Счастливый брак по-драконьи. Догнать мечту Черчень Александра
Время под землей не ощущалось, невероятные помещения примелькались уже до такой степени, что при виде нового чуда я испытывала только вялое удивление.
Остановившись и разложив на полу пронумерованные листы, обозрела полную картину первого уровня. Так… Нужно обойти город по кругу и перейти на второй уровень по какой-то лестнице Илтар. Интересно, что это?
– Дойдем и узнаем, – раздался голос Крионы, и я вздрогнула от неожиданности, поняв, что говорила вслух.
Дашка устала первая, но честно это не показывала, пока могла. Но мы же не слепые, потому переглянулись с Крионой и объявили привал. Переселенка даже не подумала попытаться нас переубедить, что тоже говорило в ее пользу, ибо нет ничего более раздражающего, чем существо, не умеющее признать свою очевидную слабость. Даша просто благодарно на нас посмотрела, вместе с нами поела и улеглась, положив под голову свою сумку.
– Молодец, девочка, – спустя некоторое время, когда блондинка уже спала, почти неслышно сказала рыжая. – Достойна… уважения.
Я с некоторым удивлением посмотрела на Кри. Принцесса Огненной долины была воином, и потому немногие удостаивались этой фразы. А вот эта маленькая человеческая девочка, похоже, заслужила.
– Почему? – склонила голову набок, выжидающе глядя на подругу.
Рыжая молчала долгую минуту, видимо формулируя мысли, и наконец медленно начала говорить:
– Она способна преодолевать свои страхи. Через «не могу», через слезы и истерику, но все же. И какой бы слабой ни казалась в это время, потом становится совершенно иной. – Рыжая запрокинула голову, откидываясь на прохладную стену из синего авантюрина, который едва заметно искрился в свете маленьких светлячков, парящих под потолком. – Знаешь, я так не умею…
– Но ведь не только это, верно? – подтолкнула рыжую к дальнейшей откровенности.
– Да, – усмехнулась она. – Тяга к знаниям, желание помочь другим. Это в наше сумасшедшее время, когда каждый боится только за свою шкуру, драгоценно…
Я не ответила, лишь молча улыбалась подобию небесного свода в Анли-Гиссаре.
Похоже, незаметно задремали и мы, потому как разбудила нас Дашка.
Встали и, на ходу жуя багеты, направились дальше. Как оказалось, до лестницы мы не дошли совсем немного.
Но, наверное, оно и к лучшему. Такое даже видеть и осознавать желательно на свежую голову.
И как прикажете преодолевать исполинскую лестницу?! Ведь она не может быть обычной! Ни за что не поверю, что хвостатые параноики хоть что-то построили без секретов! А уж дорога на второй уровень Анли-Гиссара точно не может быть обыкновенной.
Полететь не получится, примерно в трех метрах над ступенями висят сталактиты, видимо, как раз против истинной ипостаси драконов. Вывод: создателям требовалось, чтобы незваные гости шли пешком.
И почему мне после этого резко захотелось стать невесомой?
– Что там в комментариях к лестнице? – поинтересовалась я у переселенки, которая сжимала в руках карту.
– Эмм… – протянула кареглазая, разворачивая лист. – Он снова отличился. «Стандартные ловушки».
– Одной мне кажется, что мы не дойдем? – опять решила поддаться пессимизму Криона. – Это что за халатный подход?!
– Не рычи, – миролюбиво предложила я. – В любом случае пока все нормально. Живые, здоровые и даже не поцарапались.
На это возразить рыжей было нечего, потому она решила прекратить жаловаться и подумать о деле.
– Итак, «стандартные ловушки»… – пробормотала драконица, с прищуром глядя на препятствие и накручивая на палец выбившуюся из хвоста прядь. – Дамы, каковы ваши варианты?
