Курсовая работа по обитателям болота Черчень Александра

Глава 10

— Госпожа Юля! — окликнули меня со стороны дома, как только мы из него вышли.

Я обернулась и с удивлением взглянула на Мерилин. Хранительница дома мягко спустилась со ступеней и передала мне соломенную шляпку с желтой ленточкой, белую сумку и очки.

— Успела, — улыбнулась Всадница, чью принадлежность к постороннему миру можно было понять только по слегка просвечивающей фигуре. — Ла-Шавоир просил передать. — Я машинально взяла шляпку и, покрутив ее в руках, нерешительно надела на голову, потом пришел черед очков с зелеными стеклышками.

— Если сумка есть, то забирай. — Риша вернула мне карточку, потом оглядела меня и полуутвердительно спросила: — Кик покупал?

— Да. — Бывшая Всадница Смерти сдержала улыбку и опустила глаза. — Сегодня утром. Юля, он просил напомнить про очки.

— Хорошо, — растерянно отозвалась я.

— Сразу видно, что мужик выбирал, — скептически оглядела меня Ришаль. — Простенько до безобразия!

— Простота — залог стиля! — возразила хранительница дома, потом подмигнула мне: — Он не такой уж плохой, поверь.

— Более того, Кикки — хороший, — улыбнулась Риша. — Лучшего друга у меня не было. Просто сейчас лето… да и вообще он товарищ очень специфический.

Ну, это я уже поняла. Но… Шляпа от жары и очки. Это похоже на… заботу? Не устаю ему удивляться.

Мерилин махнула рукой и ушла обратно в особняк, а мне ничего не оставалось, кроме как последовать за стремительно сорвавшейся с места нагой.

— Ришаль! — наконец крикнула я, затормозила и едва не улетела вперед от рывка продолжавшей меня тянуть горгоны. — Я не могу так быстро!

— А я быстро? — пробормотала Риша. — Прости, просто…

— С людьми ты так близко не общалась, знаю, — устало кивнула я, отнимая руку от головы, потому что раньше придерживала норовившую упорхнуть шляпку.

— Общалась, но не в таком качестве, — возразила экономка.

— А какое у меня качество? — настороженно осведомилась я.

Она оценивающе меня оглядела и хихикнула:

— Просто отличное качество!

Почему-то меня это вот совсем не обнадежило.

— Ришаль! — решительно окликнула снова устремившуюся вперед нагу.

Она с тяжким вздохом развернулась и спросила:

— Ты завтракала? — Немного растерявшись от такой перемены темы, я отрицательно покачала головой, и девушка продолжила: — Тогда пошли покушаем и поговорим. Что могу — скажу.

— Про риале ни слова, так? — Ответ я уже знала, но «а вдруг?».

— Так он еще не сказал?! — удивленно уставилась на меня змейка и рассмеялась, запрокидывая голову, рассыпая блестящие на солнце темные локоны по спине и плечам.

— Не рассказал, — мрачно подтвердила я. — Только ритуал завершил, а в чем его суть, я так и не узнала. Разве только, что это связь переселенца и местного.

— Так это оно и есть. — Риша немного подумала и указала на правый переулок, после чего мы дружно в него свернули. — Тогда все рассказал.

— Если у кикимора проблемы с головой, то почему он на такой должности?

— Юля, проблемы с психикой — это, можно сказать, национальное бедствие, — развела руками Ришаль. — Феликс просто чудак и, как правило, безобидный.

«Как правило»… Это значит, что не всегда?!

— И не забывай, это с точки зрения переселенцев мы такие, а сами как раз не считаем свой психотип неустойчивым. И вообще, не мы такие — жизнь такая!

Я шарахнулась в сторону от чего-то аморфного, выплывшего из ближайшей лужи. Оно собралось в подобие человеческой фигуры, иронично мне поклонилось и пожелало доброго дня. Я нервно ответила тем же и бледно улыбнулась. Мама…

— Объективно говоря, было бы странно, если б ваша психика оказалась идентична человеческой. — Я честно пыталась успокоиться и рассуждать здраво. — Иная раса ведь.

— Тоже верно, — улыбнулась Риша.

Внезапно мне в голову пришла догадка, и я не замедлила ее озвучить:

— Ришаль, а такая связь создается только между парой «переселенец — местный»? Или есть варианты?

Нага замялась, немного нервно огляделась и преувеличенно радостно воскликнула:

— А мы почти пришли! Это наша любимая кондитерская.

