Русская кровь Кулагин Олег
Только пару секунд.
В следующий миг что-то взорвалось внутри БТРа. Его повело в сторону. Окутало дымом и пламенем.
Второй, мощный взрыв отшвырнул меня в придорожную канаву.
Когда выплёвывая песок, я поднял голову – увидел расколотый корпус БТР-а. Сорванная башня валялась метрах в десяти. Чёрными ошмётками догорали разбросанные тела автоматчиков.
Медленно, как заржавленный робот, я поднялся из пыли и опять взвалил на себя Кирилловича.
Сил уже не оставалось.
Невыразимо хотелось свалиться где-нибудь под кустом. И передохнуть хоть чуток. Я едва боролся с искушением. Знал, что подняться уже не смогу. Даже без тела историка.
Мне повезло.
В одном из крайних дворов Устюгино увидел «ниву». Раздолбанный древний «экипаж» с облупившейся кое-где краской. Цвет – «мокрый асфальт». Мой любимый цвет. А главное – дверца приоткрыта и внутри торчит ключ зажигания.
Ещё не веря удаче, я прислонил тело Кирилловича к машине. Распахнул дверцу, повернул ключ… И будто музыку услышал – ровное фырчание «движка».
В баке есть бензин. Это здорово, что «оборонщики» не подожгли машину.
Я втащил историка в салон. Сначала думал уложить сзади. Потом усадил впереди справа и пристегнул ремнем. Так его меньше будет трясти.
Вслушался.
Он дышит. Еле-еле.
Прости, Кириллович. Я делаю, что могу.
А могу я так мало…
Дальше – будто во сне.
Кажется, у выезда из деревни в меня стреляли. На лобовом стекле – несколько дыр, окаймлённых сетью трещин. Осколками мне поцарапало щёку. Приборную панель разнесло пулями. Но меня даже не задело.
Кого-то я сбил машиной. В кого-то стрелял прямо через стекло.
Донёсся гул вертолётов. Со стороны леса. И я резко вывернул руль.
Теперь ехал на север.
Чуть позже, пространство и время утратили смысл. Безголовые тела гнались за мной по выжженной пустыне. И реактивные снаряды взметали фонтаны грязи перед машиной. Бред и явь сплелись в тугой смертельный комок.
Я ускользнул.
Не знаю, как.
Просто вокруг стало тихо. Мерно урчал мотор «нивы». Стелилась впереди, едва уловимая среди густой травы, колея просёлка. И небо, затянутое молочной пеленой, дышало безмятежностью.
Когда я понял, что больше не могу держать руль, свернул прямо в кусты. И провалился в сон без сновидений.
Очнулся в сумерках. Дал задний ход, выезжая на дорогу. Лишь тогда ощутил – что-то непоправимо изменилось. Я ударил по тормозам.
Выключил мотор и повернул голову…
Кириллович был рядом – надёжно пристёгнутый ремнем безопасности. Только дыхания я уже не слышал.
Как слепой, нащупал дверную ручку и вывалился на траву.
Долго сидел, вцепившись пальцами в мокрые от росы стебли. Перед глазами проплывали события длинного дня.
– Не зря… Всё было не зря… – шептал я, как заклинание. А по щекам у меня текли слёзы.
Остатки вечера гасли в белом тумане.
Я проехал ещё километр. И оказался у окраины заброшенного посёлка.
Кругом – тихо и пусто.
На бывшей цветочной клумбе я вырыл ножом яму. Отыскал в багажнике «нивы» старую дерюгу и завернул тело Кирилловича.
Я опустил его в яму. Насыпал холм, выложил вокруг обломками кирпича. Нашёл доску, чтоб сделать надпись. И вдруг вспомнил, что не знаю его фамилии.
Уже при свете фар я коряво вырезал: «Илья Кириллович, профессор МГУ». И воткнул доску во влажную, мягкую землю.
Глава 5
Ветер разгоняет пелену.
В тающей дымке равнина упирается в крутые скалы.
Я карабкаюсь через них. Из последних сил. И отчаяние захлёстывает меня.
Дальше пути нет.
Под свинцовым небом идут волны. Пенистые буруны разбиваются о берег. Я вглядываюсь, но не вижу ничего, кроме темной воды.
Вал за валом катят от горизонта. Они утопят любого, кто осмелится…
Крохотная фигурка сидит внизу у воды.
Я спускаюсь с обрыва. Иду ближе.
– Эй!
Он оборачивается.
Я сажусь на камень рядом:
– Здравствуй.
Он молчит. Смотрит вдаль.
– Кириллович… Я так рад, что ты жив.
– Тебе туда, Денис, – указывает в затянутый дымкой горизонт.
– Не могу, – качнул я головой.
– У каждого свой путь.
Сжимаю его руку. Прикосновение – удивительно реальное. Я чувствую тепло его кожи.
– А ты, Кириллович?
– Я останусь.
– Не брошу тебя!
Он улыбается:
– У каждого свой путь.
И я понимаю. Встаю. Делаю шаг. Погружаюсь в ледяную воду.