– Должно быть что-то элементарное, – подхватила нить рассуждений Дарья. – Как правило, это всякая колючая гадость, вылетающая из стен, проваливающийся пол и падающие потолки…
Мы дружно взглянули на острые пики горной породы, нависающие над нами, и передернулись.
– Перспективы не вдохновляют, – поморщилась я, первой подходя к краю и с опаской глядя вниз.
Тут создатели города не ставили «светильников», так как искрились сами ступени, стены и сталактиты наверху.
Где они взяли столько такой породы? Или просто строили каждый зал в толще залежей?
Лишним отделывали другие помещения, потому что некоторые коридоры казались прорубленными, а другие облицованными. А может, использовали естественные пещеры?
Скорее всего, удачно совмещали. Ладно, о нюансах строительства буду думать потом. Если выживу.
– Ну и высота, – тихо охнула Дашка, становясь рядом со мной.
– Не так уж и много, – пожала плечами рыжая. – Метра три с половиной, четыре.
– Это тебе, воину, может, и не проблема, – покосилась на подругу я. – Мне, даже с учетом расы, это кажется сложным. А Дарья вообще человек.
– Аргумент, – вынуждена была согласиться драконица, скинула с плеча сумку и вытащила оттуда обвязку и карабины. – Доставайте свое. Ирка, сколько метров троса с собой?
Я перебирала свою поклажу, вытаскивая бухту мягкой веревки. Думаю, арахны плели: слишком упругая, шелковистая и наверняка на редкость прочная, чтобы быть творением людей. Хотя зачем фейри закупать что-то у Изначальной? Тем более снаряжение разведчиков. Да и с чего это у принца будет что-то некачественное?
Эх… чтоб этих принцев всех мастей!
Я посмотрела на Дашку.
И фейри! Тоже всех мастей.
– Веревки тут семьдесят метров, – взяла у меня бухту Дашка, тронула бирку с двузначной цифрой и передала Крионе.
– Должно хватить на всю лестницу, – оценивающе посмотрела вниз рыжая. – Повезло.
Из-за пазухи выползла сонная Лилада, посмотрела на нас, потом на препятствие и сказала, что пойдет первая. Потому как только кинули веревку, мелкая хондрия стремительно скользнула по ней вниз.
Дальнейшее время прошло в подготовке. Пока Криона привязывала веревку к ближайшей колонне, мы с Дашкой надевали обвязку, и блондинка, которая смыслила в альпинизме немного больше, определенным образом застегивала на мне карабины, пропуская сквозь них короткий кусок троса. Подергала, результатом осталась довольна, улыбнулась и занялась собой.
Первой шла Криона. Она поправила перчатки, завела за спину руку с веревкой, оттолкнулась и двумя прыжками по вертикали оказалась на следующей ступени.
– Все хорошо! – крикнула огненная спустя полминуты.
Следующей пошла я. В отличие от подготовленной рыжей я так скакать не умела, потому медленными и осторожными шажками спускалась по стенке. Дарья, напротив, оказалась такая же боевая, как и Кри, потому уже через несколько секунд приземлилась на розоватые плиты в нескольких метрах от нас. Я краем глаза заметила, что камень под ее ногами дрогнул, а потом сверху послышался еле слышный скрежет. Тело среагировало быстрее, чем разум. Я прыгнула вперед, сбивая переселенку с ног и откатываясь вместе с ней с подозрительной плиты. Вовремя. С потолка молниеносно и бесшумно опустился острый каменный пик, замер в нескольких сантиметрах от пола и через секунду вернулся обратно.
– Да вашу же… – потрясенно выдохнула кудрявая, провожая взглядом свою несбывшуюся смерть. – Я сама удавлю этого хейлара за его «стандартные ловушки»!
Миг – и рядом с нами опустилась еще одна такая «игла». Мы с Дашкой уставились на нее круглыми глазами.
– Быстро встали! – раздался яростный рык над головой, и меня рывком сдернули с целительницы. Рыжая подняла переселенку и подтолкнула к веревке с криком: – Тут автоматика! Вы активизировали механизм, и теперь сталактиты опускаются произвольно!
