Любимая девушка Тарзана Нестерина Елена

Глава 9 Спасение побережья от особо опасного Тарзана

– Не надо! Вы чего – охренели? Я пожалуюсь на то, что вы на меня эту гадость натравливаете!!!

Так кричал Альберт, придавленный коленом Тарзана к земле. Кричал, а что ему оставалось: из рук склонившейся над ним Марии на него смотрел, не мигая и оскалив рот с мелкими, частыми и острыми зубами, некусачий артист Чарли. Иногда Чарли еще перебирал лапками – и казалось, что он готовится к прыжку. Вот Альберт и вопил…

Да, Маргаритка, Мария и Чарли опоздали. Хоть женщина и девочка бежали довольно быстро. К этому моменту Тарзан с легкостью и даже, видимо, с удовольствием скрутил и уложил на землю своего обидчика. Пытался объяснить ему что-то относительно того, что же на самом деле в кафе произошло, но Маргаритка и тетя Маша, крича, как разгневанные богини мщения эринии, подскочили к нему.

Мария, рассердившись на то, что кто-то решил напасть на предмет ее мечтаний – восхитительного Тарзанчика, для профилактики все-таки разыграла перед поверженным злодеем сцену с натравливанием на него ящера.

Когда благородный Тарзан отпустил побежденного Альберта, тот, загипнотизированный взглядом игуаны, все еще стоял на месте. Хотя бежать надо было, и поскорее. Но Маргаритка спросила у него:

– А кто вам фотографию-то на телефон прислал?

– Да мужик один из нашего лагеря… – махнул рукой Альбертик.

– Какой? – и Маргаритка назвала фамилию Игорька. Ведь если не он такой безумный стукач, то, может быть, папа его?

Но Альбертик отрицательно замотал головой. И сообщил совершенно незнакомую фамилию.

– Он мне так и написал: «Веду репортаж с места событий», – продолжал Альбертик, смущаясь. – Ну, я и побежал.

Они даже забратались с Тарзаном. И вся компания побрела к месту скопления народа у кафе.

Тетя Маша тоже простила Альбертика и рассказала, что Чарлик на самом деле не ядовитый и не кусается, что он единственный ее друг и близкое существо в жизни. С ним она приезжает на морское побережье и проводит весь курортный сезон. Позируя с отдыхающими, Чарли зарабатывает им с тетей Машей на жизнь. После этого рассказа Альбертик осмелел и попросил подержать странную животинку. Чарли сел ему на руку, взобрался на плечо. Совершенно бесплатно тетя Маша щелкнула его несколько раз все тем же злосчастным вестником – мобильным телефоном со встроенной фотокамерой. Снялся Альберт и с Тарзаном. После чего обнял и признался, как он завидует его красоте.

Тарзан, то есть Алексей Маняшкин, чуть не взвыл. Но посмотрел на часы в мобильном телефоне Альбертика, извинился и помчался в «Шатер» – за бесценным чемоданчиком с инструментами.

Маргаритка во весь дух припустила за ним. Ведь возле «Шатра» его поджидала опасность – разъяренные женихи. Тарзан, услышав о них, беспечно отмахнулся от Маргаритки. Которая теперь мчалась за ним следом.

Да разве Тарзана догонишь?..

Но она догнала. Потому что возле входа в «Шатер» его, естественно, остановили.

– И куда же мы идем? И куда так стремительно? – преградив Тарзану путь, заявили ребята. Которые, стало быть, все это время куковали возле джипа.

– И кто же это нас там ждет?

– И куда это мы такие красивые, да без охраны?

Маргаритка еще издалека увидела, что у Тарзана начались проблемы. И на этот раз одной игуаной, пусть даже необыкновенно агрессивной и даже бешеной, от них не отмахнуться.