Ещё шаг и волна окатывает меня до самой макушки.
Океан нельзя переплыть. Но я попробую.
Холодно.
Бр-р-р…
Очень холодно.
Я поёжился на заднем сиденьи «нивы» и разлепил веки. Уже утро.
Спина болит. Зато стреляная рана ниже ключицы беспокоит куда меньше. Дёргает, зудит. Но это хорошо. Значит, скоро выйдет комочек свинца. Я осторожно поднял левую руку. Здесь тоже порядок. Там, где навылет прошла пуля – лишь маленькая ранка над запястьем.
Организм справляется… Огромное ему спасибо!
Если найду, чем перекусить – дело пойдёт на лад.
Я кое-как разогнул задубевшее тело. Сел.
Широко, до судороги в челюсти, зевнул. Протёр глаза. И оцепенел.
Не может быть!
Я ведь помню – уже в темноте загнал «ниву» в сквер, рядом с развалинами продуктового маркета. Кругом были густые заросли сирени.
Вчера.
А теперь…
Теперь машина стояла посреди чистого поля. Где-то вдали тянулась линия дороги. И оттуда стремительно двигалась пара военных джипов.
Чёрт!
Я повернул ключ зажигания.
Мотор натужно фыркнул… И затих.
Стрелка бензобака колыхнулась у нулевой отметки.
Ну вот…
Слишком долго мне везло.
Я облизал сухие губы. И распахнул дверцу.
Вылез наружу.
Колени подгибались от слабости. Я привалился к холодному боку «нивы».
Мне б ещё отлежаться. Денёк-другой. Глядишь и был бы толк…
Джипы уже рядом.
Я заморгал, разгоняя муть перед глазами, и увидел на капотах значок «скорпиона». Это хорошо. Во всяком случае, лучше восьмиконечной звезды.
Парни в камуфляже деловито приближались с двух сторон.
Не «оборонщики». Просто личная охрана Фомина…
Я дружески помахал им рукой.
Что мне их бояться?
Я ведь простой сельчанин. Слегка заплутал минувшей ночью. И, кстати, очень верно сделал, что избавился от автомата с пустым магазином…
– Привет!
– Руки за голову! На колени!
Последнюю команду выполнить легче всего. Я рухнул, как подкошенный.
Очнулся уже внутри джипа. Запястья стянуты за спиной. Кажется, пластмассовые браслеты. Справа и слева – парни в камуфляже. Такие плечистые, что даже удивительно, как мы втроём уместились на заднем сиденьи.
Машина двигалась по просёлку. Места – вроде, незнакомые.
Джип тряхнуло. Я утратил равновесие, падая на одного из охранников.
– Сиди смирно, козёл!
Сильный тычок под рёбра. Я согнулся.
Ох…
– Извините… – вежливо предупредил, – Что-то меня укачивает.
– Заткнись!
– Как хотите… – выдавил я.
И на следующей колдобине это случилось. Прямо на колени охраннику.
С проклятьями и пинками, они выволокли меня из машины. Один, размахивая пистолетом, предлагал «кончить гада» тут же, в ближайшей канаве.
Другой хмуро напомнил, что всех обнаруженных на «17-м участке» надо доставлять лично шефу. В целости и сохранности. Если что-то всплывёт, им не поздоровится.
Водитель кивнул. И напомнил про триста баксов премии:
– … За каждого пойманного урода!
В общем, меня швырнули на траву. Кое-как навели чистоту в машине. И опять загрузили внутрь.
«Нормально», – подумал я. Хоть какая-то информация. Об Устюгино – ни один не вспомнил. Знать, бы что это за «17-й участок»?
Второго джипа не видать даже на горизонте. Наверное, сейчас прочёсывают местность рядом с моей «нивой». Подход нешуточный, деловой.
– Ребята, – я жалостливо выдавил, – Объяснили бы, чего нарушил…
– Ты, идиот, вторгся в частные владения, – мрачно усмехнулся охранник слева.
– Серьёзно? – удивился я.
– Даже не представляешь насколько, – кивнул охранник справа – тот, которому пришлось чистить штаны.
– Я ж не со зла…
Он хрипло озвучил многоэтажную матерную конструкцию и сунул мне под нос волосатый кулак:
– Разговорчивый? Там– будет с кем поговорить!
Да, большего из этих милых людей не вытянешь.
Единственное, что радует – их непредвзятое отношение. То есть, пока моё смутное прошлое – им по барабану.
Я прикрыл веки. Надо расслабиться.
Травмированный организм это оценит.
Только мозги пусть работают. Мне есть над чем думать.
Интересная детская загадка.
Скачет зайчик по тропинке. А медведь, волк и лиса рыщут по следу. Совсем рядом. Можно сказать, уже тянутся лапами. Спрашивается – кто первый сожрёт зайчика?
Детишки офонарели бы от такой головоломки.
А заяц?