Повторять кудрявой не пришлось, она опрометью кинулась туда, схватилась за трос и уже через миг исчезла за краем.
Криона менялась на глазах, покрываясь зеленой чешуей, сдергивая перчатки, и проверяя, как входят когти в камень. Входили отлично.
– Ирка, быстро! – подтолкнула меня драконица, спрыгивая за грань. Послышался пронзительный звук от соприкосновения когтей и кварца.
Я с трудом увернулась от нового «подарочка небес» и, не думая больше, ринулась вниз. Как оказалось, прямая угроза жизни прекрасно стимулирует качественный рост навыков альпинизма! Во всяком случае, спустилась я раза в три резвее, чем раньше. Отчасти этому также поспособствовало лезвие, выскочившее из стены прямо перед моим носом, когда я на мгновение остановилась передохнуть.
Вторая ступень.
Когда я спустилась, Дашка уже была ниже, и я стремительно рванула дальше, шипя от боли в оцарапанной руке, потому что из пола сталь тоже выскакивала, и если пальцы (спасибо драконьей реакции) остались при мне, то совсем уж без потерь я обойтись не могла.
Пятая ступень.
Слышится рык разъяренной драконицы. Оборачиваюсь и с ужасом вижу, как на рыжую опускается каменная игла, но разлетается осколками от встречи с пламенным шаром, сорвавшимся с ее ладоней. Удостоверившись, что она в порядке, я спрыгиваю со стены, на которой зависла, и одним скачком преодолеваю ширину ступени, чтобы снова скрыться за розовым краем смертельного аттракциона.
Дашка была всего в паре метров ниже меня – эта ступень оказалась выше, чем остальные. Она в последний раз оттолкнулась от стенки, чтобы приземлиться уже на пол, но камень неожиданно поддался давлению, и девушка с воплем улетела куда-то внутрь, а коварная кварцевая плита немедленно встала на место.
Перепугавшись за девчонку, я быстро преодолела оставшееся расстояние и позвала:
– Дашка!
– Я тут, – глухо прозвучало из-за стены. – Но вытаскивай скорее, мне не нравится скрип вокруг, есть подозрение, что это пресс.
Еще до того, как она закончила фразу, я надавила на край поддающегося камня, схватила Дашку за протянутую руку и вытащила из и правда постепенно сжимающейся камеры.
Она проворно перескочила мне на спину, и мы наконец спустились.
Десятая ступень.
Уцелела только благодаря Крионе, которая отбила летящий в меня арбалетный болт.
Тринадцатая.
Дашка вернула долг, вытолкнув меня из-под опускающегося сталактита.
Пятнадцатая.
Интервал падения каменных игл стал меньше, и теперь, уворачиваясь от одной, вполне можно было угодить под другую, что я практически и проделала, но оступилась и отошла в сторону.
Восемнадцатая.
Пол тут и правда оказался с сюрпризом. Дарью спасло только то, что она не выпустила веревку из рук. Так что теперь висела, поджав ноги, и с ужасом таращилась на сверкающие внизу колья. Зато живая.
– Параноик, чтоб его! – орала рыжая, быстро спускаясь по вертикали и раскачивая веревку, чтобы помочь переселенке оказаться над нормальным камнем. Теоретически нормальным.
Дашка осторожно поставила на него ногу, и ничего не произошло.
Девятнадцатая промелькнула как страшный сон, потому что принцип у нее был такой же, как у стен, то есть шаталась, зараза, а падать нам с Дашкой, так некстати оказавшимся там почти одновременно, не хотелось категорически.
Двадцатая оказалась последней.
Но мы поняли это только когда пробежали десять метров, а край так и не появился.
Почти одновременно рухнули на колени, стараясь отдышаться и унять бешеное сердцебиение.
– Вот это забег, – откашлялась Кри. – Если бы не тренировки и магия, то меня бы еще на первых ступеньках размазало.
– А мы новички, – немного истерически рассмеялась я, разглядывая тонкую царапину на большом пальце. – И нам повезло.
– Скорее дурочки, – решила подхватить брошенный Крионой флаг пессимизма Дарья. – Ведь какого-то черта сюда сунулись!
– А кто такой черт? – вяло поинтересовалась рыжая, поднимаясь.
– Не важно, – отмахнулась блондинка, с трудом следуя ее примеру.
У меня сил почему-то вообще не было. Не отрывая щеки от прохладного камня, поинтересовалась:
– А можно я дальше поползу?
– Вставай, – помогла мне подняться Дарья. – Яда на металле быть не должно.
– А если и был, то не одно тысячелетие назад, – прострекотал голосок подползшей Лады. – Мама, все хорошо. Нам уже не так много осталось, сделай над собой усилие.
– Ты в порядке? – встревоженно посмотрела я на паучонку.
Она, кстати, выросла. Раза в три с момента вылупления.
– Все хорошо, – ответила «дочурка», заползая на привычное место на плече. – Даже спать буду меньше какое-то время, пока не начнется вторая стадия преобразования.
Решив уточнить об этом позже, я повернулась к подругам.
– Ир, а почему ты Спящего не позвала? – вдруг спросила Кри, вспомнившая про сотворенный кристалл вызова.
– Знаешь, в начале лестницы просто не было весомого повода, а потом даже в голову не пришло, – развела руками, виновато глядя на девушек.
– Да ладно! – отмахнулась кареглазая, ободряюще улыбаясь. – Все равно он бы не сразу включился в ситуацию, а там каждая секунда была на счету.
После этого приключения мы решили, как следует поесть и только после этого идти дальше.
Глава 27
Следующий зал заставил дружно охнуть от восхищения, как только мы появились на пороге, и так же дружно выругаться матом, когда мы свалились на сверкающий, но, вот досада, очень скользкий пол!
– А ведь стоило понять, что зимний зал назван так неспроста, – морщилась Дашка, потирая затылок, которым хорошо приложилась.
Надо заметить, своему названию это помещение соответствовало. Оно было прекрасно. Наверное, самое красивое, что я видела в Анли-Гиссаре. Но такое мнение сложилось из-за того, что я-то зритель подготовленный и насмотрелась на город еще когда с Арвилем по нему гуляла.
Этот зал был стилизован под зимний лес. Алебастровые колонны из-за неправильной формы были похожи на огромные, укрытые снегом деревья. Стены были неровными и пористыми и напоминали огромный кустарник. А наверху – бездонная синева авантюрина со вспыхивающими в нем звездами. И луна! Тут была невероятно красивая сверкающая луна!
Правда, из-за наледи пересекать эту красоту пришлось ползком, что весьма поумерило восторги.
Второй уровень города не создавал ощущения опустошенности, как первый. Он был… почти жилой. Помещения оказались гораздо меньшего размера. То тут, то там у магических каминов стояли древние кресла с почти истлевшей обивкой, на полу лежали полуистлевшие тряпки, которые раньше, тысячелетия назад, наверное, были коврами или шкурами.
Смех угас еще за порогом зимнего и даже не думал возвращаться. Такое ощущение, что идешь по пепелищу… чужого дома, который оставили хозяева, чтобы однажды сюда вернуться. И дом ждет их. Ждет, прислушиваясь к эху шагов, и разочаровывается, понимая, что это… не они. Анли-Гиссар. Ты так без них тоскуешь. Без тех, кто тебя создал. Тех, кто вложил в тебя столько жажды жизни.
Замерший в тишине, веками не слышащий звуков голосов, ты все же не можешь не быть живым. Слишком много слез, горя, надежды, отчаянной радости и глухой безнадеги в тебе оставили твои творцы и дети.
