Терминатор и Дюймовочка Бадин Андрей

На кухне Витек приготовил вкуснейшую яичницу из десятка яиц.

— Давайте быстрее, а то остынет, — прошептал он.

Виктор боялся разбудить дочку, поэтому говорил вполголоса.

— Мальчики, у меня для вас сюрприз, — негромко произнесла Нина, когда сели за стол. Она встала, открыла холодильник и достала оттуда большую бутыль французского шампанского.

— Фирменное — сто двадцать долларов за бутылку. Муж сестренки обожает его, вот и хранит одну в ящике. — Нина поставила бутылку на стол, и зеленое стекло моментально запотело и стало матовым. — Выпьем, сбросим нервное напряжение, а то сегодня для нас всех был трудный день.

— Выпить, конечно, можно, — произнес Демин и сглотнул прихлынувшую слюну.

— Я сейчас принесу бокалы, а вы пока открывайте посудину. — Девушка вышла, а Алексей взял бутылку и внимательно посмотрел на пробку. Затем медленно снял фольгу, освободил проволочное ушко и начал вращать его, распутывая металлическую веревочку. Через мгновение зажал деревянную, с фирменной эмблемой пробку и, осторожно выпустив газ, откупорил шампанское. Поднес горлышко к носу и принюхался, вдыхая чудный аромат отменного вина.

— Настоящее французское шампанское, а не тот суррогат, которым травят русский народ.

— Ты такое пил? — спросил Витя.

— Конечно, пил. Я и лучше пил, и дороже. Когда по делам фирмы попадал за бугор, то питался в лучших ресторанах, ел и пил все самое лучшее, благо долларами нас обеспечивали сполна.

Вошла Нина и принесла три больших хрустальных фужера с ажурной резьбой по стенкам. Она поставила их на стол и произнесла:

— Разливай, Алексей.

Леха, как заправский «халдей», налил немного в свой фужер, затем в Нинин и только потом в деминский. Свой он наполнил последним.

— О, гляньте-ка, — удивился Витя, — в три бокала вошла вся бутылка, ни капли не осталось.

— Так задумано, чтобы вино не выдыхалось, — пояснил Леха.

— Давайте пить, пока яичница не остыла, — предложил Демин и хотел пригубить вина, но Нина его остановила:

— Надо сначала произнести тост, пожелание, чокнуться, а уже потом выпить.

— Ну, давайте.

Они, как по команде, подняли бокалы.

— За то, чтобы у вас все было хорошо, — сказала медсестра.

— Чтобы вы с дочерью добрались до Америки и операция прошла успешно, — добавил Алексей.

— И чтобы бандиты нас больше не преследовали, — закончил сам Демин.

— Пьем до дна, чтобы исполнилось, — сказала Нина и медленно выпила шипучий напиток. Алексей и Виктор осушили бокалы в мгновение ока и перевели дух.

— Класс, — крякнул Витя, — вот это вино, я понимаю.

— Дорогой напиток — сразу чувствуется, — добавил Алексей. — Ой, я за выпивкой совсем забыл, что обещал Кате принести воды или сока. Она тоже пить хочет. — Он быстро встал, взял с полки красивый стакан, помыл его под струей воды, потом наполнил апельсиновым соком и понес в спальню.

— Посмотри, Светланка спит? — вдогонку произнес Демин.

Через несколько минут Алексей вернулся и тут же набросился на яичницу и смолотил ее за несколько секунд.

— Кто много, с аппетитом кушает, тот обладает отличным здоровьем, силой и способен много раз подряд удовлетворять женщину, — с улыбкой произнесла немного захмелевшая Нина и, заигрывая, взглянула на Алексея.

Тот никак не отреагировал, зато Витя выдал на этот счет реплику:

— Леха у нас не просто амбал — он гигант, столько кушает, что может полк баб удовлетворить, но этого не делает по одной простой причине.

— По какой? — удивилась медсестра.

— А вот по какой. — Демин поднял указательный палец, затем встал со стула и вдруг пошатнулся, осел и плюхнулся на паркетный пол. Алексей удивленно взглянул на обескураженную Нину, вскочил и бросился к другу. Наклонился над Витьком, но вдруг перед глазами у него все поплыло, голова закружилась, он качнулся, потерял сознание и упал на паркет рядом с другом.

— Вот так, — с улыбкой произнесла красавица Нина и закинула свою длинную загорелую ногу на сервированный стол.

Она посидела так с минуту, посмотрела на свои покрытые заморским лаком ногти, а потом встала, подошла к парням и поочередно ткнула каждого пяткой в бок.

— Спят беспробудным сном, будто сурки в норке, — довольно произнесла медсестра и направилась в спальню.

Там она проверила, спят ли дети, и, убедившись, что те видят уже десятый сон, вынула из-под кровати сумку с деньгами и двинулась в гостиную. Там устало развалилась в большом кожаном кресле, открыла «молнию» на сумке и взглянула на толстые пачки стодолларовых купюр. Затем взяла с журнального столика трубку радиотелефона, набрала номер и стала ждать.

Глава 15

— Как вы, козлы, могли его упустить? — громыхал взбешенный Герман.

Фома и Газила стояли перед ним навытяжку, а он, будто Наполеон Бонапарт, расхаживал перед ними, как перед своим опростоволосившимся войском. Ему только треугольной шляпы, высоких сапог и сабли не хватало. Да и французского акцента.

— Кто мне объяснит, что произошло? — гремел зычный бас в стенах пустого ночного здания.

— Он сбежал, вот что произошло, — только и сказал Фома.

— Я вижу, что он сбежал, а как?

— У него не было на руках наручников, — добавил Газила.

— Как он снял специальные американские наручники из прочной стали? Порвал, что ли?

— У него браслеты на запястьях остались, а цепь оказалась перекушенной, — Фома все еще пошатывался после сильного удара в челюсть. Впрочем, качало и Газилу. Ему тоже досталось от Лехи. Только Герман был пока не бит, но это было лишь вопросом времени. — Я точно помню, что цепь была разорвана.

— Чем он ее перекусил, зубами, что ли? — ругался босс.

— Наверно, Катька Репутатская ему кусачки принесла или пассатижи, — предположил бригадир.

— С какой стати дочь Репы станет ему помогать? — Герман удивленно взглянул на Фому.

— Я не знаю с какой стати, может, они скорешились, но он без нее из здания не уходил. Он, когда меня захватил, несколько минут плутал по коридорам и залам, искал чего-то. Я думал, он выход ищет, но мы мимо двери два раза прошли, а на улицу не вышли. Значит, он Катьку искал. А после того как она его из темноты окликнула, он мне влепил и… Дальше не знаю, что было.

— Они вдвоем сбежали, потому что Катьки тоже нет, — добавил Герман.

— Вы же видели запись — она сама показала, где у отца сейф, и сама открыла его. — Фома погладил рукой ноющую, плохо двигающуюся челюсть.

— Почему она помогает тем, кто ее в плен захватил, а не нам? — задумался босс.

— Я слышал, есть то ли швейцарский, то ли шведский синдром, точно не помню, как он там называется, — начал объяснять бригадир. — Это когда заложники начинают сочувствовать своим захватчикам. У них от страха крыша едет, вот они и начинают им помогать. А она ребенок, дитя, и потом, ты же видел, как с ней Репа обращается. Он ее по щекам хлещет, а террористы, видно, к ребенку ключик подобрали и пользуются.

— К тому же у этого Демина дочь того же возраста, что и Катька, и смертельно больна. Вот Репутатская ей и симпатизирует.

Герман сел в кресло, а бойцы продолжали стоять как столбы.

— Зря мы ввязались в это дело, чует мое сердце, добром оно для нас не кончится, — босс покачал головой.

— Надо довести его до конца и отомстить этому…

— Коновалов, Алексей Алексеевич Коновалов его зовут, — Герман взял трубку и позвонил домой своему другу полковнику МУРа Жабову. Было семь часов утра.

Ответа долго не было, но наконец на том конце линии заспанный голос произнес:

— Да. Полковник Жабов слушает.

— Николай Степанович, это Герман, здравствуйте. Извините, что в такой ранний час, но дело безотлагательное.

— Да, Герман, я весь внимание, — промямлил тот.

— Мне нужно срочно узнать про некоего господина.

— Что узнать?

— Всю имеющуюся у вас информацию. Кто он, чем занимается и т. д. и т. п.