— Ваша? — Я недоуменно вскинула бровь, рассматривая красочную вывеску и поднимаясь по ступеням вслед за экономкой.

— Ну… — загрустила горгона. — Давняя история. И, надо отметить, не особо красивая. Нас четверо было: Кик, Эл, я и Мина. Потом… случилось очень неприятное «номер раз», отчего Элливир и Феликс поссорились. Но это разрешилось довольно быстро. А вот второй раз… зеленый так и не простил.

— Ты можешь изъясняться менее туманно? — немного устало спросила я, присаживаясь в плетеное кресло на террасе.

— Я вообще зря начала говорить, — поморщилась нага, устраиваясь напротив. — Это дело Феликса и Элливира.

— А почему ты вообще со мной возишься? — нахмурилась я, нервно сжимая ладони. — Извини, но в альтруизм и внезапно проснувшуюся любовь к ближнему в моем лице верится весьма слабо.

— И правильно, — кивнула горгона, накручивая на палец локон, который спустя миг обернулся маленькой, тут же зашипевшей змейкой. Хозяйка цыкнула на непокорную шевелюру, и змея вновь обернулась прядью волос. — Дело в том, Юля, что Феликс в моем ближнем круге. Он друг. А ты в личном круге Ла-Шавоира. И это не изменить.

— То есть это…

— Из-за Кикки, — кивнула нага. — А чтобы ему было комфортно, ты должна как можно быстрее адаптироваться. Кикимору передается в том числе эмоциональный фон, а значит, твои нервы — его нервы. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы ты чувствовала себя в Малахите комфортно.

Ну… хотя бы честно.

К нам подошла официантка и с поклоном положила меню. Я попросила Ришаль выбрать на свой вкус и снова погрузилась в думы.

Забавно у них тут. И… мне немного неприятно, что она волнуется исключительно за зеленого, хоть и прекрасно понимаю — у горгоны нет никаких причин хорошо ко мне относиться. Но все равно царапает. Кикимор, куда ты меня втравил? Я даже боюсь фантазировать о том, что меня ждет. Хотя бы потому, что ты прогнозируешь любые мои мысли и предугадываешь поступки.

Долго предаваться унынию у меня не получилось, потому как над головой раздался спокойный, немного ироничный голос:

— Дамы, к вам можно присоединиться?

Вздрогнув, я подняла глаза и наткнулась на знакомую надменную физиономию, которая сейчас ласково улыбалась.

— Эл! — воскликнула Ришаль, порывисто поднимаясь, слитным движением метнулась к эльфу, обняла и чмокнула в щеку. — Рада тебя видеть!

— Так вроде буквально вчера во дворце встречались, — улыбнулся Элливир, касаясь щеки девушки ответным поцелуем.

— Ты сам знаешь, что дворец — это дворец, — пожала плечами Ришаль, отстраняясь и оглядывая спутников Хозяина Медной горы. За Элли стояли уже знакомый Лариш и какой-то высокий худой парень.

— Здравствуйте, Юлия, — прострекотал арахн, сгибаясь в странном подобии поклона. — Рад вас видеть!

— Так это и есть наш новый психейлог? — неожиданно бархатным и низким для своей внешности голосом спросил незнакомец, откидывая за спину очень светлые волнистые волосы. — Элливир, вы были правы: ее сожрут и не подавятся.

Что уж говорить, от такого вступления я выпала в осадок.

— Ты, как обычно, прямолинеен, — рассмеялся Лар. — Юля, не обращайте внимания.

— Госпожа дир Ниралисса, вы не будете против, если мы присоединимся к вам? — повернулся к наге светловолосый грубиян.

— Я-то не буду, — медленно ответила горгона, нехорошо прищурившись. — Но вам, Лель, стоит вспомнить о хороших манерах.

— Это не мой конек. — Лель придвинул к себе кресло от соседнего столика и сел, пристально меня разглядывая невероятно синими глазами. — Значит, психейлог… Молодая. Наверняка недоучившаяся. Дергается от каждого резкого слова или звука и не умеет скрывать свою злость и недовольство. Юлия Аристова, которая посмела бросить вызов Медному Хозяину и не подчиниться болотнику. Глупая женщина.

— Шут, — спокойно прокомментировала я его поведение.

— Надо же! — радостно хлопнул в ладоши этот… хам. — Угадала! Пальцем в небо, но угадала!

— Юля, позволь представить. Лель — шут его величества Гудвина.

