«Грубый», определение

Грубый, прилагательное. Недостаточно деликатный, невежливый.

Она груба со своим начальником.

Он грубый и высокомерный нахал.

Еще нет семи, а я уже стою в телестудии и готовлюсь к утренней передаче. Это нормально – это часть моей работы. Меня, журналистку и комментатора на тему феминизма, регулярно приглашают посидеть за столом или на диване, чтобы, грубо говоря, в очередной раз поспорить с Пирсом Морганом.

Формат почти всегда один и тот же. Я приезжаю в студию почти в полусонном состоянии, причесываюсь и наношу макияж, который служит чем-то вроде брони, и выпиваю стаканчик кофе, яростно сжимая его в руках. После долгой и деликатной предварительной беседы я усаживаюсь на съемочной площадке и вступаю в уже не деликатную, а более суровую дискуссию с кем-то, кого пригласили, потому что у него совершенно противоположное мнение. Обычно Пирс Морган кричит с одной стороны, а соглашающийся с ним участник дискуссии – с другой.

Сегодня я нервничаю. У человека, прикрепляющего микрофон к моему бюстгалтеру, холодные руки. Если вы мужчина, микрофон обычно кладут в карман, но если на вас платье, а вы хотите выступить на телевидении, это означает, что кто-то будет водить холодной рукой у вас по спине, пытаясь прикрепить микрофон к нижнему белью.

Обычно я не нервничаю, но сегодня устала и в стрессе. Пришлось встать очень рано. К тому же я набрала небольшой вес перед Рождеством, а это означает, что в социальных сетях будет еще больше едких комментариев, когда все закончится. Есть ли темы, на которые комикам не стоит шутить?

Продюсеры ведут меня по коридору и представляют другому гостю – комику, которому сообщили, что он не должен отпускать сексистские или расистские шуточки на благотворительном мероприятии, а он возразил, благодаря чему и попал в новости.

– Привет! – улыбаюсь я, протягивая руку. – Приятно познакомиться.

Он улыбается в ответ совершенно дружелюбно, как и все они.

Телевизионщикам нравится перед передачей держать гостей для дебатов в разных комнатах. Они делают это по двум причинам: потому что не хотят, чтобы гости спорили не на камеру, а во-вторых, гораздо труднее ожесточенно препираться с кем-то, если вы уже познакомились в гримерке. Подробнее об этом позже.

Так или иначе, они подталкивают нас в нужном направлении и говорят комику встать передо мной.

– А разве дамы не должны быть первыми? – ухмыляется он. – О, подождите, это сексизм?

Я улыбаюсь и, возможно, немного закатываю глаза, но ничего не говорю. Он пытается завести меня. Его уловка срабатывает, но я не признаю это. Я же милая девочка, понимаете. Я не клюю на наживку, когда люди рядом со мной отпускают неуклюжие шутки про сексизм. И это – как я понимаю несколько мгновений спустя – всегда было моей ошибкой.

Через несколько минут мы в эфире, и мне задают вопрос. Комик уже высказался, а теперь перебивает, не давая высказаться мне. Я машинально приставляю палец к губам и шикаю на него, словно на капризного ребенка. Он не успокаивается, и тогда я заявляю: «Либо говорю я, либо говорим мы вместе, но я не замолчу». И он замолкает.

Впервые за все время, что я могу вспомнить, мужчина замолчал, чтобы дать мне слово. И ощущения при этом невероятные, как будто я только что разбила некий персональный стеклянный потолок, мешавший мне расти дальше. После долгих лет, когда на званых ужинах и на рабочих совещаниях мне приходилось бороться за право быть выслушанной, я наконец-то огрызнулась и со всего размаха разобралась с этой проблемой.

Дискуссия заканчивается, мы обмениваемся любезностями, пожимаем друг другу руки и по-дружески расходимся. А затем все взрывается. Социальные сети переполняет ужас по поводу моего поведения. Меня прозывают «Ребеккой грубой». Я ненадолго попадаю в заголовки новостей. Я отправляюсь домой на Рождество, и дальним родственникам кажется смешным приставлять палец ко рту и шикать на меня вместо приветствия. За ночь я успела прославиться как «Грубая женщина».

Поначалу я сгораю от стыда. Я не грубая. По крайней мере, не в общепринятом смысле. Меня с раннего детства хвалили за хорошее поведение. Я всегда говорила «пожалуйста» и «спасибо». Я даю чаевые, посылаю открытки на дни рождения, соглашаюсь поделить счет пополам, даже если брала только одно блюдо. Я вела колонку об этикете, и я сочиняю потрясающие благодарственные письма.

Но чем дольше шумиха, чем больше людей называют меня «Ребеккой грубой», тем сильнее я понимаю: последнее десятилетие моей жизни было дорогой к распрограммированию себя. С каждым прошедшим годом я становлюсь все грубее. И не случайно то, что чем грубее я становлюсь, тем я становлюсь счастливее и успешнее.

Как я поняла, грубость – это талант. Вместо того чтобы скрывать ее, я собираюсь использовать грубость как свою личную сверхсилу, а вы можете сделать то же самое.

Что на самом деле значит быть грубой?

Если мы собираемся говорить о грубости на протяжении всей книги, нам, вероятно, нужно понимать друг друга, особенно в том, что имеется в виду, когда речь заходит о грубости.

Существуют два типа грубости: неприемлемый и достойный восхищения. Лучше всего объяснить это на следующем примере. Представьте, что вы в ресторане. Правильная грубость – это дать сотрудникам понять, что ваше блюдо холодное. Неправильная грубость – настаивать на том, что это их вина. Правильная грубость – вежливо попросить пересадить вас, если из окна дует или вам неприятны соседи. Неправильная грубость – агрессивно нападать на персонал, который не может ничем вам помочь.

Тип грубости, которому посвящена эта книга, я называю «положительной грубостью». Если честно, такое поведение считают «грубым», когда его демонстрирует женщина, но когда дело касается мужчины – это «умение настоять на своем» или «уверенность в своих силах». Положительная грубость – это вежливо сказать, что вы не собираетесь платить за несъедобное блюдо. Настоящая старомодная (неприемлемая) грубость – это оскорблять повара или набрасываться на официантов, которые, возможно, устали, выполняют скучнейшую работу, получают минимальную зарплату и не имеют никакого отношения к приготовлению указанного блюда.

Бывает грубое поведение, которым невозможно восхищаться или даже защищать. Например, щелкать пальцами, подзывая официанта или официантку. Кричать через весь зал, требуя обслуживания, отпускать язвительные замечания в адрес персонала, смотреть свысока на других посетителей или громко ругать все блюда. Все это попадает в категорию неприемлемой грубости. Намеренно кого-то оскорблять – это нехорошо всегда. Если вы искали книгу, в которой защищается такой тип грубости, вам крупно не повезло и вы выбрали не ту. Эта книга откроет вам, какой может стать ваша жизнь, если вы перестанете беспокоиться о том, чтобы показаться грубыми.

Быть грубой нелегко (не всегда легко)

Не буду лгать: на своем пути к переосмыслению приемлемого уровня грубости в повседневной жизни я иногда ошибалась. Сколько себя помню, я всегда пыталась избегать грубости, и мне было трудно сразу понять, какое ее количество окажется достаточным. Взять для примера тот судьбоносный эпизод в утренней программе на национальном телевидении. Сразу же после «шиканья» я сказала: «У вас была возможность высказаться, а теперь я воспользуюсь своей». Фраза, должно быть, привычная для каждой женщины – в современном мире без нее не обойтись. Только никому она не была особенно интересна. Людей заботило лишь мое «шиканье», выглядевшее даже немного по-детски. Хотя ощущение от этого было прекрасным.