Ему ведь сложнее. Не хочется, чтоб тебя переваривали. Да ещё понять, куда ведёт чёртова тропинка…
Джип уже не трясётся просёлком. Ровно идёт по шоссе. С двух сторон – лес, огороженный колючей проволокой. Я заметил камеры наблюдения на деревьях.
«Скоро приедем».
Не ошибся.
За ближайшим поворотом лес расступился. У берега реки стоял средневековый замок. Точь-в-точь, как на картинке из учебника истории.
Не бутафория, не декорация.
Всё из камня, в натуральную величину. Высокие башни с узкими бойницами, стены с зубцами, железные ворота и мост, перекинутый через пятиметровый ров.
Впечатление портил только шлагбаум у моста. И ещё охранники. Вместо кирас – обыкновенные «штатовские» бронежилеты. А вместо алебард – заурядные АК-106.
Джип притормозил.
– Задержанный с 17-го участка! – сообщил водитель, глядя в камеру, установленную рядом с шлагбаумом.
Пока проезжали через мост, я обнаружил ещё один анахронизм: спаренные стволы автоматических пушек. В каждой башне.
Гостям здесь точно не рады.
Чёрт, но я-то и не напрашивался!
Из машины выбрался с помощью охранников. Я не притворялся. Колени на самом деле подгибались от слабости. Удивительно, как вчера хватило сил выкопать могилу для Кирилловича…
Мои «скорпионы» передали бренное тело узника следующей паре. Поддерживая с двух сторон, меня повели через двери в башне, по уходящей вниз лестнице и ярко освещенному коридору.
Здесь горели факелы. Конечно, не настоящие. Голограммы.
У хозяина сооружения – богатая фантазия. И это не радует.
Чего ещё ждать от поклонника средневековья? Дыбы и «испанского сапога»?
Лязгнул замок.
Меня втащили в крохотную комнатушку без окон. Сняли наручники и оставили одного.
Стальная дверь закрылась.
Я сполз на пол. Кстати, пол – голый, каменный.
Так же, как и стены.
Представляю, что за холод здесь ночью.
Средневековым узникам выдавали хотя бы охапку соломы в качестве постели. Но с тех пор прогресс ушёл далеко вперед. Соломы нет. Зато имеется вентиляционное отверстие на потолке. И зрачок видеокамеры.
Кто-то сейчас любуется моей физиономией.
Ну и пускай. Мне не жалко.
Лишь бы не трогали.
Каждая выигранная минута добавит мне капельку здоровья.
Кириллович был прав. Я действительно умею оставаться в живых. Хотя старик и не догадывался – до какой степени.
Хватит ли мне времени?
Зайчик сидит в клетке. А лучше бы ему прыгать в чистом поле…
Я пошевелился, удобнее устраиваясь в углу. Заныли раны.
Нет, прыгун из меня никакой.
Да и вообще, что я за зверь?
Эти дни не добавили ясности.
Ещё больше вопросов и ни одного толкового ответа…
Кажется, я начал дремать.
Очнулся от лязга замка.
Разлепил веки. Надо мной – кто-то в белом халате.
– Как себя чувствуете?
– Плохо, – врать не было смысла.
Он опустился на корточки и осмотрел мою рану над левым запястьем. Рукой в тонкой резиной перчатке пощупал пульс. Осторожно приподнял мне правое веко, что-то изучая в глазу.
Я тоже изучал лекаря. Холёное лицо, интеллигентная бородка, квадратные очки в тонкой оправе… На мастера заплечных дел – не похож. Только это не повод для оптимизма.
Хозяин замка следит за техническими новинками. Тем более, в таком важном деле.
Откуда из глубин памяти вынырнуло словечко «ментосканирование». Не ведаю, что оно значило. Но слово было гадкое и рождало самые неприятные ассоциации.
– Пожалуйста, снимите куртку и футболку.
Спорить бесполезно.
У открытой двери дежурят охранники. Если что – помогут.
Морщась от боли, я разделся.
«Эскулап» минуту рассматривал рану ниже ключицы.
– Ага, – сказал вслух и тронул рану пальцем.
Я дернулся.
– Больно?
– Дурацкий вопрос, доктор.
– Извините, – сказал он, поднимаясь. Стащил резиновые перчатки и бросил прямо на пол, – Мы окажем вам помощь.
«В чём?» – захотелось уточнить.
Но он уже вышел. Вместо него в камеру шагнули два рослых «скорпиона». Меня не стали выволакивать в коридор. Вместо этого аккуратно уложили на носилки.
«Как трогательно», – думал я, покачиваясь коридорами.
Мне было удобно. Только расслабиться не удавалось.
Хорошая штука – комфорт. Но не по дороге в пыточную камеру.
Глава 6
Морально я уже настроился на современную разновидность «испанского сапога». А меня доставили в душевую.
Немного странно.
Наверное, заботятся о дорогостоящей аппаратуре? Действительно, испачкаю им все электроды…
– Сам разденешься? – хмуро спросил охранник, – Или помочь?
– Сам, – буркнул я.
Смыть с себя грязь и запекшуюся кровь – это даже здорово.
Читать бесплатно другие книги:
