Левак укрепляет брак Хрусталева Ирина

Глава 7

Роман с удивлением и раздражением посмотрел на свою трубку и сунул ее в карман.

– Что еще она там затеяла? – проворчал он. – Парик рыжий, платье сорок третьего размера и туфли пятьдесят четвертого… Тьфу, черт, туфли сорок третьего, а платье пятьдесят четвертого, – поправился он, поняв, что все перепутал. – Она собралась нарядить статую Свободы? Так, семь часов вечера, – пробормотал Рогачев, бросив взгляд на часы. – Нужно успеть в магазин. А в каком магазине я смогу купить все сразу, чтобы не мотаться из одного в другой? – задумался он. – О, позвоню-ка я Карине, у нее всегда все есть.

Роман торопливо вытащил телефон из кармана и набрал номер.

– Карина, привет, Рогачев беспокоит, – проговорил он, как только номера соединили. – Твоя подруга, Катастрофа, озадачила меня до невозможности, и я не знаю, что мне делать.

– Привет, Рома, – ответила девушка. – Что она еще придумала?

– Дала задание купить ей парик, рыжий, с длинными волосами, платье-балахон пятьдесят четвертого размера и женские туфли сорок третьего. Как тебе такой гардеробчик? – усмехнулся он.

– Впечатляет. И что, интересно, она тебе хотела этим сказать? – удивилась Карина.

– Понятия не имею. Попросила все это купить и привезти по определенному адресу. Голову ломать мне некогда, по магазинам бегать тоже времени нет, поэтому и позвонил тебе. Ты мне поможешь?

Карина, давняя Юлькина подруга, была хозяйкой модного салона «Новый имидж». В его арсенале имелось все, что угодно: косметика, одежда, обувь, различные аксессуары, парики и тому подобное.

– Приезжай, что-нибудь придумаем, – ответила Карина. – Только пошустрее, я пораньше хотела уйти, у меня на вечер романтическое свидание намечено, нежелательно опаздывать.

– Уже лечу, – быстро произнес Роман и, отключив трубку, нажал на педаль газа. Через пятнадцать минут он остановился у дверей салона. Стоило ему войти внутрь, как его тут же встретила Карина с полиэтиленовым пакетом в руках.

– Вот, здесь все, что нужно, – подавая его Роману, проговорила она. – Скажешь Юльке, чтобы через два дня все вернула обратно.

– Ты волшебница, Карина, – улыбнулся Роман.

– Я знаю. Поэтому ко мне со всей Москвы клиенты и едут. Чеши к своей Смеховой, надеюсь, потом вы расскажете мне, для чего сей маскарад понадобился?

– Я пока сам ничего не знаю, – пожал плечами Роман. – У Юльки спросишь. Пока!

Рогачев бросился к машине и, выехав на проезжую часть дороги, набрал номер, по которому ему звонила Юля.

– Я еду с вещами, – сообщил он. – Что дальше?

– Подъезжай к дому, выходи из машины, иди в третий подъезд, поднимайся на шестой этаж. Если тебя остановит секьюрити, покажешь ему удостоверение и скажешь, что тебе нужно осмотреть тридцать седьмую квартиру.

– Что значит – осмотреть квартиру? – нахмурился Роман. – В чем дело, Юля, ты мне можешь объяснить?

– В этой квартире сегодня обнаружили труп молодой девушки, проститутки, и теперь хозяина обвиняют в убийстве. Дверь квартиры опечатана, но ты – майор ФСБ, поэтому имеешь право снять эту печать и войти в квартиру. Понятно?

– Представь себе, непонятно! – взорвался Рогачев. – Я просто отказываюсь тебя понимать, госпожа Смехова! Почему это я должен входить в какую-то совершенно незнакомую и, как я теперь понимаю, криминальную квартиру при помощи своих документов?

– Ром, ну что же здесь непонятного? Ты умный мужик, всегда все схватываешь с полуслова, с полувздоха. Что с твоими мозгами? Короче, приезжай и все узнаешь, я жду.

– Постой, постой, ты хочешь сказать, что сидишь в квартире, где сегодня обнаружили труп какой-то проститутки?! – ошарашенно спросил Роман.

– Ну, наконец-то дошло, – облегченно вздохнула Юлька.

– Какого черта ты там забыла?! – заорал Рогачев не своим голосом. – За каким дьяволом тебе понадобились все эти парики, платья и прочая дребедень? Отвечай немедленно, иначе я сейчас пошлю тебя ко всем чертям и никуда не поеду! – надрывался он.