Гораздо легче принять на веру, что правильный уровень грубости нулевой, и стремиться к этому. Пытаться создать идеальный коктейль из грубости и вежливости – это трудное дело. Порой я отсылала начальству письмо, которое оказывалось слишком грубым. Если говорить начистоту, оно было честным и, возможно, справедливым, но это не самый эффективный способ получить нужный мне ответ. Точно так же иногда на вечеринках я принималась отстаивать свою позицию с яростью, уместной для конференц-зала во время напряженного совещания, но никак не среди приятелей на отдыхе. Если вы будете набрасываться на знакомого своей подруги за то, что он перепутал данные о выборах 2017 года, возможно, вы и выиграете спор, но точно не заведете новых друзей.

Кроме того, грубость противоречит всем моим прирожденным склонностям. Когда в конце поездки водитель такси кричит на меня (я до сих пор не понимаю почему), я показываю ему средний палец и сообщаю об этом в приложении, через которое его вызывала. Но потом, вместо того чтобы испытывать удовлетворение от того, что я помешала ему кричать на других возвращающихся вечером домой женщин, я несколько дней чувствую вину и укоряю себя за чрезмерную реакцию. Может, у него выдался трудный день? Может, он не понимал, что кричать на меня нехорошо? Когда ты всю жизнь считаешь свои чувства либо неверными, либо второстепенными по отношению к чувствам других, переписывать правила ужасно неуютно, и это настоящий ад.

Мне попадалось множество самых разных книг с практическими советами, обещающих исправить вашу жизнь за несколько простых и легких шагов. Я этого не обещаю. Все, что я могу, – это предоставить вам инструменты, а наладить жизнь вам придется самим.

Почему грубость важна?

Почему из всех проблем, до сих пор встречающихся в нашем мире, первым в списке идет именно право женщин на грубость?

Хороший вопрос. К счастью, на него существует очень простой ответ: я верю в то, что неумение быть грубой – это сегодня одно из препятствий на пути к равенству. Когда мне было 22 года, я работала секретарем в одной лондонской пиар-фирме. Каждый день я добиралась со съемной квартиры в офис на метро. Однажды утром в битком набитом вагоне я почувствовала, как чья-то рука ползет вверх по моей юбке. Моей первой реакцией было оцепенение. Я подумала, что сама слишком сильно прижалась к руке незнакомца. Поэтому отодвинулась. И, конечно же, рука передвинулась вместе со мной.

Я простояла три остановки, пытаясь определить, намеренно ли до меня дотрагивались. Я так боялась обвинить одного из тех, кто был прижат за мной, что ничего не сказала.

В конце концов стало ясно, что человек осознанно пытается проникнуть ко мне под юбку. Я протиснулась к выходу – и целый день ощущала себя морально униженной. Я слышала десятки подобных историй от других женщин. «Я не была уверена, специально ли он это делает», «Я не хотела обвинять просто так», «Я думала, вдруг он не нарочно». Страх ошибиться, страх показаться «слишком высокомерной» или «истеричкой» от того, что тебе пришло в голову обвинять мужчину в недостойном поведении, затыкает нам рот и позволяет незнакомцам залезать нам в трусы в общественном транспорте. В 2018 году в Лондонском метрополитене было зарегистрировано 1206 случаев сексуального домогательства. Но активисты предполагают, что это число сильно занижено и что многие мужчины специально спускаются в метро, чтобы домогаться до женщин. Честно говоря, я не удивлена.

Бывали и другие случаи в общественном транспорте, когда я не была уверена в том, что ко мне прикасались случайно. Этот мужчина специально положил руку мне на колено, грудь или ягодицы? Или просто здесь слишком тесно? Раз за разом я боялась обидеть человека, поставить его в неловкую ситуацию; его чувства казались мне выше моей потребности пользоваться метро без того, чтобы ко мне прикасались.

Из вежливости женщины смиряются не только с домогательствами и приставаниями. По всей видимости, они по тем же причинам соглашаются и на секс. На волне кампании #MeToo я в 2017 году написала статью под названием «Женщины занимаются сексом из вежливости, и это нужно прекратить». Я поведала историю о том, как однажды занималась сексом втроем с супружеской парой, потому что они пригласили меня на обед и мне казалось слишком грубым отказаться (подробнее об этом далее).

Я всегда считала эту проблему своей собственной: это я настолько слабохарактерная, что соглашаюсь на секс только из желания не обидеть. Но во время работы над статьей поняла, что это не так. Мая, персональный тренер из Лондона (28 лет), признается:

«Я почти уверена в том, что подавляющая часть моего сексуального опыта в возрасте до 20 лет и немного позже – это секс из вежливости. Ты оказываешься в такой ситуации, когда беспокоишься, как бы кого не обидеть отказом – вдруг ты сама соблазнила их своим поведением или что они подумают о себе, если ты откажешься в последнюю минуту. А в отношениях я занималась сексом не только когда хотела, но и когда мне было неудобно не заниматься им – вдруг человек подумает, что он ужасен в постели или что он мне больше не нравится?»

В повседневной жизни Мая – энергичная, умная, сильная женщина, которую не так-то легко переспорить.

После выхода статьи я получила бесчисленное количество писем от женщин с похожими историями. Как и Мая, они считали себя уверенными в своих силах, сильными и умными, но при этом поступали точно так же. Соглашались на секс из вежливости.

Забавное в страхе показаться грубой заключается в том, что как только начнешь вспоминать случаи, когда ты что-то сделала или не сделала из нежелания показаться грубой, то список начнет увеличиваться до бесконечности. Каждому мужчине в баре я говорила, что у меня есть бойфренд, потому что не хотела быть грубой. Каждый раз, составляя письмо выпускающему редактору с вопросом о причитающихся мне выплатах, я начинала его с фразы: «Простите, я понимаю, что вы, возможно, очень заняты», потому что не хотела быть грубой. Я жертвовала деньги на благотворительность, посещала ужасные мероприятия, давилась блюдами, от которых меня тошнило, и давала на время вещи, хотя точно знала, что никогда не получу их обратно. И все потому, что не хотела показаться грубой. Я уверена, если вы мысленно составите список того, что сделали в последнее время, но не хотели делать, то мотивацией окажется как раз нежелание показаться грубой.

В лучшем случае мой страх перед грубостью приводил к ночи без сна, помятой одежде и мерзкой еде. В худшем – к сексуальным встречам, о которых я предпочла бы забыть, и леденящим душу поездкам с пьяными водителями. Каждый раз, как вы отправляетесь на вечеринку с ужасными людьми, видите, как кто-то получает повышение, о котором втайне мечтали вы, и когда кто-то прикасается к вам в метро, всегда легко стать жертвой собственной вежливости. Иногда единственный выход из ситуации – это быть грубой.

Вот почему грубость важна.

При работе над этой книгой мне пришлось выслушать истории других людей о грубости. Самое лучшее в интервью, взятых мной, в записках на телефоне, сделанных в метро или баре, и в опросниках, заполненных онлайн сотнями людей – это осознание того, что другие женщины делали то же самое. Единственная разница в том, что я могу проявить к ним доброту, чего не готова сделать по отношению к себе самой.

Если я мысленно укоряла себя в слабости и бесхарактерности каждый раз, когда соглашалась на секс, просто чтобы не говорить «нет», то в беседах с другими женщинами я всегда была готова проявить к ним снисхождение. «Конечно же, вы не могли отказаться, – услышала я свой голос в записи одной из бесед. – Нас воспитали так, чтобы угождать другим людям и соглашаться с ними, насколько это возможно».

В этот момент пришло осознание, что единственный человек, с которым я совершенно не стесняюсь быть грубой, это я сама. В любой день я готова обозвать себя дурой, толстой, ленивой, бесполезной, скучной, однообразной, лживой и так далее – чего никогда не скажу другому человеку, даже если он мне не нравится, не говоря уже о тех, кого я люблю. Я поставила себе целью попытаться – и пытаюсь – относиться к себе так же, как отношусь к своим друзьям. Отчасти процесс перенастройки уровня грубости заключается в том, чтобы уменьшить свою внутреннюю грубость со 100 до 10 (мне часто требуется приободрить себя по утрам и необходимо строго поговорить с собой о состоянии спальни).