— У вас есть его имя, фамилия? — спросил полковник.

— Да, записывайте. — Герман сделал паузу. Он ждал, когда милиционер возьмет авторучку.

— Слушаю, — наконец сонно выговорил тот.

— Коновалов Алексей Алексеевич, — Герман открыл паспорт Алексея и зачитал данные.

— Так у вас вроде все имеется, — удивился полковник.

— Мне надо знать, имеется ли на него что-нибудь в вашем архиве. Где он работает, чем занимается, сидел или нет. В общем, все, что у вас есть.

— Понял, сделаю.

— Буду вам очень благодарен.

— Кстати, Герман, может быть, у вас появились какие-нибудь данные о том, что произошло с вашими парнями? — вдруг спросил его полковник.

Герман на секунду замолчал. Он понял, что полковник — хитрый лис, подозревает, что информация на Коновалова ему нужна в связи с разборками, устраиваемыми его бойцами.

— Информация у меня скоро будет, и я вам позднее сообщу некоторые детали.

— Хорошо, — ответил полковник, — как только я что-то узнаю, то вам позвоню.

— Попрошу вас как можно быстрее, — Герман попрощался и повесил трубку.

Жабов положил телефон на стол, лег на кровать и закрыл глаза: «Мафиознику срочно нужны «наводки», это хорошо, это предвещает хороший куш. Куплю себе новый автомобиль, — думал он. — Герман что-то знает про разборки с его парнями, но молчит. Хрен с ним, его же люди пострадали, лишь бы заплатил».

Сон каменной стеной навалился на служителя закона, и он погрузился в царство Морфея.

— Мент, козел, допытывался о нашем деле, — злился Герман.

— Пошли его ко всем чертям, — посоветовал Фома.

— Естественно, деньги в зубы, и будет молчать, как рыба, — иначе грохнем. — Герман встал и пошел по комнате. — Веник не звонит. Как только амбал сбежал, я ему дал команду задержать Демина и его дочку, но, видимо, что-то произошло, раз он молчит.

— Наверное, он не смог это сделать, — покачал головой бригадир.

— Демин — это не Коновалов, его-то можно было в одиночку сцапать. К тому же у Веника пистолет под мышкой.

— Что-то произошло.

— Наверное. Я звонил ему, но ни рация, ни мобильный телефон не отвечают.

Вдруг раздался звонок. Герман бросился к столу, схватил трубку и…

— Да, — рявкнул он.

— Дорогой мой пупсик, — ласково промурлыкал в трубке приятный женский голос. — Это я, твой мотылек.

— Привет, — облегченно выдохнул босс, и его лицо расплылось в лучезарной, не свойственной бандиту улыбке.

— Твое задание выполнено, и все эти, как ты их называешь, «очень опасные террористы», как колотые дрова, валяются на кухне. Я их, говнюков недобитых, гнойных прыщей, перехитрила и уделала в три секунды, не то что твои хваленые «крутые кулаки». Было проще пареной репы. Их девочки спят в спальне и ни о чем не подозревают, а сами они на кухне на полу обнимаются, как два пидора.

— Молодец, Лилечка, целую, — Герман весело подмигнул удивленным братанам.

— Но был один инцидент, — девушка замолчала.

— Что такое?

— Твой отмороженный бандит, водитель джипа, чуть меня не пристрелил.

У Германа челюсть отвисла от негодования.

— Он, конечно, не знал, что я твоя леди, и про мое задание не знал. Но он — гнутый урод, падла, мразь навозная — мог запросто меня грохнуть.

— Как это произошло? — Босс от ярости захрипел.

Нина, а именно под этим именем ее знали до сих пор, рассказала Герману о том, что с ними произошло, и, конечно, несколько раз подчеркнула, что в «крутых кулаках» работают одни тупые, ужаленные бешеными осами отморозки. Она также рассказала, как Алексей Коновалов спас ей жизнь.

— Ладно, я с Веником разберусь, — пообещал Герман, — мы к тебе выезжаем, а ты будь поосторожней, — напоследок предупредил он. — От амбала ничего хорошего не жди.

— Он спит, как неоперившийся птенец в гнезде, как улитка в домике, как рак в панцире, его можно даже в попку оттрахать — он не проснется, — самонадеянно заверила Лиля и повесила трубку.