Эх, хорошо бы сейчас вдруг появился отряд бесстрашных всадников, чтобы Федька, верхом на подлом, но удивительно красивом Сливе возглавил этот самый отряд, который с ходу бросился бы на помощь Тарзану! Пусть даже в этом отряде найдется смирная лошадка и для Игорька – если только он, конечно, пожелает принять участие в такой непродвинутой акции. А вдруг Игорек придумал кое-что покруче – и уже вертолет какой-нибудь спасательный по Интернету вызвал?

Так мечтала Маргаритка, тяжело дыша, приближаясь к «Шатру». Но никаких всадников, никакого вертолета, конечно же, не наблюдалось. Были только Тарзан и ребята.

– Ты куда рвешься, я не пойму? – подходя к Тарзану, лениво протянул один из них. – Тебя наши девчонки ждут?

– С чего ты взял? – Маргаритка услышала, что Алексей говорит совершенно спокойно. Молодец…

Малый задал какой-то совершенно не тот вопрос и получил вполне резонный ответ. Дальше нечего было спрашивать. С чего взял-то, правда? Подслушал разговор?

Поэтому все даже как-то растерялись.

– Как же ты нас достал… – спас положение все тот же малый. И такое, правда, на лице замученное выражение скроил. Маргаритка даже усмехнулась.

– А это кто? Девушка, что ли, твоя? – услышав ее легкий смешок, посмотрели на Маргаритку участники операции по спасению побережья от особо опасного Тарзана.

– Вроде как я ее уже с ним видел. Вчера…

– Ой, как интересно! Девушка Тарзана! Ну-ка, посмотрим…

И вот тут Тарзан сделал глупость. Маргаритка в этом полностью была уверена. Он оглянулся, ища ту, которую назвали его девушкой. Увидел, что это Маргаритка, которую тут же схватили за руку и втянули в круг. И взволнованно заговорил:

– Нет, нет, вы что! Это же малолетка! Это моя… Родственница, да! Не трогайте девочку, пусть идет по своим делам. Слышишь, иди к родителям. Все нормально.

Но Маргаритка, не зная теперь уже, правильно ли она делает, обхватила Тарзана за талию и, крепко сцепив руки, заявила:

– Да не пойду я никуда… Я с тобой тут буду.

– У нас взрослые разговоры, понимаешь? – произнес Тарзан. Теперь у него в голосе чувствовалось волнение.

– Ну и ладно… – упрямо буркнула Маргаритка.

– Нет, ну вы посмотрите – Тарзан и его обезьяна Чи-чи-чи! – показывая на Тарзана и Маргаритку пальцем, загоготал один из ребят.

– Не Чи-чи-чи – а Чита! – поправил приятеля другой.

Ребята захохотали.

– Вот чтобы мы тебя с твоей Читой здесь больше не видели. На этом вот пляже. Понял? – когда немного стих гогот, заявил, обращаясь к Тарзану, видимо, здешний самый главный.

Маргаритка подумала: ну что сказать Тарзану в этой ситуации? Взвизгнуть: «Да что я вам сделал?» Они тут же начнут расписывать, чем именно он им не нравится. Заявить: «Да пошли-ка вы куда подальше!» Не пойдут ведь… Оправдываться – что он не пристает к их девушкам? Что он просто живет здесь?.. Начать биться в истерике с воплями: «И зачем же я такой красивый? И пошто терплю страдания от своей неземной привлекательности?» Фигня, все фигня… Что же скажет сам Тарзан?

В этот момент к дверям кафе подошло несколько человек – так что группе бойцов пришлось сдвинуться, освободив дорогу. А Тарзан так ничего и не говорил. Маргаритка все-таки очень мешала ему.

– В общем, если у вас есть ко мне какие-то претензии, я готов выслушать, – раздался голос Тарзана. Маргаритка даже вздрогнула. – Сейчас инструменты свои из кафе заберу. И давайте – излагайте.

– Ты ж сейчас сбежишь от нас… Или хочешь, чтобы за тебя девки заступились, – хмыкнул кто-то из ребят. Но его свои же одернули.