Краткая история грубости

Прежде чем прерывать цикл страха показаться грубой, нужно понять, откуда он проистекает. Для большинства из нас страх показаться грубой зарождается в детстве.

Я понимаю, что ссылаться на детство – это далеко не революционная идея. Но это действительно так. Родители часами старались внедрить в нас привычку спрашивать разрешения, прежде чем вставать из-за стола, тихо ждать своей очереди, прежде чем заговаривать, сидеть за партой, сложив руки, говорить «будьте здоровы» чихающим людям и прикрывать ладонью рот, когда мы зеваем. Со многим из этого я согласна. Работая няней, я была ярым приверженцем «спасибо» и «пожалуйста». Это может показаться неочевидным, но я твердо уверена, что можно быть грубой, сохраняя прекрасные манеры.

Но я провожу черту между вежливостью, которая ничего нам не стоит и помогает другим – говорить «спасибо» и «пожалуйста», здороваться с секретарем в приемной или с консьержем, – и вежливостью, понятие о которой «Сила грубости» предлагает пересмотреть. Особенно той вежливостью, которая заставляет нас думать, будто наши потребности, желания и мнения менее важны, чем потребности, желания и мнения других людей.

Многое из того, чему нас учат в детстве, требует самопожертвования. Друг хочет поиграть с твоей игрушкой? Отдай ее. Осталась только одна конфета? Отдай ее сестре. И хотя цель такого воспитания – вырастить отзывчивых, внимательных к другим людей, часто в итоге получаются взрослые, которые убеждены в том, что их желания и потребности должны учитываться в самую последнюю очередь, и которые не умеют настаивать на своем или требовать, когда это нужно. Муж одной знакомой, австралиец, недавно сказал, что любит есть с англичанами, потому что они все делают вид, что не хотят схватить последний кусок с тарелки. Сам он не участвует в таком представлении, и потому ему всегда достается все самое вкусное.

Что касается девочек, боюсь, ситуация здесь еще хуже. Взять для примера стихотворение XIX века, авторство которого приписывают Роберту Саути. Большинство из нас слышали его еще на игровых площадках, в детских садах и яслях:

 
Из чего только сделаны мальчики?
Из чего только сделаны мальчики?
Из чего только сделаны мальчики?
Из колючек, ракушек и зеленых лягушек —
Вот из этого сделаны мальчики.
 
 
Из чего только сделаны девочки?
Из чего только сделаны девочки?
Из конфет, и пирожных, и сластей всевозможных —
Вот из этого сделаны девочки.
 

Пусть в 2019 году и входит в моду гендерно-нейтральное воспитание, но если вы родились больше десяти лет назад и ваши родители не были «сверхпродвинутыми» апологетами гендерной нейтральности, у вас, скорее всего, было гендерно-ориентированное детство. Это не значит, что вам запрещали носить одежду голубого цвета или не позволяли увлекаться футболом. Гендерные стереотипы гораздо глубже.

Ваши родители, возможно, и не хотели сознательно относиться к вам по-другому, чем к вашим братьям или другим маленьким мальчикам в вашей социальной группе. Но все же они поступали как «принято» поступать с девочками. Существует много унаследованных стереотипов, не имеющих научного обоснования. «Мальчишки такие мальчишки», мальчики взрослеют медленнее девочек, мальчики по природе агрессивнее, мальчикам нужен выход для энергии. Конечно, это не так, но вам все равно приходилось сидеть смирно и ждать своей очереди поиграть, пока мальчишки носились по всему дому, чтобы «выплеснуть свою энергию».

В 2018 году газета First News провела исследование, согласно которому к большинству детей в возрасте от 9 до 14 лет относились иначе в силу их половой принадлежности. Одна девочка 10 лет сообщила, что в школе ей советовали больше вести себя «по-женски».

Грубость – это полная противоположность «женского» поведения. По сути, «Сила грубости» тычет этим признанием в лицо мужчинам и заставляет их посмотреть на факты. «Быть женщиной» – это значит быть милой, спокойной, неконфликтной и позволять остальным весело заниматься своими делами, пока вы готовите для них закуски с чаем.

Одна из самых обескураживающих фраз, которые часто слышат дети, это высказывание о том, что «девочки взрослеют быстрее мальчиков». Как утверждает клинический психолог Хамира Руис, не доказано, что девочки действительно взрослеют быстрее мальчиков. Она поясняет: «Да, в нейробиологии постоянно делают новые открытия о том, как настраивается мозг в процессе полового созревания и после него; некоторые исследования с использованием МРТ заставляют предположить, что мозг девочек-подростков развивается немного иначе и с более высокой скоростью, чем мозг мальчиков-подростков, но все же было бы слишком большим допущением сопоставлять изменения в нейронных связях со специфическим гендерным поведением». Но если исследования и не говорят о том, что мальчики развиваются медленнее девочек, такое ожидание часто оказывается самореализующимся пророчеством. Девочек заставляют придерживаться более высоких стандартов и нести ответственность за свои поступки с самого раннего возраста, а это значит, что мы начинаем задумываться о грубости – и беспокоиться о том, чтобы не показаться невежливыми, – когда наш мозг наиболее податлив.

«Мальчишки такие мальчишки» – еще одна расхожая фраза, применимая ко всем случаям. К счастью, современные родители стараются не использовать ее в качестве оправдания, но все же она укоренена в нашем поведении. В бытность свою няней я часами сидела на краю игровой площадки, и благодаря своенравному аккумулятору моего айфона мне часто не оставалось ничего иного, как наблюдать за игрой детей. Если вы когда-нибудь окажетесь в подобной ситуации, понаблюдайте за тем, как родители и воспитатели по-разному относятся к мальчикам и девочкам. Девочкам гораздо чаще говорят уступить место другим детям на качелях, горке или любом ином интересном развлечении на площадке.

Согласно распространенному мнению, мальчики более энергичны и взрослеют медленнее, а поэтому им позволяется бегать по дому, забираться на мебель, встревать в разговоры родителей и быть в общем грубее. Подобное поведение со стороны девочек пресекается с самого раннего возраста.

Стоит ли удивляться, принимая во внимание все, чему нас учат с ранних лет, что ко времени взрослой жизни мы, женщины, испытываем трудности с самореализацией на рабочем месте? Как подтвердила доктор Руис, внушаемые с детства утверждения по поводу половых различий во взрослом возрасте становятся глубоко укоренившимися:

«Мы знаем, что люди прежде всего социальные животные, а это означает, что мы сверхчувствительны к ожиданиям со стороны нашего „племени“, особенно во время взросления, главная психологическая цель которого – обрести персональную идентичность, позволившую бы нам одновременно и соответствовать окружению, и выделяться на его фоне.

Если подобные ничем не обоснованные гендерные стереотипы переходят от одного поколения к другому без всякого вызова, мы рискуем бездумно передавать культурно избыточные ограничения – вместо того чтобы поощрять подростков к исследованию и развитию их индивидуального потенциала, мы загоняем их в мини-клетки, раскрашенные в розовый и голубой».

Пока мы маленькие девочки, нам постоянно велят ждать своей очереди, говорить «спасибо» и «пожалуйста» и не прерывать взрослых. А потом, став взрослыми, мы ожидаем повышения. Мы вежливо делимся, вместо того чтобы захватить себе место под солнцем. Мы произносим «пожалуйста», когда хотим выступить на собрании или заговорить за обеденным столом, и мы отвечаем «спасибо», когда нам разрешают что-то сказать. Мы не прерываем других, когда решаемся попросить прибавки к зарплате, и не устраиваем скандал, когда нам в ней отказывают. Мы смирно стоим, пока мужчины в общественном транспорте залезают нам под юбки, потому что не хотим поднимать шум. Мы говорим мужчинам в баре, что не хотим выпить с ними, потому что у нас уже есть парень, вместо того чтобы сказать правду: мы просто не хотим.