– Слушай, Рогачев, у тебя, кроме чертей, дьяволов и прочей нечистой силы, больше слов, что ли, в обиходе нет? Словарный запас ограничен, да? Отсутствие воспитания? Трудное детство? – ехидно спросила Юлька. – Ай-яй-яй, а еще майор ФСБ! И как только вас там таких держат? А еще такая солидная организация!

– Попадись мне только на глаза! – прошипел Роман. – Я тебе башку отверну и всем скажу, что ты такой родилась!

– Иди сам к черту! – рявкнула Юлька и отключилась.

– И что теперь? – спросила Алиса. – Он не приедет?

– Да куда он денется? Это же майор ФСБ, для него все знать и быть в курсе происходящего – уже диагноз, и медицина здесь бессильна. Приедет, как миленький, не пройдет и получаса.

– А если не приедет? – не сдалась Алиса. – Что мы тогда будем делать?

– Успокойся, ради бога. Не приедет Рогачев, в чем я лично сомневаюсь, значит, позвоним Чугункиным, они-то уж точно примчатся.

– А почему ты сразу не позвонила им? Господи, я-то, идиотка, почему про них в первую очередь не подумала? – простонала Алиса. – С ними было бы намного проще, а твоего Рогачева я боюсь!

– Не волнуйся, он нормальный парень, бояться нет причин. Я сначала про Чугункиных и подумала, а потом решила, что Рогачев надежнее.

– В каком смысле – надежнее?

– Кирилл с Данилой – всего лишь частные детективы, а Рогачев – майор ФСБ. Вот и прикинь, кто круче, кому легче пройти мимо секьюрити? – объяснила Юля. – Теперь понятно, почему я выбрала Ромку?

– Да, – кивнула Алиса. – Ты думаешь, он поверит Владимиру? Ну, что это не он убил девушку? – с беспокойством спросила она.

– Если мы с тобой поверили, то и он поверит, – отмахнулась Юлька. – Не сомневайся в моих способностях, я сумею его убедить в чем угодно. Иди, посмотри, Владимир все сведения скачал с компьютера? И намекни ему, только осторожно, что пора приступать к необходимой процедуре. Скоро Ромка приедет.

– Какой процедуре? – не поняла Алиса.

– Ты забыла? Мы должны ему макияж сделать, да такой, чтобы мама родная не узнала, – засмеялась Юля.

– Нет, ты ему лучше сама об этом скажи, – замахала руками Алиса. – Он и так злой, как не знаю кто, из-за того, что ему женскую одежду и парик придется надевать, а если узнает, что еще и краситься… я представляю, что нам придется услышать!

– Ничего без меня не можете, никто, – вздохнула Юлька. – И что вы будете делать, когда меня не будет рядом?

– А ты куда-то уезжать собралась? – улыбнулась Алиса.

– Пока что я никуда не собираюсь, но скоро решусь смыться от всех вас, – буркнула Юля и направилась в кабинет, где за компьютером сидел Владимир.

– Как дела? – поинтересовалась она.

– Нормально, – ответил тот. – Не знаю, насколько пригодятся эти сведения, но больше я ничем не располагаю.

– Будем надеяться, что пригодится все. Алиса – мастер наивысшей квалификации, можно сказать, компьютерный гений. Ей достаточно лишь зацепиться, а дальше – дело техники.

– Хорошо, если так, – сказал Марков. – Скоро приедет твой знакомый?

– С минуты на минуту. Володя, если ты уже освободился, пройдем в гостиную, мне нужно поработать с твоим лицом, – осторожно проговорила Юля и на всякий случай широко улыбнулась, когда тот посмотрел на нее удивленно.

– Что значит поработать с моим лицом? – спросил он. – Что ты собираешься с ним делать?

– Ничего особенного, – ответила Юля, посмотрев на Маркова наивными глазами. – Всего и делов-то, немного подкрасить, подмазать, заштукатурить, в одном месте удлинить, в другом – укоротить. Володя, не переживай, будет супер, родная мама не признает.

– Кого? – еле выдавил из себя тот.

– Дядю моего, – рявкнула Юлька, не на шутку разозлившись. – Что ты дурачком прикидываешься, как будто не понимаешь, о ком речь идет? Тебя нужно накрасить, да так, чтобы сам черт не разобрался, кто перед ним – баба или мужик. Да, именно на тебя мы наденем женские шмотки, напялим парик, сделаем боевой раскрас, как у путан с Тверской, и вперед! Теперь тебе все понятно, или ты имеешь что-то против?