Маргаритка увидела, что в этот момент Тарзану очень захотелось немедленно треснуть умнику в репу. Но он все-таки сдержался.

– Я с тобой пойду, – заявил другой парень. – Давай, в темпе.

Тарзан попытался разомкнуть Маргариткины руки. Но она вцепилась в него мертвой хваткой. И так с ним в «Шатер» и отправилась.

– Тарзан, ты к нам? – воскликнули девушки, увидев Алексея.

Но Тарзан улыбнулся, помахал им, поднял с пола свой чемоданчик. И вместе с Маргариткой повернувшись на сто восемьдесят градусов, зашагал к выходу. Парень, что их сопровождал, что-то прошептал своей подружке, которая в недоумении подскочила к нему.

А Тарзан кого-то высматривал в кафе – поэтому так не спеша брел к выходу.

«Ищет, кто может ему помочь? – предположила Маргаритка. – Но кто? Как?» Ей, конечно же, очень хотелось бы, чтобы героический Тарзан в одиночку справился с группой разъяренных парней. Тогда бы вообще было лучше, чем в самом приключенческо-романтическом фильме. Искать чьей-то помощи все же нельзя – это снижает героический пафос персонажа. Но то персонаж – а то жизнь! И побитого Тарзана будет очень жалко. Но зато он останется цел и невредим – а это главное! В фильмах же бьются не по-настоящему, а тут может до смертоубийства дойти… Поэтому пусть Тарзан ищет помощи, пусть! Кто-нибудь, сообразите же! Помогите ему!

И тут оказалось, что Тарзан искал… всего лишь Маргариткину тетку! Потому что, проходя мимо двери, ведущей на кухню, Тарзан окликнул ее. И тетя услышала.

– Заберите Маргаритку, пожалуйста! – попросил он. – Она мне мешает. Я с ребятами погулять хотел, нечего ей с нами…

Таких умоляющих глаз Маргаритка не видела никогда! Тарзан просил ее, именно умолял покинуть его! Он беспокоился за нее, Маргаритку! Не хотел подвергать опасности. Вот и сдавал тетке, вот и «жаловался»…

– Маргаритка, пойдем, – потребовала тетя. – А говорила, мне помогать будешь… Иди, не мешай Алексею…

И она дернула девочку к себе.

Но и Маргаритка беспокоилась за Тарзана.

– Хорошо, – покладисто кивнула она. Отпустила руку Тарзана. И понуро отправилась на кухню.

Глядя ей вслед, любой бы поверил, что девочка послушно исполнила волю тети. Тарзан и поверил. А потому быстро и решительно зашагал к выходу из кафе.

Но Маргаритка тоже мчалась к выходу. Только служебному. Пробежав по крохотному, заставленному коробками помещению и едва не поскользнувшись на вечно жирном полу, девочка выскочила на улицу. И только бедная тетя ее и видела.

Маргаритка не знала, что битва за Тарзана приобрела широкие масштабы. Пока она обегала «Шатер», возле джипа, в который уже набились борцы за освобождение побережья от вредоносной личности, собрался народ. Это девушки выскочили из кафе и требовали оставить красавца в покое. Они не давали затолкать Тарзана в машину, громко кричали и махали руками. А потому дядя Сева выбежал на улицу и предложил громогласной толпе идти разбираться куда-нибудь от кафе подальше.

К тому же к джипу подошел Альбертик. Он тоже предлагал простить Тарзана за то, что он Тарзан. Девушки его горячо поддерживали.

Один из ребят даже обиделся на это до такой степени, что бросил своей подружке: «Ну и оставайся со своим Тарзаном, а я больше с тобой встречаться не буду. Вещи из палатки завтра заберу…» – и широкими шагами удалился в соседнее кафе. Где вскоре устроился за хорошо освещенным столиком в окружении большого количества пивных бутылок и незнакомых девчонок.

