Счастливый брак по-драконьи. Догнать мечту Черчень Александра
Мы будем сегодня иллюзией, Олли. Я для тебя, а ты для меня… И это печально.
«А я… – вернулся Спящий. – А я влюбился почти в то же самое. В твой свет. И за то, что ты едва ли не единственная девушка, которую я воспринимаю именно как девушку. Все, кто был ранее, – это или подопечные, или противники. Те, кого хочется убить. Только дайте добраться до горла…»
«Жуть, – поежилась я. – Ар, это не любовь и даже не влюбленность. Это просто межличностное притяжение».
«Если к нему примешивается влечение, то это уже влюбленность, – несогласно фыркнул хейлар. – Я тебе уже объяснял свой взгляд на вещи».
«Упрямый…»
«Какой есть, такой тебе и дорог», – рассмеялся Спящий.
«Но я самообманом не занимаюсь. Как мужчина ты меня не интересуешь», – твердо ответила я, не испытывая ни малейших угрызений совести из-за излишней прямоты. Арвиль считает свое мнение последней инстанцией и не приемлет других точек зрения на интересующий его вопрос. Меня это не устраивает.
«Про это рано говорить, – в очередной раз подтвердил мое мнение о твердолобости Спящий. – Мы даже не встречались пока».
«Но я тебя видела, – резонно возразила в ответ. – Потому, кажется, продолжать дискуссию бессмысленно».
«Да, видела, – спокойно согласился хейлар. – Но, Ири, притяжение мужчины и женщины основывается не на зрительном восприятии. Ты сейчас… как на картину на меня смотришь. А при личном общении присовокупляется воздействие феромонов, запахи, тактильные ощущения. Так что, по моему мнению, у нас с тобой все впереди!»
«Драгоценный, – рыкнула я. – Но как ты в таком случае объяснишь свою влюбленность?! Я ведь для тебя такой же портрет!»
«Да, – подтвердил Арвиль, усмехнулся и продолжил: – Но ты забываешь о том, что восприятие мира мужчиной и женщиной очень отличается. Я вполне могу влюбиться по «портрету».
«Не поняла», – признала свое бессилие перед железной мужской логикой. Давненько заржавевшей, судя по ее качеству!
«Эмм… – задумался Спящий. – Я вместе с тобой заплутал в этих вывертах красноречия».
«Тогда я спать», – решительно оборвала беседу, понимая, что этот разговор нас никуда не приведет. Да и не надо.
Арвиль ничего не ответил, приняв мое решение.
Утро началось буднично. Спала я одна, ни Олли, ни Крионы в комнате не было. Правда, из ванной слышался шум воды, и я решила, что кто-нибудь из ребят плещется там. Если не вдвоем… А что? Вполне вероятно. Как ни странно, но при этой мысли мне стало неприятно. Женщины! Противоречивые создания! Люблю мужа, никто другой мне не нужен, но отголоски ревности все равно умудряюсь испытывать.
«Типичная девушка. Вроде и даром не надо, но вот если из лапок уплывает, то все равно не по себе становится, – фыркнул Арвиль. – Доброе утро, кстати. Ты уже придумала, как будешь делать ноги от поклонничка?»
«От тебя, что ли? – съязвила я, поднялась с постели, скинула рубашку и быстро переоделась.
«Милая, у нас с тобой обратная ситуация…» – Голос Спящего был тягучим, как мед, и, видимо, должен был будить во мне самые низменные инстинкты. Не будил. Увы и ах!
«Ар, помолчи, а? – попросила я. – А то настолько привыкну к постоянному собеседнику, что потом будет неуютно. А это неестественное состояние».
«Хорошо, – сухо ответил хозяин Анли-Гиссара. – Но советую как следует подумать над тем, куда деть дракона».
Я не ответила, ибо пока нечего было.
Раздался еле слышный скрип двери, и из ванной комнаты показался Олли, на ходу оборачивающий полотенце вокруг бедер.
Тут из ниоткуда выползло чувство прекрасного, окинуло Златогривого восхищенным взглядом и вынесло вердикт: «Нравится!»