– Ты чего на меня кричишь? Да, для меня это непривычно, я в шоке, и ничего здесь удивительного нет. Я никогда не надевал женскую одежду!

– У тебя в квартире и трупа никогда не находили, – отбрила его Юлька. – Так что прекрати выделываться, ничего с твоим мужским «эго» не случится, если разок придется пощеголять в бабьих тряпках. Я два месяца тому назад под голубого мальчика косила, и ничего, выдержала, и погоны с меня не слетели, потому что знала – это нужно для дела. Даниле с Кириллом тоже будь здоров досталось, и никто не возмущался. А тебе это требуется для того, чтобы свою жирную задницу спасти от тюрьмы, между прочим!

– Она у меня не жирная, – возмутился Марков.

– Да я не это имела в виду, – отмахнулась Юлька. – Я совсем в другом смысле. Ты со своими миллионами думал, что весь мир у твоих ног? Все купить можешь? А на поверку выходит, что ты такой же, как и все, и за содеянное будешь отвечать по закону на общих основаниях.

– Я ничего не делал такого, за что мне следует отвечать по закону, а если бы сделал, то сумел бы и ответить, – надменно ответил Владимир. – Я пока еще мужчина.

– Придется немного побыть в другой ипостаси, – развела руками Юля. – И если не хочешь, чтобы я послала тебя ко всем чертям, будешь делать то, что я скажу, и без дурацких замечаний в мой адрес.

– Хорошо, как скажешь, – покладисто согласился Марков. – Я сам не знаю, почему, но верю вам с Алисой и знаю, что вы… впрочем, не стоит раньше времени говорить об этом, боюсь сглазить.

– А тебе ничего больше не остается, как нам поверить, – усмехнулась Юля. – Один в поле не воин.

* * *

Роман остановился у обочины и, посмотрев на роскошный дом, невольно присвистнул.

– Ничего себе! Я случайно не ошибся? – пробормотал он и взглянул на листок, где записал адрес, продиктованный Юлей. – Нет, все сходится. Ну, что ж, посмотрим, что и как.

Он решительно направился к воротам, беспрепятственно миновал их и остановился у третьего подъезда.

– Кажется, здесь, – вновь заглянув в записку, произнес он. Роман оказался в огромном холле и увидел секьюрити, молодого парня в форме охранника с эмблемой фирмы «Щит и Меч».

– Прошу прощения, вы в какую квартиру? – очень культурно обратился он к Рогачеву.

– А почему вас это интересует? – приподнял брови тот.

– Я вас вижу впервые, поэтому должен знать, к кому вы приехали, – сдержанно ответил охранник.

– Но я могу назвать вам любую квартиру, – усмехнулся Роман. – Почему вы уверены, что скажу вам правду?

– Дело в том, что передо мной лежит журнал, с телефонами хозяев всех квартир. И, прежде чем пропустить вас, я должен буду позвонить в указанную вами квартиру и оповестить хозяев, что к ним приехал такой-то. Только после того, как мне разрешат, я могу вас пропустить, – очень терпеливо и обстоятельно объяснил секьюрити.

– Как все серьезно у вас, однако, – улыбнулся Роман. – Рогачев Роман Александрович, майор ФСБ, вот мое удостоверение, – представился он и раскрыл перед носом охранника корочки. – А направляюсь я в тридцать седьмую квартиру, чтобы провести дополнительный осмотр места преступления. Надеюсь, ваше любопытство удовлетворено?

– Да-да, проходите, товарищ майор, – засуетился секьюрити. – Сразу бы сказали, я бы разве… проходите, к лифту – направо.

– Честь имею, – небрежно бросил Рогачев и, гордо расправив плечи, направился к лифту. Секьюрити проводил его испуганным взглядом и, как только Роман скрылся в кабинке лифта, поспешно вытащил из нагрудного кармана визитную карточку и набрал номер телефона.

– Товарищ Парамонов? – зашептал он в трубку. – Это вас Вячеслав беспокоит, охранник из «Алых парусов». Вы просили меня позвонить, если вдруг кто-то будет интересоваться хозяином тридцать седьмой квартиры. Так вот, докладываю: в тридцать седьмую квартиру только что прошел человек из ФСБ. Я очень вас прошу: не выдавайте меня, мне бы не хотелось иметь дело с такой серьезной организацией! Всего доброго, до свидания, – и он положил трубку. – Фу, черт, – выдохнул молодой человек, вытирая пот со лба. – То МВД, то ФСБ, видать, крутая шишка этот Марков. Впрочем, в этом доме все крутые, куда ни плюнь.