Лилия Шманцздорф была любовницей Германа, и именно ей он поручил секретное задание — устроиться в госпиталь медсестрой и пару дней побыть рядом со Светланой Деминой. Естественно, она сменила имя и фамилию. Герман хотел положить лапу на украденные деньги, а заодно и разобраться с обидчиками — Алексеем и Виктором. Бандитский босс никому не прощал оскорблений и жестоко за них мстил.

Лиля втерлась в доверие к Светлане и путешествовала вместе с ней сначала до офиса «крутых кулаков», затем обратно в госпиталь и далее к себе на квартиру. Именно в ее роскошных, подаренных Германом апартаментах находились Алексей, Виктор, Катя и Света.

Герман положил трубку и обратился к Фоме:

— Беглецы нашлись. Они попались в ловушку и теперь спят в квартире Лильки.

— Не думал я, что они так просто попадутся, — покачал головой Фома.

— А куда им в ночной Москве деваться? В госпитале оставаться опасно, в гостинице тоже, на вокзал с больным ребенком еще хреновее, вот и примчались к ней на хату. Прямо в капкан.

— Да, твой расчет оказался точным.

— На сто процентов я не был уверен, но…

Фома знал о секретном плане Германа, он был знаком с Лилей и в «Навигаторе» разыгрывал комедию. Герман также блефовал, когда сообщил Алексею о том, что у него сел аккумулятор в телефоне. Все это было великолепной актерской игрой, частью плана по возвращению пропавших денег. Он хотел прикарманить двести тысяч долларов и Альфреду Репутатскому об этом не сообщать.

Герману было глубоко наплевать на больную дочку Виктора, на умирающих в больнице детей, он думал только о деньгах и о своем поруганном имидже крутого мафиозного авторитета. Он не собирался никого отпускать в США, он юлил, играл, блефовал с единственной целью — заполучить деньги Репутатского. И Фома помогал ему в этом. Не было бы Лилии-Нины, Герман никогда бы не отпустил из офиса Виктора Демина и его дочь, а так он на сто процентов был убежден, что его проверенная в деле дама выполнит приказ.

— Собирайтесь, едем к Лильке, — рявкнул Герман и встал. — И возьмите с собой всех имеющихся в наличии бойцов. Всех! Хватит им без дела сидеть, штаны протирать.

Фома достал рацию и скомандовал полный сбор, назвав адрес Лилии Шманцздорф.

— Дуба возьмем? — спросил бригадир у Германа.

— Возьмем, нечего ему отсиживаться на нарах, пусть пашет, на деле докажет, что не зря носит высокое звание «крутого кулака». Кстати, Репе ничего не говори, он кашу заварил, мы из-за него попали на деньги, и поэтому мы его кинем с этими двумястами тысячами баксов.

В ответ Фома многозначительно кивнул.

Герман в сопровождении Шамана, Фомы, Газилы, Дуба и еще пятерых «крутых кулаков» расселись в три машины и выехали из гаража. Они все были при оружии, в бронежилетах и с рациями.

Сидевший все это время в соседней комнате Альфред заподозрил неладное, и, когда братаны спешно уходили, он пристроился к Герману и на ходу спросил:

— Ну как, развязали язык этому амбалу?

— Нет, он сбежал, и мы сейчас едем его брать.

— А мне что делать?

— Ты езжай домой и жди моего звонка. Как только что-то выясню — дам знать.

— Можно мне с вами?

— Нет. Хочешь, чтобы тебя пристрелили?

Альфред сразу отстал, но, подождав, когда бандиты отъедут, сел в свой «Мерседес» и поехал за ними на приличном расстоянии. Он не доверял боссу, а предчувствие ему подсказывало, что тот затеял какую-то подлость по отношению к нему. Альфред боялся, что Герман узнает от амбала, где ключ от сейфа, каким-нибудь образом проникнет в его квартиру, вскроет его и прикарманит два миллиона долларов. Бандиты есть бандиты, от них всего можно ожидать, и доверять им нельзя. О том, что пропала его дочь Катя, Альфред даже не вспомнил. Его беспокоил сейф, ключ от него и потерянные двести тысяч долларов.