Шут с готовностью продолжил:

— Фаворит и, судя по слухам, еще и любовник! — Он одним броском захватил мою руку, лежащую на столе, и с энтузиазмом потряс. — Очень приятно познакомиться!

— Взаимно, — ошеломленно пробормотала я, даже не пытаясь отвоевать конечность, которую он сжимал слишком крепко. Пальцы хоть тонкие, музыкальные, но очень сильные.

— Лель, оставь девочку в покое, — тихо попросил паук, кладя одну из лап на плечо шуту. — Я прошу.

— С чего это? — весело откликнулся тот. — Ты ведь знаешь, что новенькие — моя слабость!

— Лель! — уже твердо одернул мужчину Лариш. — Не надо!

— Согласен, — вдруг кивнул он. — Но цену ты знаешь.

— А не пойти ли тебе с расценками! — взвился Лар, зло сверкнув глазами, но вдруг успокоился. — Хорошо, запрет сниму, но только на один вечер.

— То есть я могу поужинать с прекрасной Анастасией в приватной обстановке, — довольно сощурил синие глаза шут. — Дружище, ты меня не на шутку радуешь! — Он вскочил, поклонился всем присутствующим и провозгласил: — Господа, вынужден вас оставить: мне надо пойти обрадовать прекрасную даму неприятной для нее новостью!

— Это при условии, если ты Настю уговоришь, — подложил ложку дегтя арахн. — Только с ее согласия, Лель.

— Ты рушишь мои радужные замки, — уныло поведал синеглазый. — Разбиваешь на осколки зеркало мечты! Выдираешь мне сердце! Я ухожу! Ухожу в печали, с рваной раной в груди, и если я умру тут же за углом, это будет исключительно на твой совести, безжалостное членистоногое!

— Лель, за углом — дом мадам Жоржетт, — улыбнулся эльф, с иронией наблюдая за разворачивающейся комедией. — Если тебе там от чего и светит умереть, то явно не от озвученного.

— Да, бордель, то есть дом хороший, — вдруг спокойно проговорил шут. — Ты мне и советовал, кажется…

У меня глаза на лоб полезли от таких подробностей, но я успокоилась почти сразу и с некоторой брезгливостью посмотрела на мужчин. Лель это заметил, наклонился к острому уху собеседника и громовым шепотом проговорил:

— Кажется, нас осуждают.

Тут вмешалась нага:

— А ну, пошли вон отсюда! — прошипела девушка почти в унисон со своими обернувшимися змеями волосами. — Вас не оправдывает погода! Если совсем тяжко, примите настойку, хоть мозги остудите! — Она повернулась к Элливиру и продолжила: — Эл, я все понимаю, Лель — псих, это давно известно, но вот твое поведение совсем ни в какие рамки! Как можно о ТАКОМ разговаривать?! Мало того, что в общественных местах, так еще и в кругу дам! Ты меня разочаровываешь.

— Прекрасная… — Тут Лель осекся, глядя на превратившуюся девушку, и поправился: — То есть ужасная, прошу прощения! Леди Ришаль, я извиняюсь, позвольте вашу ручку, только коготочки втяните, пожалуйста, у меня есть боязнь порезаться. — Он проворно ухватил ладонь опешившей горгоны, у которой даже змеи от шока снова волосами стали, критически повертел когтистую лапку и решил поцеловать запястье, а потом поднял голову и вкрадчиво спросил: — Ну так как, я прощен, великолепная?

— Лель, уйди, а? — устало попросила Риша.

— Ты никогда не рада меня видеть! — возмутился шут. — Уже третий раз за последнее время!

— Так ты всегда приходишь непонятно как! — возмутилась брюнетка. — Вчера разбудил меня в три часа ночи, только чтобы поплакаться, что тебя при дворе не любят. Как будто это новость!

— Не все, — скорбно отозвалось светловолосое недоразумение. — А одна конкретная леди Даррена, которая уже в третий раз выставляет меня из своей спальни. Ну подумаешь, там муж! Он же спит!

— Лель, ты с ума сошел? — вкрадчиво осведомился Лариш. — Я хоть и арахн, но в курсе, что прекрасные дамы не пускают настойчивых поклонников в свои апартаменты, если там есть законный супруг!

— В первый раз, что ли?! — возмутился шут. — Всегда все хорошо было, а тут я всего лишь захотел встретить рассвет со своей нынешней любовью!

Он сложил руки и возвел к небесам в виде потолка мечтательный взор.