Залы сменялись коридорами, коридоры – галереями, они перетекали в лестницы, на этот раз – даже без секретов и сюрпризов.
Пройдя под очередной аркой и дождавшись, пока вспыхнут светлячки под сводами, я разглядела место, куда мы пришли, и тихо охнула от неожиданности.
С мозаичной картины, расположенной на другом конце галереи, на меня смотрел сотник. Именно сотник. Не Спящий, не Арвиль, не смешливый Ар с теплыми фиолетовыми глазами, а сотник. Командир первого, и последнего, отряда хейларов, предводитель сотворенного воинства, чье существование противоречило замыслу самого творца.
Он был в странных доспехах, опирался на копье необычной формы с широким листовидным наконечником, обвивая древко хвостом, и смотрел на меня бесконечно уставшим взглядом, в котором не было даже эмоций. Молодым он отнюдь не казался. Как и легкомысленным. И с трудом ассоциировался с ветром моих грез.
Но… как странно. Стоило мне сделать несколько шагов в сторону и посмотреть на сотника с другого ракурса, как он неуловимо менялся. На лице появлялась едва заметная, но лукавая улыбка, глаза становились ярче, а сам он… моложе. Как будто латы и копье – это лишь бутафория, мальчишеская прихоть.
Да… все верно. Он именно такой. Вернее, он все, что может вместить в себя натура. Сильный мужчина, подросток, убийца, командир отряда, который за своих жизнь отдаст. Моя аметистовая мечта, за которой я прошла почти полмира. Он мне очень дорог.
Рядом с картиной была статуя ящера с гривой и кисточкой на длинном хвосте. Абсолютно черный зверь, оскалившийся и готовый к атаке.
Послышался печальный вздох Дашки:
– А вот это уже ближе к истине…
Я даже не обернулась в ее сторону. Вернее, попыталась, но по правую руку от моего Спящего обнаружился еще один мозаичный портрет. Мужчина с волосами цвета старого серебра, небрежно удерживая в пальцах очки, обаятельно улыбался. Во второй руке он перекатывал красивый красно-оранжевый камень, и, судя по заваленному инструментами и материалами столу, запечатлели хейлара за работой. Его я тоже знала. Шеридан.
Но ничего общего, кроме облика, с тем десятником, что встретился мне по пути сюда, у него не было.
Так вот ты какой… был.
Возле этого полотна сидел серо-стальной каменный хейлар, который, склонив голову, лукаво наблюдал за нами.
– Портретная галерея, – печально проговорила Криона, подходя к другому изображению.
– Их тут одиннадцать, – с грустью в глазах сказала Даша, стоящая возле Арвиля.
– Сотник и десятники.
Мое внимание привлекло изображение совсем юной светловолосой девушки в свободном розовом платье. Она сидела с розой в руках на скамье, ножку которой обвивала хвостиком с золотисто-белой кисточкой, и растерянно смотрела на меня. Она была очень… нежной, воздушной и почти неземной.
Я перевела взгляд на статую хейлары и вздрогнула от того, что узнала ее. Белоснежная. Лей. Та, что так и не научилась пытать и убивать в те давние времена.
Та, которая гоняла нас по городу.
И правда, во что превратилась… Теперь печаль в голосе Спящего стала понятна.
Остальных я не знала, потому просто с любопытством разглядывала картины и статуи. Создатель, какие же они были разные! Меня почему-то очаровал отчаянно рыжий молодой парнишка, сидящий на коряге посреди какого-то болота, залитого солнечным светом, и шально улыбающийся. Почему его решили «запомнить» именно таким?
Арвиль – воин и командир, от одного облика которого веет непоколебимостью и силой, Шеридан – мастер-ювелир с мягким взглядом, Лей – нежная, как роза, которую девушка держит в руках. Рыжий вот… естествоиспытатель.
Они такие… настоящие. Искренние.
Часть картин была наполнена красками. Образ Арвиля чуть более блеклый, как белесой пылью припорошенный. Но были две черно-белых мозаики. В них я не чувствовала жизни. Они… пустой камень.
Как завороженная, подошла ближе к одной такой картине и потянулась к белоснежной руке строгого брюнета с очень грустным взглядом.
– Ирка, нет! – вдруг закричала Дарья.
Но было поздно. Кончики пальцев обожгло невыносимым холодом, который, казалось, одним глотком выпил все тепло из тела, оставляя после себя только привкус пепла и крови.
Мужчина на картине моргнул и повернул ко мне голову. Через секунду его взгляд вспыхнул такой неистовой ненавистью, что я отшатнулась, разрывая контакт с мозаикой, и упала на гладкий темный пол.
Полотно вспыхнуло, и спустя миг напротив меня стоял полупрозрачный хейлар, покинувший мозаику. Он оскалился и осыпался голубоватой пылью, которая оседала на каменную фигуру его зверя. Когда ящер открыл багровые глаза, я завизжала, вскочила и, на ходу увлекая за собой Дашку и Криону, бросилась к выходу, краем глаза отметив, что оживает вторая черно-белая картина.
– Это что такое?! – спросила рыжая, заталкивая нас с переселенкой в открытые сильным толчком двери. Сама бросила в каменную фигуру какую-то голубоватую искру, но та отскочила от статуи и врезалась в стену, которая осыпалась обломками камня.
Воительница выругалась и, одернув замерших нас, понеслась дальше.
Зал, в который мы попали, был огромным. Под потолком только начали зажигаться сферы, реагируя на наше присутствие, но, когда я смогла различить детали, едва не завизжала повторно. Это была еще одна картинная галерея. Только тут были рядовые. И черно-белых полотен среди них оказалось гораздо больше. Почти четверть. По каждому из них пробегали голубоватые искры, и спустя миг с них сходили хейлары. Мертвые хейлары, внезапно поняла я.
Те, которые погибли тысячелетия назад или недавно, но их духи вернулись сюда, чтобы встать на страже родного города. Защитить того единственного, кто все еще спал. И, как ни странно, из-за этого он был свободен.
– Я привидения заказывала на первом уровне, – обреченно простонала Дарья.
Надо звать Арвиля. Сами не справимся. Не с этим!
Потому я сильно-сильно сжала пальцы на драгоценном фиолетовом камне, но… ничего не произошло!
Создатель, что же делать?!
Они же смотрели на нас. Смотрели с отчаянием, злобой и обреченностью, сменяющимися обжигающей яростью, в которой сгорали последние крупицы разума. Осыпались пеплом на статуи своих зверей и, цокая каменными когтями по полу, неторопливо шли за нами.
Этот тихий звук пугал. Очень сильно. До дрожи в коленях, потных ладоней и пока еще тихой истерики. Ведь, кроме него, не было ничего. Ни дыхания, ни запаха. Ни-че-го! Только ненависть в багровых глазах. И она убивала еще до того, как они приблизились. Давила, кричала без звука, резала без ножа. Я слышала, как позади тихо осели на пол застонавшие подруги. Да и сама держалась из последних сил.
О да… ведь дар – это часть души, а не тела. А они менталисты. Даже не трогают пока. Просто бьют всем тем, что чувствуют. Но и это ставит на колени надежнее самых болезненных ударов.
– Арвиль! – не выдержала давления, закричав на весь зал.
Крик эхом отразился от дальних закоулков галереи и вернулся ко мне.
Он явился неожиданно. Я уже стояла на коленях, упираясь руками в обжигающе-холодный пол. Тонкие ручейки морозного инея поднимались с камня и пробирались в самую душу, вытягивая все то, что там было, забирая саму жизнь. Эмоции, свет и радость. То, без чего я не мыслила существования.
Их шаги слышались совсем близко, и я до крови кусала губы в попытке физической болью заставить себя… дождаться. Я не верила в свои силы. Их просто не было. Их на такое не хватит. Но я все равно ждала его. Верила в него. Никогда и ни в кого так, как в этот ветер моих грез.