Маргаритка, прыгая за спинами взрослых парней и девушек, приглядывалась к Тарзану. Он не мог вырваться из этого безумного круга. Алексей изо всех сил делал вид, что спокоен, но на самом деле безнадежное отчаяние читалось на его лице. Которое было сейчас еще красивее, чем когда-либо.

Наверное, это не укрылось от взоров других людей. Тарзан напоминал настоящего Тарзана, запертого в клетку цивилизованными любителями всего «прекрасного и экзотического». Его и мучить особо никто не собирался, но и отпускать было жалко. И с интересами этого самого Тарзана считаться никто не хотел. Может быть, по большому счету просто не верили в то, что он настоящий? А не игрушечный…

У Маргаритки быстро-быстро билось сердце. Его удары ощущались даже в голове. Даже через пятки ног девочки, стоявшей неподвижно, в землю, казалось, ударяло: «Бум-бум, бум-бум…» И она вокруг тоже ритмично сотрясалась.

«Крикнуть, чтобы отпустили его? – лихорадочно думала Маргаритка. – Но так вообще будет казаться, что он сам за себя постоять не может! Тарзан, ну постой как-нибудь за себя!!!»

Но было понятно другое: не милиции он боится, не драки. Тарзан просто НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАТЬ! Ему надо уйти, конечно, отсюда. Но для этого он должен попросить, видимо, чтобы его отпустили. Видимо…

Всю жизнь, получается, красота мешала Алексею. То, за что бьются люди в спортзалах, институтах пластической хирургии, массажных и косметических салонах, что стараются улучшить одеждой, драгоценностями и прочим up-great, – ему приносит только страдания. Надо же, оказывается, за красотой можно не заметить человека! А он человек – этот добрый и хороший Леха Маняшкин! И потому нечего на него пялиться, как на жильца кунсткамеры! Ведь девушки, что его защищали, на самом деле видели в нем все ту же игрушку и отстаивали таким образом права на нее. Во всяком случае так казалось Маргаритке. Обойдутся…

Ведь в борьбе за человека все средства хороши! Да!

И Маргаритка, локтями расталкивая толпу, бросилась к Тарзану.

Так что помощь к нему шла с трех фронтов.

– Покусает! Сейчас игуана вас покусает! Отойдите! – держа ощерившегося Чарлика в вытянутых руках, тетя Маша шла к Тарзану с правого фланга.

А с левого…

Он все-таки появился!

Конь Слива как будто родился разгонять демонстрации – он умело распихивал окружающих, обдавая особо брезгливых слюнями, фыркал прямо им в лица (и при этом удивленно-невинно улыбался, злодей), крутил головой и даже с металлическим хрумканьем щелкал зубами. Словом, к Тарзану Федька и Игорь пробрались беспрепятственно.

Маргаритка облегченно вздохнула и остановилась.

Остановилась и тетя Маша со своим длиннохвостым уродцем в руках. И теперь она выглядела самой смешной – решительная, разъяренная. А вокруг все тихо…

Потому что дальше-то что? Что теперь делать Тарзану? Взгромоздиться на спину Сливы третьим и уматывать отсюда возвышенным галопом? Но это же не жизнь – все время убегать от своих проблем.

Тарзан должен сказать речь! Или принять какое-то кардинальное решение. Чтобы все всё поняли и угомонились. Так подумала Маргаритка. Именно такое поведение было бы естественным для столь романтической личности – загадки побережья, прекрасного Тарзана.

Но Тарзан этого не делал. Он смотрел на брата, смотрел на окруживших его людей – и молчал. А все, точно на артиста, замершего посреди сцены, смотрели на него. И тоже чего-то ждали. Ждали, что игрушка заговорит? Что выкинет нечто забавное?

Маргаритка готова была заплакать. Наверное, сейчас все девушки разочаровываются в Тарзане. Или нет? А наоборот, он им кажется проще и понятнее? Как узнать?

Девочка перехватила взгляд Федьки. Федька сидел неподвижно и только теребил в руках повод. Из-за его плеча выглядывал Игорек.

Молчание затягивалось…

– Девушки, чья это визитка? – в самый неожиданный момент раздался голос Тарзана.

Тарзан поднял над головой руку с зажатой в ней небольшой бумажкой. Маргаритка ее узнала – конечно, это координаты питерской чернобровки. Девушки оживились – и их толпа колыхнулась. Но пока никто не признавался, чья это визитка. Или хозяйка не узнавала свою вещь, или была очень осторожна – мало ли что этот странный молодой человек выкинет?

– Я даже не знал, что как дурак тут по пляжу отсвечиваю. – Все-таки Тарзан говорил речь! – Мне казалось, что каждый живет, как хочет. Вы хотите – и приезжаете сюда. Я хочу – и купаюсь там, где и когда мне нравится. И прихожу на пляж тогда, когда мне хочется. И в чем хочется. И вообще… я понял, пацаны, вашу просьбу, – продолжал Тарзан. – Без проблем, могу на этом пляже не появляться. Ну а что изменится? Вы лучше, что ли, от этого станете? Нет – вы такие же останетесь, как и были. Так что чем мне угрожать, лучше бы собой занялись… К тому же – вот вы ко всяким красавцам из журналов и из телевизора своих девчонок не ревнуете? Нет. Или если какой-то известный артист вдруг на пляже появится, а к нему ваши подружки помчатся, вы же не пойдете всей толпой его бить? Не пойдете. А меня можно – потому что я вроде как никто. И почему-то представляю для вас угрозу. Кстати, вон Альберт – он хоть один на один драться предложил, как нормальный пацан. А вы…

– Умница! – воскликнул кто-то в толпе.

Маргаритка оглянулась и поняла: это Маша, «фото с игуаной».

– В общем, девушка, заберите свою визитку. – Тарзан снова помахал над головой карточкой. – Она мне не пригодится. Потому что я сам какой-нибудь ход найду. Наверное, все дается человеку специально. И я, выходит, должен быть каким-нибудь артистом – раз мне такая внешность досталась. Вдруг в моей комплектации к красоте еще и актерский талант идет, а я просто пока об этом не знаю. Вот и посмотрим. А если не артистом, то буду моделью. И уж постараюсь стать моделью хорошего человека, обещаю… Так что разбираться со мной можете приходить в любое время – хотите, когда я стану знаменитым и буду подмигивать вам с каких-нибудь обложек. Тогда наверняка придется обращаться к моему личному агенту или секретарю. А хотите прямо сейчас записывайтесь в очередь набить мне лицо, которое я пока не застраховал на много-много миллионов.

Ребята засмеялись. Один, за ним второй, третий. Хихикнули девчонки. И тут одна из них – Альбертикова подружка, имитировавшая недавно страдания по отсутствию красоты, пробралась к Тарзану.

– Прости, – шмыгнув своим на самом деле очень симпатичным носом, сказала она и дотронулась до Тарзановой руки.

– Прости, правда, – неожиданно поддержал ее низкорослый, почти квадратный, но от того особо борзый и активный предводитель недавней операции по борьбе с Тарзаном. Он хлопнул Тарзана по спине, пожал плечами и улыбнулся.

Подошла питерская журналистка, предложила визитку ей не возвращать, а все-таки оставить на память. Вроде того – сам-то сам, но будете у нас в Питере, обращайтесь…

Слива не выдержал пафоса и заливисто заржал. Ну не мог циничный конь спокойно видеть, как разводят подобные сантименты.

Собравшиеся захохотали – теперь уже дружно и с облегчением. К Тарзану стали подходить один за другим его бывшие враги и мучители, говорили что-то хорошее, предлагали помощь.