Я еще вчера думала, что раньше видела Олли только в официальных нарядах, и его вид в домашней рубашке был нов и непривычен. Облик полуобнаженного Сэйна оказался будоражащим…
Надо определенно что-то делать. Да, он мне симпатичен, но только внешне. Я люблю своего мужа, и так и останется. А симпатия… Я же огненная. Наследие не могло не проявиться.
– Доброе утро, Ири, – спокойно поприветствовал меня дракон, проходя мимо и обдавая запахом свежести с терпкой цитрусовой ноткой. – Как спалось?
– Замечательно, – ответила, настороженно наблюдая за мужчиной.
Он откинул на спину белые спутанные влажные волосы и бросил на меня смеющийся взгляд.
– Это хорошо. – Он нагнулся за своей сумкой, отпустив полотенце и, как итог, оно едва не повторило судьбу приснопамятной шкуры. Но на этот раз Оллисэйн успел его удержать, хоть ткань и прилично сползла, обнажив завлекательные ямочки на пояснице.
Я наклонила голову, рассматривая широкую смуглую спину, на которой контрастом смотрелись потемневшие от воды, но все равно слишком светлые волосы. Красив, мерзавец. И прекрасно это осознает.
Более того – использует, поняла я, наблюдая за тем, как полотенце полетело в сторону, обнажая мужчину полностью. И, судя по янтарному взгляду, который хитрый дракон кинул на меня, он ожидал реакции. А ее не было! Я отвернулась!
Открылась дверь, послышались стремительные шаги. Вернулась Криона. В отличие от меня огненная придирчиво оглядела Олли, кивнула, и громко заявила:
– Хорош! Жаль, что не встретились раньше!
Больше не уделяя внимания удивленно повернувшемуся Златогривому, она села на кровать, облокотилась на спинку, закинула ногу на ногу и сказала:
– Ирка, нам по лавкам нужно.
– Пойдем, – согласилась с этим ультимативным предложением я, с любопытством наблюдая за тем, как Олли быстро застегивает штаны и натягивает рубашку. Что, Златогривый, немного иного ожидал?!
– Никуда вы без меня не пойдете, – уже пришел в себя Оллисэйн. Теперь на лице ледяного лорда царило невозмутимое выражение. – Но сначала расскажите о том, куда вообще шли. Ирка, даже не думай, что удастся отделаться от меня, как в прошлый раз!
– Как это – куда? – наигранно удивилась я. – Олли, я же тебе сказала!
– Когда это?
Кри испуганно взглянула на меня, видимо опасаясь, что я уже успела ему все сдать.
– Ты не помнишь? – взмахнула ресницами и лукаво улыбнулась. – Драгоценный, у тебя короткая память.
– Изволь напомнить, – подчеркнуто вежливо продолжил блондин, перекидывая вперед длинные спутанные волосы, которые уже почти высохли. Магия?
– Цветочки, – развела руками я.
– Что?! – округлил янтарные глаза Сэйн и продолжил, но в голосе дракона начали прорываться рычащие нотки: – Ты издеваешься?!
– Ничуть, – покачала головой, смотря на него все тем же кристально честным взглядом последней дурочки. – Хочется цветочков… Редких. В тех предгорьях, куда ты меня приволок, их не оказалось. Вот теперь ищу повсюду…
– Ири, ты начинаешь меня злить, – тихо отозвался мужчина. – Это нехорошо, поверь.
Да ты что?! Чем злить?! Что сразу не изволила во всем признаться или не кинулась на шею, стоило его милости признаться мне в своих чувствах?! Сомнительных причем!
– Чем злить? – чуть слышно спрашиваю и опускаю к полу глаза, которые, по моим расчетам, сейчас были несчастными-несчастными. – Я же ничего не сделала…
Надо же, даже эта гримаса, которой я выпрашивала у папы разрешение куда-нибудь сходить или что-либо купить, и то пригодилась. Я, правда, пользовалась ей очень редко. Потому как матушка предупреждала, что если слезки использовать очень часто, то у мужчин на них вырабатывается иммунитет!