Какая все же любовь бывает разная.
Миг, когда стало немного теплее, показался самым прекрасным в моей жизни.
Я заметила легкое лиловое свечение и подняла взгляд на полупрозрачную фигуру, замершую между мной и мертвыми хейларами.
– С-с-сотник, – потустороннее, еле слышное шипение пробрало ознобом. – Отойди!
– Вернитесь в портреты, – ласково начал Арвиль, подавая мне руку, за которую я машинально ухватилась, не успев подумать, что он такое же привидение, как и остальные. «Привидение» сильным рывком подняло меня и прижало к себе, окуная в греющее тепло. Как?! Он же прозрачный! Но… осязаемый. – Не трогайте. Это за мной.
– Это др-р-раконы! – разъяренно зарычали звери.
– Драконы, – спокойно кивнул Спящий. – Но прошли тысячи лет, и все уже по-иному. Дарвар, Мика, Лизард, отзовите свои десятки!
– А иначе что? – с издевкой спросил кто-то.
– Мне придется вытянуть из вас то, что вы забрали, – спокойно продолжил сотник, на миг крепче сжимая кольцо рук. – И тогда вы будете мертвы по-настоящему. Без права на перерождение.
– Перерождение – это миф, – вмешался в разговор высокий женский голос.
– Нет, – возразил Арвиль. – Но будет, потому что без сотника оно невозможно. А я не проснусь, пока сестра до меня не дойдет.
Услышав последнюю фразу, я вскинула голову, неверяще глядя на строгое лицо с мерцающей кожей и упрямо сжатыми губами. О чем ты говоришь?!
– Я уйду, – спустя миг сказала женщина, и раздались тихие шаги босых ног, а вслед за этим – скрежет когтей рядовых, следующих за ней.
– Спасибо, Мика, – нежно улыбнулся Спящий, буквально лаская этой улыбкой подчиненных, но тон тут же изменился: – Дарвар, Лизард, я жду.
– С каких это пор у тебя в родственниках дракон? – разъяренно зашипел один из десятников.
Я… я не могла заставить себя открыть глаза, прижималась к на удивление материальному Спящему и даже дышала через раз. Я их боялась. Очень. Настолько, что в душе не находилось места даже любопытству.
– Сестра по разуму, если это можно так назвать, – усмехнулся обнимающий меня хейлар, его пальцы скользнули по подбородку, вынуждая поднять голову, и я почувствовала, как лба коснулись теплые губы. Впрочем, на этом Арвиль не остановился, тут же легко поцеловав уголок рта. – Повязаны мы с ней теперь дальше некуда, Лизард.
– Неприкосновенна, – сделал логический вывод десятник. – Хорошо. Но тогда я заберу жизнь двух других.
– Они мне нужны. – В голосе сотника появилась сталь и предупреждающие нотки, намекающие, что подчиненный утратил чувство меры и командиру скоро может надоесть такая настойчивость.
– Тоже сестры? – иронично осведомился Лизард.
– Пока нет, – невозмутимо отозвался Спящий. – Возвращайся в портрет! Иначе я вытяну из тебя все, что ты отнял у Ирьяны, и остатки твоей собственной силы!
Я наконец перестала трястись и рискнула открыть глаза, чтобы посмотреть на своевольного десятника.
Им оказался тот самый, кого я коснулась первым. Белокожий брюнет с печальными глазами и совершенно мерзкой улыбкой на красивом лице.
– Угрожать очень опрометчиво с твоей стороны, – задумчиво проговорил он. – Хотя бы потому, что ты один с нами не справишься. Тебе повезло, что ушли Дарвар и Мика. А вот со мной так не получится, командир.
– Ты всегда был силен, – спокойно ответил Ар, но его руки напряглись, сжимая меня крепче. – Но, Зар… ты точно хочешь умереть окончательно?