Маргаритка издалека наблюдала за Тарзаном, который был хорошо виден в свете большого фонаря, что зажгли возле кафе. Он правильно выбрал – если действительно не врет. Пусть его красота достанется всем – пусть видят ее на экранах, страницах журналов и рекламных щитах. Спокойная радость сияла на его славном лице, блестели глаза, светлые волосы, кое-как стянутые резинкой, выбились и падали на плечи. Красивый голос, мужественные жесты, выразительная мимика, как будто бы многократно отрепетированная у зеркала. Сколько всяких эмоций за это время отразилось на лице Тарзана – и как по-разному все они выражались! Кажется, он действительно создан быть артистом!

Маргаритка смотрела на Алексея и любовалась. Ну надо же, а она, балда, мечтала, чтобы он стал ее парнем, мечтала о каких-то гламурных, тусовочных глупостях – как они с Тарзаном танцуют, как все девушки завидуют… У него своя жизнь. И обязательно найдется такая девушка, которую Тарзан полюбит и которая полюбит его.

Глава 10 Гламурная тусовка

– Ну что, все в порядке? – раздалось у нее над ухом.

И тут же возле Маргаритки – пум! – свалился с неба Игорек. Конечно, ни с какого он не с неба свалился, а со Сливы. Который подошел к девочке совершенно неслышно. И даже аккуратно куснул за плечо. Типа – «Привет, а вот и я!»

Маргаритка схватила Сливу за наглую морду, принялась ее гладить. Конь довольно пыхтел и снисходительно косился.

Вслед за Игорьком с седла сполз Федя. Он ничего не говорил, только улыбался. Для него выступление брата было большой неожиданностью. Но то, как он выступил, Федору явно понравилось.

Все трое плюс Слива стояли и смотрели, как Тарзан в окружении поклонников нового типа усаживается в джип – ребята предложили добросить его до города. Ведь на работу! Водитель фуры Леха опаздывал на работу!

– Все в порядке! – крикнул ему брат. – Будь аккуратнее!

– Постараюсь, командир! – махнул рукой Тарзан.

Машина тронулась. Провожающие с криками принялись махать Тарзану вслед, кто-то даже побежал за джипом. Возле входа в кафе осталась только тетя Маша. Прижимая к груди своего безобразненького Чарлика, она беззвучно плакала.

– Тетя Маша, пойдемте купаться! – предложила неожиданно для самой себя Маргаритка. – Федя, Игорь, пойдемте?

Девочка взяла хозяйку игуаны под руку. И они вместе с мальчишками двинулись к темному пляжу.

Игуана не купалась. Купалась тетя Маша, а Чарлика держал оставшийся на берегу Игорь. Которому нечего было делать в темной воде – не видно ведь ни фига, Игорь не любил чувствовать себя неуверенно. Хорошо, что Маргаритка не стала презирать его за это – за физическую слабость, снобизм или «московские понты», как обычно о таких ребятах говорили. Все разные: Тарзан такой, Федька другой, а Игорь – вот такой! Так думала о нем Маргаритка. И на душе ее было легко и весело.

Маргаритка и Федька бултыхались возле Сливы, который как вошел в море по грудь, так, монумент несчастный, и остановился. Бил мордой по воде, отпихивал от себя ребят, которые пытались на него взобраться. В общем, веселился. Забралась на него почему-то именно подплывшая тетя Маша – и Слива, кажется, не собирался ее скидывать.

– Видите, вы ему понравились, – крикнул из воды Федька. – Значит, вам скоро обязательно повезет! Слива такой, знаете, вещий конь!

«Вещий конь» подтвердил эти слова громким ржанием. Изловчившись, Маргаритка выпрыгнула из волны прямо ему на спину. И Слива тоже смилостивился, скидывать не стал.

– Ну, всем будет счастье! – крикнул Федька.

Наконец они вернулись на берег. В свете дальних кафе-шатров пляж хорошо просматривался, так что Игоря с Чарли они нашли быстро.