Потому до этого мы пока дело доводить не станем.
А вообще, нужно думать, как от него удрать. Не хочу я вести Златогривого в Анли-Гиссар. Очень не хочу.
Или это не я? Таких сильных моих эмоций не должно быть. Да и то, как я восприняла вчера песню… Неужели наше слияние с Арвилем продолжается? Это плохо. Но стану думать потом. Когда выкручусь из данной ситуации.
– Ирка! – резко окрикнула меня «данная ситуация», заставляя вернуться к себе мыслями. Я подняла глаза на прекрасного, но, вот досада, злобного блондина и недоуменно хлопнула ресницами. Олли перекосило еще сильнее, и он рявкнул: – Хватит вести себя как дурочка, я прекрасно знаю, что в твоей очаровательной белокурой головке отнюдь не пусто!
«Это он зря! – заявился Ар, который тут же радостно прокомментировал нашу беседу. – Я, как непосредственное содержимое этой самой головки, могу заверить всех желающих, что, кроме меня, тут почти ничего путного и нет!»
«Так, содержимое, – резко одернула его я. – Помолчи и не мешай. И, Арвиль, не знаю, на каком этапе затормозилось твое психическое развитие, но ты мне все больше и больше напоминаешь подростка, который дергает за косички понравившуюся девочку».
Спящий озадаченно замолчал, видимо обдумывая подкинутую версию. Я же продолжила «выворачиваться из рук» Олли, который, похоже, во чтобы то ни стало решил выяснить нашу точку «Б». А вот и не скажу! Или я не дочь своей матери!
– Оллисэйн, опальный лорд Ледяного Предела! – Я вскочила, выпрямилась и вскинула подбородок. – Мне все равно, о чем вы думаете. Я не обязана отчитываться перед вами.
– Милая, а я знаю того, перед кем ты это делать обязана, – ласково начал Златогривый. – Что будет, если я прямо сейчас свяжусь с Дорианом и расскажу, где находится не только беглая супруга его подчиненного, которую рыжий сейчас ищет вместо того, чтобы заниматься работой, но и его собственная невеста?! Ты так желаешь подставить подруженьку?
– А ты хочешь лишиться даже призрачных шансов на что-либо, кроме звания «друг»? – пошла ва-банк я. Да, это некрасиво и по больному, но он только что поступил не лучше! – А то и эту малость потеряешь. А ведь тебе и так хочется гораздо большего!
Он прищурился, пристально глядя, и я почти чувствовала, что сейчас он что-то для себя решает.
– Хорошо, – вдруг успокоился мужчина, и я поняла – надуманное «что-то» мне не понравится!
Он окинул меня неожиданно жарким, голодным взглядом, от которого кожа покрылась мурашками.
– Ири, я больше не буду поднимать эту тему, но… ты мне будешь кое-что должна.
– Что? – настороженно осведомилась, отступая за кресло, так как в пылу ссоры я не заметила, что он подобрался слишком близко и сейчас стоял буквально в полуметре от меня.
– Я вас прикрою, – начал перечислять позитив от собственного присутствия дракон. – Стану помогать, а не просто «не мешать», как было ранее. Не буду спрашивать о цели путешествия…
– А что взамен? – угрюмо спросила я.
– Всего лишь поцелуй, – выдохнул Олли, склоняясь ко мне, обдавая теплым дыханием висок и скулу. – Настоящий. Взаимный… Такая малость, огненная. И я весь твой…
– Ты меня и так уже целовал, – осторожно оттолкнула уже нависающего надо мной дракона и продолжила: – Не раз и не спрашивая. И я тебя тоже по глупости уже поцеловала. Еще в Пределе. Так что можно считать, что мы в расчете.
– Нет, милая, – покачал головой Олли, послушно отступая на шаг. – Ты позволяла. Не отвечала. А про тот чмок, которым ты меня наградила еще дома, можно даже не вспоминать.
– А что ты хочешь-то?!
– Уже озвучил. – Он улыбнулся, подмигнул и отошел к двери. Прислонился к косяку и как ни в чем не бывало спросил: – Ну так что, мы идем по лавкам?
– Да, – спокойно согласилась Кри, которая до этого внимательно наблюдала за шантажом и не вмешивалась. Она поднялась и первая вышла в любезно распахнутую перед ней дверь.
Глава 11
Мне ничего не осталось, кроме как последовать за подругой. Но когда я проходила мимо Златогривого, он стремительно подался вперед, положил руку мне на талию, прижал к себе и стал невозмутимо закрывать дверь на ключ.
Я в немом изумлении от такой наглости смотрела на него. На дракона это впечатления не произвело, он лишь склонился ближе, мимолетно поцеловал меня в висок и шепнул:
– Ты моя невеста, разве забыла?
– Я тебе ничего не обещала!
– Ты подумай лучше, сокровище, – покровительственно улыбнулся он. – О плюсах подумай. Их немало. И я не тороплю с отдачей…. долга. Главное, согласись.
– А не накапают ли из-за отсрочки нехилые проценты?! – съязвила я, пытаясь отстраниться от него, но Сэйн только прижал крепче, для надежности еще и за косу схватил. Вот поганец!
– Мне нравится ход твоих мыслей, – пожал плечами блондин. – Но пока даже не мечтай!
– Это я-то мечтаю?!
– А кто тебя знает? – хмыкнул он, блеснув на меня золотыми глазами, в которых плескалась ирония. – Вдруг это все напоказ и только для того, чтобы меня спровоцировать? А я, такой порядочный, держусь! Не поддаюсь! Цени, родная.
– Прекрати так говорить, – нахмурилась я, сжав пальцы. – Смеяться хватит. И я тебе не «родная», Олли. У тебя нет права так меня называть.
– Есть, – не согласился ледяной. – Просто процесс пока односторонний, вот тебя и коробит.
– Если ты это знаешь, то почему позволяешь себе такое?
– Я говорю то, что думаю. Чувствую, – кратко ответил Олли, и, судя по холодно-невозмутимому лицу, я его умудрилась чем-то обидеть.
Сначала хотела что-то сказать, но быстро себя одернула.
Сейчас вообще не время об этом думать. Но в ближайшем будущем придется однозначно.
Такое нельзя оставлять без внимания. Да он мне и не позволит о нем забыть.
А сейчас по лавкам! И все же, если получится, то нужно от Златогривого сделать ноги.
Нельзя его подпускать к Спящему. По моему ощущению, даже если Арвиль к моменту их встречи встанет, то они подерутся.
Внизу нас ждала Криона. Когда мы ступили на слишком узкую для двоих лестницу, то я попыталась отстраниться и пройти вперед. Не дали. Олли просто подхватил меня на руки и легко сбежал по ступенькам. «Молодожены», – послышался шепоток в зале, и я зло посмотрела на дракона, который, даже оказавшись внизу, не спешил опускать меня на пол.
– Олли, – с намеком протянула я.
– Внук! – рявкнули откуда-то сверху.
Мы дружно подняли голову и увидели Тайлина, который прижимал к себе вчерашнюю подавальщицу. Девушка от такого была явно не в восторге, потому что старательно, но пока молча вырывалась.
– Сам-то, – лишь мельком окинул деда взглядом его бессовестный потомок. – У нас все, между прочим, на почти добровольных основах!
От такого я опешила, а затем сильно ущипнула наглого вруна за плечо. Он меня отпустил, но ничего сказать я не успела, так как сверху раздался вскрик:
– Да отпустите вы меня, ненормальный!
– Не могу, – фиксируя девушке руки, обаятельно улыбнулся князь. – Я в вас влюбился!
– Как это? – даже перестала вырываться «счастливица».
– Предположительно надолго, – честно ответил ей музыкант.
– Девушки, – жалобно посмотрела она на нас. – Помогите, а? Я не знаю, что делать с этим неуравновешенным типом с навязчивыми идеями!
– Тай?! – требовательно взглянул на предка янтарноглазый.
– Поздно, – пожал плечами фейри. – Влюбился я. Бывает… Вот у тебя сейчас, например! Ты же не торопишься ставить на этих чувствах крест. А у меня, в отличие от тебя, никаких преград нет!
– У меня есть жених! – возмущенно воскликнула его предполагаемая возлюбленная.
Тай не ответил. Он ее поцеловал. Вернее, попытался. В следующую же секунду отшатнулся, удивленно посмотрел на независимо вздернувшую курносый нос девушку. Коснулся пальцами губ, задумчиво взглянул на покрасневшие от крови подушечки. Укусила! Умница!
– Это что? – спросил фейри у избранницы.
– Кровь, – ехидно поведала ему она.
– Еще раз так сделаешь, пожалеешь, – тихо и жутко сказал Тай.
Мы с Кри удивленно смотрели на преобразившегося князя.
«А что удивительного? – спросил молчавший доселе Арвиль. – Он древний. Очень древний. И то, как себя ведет, является отражением его самоощущения. Но иногда наносная шелуха падает, и открывается истинное лицо».
Если фейри влюбляются, то от них отвязаться чрезвычайно сложно. Дивные ловят любые эмоции и проживают их до последнего мига. А уж такое сильное чувство, как любовь… Тай не откажется.
Девочке и правда не повезло. Потому что он влюбился, а не полюбил. Или у меня уже навязчивая идея о разделении этих двух понятий?
«Нет, Ири… Он все сказал правильно».
– Отпустите меня немедленно, – холодно ответила ему подавальщица.
– Дарья, вы еще не поняли? – вскинул темно-золотую бровь фейри. – Я вас просто не могу отпустить. Я хочу быть с вами рядом. Вдалеке буду тосковать. А я не желаю в своей жизни отрицательных эмоций.
Нет, ну это уже ни в какие рамки!
Видимо, Криона считала так же, потому что резко произнесла:
– Князь Тайлин из ветви Литого Золота, вы не имеете права удерживать девушку. Что скажут ее родные?
– У меня нет родных, – тихо прошептала Даша. – Я переселенка.
– Тогда все еще лучше, – улыбнулась я. – Вы под защитой короны.
– А я князь фейри, – ответил Тай, прижимая к себе девушку, которая смотрела на нас перепуганными глазами. Видимо, только начинала понимать, во что вляпалась. – Я вне закона. Я могу уйти в любой мир, милая. И вас забрать.
Она вскинулась, с надеждой глядя на него.
– Вы меня вернете домой?
– Нет, – ласково провел пальцем по скуле Тайлин. – Я же сказал. Пока ты будешь со мной.
– Господи, – прошептала Даша, с ужасом глядя на него.
– Не обязательно, – покровительственно улыбнулся он. – Можно по имени, малышка. Тайлин. Или Тай…
– Да пошел ты! – взъярилась она, рывком освобождаясь из его цепких объятий и быстро спускаясь к нам. Так торопилась, что едва не упала. Криона скрестила руки на груди и решительно взглянула на дивного. Ну да… Наверное, эта картинка ей о чем-то напомнила. Неприятном. О таком же властном мужчине, который не считался с ее мнением.
И подавлял, стоило попытаться поднять голову.
– Значит, так. – Огненная выразительно размяла пальцы. – Полезешь – получишь в морду чем-нибудь неприятным. И станешь значительно менее прекрасным.
– Девушка, вы еще не доросли до того, чтобы со мной тягаться, – неприятно ухмыльнулся он. – Я из Неблагого Двора, и ваши попытки остановить меня могут вызвать разве что смех.
– Он Неблагой?! – повернулась я к Олли, который спокойно за всем этим наблюдал.
– Да, – пожал плечами Златогривый. – А что?
– Но волосы… – в растерянности показала я на золотую шевелюру этого дивного козла!
– И что? – так же флегматично спросил дракон. – Мама у него из Зимнего Двора, а с кем нагуляла такого занятного сына – дело десятое.
– И ты ничего с этим не сделаешь?! – показала на отошедшую в сторону Дашу и Криону, которая непреклонно стояла на пути у фейри.