Нина-Лиля положила трубку, развалилась в широком кожаном кресле, по привычке возложив ноги на низенький журнальный столик, и поднесла к лицу ладонь. Покрытые алым лаком холеные ногти хищно сверкнули. Вдруг у ее левого уха что-то щелкнуло. Нина вздрогнула, повернула голову и с ужасом увидела направленный ей в висок ствол автомата Калашникова. Увидев оружие, она вскрикнула, но настоящий ужас ее охватил только после того, как она увидела того, кто его сжимал. Это был Алексей Коновалов.

— Это ты меня хотела в попу трахнуть? — зло выпалил он.

Испуганная девица открыла рот, но не смогла произнести ни слова.

— Конец комедии, цыпочка, пора разоблачаться. — Леха зло взглянул на красавицу, обошел столик, уселся в кресло напротив и положил оружие на колени.

— Ты… — только и произнесла Нина.

— А кого ты еще хотела увидеть, твоего босса Германа? — прищурился Леха.

— Я, я, я… — промямлила испуганная девица. — Ты меня неправильно понял.

— Заткнись, правильно я тебя понял, — Леха был зол и слушать липовую медсестру не желал. — Я внимательно осмотрел пробку шампанского и убедился, что она была не тронута. Значит, подумал я, ты смажешь наши бокалы сильным быстродействующим снотворным или ядом. Я не знал, на кого ты работаешь, может быть, ты простая аферистка и решила заполучить кругленькую сумму в валюте, но с самого начала я был уверен, что ты не та, за кого себя выдаешь. Я что, медсестер не видел? Они заморенные, зачуханные, бедно одетые, наивные девчонки, а ты упакованная, холеная, прожженная сучка. Тебя даже Катенька раскусила. У тебя на ногтях лак, которого в России нет, потому что он продается только в двух магазинах в Нью-Йорке. Откуда такие деньги у простой медсестры? Папа дал? Ты регулярно посещаешь сауну, тренажерный зал, парикмахерскую, маникюрщицу, педикюрщицу и массажистку — это по тебе видно. У медсестры на все это нет ни времени, ни денег. К тому же у тебя фигура, как у топ-модели, а такие в госпиталях не пашут и говно за больными не выносят. Ты думала, что подсыплешь нам снотворного, усыпишь нас — и готово. Но, детка, меня не так просто взять. Это Витек, добрая душа, дрыхнет и лишь сопит во сне, а я сразу, после того как глотнул твое пойло, сбегал в спальню, сунул два пальца в рот и выблевал все обратно. Если не веришь, можешь посмотреть под кроватью. Потом я выпил литр сока, снова вставил два пальца в рот и промыл желудок. И только после этого вернулся на кухню. Я не был на сто процентов уверен, что ты работаешь на банду, но после того, как услышал твой доклад боссу, все встало на свои места. Он тебя заслал, чтобы выведать, где деньги, а потом заманить в ловушку и сцапать нас. Сколько он пообещал тебе, деточка?

Лиля зло посмотрела на Алексея, а потом гордо вскинула голову и вульгарно процедила:

— Ты, старый козел, таких денег не имеешь и никогда иметь не будешь. Меня чуть не вырвало, когда я тебя в губы целовала, потому что у тебя изо рта пахнет как из помойки и ты небрит. — Девица оправилась после первого шока и начала выпендриваться. — Да, я посещаю всех, кого ты перечислил, но я их на дом вызываю, сюда, в мою квартиру. Еще я по магазинам езжу на собственной «БМВ» и покупаю все, что мне нужно, а ты дряхлый пень, по помойкам себе жратву ищешь. — Девица отвернулась с обиженным видом и уткнулась взглядом в стену.

— Я такой, как миллионы российских граждан, я деньги не ворую и не печатаю, а вот ты и твои дружки — мразь, подонки, и вас, гнид, давить надо. — Алексей от злости вскочил с кресла, но голова у него закружилась, и он немного пошатнулся. Видимо, некоторая часть снотворного все-таки попала в кровь. Но он крепился.

Лиля покосилась на него, заметила крайнее раздражение и решила его больше не злить. Она боялась, что он ее сгоряча убьет или отдубасит.

— Хорошо еще, что ты Светлане безвредную дистиллированную воду вкалывала вместо лекарств, а не яд.