Роман поднялся на шестой этаж и, выйдя из лифта, остановился перед дверью тридцать седьмой квартиры. Взглянул на полоску бумаги, которой была опечатана дверь, и нахмурился.

– И что прикажете делать? – проворчал майор. – Черт, вот не было печали, да Катастрофа постаралась, обеспечила.

Рогачев оглянулся по сторонам и решительно нажал на кнопку звонка. Из недр квартиры не доносилось ни звука, хотя Роман и прислушивался. Он позвонил еще раз. Бесшумно приоткрылась дверь, и из-за нее показалось личико Юльки.

– Проходи, быстро, – шепнула она и раскрыла дверь пошире, чтобы Роман мог протиснуться в щель.

– Что за тайны мадридского двора? – недовольно прошипел он.

– Не гунди, сейчас узнаешь, – улыбнулась Юля, торопливо закрывая дверь. – Привет!

– Что ты здесь делаешь? – хмуро спросил Рогачев, сдвинув брови.

– Ром, может, в комнату пройдешь, или мы будем в прихожей объясняться?

– Вот, возьми, это Карина передала, там все, что ты просила, – подавал он ей пакет с вещами.

– Ты Каринке позвонил? Вот молодец, что догадался, а у меня совсем из головы вылетело, что можно к ней обратиться. Ну, проходи, что ты встал, как истукан?

Роман, продолжая недовольно сопеть, пошел вслед за девушкой, которая на всех парусах понеслась в глубь квартиры, пристально изучая просторные апартаменты, невольно заглядываясь на эту роскошь. Он вошел в большую гостиную и остановился у дверей. Спиной к нему сидел какой-то мужчина, рядом суетились Юлька и еще какая-то девушка.

– Ромка, иди сюда, познакомься, – позвала его Юля. – Это Алиса Скуратова, а это – Владимир Марков. Прошу любить и жаловать, друзья, перед вами Роман Рогачев, мой друг… близкий, – сказала она, лукаво взглянув на майора. – Я заканчиваю, Владимир пойдет переодеваться. Я объясню Ромке, в чем дело. Рома, присядь, – скороговоркой трещала она, продолжая колдовать над лицом Маркова. – У меня прямо полоса какая-то в последнее время – помогать мужчинам в женщину превратиться. Ром, помнишь клуб «Голубой рассвет»? – заливисто засмеялась она. – Данька у меня тогда здорово получился, такая пышечка в кудельках. С Владимиром немного посложнее, у него щетина слишком жесткая, ему пришлось несколько раз бриться, столько тонального крема на его щеки ушло – мне бы на год хватило. Хорошо, что я все время с собой косметичку ношу. Губы подкрасим, и будет полный ажур. Вот, вроде все, – резюмировала Юля, с удовольствием разглядывая дело рук своих. – Алиса, глянь-ка, правда, здорово получилось?

– Обалдеть! – Алиса еле сдержала смех. – Картина, достойная висеть в Эрмитаже.

– Я всегда говорила, что человечество потеряло в моем лице настоящего художника, – кивнула Юлька, пряча улыбку. – Иди с Владимиром, помоги ему разобраться с вещами, а я пока с Ромкой поболтаю, – велела она, подавая Алисе пакет.

Марков и Алиса ушли, а Юля, подлетев к дивану, на котором пристроился Рогачев, плюхнулась рядом с ним.

– Ромка, почему ты выглядишь таким букой? – засмеялась она. – Улыбнись, ну хоть чуть-чуть.

– Пока ты не объяснишь мне, что здесь происходит, я улыбаться не собираюсь, – хмуро ответил тот. – Ты во что меня втравила?

– Ром, выслушай меня спокойно, без сердца, а потом будешь делать выводы. Договорились?

– Слушаю.

Юлька нетерпеливо заерзала на диване, собираясь с мыслями, а потом азартно и бессвязно начала рассказывать.