Последовало тяжелое молчание, во время которого воздух почти искрился от силы, витавшей в нем. Она давила на разум, заставляя впиваться ногтями в кожу, чтобы не завыть от подсознательного ужаса. Я приникла еще ближе к Ару и, наконец не выдержав ментального пресса, тихо застонала.
– Хватит! – резко приказал сотник. – Лизард, доре! Запрещаю!
Десятник отчетливо зашипел и рыкнул:
– Использовать слово – это подло!
– Ты не оставил выбора, – холодно ответил Спящий. – Я честно пытался тебя убедить, не прибегая к запретным приемам! А теперь вернись в портрет! Доре!
– Ненавиж-ж-жу! – яростно прошипел десятник, но все-таки развеялся пылью, впитываясь в статую своего зверя, мгновение помедлил, склонился перед своим сотником, развернулся и бросил рядовым: – Все назад.
Я наблюдала, как каменные звери возвращаются к своим постаментам и снова замирают безжизненным камнем, из-за того что их покидают разноцветные искры, которые складываются в фигуры и исчезают в мозаиках.
По спине прошлась теплая ладонь, до щеки дотронулись горячие губы. Я растерянно подняла глаза на сотника, который коснулся быстрым поцелуем кончика носа, улыбнулся и отпустил меня.
– Вот и все, – с грустью ответил Ар, глядя на черно-белые изображения своих мертвых подчиненных. Потом встряхнул головой, слабо улыбнулся и подошел к лежащим на полу девушкам. – М-да, хорошо они их «покушали».
– В смысле? – осторожно подошла я ближе, наблюдая, как свечение с рук Спящего перетекает на драконицу и целительницу, окутывая их розоватым коконом и постепенно впитываясь в кожу.
– Призраки, – кратко ответил Арвиль. – Питаются жизненной силой. – Потом он нахмурился и пробормотал: – Дашка совсем плохая…
– Ты справишься? – встревоженно нахмурилась я.
– Да, – кивнул Спящий. Его фигура уже не так сияла, да и сам он становился все более блеклым и прозрачным. – Но потом на меня уже не рассчитывай. Это отнимет почти все ресурсы.
– А что там дальше? Очень сложно?
– Нить над Бездной и зал воспоминаний, – «обрадовал» меня хейлар.
– Названия мне уже не нравятся, – мрачно ответила я. – Надеюсь, к ним прилагается инструкция в карте. И не такая, как к Радужному и лестнице!
– С мостом я сглупил, да, – со вздохом признал Арвиль, все так же не отрывая ладоней от девушек. – Просто пока рисовал, пришел в голову стишок… Записал. А потом забыл переделать на нормальный.
– А лестница?!
– А что там? – Он поднял на меня удивленные фиолетовые глаза.
– Там «стандартные ловушки», – с некоторой долей язвительности напомнила я.
– А что в них особенного? – пожал плечами Арвиль, который уже был почти прозрачным, видимо, отдал все, что мог, моим подругам. – Проваливающиеся полы и стены, пресс в секретных камерах, сталь, вылетающая из щелей, и падающие сталактиты. Все вполне обыденно.
Если честно, я не нашла, что возразить!
У каждого свое понимание нормального и будничного…
– Так. – Хейлар поднялся, посмотрел на просвет свои пальцы, поморщился и проговорил. – С Нитью будьте аккуратны. Идите по прямой, на ответвления не сворачивайте. Ни в коем случае, ясно?!
– Да, – вздохнула я.
– Тогда я ушел, – улыбнулся Ар и медленно растворился в воздухе, оставляя меня наедине с бессознательными подругами.
Оглядела два безвольных тела и со вздохом пошла их «будить».
Будились они с трудом, но я справилась. Растолкала, сунула в руки фляжки с раствором и сухари. После еды девушки перестали напоминать живых покойников и изъявили желание двигаться дальше.
Читать бесплатно другие книги:
