Скелеты из шкафа русской истории Мединский Владимир

Наиболее известны в этом ряду — убийства отца Федора Достоевского и деда народовольца Морозова. Подробности убийства Достоевского-старшего мне не известны, но предполагается — он посягнул на честь замужней женщины.

В 1840 году в имении Борок взорвали дворян — супругов Щепочкиных.

Трое их дворовых купили мешок пороха, положили его в печь на первом этаже, как раз под спальней супругов.

Проковыряли дырочку, сделали дорожку, поставили свечу. Торопливо убежали… Вскоре громыхнул страшной силы взрыв.

Жестокость этого, говоря современным языком, теракта потрясла всех. Министр внутренних дел доложил о нем императору Николаю I. На прощальную панихиду прибыли ярославский губернатор и все уездное начальство. На похоронах были все соседи-помещики, проститься с Щепочкиными пришли и толпы крестьян со всех окрестных деревень: их считали «хорошими барами». После гибели владельцев усадьбы осталось трое детей-сирот, в том числе будущий отец Н. А. Морозова.

Мужиков поймали сразу. Три дня до совершения преступления те пили без перерыву, и люди слышали, как они сговаривались, вернее как один из них подговаривал остальных убить барина.

Убийцы бились в пьяном кураже до самого ареста, рассказывая всем, что замыслили и почему. Оказалось все банально — обычное убийство на почве ревности.

Одному из убийц очень нравилась некая дворовая девка. Он к ней не раз безуспешно сватался. А эта девка отдавала предпочтение барину, что тут поделать. Знала, что барин женат, ни на что не претендовала, статус барской любовницы ее устраивал совершенно. Да и с «человеком своего круга», видимо, она, покрутившись возле богатой и культурной жизни, уже иметь дела совершенно не хотела.

По понятиям крестьян, девица вела себя безнравственно. Нехорошо, с их точки зрения, вел себя и барин, который на глазах жены в открытую крутил-вертел, строил куры со своей горничной.

Тогда незадавшийся жених «со товарищи» и решился на убийство.

Суд приговорил их к 50 ударам кнутом на обгорелых развалинах помещичьего дома. После чего на лбу и на щеках убийц выжгли литеры статей Уложения о наказаниях, по которым они были виновны, и сослали в Тобольскую губернию на каторжные работы навечно.

Никак не оправдывая ни Щепочкина, ни горничную, так сказать, «предмет» разгоревшихся страстей, ни тем более убийц, отметим: здесь дело не только в ревности, произошло столкновение разных систем ценностей.

И уж конечно, и в этом случае, и во всех подобных даже говорить смешно о долготерпении народа. Народ имел свои представления о половой морали и считал себя вправе их отстаивать.

Сравним эти не столь уж редкие убийства с «правом первой ночи» в Европе. Право первой ночи действовало в Северной Франции, Англии, Германии, Шотландии, Баварии, Бургундии все Средневековье, в некоторых местах до XV–XVI веков. Еще в XVII веке некоторые налоги крестьянин платил за то, что это право не будет осуществляться. А состоит оно в том, что феодал, на земле которого живет крестьянин, имеет право провести первую ночь с новобрачной. Или указать (!) на лицо, которому он отдает новобрачную на первую ночь.

Теоретики спорят, из каких представлений первобытных людей, из каких пластов язычества завоевателей-германцев родился этот обычай. А жители Европы жили, поколениями позволяя феодалам «улучшать свою расу». Не известно ни одного восстания, ни одного убийства феодала по этому поводу. Кроме разве что изображенного в фильме «Храброе сердце» Мела Гибсона, где некий бедный, но гордый шотландец Уильям Уоллес пытается воспрепятствовать своему феодалу в его абсолютно законном (!) требовании провести «первую ночь» с очаровательной невестой Уоллеса-Гибсона. С этого якобы и начинается историческое общенациональное восстание шотландцев против англичан. Но это все Голливуд. Не будем воспринимать его серьезно. В общем, кротости и долготерпению европейцев можно только удивляться.

Репутация царей: «настоящие» и нет

Говорят, царь — ненастоящий!

Из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию»

В России любые бунты намного чаще, чем в Европе, происходили в рамках Системы. Целью повстанцев не было разнести вдребезги Систему и заменить ее другой… Европейцы жили в намного более напряженном обществе, это общество взрывалось чаще и легче, чем российское, и взрывы эти получались более жестокими.

Разумеется, были на Руси страшные, кровавые восстания. Но природа их совершенно иная, чем в Европе.

Как правило, даже восставая, россиянин против самой власти как таковой не шел, против нее не злоумышлял.

Даже если был возмущен данным начальником или чиновником, если ему не нравились определенные решения властей, он не покушался на основы и скорее готов был помогать власти, чем стремиться ее срубить под корень.

Но все это только в одном случае: если он считал власть «правильной» и «истинной». В Европе огромное значение имело законный монарх или незаконный.

В России законность монарха была менее важна, чем соответствие его народным представлениям, «истинность».

Стоило зародиться сомнению — мол, царь у нас не «настоящий»… и всё, жди набата разъяренной толпы, вооруженного бунта, смертоубийств.

Это часть сознания не только простонародья, но, казалось бы, самого что ни на есть просвещенного и европеизированного на все сто русского дворянства.

Дворяне XVIII века легко сбросили с престола законнейшего, но «не истинного» Петра III, и посадили на престол совершенно не имевшую на него права, но «истинную» по их представлениям Екатерину II.

Чего стоил один мир с Пруссией, заключенный по итогам кровопролитнейшей войны, когда русские войска уже побывали в Берлине! Петр III «вернул» своему обожаемому Фридриху (тотально разгромленному русскими войсками, — смотрите «Гардемаринов», читайте В. Пикуля) ВСЕ ЗАВОЕВАННОЕ и даже вступил с ним в союз (!) против вчерашнего русского союзника — Дании.

Да это был просто плевок в глаза всему русскому обществу! Разве так мог поступить «правильный» русский царь?

Если царь «настоящий», то он — священная особа.

Такого царя можно попробовать остановить, даже чуть задержать, помешать пройти. Но ни в коем случае невозможно ударить, причинить ему малейший вред. Это будет не только тяжелым преступлением, но и религиозным грехом.

Власть «истинного» царя священна, его правление не может не быть праведным. Испакостить могут бояре, и тогда гнев народа, естественно, обрушивается на них.

Но и тогда царь остается благ и велик, достоин и совершенен.

Долг подданного — всячески поддерживать такое правление. Ведь власть — его власть, народная. Участие в ней — благое дело.

А если царь — ненастоящий? Тогда такой же само собой разумеющийся долг подданного — мятеж. Такой царь обязательно должен быть свергнут, а все, кто служил «ненастоящему», должны быть или уничтожены, или принести покаяние за свое гражданское и религиозное преступление.

Система жесткая, бескомпромиссная, сводящая судьбу любого правления к народным оценкам «праведности» и «неправедности» начальника и правителя.

Можно долго рассуждать о том, чем хороша или плоха такая система взглядов, но вот чего в ней точно нет — это идеи кротости, смирения, покорности, долготерпения.

Народ безмолвствовал, когда бояре выкликали царем Лжедмитрия. А спустя короткое время народ восстал и убил царя. Лжедмитрий молод, физически силен, он прыгает в окно и — не повезло — ломает ногу. Подойти к царю, видимо, все-таки страшно… Царь как-никак. Но 26 огнестрельных ран Лжедмитрию все же «причинили». Царь ненастоящий — смерть ему!

Не позавидуешь россиянину — современнику Смутного времени. Пойди пойми, какой царь «истинный», а какой нет. Тем более для одних «истинный» царь — Василий Шуйский, а для других он — «царь Васька», совершенно неистинный узурпатор, и на престол возведен незаконно.

Для других «истинный царь» — польский королевич Владислав.

Для третьих — шведский королевич.

Для четвертых — очередной Лжедмитрий… Поди разберись в этой толпе царей! Избирая Михаила Романова на престол в 1613 г., россияне сделали огромный шаг вперед в своих монархических представлениях. Теперь «истинным» царем оказался тот, кого они сами избирают.

И разинщина, и пугачевщина были таким же народным протестом против «не истинного» царя и его «неправильного» правления.

Отсюда самозванство Пугачева и вообще весь феномен русского самозванства. Объявляя себя чудесно спасшимся Петром III, страдальцем за народ, которого захотела извести «негодная Катька», донской казак Емелька Пугач становился в глазах части народа «истинным царем».

Никакие программные заявления о милостях и свободах от имени честного повстанца Емельяна не произвели бы на народ впечатления. А вот от имени «настоящего» царя их слушали, да еще как! Когда пьяный Емелька прилюдно плакал о судьбе «возлюбленного сыночка Пашеньки» или доверительно советовался с приближенными казаками, как ему лучше поступить с «негодной Катькой»: сослать в монастырь, «показнить смертию» или просто выпороть плетью и простить, — это не вызывало насмешки. Так и должен был вести себя «истинный царь».

Тот, который вместо крепостного права заведет «везде вольный казачий круг», снизит, а то и вовсе упразднит налоги, станет ходить к народу и «рядиться» с ним, ударяя по рукам, как это делал Алексей Михайлович.

Е. Пугачев в царской одежде. Палех.

Вор Емелька Пугачев не без оснований полагал, что, чем богаче он разоденется, тем больше будет походить на «настоящего» царя — в глазах голытьбы.

Дворян казнили целыми семьями, как это красочно описано в «Капитанской дочке». Но не потому, что они были дворянами. А потому, что не хотели присягать «истинному царю», упорствовали в верности «негодной Катьке» и тем самым нарушали «правильное» течение событий и гармонию Мироздания.

Пугачев и его подельщики не были врагами дворянства как института. Все его приближенные тут же принимали имена и титулы реальных дворянских семей.

Они только не очень хорошо отличали титул от фамилии, и кто грамотный, сам писал, а за неграмотных писец подписывал одним словом под документами: «Графчернышев» или «Князьвяземский».

Окружение Пугачева претендовало на то, чтобы стать «правильными» дворянами, а для того предстояло истребить «неправедных», вот ведь как.

Кстати, и в революциях 1905 и 1917 годов, а особенно в Гражданской войне 1918–22 годов виден этот народный архетип: уничтожить «неправильную» и тем самым «неистинную», не легитимную власть. Разрушить «до основанья» все, что с ней даже косвенно связано. А уж потом, на обломках, в пустыне, «мы наш, мы новый мир построим».

Марксизм, таким образом, лег на феномены российского народного сознания, что и сделало Гражданскую войну столь кровавой и долгой, так напоминающей пугачевщину невиданных масштабов.

Участники Смуты века XVII или Гражданской войны века XX резали друг друга без малейшего шанса договориться. Ибо для каждого отступиться от своей правды означало предать высшие ценности, более важные, чем его жизнь.

ЗАБЫТЫЕ ВОЙНЫ И ВЕЛИКИЕ ПОБЕДЫ

Мифы Древней Руси и битвы разных времен

У России нет союзников…

Все боятся нашей громадности.

Император Александр III Александрович

История Древней Руси хорошо исследована. По крайней мере, не хуже, чем история стран Европы раннего Средневековья. Источники по истории Древней Руси многообразны и богаты — начиная с X–XI вв.

Нам могут возразить: ведь Фоменко и Носовский уже «доказали», что история Руси гораздо короче! «Теория» Фоменко и Носовского основана на идее заговора: якобы Романовы, а потом ряд ученых после Петра сознательно уничтожали одни документы и заменяли их другими.

Новгород — это не «настоящий» древний Новгород, «настоящий» — это Ярославль. Александр Невский и Батый — одно лицо, носившее разные имена в разных частях единого государства, а современные ученые подделывают результаты археологических раскопок. Дендрохронология — научная дисциплина, позволяющая определять возраст археологических находок по годичным кольцам деревьев, — якобы около 1000 года обрывается.

И это только часть измышлений этих двух «великих историков» и их последователей.

Не будем вдаваться в долгую полемику. Возражений у нас будет два.

ПЕРВОЕ: Фоменко и Носовский НЕ смогли опровергнуть «общепринятую» хронологию.

Их аргументация поверхностна и часто попросту лжива. «Подделать» присутствие многочисленных берестяных грамот (их найдено уже более 1000) в культурном слое невозможно по определению: ведь этот слой не потревожен веками, берестяные грамоты отделяют от современной поверхности несколько метров напластований.

Что же, агенты Романовых туда запихивали бересту?! Обрыв хронологии около 1000 года — ложь. Дендрохронология в Великобритании доведена до IV века н. э., в Германии до VI–VII веков, в России — до VIII века. Без «разрывов».

Другие находки новгородских археологов подтверждают точность «деревянного календаря». Сенсационная находка печати Ярослава Мудрого сделана в слоях, согласно дендрохронологии, датируемых 1030-ми годами. Остается напомнить, что правил Ярослав с 1016 по 1054 год.

«Невская битва 1240 г. Александр Невский наносит рану Биргеру». Хромолитография. Конец XIX в.

Сцена — в лучших традициях голливудского исторического блокбастера: рукопашная схватка главного положительного и главного отрицательного героев в финале картины.

Печатей, принадлежавших известным деятелям древнерусской истории, уже выявлено больше сотни, и все они в точности подтверждают «показания» годичных колец на спилах бревен с новгородских мостовых.

Можно еще многое говорить по этому поводу, но главное ясно.

ВТОРОЕ возражение. Эта книга написана не о самих по себе источниках, а о том, как эти источники формируют позицию, или, как сказал А. С. Пушкин, «самостоянье» современного человека. Если даже представить, что все источники по истории Древней Руси фальсифицированы, ВСЕ РАВНО — именно они важны для жизни современного россиянина.

ВАЖЕН НЕ СТОЛЬКО ФАКТ, СКОЛЬКО ЕГО ОТРАЖЕНИЕ В НАРОДНОМ САМОСОЗНАНИИ.

Есть основания полагать, что Ледовое побоище 1242 года было гораздо менее важным событием, чем Невская битва 1240 года.

А на фоне битвы при Грюнвальде — может, это вообще рядовая приграничная «разборка».

Но для идеологии это не имеет значения! Именно Ледовое побоище вошло в историю как важнейшее, определяющее событие! И живет в этом качестве до сих пор.

Говорил ли Александр Невский: «Кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет»? Не говорил? Это уже не имеет никакого значения. Ведь мы давно уже судим об этом событии не по подтвержденным фактам: не по тому, что там на самом деле было или не было. Даже не по фактам отраженным: летописям и историческим хроникам.

По сложившейся традиции уже не первое поколение в нашей стране представляет происходившее на льду Чудского озера в 1242 году так, как это показано… в художественном кинофильме! Спустя почти 7 веков после «Ледового побоища», в 1938 году, Эйзенштейном был снят гениальный пропагандистский фильм, вошедший в сокровищницу мирового кинематографа.

Он сформировал отношение к этой части русской истории не у одного поколения. И с точки зрения мифотворчества и мифовосприятия, для нас наиболее важно именно это.

Ниже мы поговорим о том, какую роль сыграл в утверждении Большого Советского мифа другой знаменитый фильм 30-х годов — «Чапаев».

И сюда же можно добавить, без всякого сомнения, блестящий положительный миф, созданный не без помощи Петра I и Пушкина, — о Полтавской битве.

П. Корин «Александр Невский». 1942 г.

Один из лучших примеров успешного и позитивного русского исторического мифа.

Она представляется нам по кино, по стихам Александра Сергеевича, по школьным учебникам как смелая бесшабашная атака шведов на укрепленные русские редуты в чистом поле, которые Петр очень грамотно спланировал и расставил. Отсиделся за этими редутами, отразил атаку, затем перешел в контрнаступление и погнал шведа так, что противник обратился в паническое бегство.

Карл чуть не попал в плен, а потом вместе с Мазепой бежал… Бежали они до самой турецкой границы, до городка Бендеры, находящегося в нынешнем Приднестровье (это второй по величине город непризнанной Приднестровской Молдавской республики). Там Карл отсиживался несколько лет, не понимая, что ему, собственно, делать дальше. И зачем.

В действительности же Полтавская битва не была столь коротким и прямолинейным боевым контактом.

Во-первых, Петр сидел в обороне, находясь в значительном численном преимуществе. Видимо, после Нарвы боялся прямого контакта с Карлом и предпочитал действовать наверняка.

Кстати, Полтавская битва — это первое сражение, где запротоколировано применение русской армией заградотрядов. То есть войсковых частей, которые размещаются позади основных сил и имеют особые полномочия, чтобы не допустить бегства с поля боя. Попросту расстреливают отступающих на месте. Так что это отнюдь не изобретение НКВД, как принято считать. Еще раньше заградотряды использовали монголы: сами они стояли сзади, а вперед выпускали мобилизованных ими местных жителей — тех же самых татар.

Оборонялся даже тогда, когда мог в принципе атаковать.

Тактика достаточно трусливая, но тем не менее эффективная.

Собственно, он «развел» Карла на смелую и бессмысленную атаку.

Далее. Битва проходила отнюдь не в чистом поле, а на местности весьма пересеченной — овраги, леса, пригорки. На довольно обширной территории. Треть шведской пехоты вообще не дошла до русских редутов. Шведы пошли куда-то не туда и попросту заблудились в лесах и болотах.

Кстати, удивительно, почему у нас об этом не пишут: подобная шведская безалаберность объективно играет нам на руку, развеивая миф о гениальном полководце Карле XII. Хотя если посмотреть на дело с другой стороны, Петру было приятнее победить сильного соперника, а не бестолкового, раненого, бледного юношу, который по ходу битвы умудрился где-то в оврагах потерять треть своего войска.

Русские герои Грюнвальдской битвы

В XIII веке сама Русь была жертвой перманентной агрессии: с востока и юга от половцев и монголов, а с запада — от рыцарских орденов.

А знаем ли мы, кстати, что это наши предки остановили немецкую экспансию во всей Восточной Европе? Вот битва «мирового уровня» — Грюнвальдская, 15 июля 1410 года. Одно из тех сражений, что меняют ход мировой истории.

Битва при Грюнвальде, где окончательно были разбиты тевтонские рыцари, считается каким-то заграничным сражением.

В котором бились то ли немцы с литовцами, то ли немцы с поляками… Упускаем мы в собственной истории, упускаем важные позитивные моменты! Между тем русские в Грюнвальдской битве составляли важную часть союзного войска, и сыграли в ней решающую роль.

Воины т. н. Смоленского полка были вассалами Витовта, великого князя литовского. На территории Литвы, как известно, жило очень много русских и православных, они вообще были подавляющей частью населения. Литовцы были правящей элитой. А население-то русское… Сам Витовт, естественно, был литовцем. Он поставил литовских воинов на самое безопасные место, а своих вассалов-смолян — на самую невыгодную позицию. Именно по смолянам, расположенным в центре войска на беззащитном ровном месте, и пришелся первый, самый страшный удар бронированной рыцарской конницы.

Но вот о чем следует знать и помнить: литовцы, стоявшие по бокам, в арьергарде и так далее, перепугавшись, побежали, а смоляне стояли насмерть, не сходя с места! В героическом смоленском полку и завязла закованная в броню конница тевтонского ордена.

И тогда сам Витовт бросился догонять своих воинов, сбежавших, даже не приняв сражения. С конным отрядом он нагнал их, перестроил, повел назад — на то место, где все еще насмерть стояли русские, смоленские полки. Потери смоленцев уже превышали пятьдесят (!) процентов, но наши не дрогнули. С возвращением «дезертировавших» литовцев русские воины воодушевились и сами перешли в контрнаступление.

И тевтонские рыцари были разбиты.

Кто выиграл битву при Грюнвальде? Витовт? Нет. Литовцы? Нет. Ее выиграли герои смоленского полка, которые защищали общую русскую родину — не важно, в границах княжества Литовского или в границах соседнего с ним княжества Московского. Они — изменили историю всей Восточной Европы.

Впрочем, почему только Восточной?

«Оршанская пропаганда» и Ливонская война

Грустный закон свободной рыночной экономики гласит: если у кого-то есть богатство, его обязательно попытаются отнять.

Восточная Европа сказочно богата своими природными ресурсами. Поэтому соблазн завоевать эту территорию возникал у соседей много раз. Единственный способ противостоять «любимым» соседям — стать сильными. Создать государство, которое сможет противостоять агрессии.

Я не могу тут не упомянуть Н. Старикова («Шерше ля нефть», 2008), который проводит аналогию между очень разными странами, едиными в одном: они все являются объектами постоянного прессинга со стороны Запада.

Это Венесуэла, Боливия, Иран, Ирак и так далее. Все эти страны колоссально богаты углеводородами — и более того, они не хотят плясать под западную дудку.

Стариков перечисляет: Боливия — это газ, серебро, золото, свинец, сурьма, вольфрам, не считая нефти… Россия — все вышеперечисленное, только не в ограниченных, как в Боливии, а гигантских размерах, плюс вся таблица Менделеева, плюс алмазы.

Россия — это фантастически громадные территории, где даже не начинались геолого-разведочные работы. Огромные территории пахотных земель, огромные запасы леса… Необъятные морские запасы рыбы и краба. Первые в мире запасы становящейся все более дефицитной пресной воды, самые большие озера в мире — Байкал, Ладожское, Онежское.

Вывод логичен: Россию никогда не оставят в покое. Почему всегда кто-нибудь шел Россию покорять? Только потому, что она лежала на перекрестке дорог? Нет, не только.

Потому что Россия — это варвары и дикари и их нужно привести к цивилизации? Нет, потому что Россия сказочно богата. И в этом ее беда.

Почему от России так упорно пытались отколоть Чечню, а не, скажем, Рязань? По мнению Старикова, потому, что в Чечне есть нефть, а в Рязани ее нет.

Мнение далеко не бесспорное, но тем не менее давайте задумаемся…

Первые политические мифы об агрессивности и злобности русских были созданы в ходе и сразу после русско-литовской войны 1512–22 годов. Во время этой войны Московия и Великое княжество Литовское и Польское пытались отобрать друг у друга Смоленск и окрестности.

Вначале король Сигизмунд наголову разбил московитское войско под Оршей. Поражение московитов — это факт.

Но масштабы этой победы и ее значимость сразу же были стократ преувеличены пропагандой.

Современные историки обычно называют 1–2 тысячи убитых с польско-литовской стороны и 5–10 тысяч — с нашей.

Сигизмунд же писал о 30 тысячах убитых московитов, о пленении кучи воевод и тысяч (!) дворян.

Ф. Геффельс «Битва при Вене».

Поляки почему-то сравнивали свою локальную победу над русскими в битве под Оршей со знаменитой Венской битвой, остановившей нашествие турок на Европу. Не правда ли, это… перебор.

А главное, тогда поляки начали внедрять в европейское общественное мнение негативный образ московитов. В Польше есть даже такой специальный термин: «Оршанская пропаганда». Московиты — это хуже, чем татары и турки, очень они дикие и жестокие, утверждали поляки. Московиты хотят завоевать все окрестные земли. Московиты — не рыцари, они не умеют вести войну красиво и благородно, как жители Европы. Во всей Европе они хотели бы завести такие же дикие порядки, как в Московии. Европейцам очень повезло, что поляки и литовцы остановили московитов и не пустили их в Европу.

Если Европа не хочет нашествия московитов, она должна поддерживать Речь Посполитую. Морально, так сказать, и материально. Только Речь Посполитая может остановить московитов, потому что ее солдаты — смелые рыцари, защитники традиционных европейских ценностей.

Откровенно говоря, Ливонская война 1558–83 годов была агрессивной абсолютно для всех ее участников. Начала эту войну Московия нападением на Ливонский орден, который, правда, до того много раз сам нападал на русские земли. Ливонский орден мгновенно развалился, и Швеция, Польша, Великое княжество Литовское и Дания одинаково попытались урвать в Прибалтике как можно больше земель. У России чисто с теоретической точки зрения даже было больше «исторических» оснований для таких захватов: она искала выходы к морю, стараясь вернуть себе земли Древнего Новгорода. Впрочем, ООН в те времена не было, и теория вопроса никого особенно не интересовала.

Но что уже интересно нам, в рамках нашего исследования, — Ливонская война стала источником новой порции черных мифов о России. Московитов обвиняли в страшной жестокости, в несоблюдении законов войны (при том, что невероятную жестокость, по понятиям XXI в., в ходе войны проявляли абсолютно все).

Поляки придавали огромное значение политической пропаганде. В конце концов, объединение Польского королевства и Великого княжества Литовского в 1569 году означало, что в состав польского государства вошла значительная историческая часть Руси. Были присвоены исконные русские земли. Кто же тут агрессор?! Однако Польша хотела хорошо выглядеть в глазах всей остальной Европы. Польская пропаганда работала на нескольких языках и по нескольким направлениям на всю Европу. И, надо отметить, работала эффективно.

«Стефан Баторий». Гравюра со старинного портрета.

В 1579 г. в его войсках появилась походная типография. Благодаря чуду техники XVI в. весь мир должен был узнать об агрессивности русских (при том, что агрессором тогда была сама Польша).

В 1579 году в войсках Стефана Батория даже появляется первая в Восточной Европе походная типография. Руководитель этой типографии с простонародной фамилией Лапка получил впоследствии шляхетское достоинство и дворянскую фамилию Лапчинский.

Придворные литераторы Стефана Батория и его походная канцелярия продолжали лучшие традиции «оршанской пропаганды». Москву заранее обвинили в «имперских амбициях», хотя в Московии никаких «антиевропейских» планов не было тогда и в помине. Да и слова «империя», похоже, при дворе Ивана Васильевича не знали.

Тогда же в конце Ливонской войны и в ходе Смутного времени в Европе появились первые планы завоевания и расчленения России.

Украину и Крым нам простили

В Речи Посполитой, союзном государстве Польши и Великого княжества Литовского, южные русские земли, будущая Украина, оказались в составе Королевства Польского. Православное население Руси жестоко притеснялось поляками-католиками, которые называли православное крестьянство коротко и ясно — быдло, то есть попросту говоря — скот, скотина. С 1600 по 1640 год на Украине вспыхнуло до ста восстаний со стороны православного населения. С 1648 года отдельные очаги восстания сливаются в единый пожар под руководством Богдана Хмельницкого.

Не будем изображать этого сложного человека как святого народного заступника и сторонника единого русского государства. С Польшей он начал войну в основном из-за амбиций, денег и личных обид: худородных, но гордых Хмельницких затирали богатые магнаты, князья Вишневецкие. Доходило до частной войны: нападений вооруженных отрядов на имения враждовавших семей. Во время одного из таких нападений враги не только сожгли и разграбили имение Богдана Хмельницкого, но и запороли насмерть его 10-летнего сына.

История дичайшая, конечно, и ничего кроме жалости к несчастному ребенку испытывать невозможно. Но история вполне в духе тех времен. В духе нравов феодальной вольницы, воевавшей друг с другом отчаянно и жестоко.

По-мужски совершенно понятно стремление Хмельницкого отомстить и расправиться с врагами. Вот, кстати, кто уж отомстил за поруганную честь семьи так отомстил! Богдан воспользовался тем, что польская корона не всех желавших казаков включала в так называемые реестры. Реестровые казаки считались служащими «польской короны» и получали от государства вооружение и жалование при довольно расплывчатых «служебных обязанностях». Не включенные в списки, естественно, непременно хотели туда попасть… Война казаков с Польшей первоначально вспыхнула именно для того, чтобы включить в реестр как можно больше казаков. По современным понятиям складывалась довольно забавная ситуация: военнослужащие, не поставленные на воинский учет и лишенные «пенсии», объявляют войну государству, при этом их главное требование — возьмите нас на службу в армию! Уже на волне первых военных успехов и появились личные амбиции Богдана: он захотел основать свое государство — то ли Княжество Русское в составе Речи Посполитой, то ли независимое от всех Герцогство Чигиринское. Но начиналась эта война именно с одержимости Хмельницкого, его личных обид на правящих в Польше магнатов, особливо на клан Вишневецких. Не могу не удержаться от констатации очевидного факта.

Богдан Хмельницкий.

Неоднократно обращался от имени Малороссии (Украины) к Алексею Романову с просьбой принять ее в состав Российского государства. За что современными украинскими историками считается «предателем национальных интересов».

В общем к народу Богдан относился с таким же отвращением, как и польская шляхта: после сражения под Берестечком (1651 г.) могилы казаков вырыли отдельно от могил крестьян-ополченцев, ведь казаки считали себя более высокородными, «не быдлом» и не хотели лежать вместе со «скотиной».

Не в силах один воевать с Польшей, Богдан Хмельницкий заключил союз с Крымским ханом. Разумеется, из всякой междоусобной войны славян друг с другом крымчаки и так извлекали свою пользу: набегами, похищениями людей, грабежами, угоном скота. Но тут было другое: повстанец, русский православный человек, вступил с «поганым» Крымским ханом в СОЮЗ. И с тех пор все сражения, которые выиграл Богдан Хмельницкий, он выигрывал только и исключительно с помощью своих союзников-татар. Стоило этим сомнительным «союзничкам» в очередной раз изменить, и Богдан тут же терпел от польских войск поражение.

Наконец Хмельницкий осознал эту нехитрую закономерность и понял, что сам победить Польшу никогда не сможет. И тогда он обратился к Москве. Как принято говорить, изъявил желание «привести Украину под державную руку Царя Московского». Наши долго сомневались, но в итоге все же втянулись в войну.

Сразу определим, что в те времена никто понятия не имел о таком народе — украинцах. По представлениям и Европы, и Руси, в самой Московии, и в Речи Посполитой, и в австрийских владениях Габсбургов, в Карпатах жили русские — люди одного народа. В октябре 1653 года Земской собор после длительного обсуждения и колебаний согласился признать русских-русинов Речи Посполитой подданными Москвы и принять их под свою опеку. Спустя три месяца, в январе 1654 года, в Переяславле совет-рада провозгласил «вечный союз» между Украиной и Великороссией.

Новыми подданными царя стали 700 тысяч человек. Это число обладает редкой в истории достоверностью. Присяга была принесена «всем русским народом Малой Руси», 127 тысячами мужчин. С домочадцами — как раз 700 тысяч. Между прочим, участники Земского собора понимали, что теперь неизбежно будет война с Польшей, а воевать и оплачивать военные расходы придется им самим (в Москве были собраны в том числе представители купечества и свободного крестьянства).

Так и получилось.

Русско-польская война 1654–67 годов велась между Московией и Речью Посполитой за территорию Украины. В ходе этой войны Богдан Хмельницкий не раз обманывал своих московских союзников, наводил на них татар, разрывал союз, да и вообще врал постоянно. Русские войска при том параллельно воевали с крымскими татарами, не в силах считать их своими союзниками даже на время.

В итоге татары обратились к своим стародавним друзьям — туркам, у которых кровавая круговерть на Украине вызывала похотливый соблазн отхватить и себе кусочек пожирнее.

На войну Московии с Речью Посполитой Европе было глубоко наплевать. Так, захудалая война на краю цивилизованного мира. А вот Турция — это враг всей христианской цивилизации.

Турция угрожала не одной Речи Посполитой и Московии, но и немецким землям по Дунаю и в Богемии. Мгновенно возникла коалиция Московии с Австрией, Пруссией и Речью Посполитой против «общего врага» — Турции.

До 1676 года «оршанская пропаганда» мало кого волновала, потому что никому не было дела до славянских разборок из-за какого-то неведомого Смоленска. Но в конце XVII века Московия «вдруг» понадобилась Европе как ценный союзник.

Турецкая (Оттоманская) империя угрожает Европе. В планы турок входит захватить Польшу, Германию, земли Австрийской империи, в том числе Чехию, Словакию и Венгрию.

Часть этой турецкой агрессии — жестокая, кровопролитная война России с Оттоманской империей в 1676–81 годах. В ней наша армия оказывается вполне в состоянии бить турецкую.

В конце июля 1677 года стотысячная армия Ибрагим-паши выступила к Чигирину, — этот городок оказался политическим и военно-стратегическим центром всей Южной Украины.

Чигирин отбил несколько штурмов, его защитники даже устраивали диверсионные вылазки в турецкий лагерь. А подошедшая русско-украинская армия под командованием генерала Григория Григорьевича Ромодановского и гетмана Самойловича в генеральном сражении наголову разбила турок. Поражение Ибрагим-паши было без преувеличения позорным, катастрофическим, потеря армии — полнейшей.

Но вскоре новая турецкая армия опять стояла под Чигирином и разворачивала осадные работы.

В итоге разыгралась грандиозная затяжная битва. Был момент, когда Ромодановский, по мнению других воевод, упустил время (буквально несколько часов) для полного окружения турецкой армии. В конце концов русская армия покинула дымящиеся развалины Чигирина и отступила. Но и у турецкой армии уже не было сил воспользоваться возможной победой. Турки какое-то время вроде как шли следом, но даже не пытались атаковать. Ведь армия Московии не разгромлена! Наши отходят, но отходят в полном порядке, с барабанным боем и под знаменами, при появлении неприятеля тут же разворачивают пушки.

И турки не только не нападают больше на армию Г. Г. Ромодановского. После Чигирина они вообще ни разу не напали на Московию! Если даже Чигирин — это поражение, то поражение не в большей степени, чем Бородино. Из-под Бородина русские войска тоже ушли, открыв Наполеону путь к Москве.

На этом турецкая агрессия не закончилась: в 1683 году турецкое нашествие затопило Центральную Европу — Венгрию, земли Австрийской империи Габсбургов.

Получается, Оттоманская империя еще не истощила своих сил, еще готова была воевать дальше, но против кого? Вот с Московией воевать она уже не хотела и сосредоточилась на, как им казалось, более слабом (или более богатом?) противнике. Двинулась на Европу, на Австрийскую империю и Польшу.

Поляки до сих пор гордятся тем, что Ян Собеский в 1683 году под Веной разгромил турецкие армии, остановил грандиозное по масштабу, грозившее неисчислимыми бедствиями мусульманское нашествие.

Но интересное дело: «Чигиринские походы» 1677–78 годов у нас — не знают совсем. Жаль — это очередное пренебрежение собственной позитивной историей. Можно было сотворить из Чигирина историю не меньшего пафоса, чем оборона Вены от турок. Зато в Европе Чигирин знают лучше, чем в России. Почему? Ответ прост: это — важный эпизод войн, которые вели с Оттоманской империей страны христианского мира. Европа сплачивалась против общего грозного врага. Россия была вместе с Западом.

И поэтому никто опять не считает Россию агрессором и никто ее не обвиняет в стремлении разгромить Турцию, захватить Крым и отвоевать Причерноморье. С точки зрения Европы, это были глубоко разумные, гуманные и в высшей степени закономерные желания. Ведь Турция была цивилизационным врагом, форпостом «агрессивного ислама», и борьба с ней любых христианских государств только одобрялась.

Семилетняя война

Мы, русские, либо ломаем себе шею, либо одерживаем победу. И чаще мы побеждаем.

С. Эйзенштейн

В ходе Семилетней войны 1756–63 годов можно было легко обвинить Россию во всех смертных грехах: воевала она не на своей территории и вполне реально могла сделать большие территориальные приобретения. Например, «отхватить» половину Пруссии, вместе с Берлином.

Русская армия вторгается в Восточную Пруссию. Наши берут Мемель, затем громят пруссаков при Гросс-Егерсдорфе.

В сущности, Пруссия уже проиграла войну, Герцогство Курляндия и Восточная Пруссия остаются за Россией. Капитуляция и расчленение Пруссии на несколько частей не состоялось только в силу особенностей русской политики.

Не состоялись потому, что Российская империя на пике успеха внезапно… вышла из войны. Удивительная фортуна для немцев: при выходе из церкви падает без сознания Елизавета Петровна. Она так и лежит около двух часов — ее боятся трогать, потому что медицина того времени запрещает трогать людей, когда у них «удар».

После смерти Елизаветы Петровны престол должен перейти к ее племяннику, Карлу Петеру Ульриху, крещенному в православие как Петр Федорович. Петр Федорович, будущий Петр III, — фанатичнейший поклонник Фридриха Прусского. Все знают, что едва он взойдет на престол, тут же быть союзу с Пруссией.

Елизавета лежит на земле… Надо заметить, что в XVIII веке с коммуникациями было несколько сложнее, чем сегодня: ни мобильного телефона, ни банального телеграфа для связи с войсками. Поэтому в действующую армию немедленно скачет гонец и везет весть о «возможной» смерти Елизаветы. Едва получив это известие, главнокомандующий армией, действующей в Восточной Пруссии, Степан Федорович Апраксин, тут же поворачивает назад, к Петербургу.

Историки до сих пор гадают, кем был Апраксин: изменником? Придворным трусом, боявшимся немилости будущего императора больше, чем поражения в войне? Или он участник большого заговора против Петра III? Некоторые историки считают, что заговор возглавлялся самим канцлером Бестужевым. В случае смерти императрицы заговорщики планировали не отдавать престол Петру Федоровичу, в их планах было провозгласить императором малолетнего Павла Петровича (он родился в 1754 г.). Екатерина — регентша, канцлер Бестужев — фактически диктатор. Апраксин ведет войска в Петербург, где в случае гражданской войны они окажутся необходимы.

Так это было бы или не так, установить сейчас трудно, потому что царица Елизавета с земли вскоре поднялась.

Елизавета оправилась. Апраксин умер во время допросов «с пристрастием», устроенных ему Тайной канцелярией. Канцлер Бестужев якобы долгий вечер сжигал в камине какие-то документы (можно догадываться какие).

Но история уже изменилась. Не будь этого внезапного прекращения войны, Семилетняя война сделалась бы двухлетней и окончилась бы уже весной 1758 года. А у России навсегда оставалась бы как минимум вся Восточная Пруссия.

Однако война продолжилась, русская армия опять развернулась и в начале 1758 года вошла в Кёнигсберг.

Ф. Рокотов. Портрет Петра III.

Екатерина была вынуждена максимально дискредитировать своего мужа в глазах потомков. Как иначе она могла объяснить свое появление на троне?

Пруссаки во всей Восточной Пруссии присягнули на верность императрице Елизавете. До окончания Семилетней войны, вернее, до нелепейшего выхода из нее Российской империи в 1762 году Восточная Пруссия четыре года входила в состав Российской империи. Пруссаки платили налоги, вели себя совершенно лояльно к «кайзерин Елизавет» и Российской империи. Они совершенно не собирались выходить из ее состава, как только окончится война.

Вообще же война затягивалась. Только через год новый русский главнокомандующий П. С. Салтыков не спеша начал наступление, угрожая непосредственно Берлину.

Пытаясь остановить русских, Фридрих потерпел еще одно и совершенно полное поражение при Кунерсдорфе. 48 тысяч человек привел на поле Кунерсдорфа Фридрих; 19 тысяч из них так и остались навсегда на этом поле. Множество солдат, как всегда бывало при поражениях прусской армии, разбежалось. Путь на Берлин был открыт…

Детали этой удивительной битвы, выигранной не столько благодаря стратегическому плану или активности русского командования, сколько энтузиазму, самостоятельности и отважному напору русского офицерства, по сути взявшего на себя инициативу и вне общего плана сражения обратившего дотоле «непобедимого» Фридриха в паническое бегство, — все это ярко живописуется в замечательном фильме про гардемаринов («Гардемарины, вперед!», «Виват, гардемарины!», «Гардемарины-3»).