– Не могу, – тихо сказал Олли, беря меня за запястье и притягивая ближе к себе, подальше от Тая. – Это его право.
– И ее бесправие?! – зло рыкнула я, пытаясь высвободить руку.
Но он не только не позволил этого, он еще и дернул на себя, заставляя уткнуться носом в рубашку, быстро обнял, создавая иллюзию нежной близости романтичных молодых людей. И пока я не успела устроить скандал, тихо начал говорить:
– Ирка, никто не вмешается. Он древний. Это его право на жизнь и разум. И поверь, меньшее из зол для зимнего фейри. Князю никто не станет препятствовать. Даже Хранители. Потому что безумный или пресытившийся жизнью и ищущий острых ощущений Тай им аукнется гораздо более серьезными последствиями.
– Но разве власти… – беспомощно пролепетала я.
– Как только узнают, то перевяжут подарочной ленточкой и вручат Тайлину, – безжалостно разрушил остатки моих иллюзий Олли.
– Но неужели нельзя совсем ничего сделать?! – отчаянно уставилась в янтарные глаза.
Он улыбнулся, ласково погладил меня по щеке, наклонился и, почти касаясь моих губ своими, сказал:
– Это сложно…
– Но ведь возможно?! Ты сможешь?! – требовательно смотрела в такие близкие глаза.
– У меня нет мотивации, – выдохнул он, зарываясь пальцами в мои волосы, и теперь я не смогла бы отстраниться, даже если бы хотела.
– А если… будет? – робко начала я, понимая, что делаю большую глупость. Но оставить эту совсем незнакомую девочку я не могла. Вот почему-то не могла.
Да, сейчас я поступлю очень некрасиво. По отношению и к Вейлу, и к Олли. Потому что придется сыграть на его слабости. Но оставить девочку и даже не попытаться хоть что-то сделать, я не могу. А нужно такую малость… Всего лишь наступить на горло своим принципам.
– Ну я даже не зна… – договорить он не успел.
Поцелуй на зимнем балу был почти целомудренным. Касание.
В Пределе, когда мы сбегали, я и правда только успела прикоснуться губами к нему, и Олли тут же перехватил инициативу. Воспользовался вдохом, тем, что я не ожидала вторжения, но ответа так и не дождался.
Уже в таверне – тоже лишь прикосновение к губам. И всегда он. Я оставалась безответной. Но сейчас… сейчас было иначе.
Ведь уже он не торопился отвечать.
Да, я его целовала. Потому что было нужно.
Целовала, вкладывая весь свой не очень большой опыт, нежность, что чувствовала к мужу, которого нет рядом. И отрешаясь, не думая о том мужчине, которого целую. О том, что сильные пальцы сжимают мои волосы, о том, что он отвечал так, что тело невольно просыпалось. О том, что ласковые руки осторожно поглаживают мою спину сквозь рубашку.
Понимая, что порода начинает брать свое под этим чувственным натиском, я отстранилась, прерывисто выдохнула и прижалась лбом к его плечу. Златогривый сжал меня в объятиях, почти тотчас выпустив, приподнял за подбородок, осторожно коснулся губами лба и отодвинул.
Я прислонилась к перилам, кривя губы в горькой усмешке. Вот и доказала ты, Ирьяна, что ничем не лучше любой огненной.
– Тай, – окликнул он деда, который уже стоял перед хоть и перепуганной, но не дрогнувшей рыжей.
– И не думай, – не оборачиваясь, бросил фейри, все так же хищно оглядывая Дашу. Переселенка пятилась, пока не уткнулась спиной в стенку.
Я же смотрела на князя и удивлялась. Как я еще вчера вечером могла думать, что он… милый?!
Да это такой кошмар, что внучку до его уровня расти и расти!
Древний…
Одним словом все сказано.
Фейри Неблагого Двора.
Но дракон стремительно подошел к предку, наклонился и что-то коротко шепнул на чуть заостренное ухо. Судя по тому, что с лица Тайлин стало медленно пропадать злобно-агрессивное выражение и появилось любопытство, – сказал Олли что-то несомненно интересное.