— Продолжим! — решила не отступать от начатого Риша. — Неделю назад ты свалился не куда-нибудь, а в мою ванную!

— Кто же виноват, что ты ее в это время принимала? — невозмутимо поинтересовался мужчина.

Я со все большим удивлением наблюдала за пикировкой и тем, как смеется Элливир, а Лариш недовольно стрекочет в сторонке.

— Стоп! — наконец я не выдержала непоняток. — Риша, они ваш второй круг, так? Близкий.

— Да, — вместо горгоны ответил Лариш. — Еще и Феликса. За одним исключением. — Арахн скосил глаза на переставшего смеяться Элли, который закаменел лицом, выпрямился и снова стал напоминать того эльфа, с которым я впервые встретилась. От веселья и беззаботности не сталось и следа.

Риша же продолжала перечислять Лелю все его недавние прегрешения:

— А до этого! У меня свидание, у меня романтика, у меня уже почти интим, в конце-то концов! Ты знаешь, как я долго подводила начальника дворцовой охраны к мысли о том, что я очень даже привлекательная и меня стоит заметить?! — Горгона яростно сверкала глазами и злобно смотрела на скучающего блондина, опирающегося о перила террасы. — И что?! Все вышло и было замечательно до тех пор, пока ты не свалился в мою постель, на МОЕГО потенциального любовника со словами «Милая, спасибо, теперь ты можешь быть свободна!», а потом подмигнул моему красавчику и сказал: «Чур, я сверху»!

— Ну подумаешь, — ухмыльнулся Лель. — Кто же знал, что он у тебя совершенно без чувства юмора!

— Зато теперь по дворцу ходят слухи, что я шуту партнеров подбираю!

— Ришечка, не злись, — хихикнул он. — Ну, хочешь, я тебе даже лучше найду?

— А вот и хочу! — скрестила руки на груди Ришаль.

— Без проблем, — деловито кивнул Лель. — Итак, молчалив, высок, строен, силен, хвост длинный и красивый. Знатный, богатый и, как говорят, даже умный. Подходит?

— Допустим, — осторожно ответила Риша.

— Замечательно, — расплылся в хитрющей улыбке шут. — Будет!

— Лель, и ты правда рассчитываешь, что Настька согласится? — вдруг полюбопытствовал Лар. — Ты на себя посмотри… Каждые полторы недели новая грандиозная любовь. Да и зачем тебе моя переселенка в таком свете?

— Нравится, — спокойно признался шут. — Очень-очень нравится. И не ценит, зараза!

— По вышеуказанным мной причинам, — покивал Лариш и протянул ко мне одну лапку со словами: — Юлия, не могли бы вы одолжить мне меню?

Разумеется, я с радостью исполнила его просьбу. Все же милейшее и, как выясняется, еще и нормальнейшее создание!

— А что значит «ваша переселенка»? — решила задать интригующий меня вопрос.

— То и значит, — отозвался паук, не отрывая глаз от меню. — Анастасия моя риа. Но мы живем не раздельно, как это принято, а вместе, потому что комфортно.

О как! Ооочень интересно! А не та ли это Настя, которую я на террасе Смерти видела? Она так торопилась куда-то во дворец. Может быть, к своему рилу?

Вот повезло девчонке! Отношения хорошие, покровитель просто замечательный, да еще и паук, то есть никаких терзаний, что он может ей понравиться как мужчина! Хотя… Лар же оборачиваться умеет. Ладно, сейчас не время это обдумывать. Нам с Ришаль как раз принесли заказанное и записали пожелания новоприбывших.

— Так, значит, ты и есть риале Кика, — еще раз оглядел меня Лель. — Я начинаю сомневаться в его интеллекте.

— Сомневайся молча, разговорчивый мой, — ласково, во все клыки, улыбнулась ему горгона.

Он не ответил, только многозначительно улыбнулся и подмигнул мне.

— Ритуал до конца провели? — поинтересовался Лариш, подцепляя из общего блюда маленькую печеньку.

— Да, — осторожно ответила я. — Извините, у меня вопрос. — Все так дружно на меня уставились, что стало не по себе. — А почему вы так себя ведете? Видимся впервые, более того, находимся в общественном месте, и такая раскрепощенность меня удивляет.

— Так ты же риале Феликса! — очень «понятно и доступно» объяснил Лель.

— Вынуждена признать, что мой интеллект пасует перед вашим методом выражения мысли! — не сдержала ехидства я.

В игру «просвети глупую Юльку» вступила нага:

— По тем же причинам, что и я.