Но на этот раз завершить войну решительным ударом помешали союзники австрийцы: Австрия боялась «чрезмерного» усиления Российской империи. Ее армия прекратила наступление, и сделала все, что было в ее силах, чтобы задержать движение русских войск.

Отметим, что мощи России всерьез испугались не враги, а союзники. Война опять затягивалась, на этот раз не по вине России.

В этом окончательном периоде войны России принадлежит исключительный успех: в 1760 году русские войска взяли Берлин. Оккупация длилась всего две недели, но это ведь была оккупация не чего-нибудь, а столицы вражеского государства! Жители Берлина встречали русскую армию настороженно, но не как страшных врагов. В Пруссии было много сторонников того, чтобы войти в состав Российской империи, — Фридрих с его культом армии и вечными войнами всем изрядно надоел, а тут появилась возможность оказаться в большом и стабильном государстве, зажить спокойнее и приятнее.

К концу 1761 года у обескровленной Пруссии уже не было сил продолжать войну. Спорить можно было только о том, каковы будут условия капитуляции и останется ли вообще на карте такое государство — Пруссия? Но тут опять сказались внутренние события в России: 25 декабря 1761 года все-таки умерла Елизавета Петровна. Давно сослан канцлер Бестужев и прочие заговорщики рангом поменьше. Увы, ничто и никто не мешает германофилу Петру Федоровичу взять власть. Первое, что делает новый император, — прекращает военные действия, более того — возвращает Фридриху все занятые прусские территории (включая Восточную Пруссию).

Далее совсем грустно — он придает армии Фридриха (!) корпус генерала 3. Г. Чернышова. Мало того, что купленная русской кровью победа не дала никаких результатов, так еще генерал, бравший Берлин, теперь помогал пруссакам очищать Силезию и Саксонию от вчерашних союзников-австрийцев.

24 апреля 1762 года Петр III официально заключил с Фридрихом союзный договор, спасая уже окончательно погубленную Пруссию.

Вскоре Екатерина II свергнет Петра III и сама сядет на престол. Одним из первых ее указов будет разрыв союзного договора с Фридрихом. Но дело даже не в этом жалком договоре — ему исходно была суждена убогая судьба. Дело в том, что российский император Петр III фактически спас Пруссию от полного разгрома. Петр III — «агент влияния», как бы сказали сегодня профессионалы из контрразведки. Добровольный диверсант, шпион на общественных началах.

В который раз события в Европе зависели от внутренней российской политики.

Одно это могло бы породить поток обвинений по отношению к России и русским… в чем угодно.

Россия, воюя в самом центре Европы, показала свою способность громить сильнейшие европейские армии и перекраивать карту Европы.

Всем очевидно, что Россия сыграла главную роль в разгроме Фридриха. Ее уже боятся. Ее уже пытаются остановить. Жители Восточной Пруссии (этнические немцы на 90 %) присягнули на верность Елизавете Петровне. Продли Господь еще на пару лет дни Елизаветы Петровны, и не только Восточная Пруссия, но и Западная, с Берлином, могла бы войти в состав Российской империи.

В Семилетней войне Россия впервые участвовала в европейской политике на равных, как одна из великих держав. Некоторые историки даже считают, что именно в ходе этой войны мы впервые стали субъектом большой европейской политики. Политика велась агрессивными, жестокими средствами. Но это, увы, в духе того времени. Россия ничем не была хуже других, даже выигрывала в чем-то: не зря же немцы в Восточной Пруссии хотели войти в состав Российской империи. А вот жители Померании входить в состав Швеции не просились, и жители Ганновера были в ужасе от французской оккупации.

Во-вторых, европейские державы в этой войне были большими агрессорами, чем мы. И вели они себя намного эгоистичнее. Любопытно, что в ходе Семилетней войны у русских солдат сложилось довольно пренебрежительное отношение к европейцам, в том числе и к союзникам. Французов стали называть «лягушатниками» не во время нашествия Наполеона на Россию, а как раз в эту эпоху.

Что же до союзников Пруссии — британцев, то именно тогда появилась одна солдатская песня. Она грубая, но привести ее стоит. Речь в ней идет о герцоге Мальборо, предке Уинстона Черчилля, одном из командующих британской армией.

  • Мальбрух в поход собрался.
  • Нажравшись кислых щей.
  • В походе обосрался
  • И помер в тот же день.
  • Четыре генерала
  • Портки его несли,
  • А двадцать два капрала
  • Говно из них трясли.
  • Его похоронили,
  • Где рядом был сортир,
  • А сверху положили
  • Обосранный мундир.
  • Жена его сидела
  • На траурном горшке
  • И жалобно пердела
  • С бумажкою в руке.

Дальше следуют еще пять куплетов, для печати совершенно непригодных.

Такое сильное впечатление произвели на русских трусливость британских войск и непоследовательность их командования.

В-третьих, русские войска в ходе Семилетней войны не раз покрыли себя неувядаемой славой. Ведь именно мы наголову разбили «непобедимого» Фридриха Прусского.

Действительно ли русские наступали вопреки приказам робкого начальства, как это показано в фильме про гардемаринов, — не уверен… История о таком эпизоде умалчивает.

Но история много чего сообщает не менее важного.

Страницы: «« ... 910111213141516 »»

Читать бесплатно другие книги:

Клэр Харт-Матиас гордится тем, что у нее было прекрасное детство. Но после того, как на ее глазах не...
Книга посвящена современной геополитике. В ней дается исторический очерк данной науки, раскрываются ...
В пособии раскрываются основные категории, процессы и закономерности развития современного публичног...
Перед вами краткое руководство по преображению жизни с помощью позитивного мышления и фэншуй, основа...
Перед вами краткое руководство по прекрасному преображению жизни с помощью позитивного мышления и фэ...
Эта книга – сборник рассказов известной православной писательницы монахини Евфимии. Эти истории не п...