– Какая хорошая зверюга! – воскликнул он, придерживая забравшегося к нему на плечо Чарлика.

Слива снисходительно фыркнул: конечно, самая лучшая зверюга на свете – это он, но пусть и эту мелочь рогатую-хвостатую похвалят.

Тетя Маша, которая обычно ходила по пляжу с застывшим выражением лица, молчаливая и невозмутимая (а потому все время напоминавшая Маргаритке своего питомца), сейчас оживилась и принялась рассказывать Игорю, как ухаживать за игуанами, что они любят, что едят и чем их можно развлекать. Тот слушал внимательно и задавал очень дельные вопросы.

В конце разговора они даже условились, что встретятся в своей родной Москве, и тетя Маша поможет Игорю купить такого же маленького игуанчика у ее знакомых игуанозаводчиков.

Сначала они отправились провожать Марию и Чарлика до автобуса. Чарли юркнул в кожаную сумку, которая служила ему фургоном для перевозок, в сопровождении Сливы вся компания добралась до поворота – и скоро подошел маленький автобус-маршрутка. Тетя Маша улыбалась и махала ребятам, пока автобус не скрылся из вида.

Затем довели до палаточного городка Игоря.

– Увидимся завтра? – спросил он у Маргаритки.

– Конечно!

– А то мы уже через пять дней уезжаем…

– Я вам завтра утром молоко и лаваш принесу.

– Спасибо…

– Это моя работа, Игорек. – Маргаритка улыбнулась.

– Да, да, конечно… Ну, Федор, и тебе счастливо! – Игорь протянул Федьке руку.

– Бывай.

Маргаритка, Слива и Федька вернулись на пляж и медленно направились вдоль кромки воды. Их путь лежал к речке, которая неподалеку впадала в море. Нужно было помыть Сливу – конь-эстет не любил, когда на его теле оставалась морская соль.

Волны стали выше и как-то резвее. Они звонко шлепались на береговую гальку, с шипением расползались по ней, и их снова утягивало в морскую толщу.

– А Леха молодец, да? – шагая среди бурлящих волн, обратился Федька к Маргаритке.

– Молодец, конечно! – отозвалась девочка. – Он будет звездой, я уверена! Хватит ему уже тут у нас прозябать, фуры с продуктами найдется кому водить.

– Это да – я на его место скоро заступлю, – ответил Федька. – Не, ну как их всех замкнуло, когда Леха им сказал! Ха, думали, он прямо дурачок!

– Да какой же он дурачок…

– Ну, это только мы с тобой знали. А теперь все, все! – Федя очень гордился братом.

Приятно шлепая ногами по теплой мелкой гальке и еще более теплым, булькающим пузыриками волнам, они дошли, наконец, до крохотной каменистой речки. Слива охотно позволил себя помыть, что Маргаритка и Федька в четыре руки и сделали. Предстояла дорога к конюшне. Маргаритка позвонила тете с Федькиного мобильного (у смышленого Феди были сохранены телефоны всех Маргариткиных родственников, мало ли…). Так что теперь девочку ждали уже дома. Плохая из нее сегодня получилась помощница. Но Маргаритке не хотелось ни за что себя корить. Ведь этот день оказался таким необыкновенным, таким важным для многих людей…

– Слушай, а я все-таки очень смешной? – неожиданно спросил вдруг после долгого молчания Федя.

– В смысле? – Маргаритка удивилась.

– Ну, я все такой же противный «Федя – съел медведя»? – Федор даже остановился и пристально посмотрел в лицо Маргаритке. Как будто она обычно всегда врала ему, а сейчас Федя хотел, чтобы она сказала непременно правду.

– Да перестань. Ты – хороший, – честно ответила Маргаритка.

И вдруг поняла, что сказала самую что ни на есть правду. Федор действительно был хорошим, нужным и надежным. Может быть, именно для нее. Ну и еще, конечно же, для брата своего замечательного.

