Смех победителя Казаков Дмитрий

Глава 10

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Но налетевший ветерок поднял дымное облачко и унес прочь.

Глядя ему вслед, Хорст ощутил неожиданный прилив тошноты. Что-то схватило его, подняло и швырнуло сквозь ревущую тьму, и через мгновение он оказался на кровати в «Трех лягушках».

В дверь заглянула обеспокоенная Илна.

– Опять где-то летал, – сказала она. – Захожу – и кровать пустая! Где хоть был? Снова в тумане?

– Нет. – Маг привстал, закрутил головой, разминая затекшую шею. Лег он после прогулки и провалялся недолго, а все тело затекло так, будто лежал в одном положении много часов. – Ангир взял Феарон.

– Мы поедем туда?

– Нет, – Хорст покачал головой, – в Вестарон.

– Это несколько ближе. – Илна подошла, села рядом. – Хотя за это лето я столько путешествовала, что одна мысль о новой поездке повергает меня в ужас.

– Я тоже не рад. – Он обнял девушку за плечи. – Но не сидеть же в этой дыре?

Дальше они не разговаривали. Занимались много более приятным делом.

Выехали под дождем. Чистое еще вчера небо затянули унылые, как будни отшельника, тучи. Текло из них, как из дырявого бочонка, а ветер, развлекаясь, носил по воздуху опавшие листья.

– Ну, и погода, язви ее в печенку! – пробурчал Радульф, выразительно ежась.

– Это точно! – согласилась Илна. – Остается утешаться лишь тем, что дальше будет еще хуже!

Хорст молча забрался в седло, натянул капюшон. Ткнул коня пятками и тот послушно двинулся вперед.

Город выглядел вымершим, клокотала вода в стоках, из труб поднимались столбы дыма. Стражники у ворот глянули на всадников подозрительно, но стоило Радульфу скинуть с головы капюшон, как на мрачных лицах появились улыбки.

Уезжающим даже пожелали легкого пути.

За городом все выглядело еще безрадостнее – мокрые деревья, тусклые зеркала луж на дороге. На голых, как стол в доме бедняка, полях хриплыми голосами переругивались птицы.

– Стойте, – сказал Хорст, когда Мардид скрылся за лесом. – И закройте глаза!

– Что ты хочешь сделать? – тихо спросила Илна.

– Мне надоело ездить со скоростью вареной улитки, – шепотом ответил он. – Маг я или нет?

– А. – девушка сделала вид, что поняла, и закрыла глаза.

Хорст спрыгнул с седла, откинул с головы капюшон, не обращая внимания на сыплющиеся с неба холодные капли. Первая из лошадей испуганно вздрогнула, когда он потянулся к ее морде, но тут же застыла, а в темных глазах замерцали алые огонечки.

Маг обошел всех лошадей, коснулся каждой. Животные по очереди дергались, точно их стегали кнутом, а затем замирали, словно обратившись в статуи.

– Готово, – когда заговорил вновь, голос звучал хрипло, – можете открыть глаза.

Дружинники испустили облегченный вздох, самый молодой не удержался и украдкой осенил себя знаком Куба.

– Ничего не изменилось, – разочарованно сказала Илна, когда они вновь двинулись с места. – Лошадь идет так же, как и раньше.

– А ты чего ждала, что у нее вырастут крылья? – хмыкнул Хорст. – Не переживай. Никто ничего не заметит, но мы доберемся до Вестарона раза в полтора быстрее, не загнав при этом коней…

– Да? – Глаза девушки вспыхнули любопытством. – А что ты с ними сделал?

– Если бы я знал! – Он отвел взгляд, но Илна заметила в его глазах затаенное недоумение. – Магия, что бы люди о ней ни думали, заключает в себе очень много действия и мало понимания. Я что-то делаю, знаю, какой получится результат, а как именно и за счет чего – не понимаю… И думаю, что среди магов я не один такой…

Некоторое время ехали в молчании. Слышался только шорох дождя да шлепки копыт по лужам.

– А с фигурами? – спросила девушка. – Когда ты их передвигаешь, тоже не знаешь, как это делается?

– Нет, не знаю.

– А фигура может взбунтоваться, не выполнить твой приказ?

Хорст улыбнулся, но как-то не особенно весело.

– Может попробовать, – сказал он. – И многие пытаются так сделать. Только вот ничего хорошего из такой попытки не выйдет. Маг всегда сильнее, хотя порой ему бывает трудно…

– Наверное, с всякими князьями? – Илна попробовала пошутить, но почувствовала, что шутка не удалась.

– Как ни странно – нет, – ответил Хорст совершенно серьезно. – Теми, кто сам правит, управлять проще всего. У них есть великие цели, жажда власти, и на всем этом можно играть… А как справиться с простым купцом или сапожником, у которого иной мысли нет, как набить карман и брюхо? Только силой…

Он замолчал, глядя куда-то в сторону. Девушка решила было, что разговор закончен, но маг заговорил вновь.

– Вообще, мне кажется, – сказал он, – что фигуры, Вечная Игра – это все красивая картинка, созданная для того, чтобы нечто скрывать. Мы делаем ходы, воображаем, что сражаемся между собой, а кто-то, кто все это придумал, что-то получает с наших телодвижений…

– Но зачем? И кто? – Илна почувствовала, что ее охватывает суеверный ужас. – Неужели сам Владыка-Порядок?

– Если бы я знал, – повторил Хорст и вздохнул. – Но даже если он, то пусть бережет собственную глотку!

Фраза прозвучала гордым вызовом. Словно в ответ на нее взвыл ветер, а сквозь разрыв в тучах прорвался солнечный луч, похожий на исполинское копье из золота.

Вестарон выскочил из-за горизонта, точно щука из воды. Только что вокруг был густой лес, но уже в следующее мгновение он исчез, а на горизонте показались мощные башни.

Когда подъехали ближе, стало понятно, что ворота закрыты.

– Боятся, язви их в печень, – пробормотал Радульф и, поднеся руку ко рту, крикнул: – Эй, открывайте!

– А вы кто такие? – с ленцой вопросил показавшийся на одной из башен стражник.

– Благородный господин Хорст из Линорана, – на слове «благородный» десятник запнулся, – и благородная госпожа Илна ре Виллек.

– Хорст? – Мыслительный процесс у стражника двигался неспешно, как сползающий с гор ледник. – Это кто же такой?

– Он маг, – подсказал Радульф.

– Маг! – Стражник подскочил на месте. – Ой, через мгновение откроем, спаси нас Утешитель-Порядок!

– Надо было просто ворота снести, – сказал бывший сапожник с улыбкой. – Тогда бы сразу поверили, да и открывать не пришлось бы.

Слегка помятые во время осады створки заскрипели, как орава жалующихся старух, и пошли в стороны.

– Проезжайте, господин! Проезжайте! – Появившийся в открывшей щели стражник делал какие-то непонятные жесты, изображающие радушие, а на лице его красовалась дурацкая ухмылка.

– Чего это он? – удивился маг, когда ворота остались позади. Он успел привыкнуть к тому, что внушает страх и неприязнь, но странная, раболепная угодливость царапнула душу.

– Не знаю, – пожала плечами Илна. – Кто знает, какие жуткие слухи о тебе ходят?

Несмотря на опасливо запертые ворота, Вестарон не выглядел городом, страдающим под пятой иноземных завоевателей. Улицы, как всегда, оказались забиты народом, а двери лавок были зазывно распахнуты.

– И все же, как быстро мы доехали, – заметила девушка, когда они свернули на ведущую к главной площади улицу. – А я тебе поначалу не поверила. Интересно, а другие маги знают это колдовство?

– Думаю, что нет, – после паузы ответил Хорст. Они сидят по домам, путешествовать боятся и даже не подозревают, что магию можно использовать таким образом.

Когда открылось место, где ранее стоял дом Витальфа, маг невольно поежился, ощутив на коже горячее дуновение. Черная яма по прежнему «помнила», хранила на себе отпечаток чудовищной сжигающей силы…

Через площадь проехали, ощущая на себе пристальные взгляды с башен замка, а у его ворот Хорста встретил старый знакомый – десятник, скрестивший с ним мечи в Сар-Тони.

– А, это вы, господин, – сказал он, стоило бывшему сапожнику снять капюшон. – Проезжайте, а мы человека к господину ре Милоту отправим, чтобы о вас доложить…

– Думаю, этого не нужно делать. – Маг покачал головой. – Наместник должен знать о нашем прибытии!

– Как скажете, господин. – Десятник махнул рукой, и закрывающая проезд новенькая, блестящая решетка с лязгом и грохотом поползла вверх.

Кавнлир ре Милот, исполняющий в Вестароне обязанности княжеского наместника, ожидал гостей во внутреннем дворе.

– Прошу, – сказал он, чуть склонив голову, когда Хорст покинул седло. – Комнаты для вас готовы.

Маг дождался Илну, и они вместе пошли вслед за наместником, После промозглой сырости на улице, царящее в главной башне тепло показалось особенно приятным, а запах дыма вовсе не смущал.

– Да, в тот раз нас устроили куда хуже… – пробормотала девушка, разглядывая небольшую комнату, принадлежавшую ранее, судя по всему, кому-то из княжеской семьи.

Из угла выпирала печь, около нее расположились несколько больших кресел, а центр занимала огромная кровать под алым балдахином, украшенным по краям золотыми кистями.

– Ангира нет, так что нет смысла обманывать, кто из нас хозяин, а кто слуга, – сказал Хорст, небрежно скидывая плащ на один из стоящих у двери стульев. – Что там насчет поесть?

– Ужин подадут, как только вы прикажете. – Ре Милот показал на торчащий из дыры в стене шнурок, похожий на хвост диковинного зверя. – Дерните за него, и явится служанка.

– Хорошо, свободен, – буркнул маг, подходя к креслу. Под его тяжестью оно мягко скрипнуло.

– Как он на тебя смотрел! – вздохнула Илна, когда шаги наместника стихли в коридоре. – Не думала, что возможна такая смесь страха и ненависти!

– Ты бы видела, как благородный ре Милот смотрел, пытаясь сжечь меня на костре… Ведь ему это почти удалось!

Девушка, как и следовало ожидать, тут же дернула за шнурок и завела с явившейся служанкой разговор о горячей воде и каких-то притираниях. Хорст сидел, закрыв глаза, и ощущал, как под мягкую воркотню постепенно расслабляется, проваливается…

Доска Вечной Игры открылась перед ним во всем ужасающем великолепии. Несмотря на то, что маг видел ее много десятков раз, он так и не избавился от восхищенного трепета.

Доску создал кто-то настолько могучий и умелый, для кого сами маги могли являться не больше чем фигурами.

От этой мысли стало жутко, но Хорст спешно отогнал ее и принялся рассматривать доску. С того момента, когда полгода назад он впервые увидел ее, поле для Вечной Игры значительно изменилось, и во многом благодаря усилиям бывшего сапожника.

Меньше стало игроков и фигур, так что местами на доске зияли пустые области. Кое-где замерли фигуры темные, утратившие обычное для других свечение. Как Хорст понял недавно, они принадлежали магам, по какой-то причине лишившимся возможности делать ходы.

Бежавшая из Карни Анитра и сама присутствовала на доске, в одном из самых дальних ее углов. Хорст даже представить не мог, какому месту на Полуострове он соответствует.

Но уцелевшие маги накала игры не снизили. Звенел невидимый колокол, отмечая очередной ход, пылающие алым, зеленым и синим статуэтки перемещались с поля на поле.

Последний раз Хорст смотрел на доску два дня назад, и с того момента кое-что поменялось. Несколько багровых фигур встали рядом, на того же цвета поля, а неподалеку расположилась еще одна, белая как снег.

Маг вглядывался в них, изучал возникший рисунок, и внутри крепла уверенность, что с запада надвигается нечто угрожающее, наползает какая-то темная волна, и удар ее нацелен в первую очередь на Ангира, гордо красующегося на одном из прозрачных полей в центре…

Окончательно убедившись, что атака ему не померещилась, Хорст поднялся выше, намереваясь вернуться в обычный мир, и в последний момент обнаружил идущую от края до края доски тонкую, едва заметную линию.

Словно невероятной прочности коготь прошелся тут, оставив царапину.

Разглядеть, что же это такое, Хорст не смог, оказался сидящим в кресле и ошеломленно моргающим.

– А я договорилась, чтобы мне открыли княжескую купальню! – сказала Илна.

– Да? – В голове, как всегда после обращения к доске царил туман, и сосредоточиться было невероятно трудно. – А я буду делать из Ангира императора…

– Серьезно? – Осматривавшая белье на кровати девушка повернулась. – Зачем?

– Так будет гораздо проще. – Хорст на мгновение пожалел о собственной болтливости. – Какие права имеет князь Сар-Тони на Вестарон или Сторди? Никаких. А если он станет императором, то все остальные сразу окажутся узурпаторами и мятежниками, незаконно присвоившими власть…

– Но ты же не можешь просто сказать: Ангир – император! Все срочно верьте в это!

– На самом деле все решает сила, ну а я могу подкинуть парочку знамений – что Ангир избран Порядком. – Маг потянулся, хрустнул пальцами. – Окончательное слово будет за церковью… Признает она эти знамения или нет.

Раздался осторожный стук в дверь, и голос, непонятно мужской или женский, проговорил:

– Ваш ужин, господин…

– Заходи, – сказал Хорст, поднимаясь с кресла, и тут же сморщился, пытаясь определить, откуда взялся мерзкий запах, напомнивший о затхлом болоте в жаркий день.

Дверь открылась, в комнату проскользнула согбенная фигура, замотанная в какие-то тряпки. Илна вздрогнула, как от удара, отступила на шаг, маг ощутил, как у него слезится в глазах…

На самой грани слышимости возник мягкий, но чудовищно мощный рокот.

– Ты кто? – Не докончив вопроса, девушка отскочила в сторону, и фигура в тряпках, прыгнувшая вперед, поймала только воздух.

Драный капюшон свалился с ее головы, обнажив голый, покрытый язвами череп. На месте носа был провал, рот чернел овальной пещерой, в глазах непонятного цвета плясало безумие.

Ядовитое шипение огласило комнату.

– Илна, в сторону! – рявкнул Хорст. Ощутил вибрацию где-то под ложечкой и нанес удар, способный размолотить в пыль скалу.

Заскрипела кровать, один из столбиков с треском подломился. Полетели в стороны щепки, балдахин начал падать, но фигура в тряпках осталась невредимой, лишь глаза ее засветились лиловым.

– Одержимый Хаосом… – пробормотал Хорст, пораженный страшной догадкой.

Незваный гость зашипел еще раз, точно огромный свирепый кот, и рванулся вперед, на этот раз – прямо на мага. Бежать из угла было некуда, и Хорст успел рвануть из ножен меч, но скрюченные пальцы ухватили мага за запястья, а черные, гнилые зубы лязгнули у самого горла.

Смрад ударил в нос с такой силой, что Хорст чуть не потерял сознание.

– Один укус – и ты вершешшшься… вернешшься в мои объятия… – просипел одержимый, но не договорил, дернулся, как от укуса. Глаза его вспыхнули опаляющим огнем, но сразу погасли, а хватка ослабела.

– Сдохни, тварь, во имя Творца-Порядка! – Второй удар Илна нанесла по шее, и голова слетела с плеч, точно тыква, сброшенная с лавки на землю. Зловонная кровь залила Хорсту лицо.

– Уходим! – рявкнул он, отшвыривая корчащееся тело прочь. – Быстрее!

– Все равно сдохнете… – прохрипела лежащая на полу голова и лопнула, выбросив облако сизого дыма.

Маг рванул к двери, едва не споткнувшись о стул, и просто выволок девушку за собой. Едва захлопнул дверь, как внутри взвыло, точно там бесновались все ветры сразу, в стену ударило тяжелым.

– Что там? – Илна медленно отступала, пока не споткнулась о лежащего поперек коридора дружинника, одного из двоих, что охраняли комнату. Второй лежал рядом с дверью, раскинув руки, а вместо лица у него было кровавое месиво.

– Хаос выходит из тела… – ответил Хорст, перекрикивая усиливающийся вой. – Жаль, что под рукой нет парочки служителей!

Вой звучал так, что в ушах появилась боль, потом исчез, а замок тряхнуло, точно подскочившую на ухабе телегу. Стали слышны доносящиеся с разных сторон испуганные крики.

– Попробуем войти? – предложил маг и осторожно, кончиком меча толкнул дверь.

Та покачнулась и с шорохом развалилась на черные хлопья.

Сквозь проем виднелось окно, засыпанный чем-то серым пол, покосившаяся кровать, изодранный в клочья полог, подсвечник на окне с горящими как ни в чем не бывало свечами.

– Во имя Владыки-Порядка, чем я еще и Хаосу не угодил? – пробормотал Хорст, делая шаг внутрь.

Тело исчезло, на потолке чернел круг копоти, точно прямо в комнате жгли костер, кресла превратились в груды щепок, в воздухе витал горький аромат миндаля.

– Я бы на твоем месте озаботилась другим вопросом, – сказала Илна. – Как объяснить только что случившееся обитателям замка…

Маг вздохнул и заскрипел зубами.

Вестаронский храм Порядка строили в те времена, когда в городе хозяйничали не князья, а императоры, и возводимое святилище должно было стать олицетворением мощи Священной Империи, Дочери Владыки-Порядка.

Прошедшие века не смогли повредить громадному строению, оно выглядело так же величественно, как и в тот день, когда в нем отслужили первый молебен во славу императора-строителя.

Даже Хорст на мгновение замедлил шаг, пораженный мощью нависающего над площадью здания. Перед тем, как войти, осенил себя знаком Куба, а переступив порог, кинул в прорезь на крышке здоровенного сундука серебряную вестаронскую монету с изображением более не правящего в городе князя.

Народу на службе было немного – десятка полтора горожан, и на вошедшего в храм человека никто не оглянулся. Звенели колокольчики, горели лампады, освещая уходящие во мрак под потолком фрески, изображающие Порядочных в моменты духовных подвигов…

Маг тихонько отошел в сторону и, расположившись около исцеляющей больных Порядочной Арты, стал ждать.

Прихожане слушали, от жаровен тек сладкий дым, пожилой теарх вел службу без спешки, с душой. Когда закончил, широким размашистым жестом благословил собравшихся.

Прихожане дружно зашагали к выходу. Хорст дождался, пока выйдут все, и двинулся к алтарю.

– Что тебе, сын мой? – спросил теарх, но тут же глаза его удивленно расширились, и он сделал шаг назад.

– Прикажете выгнать меня? – сказал маг, выдавив из себя кривую усмешку. До боли в сердце хотелось вернуться в те времена, когда вера была искренней, а молитвы даровали успокоение.

Но он хорошо понимал, что это невозможно.

– Нет, не выгоню, – твердо проговорил теарх, глава всех служителей Вестаронского княжества. – Каждый человек, кроме одержимого – сын Вседержителя-Порядка! Что ты хочешь, маг?

– Помощи, – коротко ответил Хорст. – Надеюсь, что здесь нас не подслушают?

– Лучше пройти ко мне. – Теарх бросил пару слов одному из помощников. – Иди за мной.

Чтобы пройти через дверь за алтарем, магу пришлось пригнуться. Они миновали короткий и узкий коридор, поднялись по скрипучей лестнице и остановились около еще одной двери.

– Так, где же он? – Служитель забренчал ключами. – Так, прошу…

За дверью обнаружилась просторная комната, обставленная настолько скудно, что впору было поверить, что обитает тут не могущественный слуга порядочной церкви, а обыкновенный служитель откуда-нибудь из глухомани. В углу сиротливо притулилась кровать, у окна замер стол, заваленный кипами пергаментных листов, рядом стояли два табурета.

– Лучше, наверное, сесть, – проговорил теарх, пододвигая один из них Хорсту.

– Благодарю, святой отец, – сказал тот. – Как ваше имя, кстати, а то неудобно как-то…

– Ты можешь звать меня отец Балсти. И какой помощи ты хочешь от меня, маг?

– Просьба непростая. – Хорст почесал шрам на щеке. – Дело в том, что князь Ангир вскоре захочет провозгласить себя императором…

– Что значит – захочет? – изумился теарх.

– Вы должны знать, что это. – Извлеченный из кармана амулет закачался на цепочке.

– Понятно. – Отец Балсти вздохнул. – И ты желаешь, чтобы все прошло, как полагается, в храме? Чтобы я благословил нового правителя?

– Ваша догадливость выше всяких похвал, – улыбнулся Хорст.

– Но ты должен понимать, маг, что, совершив такой поступок без согласия Эрнитона, я сильно рискую. – Теарх задумчиво погладил чисто выбритый подбородок. – Надо послать туда гонца…

– Так долго я ждать не могу, – покачал головой маг. – Ваш посыльный вернется в лучшем случае к зиме! И не факт, что он привезет согласие саттеарха… Подумайте сами, ведь церковь только выиграет от восстановления Империи в Вестароне! Она получит могучего слугу, уже сейчас сражающегося под знаменами со священным Кубом! Император сумеет прекратить свары, усмирить холиастов… Разве не этого хочет Владыка-Порядок?

– Не нам, ничтожным, судить о его желаниях! – Голос отца Балсти сделался суровым, а в глазах блеснул гнев. – Я не дам тебе сейчас ответа, маг… Говоришь ты складно, но я должен подумать, помолиться…

– Я подожду, святой отец. – Хорст поднялся. – Позвольте откланяться.

– Я провожу тебя, сын мой.

Теарх отпер дверь. Они спустились по лестнице, скрипящей, как орава сверчков, подошли к задней двери храма. Когда она распахнулась, открыв погруженную во мрак улочку, служитель неожиданно благословил мага.

– Иди уж, – пробормотал он. – Да пребудет с тобой Вседержитель-Порядок, а я дам ответ завтра!

Маг не успел ничего ответить, как его вытолкали за порог, а дверь захлопнулась.

Солнце поднималось все выше, туман отступал, скатывался в ложбины, уходил в море, будто впитываясь в серо-зеленые холодные волны. Точно полог уползал в сторону, обнажая стоящий на холме город.

При взгляде на его обветшалые стены, покосившиеся башни и тесно прижавшиеся друг к другу крыши из красной черепицы, маг ощутил, как сердце пронзила тоска.

Перед ним лежал Линоран. Город, где Хорст Вихор родился и прожил почти два десятка лет, место, откуда молодой сапожник ушел странствовать, надеясь когда-нибудь вернуться.

И вот вернулся – в виде призрака, висящего в воздухе рядом с Ангиром.

Ворота были закрыты, на стенах виднелись вооруженные люди, но никаких признаков того, что княжеские войска собираются начать штурм, не имелось. Не доносился из ближайшего леса стук топоров, не мчались гонцы с приказами для командиров.

Все замерли и будто чего-то ждали. И сидящий на коне князь, и свита за его спиной, и выстроившиеся еще дальше к востоку войска. Ветер трепал флаги с еловой ветвью и синим Кубом.

– Ну, что, долго они еще там, клянусь щитом Порядочного Отольфа? – нетерпеливо спросил Ангир. – Или тот купец меня обманул и его нужно повесить на ближайшей сосне?

– Не нужно, мой господин, – рискнул ответить ре Нерни. – Время еще не вышло.

Князь промолчал.

От ворот донесся надсадный треск, будто сломали бревно, толщиной с дом, и створки медленно поползли в стороны.

– Поехали! – скомандовал Ангир.

Его белоснежный жеребец пошел медленно, горделиво выгнув шею. Свита двинулась вслед за князем.

Из раскрытых ворот навстречу Ангиру шагали пятеро, все дородные, могучие, с непокрытыми седыми головами и цветастыми, вышитыми по линоранскому обычаю поясами.

Купцы, истинные владыки города. Хорст знал их всех. Они остановились, не дойдя до Ангира десятка шагов. Тот тоже придержал коня.

– Могучий князь. – Голос стоящего посередине купца рокотал, точно лавина, а его обладатель габаритами мог поспорить с медведем. – Город Линоран милостью Владыки-Порядка и Порядочного Хенфти признает тебя своим владыкой!

– Что с вашим магом? – спросил Ангир. – Пока он в городе, не может быть мира между мной и вами…

Линоранцы озабоченно переглянулись.

– Мы хотели мага нашего повязать и вам привести, – развел руками другой купец, похожий на обзаведшегося бородой толстого хорька. – Да только удрал он, нет в доме никого!

– Это хорошо, – кивнул князь. – Вижу, что вы хотите сказать что-то еще?

– Да, господин. На площади перед магистратом вас ожидают посланцы Стреодида и Фар-Тони, – сообщил рокочущий купец. – Все Троеградье желает присягнуть вам!