— То есть если я в личном круге Ла-Шавоира, то автоматически — в вашем близком? — недоверчиво спросила, поднося к губам высокий стакан с каким-то темно-фиолетовым соком. Он оказался приятным и немного терпким. — «Друг моего друга — мой друг»? Но это же… бред.

— Это не бред, а адаптация, — спокойно ответил Элли. — Юля…

— Да? — подняла я глаза на черноглазого блондина, который сидел совсем близко.

— Ритуал, значит, завершен, — задумчиво протянул эльф, а потом неожиданно быстро развернулся ко мне, подцепил тонкую цепочку, на которой висел скрытый под одеждой миртар.

— Что вы делаете?! — возмущенно выдохнула я, отодвигаясь от Элливира, он же удивленно смотрел на двухцветный переливающийся медальон, потом решительно выдохнул и отпустил, позволяя камню скрыться в вырезе платья, но не успела я облегченно вздохнуть, как почувствовала на запястье почти железную хватку и услышала голос блондина: — Надеюсь, что вы нас извините, но нам с госпожой Юлией надо прогуляться и многое обсудить.

Даже мявкнуть не успела, как меня вместе с креслом утянули в серебристую дымку.

Когда она рассеялась, поняла, что сижу все в том же плетеном кресле посреди леса, а напротив стоит неимоверно довольный Элливир, приобретающий все большее сходство с тем противным дворцовым типом. Наверное, из-за торжествующего блеска глаз и ухмылки.

— Вы куда меня притащили? — спросила, спокойно поднимаясь и совершая короткую перебежку за спинку прихваченной с собой мебели, чтобы хоть как-то отгородиться от не внушающего мне доверия блондина.

— Гуляю, — демонстративно обвел рукой панораму эльф и уточнил для непонятливых: — И вы со мной.

— А зачем мы с вами тут? — решила быть терпеливой и не паниковать, но сама медленно стащила с руки кольцо, экранирующее Феликса от моих эмоций. Надеюсь, он почувствует и поймет, что не все в порядке. В Ла-Шавоире я хоть как-то уверена, а вот в этом остроухом — ни на грош!

Хозяин Медной горы сделал мягкий шаг вперед и успокаивающим голосом проговорил:

— Не надо бояться, Юля, все хорошо. Просто надо кое-что обсудить, а зная Феликса… Потом это не получится сделать конфиденциально.

— С чего это? — нагло посмотрела прямо в мерцающие черные глаза, в которых серебряные искры становились то ярче, то тусклее, затягивая, завораживая, подчиняя этому прекрасному мужчине, лучше которого я в жизни не видела.

Стоп! Это что еще за новости?!

— Юля! — одновременно с моими мыслями раздался окрик Элливира. — Не смотрите в глаза!

— Что? — растерянно спросила я, встряхивая головой, пытаясь прогнать наваждение. Шляпка спланировала на траву и, подхваченная порывом ветра, унеслась на несколько метров вперед и находилась всего в двух шагах от остроухого прохвоста.

— Я немного переоценил вашу устойчивость. — Эл наклонился, подхватывая сбежавший головной убор, отряхнул его и снова посмотрел на меня: — Позволите вернуть?

— Да, — напряженно кивнула я, но тотчас откорректировала ответ: — Но сначала скажите, что сейчас было. И голос! Откуда такая реакция?

— Это длинная история. Может, все же прогуляемся?

— А какие гарантии, что вы мне ничего не сделаете? — подозрительно прищурилась я.

— Если бы хотел, то уже сделал бы, — честно ответил блондин. — Еще во дворце. Да и сейчас сам же оборвал начавшееся воздействие. Юлия, я не желаю вам ничего плохого, слово Хозяина Медной горы. Просто нужно кое-что обсудить. Феликс не желает со мной разговаривать, но к вам, возможно, прислушается.

— Элливир, вы забываете, что я тут неполную неделю и не вижу никаких причин для того, чтобы Феликс ко мне прислушивался. И почему не попросили ту же Ришаль или еще кого-то из его близкого круга?

— Но вы же в личном, — тихо сказал он. — Близкие — это близкие. Но есть те, кто еще дороже. Вы — риале. И хочет он того или нет, но отныне он вам доверяет, потому что сам подвел так близко.

— Вы тут все ненормальные, — пришла к уже привычному выводу, выражая этой короткой фразой свое мнение на сей счет. — Как можно так жить?!