— Да мне плевать на твою Светлану, на тебя и на всех вас, — не выдержала Лиля и смачно выматерилась. — Чтоб вы все сдохли.

— Дура, у тебя своих детей нет, поэтому ты не можешь переживать за жизнь и здоровье своего или чужого ребенка. Ты черствая, самолюбивая, тупая мразь, — Леха сказал как отрезал, встал, взял со стола сумку с деньгами и пошел на кухню. — Пристрелить бы тебя за твои дела, да в говне мараться не хочется. Зря я тебя от пули спас, — пробубнил он себе под нос и вышел.

Удивленная неожиданной грубостью Алексея, Лиля посидела с минуту, а потом встала и пошла следом.

Тем временем Леха взвалил крепко спящего Виктора, как мешок с картошкой, на плечо и понес в ванную. Там он посадил его на пластиковый табурет, включил холодную воду и начал брызгать ему в лицо. Потом несколько раз сильно шлепнул друга по щекам, и тот проснулся.

— А, е, вас, хе, — промямлил Демин и вновь закрыл глаза.

Леха отвесил ему две сильные пощечины, и Витя снова ожил.

— Что? Что такое? — спросонья пробубнил он.

— Вставай, нас подставили, и надо отсюда поскорее сматываться.

— Я спать хочу, не тереби меня, — промямлил он, зевнул и опять погрузился в дрему.

Алексей схватил его в охапку, принес на кухню и посадил на стул. Затем быстренько сварил крепкий кофе и снова начал хлестать друга по щекам. Тот оживился, начал бормотать что-то непереводимое и от кофе отказался.

Алексей нервничал, из подслушанного разговора он знал, что бандиты едут сюда, и хотел разбудить Демина как можно быстрее.

— Да просыпайся же ты, лысый чайник, твоя дочь в опасности.

Услышав это, Витя взбодрился, но все равно еле ворочал языком. Стоять или ходить он вообще не мог.

— Где Света? — вымолвил он.

— Пока она в безопасности, но сюда мчатся бандиты, и ты должен взять себя в руки. На, выпей кофе, — предложил Леха.

Витя взял в дрожащие, слабые пальцы горячую чашку, поднес ее к губам и отхлебнул.

— Без молока и сахара, — поморщился он и уже собирался вновь закрыть глаза, как Леха силой открыл его рот и влил в него крепкий, вязкий напиток.

— Глотай, — рявкнул он и приподнял отвисшую нижнюю челюсть друга. Тот сглотнул тягучий, как сгущенное молоко, кофе и от ужасной горечи во рту поморщился и застонал.

— М-м-м. Ты чем меня поишь?

— Полбанки кофе на чашку, — произнес Леха, — иначе ты не проснешься. Пей до дна.

Витек с силой заглотил предложенное «угощение», и вдруг ему стало легче. Сознание прояснилось, и он смог встать со стула.

— Лучше, уже лучше, — бодро произнес он и… снова сел.

— Надо еще выпить, а то через час опять развезет. — Коновалов засыпал остатки кофе из большой банки в чашку, залил кипятком и размешал ложечкой. Виктор взял чашку, пригубил и опять поморщился от раздирающей рот горечи.

— Ты туда перцу насыпал? — спросил он. — Он густой, как повидло, и горячий, как угли, — я язык обжег. — Но кофе он все-таки допил.

— Теперь вставай, берем деньги, будим девочек и сваливаем отсюда. — Коновалов взял автомат и сумку с долларами.

— Можно, я еще немного посплю? — Демин посмотрел на друга молящим взглядом, но Коновалов был неприступен.

— Вставай, с минуты на минуту бандиты будут здесь.

Витек нехотя встал и поплелся в спальню, к Кате и Свете, а Лиля с надменным видом наблюдала за его действиями. Витя вошел в спальню, а через секунду выскочил оттуда как ошпаренный.

— Леха! Леха! — завопил он.

У Коновалова екнуло в груди, когда он услышал его неуверенный вопль.

— Что? — Он испугался, что что-то случилось с девочками.

— Там в комнате пакостно воняет — под кроватью кто-то наблевал.

— Фу ты, бестолковый, напугал, — выдохнул Алексей. — Я уж думал что-то с детьми или на тебя бандиты налетели и рвут в клочья.

— Может, Свету стошнило, — забеспокоился Витя.

— Это меня стошнило, — обрадовал его Коновалов. — Медсестра — сучка, никакая она не медсестра, а шпионка бандитов, подсыпала нам в шампанское снотворное. От этого ты и уснул. Я предвидел этот поворот событий и решил подстраховаться — пошел в спальню и сунул пальцы в рот. Вот и образовалась эта куча.

— Солидная куча, много же ты, Леха, кушаешь, — съязвил Витя и улыбнулся.

— Потом я вернулся на кухню и стал за тобой наблюдать. Через пару минут ты, можно сказать, мгновенно уснул и рухнул на пол. Я же только притворился спящим, но, последовав твоему примеру, упал рядом. Медсестра подумала, что выполнила задание, и пошла звонить боссу, а я встал, прокрался за ней, подслушал разговор и узнал, что она шпионка и бандиты едут сюда. Потому, Витя, нам надо срочно сматываться.

— Я же говорила, что она шпионка, — вдруг раздался голос Кати. Она проснулась от крика Демина.

— А, ты подслушиваешь, — с улыбкой и напускной строгостью произнес Коновалов. — Подслушивать нехорошо.

— Вы сами подслушивали, а мне нельзя? — с обидой произнесла Катя и надула губки. — Когда подслушиваешь и подглядываешь, то узнаешь много интересного.

— Я спас нас от встречи с бандитами, — поправил Леха.

— А я вас предупреждала, что она не та, за кого себя выдает. Мне женское чутье подсказало. Вот.

Алексей подошел к Кате и погладил по голове:

— Милая, маленькая девочка, откуда у тебя женское чутье? Ведь ты еще ребенок, прелестный, славный ребенок.

— Но я же вам говорила, что она мне не нравится.

— Говорила, и это только подкрепило мои сомнения.

— Ну, мы здесь остаемся или уходим? — начал торопить Демин. — Катя, буди Светку.

— Не надо будить, я ее на руки возьму, — остановил Алексей и пошел в спальню.

— А с ней что будем делать? — Катя кивнула на Лилю. — Может, возьмем в заложницы, как меня?

— Молчи, сопля, — цыкнула на нее псевдомедсестра. Все это время она неотступно следовала за Коноваловым — куда он, туда и она.

— Ты предательница, — добавила Катя и на всякий случай подошла поближе к Витьку.

Алексей со спящей Светланой на руках вышел из спальни и направился к входной двери, а Катя и Витя поспешили за ним. Алексей остановился, выглянул в глазок и, убедившись, что лестничная клетка пуста, открыл дверь.

Они торопливо начали спускаться вниз, решив не ждать лифта — всего-то четвертый этаж.

Как только вся честная компания покинула квартиру, Лиля бросилась к аппарату и набрала номер сотового телефона Германа. Бандиты в этот момент выходили из машин, припаркованных прямо перед ее подъездом.

Алексей со спящей Светой, Витек и Катя быстро спускались по лестнице. Проходя мимо окна второго этажа Леха посмотрел на улицу и… остановился в нерешительности.

— Бандиты! Мы не успели! — прошептал он. Катя и Виктор остановились, и ужас застыл на их лицах.

Герман подходил к двери, когда у него в кармане запиликала телефонная трубка. На ходу он вынул ее, нажал кнопку и произнес:

— Да.

— Гера, они ушли, и все деньги унесли. Сейчас они спускаются по лестнице, — выпалила Лиля и замолчала.

— Как ушли? — не понял босс.

— А так. Снотворное не подействовало.

Страницы: «« ... 89101112131415 »»

Читать бесплатно другие книги:

Дайнека умирала от любопытства – в квартире этажом выше снимают кино! Ей удалось проникнуть туда и д...
Книга представляет собой предельно краткое изложение истории европейской философии, основных раздело...
Каждый ваш шаг, тем более каждая ваша покупка (а конечная цель любого PRщика – всегда что-то вам про...
Это мир, который был разрушен и начал строится заново. Это мир, где воздух не остыл от прошлых катас...
Под гнусным предлогом и с помощью политического шантажа начинается «миротворческая миссия» на террит...
По заданию Скотленд-Ярда инспектор Иен Ратлидж отправляется в Шотландию на поиски следов пропавшей б...