С три наших дома будет, — прикинул в уме папа.
— Вот было бы здорово его вырастить!.. А потом залезть и посмотреть в мою подзорную трубу.
— А потом упасть, — мрачно добавил Паша.
— Паша… — укоризненно посмотрела на него мама.
— Да замучил он уже со своим огородом!.. — пробурчал Паша.
— Радоваться надо, что у Дракоши появилось увлечение, — укорила его мама и обратилась к Дракоше. — А что бы ты ещё хотел вырастить?
— Хлебное дерево. Чтобы ты в магазин не ходила.
— Дракоша, не выдумывай! Нет такого дерева! — запротестовала Маша.
— Почему нет? Есть. Есть и хлебное, и земляничное, и даже колбасное, — подтвердил папа.
— Земляничное? — открыла рот от удивления Маша.
— Колбасное? — переспросил Паша.
— Да, — кивнул папа. — Конечно, земляника и колбаса на них не растут. Они только так называются.
— Жалко, — расстроился Дракоша. — А я-то думал…
На следующий день папа принёс книжку о растениях, семена и удобрения. Мало того, он привёл в гости Чимурина.
— Как ты его нашёл? — шепнула мама, наблюдая, как Афанасий Никитич и Дракоша оживлённо беседуют на лоджии.
— По плодам его трудов! — гордо расправил плечи папа.
— То есть? — не поняла мама.
— Я просто не мог пройти мимо, — охотно пояснил папа. — Его «репка» полпавильона занимает.
— Давай пригласим его на кухню, — предложила мама. — А то неудобно как-то получается. Я хоть чаю поставлю…
— Не надо, — остановил её папа. — Им сейчас не до чая!
Действительно, Дракоше и Чимурину было не до чая. Обсудив проблему полива растений, селекционер прочёл целую лекцию о прополке и долго растолковывал Дракоше, что опыление растений сильно отличается от опыления квартиры и что пылесос здесь ни при чём.
— После этого можешь приступать к первичной гибридизации по моему методу, — говорил Чимурин. — И никого не слушай. Конечно, на это потребуется не один год, а может быть, и не один десяток лет. Но если сильно захотеть, то всё получится. И хлеб у тебя вырастет, и колбаса, и конфеты!
— Гы! — радостно кивнул Дракоша и тут же, не откладывая в долгий ящик, приступил к первичной гибридизации по методу Чимурина.
А самого селекционера мама пригласила на кухню пить чай.
— А какой у вас чай? — поинтересовался Чимурин, усаживаясь за столом.
— Зелёный, — сказала мама.
— А я вывел новый сорт: серо-буро-малиновый. Не желаете? — потянулся селекционер к своему портфелю.
— Нет, нет, спасибо! — торопливо отказался папа.
— Афанасий Никитич, вы меня извините, конечно, — проговорила мама, разливая чай по чашкам, — но мне показалось, что вы зря так настраиваете Дракошу. Ведь он теперь каждый день будет ждать…
— И хорошо! — не дал ей договорить Чимурин. — Я всю жизнь ждал. И дождался!
— Не переживай, — улыбнулся папа. — Афанасий Никитич совершенно прав. Дракоша дождётся!
Сергей Викторович оказался провидцем. Через несколько дней в квартире Дружининых произошло чудо.
— Мама! Папа! Вставайте! — в шесть утра ворвался Дракоша в детскую.
Паша посмотрел на будильник и повернулся к стенке:
— Ещё рано!
— Вставайте! — Дракоша начал стаскивать одеяла с Паши и Маши. — У меня выросло!
— Что выросло? — зевнула Маша.
— Всё!
И действительно, на лоджии, на Дракошиных грядках, вовсю зеленели маленькие деревца. На одном из них росло несколько булочек. На другом — колбаса. На третьем — конфеты в зелёных, как листочки, обёртках… — Папа, мама, Паша и Маша молча смотрели на это чудо. Наконец Маша не выдержала.