— Нам нравится, — пожал плечами Элливир. — Безоглядное доверие — это очень хорошо, Юля. Открытость — это хорошо. Мы можем быть для всего мира закованными в стальную броню, но должны быть и те, перед кем морально почти нагие. Иногда даже если они этого не хотят.

— И не боитесь подпускать так близко тех, кто вас терпеть не может? — ахнула я. — Элливир, это же, образно выражаясь, змея на груди.

— Нет, — покачал головой эльф. — Вернее, сначала возможно, но потом связь делает свое дело.

— Связь, — как зачарованная повторила я, а потом, осененная догадкой, воскликнула: — Риале — риалан!

Он не ответил, только улыбнулся и шепнул:

— Если что, то вы сами догадались!

Вот и разгадка! Они так формируют личный круг!

— Дальше, — попросила я, делая осторожный шаг в сторону мужчины. — Почему вы не захотели говорить во дворце? Вы у меня первый в очереди на беседу.

— Потому что ее содержание не осталось бы для Кика тайной, — пожал плечами блондин, шагнув навстречу и передавая шляпку. — Не поверю, что он не записывал бы ваши разговоры с пациентами, Юлия. Это не в стиле Тени Гудвина.

— Ко-о-ого? — выдохнула я. — Он же управляющий!

— Одно другому не мешает, — пожал плечами Медный Хозяин.

— Хорошо. — Я решительно надела шляпу. — Ведите меня гулять и рассказывайте то, что хотели.

— Собственно, надолго я вас не задержу. — Он с поклоном подал мне руку.

— Это излишне, — покачала головой, отступая.

— Как скажете, — улыбнулся Элливир и жестом предложил следовать по широкой тропинке. — Итак… — Он замолк, видимо, собираясь с мыслями, но я и не торопила, с любопытством оглядываясь.

Судя по всему, это все же был парк, а не лес, так как тропинки его прорезали широкие и утоптанные. Тут было светло и чисто, росли разные деревья и кустарники, среди них попадались и знакомые. Увидев березку, я не сдержала довольной улыбки, сразу стало не так чуждо в этом непонятном мире. В котором, как выясняется, у меня есть по крайней мере одно близкое существо. Очень близкое, вашу маму! Потому что он так решил!

Ладно, про это надо думать в ином месте и не в этом обществе. Тем более что данный мужчина владеет очень интересными способностями… Кстати, о них.

— Элливир, что же вы изменили своим элегантным методам? — съязвила я. — Раньше глазками загадочно сверкали да голосом чаровали, а сейчас вот такие жесткие меры! Неужели ситуация в резиденции, так красиво смоделированная, вдруг вышла из-под контроля?

— Это не я, — мрачно отозвался остроухий. — Но воздействие на разум девушек и особенности реакции говорят о сходном принципе.

— Голос? От него такой же эффект.

— Верно, — кивнул Элливир, пригибаясь, чтобы пройти под веткой; у меня в таких ухищрениях нужды не было, так как эльф был примерно на голову выше. — И, если честно, я бы взялся искать кого-то с аналогичным даром, если бы не одно «но». Таких, как я, всего трое, и, поверьте, Золотому или Серебряной это точно не нужно, я уж не говорю о Владыке. А у остальных… таких способностей нет.

— С чего такая уверенность? — вскинула бровь, машинально отмечая грусть в голосе собеседника при последней фразе. Что-то тут не то. И наверняка очень интересное «не то»!

— Это откуп, — кратко сказал эльф, потом замялся, словно раздумывая, продолжать ли, но все же со вздохом заговорил снова: — Ладно, в любом случае со временем вы это узнаете, так почему бы не сейчас? Вы ведь наверняка поняли, что я выгляжу не так, как остальные представители моего народа?

— Да, — честно подтвердила, не видя смысла заверять мужчину в обратном.

— Так вот… После катаклизма, когда эльфы оказались в гористой местности, где нельзя было разбить садов, посадить леса и жить так, как мы привыкли, мой народ стал гибнуть. Не спасали даже цепные псы Владыки — Хранители стихий. Или не хотели спасать… Но как только ситуация стала критической, они предложили выход. Что и как было сделано, никто доподлинно не знает, все же прошло много тысяч лет, но с тех пор появилось четыре града в землях Аквамарина. Четыре оплота прежней жизни.

— Как понимаю, за всеобщее благоденствие пришлось расплачиваться кому-то одному? — с грустной иронией уточнила я.

— Ну почему одному… Четверым. Ведь есть Медный, Золотой, Серебряный и Многоцветный города.