– Понимаешь, сегодня утром Владимир… это Марков, которого я сейчас красила, хозяин этой самой квартиры, давний знакомый Алисы, причем близкий знакомый. Когда-то они были… ну, сам понимаешь, но они расстались больше четырех лет назад. Когда он сегодня утром проснулся, то увидел, что держит в руках пистолет. Конечно, он очень удивился – откуда у него оружие, в доме его никогда не было, он сам сказал. А потом он в кухне нашел труп проститутки, которую притащил вчера из ночного клуба! Он испугался и спрятался, когда домработница пришла, та развопилась, увидев труп. Ну еще бы, я бы на ее месте сразу в обморок свалилась… в общем, она подняла страшный шум, собрала всех соседей и милицию вызвала, – возбужденно, с горящими глазами тараторила Юля. – А мы с Алиской, узнав об этом, решили под шумок квартиру обыскать. Вдруг, думаем, повезет, и мы найдем здесь какие-нибудь документы про этот «Стройметр»? Алиску-то кинули с ипотекой, вот она и решила через Маркова их найти. Ну вот, приезжаем сюда, я корочки лейтенанта под нос секьюрити сунула, он нас и пропустил. Алиске я тоже документы сделала. Мы дождались, пока отсюда все свалят, в кабинете за шторой спрятались, Алиска чуть там не описалась, а потом пошли туалет искать. А Марков выпал из шкафа, как снег на голову, да еще с пистолетом, представляешь, мы прямо обалдели, да он и сам обалдел, а потом…

– Стоп! – рявкнул Рогачев, глядя на Юльку покрасневшими от злости глазами. – Ты сама-то хоть одно слово поняла из того, что нагородила?

– А что тут непонятного-то? – захлопала ресницами Юлька.

Рогачев зажмурился, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы успокоиться, и тихим твердым голосом произнес:

– Говори членораздельно, по порядку, и желательно – по существу, с остальным потом разберемся.

– Маркова нужно вывести из квартиры, чтобы его никто не смог узнать. Для этого я и попросила тебя привезти парик и платье с туфлями. Отвезешь его к себе за город. Пока не разберутся, кто на самом деле убил эту девицу, пусть там пересидит. Ни у кого ума не хватит, чтобы искать его в доме майора ФСБ, – быстро протараторила Юля. – Вот, – выдохнула напоследок она.

– Ты что, совсем обалдела? – вытаращился на нее Роман. – Ты хочешь, чтобы я преступника у себя в доме прятал? У тебя как с головой-то, подруга? – покрутил он пальцем у виска.

– Да в том-то и дело, что никакой он не преступник! – закричала Юля. – Он не убивал, и пистолет – не его, он в первый раз его видит. Его подставили, и мы уже вычислили, кто именно. Осталось только этих людей разыскать и наказать.

– Я с тобой когда-нибудь точно с ума сойду, – простонал Рогачев. – Господи, и за что ты на меня так рассердился, что подсунул эту бестию в мою когда-то спокойную жизнь? – поднял он глаза к потолку.

– Рома, я тебя очень прошу, помоги Маркову, – заговорила Юля, сдвинув брови. – Он ни в чем не виноват, я в этом уверена. Если ты доверяешь мне, значит, должен доверять и ему.

– Почему ты так рьяно его защищаешь? Он тебе кто – родственник, сват, брат или еще поближе? – с подозрением спросил Роман.

– Ты, Рогачев, дурак и уши у тебя холодные, – взвилась Юля. – Почему я не могу помочь невиновному человеку, которому грозит тюрьма? Тем более что его Алиска любит, – тихо добавила она. – Рома, я тебя очень прошу: помоги ему, а со всем остальным потом разберемся, как ты сам и предложил. Человеку нужна конкретная помощь, и именно сейчас. Не завтра, не вчера, а сегодня.

– Ладно, где они? – вздохнул Роман. – Уходим отсюда, сначала я, а потом вы.

– А почему не вместе?

– Чтобы пройти сюда, мне пришлось показать удостоверение и сказать, что мне нужно еще раз осмотреть место преступления. Входил я сюда один? Один. И как прикажешь объяснять секьюрити, откуда потом рядом со мной оказались три девицы?

– Я об этом не подумала, – нахмурилась Юля.

– А ты почаще включай мозги, может, и научишься.

– Чему научусь? – не поняла девушка.

– Думать, – усмехнулся Роман.

– Не буди во мне тигра, Рогачев, – нахмурилась Юля. – Уж что-что, а думать я умею.

– Только почему-то у тебя этот процесс начинается после того, как ты уже что-то натворила.

– Ты, наверное, прав, – со вздохом согласилась Юлька. – Сколько раз ловила себя на том, что сначала сделаю что-нибудь, а потом начинаю думать – зачем? Но в данном конкретном случае я хорошо подумала. Прежде чем тебе позвонить, наверное, целых десять минут думала… или даже пятнадцать, – наивно хлопая ресницами, сообщила она.

– Когда-нибудь меня точно посадят, – закатил глаза Рогачев.

– За что это? – вытаращилась Юлька.

– За убийство, за что же еще? А жертвой будешь ты, Смехова.

В гостиную вошла Алиса, чуть ли не насильно таща за собой упирающегося Маркова.

– Я никуда не двинусь из дома в таком виде, – шипел тот. – Полным идиотом себя чувствую!

– Лучше выглядеть полным идиотом, чем худым заключенным, – ворчала Алиса, продолжая его подталкивать. – Юля, вразуми его, наконец! Он, видите ли, отказывается выходить из квартиры в таком виде.

– А зачем его уговаривать? – пожала плечами та. – Не хочет, не надо, пусть сидит и ждет у моря погоды. А скорее всего, гостей в погонах.

– Охренеть, – криво усмехнулся Роман, глядя на размалеванного Маркова. – Почему ты решила, что рыжий парик ему будет к лицу? – шепотом спросил он у Юли.

– Потому и решила, что рыжий парик сразу же бросается в глаза, а лицо теряется, и нечего из себя слишком умного изображать, – раздраженно ответила та. – Я не дурее тебя, можешь на это не надеяться.

– Дурой я тебя никогда не считал и спорить с тобой не собираюсь, – шепнул Роман и громко спросил: – Так, кто выходит из квартиры, кто остается? Мне пора уходить, я здесь и так уже больше часа торчу, и секьюрити прекрасно об этом знает.

– Я не двинусь с места в таком виде, – упрямо повторил Владимир.

– Пошли, Рома, – решительно поднявшись с дивана, сказала Юля. – Алиса, ты идешь? – обратилась она к подруге.

– Иду, конечно, – пожала плечами та. Она бросила хмурый взгляд на Маркова, хотела было что-то сказать, но передумала и молча пошла к двери. Только они вышли в прихожую, как услышали, что кто-то вставляет ключ в замок.

– Мама! – пискнула Юлька. – Витька Парамонов, – с ужасом глядя на монитор видеонаблюдения, прошептала она. – Если он сейчас меня здесь увидит – хана!

– Кто такой Витька Парамонов? – хмуро спросил Роман.

– Капитан из управления, друг Чугункиных, он ведет дело об убийстве девицы, которую здесь нашли, знает меня, как облупленную. Ой, мамочки, что делать-то? – тихо взвыла Юля. – Кой черт его сюда принесло?!

Девушка заметалась по прихожей, не зная, куда спрятаться.

– Шкаф, – подсказала Алиса, и девушки, недолго думая, шмыгнули в укрытие, оставив Рогачева рядом с открывающейся дверью и с разинутым ртом.

– Что случилось? – спросил Марков, услышавший шум и торопливо вышедший в прихожую. Он был одет в женское платье, а парик держал в руках.

– Тс-с-с, – приложил палец к губам Роман. – Капитан Парамонов открывает дверь!

Владимир с ужасом посмотрел на монитор, потом на Романа, потом его взгляд упал на свою руку, в которой он держал парик, и он тут же снова нахлобучил его на голову.

– А где девушки? – прошептал он, но Роман не успел ему ответить: дверь медленно начала открываться. Он лишь скосил глаза на шкаф, показывая, что подружки там.

Глава 8

– Ее телефон по-прежнему не отвечает, – вздохнул Данила, входя в кухню. Кирилл сидел за столом, ожидая, когда мать подаст ему ужин.

– Хватит названивать, никуда она не денется, – проворчал он. – Садись ужинать.

Данила уселся за стол и, улыбнувшись, потер руки.

– Мамуля, чем вкусненьким ты нас сегодня порадуешь?

– Картошечкой жареной с котлетками, – улыбнулась та. – Салатик из свежих овощей, и селедочку я разделала. Хорошая селедка, слабо соленая, жирная, я ее сегодня купила. А что это Юленька не пришла к ужину? – спросила женщина. – Позвоните ей, пусть приходит, я много наготовила, на всех хватит.

– Перебьется, ей вредно есть по вечерам, – проворчал Кирилл.

– Да я уже звонил, мам, нет ее дома, – ответил Данила. – Мобильник отключен.

– А вы разве с работы не вместе уходили?

– Нет, не вместе, – ответил Кирилл. – Мам, давай быстрее, я сейчас от голода умру, – поторопил он.

– Сейчас, сейчас, – засуетилась та. – Хлеб только нарежу.

– Кир, а вдруг с ней что-нибудь случилось? – с беспокойством спросил Данила. – Ты же знаешь, она никогда свой телефон не отключает, а он уже полдня молчит…

– Слушай, может, хватит уже, а? – вспылил тот. – Дай поесть спокойно! Поужинаем, Рогачеву позвоним, потом Алисе, любимым подружкам, где-нибудь да проявится твоя Катастрофа. Тебе бы мамашей быть, а не мужиком!

Данила насупился, но, ничего не ответив, принялся за еду.

– Что-то с Юленькой случилось? – озабоченно спросила мать близнецов.

– Как же, с ней случится, – хмыкнул Кирилл, откусывая хлеб. – Скорее нужно волноваться за тех, кто рядом с ней окажется, вот с ними вполне может что-нибудь случиться.

– Кир, прекрати, – одернул брата Данила. – Да, я согласен, Юлька – та еще оторва, но не забывай, что она всего лишь женщина.

– Чертенок она в юбке, а не женщина, – беззлобно ответил тот. – Ты мне дашь, наконец, спокойно поесть? – прикрикнул он на брата.

– Да ешь, кто тебе мешает? – огрызнулся Данила и, плотоядно посмотрев на котлету, целиком запихнул ее в рот.

Когда через полчаса с ужином было покончено, Кирилл, сытый и подобревший, улыбнулся брату.

– Ладно, не дуйся, я ведь тоже волнуюсь за Юльку, просто не люблю проявлять эмоции, ты ж меня знаешь.

– Да я не дуюсь, – отмахнулся Данила. – Просто ты прекрасно знаешь нашу Смехову: ей вляпаться в историю – раз плюнуть. Уже почти восемь вечера, обычно в это время она всегда дома, а если куда-то намыливается, то обязательно говорит, куда. Если не нам, так уж своей матери обязательно, а она дома сидит, волнуется, набирает Юлькин номер каждые десять минут.

– Позвони Рогачеву, может, ему удалось ее разыскать, – предложил Кирилл.

– Как он ее мог разыскать, если у нее телефон отключен? – возразил Данила. – Нет, я лучше сначала Алису спрошу, вдруг Юлька ей звонила, или они вообще где-нибудь вместе тусуются, – решил он и, встав из-за стола, пошел к телефону. Сначала он набрал номер домашнего телефона Скуратовой, а когда ее мать ответила, что Алисы нет, позвонил ей на мобильный…

* * *

Дверь открылась, и на пороге замер капитан Парамонов.

– Добрый вечер, – сдержанно поприветствовал он присутствующих. – С кем имею честь?

– А вы, собственно, кто? – мгновенно взяв себя в руки, сурово спросил Роман.

– Я кто? Следователь прокуратуры, капитан Парамонов, и в моем производстве находится дело о преступлении, которое произошло в этой квартире не далее как сегодня утром, – сухо ответил капитан. – И я собственноручно опечатал данную квартиру. Каким образом вы вошли сюда? Откуда у вас ключи?

– А откуда они у вас? – не дрогнул Роговцев.

– Как это – откуда? – опешил капитан от наглости молодого человека. – Я же вам только что сказал, что веду следствие.

– Я тоже веду следствие по данному преступлению, – без зазрения совести соврал Роговцев. – Я майор ФСБ, вот мое удостоверение, – показал он свои корочки, раскрыв их перед глазами Парамонова.

– Почему мне ничего об этом не известно? – строго спросил Парамонов.

– Наша организация не обязана отчитываться в своих действиях ни перед кем, исключая правительство, – нахмурился Роман. – И мне очень интересно, зачем следователю прокуратуры понадобилось приезжать в опечатанную квартиру? – тут же пошел он в атаку. – Вам же известно, что снимать печать без свидетелей – это нарушение. А если меня не подводит зрение, вы совершенно один?

Парамонов стоял красный, как рак, совершенно растерявшись.

– Но ведь вы сами сняли печать, – выдавил он, наконец.

– Совершенно верно, я это сделал, но при свидетелях, – заметил Роман и, повернувшись, показал на Маркова. – Это мой… моя помощница, и мы уже уходим.

Владимир, увидев, что говорят о нем, тут же занервничал, начал поправлять длинные локоны своего парика и глупо улыбаться. В общем, он был похож в этот момент на полного идиота, вернее, идиотку. Роман, с трудом подавив раздражение, продолжил игру.

– Вы ничего не забыли, Амалия Сергеевна? – спросил он у Маркова. Тот, совершенно не отреагировав на его слова, очень пристально рассматривал свои туфли. – Амалия Сергеевна, ау, я к вам обращаюсь! – повысил голос Роман. – Она такая рассеянная, – кисло улыбнувшись, пояснил Роман капитану. – Зато очень исполнительная, большой профессионал в криминалистике.

– А? Что? Это вы мне? – опомнился наконец Владимир. – Да-да, товарищ майор, все в порядке, мы можем уходить.

Парамонов с изумлением глянул на «помощницу», снял очки, вытащил из кармана носовой платок и тщательно их протер. Нацепив окуляры на нос, он еще пристальней посмотрел на это чудо природы.

«Надо же такой уродиться», – подумал он, невольно отводя глаза.

– Вы остаетесь? – спросил Роман у Парамонова, чем вывел того из ступора.

– Да, конечно. Простите, вы что-то сказали? – растерянно переспросил он, снова взглянув на Маркова.

– Я спрашиваю: вы остаетесь? – с нажимом повторил Рогачев. – Лично нам здесь больше делать нечего, пора уходить.

– Я даже не знаю… – замялся капитан. – Вроде мне здесь тоже больше делать нечего… просто я получил сигнал и обязан был его проверить. Я задержусь здесь минут на пять, проверю, все ли в порядке. Или не стоит? – нахмурился он.

– Это ваше дело, можете остаться, капитан, – проговорил Рогачев таким тоном, словно отдавал приказ. – Надеюсь, что здесь все останется так, как сейчас, и все будет на месте.

– Вы о чем? – вытаращился Парамонов.

– Квартира напичкана дорогими вещами, антиквариатом, мало ли… – неопределенно и в то же время со значением пожал плечами Роман.

– Нет, я, пожалуй, с вами выйду, – заторопился капитан. – У меня дела, а мне еще ехать… нет, я с вами…

– Тогда прошу, – улыбнулся Роман, показывая рукой в сторону выхода. Только он распахнул дверь, только ступил на порог, как….

Из недр шкафа раздался звонок мобильного телефона.

– Постойте, постойте, – резко остановился и напрягся Парамонов, моментально приняв собачью стойку. – Кажется, телефон звонит… вон оттуда! – показал он в сторону шкафа.

– Ой, это, наверное, я свою трубку обронила, когда осматривала здесь все, – противным голосом захихикал Марков, стараясь приблизить его тональность к женскому. – Даже не заметила, надо же! Хорошо, что он зазвонил, это точно мой.

В два прыжка он оказался рядом со шкафом и, приоткрыв дверцу не очень широко, сунул туда нос. Он нагнулся, делая вид, что ищет трубку, и Парамонов с недоумением уставился на его зад, который в этом широком платье выглядел поистине необъятным.

Вытаращенные глаза Владимира вращались так выразительно, что Юлька еле-еле удержалась от смеха. Он протянул руку, делая пальцами нетерпеливые призывные движения, и Алиса, посинев от страха, сунула ему в ладонь телефон. Они с Юлей не смогли открыть потайную дверь, за которой прятался Марков, сколько ни старались. Они бы ее открыли, если бы не боялись нашуметь и привлечь ненужное внимание Парамонова. Поэтому им ничего не оставалось, как сидеть, спрятавшись за вещами. Они уже облегченно выдохнули, когда Роман открыл дверь и троица собралась выходить из квартиры, но звонок Алисиной трубки прозвучал, как гром с ясного неба. Девушка судорожно нажимала на все кнопки подряд, ничего не видя в темноте, но телефон не хотел выключаться и нагло трезвонил…

Владимир схватил надрывающуюся трубку и поспешно захлопнул дверцу шкафа. Он повернулся к мужчинам с глупой улыбкой на накрашенных губах, не зная, что делать и как заткнуть телефон.

– Что же вы стоите, мадам? Ответьте, – подсказал Парамонов.

– Ответить? – растерянно переспросил Марков. – Ах, ну конечно, ответить, – спохватился он. – Я такая рассеянная сегодня, прямо ужас, магнитные бури, наверное… Хеллоу? – томно протянул он, поднеся трубку к уху.

– Але, кто это? – прогремел Данила. – Алиска, ты, что ли? Что с твоим голосом, никак, простыла?

– Да-да, – коротко ответил Марков.

– Лечиться нужно, я всегда содой горло полощу, – посоветовал Данила.