— Дракоша, можно, я попробую одну? — спросила она.
— Пожалуйста. — Дракоша сорвал конфету и протянул её Маше.
Маша осторожно развернула её и положила в рот.
— Вкусная, — улыбнулась она. — Кисленькая…i
— Конечно, кисленькая. Не могла же она созреть за ночь… — серьёзно заметил папа.
— Серё… — начала было мама, но передумала.
— Ты что-то хотела сказать? — обернулся к ней папа.
— Ничего особенного, — обняла его мама. — Только то, что ты самый лучший папа!
Глава седьмая. ТРИДЦАТЬ ТРИ НЕСЧАСТЬЯ
Жанна Эдуардовна закончила раскладывать пасьянс и углубилась в изучение карт.
— Наташенька! — озабоченно сказала она. — Меня очень беспокоит вот эта пиковая дама. Она всё время стоит у вас на дороге. Кто бы это мог быть?
— Наверное, это Мариванна, — вздохнула мама. — Она постоянно сидит у подъезда.
— И ещё… — замялась Жанна Эдуардовна. — Я, конечно, не хочу вмешиваться в ваши семейные дела, но не могу молчать…
— О чём, Жанна Эдуардовна? — удивлённо спросила мама.
— Мне очень неприятно об этом говорить, но я просто обязана вас предупредить, — собралась с духом Жанна Эдуардовна и выпалила: — Завтра вашего мужа ждёт долгая дорога в казённый дом!
— Да вы просто волшебница! — засмеялась мама. — Действительно, Серёжа как раз завтра собирался поехать на работу.
И тут на кухню зашёл папа, которого завтра ожидала «долгая дорога в казённый дом». Увидев разложенные на столе карты, он радостно потёр руки:
— Что, в картишки балуетесь? Может, и мне с вами в «дурачка» сгонять?
— Нет, Жанна Эдуардовна гадала мне на картах, — объяснила мама. — И ты знаешь, всё сходится.
— Жанна Эдуардовна, а на кофейной гуще вы, случайно, не гадаете? — поинтересовался папа, наливая себе кофе.
— Гадала, — сказала Жанна Эдуардовна. — Но, к сожалению, пришлось бросить.
— Почему? — спросила мама.
— По состоянию здоровья, — вздохнула Жанна Эдуардовна и, увидев недоуменные взгляды мамы и папы, объяснила. — От знакомых просто отбоя не было. В день приходилось по двадцать чашек кофе выпивать.
— Двадцать чашек — это серьёзно… — покачал головой папа.
— Вот и врач мне то же самое сказал, — кивнула Жанна Эдуардовна. — А карты — вещь безвредная. Да, чуть не забыла. Будьте очень осторожны. Завтра крайне неблагоприятный день.
— Почему? — удивилась мама.
— По всем астрологическим прогнозам! Плюс к этому магнитная буря, вспышки на солнце и полнолуние одновременно.
— Одновременно? — улыбаясь, переспросил папа.
— Зря смеётесь, — нахмурилась Жанна Эдуардовна, прощаясь. — Со звёздами не шутят.
— Да я и не шучу! — пожал плечами папа. — Со звёздами…
— Забыла сказать самое главное: Марс будет в доме Юпитера!
— Спасибо за предупреждение! — поблагодарила мама.
Жанна Эдуардовна ушла.
— Марс в доме Юпитера… — хмыкнул папа. — По-моему, на этих гороскопах и гаданиях все с ума посходили.
— Серёжа, не будь так категоричен. Что-то в этом всё-таки есть.
— Не знаю, кто там будет в доме Юпитера… — строго сказал папа. — А у нас в доме всё будет в порядке!
Будильник не зазвонил ровно в семь. А в восемь в детскую заглянул Дракоша и спросил:
— Мама, папа, а вы сегодня в школу не идёте?
— Пашка, мы проспали! — ахнула Маша, посмотрев на будильник.
Наверное, в армии по команде «Тревога!» одеваются быстрее. Но ненамного. Просто сапоги надевать гораздо удобнее, чем кроссовки: на них нет шнурков.
Паша и Маша помчались в ванную, а через секунду вылетели обратно — в зубной пасте и пене.
— Фафа!
— Не фефёт!
— Странно, — пожала плечами мама. — Только что текла. Налейте из чайника.
Папа стоял около плиты и, насвистывая, варил кофе.
— Слушай, а что сегодня с детьми? — не оборачиваясь, спросил он. — Какая муха их укусила?
— Будильник не сработал. Так что, может быть, Жанна Эдуардовна была не так уж и не права.
— Тоже мне неприятность — будильник не сработал! Да я в детстве был чемпионом школы по опозданиям! Только детям не говори. Это моя самая страшная тайна…
— Это ещё не всё! Ты знаешь, что у нас воду отключили?
— Не страшно. На чашку кофе хватило. И хорошо!
— Серёжа, кофе!..
Но кофе с шипением перелился через край и залил плиту.
— Тьфу ты! — в сердцах воскликнул папа.
— Папа Серёжа, что случилось? — просунулась в дверь кухни голова Дракоши.
— Да у меня кофе убежал!
— Куда убежал? — спросил Дракоша.
— Откуда я знаю? — отмахнулся папа.
— Ничего! Я его сейчас догоню! — крикнул Дракоша, и его голова исчезла.
Через секунду из коридора донёсся грохот.
— Судя по звуку, это была хрустальная ваза! — прислушалась мама.
— Ладно, обойдёмся без кофе. И без вазы! — Папа обнял маму, собираясь её поцеловать.
Но мама шутливо оттолкнула его:
— Сначала побрейся! Ты колючий, как мексиканский кактус!
— Между прочим, мексиканские кактусы очень редкие и охраняются государством, — проворчал папа, но всё-таки последовал маминому совету.
Из комнаты раздалось жужжание электрической бритвы. Вскоре оно сменилось жутким завыванием, и установилась подозрительная тишина. А потом из комнаты повалил дым. А за ним появился мрачный Сергей Викторович с наполовину выбритым лицом.
— Бритва сгорела! — сообщил он.
— Не расстраивайся, — погладила его по небритой щеке мама и, осмотрев папу, весело заметила. — А знаешь, в этом даже что-то есть…
— И всё равно я в эти гороскопы не верю! — с вызовом сказал папа и попросил маму. — Наташа, ты не погладишь мне белую рубашку? У меня на работе очень важная встреча.
— Поглажу. Если, конечно, с утюгом ничего не случится…
К счастью, с утюгом ничего не случилось: он не сгорел и даже не взорвался.
— Мама Наташа, а что ты делаешь? — поинтересовался Дракоша.
— Глажу рубашку.
— А зачем?
— Вот видишь, рубашка мятая, — показала мама. — Я провожу утюгом, и она — гладкая.
— Гы! — восхищённо выдохнул Дракоша.
Через некоторое время папа разглядывал себя в зеркале:
— Эти брюки, наверное, сойдут. Только погладить надо…
Дракоша схватил утюг и помчался папе на помощь.
— Папа Серёжа, давай я тебя поглажу!..
На дикий крик папы в коридор выбежала мама.
— Ничего страшного, — сказала она. — Помажь ожог подсолнечным маслом. Поглаженные рубашка и брюки — в спальне на кровати. Я убегаю на работу, а ты постарайся дождаться водопроводчика!
Мама чмокнула папу в выбритую половину лица и ушла.
А Сергей Викторович и Дракоша так и остались стоять в коридоре, рассматривая огромную дыру в папиных брюках.
Папа нервно расхаживал по квартире, ожидая водопроводчика:
— Действительно, не день, а тридцать три несчастья!
— Почему тридцать три несчастья? — спросил Дракоша.
— Так говорят, когда случается много неприятностей одновременно, — объяснил Сергей Викторович.
Наконец раздался долгожданный звонок.
— Здравствуйте. — В прихожую вошёл маленький человечек в больших резиновых сапогах и огромной кепке. — Я Сан Саныч. Сантехник. Где тут у вас ванна?
— Вон там, — показал папа, и человечек торжественно прошествовал в ванную.
— Какая интересная фамилия — Сантехник, — высунулся из комнаты Дракоша.
— Это не фамилия, а профессия, — объяснил папа.
— Сам техник? Гы… — зачарованно протянул Дракоша.
— У кого-то засорились трубы, вот ваш дом без воды и остался, — объяснил Сан Саныч, по-хозяйски оглядывая ванну. — Теперь придётся проверять в каждой квартире. Как говорится, не проверишь трубы — накличешь беды…
Речь из Сан Саныча лилась потоком. Наверное, сказывалась специфика профессии.
— Трубы у вас никудышные! — радостно постучал он по трубам. — Как говорится, плохая труба — плохая вода. Могу вам за отдельную плату поставить новые, мозамбикские. Как говорится, в хорошей трубе — вода чище вдвойне.
— Вы сначала воду пустите, а там посмотрим, — сказал папа, нервно поглядывая на часы.
— Воду пустить — не трубу заменить, — многозначительно покачал головой Сан Саныч, снимая кран и осматривая его. — Да и краны у вас старенькие. Могу за отдельную плату поставить новые, гвинейские. Как говорится, с новым краном и новой трубой будете мыться хорошей водой!
— Боюсь, с вашей отдельной платой мы сами в трубу вылетим! — начал выходить из себя папа. — Вы нам воду дайте!
— А как же я вам её дам, когда труба где-то засорилась! — развёл руками Сан Саныч. — Сначала место засора надо определить…
— Скажите, а это долго? А то я спешу.
— Спешить — дом воды лишить! — назидательно поднял вверх палец Сан Саныч. — Трубы надо продуть. А как — это вопрос. Пойду покурю — подумаю…
Пока Сан Саныч думал, в ванную заглянул Дракоша:
— Папа Серёжа, сам техник уже сам всё сделал?
— Нет, — мрачно ответил папа. — Говорит, что трубы надо продуть.
— Продуть? Сейчас!..
Когда на рёв воды прибежал Сан Саныч, папа пытался заткнуть трубу Дракошиным хвостом. Больше под руками ничего подходящего не оказалось.
— Гляди-ка, крокодил! — оторопел Сан Саныч, а затем хлопнул себя по лбу. — Понял! Этим крокодилом вашу трубу и забило! Как говорится, о, сколько нам открытий чудных готовит тайна труб чугунных!.. Ну, вот теперь всё в порядке, — через некоторое время сказал он, закручивая кран. — Я, пожалуй, пойду…
Но что-то не давало уйти Сан Санычу. Он топтался у двери и растерянно смотрел на папу.
— Ах, да, чуть не забыл! — спохватился папа и полез в карман за деньгами. — Вот, возьмите за трубы, то есть за труды.
— Как говорится, когда в кармане есть деньга — звучит победная труба, — заметно оживился Сан Саныч. — Да, кстати, вам не нужен унитаз? Большой-большой. Белый-белый. Импортный. С Берега Слоновой Кости.
— Ну уж нет! — отказался папа.
К вечеру, когда за ужином собралось всё семейство, начали подводить неутешительные итоги дня… Дети получили в школе по двойке, а Паша ещё и замечание за плохое поведение. У мамы сломался каблук, и её не приняли работу. А когда про свои неприятности начал рассказывать папа, можно было просто заслушаться. Сначала он забыл дома ключи от дома, потом папку с бумагами, а потом ключи от машины. Ну и, в конце концов, машина, конечно же, не завелась, и Сергею Викторовичу пришлось добираться на работу своим ходом:
— Представляете, поезд простоял в тоннеле полчаса…