Маргаритка даже головой замотала, настолько мысль, пришедшая к ней сейчас, оказалась ясна, что даже додумывать ее не надо. Ведь долгое время она была уверена, что братья Маняшкины – это практически один человек. Одному хочется помогать, любоваться им, гордо вышагивать рядом, хвастаясь людям знакомством с ним. А другое воплощение этого же самого человека, наоборот, само старалось прийти на помощь, само предлагало взять на себя решение Маргариткиных проблем. И ей было все равно, какое оно, это воплощение, на вид. А оно – в смысле съевший медведя Федя, оказывается, своего внешнего вида очень стесняется. Правда, и почему Федору не досталось и сотой доли Тарзановой красоты?

Маргаритка присмотрелась к Федьке. Черты лица, кстати, у них с Тарзаном очень даже похожи. И похожи голоса. Хоть у Тарзана голос низкий, приятно-мужественный, а у Федьки какой-то так себе – и не детский, и не взрослый. Но голос-то еще изменится, может, даже лучше станет. А внешность-то, внешность? Можно предположить, что Алексей стал таким мускулистым от ежедневного длительного плавания. Но Федя тоже плавает хорошо, быстро и качественно. Он сам говорит, что его пузо, накачанное жиром, хорошо держит его на воде, не дает сильно погружаться. Отсюда и скорость плавания увеличивается. Но на изменение внешнего вида это не влияет.

А как на лошади Федька замечательно сидит! Как ездит прекрасно! И дерется – Маргаритка несколько раз в жизни видела это. И почему жир не заменяется мышцами? Почему природа так к Федьке несправедлива?

И вот тут-то Маргаритка поняла, почему так недовольны были сравнением с Тарзаном отдыхающие парни… «Ну это же не самое главное! – хотелось ей крикнуть Федьке, перед этим встряхнув его как следует. – Ты же ведь такой хороший, хороший, хороший!»

Девочке показалось, что душа ее прямо загорелась – так сильно хотелось ей выразить все то, что она чувствовала сейчас по отношению к Федьке. Хотелось сказать, что пусть он, пожалуйста, ни о чем таком не волнуется! Что он самый главный ее друг, если это ему важно…

Но Федор (сколько же Маргаритка могла молчать, пока обдумывала все это!..) тут сам заговорил:

– Блин, да чего я тебя своей фигней напрягаю! Ты не думай, я не жалобщик какой-нибудь! Все у меня нормально. А то еще подумаешь, что я тоже в школу моделей мечтаю поступить. Давай, садись, поехали.

Он решительно подхватил Маргаритку под локти – и ей пришлось подпрыгнуть, чтобы усесться в седло. Тут же Федька запрыгнул сам. Слива неторопливой рысью двинулся по дороге.

Но оба – и Маргаритка, и Федя, поняли, что вместе, как раньше, ехать им уже не хочется. Не сговариваясь, они соскользнули со спины коня и пошли по разные стороны.

– Ты обиделась? – наконец, первым подал голос Федька.

– Да на что обижаться-то?..

– Я просто очень завистливый, – вздохнул с той стороны корпуса Сливы Федька. – То ты с этим Мухаметдиновым… То с Игоречком любезничаешь. А на днях я вообще подумал, что тебе на самом деле Леха нравится. То вообще…

– Ну не говори еще, что влюбился, – зачем-то сказала Маргаритка.

– Да не скажу, конечно… Делать мне больше нечего. – Федор остановил Сливу, обошел его со стороны головы и встал возле Маргаритки. – Не знаю, как там влюбляются, но если ты отсюда уедешь, то я это… очень расстроюсь.

– Почему я уеду-то?

– Леха вон уедет…

– Ну он-то по своим делам уедет. А у меня дела здесь. Школа, работа. Да и чего я оправдываюсь?!