В детстве нас награждали за то, что мы вели себя тихо, были сдержанными, молчали и не поднимали шума. Нас поощряют вести себя вежливо, не выделяться и не суетиться. Наши родители довольны, если мы не привлекаем к себе лишнего внимания. За все это нас хвалят. Вплоть до того момента, когда мы вдруг оказываемся взрослыми и нам нужно выделиться, чтобы доказать свою успешность. Короче говоря, обучая нас не быть грубыми, родители программируют нас на то, чтобы мы сами себе были угнетателями. Выученное нами в раннем детстве подавляет нас во взрослой жизни. Как выразилась доктор Руис, мы оказываемся запертыми в «клетках, раскрашенных в розовый и голубой». И, по крайней мере для меня, прутья розовых клеток состоят из страха показаться грубой.

Глава 1
Грубость по отношению к друзьям

Известный мыслитель Альбус Дамблдор (примерно уровня Мерлина) как-то сказал: «Требуется большое мужество, чтобы противостоять своим врагам… но еще сложнее противостоять своим друзьям». Только, конечно, эти слова написала Дж. К. Роулинг и была совершенно права: одно дело быть грубой по отношению к тем, кого ты никогда больше не увидишь – это нелегко, но возможно; и другое дело быть грубой к тем, кого ты знала всю свою жизнь и кто ожидает от тебя определенного поведения – это гораздо труднее. Но друзья – это люди, с которыми мы проводим большую часть времени, и они же, скорее всего, будут что-то требовать от нас, поэтому важнее всего в первую очередь научиться быть грубой именно с ними.

Когда мне было тринадцать лет, вышел фильм «Дрянные девчонки». Если вы не смотрели его, отложите книгу и посмотрите, потому что, если честно, это величайший кинематографический шедевр всех времен, и он заслуживает ретроспективной номинации на «Оскар» в категории «лучший фильм». Тем же, кто видел его в 2004 году и с тех пор не пересматривал, вот краткое изложение: получавшая домашнее образование Кэйди Хирон переезжает в США и впервые сталкивается с западными тинейджерами. Она быстро узнает, что «девчоночий мир» – это чрезвычайно сложный и самоуправляемый механизм. Самое поразительное в фильме – это то, что сделанные в нем наблюдения по поводу женской дружбы верны как в отношении тинейджеров вымышленной школы в Мичигане, так и моих подруг по школе для девочек в Восточном Сассексе. Где бы вы ни находились, повсюду найдутся такие персонажи, которые скажут в глаза: «Мне так нравится твоя юбка», а через секунду, оказавшись за спиной, произнесут: «Это самая уродливая юбка, какую я только видела».

Жестокость подростков по отношению друг к другу переходит все границы. Я сама распускала слухи про девочек, которые сосут свои собственные соски, мастурбируют ручкой Parker и занимаются сексом с инструкторами по вождению, потому что от умения сочинить сплетню зависело мое положение в школе. Вокруг меня были девочки, которых унижали, над которыми издевались и смеялись, по поводу которых распускали сплетни. Все это делалось и в отношении меня. И все это за спиной, шепотом, исподтишка. Хотя тогда мне казалось, что это особенность подростков, на третьем десятке жизни я заметила, что кое-что из этого продолжается до сих пор.

Что касается романтической стороны, во взрослой жизни мы ведем себя – по крайней мере, стараемся вести – совершенно иначе, чем в подростковом возрасте. Мы не названиваем мужчинам и не бросаем тут же трубку, не заводим бойфрендов и не расстаемся по три раза на дню. Мы не расписываем подругам каждую минуту нашего приближения к сексуальному проникновению и не позволяем знакомым решать, есть у нас чувства к кому-то или нет. Примерно после окончания университета я заметила, что если мое отношение к мужчинам и сексу и изменилось, то мое поведение с подругами (в основном сплетни за спиной и беспокойство о том, что они меня ненавидят) во многом осталось таким же, как и в подростковом возрасте, с единственной только существенной разницей – если раньше мы занимались этим в квартирах родителей, попивая диетическую колу, то сейчас занимаемся этим в наших собственных квартирах за бутылкой вина.

Дружба – это сложная, коварная область, по которой многие из нас с трудом прокладывают путь, но, если вам (как и мне) исполнилось двадцать с чем-то или даже тридцать с чем-то лет, а вы до сих пор относитесь к подругам как в подростковом возрасте, вероятно, настала пора задуматься над тем, что тут стоит изменить.

Стервозность, агрессия и гнев

Было бы упрощением утверждать, что мужская и женская дружба отличаются принципиально, но, судя по опыту, это так и есть. Мужчины и мальчики гораздо охотнее в гневе выкладывают друзьям все, что думают о них, возможно, даже прибегая к физическому насилию (особенно это распространено в детстве), а затем мирятся и снова становятся друзьями. Женщины и девочки гораздо реже ударяют друг друга. Возможно, это имеет какое-то отношение к тестостерону, но верно и то, что со стороны женщин насилия ожидают гораздо реже. Но это не значит, что мы предпочитаем совсем не драться друг с другом. Это значит, что вместо кулаков мы деремся словами, но даже такую агрессию проявляем скрытно, не на виду, потому что нужно всегда сохранять лицо и быть милой.

В современном феминизме наблюдается тенденция винить патриархат за все и вся, что может показаться довольно примитивным, но если уточнить каждый конкретный случай, то в этом есть какая-то доля истины. Требование к женщинам всегда быть вежливыми и милыми, всегда примирять врагов и разрешать споры – это непосильный груз. Поэтому, вместо того чтобы вести себя так, как от нас ожидают, мы предпочитаем конфликтовать со знакомыми и подругами, сплетничая у них за спиной.

Во время ссоры мужчины (насколько я могу судить как наблюдатель) часто прибегают к грубым выражениям и посылают друг друга куда подальше. Если же я пошлю свою подругу куда подальше, беседа прервется и все будут спрашивать, почему я такая агрессивная. Когда меня расстраивает одна из подруг, я либо ничего не говорю, либо жалуюсь на нее другой. Конфронтация подразумевает холодное, взвешенное рассуждение за бокалом вина о том, почему мы обижаемся друг на друга. Я даже не могу представить, чтобы дело дошло до физических разборок с одной из моих подруг.

Обычно выразить словами свое мнение – это лучше, чем ударить человека или послать его, но в случае с конфликтом для женщин это не такое уж и преимущество. Нам же нужно выглядеть милыми, поэтому мы редко наслаждаемся тем, что выплескиваем эмоции наружу и набрасываемся на подруг. А поскольку нам не позволено выходить из себя, мы начинаем изображать из себя стерв. К сожалению, все мы прекрасно знаем, что если какая-то подруга сплетничает с тобой о других, то она сплетничает и о тебе. Если вы вместе промываете кому-то косточки, то никто не мешает ей распускать самые невероятные слухи о тебе в твое отсутствие.

В «Дрянных девчонках» протагонист Кэйди Хирон признаёт, что вместо физического агрессия находит вербальный канал выхода, утверждая, что «это мир девочек, а в мире девочек любая борьба должна быть скрытой». Теория, согласующаяся с исследованиями особенностей поведения женщин, особенно подросткового возраста.

Согласно исследованию ООН 2013 года, «в глобальном плане мужчины более склонны к насилию, чем женщины». Однако, как утверждается в академических исследованиях Ричардсона (2005) и Арчера и Койна (2005), женщины часто прибегают к другим формам агрессивного поведения и используют косвенную агрессию в равной, если не в большей степени, чем мужчины. К косвенной агрессии относят распространение ложных слухов, сплетни, исключение человека из социальной группы, клевету и критику внешности или личных качеств – все это звучит очень знакомо. Исследование Арчера показало, что девочки, начиная с 11 лет, используют косвенную агрессию чаще мальчиков, и это различие сохраняется во взрослом возрасте.

А затем вступают в действие социальные нормы и ожидания – в большинстве культур военные и агрессивные действия считаются средством достижения статуса. Большинство культур патриархальны (то есть мужчины обладают большей властью и статусом, чем женщины), поэтому они поощряют мужчин быть воинами, но наказывают женщин за агрессивность.

В сравнении с мужской женская агрессия не настолько часто становилась объектом исследования, но можно утверждать, что «стервозность» и распространение сплетен среди женщин служат заменой физического насилия среди мужчин. Мы поступаем так, потому что общество ожидает от нас, что мы будем сторониться насилия и сохранять внешнюю благопристойность.

В этом исследовании мое внимание привлекла одна деталь, а именно предположение о том, что для людей нормально давать выход своему гневу. Я часто замечала: когда меня что-то раздражает – например, когда меня толкают в общественном транспорте, кто-то делает резкое замечание на совещании, знакомая звонит в последнюю минуту, когда я уже вышла из дома, – я не могу подавить в себе негативные эмоции, и они продолжают угнетать меня какое-то время. И такое я испытываю не только по отношению к чужим людям. Я часто сдерживаю себя во время спора или стираю неприятное сообщение в WhatsApp, которое хотела отослать подруге, но раздражение при этом не исчезает волшебным образом. Оно не находит выхода и разъедает меня изнутри. Я продолжаю сердиться по поводу незначительного происшествия, случившегося неделю назад, потому что все это время не позволяла своему раздражению выплеснуться.

Я, конечно, никогда не стану оправдывать драку с незнакомцами в метро или стремление закатить истерику по любому поводу, но давать выход своему раздражению крайне важно. Говоря: «Простите, но мне больно» – человеку, который толкнул вас перед входом в вагон, или: «Ты сказал, что вынесешь мусор, но не вынес, и мне это неприятно» – вы как бы убавляете газ своей внутренней горелки и можете спокойно дальше заниматься делами.

Группы и разрыв отношений

Представление о том, что у женщин имеется небольшой круг близких подруг, в котором все обожают друг друга, – это нечто вроде фантазии. Если у вас действительно есть круг в равной степени близких подруг, с которыми вы вместе проводите время, постоянно общаетесь, занимаетесь всеми делами, обсуждаете свою жизнь, и при этом никто друг другу не надоедает и никто никого не раздражает, то вы либо а) величайшее исключение, либо б) живете в телесериале, поставленном Дарреном Старом.

В наиболее же вероятном случае друзья – это сборище разных людей из различных периодов вашей жизни; они частично знакомы друг с другом, но в основном через вас. Также, скорее всего, в вашем расширенном социальном круге имеются люди, которых вы не особенно любите, но которые присутствуют в вашей жизни. Они – часть группы, и гораздо проще слушать их болтовню о бойфрендах, котах, работе или ремесленных поделках, чем избавиться от них. Относиться по-разному к людям своего социального круга – нормально, но если вы часами пытаетесь ублажить кого-то, кто на самом деле не любит вас и даже не нравится вам самим, то об этом стоит задуматься.

Все мы знаем, как разорвать отношения с романтическим партнером. Мы читали об этом с тех пор, как стали достаточно взрослыми, чтобы встречаться с кем-то, и смотрели множество фильмов по телевизору и в кино. Общему принципу следовать легко. Поупиваться своим горем, поплакать, послушать Тейлор Свифт, а затем заняться кикбоксингом, сделать другую прическу, и – бам! – вы новая женщина. Немножко утрированно, конечно, но существует определенная рутина и есть ритуалы разрыва романтических отношений, это все равно что священнодействие. Но у нас нет чего-то похожего, когда дело доходит до разрыва дружеских отношений. По сути, разрывать дружеские отношения – это уже необычно.

В подростковом возрасте мы со школьной подругой как-то решили разорвать дружбу. Мы пошли пообедать в Pizza Express (вершина утонченного вкуса), после обеда отправились на шопинг в город (точнее, сидели на скамейке в торговом центре), а затем договорились о следующем: когда мы вернемся в школу после каникул, то не будем слишком часто общаться между собой и постараемся найти себе других близких подруг. Да, довольно нелепо и немного театрально, как и должно быть в случае с девочками-подростками, но суть передана довольно верно. Скорее всего, такое наше поведение объясняется тем фактом, что мы учились в школе только для девочек и еще не общались с мальчиками, а пережить разрыв нам хотелось. Но в глубине души мы руководствовались хорошими чувствами. Мы перестали быть близкими подругами, поэтому решили подвести наши отношения к концу, чего многие находящиеся в платонических отношениях люди не делают, даже если прекрасно делают это в отношениях романтических. Когда дело доходит до того, чтобы порвать с романтическим партнером, женщины готовы смириться с грубостью в отношении давно знакомого им человека, потому что схема известна и распространена. У нас есть социальное разрешение так поступать, пока имеется «веская» причина (конечно, никакой другой причины, кроме того, что вы несчастливы в отношениях, вам требоваться не должно).

Поскольку «разрывы» между друзьями и подругами случаются нечасто, они и остаются необычными. Нам не приходит в голову, что мы можем сказать «спасибо, но нет» женщинам в нашей жизни, поэтому, несмотря на унижения и оскорбления, мы продолжаем с ними общаться, посещать рестораны или ездить куда-нибудь на выходные.

Меня бросала подруга во взрослой жизни, и это был один из самых драматических разрывов, которые я когда-либо переживала. Мы были чрезвычайно близки лет пять-шесть, но за это время я сильно изменилась. Она была старше и уже устроена в жизни, а я превратилась из студентки в секретаршу, а потом в писательницу, и из одинокой девушки в молодую женщину в серьезных отношениях. Изначально я приняла ее нежелание продолжать дружбу за неспособность угнаться за изменениями в моей жизни. Наша дружба строилась на том, что она была старше, мудрее и опытнее; я же была глупенькой молоденькой милой девчонкой, которая делала что хотела и когда хотела. Какое-то время это работало – мне нравилось, что кто-то организует мою социальную жизнь, дает ценные советы и в общем исполняет роль «замещающей матери», но потом я повзрослела, стала более независимой, и мне стало тесно в таких рамках и неудобно от того, что мной руководят.

В конце концов мы поссорились, и она заблокировала все каналы связи, что было правильно. Тогда я ужасно расстроилась, но теперь восхищаюсь ею. В отличие от меня, цепляющейся за каждую знакомую, лишь бы не остаться в какую-нибудь субботнюю ночь наедине со своими планами, она была достаточно смелой (грубой), чтобы решить, что больше не хочет иметь ничего общего со мной. В конечном счете, совершив грубый поступок, она спасла нас обеих от напряженных обедов, пассивно-агрессивного обмена сообщениями в WhatsApp и неприятных визитов в гости.

«У меня просто не получается ладить с девочками»

Есть две фразы, которые действуют мне на нервы. Вообще-то таких фраз много, но самые раздражающие: «У меня не получается ладить с девочками» и «Другие женщины мне завидуют». В сезоне реалити-шоу «Остров любви» (Love Island) 2019 года Люси Долнан попала в заголовки, заявив своим соперницам, что не общается с другими женщинами. Когда ее спросили почему, она отстраненным тоном ответила: «Потому что дома я общаюсь с парнями, а с девочками нет». Затем продолжила: «У меня никогда не было подружки. Никогда. Все время парни, всегда». В свое оправдание она сказала, что предпочитает общество мужчин, потому что они «говорят все как есть», тогда как «девочки – сплошная наигранность».

Убеждение, согласно которому женщины «сложнее» мужчин и, следовательно, с ними труднее иметь дело, лучше всего описать как интернализированное женоненавистничество. «Интернализированное женоненавистничество» – громкий феминистский термин, но он объясняет, как живущие в условиях сексизма женщины могут осознать его и перестать поддерживать. Не ваша вина, если в глубине души вы считаете, что женщины водят автомобиль хуже мужчин, – вы выросли в мире, который показывает, что это правда (примечание: женщины попадают в аварии реже мужчин), и вы так думаете благодаря интернализированному, то есть глубоко усвоенному, женоненавистничеству.

На протяжении долгого времени мне казалось, что я должна убедить женщин, утверждающих, что они не хотят заводить подруг, в том, что в глубине души они все же этого хотят. Мое стремление угождать людям простиралось до того, что я пыталась уговорить тех, кто не хотел со мной дружить, в том, что они должны стать моими подругами. За последнюю пару лет, по мере сокращения дружеского круга, как это обычно бывает ближе к тридцати, я перестала проявлять настойчивость в этом отношении. Если кто-то настолько туп, чтобы отказываться от магии женской дружбы только потому, что с пренебрежением относится ко всем представительницам нашего пола, то пусть так и будет. Я продолжу заниматься своими делами, и мне больше нечего сказать об этом.

Как привносить грубость в отношения с друзьями

Если вы всегда были немного грубыми, то стать еще чуточку грубее не проблема. Но если, как многие из нас, вы либо всегда стараетесь казаться «милой», либо на самом деле милы и вежливы, то трудно измениться за ночь. Если сегодня вы подбираете грязное белье за другими, а завтра отказываетесь посетить тридцатилетие лучшей подруги, потому что хотите посмотреть «Остров любви», то в вашей жизни возникнут проблемы.

Очевидный вариант – двигаться по чуть-чуть. Старайтесь постепенно говорить все более откровенно, и тогда лет через десять вы сможете не поехать на «девичник» на другом конце города, который устраивают в веганском ресторане. Но проблема тут в том, что это не совсем согласуется с философией грубости как силы, правда?

Лучший способ привнести грубость в отношения с друзьями – это сделать ее взаимной. Поначалу об этом больно думать, но правда в том, что друзьям точно так же хочется иногда ответить вам отказом. Если вы морщитесь от идеи сидеть в переполненном пабе в центре Лондона и смотреть, как они пропускают бокал вина, то они могут содрогаться от мысли об утренней пробежке и раннем завтраке. Привнести силу грубости в дружеские отношения – это не значит стать судьей всему. Это означает сказать людям, которых вы любите: «Не думаю, что стоит и дальше делать то, что нам неприятно. Я скажу вам, если мне что-то не понравится, или я устану, или мне станет не по себе. И ожидаю, что вы будете поступать так же».

Сила грубости – это не просто умение отказаться от того, что вам не хочется, это умение осознанно выбрать что-либо и сообщить, в какой степени вы готовы это сделать. Проявлять эгоизм и постоянно заниматься только тем, что вам нравится, – это всегда неправильно; так вы, скорее всего, растолстеете, обеднеете и потеряете работу. Правильно – быть честной с самой собой и другими людьми и трезво оценивать каждую конкретную ситуацию. Собираетесь навестить бабушку с дедушкой? Это важно. Собираетесь в дорогой ресторан на ужин с людьми, которых едва знаете? Пустая трата времени.

Моя младшая сестра любит выражение: «Звучит круто, но что-то не хочется». Да, немного легкомысленно и несерьезно, но срабатывает. Она так говорит, если у меня есть два билета на стендап-шоу в пяти минутах от моего дома, а ей ехать два часа. Или когда я убеждаю ее в том, что ей понравится в моем балетном классе для взрослых. Нечто, возбуждающее вас, может оставить меня совершенно равнодушной, и мне не нужно делать вид, что это не так.

Конечно, у нас всех в жизни случаются моменты, когда нужно делать то, что нам не хочется. В большинстве случаев мероприятия, которые кажутся нам ужасными, оказываются очень интересными, но если вы понимаете, что не хотите или не можете посетить какое-либо из них, нужно честно признать это, вместо того чтобы врать в последнюю минуту, что, как было сказано в предыдущей главе, является неправильным видом грубости.

До работы над «Силой грубости» мои дружеские отношения были той областью, в которой я как в никакой другой должна была последовать своему собственному совету. Одна моя близкая подруга во всех разговорах обязательно упоминала свою дочь, делая ее центральной темой обсуждения, и иногда даже приводила ее с собой, не предупреждая меня. Вместо того чтобы покурить вволю, выпить вина и поругаться, мы сидели в гостиной и восхищались, как здорово маленькая девочка играет с деревянными кубиками. Так что я высказала ей это с глазу на глаз – а не в WhatsApp, как хотела. Я сказала что-то вроде (конечно, это более приглаженная версия, с гораздо большим числом слов вроде «нравится» и «хотелось бы», чем в реальной жизни): «Мне действительно очень нравится Луна^[1], и я хотела бы проводить с ней время, но мне кажется, что мы ни о чем другом больше не говорим, а поскольку у меня еще нет своих детей, то я не нахожу разговоры об их воспитании такими уж увлекательными. Хотелось бы добавить кое-что еще. Могли бы мы уделить какое-то время только взрослым темам и поговорить, например, о тебе, а не о твоем ребенке?»

Поначалу вышло не слишком удачно. Она расплакалась. Но скорее от шока при таком уровне откровенности, а не по какой-то другой причине. Потом сказала мне что-то вроде (опять же, я привожу приглаженную версию, без всхлипываний): «Не думаю, что тебя интересует моя дочь, а для меня она важнее всего. Быть матерью невероятно трудно, и интересно тебе или нет, но ты моя подруга и должна слушать, когда я говорю о том, что значимо для меня. Жаль, что теперь все не так, как прежде, но и я уже стала другой».

В конце концов после бокала вина мы пришли к компромиссу: мы делим время поровну между значимыми для нас вещами. Я буду приходить к ним с дочкой, и мы обе будем выбираться куда-нибудь, как раньше. С тех пор мы стали заметно ближе, более уверенными в себе и искренними в разговорах. Я, конечно, сначала думала, что, на ее взгляд, моя грубость означает недостаток интереса к ней, но на самом деле я так поступила, потому что слишком высоко ценила ее.

Для того чтобы привнести грубость в дружеские отношения, скорее всего, придется поработать. Нужно будет объяснять и нужно будет выяснять, что вам хочется изменить. Пусть это и звучит неочевидно, но быть грубой с друзьями и подругами – это на самом деле проявление любви.

Границы

В 2019 году Мелисса А. Фабелло на короткий срок стала интернет-знаменитостью, предложив отсылать уведомление «не сейчас» друзьям, обратившимся к нам за эмоциональной поддержкой, если у нас нет намерения или возможности им помогать. Она написала в твите: «Я из тех людей, к кому обращаются, когда кому-то плохо. Поскольку я умею эмоционально поддерживать и решать проблемы логически, то становлюсь кем-то вроде специалиста для друзей, которым нужно осмыслить свои переживания. Слишком часто друзья вываливают на меня свой эмоциональный груз без всякого предупреждения, что не только мешает мне заниматься тем, чем я занимаюсь в это время, но также погружает меня в стрессовое состояние, из которого трудно выйти. Если дело не ПО-НАСТОЯЩЕМУ срочное, так поступать нечестно».

Поначалу меня раздражали комментарии Фабелло, но я попыталась разобраться, откуда проистекает мое раздражение. Проанализировав, я выяснила, что это связано с поучительной манерой речи и глубоко укорененным во мне неприятием тех, кто ставит на первое место себя.

На самом деле я понимаю, в каком затруднительном положении оказывается Фабелло: я сама тоже из тех, к кому обращаются люди, если им нужно поговорить; я умелый слушатель, меня обычно интересуют проблемы других, и у меня дома всегда есть в запасе вино. Подробнее знакомясь с теорией Фабелло, я поняла, что дело скорее во мне. Я всегда считала, что если к тебе приходят с каким-то важным вопросом, то обязательно нужно бросить все и слушать.

Фабелло предлагает шаблон ответа тем, к кому обратились за поддержкой в «неурочное» время. Он таков: «Привет! Я рада, что ты ко мне обратилась. Прямо сейчас я помогаю другому человеку в кризисной ситуации/решаю глубоко личные вопросы и не думаю, что у меня найдется время для тебя. Не могли бы мы связаться позднее [указать время] /Нет ли у тебя еще кого-нибудь на примете, к кому можно было бы обратиться?» И, опять же, при первом чтении я ощетинилась, решив, что это крайняя точка современного эгоизма. Если учесть, сколько комментариев посыпалось на это высказывание, Фабелло задела по-настоящему больное место – да, мы действительно должны иногда ставить потребности других выше наших собственных, но ведь и совершенно естественно сказать кому-то, что у нас нет времени и сил выслушивать истории про ужасного бойфренда в пятнадцатый раз.

Сказать кому-то, что вы не в настроении, может показаться жестоким и холодным, но ведь нормально испытывать потребность в личном пространстве и быть не в настроении помогать в любое время дня и ночи. Экстренные ситуации – это экстренные ситуации, и следовательно, особая категория. Но для повседневного уровня поддержки границы совершенно законны (как бы это ни звучало по-ньюэйджевски самодовольно и глупо). Если дать понять это людям, которых вы любите, если они будут знать, что вы оказываете поддержку только в тех случаях, когда сами этого хотите, совершенно свободно, не пересиливая себя, то, возможно, они станут гораздо охотнее обращаться к вам, а не отворачиваться от вас.

Грубо ли сказать подруге, что сейчас у вас нет душевных сил для ее поддержки? Возможно, немного да. Правильный ли это вид грубости? Также, возможно, да, в зависимости от того, что вы друг от друга ожидаете. Если вы повесили табличку «не сейчас», будьте готовы снять ее, когда у вас появится время.

Дети и дружба

Одно из величайших препятствий, с которыми мы сталкиваемся в долгосрочной дружбе, – это то, что на каком-то этапе кто-то из нас решает сменить приоритеты и завести детей. Когда ты становишься родителем, все ставки резко меняются. Родить ребенка – все равно что бросить камень в тихий пруд, и волны расходятся далеко от вас и вашего партнера. Не поймите меня неправильно, дети – это чудо, хотя вы и сами должны это знать, но они влияют на все и всех в вашей жизни. У меня самой детей нет, но у многих знакомых есть, и я на собственном опыте испытала, как они влияют на дружеские отношения. Как бы вы ни старались казаться «понимающей», есть четкая грань между людьми с маленькими детьми и людьми без маленьких детей, и это разделение усложняет действие силы грубости.

Возьмем классическую (и реально наблюдаемую) дилемму: женщина, у которой недавно родился ребенок, приглашена на день рождения подруги. Трехмесячного ребенка нужно кормить грудью, и его нельзя оставлять надолго. Она хочет взять младенца с собой, и тот, возможно, проспит почти всю вечеринку, но подруга планирует устроить «настоящие посиделки» с алкоголем и не хочет, чтобы приносили ребенка, потому что это «изменит настрой»; даже если она и согласится, об этом могут узнать другие и тоже взять с собой детей.

Это прекрасный пример, потому что здесь нельзя сказать, кто прав, а кто нет. Именинница не хочет превращать свой день рождения в нечто вроде собрания молодых родителей и не хочет, чтобы кто-то из младенцев рано или поздно срыгнул на ее замечательное платье. А молодой маме не хочется становиться социальной парией из-за того, что ее ребенка – который, возможно, проспит всю вечеринку и не будет никого отвлекать, – нельзя оставить дома.

Если бы меня попросили дать совет по грубости имениннице, я бы предложила ей сделать упор на то, что это ее день рождения, поэтому именно она здесь устанавливает правила, и, если ей хочется провести это мероприятие без детей, она вправе настаивать на своем. Если бы меня попросили дать совет молодой матери, я бы сказала, что она вправе требовать от подруги войти в ее положение и что, если ей не разрешают взять с собой ребенка, она может не приходить на день рождения. В конце концов, все, что вам остается – это стараться быть одновременно вежливыми и грубыми. Быть грубой не означает отбросить благоразумие и рамки приличия.

В реальной жизни ситуация (до некоторой степени) решается тем, что мама приходит на первую часть мероприятия, часа на полтора, пока ее партнер неподалеку присматривает за ребенком. Именинница и другие подруги уделяют повышенное внимание молодой матери, пока она среди них, и все удовлетворяются тем, что они хотя бы попытались.

К сожалению, поскольку у меня нет родительского опыта, груз ответственности в данном вопросе ложится на вас. Я провела много времени на днях рождения или в детских центрах, играя в прятки и ожидая вопросов со стороны подруг, которые так и не были заданы. Это нелегко, и было бы неискренне притворяться, что это не так, какую бы выгоду такая позиция ни сулила. Скажем начистоту, если бы люди перестали рожать детей, человеческий род бы исчез. Но по большей части выбор приходится делать между тем, чтобы быть честной, и тем, чтобы поддерживать своих знакомых, и нет причин полностью отказываться от одного варианта в пользу другого. Пожалуйста, отправляйтесь с жуткого похмелья в детский океанариум с подругой и ее детьми, но только честно признайтесь самой себе, что вы пошли туда, потому что любите подругу, а не потому что вам нравится проводить выходные среди детей. И не скрывайте тот факт, что пусть вам и нравится такое мероприятие, но также хотелось бы в какое-нибудь ближайшее время насладиться мартини в темном баре с ней наедине.

Когда ваша подруга заводит ребенка, все меняется. Это все равно что переехать в другой город, стать трезвенницей или вегетарианкой. Вы не выбирали такие перемены, но должны к ним приспособиться, если хотите сохранить дружбу. Нормально признаваться, что вам трудно, но также нормально, когда подруга требует от вас больше внимания, чем может уделить сама, если в долгой перспективе это будет сбалансировано.

Одна из моих ближайших подруг не хочет заводить детей. Она в этом твердо уверена. На самом деле она не любит детей, и точка. Мне же очень хочется иметь семью с детьми – когда-нибудь в будущем. Эта подруга всегда давала понять, что ее не интересует мое потенциальное потомство и ни на какие компромиссы она не пойдет. Она будет общаться со мной, пока это просто я, и с удовольствием продолжит встречаться со мной, если в это время за детьми будет ухаживать кто-то другой. Порой мне становится грустно от того, что наши отношения изменятся, когда у меня появятся дети. Иногда я даже сержусь на нее за это. Подруга даже не притворяется, что останется рядом, когда я стану мамой, и что ей понравится возиться с моими детьми. Но, по крайней мере, она честна, и я точно знаю, что ожидать с ее стороны. Это гораздо лучше наигранного энтузиазма, за которым следует холодное молчание и потеря дружбы.

Да, «потеря дружбы» – громкая фраза, но именно это многие и ощущают. «Моя лучшая подруга родила ребенка, и теперь она совершенно другой человек, – признается мне Лола (32 года). – Все, о чем она говорит, о чем думает, о чем заботится – это ее материнские обязанности. За последние девять месяцев она не задала ни единого вопроса обо мне, и это утомляет. Поначалу я приходила к ней, мыла посуду, стирала, предлагала посидеть с ребенком – ну, знаете, как полагается, – но месяц шел за месяцем, и наконец дошло до точки, когда находиться с ней стало утомительно. Я отдалилась от нее и чувствую себя виноватой, но также чувствую, что заслуживаю подруги, которая уделяет мне хотя бы чуточку внимания».

Часто «быть грубой» – это не столько способность находить реальное решение или требовать перемен, сколько возможность выговориться и снять крышку с кипящего котла. Когда вы выплескиваете раздражение, оно ослабляется. Спорить с кем-то на гормонах и с недосыпом – не такое уж достойное занятие, поэтому в случае с недавно родившими подругами я бы посоветовала вам умерить свою грубость на несколько месяцев: притормозите, уделите большее внимание другим знакомым и дайте ситуации «устаканиться», прежде чем начать жаловаться на оставшиеся без ответа сообщения в WhatsApp.

Родители и не родители

Один из величайших разрывов, наблюдающихся до сих пор в обществе, это разделение на родителей и не родителей. Женщины с детьми и женщины без детей получают разную зарплату, существует множество посвященных детям социальных установок и правил, ограничивающих их присутствие или влияние на них, и, если долго рассуждать на эту тему, рано или поздно какие-нибудь люди авторитетным тоном заявят: «Вот мы, как родители…», будто тот факт, что они на каком-то этапе жизни ухаживали за детьми, придает их мнению гораздо больший вес по сравнению с мнением людей, которые пользовались контрацептивами.

В 2019 году газета The Guardian опубликовала письмо анонимной бездетной пары, адресованное их соседям, у которых недавно родился ребенок, и идеально иллюстрирующее разрыв между родителями и неродителями. Оно гласит:

«Мы с женой сознательно воздерживаемся от детей, и мы никогда не осуждали чужого решения стать родителями. Но наши взгляды прошли серьезное испытание на прочность, когда мы переехали в дом по соседству с вами за несколько дней до рождения вашей дочери.

Теперь мы с женой обладаем некоторым опытом, каково это – быть родителями: мы знаем, каково просыпаться несколько раз по ночам от звуков, схожих с сиреной пожарной сигнализации. Вы решили поставить кроватку дочери в спальне рядом с собой, и единственной нашей защитой от ночных криков на протяжении нескольких месяцев была тонкая кирпичная стена. Ее продолжительный плач стоил нам десятков часов сна в то время, когда у нас была очень напряженная ситуация на работе. Он привносил нежеланную напряженность в наши отношения и отравлял нам удовольствие от нашего нового дома.

Вы никогда не извинялись и даже не упоминали об этом. Я не видел доказательств, что вы хотя бы пытались уменьшить шум для нас, например переставив кровать дочери в другую комнату. Конечно, мы вас не просили: в нашей боготворящей детей культуре нет более чудовищного социального проступка, чем требовать у родителей ограничить беспокойство, доставляемое их юными отпрысками. Предполагается, что мы, как бездетная пара, не понимаем вас и не имеем права что-то утверждать.

Мы понимаем, что быть родителями – трудное, беспокойное и в первую очередь изматывающее занятие. Я уверен, что испытанные нами неудобства не идут ни в какое сравнение с вашими. Но как бы бестактно это ни звучало, мир не останавливается только потому, что вы стали родителями. У людей вокруг вас своя жизнь, свои собственные проблемы, которые они не перекладывают на других. Ожидать, что они станут разделять с вами ваш дискомфорт, – глубоко эгоистично.

На прошлой неделе я услышал, как вы говорили другому соседу, что собираетесь завести второго ребенка. Я не ожидаю, что вы проявите больше внимания к нам, чем проявили с первым ребенком. Я просто надеюсь, что следующий будет тише».

В онлайн разразились дебаты по поводу того, кто прав, а кто нет. Некоторые утверждали, что у младенцев нет кнопки отключения громкости. Другие возражали, что нечестно не давать людям спать только потому, что вы решили родить ребенка. Но суть здесь не в том, кто прав, а кто не прав, суть здесь в полном отсутствии коммуникации. Молодые родители не открывали бутылку вина и не угощали соседей, заранее извиняясь за возможные неудобства из-за того, что у них в доме появился ребенок. Точно так же и соседи не приходили к ним с цветами и не заводили речь о том, как можно уменьшить шум. Вместо этого они сидели у себя дома, злились и не спали, ощущая, как внутри их накапливается негодование.

Когда вы позволяете себе проявить немного грубости, что в данном случае означает хотя бы засунуть под дверь записку: «Поздравляем с пополнением семейства! Не могли бы мы как-нибудь поговорить о том, как уменьшить шум?» – вы снимаете напряжение. Подавлять напряжение – это означает превращать разумную грубость в накапливающийся гнев. Когда вы злитесь днями, неделями, месяцами, ваша злость не находит выхода и бурлит, словно жидкость в котле под давлением, становясь все темнее и яростнее, пока в конечном счете котел не взорвется.

Да, прискорбно, что эти люди три года терпели непереносимый шум, вместо того чтобы решить вопрос. Но, конечно же, они не хотели показаться грубыми. И нет ничего грубее, чем признать, что вам не нравится находиться по соседству с чьим-то ребенком.

Опять же все дело в «правильном» виде грубости. Выберите нужный момент. Найдите правильные слова. Позвольте родителям несколько недель привыкнуть к новым обстоятельствам, прежде чем жаловаться. Стойте на своем, но жалуйтесь вежливо, с улыбкой. Как это (к сожалению) часто бывает, в такой ситуации нет правых и виноватых. Нужно сохранять спокойствие, быть искренними и конструктивными в своих высказываниях. Набрасываться на соседей с ребенком, только чтобы вас выслушали, – это неправильный вид грубости. Как бы вам ни было приятно от того, что вы выплеснули свой гнев, нечестно выплескивать его на посторонних, особенно если у них кричащие маленькие дети, не дающие им спать. Если нужно разрядиться, поговорите с кем-то еще, можно так раздраженно, как вам захочется. Правильный вид грубости – поговорить с соседом, чтобы договориться о чем-то, а не просто поругаться. Предложить конструктивное решение (У вас есть ковры? Может, установить звукоизоляцию? Может, кому-то из нас поменять спальню?) – правильный вид грубости.

Правильный вид грубости: по отношению к друзьям

– Быть грубыми с друзьями и подругами труднее всего, особенно если вы знакомы давно и они привыкли, что вы ведете себя определенным образом. Но хорошие друзья должны вас понять, если вы объявите о том, что «меняете режим» (что, впрочем, может оказаться для них небольшим сюрпризом).

– Людям свойственно сближаться и отдаляться и в разное время уделять больше внимания разным знакомым. Вы не обязаны всегда поддерживать идеальные отношения со всеми друзьями (это и невозможно).

– Дружба должна быть компромиссной. Если вы возвращаетесь полностью опустошенной после очередной встречи с приятельницей, эта дружба для вас не работает.

– Когда у ваших друзей появляются дети, их жизнь меняется. Вы не обязаны менять свою, если только сами этого не захотите.

– Немного «стервозности» и сплетен нормально – социализация для женщин проявляется в том, что они говорят друг о друге, а не друг с другом. Тем не менее если вас постоянно раздражает один и тот же человек, то это показатель ваших истинных чувств и вы должны прислушаться к ним.

– Иногда необходимо сделать перерыв в дружеских отношениях, как это бывает в романтических.

– Круг друзей, в котором все прекрасно ладят и в равной степени близки, – это вымысел. Откажитесь от подобных иллюзий, и вы почувствуете себя значительно свободнее.

– Вы не бесплатный психотерапевт, и если кто-то использует вас в такой роли, вы вправе установить границы.

– При этом следует ожидать, что другие люди в ответ установят свои границы. Быть грубой – не означает быть неблагоразумной, и нельзя звонить подругам с вопросом «Почему он не любит меня?» в три часа ночи, если вы сами сказали им, что подобные темы готовы обсуждать только с одиннадцати до часу по вторникам и четвергам.

Принцесса Маргарет

Родившаяся в 1930 году принцесса Маргарет была младшей сестрой королевы Елизаветы II. В обязанности королевы входит проявлять вежливость, Маргарет же не была связана такими строгими условностями. Это, можно сказать, была великолепно грубая женщина.

Если британская монархия основана на несообразной скупости (члены королевского семейства, по всей видимости, тратят не более десяти фунтов на рождественские подарки), то у Маргарет был талант пользоваться своими привилегиями. Записи в ее дневниках говорят о том, что она начинала день в 9 утра с завтрака в постели, после чего в течение двух часов слушала радио, читала газеты (которые неизменно раскидывала по полу) и курила одну сигарету за другой. Обязанности члена королевской фамилии состоят в основном в том, чтобы разрезать ленточки, пожимать руки и делать вид, что тебе интересно разговаривать с кем-то. Это полная противоположность грубости. И все же Маргарет обладала умением, которое с трудом дается многим из нас: говорить «нет».