– Хорошо, – наконец кивнул фейри, быстро поднялся по лестнице, уже на площадке развернулся и обаятельно улыбнулся. – Но сам и объяснишь. Времени у вас до вечера.
– А что вечером? – спросила Даша, которая уже перестала трястись и, судя по решительному взгляду, планировала, как сбежать от нежданно-негаданно привалившего ей «счастья».
– Ну, девушка, не ждите от меня многого, – развел руками Олли. – Все, что я мог дать, – отсрочка. Чтобы вы могли подумать, смириться и определить манеру поведения.
– Отлично, – фыркнула переселенка, поклонилась нам с Крионой и сказала: – Спасибо, девушки, но мне пора.
– Он найдет, – покачал головой Златогривый.
– А пусть попробует! – передернула плечами Дарья и решительно развернулась к двери. – В любом случае я не собираюсь сидеть сложа руки!
– Наш человек, – одобрительно хмыкнула Кри и вопросительно взглянула на меня. – Может?..
Как понимаю, это она про то, нельзя ли нам взять ее с собой…
С одной стороны, почему бы и нет. А с другой, я не развлекаться еду. И балласта подруге хватает и в моем лице.
– Нет, – вздохнула я.
Ведь как ни прискорбно, но не могу. Я и так уже дала ей возможность хоть что-то сделать. Надеюсь, Тайлин и правда не станет срываться с места до вечера и у девочки будет фора.
Пока я размышляла, подавальщица уже успела отнести на кухню передник, забрать сумку и выйти из таверны.
– Куда мы идем? – приобнял меня за плечи совсем оборзевший Оллисэйн.
– Так. – Я решительно стряхнула его руку. – Хватит меня трогать. Долг я отдала – прекращай так себя вести.
– Какой долг? – наигранно удивился блондин. – Ири, милая, сейчас была добровольная акция во славу спасения девы невинной!
– Ну ты и гад, – покачала головой Криона, подцепила меня под локоть и повела на улицу.
– В любви все средства хороши, – философски донеслось до нас.
Меня полоснуло острое чувство вины.
Он же хороший. И правда хороший. А я пользуюсь, играю на слабостях, привязываю еще больше.
Некрасиво.
Но и бездействовать я не могла!
До сих пор не могу забыть бесчувственный взгляд Крионы на зимнем балу. И ее слова. О том, что так жить она не хочет и не будет. Для подруги я ничего сделать не могла. Ни тогда, ни сейчас. Просто не в моих силах. Но помочь другой девочке я сегодня могла. И помогла. А моральные терзания… Это даже не цена.
На улице, как и ожидалось, было очень оживленно. Все же середина дня. Из-за того что последние дни были напряженными, а легли мы поздно, встала я отнюдь не ранним утром. Ближе к вечеру, если быть честной.
Спустя несколько минут нас догнал Златогривый и пошел рядом, уже не претендуя на ручки, плечики или талии. И хорошо. А то, чувствую, я бы не удержалась и наговорила ему много чего неприятного.
Пытаясь отвлечься от этих мыслей, я решила переключиться на сам город.
Он жил, дышал, заражая прохожих своим суетливым сердечным ритмом, заставляя их звучать в унисон и нестись все быстрее вперед.
Кто бы что ни говорил, но там, где есть разумные, есть и другая жизнь. Эмоции не исчезают бесследно. Они впитываются в пыль под ногами, в камни мостовой, сливаются с водой прудов, растворяются и уносятся вдаль торопливыми реками, которые протекают через города.
Но большая часть остается. И возникает… эгрегор. Кажется, именно так высоконаучно называется это коллективное бессознательное.
Потому и любим мы то место, где живем. И оно отвечает, возвращает, и часто гораздо больше, чем ты отдавал. Взаимный обмен. И в итоге город живет…
Ничто в мире не исчезает бесследно. Не хочет исчезать. Цепляется за любую возможность остаться. Ветром в кронах, первым летним дождем, привидением в старых катакомбах.
Недаром во все времена о старых зданиях ходят легенды.
А вот и живой пример.
Читать бесплатно другие книги:
