Идет охота на волков… Высоцкий Владимир
Песни
Бьют лучи от рампы мне под ребра,
Светят фонари в лицо недобро,
И слепят с боков прожектора,
И — жара!.. Жара!.. Жара!..
Серебряные струны
- У меня гитара есть — расступитесь, стены!
- Век свободы не видать из-за злой фортуны!
- Перережьте горло мне, перережьте вены —
- Только не порвите серебряные струны!
- Я зароюсь в землю, сгину в одночасье —
- Кто бы заступился за мой возраст юный!
- Влезли ко мне в душу, рвут ее на части —
- Только б не порвали серебряные струны!
- Но гитару унесли, с нею — и свободу, —
- Упирался я, кричал: «Сволочи, паскуды!
- Вы втопчите меня в грязь, бросьте меня в воду —
- Только не порвите серебряные струны!»
- Что же это, братцы! Не видать мне, что ли,
- Ни денечков светлых, ни ночей безлунных?!
- Загубили душу мне, отобрали волю, —
- А теперь порвали серебряные струны…
Тот, кто раньше с нею был
- В тот вечер я не пил, не пел —
- Я на нее вовсю глядел,
- Как смотрят дети, как смотрят дети.
- Но тот, кто раньше с нею был,
- Сказал мне, чтоб я уходил,
- Сказал мне, чтоб я уходил,
- Что мне не светит.
- И тот, кто раньше с нею был, —
- Он мне грубил, он мне грозил.
- А я все помню — я был не пьяный.
- Когда ж я уходить решил,
- Она сказала: «Не спеши!»
- Она сказала: «Не спеши,
- Ведь слишком рано!»
- Но тот, кто раньше с нею был,
- Меня, как видно, не забыл, —
- И как-то в осень, и как-то в осень —
- Иду с дружком, гляжу — стоят, —
- Они стояли молча в ряд,
- Они стояли молча в ряд —
- Их было восемь.
- Со мною — нож, решил я: что ж,
- Меня так просто не возьмешь, —
- Держитесь, гады! Держитесь, гады!
- К чему задаром пропадать,
- Ударил первым я тогда,
- Ударил первым я тогда —
- Так было надо.
- Но тот, кто раньше с нею был, —
- Он эту кашу заварил
- Вполне серьезно, вполне серьезно.
- Мне кто-то на плечи повис, —
- Валюха крикнул: «Берегись!»
- Валюха крикнул: «Берегись!» —
- Но было поздно.
- За восемь бед — один ответ.
- В тюрьме есть тоже лазарет, —
- Я там валялся, я там валялся.
- Врач резал вдоль и поперек,
- Он мне сказал: «Держись, браток!»
- Он мне сказал: «Держись, браток!» —
- И я держался.
- Разлука мигом пронеслась,
- Она меня не дождалась,
- Но я прощаю, ее — прощаю.
- Ее, как водится, простил,
- Того ж, кто раньше с нею был,
- Того, кто раньше с нею был, —
- Не извиняю.
- Ее, конечно, я простил,
- Того ж, кто раньше с нею был,
- Того, кто раньше с нею был, —
- Я повстречаю!
У тебя глаза — как нож
- У тебя глаза — как нож:
- Коли прямо ты взглянешь —
- Я забываю, кто я есть и где мой дом;
- А если косо ты взглянешь —
- Как по сердцу полоснешь
- Ты холодным, острым серым тесаком.
- Я здоров — к чему скрывать, —
- Я пятаки могу ломать,
- Я недавно головой быка убил, —
- Но с тобой жизнь коротать —
- Не подковы разгибать,
- А прибить тебя — морально нету сил.
- Вспомни, было ль хоть разок,
- Чтоб я из дому убег, —
- Ну когда же надоест тебе гулять!
- С грабежу я прихожу —
- Язык за спину заложу
- И бежу тебя по городу шукать.
- Я все ноги исходил —
- Велисипед себе купил,
- Чтоб в страданьях облегчения была, —
- Но налетел на самосвал —
- К Склифосовскому попал, —
- Навестить меня ты даже не пришла.
- И хирург — седой старик —
- Он весь обмяк и как-то сник:
- Он шесть суток мою рану зашивал!
- А когда кончился наркоз,
- Стало больно мне до слез:
- Для кого ж я своей жистью рисковал!
- Ты не радуйся, змея, —
- Скоро выпишут меня —
- Отомщу тебе тогда без всяких схем:
- Я тебе точно говорю,
- Востру бритву навострю —
- И обрею тебя наголо совсем!
Я в деле
- Я в деле, и со мною нож —
- И в этот миг меня не трожь,
- А после — я всегда иду в кабак,
- И кто бы что ни говорил,
- Я сам добыл — и сам пропил, —
- И дальше буду делать точно так.
- Ко мне подходит человек
- И говорит: «В наш трудный век
- Таких, как ты, хочу уничтожать!»
- А я парнишку наколол —
- Не толковал, а запорол, —
- И дальше буду так же поступать.
- А хочешь просто говорить —
- Садись со мной и будем пить, —
- Мы все с тобой обсудим и решим.
- Но если хочешь так, как он, —
- У нас для всех один закон,
- И дальше он останется таким.
Весна еще в начале
- Весна еще в начале,
- Еще не загуляли,
- Но уж душа рвалася из груди, —
- И вдруг приходят двое
- С конвоем, с конвоем:
- «Оденься, — говорят, — и выходи!»
- Я так тогда просил у старшины:
- «Не уводите меня из Весны!»
- До мая пропотели —
- Всё расколоть хотели, —
- Но — нате вам — темню я сорок дней.
- И вдруг — как нож мне в спину —
- Забрали Катерину, —
- И следователь стал меня главней.
- Я понял, я понял, что тону, —
- Покажьте мне хоть в форточку Весну!
- И вот опять — вагоны,
- Перегоны, перегоны,
- И стыки рельс отсчитывают путь, —
- А за окном — в зеленом
- Березки и клены, —
- Как будто говорят: «Не позабудь!»
- А с насыпи мне машут пацаны, —
- Зачем меня увозят из Весны!..
- Спросил я Катю взглядом:
- «Уходим?» — «е надо!» —
- «Нет, хватит, — без Весны я не могу!»
- И мне сказала Катя:
- «Что ж, хватит так хватит». —
- И в ту же ночь мы с ней ушли в тайгу.
- Как ласково нас встретила она!
- Так вот, так вот какая ты, Весна!
- А на вторые сутки
- На след напали суки —
- Как псы на след напали и нашли,
- И завязали суки
- И ноги и руки —
- Как падаль по грязи поволокли.
- Я понял: мне не видеть больше сны,
- Совсем меня убрали из Весны…
«У меня было сорок фамилий…»
- У меня было сорок фамилий,
- У меня было семь паспортов,
- Меня семьдесят женщин любили,
- У меня было двести врагов.
- Но я не жалею!
- Сколько я ни старался,
- Сколько я ни стремился —
- Все равно, чтоб подраться,
- Кто-нибудь находился.
- И хоть путь мой и длинен и долог,
- И хоть я заслужил похвалу —
- Обо мне не напишут некролог
- На последней странице в углу.
- Но я не жалею!
- Сколько я ни стремился,
- Сколько я ни старался —
- Кто-нибудь находился —
- И я с ним напивался.
- И хотя во все светлое верил —
- Например, в наш советский народ, —
- Не поставят мне памятник в сквере
- Где-нибудь у Петровских ворот.
- Но я не жалею!
- Сколько я ни старался,
- Сколько я ни стремился —
- Все равно я спивался,
- Все равно я катился.
- Сочиняю я песни о драмах
- И о жизни карманных воров, —
- Мое имя не встретишь в рекламах
- Популярных эстрадных певцов.
- Но я не жалею!
- Сколько я ни старался,
- Сколько я ни стремился —
- Я всегда попадался —
- И все время садился.
- Говорят, что на место все встанет.
- Бросить пить? Видно, мне не судьба,
- Все равно меня не отчеканят
- На монетах заместо герба.
- Но я не жалею!
- Так зачем мне стараться?
- Так зачем мне стремиться?
- Чтоб во всем разобраться —
- Нужно сильно напиться!
«Сколько лет, сколько лет…»
- Сколько лет, сколько лет —
- Всё одно и то же:
- Денег нет, женщин нет,
- Да и быть не может.
- Сколько лет воровал,
- Сколько лет старался, —
- Мне б скопить капитал —
- Ну а я спивался.
- Ни кола ни двора —
- И ни рожи с кожей,
- И друзей — ни хера,
- Да и быть не может.
- Только — водка на троих,
- Только — пика с червой, —
- Комом — все блины мои,
- А не только первый.
Правда ведь, обидно
- Правда ведь, обидно — если завязал,
- А товарищ продал, падла, и за все сказал:
- За давнишнее, за драку — все сказал Сашок, —
- Двое в синем, двое в штатском, черный воронок…
- До свиданья, Таня, а может быть — прощай!
- До свиданья, Таня, если можешь — не серчай!
- Но все-таки обидно, чтоб за просто так
- Выкинуть из жизни напрочь цельный четвертак!
- На суде судья сказал: «Двадцать пять! До встречи!»
- Раньше б горло я порвал за такие речи!
- А теперь — терплю обиду, не показываю виду, —
- Если встречу я Сашка — ох как изувечу!
- До свиданья, Таня, а может быть — прощай!
- До свиданья, Таня, если можешь — не серчай!
- Но все-таки обидно, чтоб за просто так
- Выкинуть из жизни напрочь цельный четвертак!
Зэка Васильев и Петров зэка
- Сгорели мы по недоразумению —
- Он за растрату сел, а я — за Ксению, —
- У нас любовь была, но мы рассталися:
- Она кричала и сопротивлялася.
- На нас двоих нагрянула ЧК,
- И вот теперь мы оба с ним зэка —
- Зэка Васильев и Петров зэка.
- А в лагерях — не жизнь, а темень-тьмущая:
- Кругом майданщики, кругом домушники,
- Кругом ужасное к нам отношение
- И очень странные поползновения.
- Ну а начальству наплевать — за что и как,
- Мы для начальства — те же самые зэка —
- Зэка Васильев и Петров зэка.
- И вот решили мы — бежать нам хочется,
- Не то все это очень плохо кончится:
- Нас каждый день мордуют уголовники,
- И главный врач зовет к себе в любовники.
- И вот — в бега решили мы, ну а пока
- Мы оставалися всё теми же зэка —
- Зэка Васильев и Петров зэка.
- Четыре года мы побег готовили —
- Харчей три тонны мы наэкономили,
- И нам с собою даже дал половничек
- Один ужасно милый уголовничек.
- И вот ушли мы с ним в руке рука, —
- Рукоплескали нашей дерзости зэка —
- Зэка Петрову, Васильеву зэка.
- И вот — по тундре мы, как сиротиночки, —
- Не по дороге всё, а по тропиночке.
- Куда мы шли — в Москву или в Монголию, —
- Он знать не знал, паскуда, я — тем более.
- Я доказал ему, что запад — где закат,
- Но было поздно: нас зацапала ЧК —
- Зэка Петрова, Васильева зэка.
- Потом — приказ про нашего полковника:
- Что он поймал двух крупных уголовников, —
- Ему за нас — и деньги, и два ордена,
- А он от радости все бил по морде нас.
- Нам после этого прибавили срока,
- И вот теперь мы — те же самые зэка —
- Зэка Васильев и Петров зэка.
Сивка-Бурка
- Кучера из МУРа укатали Сивку,
- Закатали Сивку в Нарьян-Мар, —
- Значит, не погладили Сивку по загривку,
- Значит, дали полностью «гонорар».
- На дворе вечерит, —
- Ну а Сивка чифирит.
- Ночи по полгода за полярным кругом,
- И, конечно, Сивка — лошадь — заскучал,
- Обзавелся Сивка Буркой — закадычным друом,
- С ним он ночи длинные коротал.
- На дворе вечерит, —
- Сивка с Буркой чифирит.
- Сивка — на работу, — до седьмого поту,
- За обоих вкалывал — конь конем.
- И тогда у Бурки появился кто-то,
- Занял место Сивкино за столом.
- На дворе вечерит, —
- Бурка с кем-то чифирит.
- Лошади, известно, — всё как человеки:
- Сивка долго думал, думал и решал, —
- И однажды Бурка с «кем-то» вдруг исчез навеки —
- Ну а Сивка в каторги захромал.
- На дворе вечерит, —
- Сивка в каторге горит…
«— Эй шофер, вези — Бутырский хутор…»
- — Эй шофер, вези — Бутырский хутор,
- Где тюрьма, — да поскорее мчи!
- — Ты, товарищ, опоздал, ты на два года перепутал —
- Разбирают уж тюрьму на кирпичи.
- — Очень жаль, а я сегодня спозаранку
- По родным решил проехаться местам…
- Ну да ладно, что ж, шофер, тогда вези меня в «Таганку», —
- Погляжу, ведь я бывал и там.
- — Разломали старую «Таганку» —
- Подчистую, всю, ко всем чертям!
- — Что ж, шофер, давай назад, крути-верти свою баранку, —
- Так ни с чем поедем но домам.
- Или нет, шофер, давай закурим,
- Или лучше — выпьем поскорей!
- Пьем за то, чтоб не осталось
- по России больше тюрем,
- Чтоб не стало по России лагерей!
«За меня невеста отрыдает честно…»
- За меня невеста отрыдает честно,
- За меня ребята отдадут долги,
- За меня другие отпоют все песни,
- И, быть может, выпьют за меня враги.
- Не дают мне больше интересных книжек,
- И моя гитара — без струны.
- И нельзя мне выше, и нельзя мне ниже,
- И нельзя мне солнца, и нельзя луны.
- Мне нельзя на волю — не имею права, —
- Можно лишь — от двери до стены.
- Мне нельзя налево, мне нельзя направо —
- Можно только неба кусок, можно только сны.
- Сны — про то, как выйду, как замок мой снимут,
- Как мою гитару отдадут,
- Кто меня там встретит, как меня обнимут
- И какие песни мне споют.
Рецидивист
- Это был воскресный день — и я не лазил по карманам:
- В воскресенье — отдыхать, — вот мой девиз.
- Вдруг — свисток, меня хватают, обзывают хулиганом,
- А один узнал — кричит: «Рецидивист!»
- «Брось, товарищ, не ершись,
- Моя фамилия — Сергеев,
- Ну а кто рецидивист —
- Ведь я ж понятья не имею».
- Это был воскресный день, но мусора не отдыхают:
- У них тоже — план давай, хоть удавись,
- Ну а если перевыполнят, так их там награждают —
- На вес золота там вор-рецидивист.
- С уваженьем мне: «Садись!» —
- Угощают «Беломором». —
- «Значит, ты — рецидивист?
- Распишись под протоколом!»
- Это был воскресный день, светило солнце как бездельник,
- И все люди — кто с друзьями, кто с семьей, —
- Ну а я сидел скучал, как в самый гнусный понедельник:
- Мне майор попался очень деловой.
- «Сколько раз судились вы?» —
- «Плохо я считать умею!» —
- «Но все же вы — рецидивист?» —
- «Да нет, товарищ, я — Сергеев».
- Это был воскресный день — а я потел, я лез из кожи,
- Но майор был в математике горазд:
- Он чегой-то там сложил, потом умножил, подытожил —
- И сказал, что я судился десять раз.
- Подал мне начальник лист —
- Расписался как умею —
- Написал: «Рецидивист
- По фамилии Сергеев».
- Это был воскресный день, я был усталым и побитым, —
- Но одно я знаю, одному я рад:
- В семилетний план поимки хулиганов и бандитов
- Я ведь тоже внес свой очень скромный вклад!
Про Сережку Фомина
- Я рос как вся дворовая шпана —
- Мы пили водку, пели песни ночью, —
- И не любили мы Сережку Фомина
- За то, что он всегда сосредоточен.
- Сидим раз у Сережки Фомина —
- Мы у него справляли наши встречи, —
- И вот о том, что началась война,
- Сказал нам Молотов в своей известной речи.
- В военкомате мне сказали: «Старина,
- Тебе броню дает родной завод «Компрессор»!»
- Я отказался, — а Сережку Фомина
- Спасал от армии отец его, профессор.
- Кровь лью я за тебя, моя страна,
- И все же мое сердце негодует:
- Кровь лью я за Сережку Фомина —
- А он сидит и в ус себе не дует!
- Теперь небось он ходит по кинам —
- Там хроника про нас перед сеансом, —
- Сюда б сейчас Сережку Фомина —
- Чтоб побывал он на фронте на германском!
- …Но наконец закончилась война —
- С плеч сбросили мы словно тонны груза, —
- Встречаю я Сережку Фомина —
- А он Герой Советского Союза…
Штрафные батальоны
- Всего лишь час дают на артобстрел —
- Всего лишь час пехоте передышки.
- Всего лишь час до самых главных дел:
- Кому — до ордена, ну а кому — до «вышки».
- За этот час не пишем ни строки —
- Молись богам войны артиллеристам!
- Ведь мы ж не просто так — мы штрафники, —
- Нам не писать: «…считайте коммунистом».
- Перед атакой — водку, — вот мура!
- Свое отпили мы еще в гражданку,
- Поэтому мы не кричим «ура» —
- Со смертью мы играемся в молчанку.
- У штрафников один закон, один конец:
- Коли, руби фашистского бродягу,
- И если не поймаешь в грудь свинец —
- Медаль на грудь поймаешь за отвагу.
- Ты бей штыком, а лучше — бей рукой:
- Оно надежней, да оно и тише, —
- И ежели останешься живой —
- Гуляй, рванина, от рубля и выше!
- Считает враг: морально мы слабы, —
- За ним и лес, и города сожжены.
- Вы лучше лес рубите на гробы —
- В прорыв идут штрафные батальоы!
- Вот шесть ноль-ноль — и вот сейчас обстрел, —
- Ну, бог войны, давай без передышки!
- Всего лишь час до самых главных дел:
- Кому — до ордена, а большинству — до «вышки»…
Письмо рабочих тамбовского завода китайским руководителям
- В Пекине очень мрачная погода,
- У нас в Тамбове на заводе перекур, —
- Мы пишем вам с тамбовского завода,
- Любители опасных авантюр!
- Тем, что вы договор не подписали,
- Вы причинили всем народам боль
- И, извращая факты, доказали,
- Что нам дороже генерал де Голль.
- Нам каждый день насущный мил и дорог,
- Но если даже вспомнить старину,
- То это ж вы изобретали порох
- И строили Китайскую стену.
- Мы понимаем — вас совсем не мало,
- Чтоб триста миллионов погубить, —
- Но мы уверены, что сам товарищ Мао,
- Ей-богу, очень-очень хочет жить.
- Когда вы рис водою запивали —
- Мы проявляли интернационализм, —
- Небось когда вы русский хлеб жевали,
- Не говорили про оппортунизм!
- Боитесь вы, что — реваншисты в Бонне,
- Что — Вашингтон грозится перегнать, —
- Но сам Хрущев сказал еще в ООНе,
- Что мы покажем кузькину им мать!
- Вам не нужны ни бомбы, ни снаряды —
- Не раздувайте вы войны пожар, —
- Мы нанесем им, если будет надо,
- Ответный термоядерный удар.
- А если зуд — без дела не страдайте, —
- У вас еще достаточно делов:
- Давите мух, рождаемость снижайте,
- Уничтожайте ваших воробьев!
- И не интересуйтесь нашим бытом —
- Мы сами знаем, где у нас чего.
- Так наш ЦК писал в письме открытом, —
- Мы одобряем линию его!
Антисемиты
- Зачем мне считаться шпаной и бандитом —
- Не лучше ль податься мне в антисемиты:
- На их стороне хоть и нету законов, —
- Поддержка и энтузиазм миллионов.
- Решил я — и значит, кому-то быть битым.
- Но надо ж узнать, кто такие семиты, —
- А вдруг это очень приличные люди,
- А вдруг из-за них мне чего-нибудь будет!
- Но друг и учитель — алкаш в бакалее —
- Сказал, что семиты — простые евреи.
- Да это ж такое везение, братцы, —
- Теперь я спокоен — чего мне бояться!
- Я долго крепился, ведь благоговейно
- Всегда относился к Альберту Эйнштейну.
- Народ мне простит, но спрошу я невольно:
- Куда отнести мне Абрама Линкольна?
- Средь них — пострадавший от Сталина Каплер,
- Средь них — уважаемый мной Чарли Чаплин,
- Мой друг Рабинович и жертвы фашизма,
- И даже основоположник марксизма.
- Но тот же алкаш мне сказал после дельца,
- Что пьют они кровь христианских младенцев:
- И как-то в пивной мне ребята сказали,
- Что очень давно они Бога распяли!
- Им кровушки надо — они по запарке
- Замучили, гады, слона в зоопарке!
- Украли, я знаю, они у народа
- Весь хлеб урожая минувшего года!
- По Курской, Казанской железной дороге
- Построили дачи — живут там как боги…
- На всё я готов — на разбой и насилье, —
- И бью я жидов — и спасаю Россию!
Песня про Уголовный кодекс
- Нам ни к чему сюжеты и интриги:
- Про всё мы знаем, про всё, чего ни дашь.
- Я, например, на свете лучшей книгой
- Считаю Кодекс уголовный наш.
- И если мне неймется и не спится
- Или с похмелья нет на мне лица —
- Открою Кодекс на любой странице,
- И не могу — читаю до конца.
- Я не давал товарищам советы,
- Но знаю я — разбой у них в чести, —
- Вот только что я прочитал про это:
- Не ниже трех, не свыше десяти.
- Вы вдумайтесь в простые эти строки, —
- Что нам романы всех времен и стран! —
- В них есть бараки, длинные как сроки,
- Скандалы, драки, карты и обман…
- Сто лет бы мне не видеть этих строчек! —
- За каждой вижу чью-нибудь судьбу, —
- И радуюсь, когда статья — не очень:
- Ведь все же повезет кому-нибудь!
- И сердце бьется раненою птицей,
- Когда начну свою статью читать,
- И кровь в висках так ломится-стучится, —
- Как мусора, когда приходят брать.
Наводчица
- — Сегодня я с большой охотою
- Распоряжусь своей субботою,
- И если Нинка не капризная,
- Распоряжусь своею жизнью я!
- — Постой, чудак, она ж — наводчица. — Зачем?
- — Да так, уж очень хочется!
- — Постой, чудак, у нас — компания, —
- Пойдем в кабак — зальем желание!
- — Сегодня вы меня не пачкайте,
- Сегодня пьянка мне — до лампочки:
- Сегодня Нинка соглашается —
- Сегодня жисть моя решается!
- — Ну и дела же с этой Нинкою!
- Она жила со всей Ордынкою, —
- И с нею спать ну кто захочет сам!..
- — А мне плевать — мне очень хочется!
- Сказала: любит, — все, заметано!
- — Отвечу рупь за сто, что врет она!
- Она ж того — ко всем ведь просится…
- — А мне чего — мне очень хочется!
- — Она ж хрипит, она же грязная,
- И глаз подбит, и ноги разные,
- Всегда одета как уборщица…
- — Плевать на это — очень хочется!
- Все говорят, что — не красавица, —
- А мне такие больше нравятся.
- Ну что ж такого, что — наводчица, —
- А мне еще сильнее хочется!
Счетчик щелкает
- Твердил он нам: «Моя она!»
- «Да ты смеешься, друг, да ты смеешься!
- Уйди, пацан, — ты очень пьян, —
- А то нарвешься, друг, гляди, нарвешься!»
- А он кричал: «Теперь мне все одно!
- Садись в такси — поехали кататься!
- Пусть счетчик щелкает, пусть — все равно
- В конце пути придется рассчитаться».
-
Не жалко мне таких парней.
- «Ты от греха уйди!» — твержу я снова.
- А он — ко мне, и всё — о ней…
- «А ну — ни слова, гад, гляди, ни слова!»
- Ударила в виски мне кровь с вином —
- И, так же продолжая улыбаться,
- Ему сказал я тихо: «Все равно
- В конце пути придется рассчитаться!»
- К слезам я глух и к просьбам глух —
- В охоту драка мне, ох как в охоту!
- И хочешь, друг, не хочешь, друг, —
- Плати по счету, друг, плати по счету!..
- А жизнь мелькает, как в немом кино, —
- Мне хорошо, мне хочется смеяться, —
- А счетчик — щелк да щелк, — да все равно
- В конце пути придется рассчитаться…
О нашей встрече
- О нашей встрече что там говорить! —
- Я ждал ее, как ждут стихийных бедствий, —
- Но мы с тобою сразу стали жить,
- Не опасаясь пагубных последствий.
- Я сразу сузил круг твоих знакомств,
- Одел, обул и вытащил из грязи, —
- Но за тобой тащился длинный хвост —
- Длиннющий хвост твоих коротких связей.
- Потом, я помню, бил друзей твоих:
- Мне с ними было как-то неприятно, —
- Хотя, быть может, были среди них
- Наверняка отличные ребята.
- О чем просила — делал мигом я, —
- Мне каждый час хотелось сделать ночью брачной.
- Из-за тебя под поезд прыгал я,
- Но, слава Богу, не совсем удачно.
- И если б ты ждала меня в тот год,
- Когда меня отправили на дачу, —
- Я б для тебя украл весь небосвод
- И две звезды Кремлевские в придачу.
- И я клянусь — последний буду гад! —
- Не ври, не пей — и я прощу измену, —
- И подарю тебе Большой театр
- И Малую спортивную арену.
- А вот теперь я к встрече не готов:
- Боюсь тебя, боюсь ночей интимных —
- Как жители японских городов
- Боятся повторенья Хиросимы.
Песня о госпитале
- Жил я с матерью и батей
- На Арбате — здесь бы так!
- А теперь я в медсанбате —
- На кровати, весь в бинтах…
- Что нам слава, что нам Клава —
- Медсестра — и белый свет!..
- Помер мой сосед, что справа,
- Тот, что слева, — еще нет.
- И однажды, как в угаре,
- Тот сосед, что слева, мне
- Вдруг сказал: «Послушай, парень,
- У тебя ноги-то нет».
- Как же так? Неправда, братцы, —
- Он, наверно, пошутил!
- «Мы отрежем только пальцы» —
- Так мне доктор говорил.
- Но сосед, который слева,
- Все смеялся, все шутил,
- Даже если ночью бредил —
- Все про ногу говорил.
- Издевался: мол, не встанешь,
- Не увидишь, мол, жены!..
- Поглядел бы ты, товарищ,
- На себя со стороны!
- Если б был я не калека
- И слезал с кровати вниз —
- Я б тому, который слева,
- Просто глотку перегрыз!
- Умолял сестричку Клаву
- Показать, какой я стал…
- Был бы жив сосед, что справа, —
- Он бы правду мне сказал!..
Все ушли на фронт
- Все срока уже закончены,
- А у лагерных ворот,
- Что крест-накрест заколочены, —
- Надпись: «Все ушли на фронт».
- За грехи за наши нас простят,
- Ведь у нас такой народ:
- Если Родина в опасности —
- Значит, всем идти на фронт.
- Там год — за три, если Бог хранит, —
- Как и в лагере зачет.
- Нынче мы на равных с вохрами —
- Нынче всем идти на фронт.
- У начальника Березкина —
- Ох и гонор, ох и понт! —
- И душа — крест-накрест досками, —
- Но и он хотел на фронт.
- Лучше б было — сразу в тыл его:
- Только с нами был он смел, —
- Высшей мерой наградил его
- Трибунал за самострел.
- Ну а мы — всё оправдали мы, —
- Наградили нас потом:
- Кто живые, тех — медалями,
- А кто мертвые — крестом.
- И другие заключенные
- Пусть читают у ворот
- Нашу память застекленную —
- Надпись: «Все ушли на фронт»…
«Я любил и женщин и проказы…»
- Я любил и женщин и проказы:
- Что ни день, то новая была, —
- И ходили устные рассказы
- Про мои любовные дела.
- И однажды как-то на дороге
- Рядом с морем — с этим не шути —
- Встретил я одну из очень многих
- На моем на жизненном пути.
- А у ней — широкая натура,
- А у ней — открытая душа,
- А у ней — отличная фигура, —
- А у меня в кармане — ни гроша.
- Ну а ей — в подарок нужно кольца;
- Кабаки, духи из первых рук, —
- А взамен — немного удовольствий
- От ее сомнительных услуг.
- «Я тебе, — она сказала, — Вася,
- Дорогое самое отдам!..»
- Я сказал: «За сто рублей согласен, —
- Если больше — с другом пополам!»
- Женщины — как очень злые кони:
- Захрипит, закусит удила!..
- Может, я чего-нибудь не понял,
- Но она обиделась — ушла.
- …Через месяц улеглись волненья,
- Через месяц вновь пришла она, —
- У меня такое ощущенье,
- Что ее устроила цена.
«Вот раньше жизнь!..»
- Вот раньше жизнь! —
- И вверх и вниз
- Идешь без конвоиров, —
- Покуришь план,
- Идешь на бан
- И щиплешь пассажиров.
- А на разбой
- Берешь с собой
- Надежную шалаву,
- Потом — за грудь
- Кого-нибудь
- И делаешь варшаву.
- Пока следят,
- Пока грозят —
- Мы это переносим.
- Наелся всласть,
- Но вот взялась
- «Петровка, 38».
- Прошел детдом, тюрьму, приют,
- И срока не бояся, —
- Когда ж везли в народный суд —
- Немного волновался.
- Зачем нам врут:
- «Народный суд»! —
- Народу я не видел, —
- Судье простор,
- И прокурор
- Тотчас меня обидел.
- Ответил на вопросы я,
- Но приговор — с издевкой, —
- И не согласен вовсе я
- С такой формулировкой!
- Не отрицаю я вины —
- Не в первый раз садился,
- Но — написали, что с людьми
- Я грубо обходился.
- Неправда! — тихо подойдешь,
- Попросишь сторублевку…
- При чем тут нож,
- При чем грабеж? —
- Меняй формулировку!
- Эх, был бы зал —
- Я б речь сказал:
- «Товарищи родные!
- Зачем пенять —
- Ведь вы меня
- Кормили и поили!
- Мне каждый деньги отдавал
- Без слез, угроз и крови…
- Огромное спасибо вам
- За все на добром слове!»
- И этот зал
- Мне б хлопать стал,
- И я б, прервав рыданья,
- Им тихим голосом сказал:
- «Спасибо за вниманье!»
- Ну правда ведь —
- Неправда ведь,
- Что я — грабитель ловкий?
- Как людям мне в глаза смотреть
- С такой формулировкой?!
Песня про стукача
- В наш тесный круг не каждый попадал,
- И я однажды — проклятая дата —
- Его привел с собою и сказал:
- «Со мною он — нальем ему, ребята!»
- Он пил как все и был как будто рад,
- А мы — его мы встретили как брата…
- А он назавтра продал всех подряд, —
- Ошибся я — простите мне, ребята!
- Суда не помню — было мне невмочь,
- Потом — барак, холодный как могила, —
- Казалось мне — кругом сплошная ночь,
- Тем более что так оно и было.
- Я сохраню хотя б остаток сил, —
- Он думает — отсюда нет возврата,
- Он слишком рано нас похоронил, —
- Ошибся он — поверьте мне, ребята!
- И день наступит — ночь не на года, —
- Я попрошу, когда придет расплата:
- «Ведь это я привел его тогда —
- И вы его отдайте мне, ребята!..»
«Потеряю истинную веру…»
- Потеряю истинную веру —
- Больно мне за наш СССР:
- Отберите орден у Насеру —
- Не подходит к ордену Насер!
- Можно даже крыть с трибуны матом,
- Раздавать подарки вкривь и вкось,
- Называть Насера нашим братом, —
- Но давать Героя — это брось!
- Почему нет золота в стране?
- Раздарили, гады, раздарили!
- Лучше бы давали на войне, —
- А Насеры после б нас простили.
Песня о звездах
- Мне этот бой не забыть нипочем —
- Смертью пропитан воздух, —
- А с небосклона бесшумным дождем
- Падали звезды.
- Снова упала — и я загадал:
- Выйти живым из боя, —
- Так свою жизнь я поспешно связал
- С глупой звездою.
- Я уж решил: миновала беда
- И удалось отвертеться, —
- С неба свалилась шальная звезда —
- Прямо под сердце.
- Нам говорили: «Нужна высота!»
- И «Не жалеть патроны!»…
- Вон покатилась вторая звезда —
- Вам на погоны.
- Звезд этих в небе — как рыбы в прудах,
- Хватит на всех с лихвою.
- Если б не насмерть, ходил бы тогда
- Тоже — Героем.
- Я бы Звезду эту сыну отдал,
- Просто — на память…
- В небе висит, пропадает звезда —
- Некуда падать.
«Помню, я однажды и в «очко», и в «стос» играл…»
- Помню, я однажды и в «очко», и в «стос» играл,
- С кем играл — не помню этой стервы.
- Я ему тогда двух сук из зоны проиграл, —
- Зря пошел я в пику, а не в черву!
- Я сперва как следует колоду стасовал,
- А потом я сделал ход неверный:
- Он рубли с Кремлем кидал, а я слюну глотал, —
- И пошел я в пику, а не в черву!
- Руки задрожали, будто кур я воровал,
- Будто сел играть я в самый первый…
- Делать было нечего — и я его убрал, —
- Зря пошел я в пику, а не в черву!..
«Нам вчера прислали…»
- Нам вчера прислали
- Из рук вон плохую весть:
- Нам вчера сказали,
- Что Алеха вышел весь.
- Как же так! Он Наде
- Говорил, что — пофартит,
- Что сыграет свадьбу —
- На неделю загудит…
- Не видать девахе
- Этот свадебный гудеж,
- Потому что — в драке
- Налетел на чей-то нож,
- Потому что — плохо,
- Хоть не в первый раз уже
- Получал Алеха
- Дырки новые в душе.
- Для того ль он душу,
- Как рубаху, залатал,
- Чтоб его убила
- В пьяной драке сволота!
- Если б всё в порядке —
- Мы б на свадьбу нынче шли.
- Но с ножом в лопатке
- Поутру его нашли.
- Что ж, поубивается
- Девчонка, поревет,
- Что ж, посомневается —
- И слезы оботрет, —
- А потом без вздоха
- Отопрет любому дверь…
- Ничего, Алеха, —
- Все равно тебе теперь!
- Мы его схороним очень скромно,
- Что рыдать!
- Некому о нем и похоронную
- Послать,
- Потому — никто не знает,
- Где у Лехи дом, —
- Вот такая смерть шальная
- Всех нас ждет потом.
- Что ж, поубивается
- Девчонка, поревет,
- Чуть посомневается —
- И слезы оботрет,
- А потом без вздоха
- Отопрет любому дверь, —
- Бог простит, а Леха…
- Все равно ему теперь…
Бал-маскарад
- Сегодня в нашей комплексной бригаде
- Прошел слушок о бале-маскараде, —
- Раздал маски кроликов,
- Слонов и алкоголиков,
- Назначили все это — в зоосаде.
- «Зачем идти при полном при параде —
- Скажи мне, моя радость, Христа ради?»
- Она мне: «Одевайся!» —
- Мол, я тебя стесняюся,
- Не то, мол, как всегда, пойдешь ты сзади.
- «Я платье, — говорит, — взяла у Нади —
- Я буду нынче как Марина Влади
- И проведу, хоть тресну я,
- Часы свои воскресные
- Хоть с пьяной твоей мордой, но в наряде!»
- …Зачем же я себя утюжил, гладил? —
- Меня поймали тут же, в зоосаде, —
- Ведь массовик наш Колька
- Дал мне маску алкоголика —
- И на троих зазвали меня дяди.
- Я снова очутился в зоосаде:
- Глядь — две жены, — ну две Марины Влади!
- Одетые животными,
- С двумя же бегемотами, —
- Я тоже озверел — и стал в засаде.
- Наутро дали премию в бригаде,
- Сказав мне, что на бале-маскараде
- Я будто бы не только
- Сыграл им алкоголика,
- А был у бегемотов я в ограде.
Городской романс
- Я однажды гулял по столице — и
- Двух прохожих случайно зашиб, —
- И, попавши за это в милицию,
- Я увидел ее — и погиб.
- Я не знаю, что там она делала, —
- Видно, паспорт пришла получать —
- Молодая, красивая, белая…
- И решил я ее разыскать.
- Шел за ней — и запомнил парадное.
- Что сказать ей? — ведь я ж хулиган…
- Выпил я — и позвал ненаглядную
- В привокзальный один ресторан.
- Ну а ей улыбались прохожие —
- Мне хоть просто кричи «Караул!» —
- Одному человеку по роже я
- Дал за то, что он ей подморгнул.
- Я икрою ей булки намазывал,
- Деньги просто рекою текли, —
- Я ж такие ей песни заказывал!
- А в конце заказал — «Журавли».
- Обещанья я ей до утра давал,
- Повторял что-то вновь ей и вновь:
- «Я ж пять дней никого не обкрадывал,
- Моя с первого взгляда любовь!»
- Говорил я, что жизнь потеряна,
- Я сморкался и плакал в кашне, —
- А она мне сказала: «Я верю вам —
- И отдамся по сходной цене».
- Я ударил ее, птицу белую, —
- Закипела горячая кровь:
- Понял я, что в милиции делала
- Моя с первого взгляда любовь…
Я был слесарь шестого разряда
- Я был слесарь шестого разряда,
- Я получки на ветер кидал, —
- Получал я всегда сколько надо —
- И плюс премию в каждый квартал.
- Если пьешь, — понимаете сами —
- Должен чтой-то иметь человек, —
- Ну, и кроме невесты в Рязани,
- У меня — две шалавы в Москве.
- Шлю посылки и письма в Рязань я,
- А шалавам — себя и вино, —
- Каждый вечер — одно наказанье,
- И всю ночь — истязанье одно.
- Вижу я, что здоровие тает,
- На работе — все брак и скандал, —
- Никаких моих сил не хватает —
- И плюс премии в каждый квартал.
- Синяки и морщины на роже, —
- И сказал я тогда им без слов:
- На фиг вас — мне здоровье дороже, —
- Поищите других фраеров!..
- Если б знали, насколько мне лучше,
- Как мне чудно — хоть кто б увидал:
- Я один пропиваю получку —
- И плюс премию в каждый квартал!
Ребята, напишите мне письмо
- Мой первый срок я выдержать не смог, —
- Мне год добавят, может быть — четыре…
- Ребята, напишите мне письмо:
- Как там дела в свободном вашем мире?
- Что вы там пьете? Мы почти не пьем.
- Здесь — только снег при солнечной погоде…
- Ребята, напишите обо всем,
- А то здесь ничего не происходит!
- Мне очень-очень не хватает вас —
- Хочу увидеть милые мне рожи!
- Как там Надюха, с кем она сейчас?
- Одна? — тогда пускай напишет тоже.
- Страшней, быть может, — только Страшный суд!
- Письмо мне будет уцелевшей нитью, —
- Его, быть может, мне не отдадут,
- Но все равно, ребята, напишите!..
Марш студентов-физиков
- Тропы еще в антимир не протоптаны, —
- Но как на фронте держись ты!
- Бомбардируем мы ядра протонами,
- Значит, мы — антиллеристы.
- Нам тайны нераскрытые раскрыть пора —
- Лежат без пользы тайны, как в копилке, —
- Мы тайны эти с корнем вырвем у ядра —
- На волю пустим джинна из бутылки!
- Тесно сплотились коварные атомы —
- Ну-ка, попробуй прорвись ты!
- Живо по коням — в погоню за квантами!
- Значит, мы — кванталлеристы.
- Нам тайны нераскрытые раскрыть пора —
- Лежат без пользы тайны, как в копилке, —
- Мы тайны эти с корнем вырвем у ядра —
- На волю пустим джинна из бутылки!
- Пусть не поймаешь нейтрино за бороду
- И не посадишь в пробирку, —
- Но было бы здорово, чтоб Понтекорво
- Взял его крепче за шкирку.
- Нам тайны нераскрытые раскрыть пора —
- Лежат без пользы тайны, как в копилке, —
- Мы тайны эти с корнем вырвем у ядра —
- На волю пустим джинна из бутылки!
- Жидкие, твердые, газообразные —
- Просто, понятно, вольготно!
- А с этою плазмой дойдешь до маразма, и
- Это довольно почетно.
- Нам тайны нераскрытые раскрыть пора —
- Лежат без пользы тайны, как в копилке, —
- Мы тайны эти с корнем вырвем у ядра —
- На волю пустим джинна из бутылки!
- Молодо-зелено. Древность — в историю!
- Дряхлость — в архивах пылиться!
- Даешь эту общую эту теорию
- Элементарных частиц нам!
- Нам тайны нераскрытые раскрыть пора —
- Лежат без пользы тайны, как в копилке, —
- Мы тайны эти скоро вырвем у ядра —
- И вволю выпьем джина из бутылки!
«Ну о чем с тобою говорить!..»
- Ну о чем с тобою говорить!
- Все равно ты порешь ахинею, —
- Лучше я пойду к ребятам пить —
- У ребят есть мысли поважнее.
- У ребят серьезный разговор —
- Например, о том, кто пьет сильнее.
- У ребят широкий кругозор —
- От ларька до нашей бакалеи.
- Разговор у нас и прям и груб —
- Две проблемы мы решаем глоткой:
- Где достать недостающий рупь
- И — кому потом бежать за водкой.
- Ты даешь мне утром хлебный квас,
- Что тебе придумать в оправданье!
- Интеллекты разные у нас, —
- Повышай свое образованье!
«Парня спасем…»
- Парня спасем,
- Парня — в детдом
- На воспитанье!
- Даром учить,
- Даром поить,
- Даром питанье!..
- Жизнь — как вода,
- Вел я всегда
- Жизнь бесшабашную, —
- Все ерунда,
- Кроме суда
- Самого страшного.
- Всё вам дадут,
- Всё вам споют —
- Будьте прилежными, —
- А за оклад —
- Ласки дарят
- Самые нежные.
- Вел я всегда
- Жизнь без труда —
- Жизнь бесшабашную,
- Все ерунда,
- Кроме суда
- Самого страшного.
Песня о нейтральной полосе
- На границе с Турцией или с Пакистаном —
- Полоса нейтральная; а справа, где кусты, —
- Наши пограничники с нашим капитаном, —
- А на левой стороне — ихние посты.
- А на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
- Капитанова невеста жить решила вместе —
- Прикатила, говорит: «Милый!..» — то да сё.
- Надо ж хоть букет цветов подарить невесте:
- Что за свадьба без цветов! — пьянка да и все.
- А на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
- К ихнему начальнику, точно по повестке,
- Тоже баба прикатила — налетела блажь, —
- Тоже «милый» говорит, только по-турецки,
- Будет свадьба, говорит, свадьба — и шабаш!
- А на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
- Наши пограничники — храбрые ребята, —
- Трое вызвались идти, а с ними капитан, —
- Разве ж знать они могли про то, что азиаты
- Порешили в ту же ночь вдарить по цветам!
- Ведь на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
- Пьян от запаха цветов капитан мертвецки,
- Ну и ихний капитан тоже в доску пьян, —
- Повалился он в цветы, охнув по-турецки,
- И, по-русски крикнув «…мать!», рухнул капитан.
- А на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
- Спит капитан — и ему снится,
- Что открыли границу как ворота в Кремле, —
- Ему и на фиг не нужна была чужая заграница —
- Он пройтиться хотел по ничейной земле.
- Почему же нельзя? Ведь земля-то — ничья,
- Ведь она — нейтральная!..
- А на нейтральной полосе — цветы
- Необычайной красоты!
Попутчик
- Хоть бы — облачко, хоть бы — тучка
- В этот год на моем горизонте, —
- Но однажды я встретил попутчика —
- Расскажу про него, знакомьтесь.
- Он спросил: «Вам куда?» — «До Вологды».
- «Ну, до Вологды — это полбеды».
- Чемодан мой от водки ломится —
- Предложил я, как полагается:
- «Может, выпить нам — познакомиться, —
- Поглядим, кто быстрей сломается!..»
- Он сказал: «Вылезать нам в Вологде,
- Ну а Вологда — это вона где!..»
- Я не помню, кто первый сломался, —
- Помню, он подливал, поддакивал, —
- Мой язык как шнурок развязался —
- Я кого-то ругал, оплакивал…
- И проснулся я в городе Вологде,
- Но — убей меня — не припомню где.
- А потом мне пришили дельце
- По статье Уголовного кодекса, —
- Успокоили: «Все перемелется», —
- Дали срок — не дали опомниться.
- И остался я в городе Вологде,
- Ну а Вологда — это вона где!..
- Пятьдесят восьмую дают статью —
- Говорят: «Ничего, вы так молоды…»
- Если б знал я, с кем еду, с кем водку пью, —
- Он бы хрен доехал до Вологды!
- Он живет себе в городе Вологде,
- А я — на Севере, а Север — вона где!
- …Все обиды мои — годы стерли,
- Но живу я теперь как в наручниках:
- Мне до боли, до кома в горле
- Надо встретить того попутчика!
- Но живет он в городе Вологде,
- А я — на Севере, а Север — вона где!..
«Сыт я по горло, до подбородка…»
- Сыт я по горло, до подбородка —
- Даже от песен стал уставать, —
- Лечь бы на дно, как подводная лодка,
- Чтоб не могли запеленговать!
- Друг подавал мне водку в стакане,
- Друг говорил, что это пройдет,
- Друг познакомил с Веркой по пьяни:
- Верка поможет, а водка спасет.
- Не помогли ни Верка, ни водка:
- С водки — похмелье, а с Верки — что взять!
- Лечь бы на дно, как подводная лодка, —
- И позывных не передавать!..
- Сыт я по горло, сыт я по глотку —
- Ох, надоело петь и играть, —
- Лечь бы на дно, как подводная лодка,
- Чтоб не могли запеленговать!
«В холода, в холода…»
- В холода, в холода
- От насиженных мест
- Нас другие зовут города, —
- Будь то Минск, будь то Брест, —
- В холода, в холода…
- Неспроста, неспроста
- От родных тополей
- Нас суровые манят места —
- Будто там веселей, —
- Неспроста, неспроста…
- Как нас дома ни грей —
- Не хватает всегда
- Новых встреч нам и новых друзей, —
- Будто с нами беда,
- Будто с ними теплей…
- Как бы ни было нам
- Хорошо иногда —
- Возвращаемся мы по домам.
- Где же наша звезда?
- Может — здесь, может — там…
Высота
- Вцепились они в высоту как в свое.
- Огонь минометный, шквальный…
- А мы всё лезли толпой на нее,
- Как на буфет вокзальный.
- И крики «ура» застывали во рту,
- Когда мы пули глотали.
- Семь раз занимали мы ту высоту —
- Семь раз мы ее оставляли.
- И снова в атаку не хочется всем,
- Земля — как горелая каша…
- В восьмой раз возьмем мы ее насовсем —
- Свое возьмем, кровное, наше!
- А можно ее стороной обойти, —
- И что мы к ней прицепились?!
- Но, видно, уж точно — все судьбы-пути
- На этой высотке скрестились.
Песня завистника
- Мой сосед объездил весь Союз —
- Что-то ищет, а чего — не видно, —
- Я в дела чужие не суюсь,
- Но мне очень больно и обидно.
- У него на окнах — плюш и шелк,
- Баба его шастает в халате, —
- Я б в Москве с киркой уран нашел
- При такой повышенной зарплате!
- И сдается мне, что люди врут, —
- Он нарочно ничего не ищет:
- Для чего? — ведь денежки идут —
- Ох, какие крупные деньжищи!
- А вчера на кухне ихний сын
- Головой упал у нашей двери —
- И разбил нарочно мой графин, —
- Я — мамаше счет в тройном размере.
- Ему, значит, — рупь, а мне — пятак?!
- Пусть теперь мне платит неустойку!
- Я ведь не из зависти, я так —
- Ради справедливости, и только.
- …Ничего, я им создам уют —
- Живо он квартиру обменяет, —
- У них денег — куры не клюют,
- А у нас — на водку не хватает!
«Перед выездом в загранку…»
- Перед выездом в загранку
- Заполняешь кучу бланков —
- Это еще не беда, —
- Но в составе делегаций
- С вами ездит личность в штатском
- Просто завсегда.
- А за месяц до вояжа
- Инструктаж проходишь даже —
- Как там проводить все дни:
- Чтоб поменьше безобразий,
- А потусторонних связей
- Чтобы — ни-ни-ни!
- …Личность в штатском — парень рыжий —
- Мне представился в Париже:
- «Будем с вами жить, я — Никодим.
- Вел нагрузки, жил в Бобруйске,
- Папа — русский, сам я — русский,
- Даже не судим».
- Исполнительный на редкость,
- Соблюдал свою секретность
- И во всем старался мне помочь:
- Он теперь по роду службы
- Дорожил моею дружбой
- Просто день и ночь.
- На экскурсию по Риму
- Я решил — без Никодиму:
- Он всю ночь писал — и вот уснул, —
- Но личность в штатском, оказалось,
- Раньше боксом увлекалась,
- Так что — не рискнул.
- Со мной он завтракал, обедал,
- Он везде — за мною следом, —
- Будто у него нет дел.
- Я однажды для порядку
- Заглянул в его тетрадку —
- Просто обалдел!
- Он писал — такая стерьва! —
- Что в Париже я на мэра
- С кулаками нападал,
- Что я к женщинам несдержан
- И влияниям подвержен
- Будто Запада…
- Значит, личность может даже
- Заподозрить в шпионаже!..
- Вы прикиньте — что тогда?
- Это значит — не увижу
- Я ни Риму, ни Парижу
- Больше никогда!..
«Есть на земле предостаточно рас…»
- Есть на земле предостаточно рас,
- Просто цветная палитра, —
- Воздуху каждый вдыхает за раз
- Два с половиною литра!
- Если так дальше, то — полный привет —
- Скоро конец нашей эры:
- Эти китайцы за несколько лет
- Землю лишат атмосферы!
- Сон мне тут снился неделю подряд —
- Сон с пробужденьем кошмарным:
- Будто — я в дом, а на кухне сидят
- Мао Цзэдун с Ли Сын Маном!
- И что — разделился наш маленький шар
- На три огромные части:
- Нас — миллиард, их — миллиард,
- А остальное — китайцы.
- И что — подают мне какой-то листок:
- На, мол, подписывай — ну же, —
- Очень нам нужен ваш Дальний Восток —
- Ох как ужасно нам нужен!..
- Только об этом я сне вспоминал,
- Только о нем я и думал, —
- Я сослуживца недавно назвал
- Мао — простите — Цзэдуном!
- Но вскорости мы на Луну полетим, —
- И что нам с Америкой драться:
- Левую — нам, правую — им,
- А остальное — китайцам.
«В тюрьме Таганской нас стало мало…»
- В тюрьме Таганской нас стало мало —
- Вести по-бабски нам не пристало.
- Дежурный по предбаннику
- Все бьет — хоть землю с мелом ешь, —
- И я сказал охраннику:
- «Ну что ж ты, сука, делаешь?!»
- В тюрьме Таганской легавых нету, —
- Но есть такие — не взвидишь свету!
- И я вчера напарнику,
- Который всем нам вслух читал,
- Как будто бы охраннику,
- Сказал, что он легавым стал.
- В тюрьме Таганской бывает хуже, —
- Там каждый — волком, никто не дружит.
- Вчера я подстаканником
- По темечку по белому
- Употребил охранника:
- Ну что он, сука, делает?!
«Она на двор — он со двора…»
- Она на двор — он со двора, —
- Такая уж любовь у них.
- А он работает с утра,
- Всегда с утра работает.
- Ее и знать никто не знал,
- А он считал пропащею,
- А он носился и страдал
- Идеею навязчивой:
- У ней отец — полковником,
- А у него — пожарником, —
- Он, в общем, ей не ровня был,
- Но вел себя охальником.
- Роман случился просто так,
- Роман так странно начался:
- Он предложил ей четвертак —
- Она давай артачиться…
- А черный дым все шел и шел,
- А черный дым взвивался вверх…
- И так им было хорошо —
- Любить ее он клялся век.
- А клены длинные росли —
- Считались колокольнями, —
- А люди шли, а люди шли,
- Путями шли окольными…
- Какие странные дела
- У нас в России лепятся!
- А как она ему дала,
- Расскажут — не поверится…
- А после дела темного,
- А после дела крупного
- Искал места укромные,
- Искал места уютные.
- И если б наша власть была
- Для нас для всех понятная,
- То счастие б она нашла, —
- А нынче жизнь — проклятая!.
Песня о сумасшедшем доме
- Сказал себе я: брось писать, — но руки сами просятся.
- Ох, мама моя родная, друзья любимые!
- Лежу в палате — косятся, не сплю: боюсь — набросятся, —
- Ведь рядом психи тихие, неизлечимые.
- Бывают психи разные — не буйные, но грязные, —
- Их лечат, морят голодом, их санитары бьют.
- И вот что удивительно: все ходят без смирительных
- И то, что мне приносится, всё психи эти жрут.
- Куда там Достоевскому с «Записками» известными, —
- Увидел бы, покойничек, как бьют об двери лбы!
- И рассказать бы Гоголю про нашу жизнь убогую, —
- Ей-Богу, этот Гоголь бы нам не поверил бы.
- Вот это мука, — плюй на них! — они ж ведь, суки, буйные:
- Всё норовят меня лизнуть, — ей-Богу, нету сил!
- Вчера в палате номер семь один свихнулся насовсем —
- Кричал: «Даешь Америку!» — и санитаров бил.
- Я не желаю славы, и пока я в полном здравии —
- Рассудок не померк еще, но это впереди, —
- Вот главврачиха — женщина — пусть тихо, но помешана, —
- Я говорю: «Сойду с ума!» — она мне: «Подожди!»
- Я жду, но чувствую — уже хожу по лезвию ноже:
- Забыл алфавит, падежей припомнил только два…
- И я прошу моих друзья, чтоб кто бы их бы ни был я,
- Забрать его, ему, меня отсюдова!
Про черта
- У меня запой от одиночества —
- По ночам я слышу голоса…
- Слышу — вдруг зовут меня по отчеству, —
- Глянул — черт, — вот это чудеса!
- Черт мне корчил рожи и моргал, —
- А я ему тихонечко сказал:
- «Я, брат, коньяком напился вот уж как!
- Ну, ты, наверно, пьешь денатурат…
- Слушай, черт-чертяка-чертик-чертушка,
- Сядь со мной — я очень буду рад…
- Да неужели, черт возьми, ты трус?!
- Слезь с плеча, а то перекрещусь!»
- Черт сказал, что он знаком с Борисовым —
- Это наш запойный управдом, —
- Черт за обе щеки хлеб уписывал,
- Брезговать не стал и коньяком.
- Кончился коньяк — не пропадем, —
- Съездим к трем вокзалам и возьмем.
- Я уснул, к вокзалам черт мой съездил сам.
- Просыпаюсь — снова черт, — боюсь:
- Или он по новой мне пригрезился,
- Или это я ему кажусь.
- Черт ругнулся матом, а потом
- Целоваться лез, вилял хвостом.
- Насмеялся я над ним до коликов
- И спросил: «Как там у вас в аду
- Отношенье к нашим алкоголикам —
- Говорят, их жарят на спирту?!»
- Черт опять ругнулся и сказал:
- «И там не тот товарищ правит бал!»
- …Все кончилось, светлее стало в комнате, —
- Черта я хотел опохмелять.
- Но растворился черт как будто в омуте…
- Я все жду — когда придет опять…
- Я не то чтоб чокнутый какой,
- Но лучше — с чертом, чем с самим собой.
Песня о сентиментальном боксере
- Удар, удар… Еще удар…
- Опять удар — и вот
- Борис Буткеев (Краснодар)
- Проводит апперкот.
- Вот он прижал меня в углу,
- Вот я едва ушел…
- Вот апперкот — я на полу,
- И мне нехорошо!
- И думал Буткеев, мне челюсть кроша:
- И жить хорошо, и жизнь хороша!
- При счете семь я все лежу —
- Рыдают землячки.
- Встаю, ныряю, ухожу —
- И мне идут очки.
- Неправда, будто бы к концу
- Я силы берегу, —
- Бить человека по лицу
- Я с детства не могу.
- Но думал Буткеев, мне ребра круша:
- И жить хорошо, и жизнь хороша!
- В трибунах свист, в трибунах вой:
- «Ату его, он трус!»
- Буткеев лезет в ближний бой —
- А я к канатам жмусь.
- Но он пролез — он сибиряк,
- Настырные они, —
- И я сказал ему: «Чудак!
- Устал ведь — отдохни!»
- Но он не услышал — он думал, дыша,
- Что жить хорошо и жизнь хороша!
- А он всё бьет — здоровый, черт! —
- Я вижу — быть беде.
- Ведь бокс не драка — это спорт
- Отважных и т. д.
- Вот он ударил — раз, два, три —
- И… сам лишился сил, —
- Мне руку поднял рефери,
- Которой я не бил.
- Лежал он и думал, что жизнь хороша.
- Кому хороша, а кому — ни шиша!
Песня о конькобежце на короткие дистанции, которого заставили бежать на длинную
- Десять тысяч — и всего один забег остался.
- В это время наш Бескудников Олег зазнался:
- Я, говорит, болен, бюллетеню, нету сил — и сгинул.
- Вот наш тренер мне тогда и предложил: беги, мол.
- Я ж на длинной на дистанции помру — не охну, —
- Пробегу, быть может, только первый круг — и сдохну!
- Но сурово эдак тренер мне: мол, надо, Федя, —
- Главное дело — чтобы воля, говорит, была к победе.
- Воля волей, если сил невпроворот, — а я увлекся:
- Я на десять тыщ рванул как на пятьсот — и спёкся!
- Подвела меня — ведь я предупреждал! — дыхалка:
- Пробежал всего два круга — и упал, — а жалко!
- И наш тренер, экс— и вице-чемпион ОРУДа,
- Не пускать меня елел на стадион — иуда!
- Ведь вчера мы только брали с ним с тоски по банке —
- А сегодня он кричит: «Меняй коньки на санки!»
- Жалко тренера — он тренер неплохой, — ну Бог с ним!
- Я ведь нынче занимаюся борьбой и боксом, —
- Не имею больше я на счет на свой сомнений:
- Все вдруг стали очень вежливы со мной, и — тренер…
«А люди все роптали и роптали…»
- А люди всё роптали и роптали,
- А люди справедливости хотят:
- «Мы в очереди первыми стояли, —
- А те, кто сзади нас, уже едят!»
- Им объяснили, чтобы не ругаться:
- «Мы просим вас, уйдите, дорогие!
- Те, кто едят, — ведь это иностранцы,
- А вы, прошу прощенья, кто такие?»
- Но люди всё роптали и роптали,
- Но люди справедливости хотят:
- «Мы в очереди первыми стояли, —
- А те, кто сзади нас, уже едят!»
- Им снова объяснил администратор:
- «Я вас прошу, уйдите, дорогие!
- Те, кто едят, — ведь это ж делегаты,
- А вы, прошу прощенья, кто такие?»
- Но люди всё роптали и роптали,
- Но люди справедливости хотят:
- «Мы в очереди первыми стояли, —
- А те, кто сзади нас, уже едят…»
Дела
- Дела!
- Меня замучили дела — каждый миг, каждый час, каждый день, —
- Дотла
- Сгорело время, да и я — нет меня, — только тень, только тень!
- Ты ждешь…
- А может, ждать уже устал — и ушел или спишь, —
- Ну что ж, —
- Быть может, мысленно со мной говоришь…
- Теперь
- Ты должен вечер мне один подарить, подарить, —
- Поверь,
- Мы будем только говорить!
- Опять!
- Все время новые дела у меня, всё дела и дела…
- Догнать,
- Или успеть, или найти… Нет, опять не нашла, не нашла!
- Беда!
- Теперь мне кажется, что мне не успеть за судьбой —
- Всегда
- Последний в очереди ты, дорогой!
- Теперь
- Ты должен вечер мне один подарить, подарить, —
- Поверь,
- Мы будем долго говорить!
- Подруг
- Давно не вижу — всё дела у меня, без конца всё дела, —
- И вдруг
- Сгорели пламенем дотла все дела, — не дела, а зола!
- Весь год
- Он ждал, но дольше ждать и дня не хотел, не хотел, —
- И вот
- Не стало вовсе у меня больше дел.
- Теперь
- Ты должен вечер мне один подарить, подарить, —
- Поверь,
- Что мы не будем говорить!
Песня о друге
- Если друг оказался вдруг
- И не друг, и не враг, а так;
- Если сразу не разберешь,
- Плох он или хорош, —
- Парня в горы тяни — рискни! —
- Не бросай одного его:
- Пусть он в связке в одной с тобой —
- Там поймешь, кто такой.
- Если парень в горах — не ах,
- Если сразу раскис — и вниз,
- Шаг ступил на ледник — и сник,
- Оступился — и в крик, —
- Значит, рядом с тобой — чужой,
- Ты его не брани — гони:
- Вверх таких не берут и тут
- Про таких не поют.
- Если ж он не скулил, не ныл,
- Пусть он хмур был и зол, но шел,
- А когда ты упал со скал,
- Он стонал, но держал;
- Если шел он с тобой как в бой,
- На вершине стоял — хмельной, —
- Значит, как на себя самого
- Положись на него!
Здесь вам не равнина
- Здесь вам не равнина, здесь климат иной —
- Идут лавины одна за одной,
- И здесь за камнепадом ревет камнепад, —
- И можно свернуть, обрыв обогнуть, —
- Но мы выбираем трудный путь,
- Опасный, как военная тропа.
- Кто здесь не бывал, кто не рисковал —
- Тот сам себя не испытал,
- Пусть даже внизу он звезды хватал с небес:
- Внизу не встретишь, как ни тянись,
- За всю свою счастливую жизнь
- Десятой доли таких красот и чудес.
- Нет алых роз и траурных лент,
- И не похож на монумент
- Тот камень, что покой тебе подарил, —
- Как Вечным огнем, сверкает днем
- Вершина изумрудным льдом —
- Которую ты так и не покорил.
- И пусть говорят, да, пусть говорят,
- Но — нет, никто не гибнет зря!
- Так лучше — чем от водки и от простуд.
- Другие придут, сменив уют
- На риск и непомерный труд, —
- Пройдут тобой не пройденный маршрут.
- Отвесные стены… А ну — не зевай!
- Ты здесь на везение не уповай —
- В горах не надежны ни камень, ни лед, ни скала,
- Надеемся только на крепость рук,
- На руки друга и вбитый крюк —
- И молимся, чтобы страховка не подвела.
- Мы рубим ступени… Ни шагу назад!
- И от напряженья колени дрожат,
- И сердце готово к вершине бежать из груди.
- Весь мир на ладони — ты счастлив и нем
- И только немного завидуешь тем,
- Другим — у которых вершина еще впереди.
Военная песня
- Мерцал закат, как сталь клинка.
- Свою добычу смерть считала…
- Бой будет завтра, а пока
- Взвод зарывался в облака
- И уходил по перевалу.
- Отставить разговоры!
- Вперед и вверх, а там…
- Ведь это наши горы —
- Они помогут нам!
- А до войны — вот этот склон
- Немецкий парень брал с тобою,
- Он падал вниз, но был спасен, —
- А вот сейчас, быть может, он
- Свой автомат готовит к бою.
- Отставить разговоры!
- Вперед и вверх, а там…
- Ведь это наши горы —
- Они помогут нам!
- Ты снова здесь, ты собран весь —
- Ты ждешь заветного сигнала.
- И парень тот — он тоже здесь,
- Среди стрелков из «Эдельвейс», —
- Их надо сбросить с перевала!
- Отставить разговоры!
- Вперед и вверх, а там…
- Ведь это наши горы —
- Они помогут нам!
- Взвод лезет вверх, а у реки —
- Тот, с кем ходил ты раньше в паре.
- Мы ждем атаки до тоски,
- А вот альпийские стрелки
- Сегодня что-то не в ударе…
- Отставить разговоры!
- Вперед и вверх, а там…
- Ведь это наши горы —
- Они помогут нам!
Скалолазка
- Я спросил тебя: «Зачем идете в гору вы? —
- А ты к вершине шла, а ты рвалася в бой. —
- Ведь Эльбрус и с самолета видно здорово…»
- Рассмеялась ты — и взяла с собой.
- И с тех пор ты стала близкая и ласковая,
- Альпинистка моя, скалолазка моя, —
- Первый раз меня из трещины вытаскивая,
- Улыбалась ты, скалолазка моя!
- А потом за эти проклятые трещины,
- Когда ужин твой я нахваливал,
- Получил я две короткие затрещины —
- Но не обиделся, а приговаривал:
- «Ох, какая же ты близкая и ласковая,
- Альпинистка моя, скалолазка моя!..»
- Каждый раз меня по трещинам выискивая,
- Ты бранила меня, альпинистка моя!
- А потом на каждом нашем восхождении —
- Ну почему ты ко мне недоверчивая?! —
- Страховала ты меня с наслаждением,
- Альпинистка моя гуттаперчевая!
- Ох, какая ж ты не близкая, не ласковая,
- Альпинистка моя, скалолазка моя!
- Каждый раз меня из пропасти вытаскивая,
- Ты ругала меня, скалолазка моя.
- За тобой тянулся из последней силы я —
- До тебя уже мне рукой подать, —
- Вот долезу и скажу: «Довольно, милая!»
- Тут сорвался вниз, но успел сказать:
- «Ох, какая же ты близкая и ласковая,
- Альпинистка моя скалоласковая!..»
- Мы теперь с тобою одной веревкой связаны,
- Стали оба мы скалолазами!
Прощание с горами
- В суету городов и в потоки машин
- Возвращаемся мы — просто некуда деться! —
- И спускаемся вниз с покоренных вершин,
- Оставляя в горах свое сердце.
- Так оставьте ненужные споры —
- Я себе уже все доказал:
- Лучше гор могут быть только горы,
- На которых еще не бывал.
- Кто захочет в беде оставаться один,
- Кто захочет уйти, зову сердца не внемля?!
- Но спускаемся мы с покоренных вершин, —
- Что же делать — и боги спускались на землю.
- Так оставьте ненужные споры —
- Я себе уже все доказал:
- Лучше гор могут быть только горы,
- На которых еще не бывал.
- Сколько слов и надежд, сколько песен и тем
- Горы будят у нас — и зовут нас остаться! —
- Но спускаемся мы — кто на год, кто совсем, —
- Потому что всегда мы должны возвращаться.
- Так оставьте ненужные споры —
- Я себе уже все доказал:
- Лучше гор могут быть только горы,
- На которых никто не бывал!
«Свои обиды каждый человек…»
- Свои обиды каждый человек —
- Проходит время — и забывает.
- А моя печаль — как вечный снег:
- Не тает, не тает.
- Не тает она и летом
- В полуденный зной, —
- И знаю я: печаль-тоску мне эту
- Век носить с собой.
Она была в Париже [1]
- Наверно, я погиб: глаза закрою — вижу.
- Наверно, я погиб: робею, а потом —
- Куда мне до нее — она была в Париже,
- И я вчера узнал — не только в ём одном!
- Какие песни пел я ей про Север дальний! —
- Я думал: вот чуть-чуть — и будем мы на ты, —
- Но я напрасно пел о полосе нейтральной —
- Ей глубоко плевать, какие там цветы.
- Я спел тогда еще — я думал, это ближе —
- «Про счетчик», «Про того, кто раньше с нею был»…
- Но что ей до меня — она была в Париже, —
- Ей сам Марсель Марсо чевой-то говорил!
- Я бросил свой завод — хоть, в общем, был не вправе, —
- Засел за словари на совесть и на страх…
- Но что ей от того — она уже в Варшаве, —
- Мы снова говорим на разных языках…
- Приедет — я скажу по-польски: «Прошу, пани,
- Прими таким как есть, не буду больше петь…»
- Но что ей до меня — она уже в Иране, —
- Я понял: мне за ней, конечно, не успеть!
- Она сегодня здесь, а завтра будет в Осле, —
- Да, я попал впросак, да, я попал в беду!..
- Кто раньше с нею был и тот, кто будет после, —
- Пусть пробуют они — я лучше пережду!
Песня о новом времени
- Как призывный набат, прозвучали в ночи тяжело шаги, —
- Значит, скоро и нам — уходить и прощаться без слов.
- По нехоженым тропам протопали лошади, лошади,
- Неизвестно к какому концу унося седоков.
- Наше время иное, лихое, но счастье, как встарь, ищи!
- И в погоню летим мы за ним, убегающим, вслед.
- Только вот в этой скачке теряем мы лучших товарищей,
- На скаку не заметив, что рядом — товарищей нет.
- И еще будем долго огни принимать за пожары мы,
- Будет долго зловещим казаться нам скрип сапогов,
- О войне будут детские игры с названьями старыми,
- И людей будем долго делить на своих и врагов.
- А когда отгрохочет, когда отгорит и отплачется,
- И когда наши кони устанут под нами скакать,
- И когда наши девушки сменят шинели на платьица, —
- Не забыть бы тогда, не простить бы и не потерять!..
Гололед
- Гололед на Земле, гололед —
- Целый год напролет гололед.
- Будто нет ни весны, ни лета —
- В саван белый одета планета —
- Люди, падая, бьются об лед.
- Гололед на Земле, гололед —
- Целый год напролет гололед.
- Гололед, гололед, гололед —
- Целый год напролет, целый год.
- Даже если всю Землю — в облет,
- Не касаясь планеты ногами, —
- Не один, так другой упадет
- На поверхность, а там — гололед! —
- И затопчут го сапогами.
- Гололед на Земле, гололед —
- Целый год напролет гололед.
- Гололед, гололед, гололед —
- Целый год напролет, целый год.
- Только — лед, словно зеркало, лед,
- Но на детский каток не похоже, —
- Может — зверь не упавши пройдет…
- Гололед! — и двуногий встает
- На четыре конечности тоже.
- Гололед на Земле, гололед —
- Целый год напролет гололед.
- Гололед, гололед, гололед —
- Целый год напролет, целый год.
«Вот — главный вход, но только вот…»
- Вот — главный вход, но только вот
- Упрашивать — я лучше сдохну, —
- Вхожу я через черный ход,
- А выходить стараюсь в окна.
- Не вгоняю я в гроб никого,
- Но вчера меня, тепленького —
- Хоть бываю и хуже я сам, —
- Оскорбили до ужаса.
- И, плюнув в пьяное мурло
- И обвязав лицо портьерой,
- Я вышел прямо сквозь стекло —
- В объятья к милиционеру.
- И меня — окровавленного,
- Всенародно прославленного,
- Прям как был я — в амбиции
- Довели до милиции.
- И, кулаками покарав
- И попинав меня ногами,
- Мне присудили крупный штраф —
- За то, что я нахулиганил.
- А потом — перевязанному,
- Несправедливо наказанному —
- Сердобольные мальчики
- Дали спать на диванчике.
- Проснулся я — еще темно, —
- Успел поспать и отдохнуть я, —
- Встаю и, как всегда, — в окно,
- Но на окне — стальные прутья!
- И меня — патентованного,
- Ко всему подготовленного, —
- Эти прутья печальные
- Ввергли в бездну отчаянья.
- А рано утром — верь не верь —
- Я встал, от слабости шатаясь, —
- И вышел в дверь — я вышел в дверь!
- С тех пор в себе я сомневаюсь.
- В мире — тишь и безветрие,
- Чистота и симметрия, —
- На душе моей — тягостно,
- И живу я безрадостно.
«Корабли постоят — и ложатся на курс…»
- Корабли постоят — и ложатся на курс, —
- Но они возвращаются сквозь непогоды…
- Не пройдет и полгода — и я появлюсь, —
- Чтобы снова уйти на полгода.
- Возвращаются все — кроме лучших друзей,
- Кроме самых любимых и преданных женщин.
- Возвращаются все — кроме тех, кто нужней, —
- Я не верю судьбе, а себе — еще меньше.
- Но мне хочется верить, что это не так,
- Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.
- Я, конечно, вернусь — весь в друзьях и в делах —
- Я, конечно, спою — не пройдет и полгода.
- Я, конечно, вернусь — весь в друзьях и в мечтах,
- Я, конечно, спою — не пройдет и полгода.
Случай в ресторане
- В ресторане по стенкам висят тут и там —
- «Три медведя», «Заколотый витязь»…
- За столом одиноко сидит капитан.
- «Разрешите?» — спросил я. «Садитесь!
- …Закури!» — «Извините, «Казбек» не курю…»
- «Ладно, выпей, — давай-ка посуду!..
- Да пока принесут… Пей, кому говорю!
- Будь здоров!» — «Обязательно буду!»
- «Ну так что же, — сказал, захмелев, капитан, —
- Водку пьешь ты красиво, однако.
- А видал ты вблизи пулемет или танк?
- А ходил ли ты, скажем, в атаку?
- В сорок третьем под Курском я был старшиной, —
- За моею спиной — такое…
- Много всякого, брат, за моею спиной,
- Чтоб жилось тебе, парень, спокойно!»
- Он ругался и пил, он спросил про отца,
- И кричал он, уставясь на блюдо:
- «Я полжизни отдал за тебя, подлеца, —
- А ты жизнь прожигаешь, иуда!
- А винтовку тебе, а послать тебя в бой?!
- А ты водку тут хлещешь со мною!..»
- Я сидел как в окопе под Курской дугой —
- Там, где был капитан старшиною.
- Он все больше хмелел, я — за ним по пятам, —
- Только в самом конце разговора
- Я обидел его — я сказал: «Капитан,
- Никогда ты не будешь майором!..»
Два письма
I
- Здравствуй, Коля, милый мой, друг мой ненаглядный!
- Во первых строках письма шлю тебе привет.
- Вот вернешься ты, боюсь, занятой, нарядный —
- Не заглянешь и домой — сразу в сельсовет.
- Как уехал ты — я в крик, — бабы прибежали:
- «Ой, разлуки, — говорят, — ей не перенесть».
- Так скучала за тобой, что меня держали, —
- Хоть причина не скучать очень даже есть.
- Тута Пашка приходил — кум твой окаянный, —
- Еле-еле не далась — даже щас дрожу.
- Он три дня уж, почитай, ходит злой и пьяный —
- Перед тем как приставать, пьет для куражу.
- Ты, болтают, получил премию большую;
- Будто Борька, наш бугай, — первый чемпион…
- К злыдню этому быку я тебя ревную
- И люблю тебя сильней, нежели чем он.
- Ты приснился мне во сне — пьяный, злой,
- угрюмый, —
- Если думаешь чего — так не мучь себя:
- С агрономом я прошлась, — только ты не думай —
- Говорили мы весь час только про тебя.
- Я-то ладно, а вот ты — страшно за тебя-то:
- Тут недавно приезжал очень важный чин, —
- Так в столице, говорит, всякие развраты,
- Да и женщин, говорит, больше, чем мужчин.
- Ты уж, Коля, там не пей — потерпи до дому, —
- Дома можешь хоть чего: можешь — хоть в запой!
- Мне не надо никого — даже агроному, —
- Хоть культурный человек — не сравню с тобой.
- Наш амбар в дожди течет — прохудился, верно, —
- Без тебя невмоготу — кто создаст уют?!
- Хоть какой, но приезжай — жду тебя безмерно!
- Если можешь, напиши — что там продают.
II
- Не пиши мне про любовь — не поверю я:
- Мне вот тут уже дела твои прошлые
- Слушай лучше: тут — с лавсаном материя, —
- Если хочешь, я куплю — вещь хорошая.
- Водки я пока не пил— ну ни стопочки!
- Экономлю и не ем даже супу я, —
- Потому что я куплю тебе кофточку,
- Потому что я люблю тебя, глупая.
- Был в балете, — мужики девок лапают.
- Девки — все как на подбор — в белых тапочках.
- Вот пишу, а слезы душат и капают:
- Не давай себя хватать, моя лапочка!
- Наш бугай — один из первых на выставке.
- А сперва кричали — будто бракованный, —
- Но очухались — и вот дали приз таки:
- Весь в медалях он лежит, запакованный.
- Председателю скажи, пусть избу мою
- Кроют нынче же, и пусть травку выкосют, —
- А не то я тёлок крыть — не подумаю:
- Рекордсмена портить мне — на-кось, выкуси!
- Пусть починют наш амбар — ведь не гнить зерну!
- Будет Пашка приставать — с им как с предателем!
- С агрономом не гуляй — ноги выдерну, —
- Можешь раза два пройтись с председателем.
- До свидания, я — в ГУМ, за покупками:
- Это — вроде наш лабаз, но — со стеклами…
- Ты мне можешь надоесть с полушубками,
- В сером платьице с узорами блеклыми.
- …Тут стоит культурный парк по-над речкою,
- В ем гуляю — и плюю только в урны я.
- Но ты, конечно, не поймешь — там, за печкою,
- Потому — ты темнота некультурная.
Песня о вещей Кассандре
- Долго Троя в положении осадном
- Оставалась неприступною твердыней,
- Но троянцы не поверили Кассандре, —
- Троя, может быть, стояла б и поныне.
- Без умолку безумная девица
- Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
- Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
- Во все века сжигали люди на кострах.
- И в ночь, когда из чрева лошади на Трою
- Спустилась смерть, как и положено, крылата,
- Над избиваемой безумною толпою
- Кто-то крикнул: «Это ведьма виновата!»
- Без умолку безумная девица
- Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
- Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
- Во все века сжигали люди на кострах.
- И в эту ночь, и в эту смерть, и в эту смуту,
- Когда сбылись все предсказания на славу,
- Толпа нашла бы подходящую минуту,
- Чтоб учинить свою привычную расправу.
- Без устали безумная девица
- Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
- Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
- Во все века сжигали люди на кострах.
- Конец простой — хоть не обычный, но досадный:
- Какой-то грек нашел Кассандрину обитель, —
- И начал пользоваться ей не как Кассандрой,
- А как простой и ненасытный победитель.
- Без умолку безумная девица
- Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
- Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
- Во все века сжигали люди на кострах.
Спасите наши души
- Уходим под воду
- В нейтральной воде.
- Мы можем по году
- Плевать на погоду, —
- А если накроют —
- Локаторы взвоют
- О нашей беде.
- Спасите наши души!
- Мы бредим от удушья.
- Спасите наши души!
- Спешите к нам!
- Услышьте нас на суше —
- Наш SOS все глуше, глуше, —
- И ужас режет души
- Напополам…
- И рвутся аорты,
- Но наверх — не сметь!
- Там слева по борту,
- Там справа по борту,
- Там прямо по ходу —
- Мешает проходу
- Рогатая смерть!
- Спасите наши души!
- Мы бредим от удушья.
- Спасите наши души!
- Спешите к нам!
- Услышьте нас на суше —
- Наш SOS все глуше, глуше, —
- И ужас режет души
- Напополам…
- Но здесь мы — на воле, —
- Ведь это наш мир!
- Свихнулись мы, что ли, —
- Всплывать в минном поле!
- «А ну, без истерик!
- Мы врежемся в берег», —
- Сказал командир.
- Спасите наши души!
- Мы бредим от удушья.
- Спасите наши души!
- Спешите к нам!
- Услышьте нас на суше —
- Наш SOS все глуше, глуше, —
- И ужас режет души
- Напополам…
- Всплывем на рассвете —
- Приказ есть приказ!
- Погибнуть во цвете —
- Уж лучше при свете!
- Наш путь не отмечен…
- Нам нечем… Нам нечем!..
- Но помните нас!
- Спасите наши души!
- Мы бредим от удушья.
- Спасите наши души!
- Спешите к нам!
- Услышьте нас на суше —
- Наш SOS все глуше, глуше, —
- И ужас режет души
- Напополам…
- Вот вышли наверх мы.
- Но выхода нет!
- Вот — полный на верфи!
- Натянуты нервы.
- Конец всем печалям,
- Концам и началам —
- Мы рвемся к причалам
- Заместо торпед!
- Спасите наши души!
- Мы бредим от удушья.
- Спасите наши души!
- Спешите к нам!
- Услышьте нас на суше —
- Наш SOS все глуше, глуше, —
- И ужас режет души
- Напополам…
- Спасите наши души!
- Спасите наши души…
Дом хрустальный
- Коли я богат, как царь морской,
- Крикни только мне: «Лови блесну!» —
- Мир подводный и надводный свой,
- Не задумываясь, выплесну!
- Дом хрустальный на горе — для нее,
- Сам, как пес бы, так и рос — в цепи.
- Родники мои серебряные,
- Золотые мои россыпи!
- Если беден я, как пес — один,
- И в дому моем — шаром кати, —
- Ведь поможешь ты мне, Господи,
- Не позволишь жизнь скомкати!
- Дом хрустальный на горе — для нее,
- Сам, как пес бы, так и рос — в цепи.
- Родники мои серебряные,
- Золотые мои россыпи!
- Не сравнил бы я любую с тобой, —
- Хоть казни меня, расстреливай.
- Посмотри, как я любуюсь тобой —
- Как мадонной Рафаэлевой!
- Дом хрустальный на горе — для нее,
- Сам, как пес бы, так и рос — в цепи.
- Родники мои серебряные,
- Золотые мои россыпи!
Невидимка
- Сижу ли я, пишу ли я, пью кофе или чай,
- Приходит ли знакомая блондинка —
- Я чувствую, что на меня глядит соглядатай,
- Но только не простой, а — невидимка.
- Иногда срываюсь с места
- Будто тронутый я,
- До сих пор моя невеста —
- Мной не тронутая!
- Про погоду мы с невестой
- Ночью диспуты ведем,
- Ну а что другое если —
- Мы стесняемся при ём.
- Обидно мне,
- Досадно мне, —
- Ну ладно!
- Однажды выпиваю — да и кто сейчас не пьет!
- Нейдет она: как рюмка — так в отрыжку, —
- Я чувствую — сидит, подлец, и выпитому счет
- Ведет в свою невидимую книжку.
- Иногда срываюсь с места
- Как напудренный я,
- До сих пор моя невеста —
- Целомудренная!
- Про погоду мы с невестой
- Ночью диспуты ведем,
- Ну а что другое если —
- Мы стесняемся при ём.
- Обидно мне,
- Досадно мне, —
- Ну ладно!
- Я дергался, я нервничал — на выдумки пошел:
- Вот лягу спать и подымаю храп; ну,
- Коньяк открытый ставлю и — закусочки на стол, —
- Вот сядет он — тут я его и хапну!
- Иногда срываюсь с места
- Будто тронутый я,
- До сих пор моя невеста —
- Мной не тронутая!
- Про погоду мы с невестой
- Ночью диспуты ведем,
- Ну а что другое если —
- Мы стесняемся при ём.
- Обидно мне,
- Досадно мне, —
- Ну ладно!
- К тому ж он мне вредит, — да вот не дале как вчера,
- Поймаю, так убью его на месте! —
- Сижу, а мой партнер подряд играет «мизера»,
- А у меня «гора» — три тыщи двести.
- Побледнев, срываюсь с места
- Как напудренный я,
- До сих пор моя невеста —
- Целомудренная!
- Про погоду мы с невестой
- Ночью диспуты ведем,
- Ну а что другое если —
- Мы стесняемся при ём.
- Обидно мне,
- Досадно мне, —
- Ну ладно!
- А вот он мне недавно на работу написал
- Чудовищно тупую анонимку, —
- Начальник прочитал, мне показал, — а я узнал
- По почерку — родную невидимку.
- Оказалась невидимкой —
- Нет, не тронутый я —
- Эта самая блондинка,
- Мной не тронутая!
- Эта самая блондинка…
- У меня весь лоб горит!
- Я спросил: «Зачем ты, Нинка?»
- «Чтоб женился», — говорит.
- Обидно мне,
- Досадно мне, —
- Ну ладно!
Песня про плотника Иосифа, Деву Марию, Святого Духа и непорочное зачатье
- Возвращаюся с работы,
- Рашпиль ставлю у стены, —
- Вдруг в окно порхает кто-то
- Из постели от жены!
- Я, конечно, вопрошаю:
- «Кто такой?»
- А она мне отвечает:
- «Дух Святой!»
- Ох, я встречу того Духа —
- Ох, отмечу его в ухо!
- Дух он тоже Духу рознь:
- Коль Святой — так Машку брось!
- Хочь ты — кровь голубая,
- Хочь ты — белая кость, —
- Вот родится Он, и знаю —
- Не пожалует Христос!
- Машка — вредная натура —
- Так и лезет на скандал, —
- Разобиделася, дура:
- Вроде, значит, помешал!
- Я сперва-сначала с лаской:
- То да се…
- А она — к стене с опаской:
- «Нет, и все!»
- Я тогда цежу сквозь зубы,
- Но уже, конечно, грубо:
- «Хочь он возрастом и древний,
- Хочь годов ему тыщ шесть, —
- У него в любой деревне
- Две-три бабы точно есть!»
- Я — к Марии с предложеньем,
- Я на выдумки мастак! —
- Мол, в другое воскресенье
- Ты, Мария, сделай так:
- Я потопаю под утро —
- Мол, пошел, —
- А ты прими его как будто,
- Хорошо?
- Ты накрой его периной —
- И запой, — тут я с дубиной!
- Он — крылом, а я — колом,
- Он — псалом, а я — кайлом!
- Тут, конечно, он сдается —
- Честь Марии спасена, —
- Потому что, мне сдается,
- Этот Ангел — Сатана!
- …Вот влетаю с криком, с древом,
- Весь в надежде на испуг…
- Машка плачет. «Машка, где он?» —
- «Улетел, желанный Дух!» —
- «Как же это, я не знаю,
- Как успел?»
- «Да вот так вот, — отвечает, —
- Улетел!
- Он псалом мне прочитал
- И крылом пощекотал…»
- «Ты шутить с живым-то мужем!
- Ах ты скверная жена!..»
- Я взмахнул своим оружьем…
- Смейся, смейся, Сатана!
Дайте собакам мяса
- Дайте собакам мяса —
- Может, они подерутся.
- Дайте похмельным кваса —
- Авось они перебьются.
- Чтоб не жиреть воронам,
- Ставьте побольше пугал.
- Чтобы любить, влюбленным
- Дайте укромный угол.
- В землю бросайте зерна —
- Может, появятся всходы.
- Ладно, я буду покорным —
- Дайте же мне свободу!
- Псам мясные ошметки
- Дали — а псы не подрались.
- Дали пьяницам водки —
- А они отказались.
- Люди ворон пугают —
- А воронье не боится.
- Пары соединяют —
- А им бы разъединиться.
- Лили на землю воду —
- Нету колосьев, — чудо!
- Мне вчера дали свободу —
- Что я с ней делать буду?!
Моя цыганская
- В сон мне — желтые огни,
- И хриплю во сне я:
- «Повремени, повремени —
- Утро мудренее!»
- Но и утром все не так,
- Нет того веселья:
- Или куриш натощак,
- Или пьешь с похмелья.
- В кабаках — зеленый штоф,
- Белые салфетки, —
- Рай для нищих и шутов,
- Мне ж — как птице в клетке.
- В церкви — смрад и полумрак,
- Дьяки курят ладан…
- Нет, и в церкви все не так,
- Все не так, как надо!
- Я — на гору впопыхах,
- Чтоб чего не вышло, —
- На горе стоит ольха,
- Под горою — вишня.
- Хоть бы склон увить плющом —
- Мне б и то отрада,
- Хоть бы что-нибудь еще…
- Все не так, как надо!
- Я — по полю вдоль реки:
- Света — тьма, нет Бога!
- В чистом поле — васильки,
- Дальняя дорога.
- Вдоль дороги — лес густой
- С бабами-ягами,
- А в конце дороги той —
- Плаха с топорами.
- Где-то кони пляшут в такт,
- Нехотя и плавно.
- Вдоль дороги все не так,
- А в конце — подавно.
- И ни церковь, ни кабак —
- Ничего не свято!
- Нет, ребята, все не так!
- Все не так, ребята…
«На стол колоду, господа…»
- «На стол колоду, господа, —
- Крапленая колода!
- Он подменил ее». — «Когда?» —
- «Барон, вы пили воду…
- Валет наколот, так и есть!
- Барон, ваш долг погашен!
- Вы проходимец, ваша честь, —
- И я к услугам вашим!
- Что? Я не слышу ваш апарт…
- О нет, так не годится!»
- …А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
- «Закончить не смогли вы кон —
- Верните бриллианты!
- А вы, барон, и вы, виконт,
- Пожалте в секунданты!
- Ответьте, если я не прав, —
- Но наперед все лживо!
- Итак, оружье ваше, граф?!
- За вами выбор — живо!
- Вы не получите инфаркт,
- Вам не попасть в больницу!»
- …А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
- «Да полно, назначаю сам:
- На шпагах, пистолетах…
- Хотя сподручней было б вам —
- На дамских амулетах.
- Кинжал… — ах, если б вы смогли!..
- Я дрался им в походах!
- Но вы б, конечно, предпочли —
- На шулерских колодах!
- Вам скоро будет не до карт —
- Вам предстоит сразиться!»
- …А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
- «Не поднимайте, ничего, —
- Я встану сам, сумею!
- Я снова вызову его,
- Пусть даже протрезвею.
- Барон, молчать! Виконт, не хнычь!
- Плевать, что тьма народу!
- Пусть он расскажет, старый хрыч,
- Чем он крапил колоду!
- Когда откроет тайну карт —
- Дуэль не состоится!»
- …А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
- «А коль откажется сказать —
- Клянусь своей главою:
- Графиню можете считать
- Сегодня же вдовою.
- И хоть я шуток не терплю,
- Но я могу взбеситься, —
- Тогда я графу прострелю,
- Экскьюз ми, ягодицу!»
- Стоял июль, а может — март.
- Летели с юга птицы…
- А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
- …«Ах, граф, прошу меня простить —
- Я вел себя бестактно, —
- Я в долг хотел у вас просить,
- Но не решился как-то.
- Хотел просить наедине —
- Мне на людях неловко —
- И вот пришлось затеять мне
- Дебош и потасовку.
- О да, я выпил целый штоф —
- И сразу вышел червой…
- Дурак?! Вот как! Что ж, я готов!
- Итак, ваш выстрел первый…»
- Стоял весенний месяц март,
- Летели с юга птицы…
- А в это время Бонапарт
- Переходил границу.
«Сколько чудес за туманами кроется…»
- Сколько чудес за туманами кроется —
- Ни подойти, ни увидеть, ни взять, —
- Дважды пытались, но Бог любит троицу —
- Глупо опять поворачивать вспять.
- Выучи намертво, не забывай
- И повторяй как заклинанье:
- «Не потеряй веру в тумане,
- Да и себя не потеряй!»
- Было когда-то — тревожили беды нас, —
- Многих туман укрывал от врагов.
- Нынче, туман, не нужна твоя преданность —
- Хватит тайгу запирать на засов!
- Выучи намертво, не забывай
- И повторяй как заклинанье:
- «Не потеряй веру в тумане,
- Да и себя не потеряй!»
- Тайной покрыто, молчанием сколото —
- Заколдовала природа-шаман.
- Черное золото, белое золото
- Сторож седой охраняет — туман.
- Только ты выучи, не забывай
- И повторяй как заклинанье:
- «Не потеряй веру в тумане,
- Да и себя не потеряй!»
- Что же выходит — и пробовать нечего,
- Перед туманом ничто человек?
- Но от тепла, от тепла человечьего
- Даже туман поднимается вверх!
- Выучи, вызубри, не забывай
- И повторяй как заклинанье:
- «Не потеряй веру в тумане,
- Да и себя не потеряй!»
Песня командировочного
- Всего один мотив
- Доносит с корабля;
- Один аккредитив —
- На двадцать два рубля.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен аскет!
- Дежурная по этажу
- Грозилась мне на днях, —
- В гостиницу вхожу
- Бесшумно — на руках.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен аскет!
- В столовой номер два
- Всегда стоит кефир;
- И мыслей полна голова,
- И все — про загробный мир.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен аскет!
- Одну в кафе позвал, —
- Увы, романа нет, —
- Поел — и побежал,
- Как будто в туалет.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен аскет!
- А пляжи все полны
- Пленительнейших вдов, —
- Но стыдно снять штаны:
- Ведь я здесь с холодов.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен аскет!
- О проклятый Афон! —
- Влюбился, словно тля, —
- Беру последний фонд —
- Все двадцать два рубля.
- Пленительна, стройна, —
- Все деньги на проезд,
- Наверное, она
- Сегодня же проест.
- А жить еще две недели,
- Работы — на восемь лет, —
- Но я докажу на деле,
- На что способен… скелет!
Я уехал в Магадан
- Ты думаешь, что мне — не по годам,
- Я очень редко раскрываю душу, —
- Я расскажу тебе про Магадан —
- Слушай!
- Как я видел Нагайскую бухту да тракты, —
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
- Однажды я уехал в Магадан —
- Я от себя бежал как от чахотки.
- Я сразу там напился вдрабадан
- Водки!
- Но я видел Нагайскую бухту да тракты, —
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
- За мной летели слухи по следам,
- Опережая самолет и вьюгу, —
- Я все-таки уехал в Магадан
- К другу!
- И я видел Нагайскую бухту да тракты, —
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
- Я повода врагам своим не дал —
- Не взрезал вены, не порвал аорту, —
- Я взял да как уехал в Магадан,
- К черту!
- Я увидел Нагайскую бухту да тракты, —
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
- Я, правда, здесь оставил много дам, —
- Писали мне: «Все ваши дамы биты!»
- Ну что ж — а я уехал в Магадан, —
- Квиты!
- И я видел Нагайскую бухту да тракты, —
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
- Когда подходит дело к холодам, —
- Пусть это далеко, да и накладно, —
- Могу уехать к другу в Магадан —
- Ладно!
- Ты не видел Нагайскую бухту — дурак ты!
- Улетел я туда не с бухты— барахты.
«Красивых любят чаще и прилежней…»
- Красивых любят чаще и прилежней,
- Веселых любят меньше, но быстрей, —
- И молчаливых любят, только реже,
- Зато уж если любят, то сильней.
- Не кричи нежных слов, не кричи,
- До поры подержи их в неволе, —
- Пусть кричат пароходы в ночи,
- Ну а ты промолчи, помолчи, —
- Поспешишь — и ищи ветра в поле.
- Она читает грустные романы, —
- Ну пусть сравнит, и ты доверься ей, —
- Ведь появились черные тюльпаны —
- Чтобы казались белые белей.
- Не кричи нежных слов, не кричи,
- До поры подержи их в неволе, —
- Пусть поэты кричат и грачи,
- Ну а ты помолчи, промолчи, —
- Поспешишь — и ищи ветра в поле.
- Слова бегут, им тесно — ну и что же! —
- Ты никогда не бойся опоздать.
- Их много — слов, но все же если можешь,
- Скажи, когда не можешь не сказать.
- Но не кричи этих слов, не кричи,
- До поры подержи их в неволе, —
- Пусть кричат пароходы в ночи…
- Замолчи, промолчи, помолчи, —
- Поспешишь — и ищи ветра в поле.
«Давно смолкли залпы орудий…»
- Давно смолкли залпы орудий,
- Над нами лишь солнечный свет, —
- На что проверяются люди,
- Если войны уже нет?
- Приходится слышать нередко
- Сейчас, как тогда:
- «Ты бы пошел с ним в разведку?
- Нет или да?»
- Не ухнет уже бронебойный,
- Не быть похоронной под дверь,
- И кажется — все так спокойно,
- Негде раскрыться теперь…
- Но все-таки слышим нередко
- Сейчас, как тогда:
- «Ты бы пошел с ним в разведку?
- Нет или да?»
- Покой только снится, я знаю, —
- Готовься, держись и дерись! —
- Есть мирная передовая —
- Беда, и опасность, и риск.
- Поэтому слышим нередко
- Сейчас, как тогда:
- «Ты бы пошел с ним в разведку?
- Нет или да?»
- В полях обезврежены мины,
- Но мы не на поле цветов, —
- Вы поиски, звезды, глубины
- Не сбрасывайте со счетов.
- Поэтому слышим нередко,
- Если приходит беда:
- «Ты бы пошел с ним в разведку?
- Нет или да?»
Еще не вечер
- Четыре года рыскал в море наш корсар, —
- В боях и штормах не поблекло наше знамя,
- Мы научились штопать паруса
- И затыкать пробоины телами.
- За нами гонится эскадра по пятам, —
- На море штиль — и не избегнуть встречи!
- Но нам сказал спокойно капитан:
- «Еще не вечер, еще не вечер!»
- Вот развернулся боком флагманский фрегат, —
- И левый борт окрасился дымами, —
- Ответный залп — на глаз и наугад —
- Вдали пожар и смерть! Удача с нами!
- Из худших выбирались передряг,
- Но с ветром худо, и в трюме течи, —
- А капитан нам шлет привычный знак:
- Еще не вечер, еще не вечер!
- На нас глядят в бинокли, в трубы сотни глаз —
- И видят нас от дыма злых и серых, —
- Но никогда им не увидеть нас
- Прикованными к веслам на галерах!
- Неравный бой — корабль кренится наш, —
- Спасите наши души человечьи!
- Но крикнул капитан: «На абордаж!
- Еще не вечер, еще не вечер!»
- Кто хочет жить, кто весел, кто не тля, —
- Готовьте ваши руки к рукопашной!
- А крысы — пусть уходят с корабля, —
- Они мешают схватке бесшабашной.
- И крысы думали: а чем не шутит черт, —
- И тупо прыгали, спасаясь от картечи.
- А мы с фрегатом становились к борту борт, —
- Еще не вечер, еще не вечер!
-
li>Лицо в лицо, ножи в ножи, глаза в глаза, —
- Чтоб не достаться спрутам или крабам —
- Кто с кольтом, кто с кинжалом, кто в слезах, —
- Мы покидали тонущий корабль.
- Но нет, им не послать его на дно —
- Поможет океан, взвалив на плечи, —
- Ведь океан-то с нами заодно.
- И прав был капитан: еще не вечер!
Банька по-белому
- Протопи ты мне баньку, хозяюшка, —
- Раскалю я себя, распалю,
- На полоке, у самого краюшка,
- Я сомненья в себе истреблю.
- Разомлею я до неприличности,
- Ковш холодной — и всё позади, —
- И наколка времен культа личности
- Засинеет на левой груди.
- Протопи ты мне баньку по-белому, —
- Я от белого свету отвык, —
- Угорю я — и мне, угорелому,
- Пар горячий развяжет язык.
- Сколько веры и лесу повалено,
- Сколь изведано горя и трасс!
- А на левой груди — профиль Сталина,
- А на правой — Маринка анфас.
- Эх, за веру мою беззаветную
- Сколько лет отдыхал я в раю!
- Променял я на жизнь беспросветную
- Несусветную глупость мою.
- Протопи ты мне баньку по-белому, —
- Я от белого свету отвык, —
- Угорю я — и мне, угорелому,
- Пар горячий развяжет язык.
- Вспоминаю, как утречком раненько
- Брату крикнуть успел: «Пособи!» —
- И меня два красивых охранника
- Повезли из Сибири в Сибирь.
- А потом на карьере ли, в топи ли,
- Наглотавшись слезы и сырца,
- Ближе к сердцу кололи мы профили,
- Чтоб он слышал, как рвутся сердца.
- Не топи ты мне баньку по-белому, —
- Я от белого свету отвык, —
- Угорю я — и мне, угорелому,
- Пар горячий развяжет язык.
- Ох, знобит от рассказа дотошного!
- Пар мне мысли прогнал от ума.
- Из тумана холодного прошлого
- Окунаюсь в горячий туман.
- Застучали мне мысли под темечком:
- Получилось — я зря им клеймен, —
- И хлещу я березовым веничком
- По наследию мрачных времен.
- Протопи ты мне баньку по-белому, —
- Чтоб я к белому свету привык, —
- Угорю я — и мне, угорелому,
- Ковш холодной развяжет язык.
- Протопи!..
- Не топи!..
- Протопи!..
Песенка про метателя молота
- Я раззудил плечо — трибуны замерли,
- Молчанье в ожидании храня.
- Эх, что мне мой соперник — Джонс ли, Крамер ли, —
- Рекорд уже в кармане у меня!
- Заметано, заказано, заколото, —
- Мне кажется — я следом полечу.
- Но мне нельзя, ведь я — метатель молота:
- Приказано метать — и я мечу.
- Эх, жаль, что я мечу его в Италии:
- Я б дома кинул молот без труда, —
- Ужасно далеко, куда подалее,
- И лучше — если б враз и навсегда.
- Я против восхищения повального,
- Но я надеюсь: года не пройдет —
- Я все же зашвырну в такую даль его,
- Что и судья с ищейкой не найдет…
- Сейчас кругом корреспонденты бесятся.
- «Мне помогли, — им отвечаю я, —
- Подняться по крутой спортивной лестнице
- Мой коллектив, мой тренер и — семья».
«То ли — в избу и запеть…»
Марине
- То ли — в избу и запеть,
- Просто так, с морозу,
- То ли взять да помереть
- От туберкулезу,
- То ли выстонать без слов,
- А может — под гитару?..
- Лучше — в сани рысаков
- И уехать к «Яру»!
- Вот напасть! — то не всласть,
- То не в масть карту класть, —
- То ли счастие украсть,
- То ли просто упасть
- В грязь…
- Навсегда в никуда —
- Вечное стремленье.
- То ли — с неба вода,
- То ль — разлив весенний…
- Может, эта песня — без конца,
- А может — без идеи…
- А я строю печку в изразцах
- Или просто сею.
- Сколько лет счастья нет,
- Впереди — все красный свет…
- Недопетый куплет,
- Недодаренный букет…
- Бред!
- Назло всем — насовсем
- Со звездою в лапах,
- Без реклам, без эмблем,
- В пимах косолапых…
- Не догнал бы кто-нибудь,
- Не почуял запах, —
- Отдохнуть бы, продыхнуть
- Со звездою в лапах!
- Без нее, вне ее —
- Ничего не мое,
- Невеселое житье, —
- И былье — и то ее…
- Ё-моё!
«Мне каждый вечер зажигают свечи…»
- Мне каждый вечер зажигают свечи,
- И образ твой окуривает дым, —
- И не хочу я знать, что время лечит,
- Что все проходит вместе с ним.
- Я больше не избавлюсь от покоя:
- Ведь все, что было на душе на год вперед,
- Не ведая, она взяла с собою —
- Сначала в порт, а после — в самолет.
- Мне каждый вечер зажигают свечи,
- И образ твой окуривает дым, —
- И не хочу я знать, что время лечит,
- Что все проходит вместе с ним.
- В душе моей — пустынная пустыня, —
- Ну что стоите над пустой моей душой!
- Обрывки песен там и паутина, —
- А остальное все она взяла с собой.
- Теперь мне вечер зажигает свечи,
- И образ твой окуривает дым, —
- И не хочу я знать, что время лечит,
- Что все проходит вместе с ним.
- В душе моей — всё цели без дороги, —
- Поройтесь в ней — и вы найдете лишь
- Две полуфразы, полудиалоги, —
- А остальное — Франция, Париж…
- И пусть мне вечер зажигает свечи,
- И образ твой окуривает дым, —
- Но не хочу я знать, что время лечит,
- Что все проходит вместе с ним.
Поездка в город
- Я — самый непьющий из всех мужуков:
- И наша семья большинством голосов,
- Снабдив меня списком на восемь листов,
- В столицу меня снарядила.
- Чтобы я привез снохе с ейным мужем по дохе,
- Чтобы брату с бабой — кофе растворимый,
- Двум невесткам — по ковру, зятю — черную икру,
- Тестю — что-нибудь армянского разлива.
- Я ранен, контужен — я малость боюсь
- Забыть, что кому по порядку, —
- Я список вещей заучил наизусть,
- А деньги зашил за подкладку.
- Значит, брату — две дохи, сестрин муж — ему духи,
- Тесть сказал: «Давай бери что попадется!»
- Двум невесткам — по ковру, зятю — заячью икру,
- Куму — водки литра два, — пущай зальется!
- Я тыкался в спины, блуждал по ногам,
- Шел грудью к плащам и рубахам.
- Чтоб список вещей не достался врагам,
- Его проглотил я без страха.
- Помню: шубу просит брат, куму с бабой — все подряд,
- Тестю — водки ереванского разлива,
- Двум невесткам — по ковру, зятю — заячью нору,
- А сестре — плевать чего, но чтоб — красиво!
- Да что ж мне — пустым возвращаться назад?!
- Но вот я набрел на товары.
- «Какая валюта у вас?» — говорят.
- «Не бойсь, — говорю, — не доллары!»
- Растворимой мне махры, зять — подохнет без икры,
- Тестю, мол, даешь духи для опохмелки!
- Двум невесткам — все равно, мужу сестрину — вино,
- Ну а мне — вот это желтое в тарелке!
- Не помню про фунты, про стервинги слов,
- Сраженный ужасной загадкой:
- Зачем я тогда проливал свою кровь,
- Зачем ел тот список на восемь листов,
- Зачем мне рубли за подкладкой?!
- Где же все же взять доху, зятю — кофе на меху?
- Тестю — хрен, а кум и пивом обойдется.
- Где мне взять коньяк в пуху, растворимую сноху?
- Ну а брат и с самогоном перебьется!
Ноль семь
- Для меня эта ночь — вне закона.
- Я пишу — по ночам больше тем.
- Я хватаюсь за диск телефона,
- Набираю вечное ноль семь.
- «Девушка, здравствуйте! Как вас звать?» — «Тома».
- «Семьдесят вторая! Жду дыханье затая…
- Быть не может, повторите, я уверен — дома!..
- Вот уже ответили.
- Ну здравствуй, это я!»
- Эта ночь для меня вне закона,
- Я не сплю — я кричу: «Поскорей!..»
- Почему мне в кредит, по талону
- Предлагают любимых людей!
- «Девушка, слушайте! Семьдесят вторая!
- Не могу дождаться, и часы мои стоят…
- К дьяволу все линии — я завтра улетаю!..
- Вот уже ответили.
- Ну здравствуй, это я!»
- Телефон для меня — как икона,
- Телефонная книга — триптих,
- Стала телефонистка мадонной,
- Расстоянье на миг сократив.
- «Девушка, милая! Я прошу — продлите!
- Вы теперь, как ангел — не сходите ж с алтаря!
- Самое главное — впереди, поймите…
- Вот уже ответили.
- Ну здравствуй, это я!»
- Что, опять поврежденье на трассе?
- Что, реле там с ячейкой шалят?
- Мне плевать — буду ждать, — я согласен
- Начинать каждый вечер с нуля!
- «Ноль семь, здравствуйте! Снова я». — «Да что вам?»
- «Нет, уже не нужно, — нужен город Магадан.
- Не даю вам слова, что звонить не буду снова, —
- Просто друг один — узнать, как он, бедняга, там…»
- Эта ночь для меня вне закона,
- Ночи все у меня не для сна, —
- А усну — мне приснится мадонна,
- На кого-то похожа она.
- «Девушка, милая! Снова я. Тома!
- Не могу дождаться — жду дыханье затая…
- Да, меня!.. Конечно я!.. Да, я! Конечно дома!»
- «Вызываю… Отвечайте…» — «Здравствуй, это я!»
Песенка о переселении душ
- Кто верит в Магомета, кто — в Аллаха, кто — в Исуса,
- Кто ни во что не верит — даже в черта, назло всем, —
- Хорошую религию придумали индусы:
- Что мы, отдав концы, не умираем насовсем.
- Стремилась ввысь душа твоя —
- Родишься вновь с мечтою,
- Но если жил ты как свинья —
- Останешься свиньею.
- Пусть косо смотрят на тебя — привыкни к укоризне, —
- Досадно — что ж, родишься вновь на колкости горазд.
- А если видел смерть врага еще при этой жизни —
- В другой тебе дарован будет верный зоркий глаз.
- Живи себе нормальненько —
- Есть повод веселиться:
- Ведь, может быть, в начальника
- Душа твоя вселится.
- Пускай живешь ты дворником — родишься вновь
- прорабом,
- А после из прораба до министра дорастешь, —
- Но если туп как дерево — родишься баобабом
- И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.
- Досадно попугаем жить,
- Гадюкой с длинным веком, —
- Не лучше ли при жизни быть
- Приличным человеком?!
- Так кто есть кто, так кто был кем? — мы никогда не знаем.
- Кто был никем, тот станет всем, — задумайся о том!
- Быть может, тот облезлый кот — был раньше негодяем,
- А этот милый человек — был раньше добрым псом.
Я не люблю
- Я не люблю фатального исхода,
- От жизни никогда не устаю.
- Я не люблю любое время года,
- Когда веселых песен не пою.
- Я не люблю холодного цинизма,
- В восторженность не верю, и еще —
- Когда чужой мои читает письма,
- Заглядывая мне через плечо.
- Я не люблю, когда — наполовину
- Или когда прервали разговор.
- Я не люблю, когда стреляют в спину,
- Я также против выстрелов в упор.
- Я ненавижу сплетни в виде версий,
- Червей сомненья, почестей иглу,
- Или — когда все время против шерсти,
- Или — когда железом по стеклу.
- Я не люблю уверенности сытой, —
- Уж лучше пусть откажут тормоза.
- Досадно мне, что слово «честь» забыто
- И что в чести наветы за глаза.
- Когда я вижу сломанные крылья —
- Нет жалости во мне, и неспроста:
- Я не люблю насилье и бессилье, —
- Вот только жаль распятого Христа.
- Я не люблю себя, когда я трушу,
- Досадно мне, когда невинны бьют.
- Я не люблю, когда мне лезут в душу,
- Тем более — когда в нее плюют.
- Я не люблю манежи и арены:
- На них мильон меняют по рублю.
- Пусть впереди большие перемены —
- Я это никогда не полюблю!
«Ну вот, исчезла дрожь в руках…»
- Ну вот, исчезла дрожь в руках,
- Теперь — наверх!
- Ну вот, сорвался в пропасть страх
- Навек, навек, —
- Для остановки нет причин —
- Иду, скользя…
- И в мире нет таких вершин,
- Что взять нельзя!
- Среди нехоженых путей
- Один — пусть мой!
- Среди невзятых рубежей
- Один — за мной!
- А имена тех, кто здесь лег,
- Снега таят…
- Среди непройденных дорог
- Одна — моя!
- Здесь голубым сияньем льдов
- Весь склон облит,
- И тайну чьих-нибудь следов
- Гранит хранит…
- И я гляжу в свою мечту
- Поверх голов
- И свято верю в чистоту
- Снегов и слов!
- И пусть пройдет немалый срок —
- Мне не забыть,
- Что здесь сомнения я смог
- В себе убить.
- В тот день шептала мне вода:
- Удач — всегда!..
- А день… какой был день тогда?
- Ах да — среда!..
К вершине
Памяти Михаила Хергиани
- Ты идешь по кромке ледника,
- Взгляд не отрывая от вершины.
- Горы спят, вдыхая облака,
- Выдыхая снежные лавины.
- Но они с тебя не сводят глаз —
- Будто бы тебе покой обещан,
- Предостерегая всякий раз
- Камнепадом и оскалом трещин.
- Горы знают — к ним пришла беда, —
- Дымом затянуло перевалы.
- Ты не отличал еще тогда
- От разрывов горные обвалы.
- Если ты о помощи просил —
- Громким эхом отзывались скалы,
- Ветер по ущельям разносил
- Эхо гор, как радиосигналы.
- И когда шел бой за перевал, —
- Чтобы не был ты врагом замечен,
- Каждый камень грудью прикрывал,
- Скалы сами подставляли плечи.
- Ложь, что умный в горы не пойдет!
- Ты пошел — ты не поверил слухам, —
- И мягчал гранит, и таял лед,
- И туман у ног стелился пухом…
- Если в вечный снег навеки ты
- Ляжешь — над тобою, как над близким,
- Наклонятся горные хребты
- Самым прочным в мире обелиском.
Песенка о слухах
- Сколько слухов наши уши поражает,
- Сколько сплетен разъедает, словно моль!
- Ходят слухи, будто все подорожает — абсолютно, —
- А особенно — штаны и алкоголь!
- Словно мухи, тут и там
- Ходят слухи по домам,
- А беззубые старухи
- Их разносят по умам!
- — Слушай, слышал? Под землею город строют, —
- Говорят — на случай ядерной войны!
- — Вы слыхали? Скоро бани все закроют — повсеместно
- Навсегда, — и эти сведенья верны!
- Словно мухи, тут и там
- Ходят слухи по домам,
- А беззубые старухи
- Их разносят по умам!
- — А вы знаете? Мамыкина снимают —
- За разврат его, за пьянство, за дебош!
- — Кстати, вашего соседа забирают, негодяя, —
- Потому что он на Берию похож!
- Словно мухи, тут и там
- Ходят слухи по домам,
- А беззубые старухи
- Их разносят по умам!
- — Ой, что деется! Вчерась траншею рыли —
- Откопали две коньячные струи!
- — Говорят, шпионы воду отравили самогоном,
- Ну а хлеб теперь — из рыбной чешуи!
- Словно мухи, тут и там
- Ходят слухи по домам,
- А беззубые старухи
- Их разносят по умам!
- Закаленные во многих заварухах,
- Слухи ширятся, не ведая преград, —
- Ходят сплетни, что не будет больше слухов абсолютно,
- Ходят слухи, будто сплетни запретят!
- Словно мухи, тут и там
- Ходят слухи по домам,
- А беззубые старухи
- Их разносят по умам!
«Подумаешь — с женой не очень ладно…»
- Подумаешь — с женой не очень ладно,
- Подумаешь — неважно с головой,
- Подумаешь — ограбили в парадном, —
- Скажи еще спасибо, что — живой!
- Ну что ж такого — мучает саркома,
- Ну что ж такого — начался запой,
- Ну что ж такого — выгнали из дома,
- Скажи еще спасибо, что — живой!
- Плевать — партнер по покеру дал дуба,
- Плевать, что снится ночью домовой,
- Плевать — в «Софии» выбили два зуба,
- Скажи еще спасибо, что — живой!
- Да ладно — ну уснул вчера в опилках,
- Да ладно — в челюсть врезали ногой,
- Да ладно — потащили на носилках, —
- Скажи еще спасибо, что — живой!
- Да, правда — тот, кто хочет, тот и может,
- Да, правда — сам виновен, Бог со мной,
- Да, правда, — но одно меня тревожит:
- Кому сказать спасибо, что — живой!
Старательская (Письмо друга)
- Друг в порядке — он, словом, при деле, —
- Завязал он с газетой тесьмой:
- Друг мой золото моет в артели, —
- Получил я сегодня письмо.
- Пишет он, что работа — не слишком…
- Словно лозунги клеит на дом:
- «Государство будет с золотишком,
- А старатель будет — с трудоднем!»
- Говорит: «Не хочу отпираться,
- Что поехал сюда за рублем…»
- Говорит: «Если чуть постараться,
- То вернуться могу королем!»
- Написал, что становится злее.
- «Друг, — он пишет, — запомни одно:
- Золотишко всегда тяжелее
- И всегда оседает на дно.
- Тонет золото — хоть с топорищем.
- Что ж ты скис, захандрил и поник?
- Не боись: если тонешь, дружище, —
- Значит, есть и в тебе золотник!»
- Пишет он второпях, без запинки:
- «Если грязь и песок над тобой —
- Знай: то жизнь золотые песчинки
- Отмывает живящей водой…»
- Он ругает меня: «Что ж не пишешь?!
- Знаю — тонешь, и знаю — хандра, —
- Всё же золото — золото, слышишь! —
- Люди бережно снимут с ковра…»
- Друг стоит на насосе и в метку
- Отбивает от золота муть.
- …Я письмо проглотил как таблетку —
- И теперь не боюсь утонуть!
- Становлюсь я упрямей, прямее, —
- Пусть бежит по колоде вода, —
- У старателей — всё лотерея,
- Но старатели будут всегда!
Посещение Музы, или Песенка плагиатора
- Я щас взорвусь, как триста тонн тротила, —
- Во мне заряд нетворческого зла:
- Меня сегодня Муза посетила, —
- Немного посидела и ушла!
- У ней имелись веские причины —
- Я не имею права на нытье, —
- Представьте: Муза… ночью… у мужчины! —
- Бог весть что люди скажут про нее.
- И все же мне досадно, одиноко:
- Ведь эта Муза — люди подтвердят! —
- Засиживалась сутками у Блока,
- У Пушкина жила не выходя.
- Я бросился к столу, весь нетерпенье,
- Но — Господи помилуй и спаси —
- Она ушла, — исчезло вдохновенье
- И — три рубля: должно быть, на такси.
- Я в бешенстве мечусь, как зверь, по дому,
- Но Бог с ней, с Музой, — я ее простил.
- Она ушла к кому-нибудь другому:
- Я, видно, ее плохо угостил.
- Огромный торт, утыканный свечами,
- Засох от горя, да и я иссяк,
- С соседями я допил, сволочами,
- Для Музы предназначенный коньяк.
- …Ушли года, как люди в черном списке, —
- Всё в прошлом, я зеваю от тоски.
- Она ушла безмолвно, по-английски,
- Но от нее остались две строки.
- Вот две строки — я гений, прочь сомненья,
- Даешь восторги, лавры и цветы:
- «Я помню это чудное мгновенье,
- Когда передо мной явилась ты!»
«И вкусы и запросы мои — странны…»
- И вкусы и запросы мои — странны,
- Я экзотичен, мягко говоря:
- Могу одновременно грызть стаканы —
- И Шиллера читать без словаря.
- Во мне два Я — два полюса планеты,
- Два разных человека, два врага:
- Когда один стремится на балеты —
- Другой стремится прямо на бега.
- Я лишнего и в мыслях не позволю,
- Когда живу от первого лица, —
- Но часто вырывается на волю
- Второе Я в обличье подлеца.
- И я борюсь, давлю в себе мерзавца, —
- О, участь беспокойная моя! —
- Боюсь ошибки: может оказаться,
- Что я давлю не то второе Я.
- Когда в душе я раскрываю гранки
- На тех местах, где искренность сама, —
- Тогда мне в долг дают официантки
- И женщины ласкают задарма.
- Но вот летят к чертям все идеалы,
- Но вот я груб, я нетерпим и зол,
- Но вот сижу и тупо ем бокалы,
- Забрасывая Шиллера под стол.
- …А суд идет, весь зал мне смотрит в спину.
- Вы, прокурор, вы, гражданин судья,
- Поверьте мне: не я разбил витрину,
- А подлое мое второе Я.
- И я прошу вас: строго не судите, —
- Лишь дайте срок, но не давайте срок! —
- Я буду посещать суды как зритель
- И в тюрьмы заходить на огонек.
- Я больше не намерен бить витрины
- И лица граждан — так и запиши!
- Я воссоединю две половины
- Моей больной раздвоенной души!
- Искореню, похороню, зарою, —
- Очищусь, ничего не скрою я!
- Мне чуждо это ё мое второе, —
- Нет, это не мое второе Я!
Он не вернулся из боя
- Почему все не так? Вроде — все как всегда:
- То же небо — опять голубое,
- Тот же лес, тот же воздух и та же вода…
- Только — он не вернулся из боя.
- Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
- В наших спорах без сна и покоя.
- Мне не стало хватать его только сейчас —
- Когда он не вернулся из боя.
- Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
- Он всегда говорил про другое,
- Он мне спать не давал, он с восходом вставал, —
- А вчера не вернулся из боя.
- То, что пусто теперь, — не про то разговор:
- Вдруг заметил я — нас было двое…
- Для меня — будто ветром задуло костер,
- Когда он не вернулся из боя.
- Нынче вырвалась, словно из плена, весна.
- По ошибке окликнул его я:
- «Друг, оставь покурить!» — а в ответ — тишина…
- Он вчера не вернулся из боя.
- Наши мертвые нас не оставят в беде,
- Наши павшие — как часовые…
- Отражается небо в лесу, как в воде, —
- И деревья стоят голубые.
- Нам и места в землянке хватало вполне,
- Нам и время текло — для обоих…
- Все теперь — одному, — только кажется мне,
- Это я не вернулся из боя.
Песня о земле
- Кто сказал: «Все сгорело дотла,
- Больше в землю не бросите семя!»?
- Кто сказал, что Земля умерла?
- Нет, она затаилась на время!
- Материнства не взять у Земли,
- Не отнять, как не вычерпать моря.
- Кто поверил, что Землю сожгли?
- Нет, она почернела от горя.
- Как разрезы, траншеи легли,
- И воронки — как раны зияют.
- Обнаженные нервы Земли
- Неземное страдание знают.
- Она вынесет все, переждет, —
- Не записывай Землю в калеки!
- Кто сказал, что Земля не поет,
- Что она замолчала навеки?!
- Нет! Звенит она, стоны глуша,
- Изо всех своих ран, из отдушин,
- Ведь Земля — это наша душа, —
- Сапогами не вытоптать душу!
- Кто поверил, что Землю сожгли?!
- Нет, она затаилась на время…
Сыновья уходят в бой
- Сегодня не слышно биенья сердец —
- Оно для аллей и беседок.
- Я падаю, грудью хватая свинец,
- Подумать успев напоследок:
- «На этот раз мне не вернуться,
- Я ухожу — придет другой».
- Мы не успели оглянуться —
- А сыновья уходят в бой!
- Вот кто-то, решив: после нас — хоть потоп,
- Как в пропасть шагнул из окопа.
- А я для того свой покинул окоп,
- Чтоб не было вовсе потопа.
- Сейчас глаза мои сомкнутся,
- Я крепко обнимусь с землей.
- Мы не успели оглянуться —
- А сыновья уходят в бой!
- Кто сменит меня, кто в атаку пойдет?
- Кто выйдет к заветному мосту?
- И мне захотелось — пусть будет вон тот,
- Одетый во все не по росту.
- Я успеваю улыбнуться,
- Я видел, кто придет за мной.
- Мы не успели оглянуться —
- А сыновья уходят в бой!
- Разрывы глушили биенье сердец,
- Мое же — мне громко стучало,
- Что все же конец мой — еще не конец:
- Конец — это чье-то начало.
- Сейчас глаза мои сомкнутся,
- Я крепко обнимусь с землей.
- Мы не успели оглянуться —
- А сыновья уходят в бой!
Темнота
- Темнота впереди — подожди!
- Там — стеною закаты багровые,
- Встречный ветер, косые дожди
- И дороги неровные.
- Там — чужие слова, там — дурная молва,
- Там ненужные встречи случаются,
- Там сгорела, пожухла трава
- И следы не читаются, —
- В темноте.
- Там проверка на прочность — бои,
- И закаты, и ветры с прибоями, —
- Сердце путает ритмы свои
- И стучит с перебоями.
- Там — чужие слова, там — дурная молва,
- Там ненужные встречи случаются,
- Там сгорела, пожухла трава
- И следы не читаются, —
- В темноте.
- Там и звуки и краски — не те,
- Только мне выбирать не приходится —
- Видно, нужен я там, в темноте, —
- Ничего — распогодится!
- Там — чужие слова, там — дурная молва,
- Там ненужные встречи случаются,
- Там сгорела, пожухла трава
- И следы не читаются, —
- В темноте.
Про любовь в каменном веке
- А ну отдай мой каменный топор!
- И шкур моих набедренных не тронь!
- Молчи, не вижу я тебя в упор, —
- Сиди вон и поддерживай огонь!
- Выгадывать не смей на мелочах,
- Не опошляй семейный наш уклад!
- Не убрана пещера и очаг, —
- Разбаловалась ты в матриархат!
- Придержи свое мнение:
- Я — глава, и мужчина — я!
- Соблюдай отношения
- Первобытнообщинныя!
- Там мамонта убьют — поднимут вой,
- Начнут добычу поровну делить…
- Я не могу весь век сидеть с тобой —
- Мне надо хоть кого-нибудь убить!
- Старейшины сейчас придут ко мне, —
- Смотри еще — не выйди голой к ним!
- В век каменный — и не достать камней, —
- Мне стыдно перед племенем моим!
- Пять бы жен мне — наверное,
- Разобрался бы с вами я!
- Но дела мои — скверные,
- Потому — моногамия.
- А все — твоя проклятая родня!
- Мой дядя, что достался кабану,
- Когда был жив, предупреждал меня:
- Нельзя из людоедок брать жену!
- Не ссорь меня с общиной — это ложь,
- Что будто к тебе ктой-то пристает, —
- Не клевещи на нашу молодежь,
- Она — надежда наша и оплот!
- Ну что глядишь — тебя пока не бьют, —
- Отдай топор — добром тебя прошу!
- И шкуры — где? Ведь люди засмеют!..
- До трех считаю, после задушу!
«Нет меня — я покинул Расею…»
- Нет меня — я покинул Расею, —
- Мои девочки ходят в соплях!
- Я теперь свои семечки сею
- На чужих Елисейских полях.
- Кто-то вякнул в трамвае на Пресне:
- «Нет его — умотал наконец!
- Вот и пусть свои чуждые песни
- Пишет там про Версальский дворец».
- Слышу сзади — обмен новостями:
- «Да не тот! Тот уехал — спроси!»
- «Ах не тот?!» — и толкают локтями,
- И сидят на коленях в такси.
- Тот, с которым сидел в Магадане,
- Мой дружок по гражданской войне —
- Говорит, что пишу ему: «Ваня!
- Скушно, Ваня, — давай, брат, ко мне!»
- Я уже попросился обратно —
- Унижался, юлил, умолял…
- Ерунда! Не вернусь, вероятно, —
- Потому что я не уезжал!
- Кто поверил — тому по подарку, —
- Чтоб хороший конец, как в кино:
- Забирай Триумфальную арку,
- Налетай на заводы Рено!
- Я смеюсь, умираю от смеха:
- Как поверили этому бреду?! —
- Не волнуйтесь — я не уехал,
- И не надейтесь — я не уеду!
Веселая покойницкая
- Едешь ли в поезде, в автомобиле
- Или гуляешь, хлебнувши винца, —
- При современном машинном обилье
- Трудно по жизни пройти до конца.
- Вот вам авария: в Замоскворечье
- Трое везли хоронить одного, —
- Все, и шофер, получили увечья,
- Только который в гробу — ничего.
- Бабы по найму рыдали сквозь зубы,
- Дьякон — и тот верхней ноты не брал,
- Громко фальшивили медные трубы, —
- Только который в гробу — не соврал.
- Бывший начальник — и тайный разбойник
- В лоб лобызал и брезгливо плевал,
- Все приложились, — а скромный покойник
- Так никого и не поцеловал.
- Но грянул гром — ничего не попишешь,
- Силам природы на речи плевать, —
- Все разбежались под плиты и крыши, —
- Только покойник не стал убегать.
- Что ему дождь — от него не убудет, —
- Вот у живущих — закалка не та.
- Ну а покойники, бывшие люди, —
- Смелые люди и нам не чета.
- Как ни спеши, тебя опережает
- Клейкий ярлык, как отметка на лбу, —
- А ничего тебе не угрожает,
- Только когда ты в дубовом гробу.
- Можно в отдельный, а можно и в общий —
- Мертвых квартирный вопрос не берет, —
- Вот молодец этот самый — усопший —
- Вовсе не требует лишних хлопот.
- В царстве теней — в этом обществе строгом
- Нет ни опасностей, нет ни тревог, —
- Ну а у нас — все мы ходим под Богом,
- Только которым в гробу — ничего.
- Слышу упрек: «Он покойников славит!»
- Нет — я в обиде на злую судьбу:
- Всех нас когда-нибудь ктой-то задавит, —
- За исключением тех, кто в гробу.
«Комментатор из своей кабины…»
- Комментатор из своей кабины
- Кроет нас для красного словца, —
- Но недаром клуб «Фиорентины»
- Предлагал мильон за Бышовца.
- Что ж, Пеле как Пеле,
- Объясняю Зине я,
- Ест Пеле крем-брюле,
- Вместе с Жаирзинио.
- Муром занялась прокуратура, —
- Что ему — реклама! — он и рад.
- Здесь бы Мур не выбрался из МУРа,
- Если б был у нас чемпионат.
- Я сижу на нуле, —
- Дрянь купил жене — и рад.
- А у Пеле — «шевроле»
- В Рио-де-Жанейро.
- Может, не считает и до ста он, —
- Но могу сказать без лишних слов:
- Был бы глаз второй бы у Тостао —
- Он вдвое больше б забивал голов.
- Что ж, Пеле как Пеле,
- Объясняю Зине я,
- Ест Пеле крем-брюле,
- Вместе с Жаирзинио.
- Я сижу на нуле, —
- Дрянь купил жене — и рад.
- А у Пеле — «шевроле»
- В Рио-де-Жанейро.
Песенка про прыгуна в высоту
- Разбег, толчок… И стыдно подыматься:
- Во рту опилки, слезы из-под век, —
- На рубеже проклятом два двенадцать
- Мне планка преградила путь наверх.
- Я признаюсь вам как на духу:
- Такова вся спортивная жизнь, —
- Лишь мгновение ты наверху —
- И стремительно падаешь вниз.
- Но съем плоды запретные с древа я,
- И за хвост подергаю славу я.
- У кого толчковая — левая,
- А у меня толчковая — правая!
- Разбег, толчок… Свидетели паденья
- Свистят и тянут за ноги ко дну.
- Мне тренер мой сказал без сожаленья:
- «Да ты же, парень, прыгаешь в длину!
- У тебя — растяженье в паху;
- Прыгать с правой — дурацкий каприз, —
- Не удержишься ты наверху —
- Ты стремительно падаешь вниз».
- Но, задыхаясь словно от гнева я,
- Объяснил толково я: главное,
- Что у них толчковая — левая,
- А у меня толчковая — правая!
- Разбег, толчок… Мне не догнать канадца —
- Он мне в лицо смеется на лету!
- Я снова планку сбил на два двенадцать —
- И тренер мне сказал напрямоту,
- Что — начальство в десятом ряду,
- И что мне прополощут мозги,
- Если враз, в сей же час не сойду
- Я с неправильной правой ноги.
- Но лучше выпью зелье с отравою,
- Я над собою что-нибудь сделаю —
- Но свою неправую правую
- Я не сменю на правую левую!
- Трибуны дружно начали смеяться —
- Но пыл мой от насмешек не ослаб:
- Разбег, толчок, полет… И два двенадцать
- Теперь уже мой пройденный этап!
- Пусть болит моя травма в паху,
- Пусть допрыгался до хромоты, —
- Но я все-таки был наверху —
- И меня не спихнуть с высоты!
- Я им всем показал «ху из ху», —
- Жаль, жена подложила сюрприз:
- Пока я был на самом верху —
- Она с кем-то спустилася вниз…
- Но съел плоды запретные с древа я,
- И за хвост подергал все же славу я, —
- Пусть у них толчковая — левая,
- Но моя толчковая — правая!
Бег иноходца
- Я скачу, но я скачу иначе, —
- По камням, по лужам, по росе, —
- Бег мой назван иноходью — значит:
- По-другому, то есть — не как все.
- Мне набили раны на спине,
- Я дрожу боками у воды.
- Я согласен бегать в табуне —
- Но не под седлом и без узды!
- Мне сегодня предстоит бороться, —
- Скачки! — я сегодня фаворит.
- Знаю, ставят все на иноходца, —
- Но не я — жокей на мне хрипит!
- Он вонзает шпоры в ребра мне,
- Зубоскалят первые ряды…
- Я согласен бегать в табуне —
- Но не под седлом и без узды!
- Нет, не будут золотыми горы —
- Я последним цель пересеку:
- Я ему припомню эти шпоры —
- Засбою, отстану на скаку!..
- Колокол! Жокей мой «на коне» —
- Он смеется в предвкушенье мзды.
- Ох, как я бы бегал в табуне, —
- Но не под седлом и без узды!
- Что со мной, что делаю, как смею —
- Потакаю своему врагу!
- Я собою просто не владею —
- Я прийти не первым не могу!
- Что же делать? Остается мне —
- Вышвырнуть жокея моего
- И бежать, как будто в табуне, —
- Под седлом, в узде, но — без него!
- Я пришел, а он в хвосте плетется —
- По камням, по лужам, по росе…
- Я впервые не был иноходцем —
- Я стремился выиграть, как все!
«Я несла свою Беду…»
- Я несла свою Беду по весеннему по льду, —
- Обломился лед — душа оборвалася —
- Камнем под воду пошла, — а Беда — хоть тяжела,
- А за острые края задержалася.
- И Беда с того вот дня ищет по свету меня, —
- Слухи ходят — вместе с ней — с кривотолками.
- А что я не умерла — знала голая ветла
- И еще — перепела с перепелками.
- Кто ж из них сказал ему, господину моему, —
- Только выдали меня, проболталися, —
- И, от страсти сам не свой, он отправился за мной,
- Ну а с ним — Беда с Молвой увязалися.
- Он настиг меня, догнал — обнял, на руки поднял, —
- Рядом с ним в седле Беда ухмылялася.
- Но остаться он не мог — был всего один денек, —
- А Беда — на вечный срок задержалася…
Банька по-черному
- Копи!
- Ладно, мысли свои вздорные копи!
- Топи!
- Ладно, баню мне по-черному топи!
- Вопи!
- Все равно меня утопишь, но — вопи!..
- Только баню мне как хочешь натопи.
- Ох, сегодня я отмаюсь, эх, освоюсь!
- Но сомневаюсь, что отмоюсь!
- Не спи!
- Где рубаху мне по пояс добыла?!
- Топи!
- Ох, сегодня я отмоюсь добела!
- Кропи!
- В бане стены закопченные кропи!
- Топи!
- Слышишь, баню мне по-черному топи!
- Ох, сегодня я отмаюсь, эх, освоюсь!
- Но сомневаюсь, что отмоюсь!
- Кричи!
- Загнан в угол зельем, словно гончей — лось.
- Молчи!
- У меня давно похмелье кончилось.
- Терпи!
- Ты ж сама по дури продала меня!
- Топи!
- Чтоб я чист был, как щенок, к исходу дня!
- Ох, сегодня я отмаюсь, эх, освоюсь!
- Но сомневаюсь, что отмоюсь!
- Купи!
- Хоть кого-то из охранников купи!
- Топи!
- Слышишь, баню ты мне раненько топи!
- Вопи!
- Все равно меня утопишь, но — вопи!..
- Топи!
- Эту баню мне как хочешь, но — топи!
- Ох, сегодня я отмаюсь, эх, освоюсь!
- Но сомневаюсь, что отмоюсь!
Марш шахтеров
- Не космос — метры грунта надо мной,
- И в шахте не до праздничных процессий, —
- Но мы владеем тоже внеземной —
- И самою земною из профессий!
- Любой из нас — ну чем не чародей?!
- Из преисподней наверх уголь мечем.
- Мы топливо отнимем у чертей —
- Свои котлы топить им будет нечем!
- Взорвано, уложено, сколото
- Черное надежное золото.
- Да, сами мы — как дьяволы — в пыли,
- Зато наш поезд не уйдет порожний.
- Терзаем чрево матушки-Земли —
- Но на земле теплее и надежней.
- Вот вагонетки, душу веселя,
- Проносятся как в фильме о погонях, —
- И шуточку «Даешь стране угля!»
- Мы чувствуем на собственных ладонях.
- Взорвано, уложено, сколото
- Черное надежное золото.
- Воронками изрытые поля
- Не позабудь — и оглянись во гневе, —
- Но нас, благословенная Земля,
- Прости за то, что роемся во чреве.
- Не бойся заблудиться в темноте
- И захлебнуться пылью — не один ты!
- Вперед и вниз! Мы будем на щите —
- Мы сами рыли эти лабиринты!
- Взорвано, уложено, сколото
- Черное надежное золото.
«Здесь лапы у елей дрожат на весу…»
- Здесь лапы у елей дрожат на весу,
- Здесь птицы щебечут тревожно —
- Живешь в заколдованном диком лесу,
- Откуда уйти невозможно.
- Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
- Пусть дождем опадают сирени, —
- Все равно я отсюда тебя заберу
- Во дворец, где играют свирели!
- Твой мир колдунами на тысячи лет
- Укрыт от меня и от света, —
- И думаешь ты, что прекраснее нет,
- Чем лес заколдованный этот.
- Пусть на листьях не будет росы поутру,
- Пусть луна с небом пасмурным в ссоре, —
- Все равно я отсюда тебя заберу
- В светлый терем с балконом на море!
- В какой день недели, в котором часу
- Ты выйдешь ко мне осторожно,
- Когда я тебя на руках унесу
- Туда, где найти невозможно?
- Украду, если кража тебе по душе, —
- Зря ли я столько сил разбазарил?!
- Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
- Если терем с дворцом кто-то занял!
Свой остров
- Отплываем в теплый край навсегда.
- Наше плаванье, считай, — на года.
- Ставь фортуны колесо поперек,
- Мы про штормы знаем все наперед.
- Поскорей на мачту лезь, старик!
- Встал вопрос с землей остро, —
- Может быть, увидишь материк,
- Ну а может быть — остров.
- У кого-нибудь расчет под рукой,
- Этот кто-нибудь плывет на покой.
- Ну а прочие — в чем мать родила —
- Не на отдых, а опять — на дела.
- Ты судьбу в монахини постриг,
- Смейся ей в лицо просто.
- У кого — свой личный материк,
- Ну а у кого — остров.
- Мне накаркали беду с дамой пик,
- Нагадали, что найду материк, —
- Нет, гадалка, ты опять не права —
- Мне понравилось искать острова.
- Вот и берег призрачно возник,
- Не спеши — считай до ста.
- Что это, тот самый материк
- Или это мой остров?..
«Я все вопросы освещу сполна…»
- Я все вопросы освещу сполна —
- Дам любопытству удовлетворенье!
- Да, у меня француженка жена —
- Но русского она происхожденья.
- Нет, у меня сейчас любовниц нет.
- А будут ли? Пока что не намерен.
- Не пью примерно около двух лет.
- Запью ли вновь? Не знаю, не уверен.
- Да нет, живу не возле «Сокола»…
- В Париж пока что не проник.
- Да что вы всё вокруг да около —
- Да спрашивайте напрямик!
- Я все вопросы освещу сполна —
- Как на духу попу в исповедальне!
- В блокноты ваши капает слюна —
- Вопросы будут, видимо, о спальне…
- Да, так и есть! Вот густо покраснел
- Интервьюер: «Вы изменяли женам?» —
- Как будто за портьеру подсмотрел
- Иль под кровать залег с магнитофоном.
- Да нет, живу не возле «Сокола»…
- В Париж пока что не проник.
- Да что вы всё вокруг да около —
- Да спрашивайте напрямик!
- Теперь я к основному перейду.
- Один, стоявший скромно в уголочке,
- Спросил: «А что имели вы в виду
- В такой-то песне и в такой-то строчке?»
- Ответ: во мне Эзоп не воскресал,
- В кармане фги нет — не суетитесь, —
- А что имел в виду — то написал, —
- Вот — вывернул карманы — убедитесь!
- Да нет, живу не возле «Сокола»…
- В Париж пока что не проник.
- Да что вы всё вокруг да около —
- Да спрашивайте напрямик!
Песенка про прыгуна в длину
- Что случилось, почему кричат?
- Почему мой тренер завопил?
- Просто — восемь сорок результат, —
- Правда, за черту переступил.
- Ой, приходится до дна ее испить —
- Чашу с ядом вместо кубка я беру, —
- Стоит только за черту переступить —
- Превращаюсь в человека-кенгуру.
- Что случилось, почему кричат?
- Почему соперник завопил?
- Просто — ровно восемь шестьдесят, —
- Правда, за черту переступил.
- Что же делать мне, как быть, кого винить
- Если мне черта совсем не по нутру?
- Видно, негру мне придется уступить
- Этот титул человека-кенгуру.
- Что случилось, почему кричат?
- Стадион в единстве завопил…
- Восемь девяносто, говорят, —
- Правда, за черту переступил.
- Посоветуйте вы все, ну как мне быть?
- Так и есть, что негр титул мой забрал.
- Если б ту черту да к черту отменить —
- Я б Америку догнал и перегнал!
- Что случилось, почему молчат?
- Комментатор даже приуныл.
- Восемь пять — который раз подряд, —
- Значит — за черту не заступил.
Марафон
- Я бегу, топчу, скользя
- По гаревой дорожке, —
- Мне есть нельзя, мне пить нельзя,
- Мне спать нельзя — ни крошки.
- А может, я гулять хочу
- У Гурьева Тимошки, —
- Так нет: бегу, бегу, топчу
- По гаревой дорожке.
- А гвинеец Сэм Брук
- Обошел меня на круг, —
- А вчера все вокруг
- Говорили: «Сэм — друг!
- Сэм — наш гвинейский друг!»
- Друг гвинеец так и прет —
- Все больше отставанье, —
- Ну, я надеюсь, что придет
- Второе мне дыханье.
- Третье за ним ищу,
- Четвертое дыханье, —
- Ну, я на пятом сокращу
- С гвинейцем расстоянье!
- Тоже мне — хорош друг, —
- Обошел меня на круг!
- А вчера все вокруг
- Говорили: «Сэм — друг!
- Сэм — наш гвинейский друг!»
- Гвоздь программы — марафон,
- А градусов — все тридцать, —
- Но к жаре привыкший он —
- Вот он и мастерится.
- Я поглядел бы на него,
- Когда бы — минус тридцать!
- Ну а теперь — достань его, —
- Осталось — материться!
- Тоже мне — хорош друг, —
- Обошел на третий круг!
- Нужен мне такой друг, —
- Как его — забыл… Сэм Брук!
- Сэм — наш гвинейский Брут!
Вратарь
Льву Яшину
- Да, сегодня я в ударе, не иначе —
- Надрываются в восторге москвичи, —
- Я спокойно прерываю передачи
- И вытаскиваю мертвые мячи.
- Вот судья противнику пенальти назначает —
- Репортеры тучею кишат у тех ворот.
- Лишь один упрямо за моей спиной скучает —
- Он сегодня славно отдохнет!
- Извиняюсь, вот мне бьют головой…
- Я касаюсь — подают угловой.
- Бьет десятый — дело в том,
- Что своим «сухим листом»
- Размочить он может счет нулевой.
- Мяч в моих руках — с ума трибуны сходят, —
- Хоть десятый его ловко завернул.
- У меня давно такие не проходят!..
- Только сзади кто-то тихо вдруг вздохнул.
- Обернулся — голос слышу из-за фотокамер:
- «Извини, но ты мне, парень, снимок запорол.
- Что тебе — ну лишний раз потрогать мяч руками, —
- Ну а я бы снял красивый гол».
- Я хотел его послать — не пришлось:
- Еле-еле мяч достать удалось.
- Но едва успел привстать,
- Слышу снова: «Вот опять!
- Все б ловить тебе, хватать — не дал снять!»
- «Я, товарищ дорогой, все понимаю,
- Но культурно вас прошу: подите прочь!
- Да, вам лучше, если хуже я играю,
- Но поверьте — я не в силах вам помочь».
- Вот летит девятый номер с пушечным ударом —
- Репортер бормочет: «Слушай, дай ему забить!
- Я бы всю семью твою всю жизнь снимал задаром…» —
- Чуть не плачет парень. Как мне быть?!
- «Это все-таки футбол, — говорю. —
- Нож по сердцу — каждый гол вратарю».
- «Да я ж тебе как вратарю
- Лучший снимок подарю, —
- Пропусти — а я отблагодарю!»
- Гнусь как ветка от напора репортера,
- Неуверенно иду наперехват…
- Попрошу-ка потихонечку партнеров,
- Чтоб они ему разбили аппарат.
- Ну а он все ноет: «Это ж, друг, бесчеловечно —
- Ты, конечно, можешь взять, но только, извини, —
- Это лишь момент, а фотография — навечно.
- А ну не шевелись, потяни!»
- Пятый номер в двадцать два — знаменит.
- Не бежит он, а едва семенит.
- В правый угол мяч, звеня, —
- Значит, в левый от меня, —
- Залетает и нахально лежит.
- В этом тайме мы играли против ветра,
- Так что я не мог поделать ничего…
- Снимок дома у меня — два на три метра —
- Как свидетельство позора моего.
- Проклинаю миг, когда фотографу потрафил,
- Ведь теперь я думаю, когда беру мячи:
- Сколько ж мной испорчено прекрасных фотографий!
- Стыд меня терзает, хоть кричи.
- Искуситель-змей, палач!
- Как мне жить?!
- Так и тянет каждый мяч пропустить.
- Я весь матч борюсь с собой —
- Видно, жребий мой такой…
- Так, спокойно — подают угловой…
«Не покупают никакой еды…»
- Не покупают никакой еды —
- Все экономят вынужденно деньги:
- Холера косит стройные ряды, —
- Но люди вновь смыкаются в шеренги.
- Закрыт Кавказ, горит Аэрофлот,
- И в Астрахани лихо жгут арбуы, —
- Но от станка рабочий не уйдет,
- И крепнут все равно здоровья узы.
- Убытки терпит целая страна,
- Но вера есть, все зиждется на вере, —
- Объявлена смертельная война
- Одной несчастной, бедненькой холере.
- На трудовую вахту встал народ
- Для битвы с новоявленною порчей, —
- Но пасаран, холера не пройдет,
- Холере — нет, и все, и бал окончен!
- Я погадал вчера на даму треф,
- Назвав ее для юмора холерой, —
- И понял я: холера — это блеф,
- Она теперь мне кажется химерой.
- Во мне теперь прибавилось ума,
- Себя я ощущаю Гулливером,
- И понял я: холера — не чума, —
- У каждого всегда своя холера!
- Уверен я: холере скоро тлеть.
- А ну-ка — залп из тысячи орудий!
- Вперед!.. Холерой могут заболеть
- Холерики — несдержанные люди.
Маски
- Смеюсь навзрыд — как у кривых зеркал, —
- Меня, должно быть, ловко разыграли:
- Крючки носов и до ушей оскал —
- Как на венецианском карнавале!
- Вокруг меня смыкается кольцо —
- Меня хватают, вовлекают в пляску, —
- Так-так, мое нормальное лицо
- Все, вероятно, приняли за маску.
- Петарды, конфетти… Но все не так, —
- И маски на меня глядят с укором, —
- Они кричат, что я опять — не в такт,
- Что наступаю на ноги партнерам.
- Что делать мне — бежать, да поскорей?
- А может, вместе с ними веселиться?..
- Надеюсь я — под масками зверей
- Бывают человеческие лица.
- Все в масках, в париках — все как один, —
- Кто — сказочен, а кто — литературен…
- Сосед мой слева — грустный арлекин,
- Другой — палач, а каждый третий — дурень.
- Один себя старался обелить,
- Другой — лицо скрывает от огласки,
- А кто — уже не в силах отличить
- Свое лицо от непременной маски.
- Я в хоровод вступаю, хохоча, —
- И все-таки мне неспокойно с ними:
- А вдруг кому-то маска палача
- Понравится — и он ее не снимет?
- Вдруг арлекин навеки загрустит,
- Любуясь сам своим лицом печальным;
- Что, если дурень свой дурацкий вид
- Так и забудет на лице нормальном?!
- Как доброго лица не прозевать,
- Как честных отличить наверняка мне? —
- Все научились маски надевать,
- Чтоб не разбить свое лицо о камни.
- Я в тайну масок все-таки проник, —
- Уверен я, что мой анализ точен:
- Что маски равнодушья у иных —
- Защита от плевков и от пощечин.
Песня про первые ряды
- Была пора — я рвался в первый ряд,
- И это все от недопониманья, —
- Но с некоторых пор сажусь назад:
- Там, впереди, как в спину автомат —
- Тяжелый взгляд, недоброе дыханье.
- Может, сзади и не так красиво,
- Но — намного шире кругозор,
- Больше и разбег, и перспектива,
- И еще — надежность и обзор.
- Стволы глазищ — числом до десяти —
- Как дула на мишень, но на живую, —
- Затылок мой от взглядов не спасти,
- И сзади так удобно нанести
- Обиду или рану ножевую.
- Может, сзади и не так красиво,
- Но — намного шире кругозор,
- Больше и разбег, и перспектива,
- И еще — надежность и обзор.
- Мне вреден первый ряд, и говорят —
- От мыслей этих я в ненастье ною.
- Уж лучше — где темней — в последний ряд:
- Отсюда больше нет пути назад,
- И за спиной стоит стена стеною.
- Может, сзади и не так красиво,
- Но — намного шире кругозор,
- Больше и разбег, и перспектива,
- И еще — надежность и обзор.
- И пусть хоть реки утекут воды,
- Пусть будут в пух засалены перины, —
- До лысин, до седин, до бороды
- Не выходите в первые ряды
- И не стремитесь в примы-балерины.
- Может, сзади и не так красиво,
- Но — намного шире кругозор,
- Больше и разбег, и перспектива,
- И еще — надежность и обзор.
- Надежно сзади, но бывают дни —
- Я говорю себе, что выйду червой:
- Не стоит вечно пребывать в тени —
- С последним рядом долго не тяни,
- А постепенно пробирайся в первый.
- Может, сзади и не так красиво,
- Но — намного шире кругозор,
- Больше и разбег, и перспектива,
- И еще — надежность и обзор.
I. Певец у микрофона
- Я весь в свету, доступен всем глазам, —
- Я приступил к привычной процедуре:
- Я к микрофону встал как к образам…
- Нет-нет, сегодня точно — к амбразуре.
- И микрофону я не по нутру —
- Да, голос мой любому опостылет, —
- Уверен, если где-то я совру —
- Он ложь мою безжалостно усилит.
- Бьют лучи от рампы мне под ребра,
- Светят фонари в лицо недобро,
- И слепят с боков прожектора,
- И — жара!.. Жара!.. Жара!..
- Сегодня я особенно хриплю,
- Но изменить тональность не рискую, —
- Ведь если я душою покривлю —
- Он ни за что не выпрямит кривую.
- Он, бестия, потоньше острия —
- Слух безотказен, слышит фальшь до йоты,
- Ему плевать, что не в ударе я, —
- Но пусть я верно выпеваю ноты!
- Бьют лучи от рампы мне под ребра,
- Светят фонари в лицо недобро,
- И слепят с боков прожектора,
- И — жара!.. Жара!.. Жара!..
- На шее гибкой этот микрофон
- Своей змеиной головою вертит:
- Лишь только замолчу — ужалит он, —
- Я должен петь — до одури, до смерти.
- Не шевелись, не двигайся, не смей!
- Я видел жало — ты змея, я знаю!
- И я — как будто заклинатель змей:
- Я не пою — я кобру заклинаю!
- Бьют лучи от рампы мне под ребра,
- Светят фонари в лицо недобро,
- И слепят с боков прожектора,
- И жара!.. Жара!.. Жара!..
- Прожорлив он, и с жадностью птенца
- Он изо рта выхватывает звуки,
- Он в лоб мне влепит девять грамм свинца, —
- Рук не поднять — гитара вяжет руки!
- Опять не будет этому конца!
- Что есть мой микрофон — кто мне ответит?
- Теперь он — как лампада у лица,
- Но я не свят, и микрофон не светит.
- Мелодии мои попроще гамм,
- Но лишь сбиваюсь с искреннего тона —
- Мне сразу больно хлещет по щекам
- Недвижимая тень от микрофона.
- Бьют лучи от рампы мне под ребра,
- Светят фонари в лицо недобро,
- И слепят с боков прожектора,
- И — жара!.. Жара!..
II. Песня микрофона
- Я оглох от ударов ладоней,
- Я ослеп от улыбок певиц, —
- Сколько лет я страдал от симфоний,
- Потакал подражателям птиц!
- Сквозь меня многократно просеясь,
- Чистый звук в ваши души летел.
- Стоп! Вот — тот, на кого я надеюсь,
- Для кого я все муки стерпел.
- Сколько раз в меня шептали про луну,
- Кто-то весело орал про тишину,
- На пиле один играл — шею спиливал, —
- А я усиливал, усиливал, усиливал…
- На «низах» его голос утробен,
- На «верхах» он подобен ножу, —
- Он покажет, на что он способен, —
- Но и я кое-что покажу!
- Он поет задыхаясь, с натугой —
- Он устал, как солдат на плацу, —
- Я тянусь своей шеей упругой
- К золотому от пота лицу.
- Сколько раз в меня шептали про луну,
- Кто-то весело орал про тишину,
- На пиле один играл — шею спиливал, —
- А я усиливал, усиливал, усиливал…
- Только вдруг: «Человече, опомнись, —
- Что поешь?! Отдохни — ты устал.
- Это — патока, сладкая помесь!
- Зал, скажи, чтобы он перестал!..»
- Все напрасно — чудес не бывает, —
- Я качаюсь, я еле стою, —
- Он бальзамом мне горечь вливает
- В микрофонную глотку мою.
- Сколько лет в меня шептали про луну,
- Кто-то весело орал про тишину,
- На пиле один играл — шею спиливал, —
- А я усиливал, усиливал, усиливал…
- В чем угодно меня обвините —
- Только против себя не пойдешь:
- По профессии я — усилитель, —
- Я страдал — но усиливал ложь.
- Застонал я — динамики взвыли, —
- Он сдавил мое горло рукой…
- Отвернули меня, умертвили —
- Заменили меня на другой.
- Тот, другой, — он все стерпит и примет,
- Он навинчен на шею мою.
- Нас всегда заменяют другими,
- Чтобы мы не мешали вранью.
- …Мы в чехле очень тесно лежали —
- Я, штатив и другой микрофон, —
- И они мне, смеясь, рассказали,
- Как он рад был, что я заменен.
«Поздно говорить и смешно…»
- Поздно говорить и смешно —
- Не хотела, но
- Что теперь скрывать — все равно
- Дело сделано…
- Все надежды вдруг
- Выпали из рук,
- Как цветы запоздалые,
- А свою весну —
- Вечную, одну —
- Ах, прозевала я.
- Весна!.. Не дури —
- Ни за что не пей вина на пари,
- Никогда не вешай ключ на двери,
- Ставни затвори,
- Цветы — не бери,
- Не бери да и сама не дари,
- Если даже без ума — не смотри, —
- Затаись, замри!
- С огнем не шути —
- Подержи мечты о нем взаперти,
- По весне стучать в твой дом запрети, —
- А зимой — впусти.
- Холода всю зиму подряд —
- Невозможные, —
- Зимняя любовь, говорят,
- Понадежнее.
- Но надежды вдруг
- Выпали из рук,
- Как цветы запоздалые,
- И свою весну —
- Первую, одну —
- Знать, прозевала я.
- Ах, черт побери,
- Если хочешь — пей вино на пари,
- Если хочешь — вешай ключ на двери
- И в глаза смотри. —
- Не то в январи
- Подкрадутся вновь сугробы к двери,
- Вновь увидишь из окна пустыри, —
- Двери отвори!
- И пой до зари,
- И цветы — когда от сердца — бери,
- Если хочешь подарить — подари,
- Подожгут — гори!
Одна научная загадка, или Почему аборигены съели Кука
- Не хватайтесь за чужие талии,
- Вырвавшись из рук своих подруг!
- Вспомните, как к берегам Австралии
- Подплывал покойный ныне Кук,
- Как, в кружок усевшись под азалии,
- Поедом — с восхода до зари —
- Ели в этой солнечной Австралии
- Друга дружку злые дикари.
- Но почему аборигены съели Кука,
- За что — неясно, молчит наука.
- Мне представляется совсем простая штука:
- Хотели кушать — и съели Кука!
- Есть вариант, что ихний вождь — Большая Бука —
- Сказал, что — очень вкусный кок на судне Кука…
- Ошибка вышла — вот о чем молчит наука:
- Хотели — кока, а съели — Кука!
- И вовсе не было подвоха или трюка —
- Вошли без стука, почти без звука, —
- Пустили в действие дубинку из бамбука —
- Тюк! прямо в темя — и нету Кука!
- Но есть, однако же, еще предположенье,
- Что Кука съели из большого уваженья, —
- Что всех науськивал колдун — хитрец и злюка:
- «Ату, ребята, хватайте Кука!
- Кто уплетет его без соли и без лука,
- Тот сильным, смелым, добрым будет — вроде Кука!»
- Комуй-то под руку попался каменюка —
- Метнул, гадюка, — и нету Кука!
- А дикари теперь заламывают руки,
- Ломают копья, ломают луки,
- Сожгли и бросили дубинки из бамбука —
- Переживают, что съели Кука!
«Лошадей двадцать тысяч в машины зажаты…»
Александру Назаренко и экипажу теплохода «Шота Руставели»
- Лошадей двадцать тысяч в машины зажаты
- И хрипят табуны, стервенея, внизу.
- На глазах от натуги худеют канаты,
- Из себя на причал выжимая слезу.
- И команды короткие, злые
- Быстрый ветер уносит во тьму:
- «Кранцы за борт!», «Отдать носове!»
- И — «Буксир, подработать корму!»
- Капитан, чуть улыбаясь, —
- Все, мол, верно — молодцы, —
- От земли освобождаясь,
- Приказал рубить концы.
- Только снова назад обращаются взоры —
- Цепко держит земля, все и так и не так:
- Почему слишком долго не сходятся створы,
- Почему слишком часто моргает маяк?!
- Все в порядке, конец всем вопросам.
- Кроме вахтенных, все — отдыхать!
- Но пустуют каюты — матросам
- К той свободе еще привыкать.
- Капитан, чуть улыбаясь,
- Бросил только: «Молодцы!»
- От земли освобождаясь,
- Нелегко рубить концы.
- Переход — двадцать дней, — рассыхаются шлюпки.
- Нынче утром последний отстал альбатрос…
- Хоть бы — шторм! Или лучше — чтоб в радиорубке
- Обалдевший радист принял чей-нибудь SOS.
- Так и есть: трое — месяц в корыте,
- Яхту вдребезги кит разобрал…
- Да за что вы нас благодарите —
- Вам спасибо за этот аврал!
- Капитан, чуть улыбаясь,
- Бросил только: «Молодцы!» —
- Тем, кто, с жизнью расставаясь,
- Не хотел рубить концы.
- И опять будут Фиджи, и порт Кюрасао,
- И еще черта в ступе и Бог знает что,
- И красивейший в мире фиорд Мильфорсаун —
- Всё, куда я ногой не ступал, но зато —
- Пришвартуетесь вы на Таити
- И прокрутите запись мою, —
- Через самый большой усилитель
- Я про вас на Таити спою.
- Скажет мастер, улыбаясь
- Мне и песне: «Молодцы!»
- Так, на суше оставаясь,
- Я везде креплю концы.
- И опять продвигается, словно на ринге,
- По воде осторожная тень корабля.
- В напряженье матросы, ослаблены шпринги…
- Руль полборта налево — и в прошлом земля!
Баллада о бане
- Благодать или благословенье
- Ниспошли на подручных твоих —
- Дай нам, Бог, совершить омовенье,
- Окунаясь в святая святых!
- Исцеленьем от язв и уродства
- Будет душ из живительных вод, —
- Это — словно возврат первородства,
- Или нет — осушенье болот.
- Все пороки, грехи и печали,
- Равнодушье, согласье и спор —
- Пар, который вот только наддали,
- Вышибает, как пули, из пор.
- Все, что мучит тебя, — испарится
- И поднимется вверх, к небесам, —
- Ты ж, очистившись, должен спуститься,
- Пар с грехами расправится сам.
- Не стремись прежде времени к душу,
- Не равняй с очищеньем мытье, —
- Нужно выпороть веником душу,
- Нужно выпарить смрад из нее.
- Здесь нет голых — стесняться не надо,
- Что кривая рука да нога.
- Здесь — подобие райского сада, —
- Пропуск тем, кто раздет донага.
- И в предбаннике сбросивши вещи,
- Всю одетость свою позабудь —
- Одинаково веничек хлещет,
- Так что зря не выпячивай грудь!
- Все равны здесь единым богатством,
- Все легко переносят жару, —
- Здесь свободу и равенство с братством
- Ощущаешь в кромешном пару.
- Загоняй по коленья в парную
- И крещенье принять убеди, —
- Лей на нас свою воду святую —
- И от варварства освободи!
О фатальных датах и цифрах
Моим друзьям — поэтам
- Кто кончил жизнь трагически, тот — истинный поэт,
- А если в точный срок, так — в полной мере:
- На цифре 26 один шагнул под пистолет,
- Другой же — в петлю слазил в «Англетере».
- А в 33 Христу — он был поэт, он говорил:
- «Да ни убий!» Убьешь — везде найду, мол.
- Но — гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,
- Чтоб не писал и чтобы меньше думал.
- С меня при цифре 37 в момент слетает хмель, —
- Вот и сейчас — как холодом подуло:
- Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль
- И Маяковский лег виском на дуло.
- Задержимся на цифре 37! Коварен Бог —
- Ребром вопрос поставил: или — или!
- На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо, —
- А нынешние — как-то проскочили.
- Дуэль не состоялась или — перенесена,
- А в 33 распяли, но — не сильно,
- А в 37 — не кровь, да что там кровь! — и седина
- Испачкала виски не так обильно.
- «Слабо стреляться?! В пятки, мол, давно ушла душа!»
- Терпенье, психопаты и кликуши!
- Поэты ходят пятками по лезвию ножа —
- И режут в кровь свои босые души!
- На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е», —
- Укоротить поэта! — вывод ясен, —
- И нож в него! — но счастлив он висеть на острие,
- Зарезанный за то, что был опасен!
- Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр, —
- Томитесь, как наложницы в гареме!
- Срок жизни увеличился — и, может быть, концы
- Поэтов отодвинулись на время!
О моем старшине
- Я помню райвоенкомат:
- «В десант не годен — так-то, брат, —
- Таким, как ты, — там невпротык…» И дальше — смех:
- Мол, из тебя какой солдат?
- Тебя — хоть сразу в медсанбат!..
- А из меня — такой солдат, как изо всех.
- А на войне как на войне,
- А мне — и вовсе, мне — вдвойне, —
- Присохла к телу гимнастерка на спине.
- Я отставал, сбоил в строю, —
- Но как-то раз в одном бою —
- Не знаю чем — я приглянулся старшине.
- …Шумит окопная братва:
- «Студент, а сколько дважды два?
- Эй, холостой, а правда — графом был Толстой?
- А кто евоная жена?..»
- Но тут встревал мой старшина:
- «Иди поспи — ты ж не святой, а утром — бой».
- И только раз, когда я встал
- Во весь свой рост, он мне сказал:
- «Ложись!.. — и дальше пару слов без падежей. —
- К чему две дырки в голове!»
- И вдруг спросил: «А что, в Москве
- Неужто вправду есть дома в пять этажей?..»
- Над нами — шквал, — он застонал —
- И в нем осколок остывал, —
- И на вопрос его ответить я не смог.
- Он в землю лег — за пять шагов,
- За пять ночей и за пять снов —
- Лицом на запад и ногами на восток.
Горизонт
- Чтоб не было следов, повсюду подмели…
- Ругайте же меня, позорьте и трезвоньте:
- Мой финиш — горизонт, а лента — край земли, —
- Я должен первым быть на горизонте!
- Условия пари одобрили не все —
- И руки разбивали неохотно.
- Условье таково: чтоб ехать — по шоссе,
- И только по шоссе — бесповоротно.
- Наматываю мили на кардан
- И еду параллельно проводам, —
- Но то и дело тень перед мотором —
- То черный кот, то кто-то в чем-то черном.
- Я знаю — мне не раз в колеса палки ткнут.
- Догадываюсь, в чем и как меня обманут.
- Я знаю, где мой бег с ухмылкой пресекут
- И где через дорогу трос натянут.
- Но стрелки я топлю — на этих скоростях
- Песчинка обретает силу пули, —
- И я сжимаю руль до судорог в кистях —
- Успеть, пока болты не затянули!
- Наматываю мили на кардан
- И еду вертикально проводам, —
- Завинчивают гайки, — побыстрее! —
- Не то поднимут трос как раз где шея.
- И плавится асфальт, протекторы кипят,
- Под ложечкой сосет от близости развязки.
- Я голой грудью рву натянутый канат, —
- Я жив — снимите черные повязки!
- Кто вынудил меня на жесткое пари —
- Нечистоплотны в споре и в расчетах.
- Азарт меня пьянит, но, как ни говори,
- Я торможу на скользких поворотах.
- Наматываю мили на кардан,
- Назло канатам, тросам, проводам, —
- Вы только проигравших урезоньте,
- Когда я появлюсь на горизонте!
- Мой финиш — горизонт — по-прежнему далек,
- Я ленту не порвал, но я покончил с тросом, —
- Канат не пересек мой шейный позвонок,
- Но из кустов стреляют по колесам.
- Меня ведь не рубли на гонку завели, —
- Меня просили: «Миг не проворонь ты —
- Узнай, а есть предел — там, на краю земли,
- И — можно ли раздвинуть горизонты?»
- Наматываю мили на кардан
- И пулю в скат влепить себе не дам.
- Но тормоза отказывают, — кода! —
- Я горизонт промахиваю с хода!
Мои похорона, или Страшный сон очень смелого человека
- Сон мне снится — вот те на:
- Гроб среди квартиры,
- На мои похорона
- Съехались вампиры, —
- Стали речи говорить —
- Всё про долголетие, —
- Кровь сосать решили погодить:
- Вкусное — на третие.
- В гроб вогнали кое-как,
- А самый сильный вурдалак
- Все втискивал, и всовывал,
- И плотно утрамбовывал, —
- Сопел с натуги, сплевывал
- И желтый клык высовывал.
- Очень бойкий упырек
- Стукнул по колену,
- Подогнал — и под шумок
- Надкусил мне вену.
- А умудренный кровосос
- Встал у изголовия
- И очень вдохновенно произнес
- Речь про полнокровие.
- И почетный караул
- Для приличия всплакнул, —
- Но я чую взглядов серию
- На сонную мою артерию:
- А если кто пронзит артерию —
- Мне это сна грозит потерею.
- Погодите, спрячьте крюк!
- Да куда же, черт, вы!
- Я же слышу, что вокруг, —
- Значит, я не мертвый!
- Яду капнули в вино,
- Ну а мы набросились, —
- Опоить меня хотели, но
- Опростоволосились.
- Тот, кто в зелье губы клал, —
- В самом деле дуба дал, —
- Ну а на меня — как рвотное
- То зелье приворотное:
- Здоровье у меня добротное,
- И закусил отраву плотно я.
- Так почему же я лежу,
- Дурака валяю, —
- Ну почему, к примеру, не заржу —
- Их не напугаю?!
- Я ж их мог прогнать давно
- Выходкою смелою —
- Мне бы взять пошевелиться, но
- Глупостей не делаю.
- Безопасный как червяк,
- Я лежу, а вурдалак
- Со стаканом носится —
- Сейчас наверняка набросится, —
- Еще один на шею косится —
- Ну, гад, он у меня допросится!
- Кровожадно вопия,
- Высунули жалы —
- И кровиночка моя
- Полилась в бокалы.
- Погодите — сам налью, —
- Знаю, знаю — вкусная!..
- Ну нате, пейте кровь мою,
- Кровососы гнусные!
- А сам — и мышцы не напряг,
- И не попытался сжать кулак, —
- Потому что кто не напрягается,
- Тот никогда не просыпается,
- Тот много меньше подвергается
- И много дольше сохраняется.
- Вот мурашки по спине
- Смертные крадутся…
- А всего делов-то мне
- Было, что — проснуться!
- …Что, сказать, чего боюсь
- (А сновиденья — тянутся)?
- Да того, что я проснусь —
- А они останутся!..
Милицейский протокол
- Считай по-нашему, мы выпили не много —
- Не вру, ей-богу, — скажи, Серега!
- И если б водку гнать не из опилок,
- То чё б нам было с пяти бутылок!
- …Вторую пили близ прилавка в закуточке, —
- Но это были еще цветочки, —
- Потом — в скверу, где детские грибочки,
- Потом — не помню, — дошел до точки.
- Я пил из горлышка, с устатку и не евши,
- Но — как стекло был, — остекленевший.
- А уж когда коляска подкатила,
- Тогда в нас было — семьсот на рыло!
- Мы, правда, третьего насильно затащили, —
- Ну, тут промашка — переборщили.
- А что очки товарищу разбили —
- Так то портвейном усугубили.
- Товарищ первый нам сказал, что, мол, уймитесь,
- Что — не буяньте, что — разойдитесь.
- На «разойтись» я сразу ж согласился —
- И разошелся, — и расходился!
- Но если я кого ругал — карайте строго!
- Но это — вряд ли, — скажи, Серега!
- А что упал — так то от помутненья,
- Орал не с горя — от отупенья.
- …Теперь дозвольте пару слов без протокола.
- Чему нас учит семья и школа?
- Что жизнь сама таких накажет строго.
- Тут мы согласны, — скажи, Серега!
- Вот он проснется утром — протрезвеет — скажет:
- Пусть жизнь осудит, пусть жизнь накажет!
- Так отпустите — вам же легче будет:
- Чего возиться, раз жизнь осудит!
- Вы не глядите, что Сережа все кивает, —
- Он соображает, все понимает!
- А что молчит — так это от волненья,
- От осознанья и просветленья.
- Не запирайте, люди, — плачут дома детки, —
- Ему же — в Химки, а мне — в Медведки!..
- Да все равно: автобусы не ходят,
- Метро закрыто, в такси не содят.
- Приятно все-таки, что нас тут уважают:
- Гляди — подвозят, гляди — сажают!
- Разбудит утром не петух, прокукарекав, —
- Сержант подымет — как человеков!
- Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.
- Я рупь заначил — опохмелимся!
- И все же, брат, трудна у нас дорога!
- Эх, бедолага! Ну спи, Серега!
Песня конченого человека
- Истома ящерицей ползает в костях,
- И сердце с трезвой головой не на ножах,
- И не захватывает дух на скоростях,
- Не холодеет кровь на виражах.
- И не прихватывает горло от любви,
- И нервы больше не внатяжку, — хочешь — рви, —
- Провисли нервы, как веревки от белья,
- И не волнует, кто кого, — он или я.
- На коне, — толкани — я с коня.
- Только не, только ни у меня.
- Не пью воды — чтоб стыли зубы — питьевой
- И ни событий, ни людей не тороплю.
- Мой лук валяется со сгнившей тетивой,
- Все стрелы сломаны — я ими печь топлю.
- Не напрягаюсь, не стремлюсь, а как-то так…
- Не вдохновляет даже самый факт атак.
- Сорви-голов не принимаю и корю,
- Про тех, кто в омут с головой, — не говорю.
- На коне, — толкани — я с коня.
- Только не, только ни у меня.
- И не хочу ни выяснять, ни изменять
- И ни вязать и ни развязывать узлы.
- Углы тупые можно и не огибать,
- Ведь после острых — это не углы.
- Свободный ли, тугой ли пояс — мне-то что!
- Я пули в лоб не удостоюсь — не за что.
- Я весь прозрачный, как раскрытое окно,
- И неприметный, как льняное полотно.
- На коне, — толкани — я с коня.
- Только не, только ни у меня.
- Не ноют раны, да и шрамы не болят,
- На них наложены стерильные бинты.
- И не волнуют, не свербят, не теребят
- Ни мысли, ни вопросы, ни мечты.
- Любая нежность душу не разбередит,
- И не внушит никто, и не разубедит.
- А так как чужды всякой всячины мозги,
- То ни предчувствия не жмут, ни сапоги.
- На коне, — толкани — я с коня.
- Только не, только ни у меня.
- Ни философский камень больше не ищу,
- Ни корень жизни, — ведь уже нашли женьшень.
- Не вдохновляюсь, не стремлюсь, не трепещу
- И не надеюсь поразить мишень.
- Устал бороться с притяжением земли —
- Лежу, — так больше расстоянье до петли.
- И сердце дергается словно не во мне, —
- Пора туда, где только ни и только не.
- На коне, — толкани — я с коня.
- Только не, только ни у меня.
Песня о штангисте
Василию Алексееву
- Как спорт — поднятье тяжестей не ново
- В истории народов и держав:
- Вы помните, как некий грек другого
- Поднял и бросил, чуть попридержав?
- Как шею жертвы, круглый гриф сжимаю —
- Чего мне ждать: оваций или — свист?
- Я от земли Антея отрываю,
- Как первый древнегреческий штангист.
- Не отмечен грацией мустанга,
- Скован я, в движениях не скор.
- Штанга, перегруженная штанга —
- Вечный мой соперник и партнер.
- Такую неподъемную громаду
- Врагу не пожелаю своему —
- Я подхожу к тяжелому снаряду
- С тяжелым чувством: вдруг не подниму?!
- Мы оба с ним как будто из металла,
- Но только он — действительно металл.
- А я так долго шел до пьедестала,
- Что вмятины в помосте протоптал.
- Не отмечен грацией мустанга,
- Скован я, в движениях не скор.
- Штанга, перегруженная штанга —
- Вечный мой соперник и партнер.
- Повержен враг на землю — как красиво! —
- Но крик «Вес взят!» у многих на слуху.
- «Вес взят!» — прекрасно, но несправедливо:
- Ведь я внизу, а штанга наверху.
- Такой триумф подобен пораженью,
- А смысл победы до смешного прост:
- Все дело в том, чтоб, завершив движенье,
- С размаху штангу бросить на помост.
- Не отмечен грацией мустанга,
- Скован я, в движениях не скор.
- Штанга, перегруженная штанга —
- Вечный мой соперник и партнер.
- Он вверх ползет — чем дальше, тем безвольней,
- Мне напоследок мышцы рвет по швам.
- И со своей высокой колокольни
- Мне зритель крикнул: «Брось его к чертям!»
- Еще одно последнее мгновенье —
- И брошен наземь мой железный бог!
- …Я выполнял обычное движенье
- С коротким злым названием «рывок».
«Так дымно, что в зеркале нет отраженья…»
- Так дымно, что в зеркале нет отраженья
- И даже напротив не видно лица.
- И пары успели устать от круженья, —
- И все-таки я допою до конца!
- Все нужные ноты давно сыграли,
- Сгорело, погасло вино в бокале,
- Минутный порыв говорить — пропал. —
- И лучше мне молча допить бокал…
- Полгода не балует солнцем погода.
- И души застыли под коркою льда. —
- И, видно, напрасно я жду ледохода,
- И память не может согреть в холода.
- Все нужные ноты давно сыграли,
- Сгорело, погасло вино в бокале.
- Минутный порыв говорить — пропал, —
- И лучше мне молча допить бокал…
- В оркестре играют устало, сбиваясь,
- Смыкается крут — не порвать мне кольца…
- И все-таки я допою до конца!
- Все нужные ноты давно сыграли,
- Сгорело, погасло вино в бокале,
- Тусклей, равнодушней оскал зеркал.
- И лучше мне просто разбить бокал!
«Не заманишь меня на эстрадный концерт…»
- Не заманишь меня на эстрадный концерт,
- Ни на западный фильм о ковбоях:
- Матч финальный на первенство СССР —
- Мне сегодня болеть за обоих!
- Так прошу: не будите меня поутру —
- Не проснусь по гудку и сирене, —
- Я болею давно, а сегодня — помру
- На Центральной спортивной арене.
- Буду я помирать — вы снесите меня
- До агонии и до конвульсий
- Через западный сектор, потом на коня —
- И несите до паузы в пульсе.
- Но прошу: не будите меня на ветру —
- Не проснусь как Джульетта на сцене. —
- Вес равно я сегодня возьму и умру
- На Центральной спортивной арене.
- Пронесите меня, чтоб никто ни гугу:
- Кто-то умер — ну что ж, все в порядке, —
- Закопайте меня вы в центральном кругу,
- Или нет — во вратарской площадке!
- …Да, лежу я в центральном кругу на лугу,
- Шлю проклятья Виленеву Пашке, —
- Но зато — по мне все футболисты бегут,
- Словно раньше по телу мурашки.
- Вижу я все развитие быстрых атак,
- Уличаю голкипера в фальши, —
- Вижу все — и теперь не кричу как дурак:
- Мол, на мыло судью или дальше…
- Так прошу: не будите меня поутру,
- Глубже чем на полметра не ройте. —
- А не то я вторичною смертью помру —
- Будто дважды погибший на фронте.
Кони привередливые
- Вдоль обрыва, по-над пропастью, по самому по краю
- Я коней своих нагайкою стегаю, погоняю…
- Что-то воздуху мне мало — ветер пью, туман глотаю,
- Чую с гибельным восторгом: пропадаю, пропадаю!
- Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
- Вы тугую не слушайте плеть!
- Но что-то кони мне попались привередливые —
- И дожить не успел, мне допеть не успеть.
- Я коней напою, я куплет допою —
- Хоть мгновенье еще постою на краю…
- Сгину я — меня пушинкой ураган сметет с ладони,
- И в санях меня галопом повлекут по снегу утром, —
- Вы на шаг неторопливый перейдете, мои кони,
- Хоть немного, но продлите путь к последнему приюту!
- Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
- Не указчики вам кнут и плеть.
- Но что-то кони мне попались привередливые —
- И дожить не успел, мне допеть не успеть.
- Я коней напою, я куплет допою —
- Хоть мгновенье еще постою на краю…
- Мы успели: в гости к Богу не бывает опозданий, —
- Что ж там ангелы поют такими злыми голосами?!
- Или это колокольчик весь зашелся от рыданий,
- Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани?
- Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
- Умоляю вас вскачь не лететь!
- Но что-то кони мне попались привередливые —
- Коль дожить не успел, так хотя бы — допеть.
- Я коней напою, я куплет допою —
- Хоть мгновенье еще постою на краю…
Белое безмолвие
- Все года, и века, и эпохи подряд
- Все стремится к теплу от морозов и вьюг, —
- Почему ж эти птицы на север летят,
- Если птицам положено — только на юг?
- Слава им не нужна — и величие,
- Вот под крыльями кончится лед —
- И найдут они счастие птичее
- Как награду за дерзкий полет!
- Что же нам не жилось, что же нам не спалось?
- Что нас выгнало в путь по высокой волне?
- Нам сиянье пока наблюдать не пришлось, —
- Это редко бывает — сиянья в цене!
- Тишина… Только чайки — как молнии, —
- Пустотой мы их кормим из рук.
- Но наградою нам за безмолвие
- Обязательно будет звук!
- Как давно снятся нам только белые сны —
- Все иные оттенки снега занесли, —
- Мы ослепли — темно от такой белизны, —
- Но прозреем от черной полоски земли.
- Наше горло отпустит молчание,
- Наша слабость растает как тень, —
- И наградой за ночи отчаянья
- Будет вечный полярный день!
- Север, воля, надежда — страна без границ,
- Снег без грязи — как долгая жизнь без вранья.
- Воронье нам не выклюет глаз из глазниц —
- Потому что не водится здесь воронья.
- Кто не верил в дурные пророчества,
- В снег не лег ни на миг отдохнуть —
- Тем наградою за одиночество
- Должен встретиться кто-нибудь!
Песня про белого слона
- Жили-были в Индии с самой старины
- Дикие огромные, серые слоны —
- Слоны слонялись в джунглях без маршрута, —
- Один из них был белый почему-то.
- Добрым глазом, тихим нравом отличался он,
- И умом, и мастью благородной, —
- Средь своих собратьев серых — белый слон
- Был, конечно, белою вороной.
- И владыка Индии — были времена —
- Мне из уважения подарил слона.
- «Зачем мне слон?» — спросил я иноверца,
- А он сказал: «В слоне — большое сердце…»
- Слон мне сделал реверанс, а я ему — поклон,
- Речь моя была незлой и тихой, —
- Потому что этот самый — белый слон
- Был к тому же белою слонихой.
- Я прекрасно выглядел, сидя на слоне,
- Ездил я по Индии — сказочной стране, —
- Ах, где мы только вместе не скитались!
- И в тесноте отлично уживались.
- И бывало, шли мы петь под чей-нибудь балкон, —
- Дамы так и прыгали из спален…
- Надо вам сказать, что этот белый слон
- Был необычайно музыкален.
- Карту мира видели вы наверняка —
- Знаете, что в Индии тоже есть река, —
- Мой слон и я питались соком манго,
- И как-то потерялись в дебрях Ганга.
- Я метался по реке, забыв еду и сон,
- Безвозвратно подорвал здоровье…
- А потом сказали мне: «Твой белый слон
- Встретил стадо белое слоновье…»
- Долго был в обиде я, только — вот те на! —
- Мне владыка Индии вновь прислал слона:
- В виде украшения для трости —
- Белый слон, но из слоновой кости.
- Говорят, что семь слонов иметь — хороший тон, —
- На шкафу, как средство от напастей…
- Пусть гуляет лучше в белом стаде белый слон —
- Пусть он лучше не приносит счастья!
Честь шахматной короны
I. Подготовка
- Я кричал: «Вы что ж там, обалдели?
- Уронили шахматный престиж!»
- Мне сказали в нашем спортотделе:
- «Ага, прекрасно — ты и защитишь!
- Но учти, что Фишер очень ярок, —
- Даже спит с доскою — сила в ём,
- Он играет чисто, без помарок…»
- Ничего, я тоже не подарок, —
- У меня в запасе — ход конем.
- Ох вы мускулы стальные,
- Пальцы цепкие мои!
- Эх, резные, расписные
- Деревянные ладьи!
- Друг мои, футболист, учил: «Не бойся, —
- Он к таким партнерам не привык.
- За тылы и центр не беспокойся,
- А играй по краю — напрямик!..»
- Я налег на бег, на стометровки,
- В бане вес согнал, отлично сплю,
- Были по хоккею тренировки…
- В общем, после этой подготовки —
- Я его без мата задавлю!
- Ох вы сильные ладони,
- Мышцы крепкие спины!
- Эх вы кони мои, кони,
- Ох вы милые слоны!
- «Не спеши и, главное, не горбись, —
- Так боксер беседовал со мной. —
- В ближний бой не лезь, работай в корпус,
- Помни, что коронный твой — прямой».
- Честь короны шахматной — на карте, —
- Он от пораженья не уйдет:
- Мы сыграли с Талем десять партий —
- В преферанс, в очко и на бильярде, —
- Таль сказал: «Такой не подведет!»
- Ох, рельеф мускулатуры!
- Дельтовидные — сильны!
- Что мне легкие фигуры,
- Эти кони да слоны!
- И в буфете, для других закрытом,
- Повар успокоил: «Не робей!
- Ты с таким прекрасным аппетитом —
- Враз проглотишь всех его коней!
- Ты присядь перед дорогой дальней —
- И бери с питанием рюкзак.
- На двоих готовь пирог пасхальный:
- Этот Шифер — хоть и гениальный, —
- А небось покушать не дурак!»
- Ох мы — крепкие орешки!
- Мы корону — привезем!
- Спать ложусь я — вроде пешки,
- Просыпаюся — ферзем!
II. Игра
- Только прилетели — сразу сели.
- Фишки все заранее стоят.
- Фоторепортеры налетели —
- И слепят, и с толку сбить хотят.
- Но меня и дома — кто положит?
- Репортерам с ног меня не сбить!..
- Мне же неумение поможет:
- Этот Шифер ни за что не сможет
- Угадать, чем буду я ходить.
- Выпало ходить ему, задире, —
- Говорят, он белыми мастак! —
- Сделал ход с е2 на е4…
- Чтой-то мне знакомое… Так-так!
- Ход за мной — что делать?! Надо, Сева, —
- Наугад, как ночью по тайге…
- Помню — всех главнее королева:
- Ходит взад-вперед и вправо-влево, —
- Ну а кони вроде — буквой «Г».
- Эх, спасибо заводскому другу —
- Научил, как ходят, как сдают…
- Выяснилось позже — я с испугу
- Разыграл классический дебют!
- Все следил, чтоб не было промашки,
- Вспоминал все повара в тоске.
- Эх, сменить бы пешки на рюмашки —
- Живо б прояснилось на доске!
- Вижу, он нацеливает вилку —
- Хочет есть, — и я бы съел ферзя…
- Под такой бы закусь — да бутылку!
- Но во время матча пить нельзя.
- Я голодный, посудите сами:
- Здесь у них лишь кофе да омлет, —
- Клетки как круги перед глазами,
- Королей я путаю с тузами
- И с дебютом путаю дуплет.
- Есть примета — вот я и рискую:
- В первый раз должно мне повезти.
- Я его замучу, зашахую —
- Мне дай только дамку провести!
- Не мычу не телюсь, весь — как вата.
- Надо что-то бить — уже пора!
- Чем же бить? Ладьею — страшновато,
- Справа в челюсть — вроде рановато,
- Неудобно — первая игра.
- …Он мою защиту разрушает —
- Старую индийскую — в момент, —
- Это смутно мне напоминает
- Индо-пакистанский инцидент.
- Только зря он шутит с нашим братом —
- У меня есть мера, даже две:
- Если он меня прикончит матом,
- Я его — через бедро с захватом,
- Или — ход конем — по голове!
- Я еще чуток добавил прыти —
- Все не так уж сумрачно вблизи:
- В мире шахмат пешка может выйти,
- Если тренируется, — в ферзи!
- Шифер стал на хитрости пускаться:
- Встанет, пробежится и — назад;
- Предложил турами поменяться, —
- Ну еще б ему меня не опасаться —
- Когда я лежа жму сто пятьдесят!
- Я его фигурку смерил оком,
- И когда он объявил мне шах —
- Обнажил я бицепс ненароком,
- Даже снял для верности пиджак.
- И мгновенно в зале стало тише,
- Он заметил, что я привстаю…
- Видно, ему стало не до фишек —
- И хваленый пресловутый Фишер
- Тут же согласился на ничью.
Баллада о гипсе
- Нет острых ощущений — все старье, гнилье и хлам,
- Того гляди, с тоски сыграю в ящик.
- Балкон бы, что ли, сверху, иль автобус — пополам, —
- Вот это боле-мене подходяще!
- Повезло! Наконец повезло! —
- Видел Бог, что дошел я до точки! —
- Самосвал в тридцать тысяч кило
- Мне скелет раздробил на кусочки!
- Вот лежу я на спине
- Загипсованный, —
- Кажный член у мене —
- Расфасованный
- По отдельности
- До исправности, —
- Все будет в цельности
- И в сохранности!
- Эх, жаль, что не роняли вам на череп утюгов, —
- Скорблю о вас — как мало вы успели!
- Ах, это просто прелесть — сотрясение мозгов,
- Ах, это наслажденье — гипс на теле!
- Как броня — на груди у меня,
- На руках моих — крепкие латы. —
- Так и хочется крикнуть: «Коня мне, коня!» —
- И верхом ускакать из палаты!
- Но лежу я на спине
- Загипсованный, —
- Кажный член у мене —
- Расфасованный
- По отдельности
- До исправности, —
- Все будет в цельности
- И в сохранности!
- Задавлены все чувства — лишь для боли нет преград.
- Ну что ж, мы часто сами чувства губим. —
- Зато я, как ребенок, — весь спеленутый до пят
- И окруженный человеколюбьем!
- Под влияньем сестрички ночной
- Я любовию к людям проникся —
- И, клянусь, до доски гробовой
- Я б остался невольником гипса!
- Вот лежу я на спине
- Загипсованный, —
- Кажный член у мене —
- Расфасованный
- По отдельности
- До исправности, —
- Все будет в цельности
- И в сохранности!
- Вот жаль, что мне нельзя уже увидеть прежних снов:
- Они — как острый нож для инвалида, —
- Во сне я рвусь наружу из-под гипсовых оков,
- Мне снятся свечи, рифмы и коррида…
- Ах, надежна ты, гипса броня,
- От того, кто намерен кусаться!
- Но одно угнетает меня:
- Что никак не могу почесаться. —
- Что лежу я на спине
- Загипсованный, —
- Кажный член у мене —
- Расфасованный
- По отдельности
- До исправности, —
- Все будет в цельности
- И в сохранности!
- Так, я давно здоров, но не намерен гипс снимать:
- Пусть руки стали чем-то вроде бивней,
- Пусть ноги опухают — мне на это наплевать. —
- Зато кажусь значительней, массивней!
- Я под гипсом хожу ходуном,
- Наступаю на пятки прохожим, —
- Мне удобней казаться слоном
- И себя ощущать толстокожим!
- И по жизни я иду
- Загипсованный, —
- Кажный член — на виду,
- Расфасованный
- По отдельности
- До исправности, —
- Все будет в цельности
- И в сохранности!
«Прошла пора вступлений и прелюдий…»
- Прошла пора вступлений и прелюдий, —
- Все хорошо, — не вру, без дураков:
- Меня к себе зовут большие люди —
- Чтоб я им пел «Охоту на волков»…
- Быть может, запись слышал из окон,
- А может быть, с детьми ухи не сваришь,
- Как знать, — но приобрел магнитофон
- Какой-нибудь ответственный товарищ.
- И, предаваясь будничной беседе
- В кругу семьи, где свет торшера тускл, —
- Тихонько, чтоб не слышали соседи,
- Он взял да и нажал на кнопку «пуск».
- И там, не разобрав последних слов, —
- Прескверный дубль достали на работе, —
- Услышал он «Охоту на волков»
- И кое-что еще на обороте.
- И все прослушав до последней ноты
- И разозлясь, что слов последних нет,
- Он поднял трубку: «Автора «Охоты»
- Ко мне пришлите завтра в кабинет!»
- Я не хлебнул для храбрости винца, —
- И, подавляя частую икоту,
- С порога — от начала до конца —
- Я проорал ту самую «Охоту».
- Его просили дети, безусловно,
- Чтобы была улыбка на лице, —
- Но он меня прослушал благосклонно
- И даже аплодировал в конце.
- И об стакан бутылкою звеня,
- Которую извлек из книжной полки,
- Он выпалил: «Да это ж — про меня!
- Про нас про всех — какие, к черту, волки!»
- …Ну все, теперь, конечно, что-то будет —
- Уже три года в день по пять звонков:
- Меня к себе зовут большие люди —
- Чтоб я им пел «Охоту на волков».
«Так случилось — мужчины ушли…»
- Так случилось — мужчины ушли,
- Побросали посевы до срока, —
- Вот их больше не видно из окон —
- Растворились в дорожной пыли.
- Вытекают из колоса зерна —
- Эти слезы несжатых полей,
- И холодные ветры проворно
- Потекли из щелей.
- Мы вас ждем — торопите коней!
- В добрый час, в добрый час, в добрый час!
- Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины…
- А потом возвращайтесь скорей:
- Ивы плачут по вас,
- И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
- Мы в высоких живем теремах —
- Входа нет никому в эти зданья:
- Одиночество и ожиданье
- Вместо вас поселились в домах.
- Потеряла и свежесть и прелесть
- Белизна ненадетых рубах,
- Да и старые песни приелись
- И навязли в зубах.
- Мы вас ждем — торопите коней!
- В добрый час, в добрый час, в добрый час!
- Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины…
- А потом возвращайтесь скорей:
- Ивы плачут по вас,
- И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
- Все единою болью болит,
- И звучит с каждым днем непрестанней
- Вековечный надрыв причитаний
- Отголоском старинных молитв.
- Мы вас встретим и пеших, и конных,
- Утомленных, нецелых — любых, —
- Только б не пустота похоронных,
- Не предчувствие их!
- Мы вас ждем — торопите коней!
- В добрый час, в добрый час, в добрый час!
- Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины.
- А потом возвращайтесь скорей,
- Ибо плачут по вас,
- И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
«Проложите, проложите…»
- Проложите, проложите
- Хоть туннель по дну реки
- И без страха приходите
- На вино и шашлыки.
- И гитару приносите,
- Подтянув на ней колки, —
- Но не забудьте — затупите
- Ваши острые клыки.
- А когда сообразите —
- Все пути приводят в Рим, —
- Вот тогда и приходите,
- Вот тогда поговорим.
- Нож забросьте, камень выньте
- Из-за пазухи своей
- И перебросьте, перекиньте
- Вы хоть жердь через ручей.
- За посев ли, за покос ли —
- Надо взяться, поспешать, —
- А прохлопав, сами после
- Локти будете кусать.
- Сами будете не рады,
- Утром вставши, — вот те раз! —
- Все мосты через преграды
- Переброшены без нас.
- Так проложите, проложите
- Хоть туннель по дну реки!
- Но не забудьте — затупите
- Ваши острые клыки!
Жертва телевиденья
- Есть телевизор — подайте трибуну, —
- Так проору — разнесется на мили!
- Он — не окно, я в окно и не плюну, —
- Мне будто дверь в целый мир прорубили.
- Всё на дому — самый полный обзор:
- Отдых в Крыму, ураган и Кобзон.
- Фильм, часть седьмая — тут можно поесть:
- Я не видал предыдущие шесть.
- Врубаю первую — а там ныряют, —
- Ну, это так себе, а с двадцати —
- «А ну-ка, девушки!» — что вытворяют!
- И все — в передничках, — с ума сойти!
- Есть телевизор — мне дом не квартира, —
- Я всею скорбью скорблю мировою,
- Грудью дышу я всем воздухом мира,
- Никсона вижу с его госпожою.
- Вот тебе раз! Иностранный глава —
- Прямо глаз в глаз, к голове голова, —
- Чуть пододвинул ногой табурет —
- И оказался с главой тет-на-тет.
- Потом — ударники в хлебопекарне, —
- Дают про выпечку до десяти.
- И вот любимая — «А ну-ка, парни!» —
- Стреляют, прыгают, — с ума сойти!
- Если не смотришь — ну пусть не болван ты,
- Но уж, по крайности, Богом убитый:
- Ты же не знаешь, что ищут таланты,
- Ты же не ведаешь, кто даровитый!
- Как убедить мне упрямую Настю?! —
- Настя желает в кино — как суббота, —
- Настя твердит, что проникся я страстью
- К глупому ящику для идиота.
- Да, я проникся — в квартиру зайду,
- Глядь — дома Никсон и Жорж Помпиду!
- Вот хорошо — я бутылочку взял, —
- Жорж — посошок, Ричард, правда, не стал.
- Ну а действительность еще кошмарней, —
- Врубил четвертую — и на балкон:
- «А ну-ка, девушки!» «А ну-ка, парням!»
- Вручают премию в О-О-ООН!
- …Ну а потом, на Канатчиковой даче,
- Где, к сожаленью, навязчивый сервис,
- Я и в бреду все смотрел передачи,
- Все заступался за Анджелу Дэвис.
- Слышу: не плачь — все в порядке в тайге,
- Выигран матч СССР — ФРГ,
- Сто негодяев захвачены в плен,
- И Магомаев поет в КВН.
- Ну а действительность еще шикарней —
- Два телевизора — крути-верти:
- «А ну-ка, девушки!» — «А ну-ка, парни!»
- За них не боязно с ума сойти!
Дорожная история
- Я вышел ростом и лицом —
- Спасибо матери с отцом, —
- С людьми в ладу — не понукал, не помыкал,
- Спины не гнул — прямым ходил,
- И в ус не дул, и жил как жил,
- И голове своей руками помогал…
- Но был донос и был навет —
- Кругом пятьсот и наших нет, —
- Был кабинет с табличкой «Время уважай», —
- Там прямо без соли едят,
- Там штемпель ставят наугад,
- Кладут в конверт — и посылают за Можай.
- Потом — зачет, потом — домой
- С семью годами за спиной, —
- Висят года на мне — ни бросить, ни продать.
- Но на начальника попал,
- Который бойко вербовал, —
- И за Урал машины стал перегонять.
- Дорога, а в дороге — МАЗ,
- Который по уши увяз,
- В кабине — тьма, напарник третий час молчит,
- Хоть бы кричал, аж зло берет —
- Назад пятьсот, пятьсот вперед,
- А он — зубами «Танец с саблями» стучит!
- Мы оба знали про маршрут,
- Что этот МАЗ на стройках ждут, —
- А наше дело — сел, поехал — ночь, полночь!
- Ну надо ж так — под Новый год —
- Назад пятьсот, пятьсот вперед, —
- Сигналим зря — пурга, и некому помочь!
- «Глуши мотор, — он говорит, —
- Пусть этот МАЗ огнем горит!»
- Мол, видишь сам — тут больше нечего ловить.
- Мол, видишь сам — кругом пятьсот,
- А к ночи точно — занесет, —
- Так заровняет, что не надо хоронить!..
- Я отвечаю: «Не канючь!»
- А он — за гаечный за ключ
- И волком смотрит (он вообще бывает крут), —
- А что ему — кругом пятьсот,
- И кто кого переживет,
- Тот и докажет, кто был прав, когда припрут!
- Он был мне больше чем родня —
- Он ел с ладони у меня, —
- А тут глядит в глаза — и холодно спине.
- А что ему — кругом пятьсот,
- И кто там после разберет,
- Что он забыл, кто я ему и кто он мне!
- И он ушел куда-то вбок.
- Я отпустил, а сам — прилег, —
- Мне снился сон про наш «веселый» наворот:
- Что будто вновь кругом пятьсот,
- Ищу я выход из ворот, —
- Но нет его, есть только вход, и то — не тот.
- …Конец простой: пришел тягач,
- И там был трос, и там был врач,
- И МАЗ попал куда положено ему, —
- И он пришел — трясется весь…
- А там — опять далекий рейс, —
- Я зла не помню — я опять его возьму!
Мишка Шифман
- Мишка Шифман башковит —
- У него предвиденье.
- «Что мы видим, — говорит, —
- Кроме телевиденья?!
- Смотришь конкурс в Сопоте —
- И глотаешь пыль,
- А кого ни попадя
- Пускают в Израиль!»
- Мишка также сообщил
- По дороге в Мнёвники:
- «Голду Меир я словил
- В радиоприемнике…»
- И такое рассказал,
- До того красиво! —
- Я чуть было не попал
- В лапы Тель-Авива.
- Я сперва-то был не пьян.
- Возразил два раза я —
- Говорю: «Моше Даян —
- Сука одноглазая, —
- Агрессивный, бестия,
- Чистый фараон, —
- Ну а где агрессия —
- Там мне не резон».
- Мишка тут же впал в экстаз
- После литры выпитой —
- Говорит: «Они же нас
- Выгнали с Египета!
- Оскорбления простить
- Не могу такого, —
- Я позор желаю смыть
- С Рождества Хрстова!»
- Мишка взял меня за грудь:
- «Мне нужна компания!
- Мы ж с тобой не как-нибудь
- Здравствуй, до свидания, —
- Побредем, паломники,
- Чувства придавив!..
- Хрена ли нам Мнёвники —
- Едем в Тель-Авив!»
- Я сказал: «Я вот он весь,
- Ты же меня спас в порту.
- Но одна загвоздка есть:
- Русский я по паспорту.
- Только русские в родне,
- Прадед мой — самарин, —
- Если кто и влез ко мне,
- Так и тот — татарин».
- Мишку Шифмана не трожь,
- С Мишкой — прочь сомнения:
- У него евреи сплошь
- В каждом поколении.
- Дед, параличом разбит, —
- Бывший врач-вредитель…
- А у меня — антисемит
- На антисемите.
- Мишка — врач, он вдруг затих:
- В Израиле бездна их, —
- Гинекологов одних —
- Как собак нерезаных;
- Нет зубным врачам пути —
- Слишком много просятся.
- Где на всех зубов найти?
- Значит — безработица!
- Мишка мой кричит: «К чертям!
- Виза — или ванная!
- Едем, Коля, — море там
- Израилеванное!..»
- Видя Мишкину тоску, —
- А он в тоске опасный, —
- Я еще хлебнул кваску
- И сказал: «Согласный!»
- …Хвост огромный в кабинет
- Из людей, пожалуй, ста.
- Мишке там сказали «нет»,
- Ну а мне — «пожалуйста».
- Он кричал: «Ошибка тут, —
- Это я — еврей!..»
- А ему: «Не шибко тут!
- Выйдь, вон, из дверей!»
- Мишку мучает вопрос:
- Кто здесь враг таинственный?
- А ответ ужасно прост —
- И ответ единственный:
- Я в порядке, тьфу-тьфу-тьфу, —
- Мишка пьет проклятую, —
- Говорит, что за графу
- Не пустили — пятую.
«Оплавляются свечи…»
- Оплавляются свечи
- На старинный паркет,
- И стекает на плечи
- Серебро с эполет.
- Как в агонии бродит
- Золотое вино…
- Все былое уходит, —
- Что придет — все равно.
- И, в предсмертном томленье
- Озираясь назад,
- Убегают олени,
- Нарываясь на залп.
- Кто-то дуло наводит
- На невинную грудь…
- Все былое уходит, —
- Пусть придет что-нибудь.
- Кто-то злой и умелый,
- Веселясь, наугад
- Мечет острые стрелы
- В воспаленный закат.
- Слышно в буре мелодий
- Повторение нот…
- Пусть былое уходит, —
- Пусть придет что придет.
Натянутый канат
- Он не вышел ни званьем, ни ростом.
- Не за славу, не за плату —
- На свой, необычный манер
- Он по жизни шагал над помостом —
- По канату, по канату,
- Натянутому, как нерв.
- Посмотрите — вот он без страховки идет.
- Чуть правее наклон — упадет, пропадет!
- Чуть левее наклон — все равно не спасти…
- Но должно быть, ему очень нужно пройти четыре четверти пути.
- И лучи его с шага сбивали,
- И кололи, словно лавры.
- Труба надрывалась — как две.
- Крики «Браво!» его оглушали,
- А литавры, а литавры —
- Как обухом по голове!
- Посмотрите — вот он без страховки идет.
- Чуть правее наклон — упадет, пропадет!
- Чуть левее наклон — все равно не спасти…
- Но теперь ему меньше осталось пройти — уже три четверти пути.
- «Ах, как жутко, как смело, как мило!
- Бой со смертью — три минуты!» —
- Раскрыв в ожидании рты,
- Из партера глядели уныло —
- Лилипуты, лилипуты —
- Казалось ему с высоты.
- Посмотрите — вот он без страховки идет.
- Чуть правее наклон —
- упадет, пропадет!
- Чуть левее наклон — все равно не спасти…
- Но спокойно, — ему остается пройти всего две четверти пути!
- Он смеялся над славою бренной,
- Но хотел быть только первым —
- Такого попробуй угробь!
- Не по проволоке над ареной, —
- Он по нервам — нам по нервам —
- Шел под барабанную дробь!
- Посмотрите — вот он без страховки идет.
- Чуть правее наклон — упадет, пропадет!
- Чуть левее наклон — все равно не спасти…
- Но замрите, — ему остается пройти не больше четверти пути!
- Закричал дрессировщик — и звери
- Клали лапы на носилки…
- Но прост приговор и суров:
- Был растерян он или уверен —
- Но в опилки, но в опилки
- Он пролил досаду и кровь!
- И сегодня другой без страховки идет.
- Тонкий шнур под ногой — упадет, пропадет!
- Вправо, влево наклон — и его не спасти…
- Но зачем-то ему тоже нужно пройти четыре четверти пути!
«Мосты сгорели, углубились броды…»
- Мосты сгорели, углубились броды,
- И тесно — видим только черепа,
- И перекрыты выходы и входы,
- И путь один — туда, куда толпа.
- И парами коней, привыкших к цугу,
- Наглядно доказав, как тесен мир,
- Толпа идет по замкнутому кругу —
- И круг велик, и сбит ориентир.
- Течет под дождь попавшая палитра,
- Врываются галопы в полонез,
- Нет запахов, цветов, тонов и ритмов,
- И кислород из воздуха исчез.
- Ничье безумье или вдохновенье
- Круговращенье это не прервет.
- Не есть ли это — вечное движенье,
- Тот самый бесконечный путь вперед?
Черные бушлаты
Евпаторийскому десанту
- За нашей спиною остались паденья, закаты, —
- Ну хоть бы ничтожный, ну хоть бы невидимый взлет!
- Мне хочется верить, что черные наши бушлаты
- Дадут мне возможность сегодня увидеть восход.
- Сегодня на людях сказали: «Умрите геройски!»
- Попробуем, ладно, увидим, какой оборот…
- Я только подумал, чужие куря папироски:
- Тут — кто как умеет, мне важно — увидеть восход.
- Особая рота — особый почет для сапера.
- Не прыгайте с финкой на спину мою из етвей, —
- Напрасно стараться — я и с перерезанным горлом
- Сегодня увижу восход до развязки своей!
- Прошли по тылам мы, держась, чтоб не резать их — сонных, —
- И вдруг я заметил, когда прокусили проход:
- Еще несмышленый, зеленый, но чуткий подсолнух
- Уже повернулся верхушкой своей на восход.
- За нашей спиною в шесть тридцать остались — я знаю —
- Не только паденья, закаты, но — взлет и восход.
- Два провода голых, зубами скрипя, зачищаю.
- Восхода не видел, но понял: вот-вот и взойдет!
- Уходит обратно на нас поредевшая рота.
- Что было — не важно, а важен лишь взорванный форт.
- Мне хочется верить, что грубая наша работа
- Вам дарит возможность беспошлинно видеть восход!
«Когда я спотыкаюсь на стихах…»
- Когда я спотыкаюсь на стихах,
- Когда ни до размеров, ни до рифм, —
- Тогда друзьям пою о моряках,
- До белых пальцев стискивая гриф.
- Всем делам моим на суше вопреки
- И назло моим заботам на земле
- Вы возьмите меня в море, моряки, —
- Я все вахты отстою на корабле!
- Любая тварь по морю знай плывет,
- Под винт попасть не каждый норовит, —
- А здесь, на суше, встречный пешеход
- Наступит, оттолкнет — и убежит.
- Так всем делам моим на суше вопреки,
- Так назло моим заботам на земле
- Вы возьмите меня в море, моряки, —
- Я все вахты отстою на корабле!
- Известно вам — мир не на трех китах,
- А нам известно — он не на троих.
- Вам вольничать нельзя в чужих портах —
- А я забыл, как вольничать в своих.
- Так всем делам моим на суше вопреки,
- Так назло моим заботам на земле
- Вы за мной пришлите шлюпку, моряки,
- Поднесите рюмку водки на весле!
Заповедник
- Бегают по лесу стаи зверей —
- Не за добычей, не на водопой:
- Денно и нощно они егерей
- Ищут веселой толпой.
- Звери, забыв вековечные страхи,
- С твердою верой, что все по плечу,
- Шкуры рванув на груди как рубахи,
- Падают навзничь — бери не хочу!
- Сколько их в кущах,
- Сколько их в чащах —
- Ревом ревущих,
- Рыком рычащих,
- Сколько бегущих,
- Сколько лежащих —
- В дебрях и кущах,
- В рощах и чащах!
- Рыбы пошли косяком против волн —
- Черпай руками, иди по ним вброд!
- Столько желающих прямо на стол,
- Сразу на блюдо — и в рот!
- Рыба не мясо — она хладнокровней —
- В сеть норовит, на крючок, в невода:
- Рыбы погреться хотят на жаровне,
- Море по жабры, вода не вода!
- Сколько их в кущах,
- Сколько их в чащах —
- Скопом плывущих,
- Кишмя кишащих,
- Друг друга жрущих,
- Хищных и тощих —
- В дебрях и кущах,
- В чащах и рощах!
- Птица на дробь устремляет полет —
- Птица на выдумки стала хитра:
- Чтобы им яблоки всунуть в живот,
- Гуси не ели с утра.
- Сильная птица сама на охоте
- Слабым собратьям кричит: «Сторонись!» —
- Жизнь прекращает в зените, на взлете,
- Даже без выстрела падая вниз.
- Сколько их в кущах,
- Сколько их в чащах —
- Выстрела ждущих,
- В силки летящих,
- Сколько плывущих,
- Сколько парящих —
- В дебрях и кущах,
- В рощах и чащах!
- Шубы не хочет пушнина носить —
- Так и стремится в капкан и в загон. —
- Чтобы людей приодеть, утеплить,
- Рвется из кожи вон.
- В ваши силки — призадумайтесь, люди! —
- Прут добровольно в отменных мехах
- Тысячи сот в иностранной валюте,
- Тысячи тысячей в наших деньгах.
- В рощах и чащах,
- В дебрях и кущах
- Сколько рычащих,
- Сколько ревущих,
- Сколько пасущихся,
- Сколько кишащих,
- Мечущих, рвущихся,
- Живородящих,
- Серых, обычных,
- В перьях нарядных,
- Сколько их, хищных
- И травоядных,
- Шерстью линяющих,
- Шкуру меняющих,
- Блеющих, лающих,
- Млекопитающих,
- Сколько летящих,
- Бегущих, ползущих,
- Сколько непьющих
- В рощах и кущах
- И некурящих
- В дебрях и чащах,
- И пресмыкающихся,
- И парящих,
- И подчиненных,
- И руководящих,
- Вещих и вящих,
- Рвущих и врущих —
- В рощах и кущах,
- В дебрях и чащах!
- Шкуры — не порчены, рыба — живьем.
- Мясо — без дроби — зубов не сломать, —
- Ловко, продуманно, просто, с умом,
- Мирно — зачем же стрелять!
- Каждому егерю — белый передник!
- В руки — таблички: «Не бей!», «Не губи!»
- Все это вместе зовут — заповедник. —
- Заповедь только одна: не убий!
- Но сколько в рощах,
- Дебрях и кущах —
- И сторожащих,
- И стерегущих,
- И загоняющих,
- В меру азартных,
- Плохо стреляющих
- И предынфарктных,
- Травящих, лающих,
- Конных и пеших,
- И отдыхающих
- С внешностью леших,
- Сколько их, знающих
- И искушенных,
- Не попадающих
- В цель, разозленных,
- Сколько дрожащих,
- Портящих шкуры,
- Сколько ловящих
- На самодуры,
- Сколько их, язвенных,
- Сколько всеядных,
- Сетью повязанных
- И кровожадных,
- Полных и тучных,
- Тощих, ледащих —
- В дебрях и кущах,
- В рощах и чащах!
I. Песня автозавистника
- Произошел необъяснимый катаклизм:
- Я шел домой по тихой улице своей —
- Глядь, мне навстречу нагло прет капитализм,
- Звериный лик свой скрыв под маской «Жигулей»!
- Я по подземным переходам не пойду:
- Визг тормозов мне — как романс о трех рублях, —
- За то ль я гиб и мер в семнадцатом году,
- Чтоб частный собственник глумился в «Жигулях»!
- Он мне не друг и не родственник,
- Он мне — заклятый вра, —
- Очкастый частный собственник
- В зеленых, серых, белых «Жигулях»!
- Но ничего, я к старой тактике пришел:
- Ушел в подполье — пусть ругают за прогул!
- Сегодня ночью я три шины пропорол, —
- Так полегчало — без снотворного уснул!
- Дверь проломить — купил отбойный молоток,
- Электродрель, — попробуй крышу пропили!
- Не дам порочить наш советский городок,
- Где пиво варят золотое «Жигули»!
- Он мне не друг и не родственник,
- Он мне — заклятый враг, —
- Очкастый частный собственник
- В зеленых, серых, белых «Жигулях»!
- Мне за грехи мои не будет ничего:
- Я в психбольнице все права завоевал.
- И я б их к стенке ставил через одного
- И направлял на них груженый самосвал!
- Но вскоре я машину сделаю свою —
- Все части есть, — а от владения уволь:
- Отполирую — и с разгону разобью
- Ее под окнами отеля «Метрополь».
- Нет, чтой-то ёкнуло — ведь части-то свои! —
- Недосыпал, недоедал, пил только чай…
- Все, — еду, еду регистрировать в ГАИ!..
- Ах, черт! — «Москвич» меня забрызгал, негодяй!
- Он мне не друг и не родственник,
- Он мне — заклятый враг, —
- Очкастый частный собственник
- В зеленых, серых, белых «Москвичах»!
II. Песня автомобилиста
- Отбросив прочь свой деревянный посох,
- Упав на снег и полежав ничком,
- Я встал — и сел в «погибель на колесах»,
- Презрев передвижение пешком.
- Я не предполагал играть с судьбою,
- Не собирался спирт в огонь подлить, —
- Я просто этой быстрою ездою
- Намеревался жизнь себе продлить.
- Подошвами своих спортивных «чешек»
- Топтал я прежде тропы и полы —
- И был неуязвим я для насмешек,
- И был недосягаем для хулы.
- Но я в другие перешел разряды —
- Меня не примут в общую кадриль,
- Я еду, — я ловлю косые взгляды
- И на меня, и на автомобиль.
- Прервав общенье и рукопожатья,
- Отворотилась прочь моя среда, —
- Но кончилось глухое неприятье —
- И началась открытая вражда.
- Я в мир вкатился, чуждый нам по духу,
- Все правила движения поправ, —
- Орудовцы мне робко жали руку,
- Вручая две квитанции на штраф.
- Я во вражду включился постепенно,
- Я утром зрел плоды ночных атак:
- Морским узлом завязана антенна…
- То был намек: с тобою будет так!
- Прокравшись огородами, полями,
- Вонзали шило в шины, как кинжал, —
- Я ж отбивался целый день рублями —
- И не сдавался, и в боях мужал.
- Безлунными ночами я нередко
- Противника в засаде поджидал, —
- Но у него поставлена разведка —
- И он в засаду мне не попадал.
- И вот — как «языка» — бесшумно сняли
- Передний мост и унесли во тьму.
- Передний мост!.. Казалось бы — детали, —
- Но без него и задний ни к чему.
- Я доставал мосты, рули, колеса, —
- Не за глаза красивые — за мзду.
- Но понял я: не одолеть колосса, —
- Назад — пока машина на ходу!
- Назад, к моим нетленным пешеходам!
- Пусти назад, о отворись, сезам!
- Назад в метро, к подземным переходам!
- Разгон, руль влево и — по тормозам!
- …Восстану я из праха, вновь обыден,
- И улыбнусь, выплевывая пыль:
- Теперь народом я не ненавидим
- За то, что у меня автомобиль!
Тот, который не стрелял
- Я вам мозги не пудрю —
- Уже не тот завод:
- В меня стрелял поутру
- Из ружей целый взвод.
- За что мне эта злая,
- Нелепая стезя —
- Не то чтобы не знаю, —
- Рассказывать нельзя.
- Мой командир меня почти что спас,
- Но кто-то на расстреле настоял…
- И взвод отлично выполнил приказ, —
- Но был один, который не стрелял.
- Судьба моя лихая
- Давно наперекос:
- Однажды языка я
- Добыл, да не донес, —
- И особист Суэтин,
- Неутомимый наш,
- Еще тогда приметил
- И взял на карандаш.
- Он выволок на свет и приволок
- Подколотый, подшитый матерьял…
- Никто поделать ничего не смог.
- Нет — смог один, который не стрелял.
- Рука упала в пропасть
- С дурацким звуком «Пли!» —
- И залп мне выдал пропуск
- В ту сторону земли.
- Но слышу: «Жив, зараза, —
- Тащите в медсанбат.
- Расстреливать два раза
- Уставы не велят».
- А врач потом все цокал языком
- И, удивляясь, пули удалял, —
- А я в бреду беседовал тайком
- С тем пареньком, который не стрелял.
- Я раны, как собака, —
- Лизал, а не лечил;
- В госпиталях, однако, —
- В большом почете был.
- Ходил в меня влюбленный
- Весь слабый женский пол:
- «Эй ты, недострелённый,
- Давай-ка на укол!»
- Наш батальон геройствовал в Крыму,
- И я туда глюкозу посылал —
- Чтоб было слаще воевать ему.
- Кому? Тому, который не стрелял.
- Я пил чаек из блюдца,
- Со спиртиком бывал…
- Мне не пришлось загнуться,
- И я довоевал.
- В свой полк определили, —
- «Воюй! — сказал комбат. —
- А что недострелили —
- Так я не виноват».
- Я очень рад был — но, присев у пня,
- Я выл белугой и судьбину клял:
- Немецкий снайпер дострелил меня, —
- Убив того, который не стрелял.
Чужая колея
- Сам виноват — и слезы лью, и охаю:
- Попал в чужую колею глубокую.
- Я цели намечал свои на выбор сам —
- А вот теперь из колеи не выбраться.
- Крутые скользкие края
- Имеет эта колея.
- Я кляну проложивших ее —
- Скоро лопнет терпенье мое —
- И склоняю, как школьник плохой:
- Колею, в колее, с колеей…
- Но почему неймется мне — нахальный я, —
- Условья, в общем, в колее нормальые:
- Никто не стукнет, не притрет — не жалуйся, —
- Желаешь двигаться вперед — пожалуйста!
- Отказа нет в еде-питье
- В уютной этой колее —
- И я живо себя убедил:
- Не один я в нее угодил, —
- Так держать — колесо в колесе! —
- И доеду туда, куда все.
- Вот кто-то крикнул сам не свой: «А ну пусти!» —
- И начал спорить с колеей по глупости.
- Он в споре сжег запас до дна тепла души —
- И полетели клапана и вкладыши.
- Но покорежил он края —
- И шире стала колея.
- Вдруг его обрывается след…
- Чудака оттащили в кювет,
- Чтоб не мог он нам, задним, мешать
- По чужой колее проезжать.
- Вот и ко мне пришла беда — стартёр заел, —
- Теперь уж это не езда, а ёрзанье.
- И надо б выйти, подтолкнуть — но прыти нет, —
- Авось подъедет кто-нибудь и вытянет.
- Напрасно жду подмоги я —
- Чужая эта колея.
- Расплеваться бы глиной и ржой
- С колеей этой самой — чужой, —
- Тем, что я ее сам углубил,
- Я у задних надежду убил.
- Прошиб меня холодный пот до косточки,
- И я прошелся чуть вперед, по досточке, —
- Гляжу — размыли край ручьи весенние,
- Там выезд есть из колеи — спасение!
- Я грязью из-под шин плюю
- В чужую эту колею.
- Эй вы, задние, делай как я!
- Это значит — не надо за мной,
- Колея эта — только моя,
- Выбирайтесь своей колеей!
Памятник
- Я при жизни был рослым и стройным,
- Не боялся ни слова, ни пули
- И в привычные рамки не лез, —
- Но с тех пор, как считаюсь покойным,
- Охромили меня и согнули,
- К пьедесталу прибив ахиллес.
- Не стряхнуть мне гранитного мяса
- И не вытащить из постамента
- Ахиллесову эту пяту,
- И железные ребра каркаса
- Мертво схвачены слоем цемента, —
- Только судороги по хребту.
- Я хвалился косою саженью —
- Нате смерьте! —
- Я не знал, что подвергнусь суженью
- После смерти, —
- Но в обычные рамки я всажен —
- На спор вбили,
- А косую неровную сажень —
- Распрямили.
- И с меня, когда взял я да умер,
- Живо маску посмертную сняли
- Расторопные члены семьи, —
- И не знаю, кто их надоумил, —
- Только с гипса вчистую стесали
- Азиатские скулы мои.
- Мне такое не мнилось, не снилось,
- И считал я, что мне не грозило
- Оказаться всех мертвых мертвей, —
- Но поверхность на слепке лоснилась,
- И могильною скукой сквозило
- Из беззубой улыбки моей.
- Я при жизни не клал тем, кто хищный,
- В пасти палец,
- Подходившие с меркой обычной —
- Отступались, —
- Но по снятии маски посмертной —
- Тут же в ванной —
- Гробовщик подошел ко мне с меркой
- Деревянной…
- А потом, по прошествии года, —
- Как венец моего исправленья —
- Крепко сбитый литой монумент
- При огромном скопленье народа
- Открывали под бодрое пенье, —
- Под мое — с намагниченных лент.
- Тишина надо мной раскололась —
- Из динамиков хлынули звуки,
- С крыш ударил направленный свет, —
- Мой отчаяньем сорванный голос
- Современные средства науки
- Превратили в приятный фальцет.
- Я немел, в покрывало упрятан, —
- Все там будем! —
- Я орал в то же время кастратом
- В уши людям.
- Саван сдернули — как я обужен,
- Нате смерьте! —
- Неужели такой я вам нужен
- После смерти?!
- Командора шаги злы и гулки.
- Я решил: как во времени оном —
- Не пройтись ли, по плитам звеня? —
- И шарахнулись толпы в проулки,
- Когда вырвал я ногу со стоном
- И осыпались камни с меня.
- Накренился я — гол, безобразен, —
- Но и падая — вылез из кожи,
- Дотянулся железной клюкой, —
- И, когда уже грохнулся наземь,
- Из разодранных рупоров все же
- Прохрипел я похоже: «Живой!»
Я из дела ушел
- Я из дела ушел, из такого хорошего дела!
- Ничего не унес — отвалился в чем мать родила, —
- Не затем, что приспичило мне, — просто время приспело,
- Из-за синей горы понагнало другие дела.
- Мы многое из книжек узнаем,
- А истины передают изустно:
- «Пророков нет в отечестве своем», —
- Но и в других отечествах — не густо.
- Растащили меня, но я счастлив, что львиную долю
- Получили лишь те, кому я б ее отдал и так.
- Я по скользкому полу иду, каблуки канифолю,
- Подымаюсь по лестнице и прохожу на чердак.
- Пророков нет — не сыщешь днем с огнем, —
- Ушли и Магомет, и Заратустра.
- Пророков нет в отечестве своем, —
- Но и в других отечествах — не густо.
- А внизу говорят — от добра ли, от зла ли, не знаю:
- «Хорошо, что ушел, — без него стало дело верней!»
- Паутину в углу с образов я ногтями сдираю,
- Тороплюсь — потому что за домом седлают коней.
- Открылся лик — я встал к нему лицом,
- И Он поведал мне светло и грустно:
- «Пророков нет в отечестве своем, —
- Но и в других отечествах — не густо».
- Я влетаю в седло, я врастаю в коня — тело в тело, —
- Конь падет подо мной — я уже закусил удила!
- Я из дела ушел, из такого хорошего дела:
- Из-за синей горы понагнало другие дела.
- Скачу — хрустят колосья под конем,
- Но ясно различаю из-за хруста:
- «Пророков нет в отечестве своем, —
- Но и в других отечествах — не густо».
Диалог у телевизора
- — Ой, Вань, гляди, какие клоуны!
- Рот — хочь завязочки пришей…
- Ой, до чего, Вань, размалеваны,
- И голос — как у алкашей!
- А тот похож — нет, правда, Вань, —
- На шурина — такая ж пьянь.
- Ну нет, ты глянь, нет-нет, ты глянь, —
- Я — правду, Вань!
- — Послушай, Зин, не троай шурина:
- Какой ни есть, а он — родня, —
- Сама намазана, прокурена —
- Гляди, дождешься у меня!
- А чем болтать — взяла бы, Зин,
- В антракт сгоняла в магазин…
- Что, не пойдешь? Ну, я — один, —
- Подвинься, Зин!..
- — Ой, Вань, гляди, какие карлики!
- В джерси одеты, не в шевьёт, —
- На нашей Пятой швейной фабрике
- Такое вряд ли кто пошьет.
- А у тебя, ей-богу, Вань,
- Ну все друзья — такая рвань
- И пьют всегда в такую рань
- Такую дрянь!
- — Мои друзья — хоть не в болонии,
- Зато не тащут из семьи, —
- А гадость пьют — из экономии:
- Хоть поутру — да на свои!
- А у тебя самой-то, Зин,
- Приятель был с завода шин,
- Так тот — вообще хлебал бензин, —
- Ты вспомни, Зин!..
- — Ой, Вань, гляди-кось — попугайчики!
- Нет, я, ей-богу, закричу!..
- А это кто в короткой маечке?
- Я, Вань, такую же хочу.
- В конце квартала — правда, Вань, —
- Ты мне такую же сваргань…
- Ну что «отстань», опять «отстань», —
- Обидно, Вань!
- — Уж ты б, Зин, лучше помолчала бы —
- Накрылась премия в квартал!
- Кто мне писал на службу жалобы?
- Не ты?! Да я же их читал!
- К тому же эту майку, Зин,
- Тебе напяль — позор один.
- Тебе шитья пойдет аршин —
- Где деньги, Зин?..
- — Ой, Вань, умру от акробатиков!
- Смотри, как вертится, нахал!
- Завцеха наш — товарищ Сатиков —
- Недавно в клубе так скакал.
- А ты придешь домой, Иван,
- Поешь и сразу — на диван,
- Иль, вон, кричишь, когда не пьян…
- Ты что, Иван?
- — Ты, Зин, на грубость нарываешься,
- Все, Зин, обидеть норовишь!
- Тут за день так накувыркаешься…
- Придешь домой — там ты сидишь!
- Ну, и меня, конечно, Зин,
- Все время тянет в магазин, —
- А там — друзья… Ведь я же, Зин,
- Не пью один!
Песенка про Козла отпущения
- В заповеднике (вот в каком — забыл)
- Жил да был Козел — роги длинные, —
- Хоть с волками жил — не по-волчьи выл —
- Блеял песенки, всё козлиные.
- И пощипывал он травку, и нагуливал бока,
- Не услышишь от него худого слова, —
- Толку было с него, правда, как с козла молока,
- Но вреда, однако, тоже — никакого.
- Жил на выпасе, возле озерка, —
- Не вторгаясь в чужие владения, —
- Но заметили скромного Козлика
- И избрали в Козлы отпущения!
- Например, Медведь — баламут и плут —
- Обхамит кого-нибудь по-медвежьему, —
- Враз Козла найдут, приведут и бьют:
- По рогам ему и промеж ему…
- Не противился он, серенький, насилию со злом,
- А сносил побои весело и гордо.
- Сам Медведь сказал: «Робяты, я горжусь Козлом —
- Героическая личность, козья морда!»
- Берегли Козла как наследника, —
- Вышло даже в лесу запрещение
- С территории заповедника
- Отпускать Козла отпущения.
- А Козел себе все скакал козлом,
- Но пошаливать он стал втихомолочку:
- Как-то бороду завязал узлом —
- Из кустов назвал Волка сволочью.
- А когда очередное отпущенье получал —
- Всё за то, что волки лишку откусили, —
- Он, как будто бы случайно, по-медвежьи зарычал, —
- Но внимания тогда не обратили.
- Пока хищники меж собой дрались,
- В заповеднике крепло мнение,
- Что дороже всех медведей и лис —
- Дорогой Козел отпущения!
- Услыхал Козел — да и стал таков:
- «Эй вы, бурые, — кричит, — эй вы, пегие!
- Отниму у вас рацион волков
- И медвежие привилегии!
- Покажу вам «козью морду» настоящую в лесу,
- Распишу туда-сюда по трафарету, —
- Всех на роги намотаю и по кочкам разнесу,
- И ославлю по всему по белу свету!
- Не один из вас будет землю жрать,
- Все подохнете без прощения, —
- Отпускать грехи кому — это мне решать:
- Это я — Козел отпущения!»
- …В заповеднике (вот в каком — забыл)
- Правит бал Козел не по-прежнему:
- Он с волками жил — и по-волчьи взвыл, —
- И рычит теперь по-медвежьему.
Смотрины
В. Золотухину и Б. Можаеву
- Там у соседа — пир горой,
- И гость — солидный, налитой,
- Ну а хозяйка — хвост трубой —
- Идет к подвалам, —
- В замок врезаются ключи,
- И вынимаются харчи;
- И с тягой ладится в печи,
- И с поддувалом.
- А у меня — сплошные передряги:
- То в огороде недород, то скот падет,
- То печь чадит от нехорошей тяги,
- А то щеку на сторону ведет.
- Там у соседа мясо в щах —
- На всю деревню хруст в хрящах,
- И дочь — невеста, вся в прыщах, —
- Дозрела, значит.
- Смотрины, стало быть, у них —
- На сто рублей гостей одних,
- И даже тощенький жених
- Поет и скачет.
- А у меня цепные псы взбесились —
- Средь ночи с лая перешли на вой,
- Да на ногах моих мозоли прохудились
- От топотни по комнате пустой.
- Ох, у соседа быстро пьют!
- А что не пить, когда дают?
- А что не петь, когда уют
- И не накладно?
- А тут, вон, баба на сносях,
- Гусей некормленных косяк…
- Да дело даже не в гусях, —
- А все неладно.
- Тут у меня постены появились,
- Я их гоню и так и сяк — они опять,
- Да в неудобном месте чирей вылез —
- Пора пахать, а тут — ни сесть ни встать.
- Сосед малёночка прислал —
- Он от щедрот меня позвал, —
- Ну, я, понятно, отказал,
- А он — сначала.
- Должно, литровую огрел —
- Ну и, конечно, подобрел…
- И я пошел — попил, поел, —
- Не полегчало.
- И посредине этого разгула
- Я пошептал на ухо жениху —
- И жениха как будто ветром сдуло, —
- Невеста, вон, рыдает наверху.
- Соседорет, что он — народ,
- Что основной закон блюдет:
- Что — кто не ест, тот и не пьет, —
- И выпил, кстати.
- Все сразу повскакали с мест,
- Но тут малец с поправкой влез:
- «Кто не работает — не ест, —
- Ты спутал, батя!»
- А я сидел с засаленною трешкой,
- Чтоб завтра гнать похмелие мое,
- В обнимочку с обшарпанной гармошкой —
- Меня и пригласили за нее.
- Сосед другую литру съел —
- И осовел, и опсовел.
- Он захотел, чтоб я попел, —
- Зря, что ль, поили?!
- Меня схватили за бока
- Два здоровенных мужика:
- «Играй, паскуда, пой, пока
- Не удавили!»
- Уже дошло веселие до точки,
- Уже невесту тискали тайком —
- И я запел про светлые денечки,
- «Когда служил на почте ямщиком».
- Потом у них была уха
- И заливные потроха,
- Потом поймали жениха
- И долго били,
- Потом пошли плясать в избе,
- Потом дрались не по злобе —
- И всё хорошее в себе
- Доистребили.
- А я стонал в углу болотной выпью,
- Набычась, а потом и подбочась, —
- И думал я: а с кем я завтра выпью
- Из тех, с которыми я пью сейчас?!
- Наутро там всегда покой,
- И хлебный мякиш за щекой,
- И без похмелья перепой,
- Еды навалом,
- Никто не лается в сердцах,
- Собачка мается в сенцах,
- И печка — в синих изразцах
- И с поддувалом.
- А у меня — и в ясную погоду
- Хмарь на душе, которая горит, —
- Хлебаю я колодезную воду,
- Чиню гармошку, и жена корит.
«Штормит весь вечер, и пока…»
- Штормит весь вечер, и пока
- Заплаты пенные латают
- Разорванные швы песка —
- Я наблюдаю свысока,
- Как волны головы ломают.
- И я сочувствую слегка
- Погибшим — но издалека.
- Я слышу хрип, и смертный стон,
- И ярость, что не уцелели, —
- Еще бы — взять такой разгон,
- Набраться сил, пробить заслон —
- И голову сломать у цели!..
- И я сочувствую слегка
- Погибшим — но издалека.
- А ветер снова в гребни бьет
- И гривы пенные ерошит.
- Волна барьера не возьмет, —
- Ей кто-то ноги подсечет —
- И рухнет взмыленная лошадь.
- И посочувствуют слегка
- Погибшей ей, — издалека.
- Придет и мой черед вослед:
- Мне дуют в спину, гонят к краю.
- В душе — предчувствие как бред, —
- Что надломлю себе хребет —
- И тоже голову сломаю.
- Мне посочувствуют слегка —
- Погибшему, — издалека.
- Так многие сидят в веках
- На берегах — и наблюдают
- Внимательно и зорко, как
- Другие рядом на камнях
- Хребты и головы ломают.
- Они сочувствуют слегка
- Погибшим — но издалека.
Баллада о короткой шее
- Полководец — с шеею короткой
- Должен быть в любые времена:
- Чтобы грудь — почти от подбородка,
- От затылка — сразу чтоб спина.
- На короткой незаметной шее
- Голове удобнее сидеть, —
- И душить значительно труднее,
- И арканом не за что задеть.
- А они вытягивают шеи
- И встают на кончики носков:
- Чтобы видеть дальше и вернее —
- Нужно посмотреть поверх голов.
- Все, теперь ты — темная лошадка,
- Даже если видел свет вдали, —
- Поза — неустойчива и шатка,
- И открыта шея для петли.
- И любая подлая ехидна
- Сосчитает позвонки на ней, —
- Дальше видно, но — недальновидно
- Жить с открытой шеей меж людей.
- Вот какую притчу о Востоке
- Рассказал мне старый аксакал.
- «Даже сказки здесь — и те жестоки»,
- Думал я — и шею измерял.
«Мы все живем как будто, но…»
- Мы все живем как будто, но
- Не будоражат нас давно
- Ни паровозные свистки,
- Ни пароходные гудки.
- Иные — те, кому дано, —
- Стремятся вглубь — и видят дно, —
- Но — как навозные жуки
- И мелководные мальки…
- А рядом случаи летают, словно пули, —
- Шальные, запоздалые, слепые на излете, —
- Одни под них подставиться рискнули —
- И сразу: кто — в могиле, кто — в почете.
- А мы — так не заметили
- И просто увернулись, —
- Нарочно, по примете ли —
- На правую споткнулись.
- Средь суеты и кутерьмы —
- Ах, как давно мы не прямы! —
- То гнемся бить поклоны впрок,
- А то — завязывать шнурок…
- Стремимся вдаль проникнуть мы, —
- Но даже светлые умы
- Всё размещают между строк —
- У них расчет на долгий срок…
- Стремимся мы подняться ввысь —
- Ведь думы наши поднялись, —
- И там царят они, легки,
- Свободны, вечны, высоки.
- И так нам захотелось ввысь,
- Что мы вчера перепились —
- И горьким думам вопреки
- Мы ели сладкие куски…
- Открытым взломом, без ключа,
- Навзрыд об ужасах крича,
- Мы вскрыть хотим подвал чумной —
- Рискуя даже головой.
- И трезво, а не сгоряча
- Мы рубим прошлое с плеча, —
- Но бьем расслабленной рукой,
- Холодной, дряблой — никакой.
- Приятно сбросить гору с плеч —
- И все на божий суд извлечь,
- И руку выпростать, дрожа,
- И показать — в ней нет ножа, —
- Не опасаясь, что картечь
- И безоружных будет сечь.
- Но нас, железных, точит ржа —
- И психология ужа…
- А рядом случаи летают, словно пули, —
- Шальные, запоздалые, слепые на излете, —
- Одни под них подставиться рискнули —
- И сразу: кто — в могиле, кто — в почете.
- А мы — так не заметили
- И просто увернулись, —
- Нарочно, по примете ли —
- На правую споткнулись.
«Сначал было Слово печали и тоски…»
- Сначала было Слово печали и тоски,
- Рождалась в муках творчества планета, —
- Рвались от суши в никуда огромные куски
- И островами становились где-то.
- И, странствуя по свету без фрахта и без флага
- Сквозь миллионолетья, эпохи и века,
- Менял свой облик остров, отшельник и бродяга.
- Но сохранял природу и дух материка.
- Сначала было Слово, но кончились слова.
- Уже матросы Землю населяли, —
- И ринулись они по сходням вверх на острова.
- Для красоты назвав их кораблями.
- Но цепко держит берег — надежней мертвой хватки.
- И острова вернутся назад наверняка.
- На них царят морские — особые порядки.
- На них хранят законы и честь материка.
- Простит ли нас наука за эту параллель,
- За вольность в толковании теорий, —
- Но если уж сначала было слово на Земле,
- То это, безусловно, — слово «море»!
Очи черные
I. Погоня
- Во хмелю слегка
- Лесом правил я.
- Не устал пока, —
- Пел за здравие.
- А умел я петь
- Песни вздорные:
- «Как любил я вас,
- Очи черные…»
- То плелись, то неслись, то трусили рысцой.
- И болотную слизь конь швырял мне в лицо.
- Только я проглочу вместе с грязью слюну,
- Штофу горло скручу — и опять затяну:
- «Очи черные!
- Как любил я вас…»
- Но — прикончил я
- То, что впрок припас.
- Головой тряхнул,
- Чтоб слетела блажь,
- И вокруг взглянул —
- И присвистнул аж:
- Лес стеной впереди — не пускает стена, —
- Кони прядут ушами, назад подают.
- Где просвет, где прогал — не видать ни рожна!
- Колют иглы меня, до костей достают.
- Коренной ты мой,
- Выручай же, брат!
- Ты куда, родной, —
- Почему назад?!
- Дождь — как яд с ветвей —
- Недобром пропах.
- Пристяжной моей
- Волк нырнул под пах.
- Вот же пьяный дурак, вот же налил глаза!
- Ведь погибель пришла, а бежать — не суметь, —
- Из колоды моей утащили туза,
- Да такого туза, без которого — смерть!
- Я ору волкам:
- «Побери вас прах!..» —
- А коней пока
- Подгоняет страх.
- Шевелю кнутом —
- Бью крученые
- И ору притом:
- «Очи черные!..»
- Храп, да топот, да лязг, да лихой перепляс —
- Бубенцы плясовую играют с дуги.
- Ах вы кони мои, погублю же я вас, —
- Выносите, друзья, выносите, враги!
- …От погони той
- Даже хмель иссяк.
- Мы на кряж крутой —
- На одних осях,
- В хлопьях пены мы —
- Струи в кряж лились, —
- Отдышались, отхрипели
- Да откашлялись.
- Я лошадкам забитым, что не подвели,
- Поклонился в копыта, до самой земли,
- Сбросил с воза манатки, повел в поводу…
- Спаси Бог вас, лошадки, что целым иду!
II. Старый дом
- Что за дом притих,
- Погружен во мрак,
- На семи лихих
- Продувных ветрах,
- Всеми окнами
- Обратясь в овраг,
- А воротами —
- На проезжий тракт?
- Ох, устал я, устал, — а лошадок распряг.
- Эй, живой кто-нибудь, выходи, помоги!
- Никого, — только тень промелькнула в сенях
- Да стервятник спустился и сузил круги.
- В дом заходишь как
- Все равно в кабак,
- А народишко —
- Каждый третий — враг.
- Своротят скулу,
- Гость непрошеный!
- Образа в углу —
- И те перекошены.
- И затеялся смутный, чудной разговор,
- Кто-то песню стонал и гитару терзал,
- И припадочный малый — придурок и вор —
- Мне тайком из-под скатерти нож показал.
- «Кто ответит мне —
- Что за дом такой.
- Почему — во тьме,
- Как барак чумной?
- Свет лампад погас,
- Воздух вылился…
- Али жить у вас
- Разучилися?
- Двери настежь у вас, а душа взаперти.
- Кто хозяином здесь? — напоил бы вином».
- А в ответ мне: «Видать, был ты долго в пути —
- И людей позабыл, — мы всегда так живем!
- Траву кушаем,
- Век — на щавеле,
- Скисли душами,
- Опрыщавели,
- Да еще вином
- Много тешились, —
- Разоряли дом,
- Дрались, вешались».
- «Я коней заморил, — от волков ускакал.
- Укажите мне край, где светло от лампад,
- Укажите мне место, какое искал, —
- Где поют, а не стонут, где пол не покат».
- «О таких домах
- Не слыхали мы,
- Долго жить впотьмах
- Привыкали мы.
- Испокону мы —
- В зле да шепоте,
- Под иконами
- В черной копоти».
- И из смрада, где косо висят образа,
- Я башку очертя гнал, забросивши кнут,
- Куда кони несли да глядели глаза,
- И где люди живут, и — как люди живут.
- …Сколько кануло, сколько схлынуло!
- Жизнь кидала меня — не докинула.
- Может, спел про вас неумело я,
- Очи черные, скатерть белая?!
Памяти Василия Шукшина
- Еще — ни холодов, ни льдин,
- Земля тепла, красна калина, —
- А в землю лег еще один
- На Новодевичьем мужчина.
- Должно быть, он примет не знал, —
- Народец праздный суесловит, —
- Смерть тех из нас всех прежде ловит,
- Кто понарошку умирал.
- Коль так, Макарыч, — не спеши,
- Спусти колки, ослабь зажимы,
- Пересними, перепиши,
- Переиграй, — останься живым!
- Но, в слезы мужиков вгоняя,
- Он пулю в животе понес,
- Припал к земле, как верный пес…
- А рядом куст калины рос —
- Калина красная такая.
- Смерть самых учших намечает —
- И дергает по одному.
- Такой наш брат ушел во тьму! —
- Не поздоровилось ему, —
- Не буйствует и не скучает.
- А был бы «Разин» в этот год…
- Натура где? Онега? Нарочь?
- Всё — печки-лавочки, Макарыч, —
- Такой твой парень не живет!
- Вот после временной заминки
- Рок процедил через губу:
- «Снять со скуластого табу —
- За то, что он видал в гробу
- Все панихиды и поминки.
- Того, с большой душою в теле
- И с тяжким грузом на горбу, —
- Чтоб не испытывал судьбу, —
- Взять утром тепленьким с постели!»
- И после непременной бани,
- Чист перед Богом и тверез,
- Вдруг взял да умер он всерьез —
- Решительней, чем на экране.
О знаках Зодиака
- Неправда, над нами не бездна, не мрак —
- Каталог наград и возмездий:
- Любуемся мы на ночной зодиак,
- На вечное танго созвездий.
- Глядим, запрокинули головы вверх,
- В безмолвие, в тайну и вечность:
- Там трассы судеб и мгновенный наш век —
- Отмечены в виде невидимых вех,
- Что могут хранить и беречь нас.
- Горячий нектар в холода февралей —
- Как сладкий елей вместо грога, —
- Льет звездную воду чудак Водолей
- В бездонную пасть Козерога.
- Вселенский поток и извилист и крут,
- Окрашен то ртутью, то кровью, —
- Но, вырвавшись мартовской мглою из пут,
- Могучие Рыбы на нерест плывут
- По Млечным протокам — к верховью.
- Декабрьский Стрелец отстрелялся вконец,
- Он мается, копья ломая, —
- И может без страха резвиться Телец
- На светлых урочищах мая.
- Из августа изголодавшийся Лев
- Глядит на Овена в апреле.
- В июнь — к Близнецам свои руки воздев,
- Нежнейшие девы созвездия Дев
- Весы превратили в качели.
- Лучи световые пробились сквозь мрак,
- Как нить Ариадны конкретны, —
- Но и Скорпион, и таинственный Рак —
- От нас далеки и безвредны.
- На свой зодиак человек не роптал —
- Да звездам страшна ли опала! —
- Он эти созвездия с неба достал,
- Оправил он их в драгоценный металл —
- И тайна доступною стала.
Песня о погибшем летчике
Дважды Герою Советского Союза Николаю Скоморохову и его погибшему другу
- Всю войну под завязку
- я все к дому тянулся,
- И хотя горячился —
- воевал делово, —
- Ну а он торопился,
- как-то раз не пригнулся —
- И в войне взад-вперед обернулся
- за два года — всего ничего.
- Не слыхать его пульса
- С сорок третьей весны, —
- Ну а я окунулся
- В довоенные сны.
- И гляжу я дурея,
- И дышу тяжело:
- Он был лучше, добрее,
- Добрее, добрее, —
- Ну а мне повезло.
- Я за пазухой не жил,
- не пил с Господом чая,
- Я ни в тыл не просился,
- ни судьбе под подол, —
- Но мне женщины молча
- намекали, встречая:
- Если б ты там навеки остался —
- может, мой бы обратно пришел?!
- Для меня — не загадка
- Их печальный вопрос, —
- Мне ведь тоже несладко,
- Что у них не сбылось.
- Мне ответ подвернулся:
- «Извините, что цел!
- Я случайно вернулся,
- Вернулся, вернулся, —
- Ну а ваш — не сумел».
- Он кричал напоследок,
- в самолете сгорая:
- «Ты живи! Ты дотянешь!» —
- доносилось сквозь гул.
- Мы летали под Богом
- возле самого рая, —
- Он поднялся чуть выше и сел там,
- ну а я — до земли дотянул.
- Встретил летчика сухо
- Райский аэродром.
- Он садился на брюхо,
- Но не ползал на нем.
- Он уснул — не проснулся,
- Он запел — не допел.
- Так что я вот вернулся,
- Глядите — вернулся, —
- Ну а он — не успел.
- Я кругом и навечно
- виноват перед теми,
- С кем сегодня встречаться
- я почел бы за честь, —
- Но хотя мы живыми
- до конца долетели —
- Жжет нас память и мучает совесть,
- у кого, у кого она есть.
- Кто-то скупо и четко
- Отсчитал нам часы
- Нашей жизни короткой,
- Как бетон полосы, —
- И на ней — кто разбился,
- Кто взлетел навсегда…
- Ну а я приземлился,
- А я приземлился, —
- Вот какая беда…
Баллада о детстве
- Час зачатья я помню неточно, —
- Значит, память моя — однобока, —
- Но зачат я был ночью, порочно
- И явился на свет не до срока.
- Я рождался не в муках, не в злобе, —
- Девять месяцев — это не лет!
- Первый срок отбывал я в утробе, —
- Ничего там хорошего нет.
- Спасибо вам, святители,
- Что плюнули да дунули,
- Что вдруг мои родители
- Зачать меня задумали —
- В те времена укромные,
- Теперь — почти былинные,
- Когда срока огромные
- Брели в этапы длинные.
- Их брали в ночь зачатия,
- А многих — даже ранее, —
- А вот живет же братия —
- Моя честна компания!
- Ходу, думушки резвые, ходу!
- Слова, строченьки милые, слова!..
- В первый раз получил я свободу
- По указу от тридцать восьмого.
- Знать бы мне, кто так долго мурыжил, —
- Отыгрался бы на подлеце!
- Но родился, и жил я, и выжил, —
- Дом на Первой Мещанской — в конце.
- Там за стеной, за стеночкою,
- За перегородочкой
- Соседушка с соседочкою
- Баловались водочкой.
- Все жили вровень, скромно так, —
- Система коридорная,
- На тридцать восемь комнаток —
- Всего одна уборная.
- Здесь на зуб зуб не попадал,
- Не грела телогреека,
- Здесь я доподлинно узнал,
- Почем она — копеечка.
- …Не боялась сирены соседка,
- И привыкла к ней мать понемногу,
- И плевал я — здоровый трехлетка —
- На воздушную эту тревогу!
- Да не все то, что сверху, — от Бога, —
- И народ «зажигалки» тушил;
- И как малая фронту подмога —
- Мой песок и дырявый кувшин.
- И било солнце в три луча,
- Сквозь дыры крыш просеяно,
- На Евдоким Кирилыча
- И Гисю Моисеевну.
- Она ему: «Как сыновья?»
- «Да без вести пропавшие!
- Эх, Гиська, мы одна семья —
- Вы тоже пострадавшие!
- Вы тоже — пострадавшие,
- А значит — обрусевшие:
- Мои — без вести павшие,
- Твои — безвинно севшие».
- …Я ушел от пеленок и сосок,
- Поживал — не забыт, не заброшен,
- И дразнили меня: «Недоносок», —
- Хоть и был я нормально доношен.
- Маскировку пытался срывать я:
- Пленных гонят — чего ж мы дрожим?!
- Возвращались отцы наши, братья
- По домам — по своим да чужим…
- У тети Зины кофточка
- С драконами да змеями, —
- То у Попова Вовчика
- Отец пришел с трофеями.
- Трофейная Япония,
- Трофейная Германия…
- Пришла страна Лимония,
- Сплошная Чемодания!
- Взял у отца на станции
- Погоны, словно цацки, я, —
- А из эвакуации
- Толпой валили штатские.
- Осмотрелись они, оклемались,
- Похмелились — потом протрезвели.
- И отплакали те, кто дождались,
- Недождавшиеся — отревели.
- Стал метро рыть отец Витьки с Генкой, —
- Мы спросили — зачем? — он в ответ:
- «Коридоры кончаются стенкой,
- А тоннели — выводят на свет!»
- Пророчество папашино
- Не слушал Витька с корешем —
- Из коридора нашего
- В тюремный коридор ушел.
- Да он всегда был спорщиком,
- Припрут к стене — откажется…
- Прошел он коридорчиком —
- И кончил «стенкой», кажется.
- Но у отцов — свои умы,
- А что до нас касательно —
- На жизнь засматривались мы
- Уже самостоятельно.
- Все — от нас до почти годовалых —
- «Толковищу» вели до кровянки, —
- А в подвалах и полуподвалах
- Ребятишкам хотелось под танки.
- Не досталось им даже по пуле, —
- В «ремеслухе» — живи да тужи:
- Ни дерзнуть, ни рискнуть, — но рискнули
- Из напильников делать ножи.
- Они воткнутся в легкие,
- От никотина черные,
- Но рукоятки легкие
- Трехцветные наборные…
- Вели дела обменные
- Сопливые острожники —
- На стройке немцы пленные
- На хлеб меняли ножики.
- Сперва играли в «фантики»,
- В «пристенок» с крохоборами, —
- И вот ушли романтики
- Из подворотен ворами.
- …Спекулянтка была номер перший —
- Ни соседей, ни Бога не труся,
- Жизнь закончила миллионершей —
- Пересветова тетя Маруся.
- У Маруси за стенкой говели, —
- И она там втихую пила…
- А упала она — возле двери, —
- Некрасиво так, зло умерла.
- Нажива — как наркотика, —
- Не выдержала этого
- Богатенькая тетенька
- Маруся Пересветова.
- Но было все обыденно:
- Заглянет кто — расстроится.
- Особенно обидело
- Богатство — метростроевца.
- Он дом сломал, а нам сказал:
- «У вас носы не вытерты,
- А я, за что я воевал?!» —
- И разные эпитеты.
- …Было время — и были подвалы,
- Было дело — и цены снижали,
- И текли куда надо каналы,
- И в конце куда надо впадали.
- Дети бывших старшин да майоров
- До ледовых широт поднялись,
- Потому что из тех коридоров,
- Им казалось, сподручнее — вниз.
I. Инструкция перед поездкой за рубеж, или Полчаса в месткоме
- Я вчера закончил ковку,
- Я два плана залудил, —
- И в загранкомандировку
- От завода угодил.
- Копоть, сажу смыл под душем,
- Съел холодного язя, —
- И инструктора послушал —
- Что там можно, что нельзя.
- Там у них пока что лучше бытово, —
- Так чтоб я не отчубучил не того,
- Он мне дал прочесть брошюру — как наказ,
- Чтоб не вздумал жить там сдуру как у нас.
- Говорил со мной как с братом
- Про коварный зарубеж,
- Про поездку к демократам
- В польский город Будапешт:
- «Там у них уклад особый —
- Нам так сразу не понять, —
- Ты уж их, браток, попробуй
- Хоть немного уважать.
- Будут с водкою дебаты — отвечай:
- «Нет, ребяты-демократы, — только чай!»
- От подарков их сурово отвернись:
- «У самих добра такого — завались!»
- Он сказал: «Живя в комфорте —
- Экономь, но не дури, —
- И гляди не выкинь фортель —
- С сухомятки не помри!
- В этом чешском Будапеште —
- Уж такие времена —
- Может, скажут «пейте-ешьте»,
- Ну а может — ни хрена!»
- Ох, я в Венгрии на рынок похожу,
- На немецких на румынок погляжу!
- Демократки, уверяли кореша,
- Не берут с советских граждан ни гроша!
- «Буржуазная зараза
- Все же ходит по пятам, —
- Опасайся пуще глаза
- Ты внебрачных связей там:
- Там шпиёнки с крепким телом, —
- Ты их в дверь — они в окно!
- Говори, что с этим делом
- Мы покончили давно.
- Могут действовать они не прямиком:
- Шасть в купе — и притворится мужиком, —
- А сама наложит тола под корсет…
- Проверяй, какого пола твой сосед!»
- Тут давай его пытать я:
- «Опасаюсь — маху дам, —
- Как проверить? — лезть под платье —
- Так схлопочешь по мордам!»
- Но инструктор — парень дока,
- Деловой — попробуй срежь!
- И опять пошла морока
- Про коварный зарубеж…
- Популярно объясняю для невежд:
- Я к болгарам уезжаю — в Будапет.
- «Если темы там возникнут — сразу снять, —
- Бить не нужно, а не вникнут — разъяснять!»
- Я ж по-ихнему — ни слова, —
- Ни в дугу и ни в тую!
- Молот мне — так я любого
- В своего перекую!
- Но ведь я — не агитатор,
- Я — потомственный кузнец…
- Я к полякам в Улан-Батор
- Не поеду наконец!
- Сплю с женой, а мне не спится: «Дусь, а Дусь!
- Может, я без заграницы обойдусь?
- Я ж не ихнего замесу — я сбегу,
- Я на ихнем — ни бельмеса, ни гугу!»
- Дуся дремлет как ребенок,
- Накрутивши бигуди, —
- Отвечает мне спросонок:
- «Знаешь, Коля, — не зуди!
- Что ты, Коля, больно робок —
- Я с тобою разведусь! —
- Двадцать лет живем бок о бок —
- И все время: «Дуся, Дусь…»
- Обещал, — забыл ты нешто? ну хорош! —
- Что клеенку с Бангладеша привезешь.
- Сбереги там пару рупий — не бузи, —
- Мне хоть чё — хоть черта в ступе —
- привези!»
- Я уснул, обняв супругу —
- Дусю нежную мою, —
- Снилось мне, что я кольчугу,
- Щит и меч себе кую.
- Там у них другие мерки, —
- Не поймешь — съедят живьем, —
- И все снились мне венгерки
- С бородами и с ружьем.
- Снились Дусины клеенки цвета беж
- И нахальные шпиёнки в Бангладеш…
- Поживу я — воля божья — у румын, —
- Говорят — они с Поволжья, как и мы!
- Вот же женские замашки! —
- Провожала — стала петь.
- Отутюжила рубашки —
- Любо-дорого смотреть.
- До свиданья, цех кузнечный,
- Аж до гвоздика родной!
- До свиданья, план мой встречный,
- Перевыполненный мной!
- Пили мы — мне спирт в аорту проникал, —
- Я весь путь к аэропорту проикал.
- К трапу я, а сзади в спину — будто лай:
- «На кого ж ты нас покинул, Николай!»
II. Случай на таможне
- Над Шереметьево
- В ноябре третьего —
- Метеоусловия не те, —
- Я стою встревоженный,
- Бледный, но ухоженный,
- На досмотр таможенный в хвосте.
- Стоял сначала — чтоб не нарываться:
- Ведь я спиртного лишку загрузил, —
- А впереди шмонали уругвайца,
- Который контрабанду провозил.
- Крест на груди в густой шерсти, —
- Толпа как хором ахнет:
- «За ноги надо потрясти, —
- Глядишь — чего и звякнет!»
- И точно: ниже живота —
- Смешно, да не до смеха —
- Висели два литых креста
- Пятнадцатого века.
- Ох, как он сетовал:
- Где закон — нету, мол!
- Я могу, мол, опоздать на рейс!..
- Но Христа распятого
- В половине пятого
- Не пустили в Буэнос-Айрес.
- Мы все-таки мудреем год от года —
- Распятья нам самим теперь нужны, —
- Они — богатство нашего народа,
- Хотя и — пережиток старины.
- А раньше мы во все края —
- И надо и не надо —
- Дарили лики, жития,
- В окладе, без оклада…
- Из пыльных ящиков косясь
- Безропотно, устало, —
- Искусство древнее от нас,
- Бывало, и — сплывало.
- Доктор зуб высверлил,
- Хоть слезу мистер лил,
- Но таможник вынул из дупла,
- Чуть поддев лопатою, —
- Мраморную статую —
- Целенькую, только без весла.
- Общупали заморского барыгу,
- Который подозрительно притих, —
- И сразу же нашли в кармане фигу,
- А в фиге — вместо косточки — триптих.
- «Зачем вам складень, пассажир? —
- Купили бы за трешку
- В «Березке» русский сувенир —
- Гармонь или матрешку!»
- «Мир-дружба! Прекратить огонь!» —
- Попер он как на кассу.
- Козе — баян, попу — гармонь,
- Икона — папуасу!
- Тяжело с истыми
- Контрабан— дистами!
- Этот, что статуи был лишен, —
- Малый с подковыркою, —
- Цыкнул зубом с дыркою,
- Сплюнул — и уехал в Вашингтон.
- Как хорошо, что бдительнее стало, —
- Таможня ищет ценный капитал —
- Чтоб золотинки с нимба не упало,
- Чтобы гвоздок с распятья не пропал!
- Таскают — кто иконостас,
- Кто крестик, кто иконку, —
- И веру в Господа от нас
- Увозят потихоньку.
- И на поездки в далеко —
- Навек, бесповоротно —
- Угодники идут легко,
- Пророки — неохотно.
- Реки льют потные!
- Весь я тут, вот он я —
- Слабый для таможни интерес, —
- Правда, возле щиколот
- Синий крестик выколот, —
- Но я скажу, что это — Красный Крест.
- Один мулла триптих запрятал в книги, —
- Да, контрабанда — это ремесло!
- Я пальцы сжал в кармане в виде фиги —
- На всякий случай — чтобы пронесло.
- Арабы нынче — ну и ну! —
- Европу поприжали, —
- Мы в «шестидневную войну»
- Их очень поддержали.
- Они к нам ездят неспроста —
- Задумайтесь об этом! —
- И возят нашего Христа
- На встречу с Магометом.
- …Я пока здесь еще,
- Здесь мое детище, —
- Все мое — и дело, и родня!
- Лики — как товарищи —
- Смотрят понимающе
- С почерневших досок на меня.
- Сейчас, как в вытрезвителе ханыгу,
- Разденут — стыд и срам — при всех святых,
- Найдут в мозгу туман, в кармане фигу,
- Крест на ноге — и кликнут понятых!
- Я крест сцарапывал, кляня
- Судьбу, себя — всё вкупе, —
- Но тут вступился за меня
- Ответственный по группе.
- Сказал он тихо, делово —
- Такого не обшаришь:
- Мол, вы не трогайте его,
- Мол, кроме водки — ничего, —
- Проверенный товарищ!
Песня о времени
- Замок временем срыт и укутан, укрыт
- В нежный плед из зеленых побегов,
- Но… развяжет язык молчаливый гранит
- И холодное прошлое заговорит
- О походах, боях и победах.
- Время подвиги эти не стерло:
- Оторвать от неговерхний пласт
- Или взять его крепче за горло —
- И оно свои тайны отдаст.
- Упадут сто замков и спадут сто оков,
- И сойдут сто потов с целой груды веков, —
- И польются легенды из сотен стихов
- Про турниры, осады, про вольных стрелков.
- Ты к знакомым мелодиям ухо готовь
- И гляди понимающим оком, —
- Потому что любовь — это вечно любовь,
- Даже в будущем вашем далеком.
- Звонко лопалась сталь под напором меча,
- Тетива от натуги дымилась,
- Смерть на копьях сидела, утробно урча,
- В грязь валились враги, о пощаде крича,
- Победившим сдаваясь на милость.
- Но не все, оставаясь живыми,
- В доброте сохраняли сердца,
- Защитив свое доброе имя
- От заведомой лжи подлеца.
- Хорошо, если конь закусил удила
- И рука на копье поудобней легла,
- Хорошо, если знаешь — откуда стрела,
- Хуже — если по-подлому, из-за угла.
- Как у вас там с мерзавцами? Бьют? Поделом!
- Ведьмы вас не пугают шабашем?
- Но… не правда ли, зло называется злом
- Даже там — в добром будущем вашем?
- И во веки веков, и во все времена
- Трус, предатель — всегда презираем,
- Враг есть враг, и война все равно есть война,
- И темница тесна, и свобода одна —
- И всегда на нее уповаем.
- Время эти понятья не стерло,
- Нужно только поднять верхний пласт —
- И дымящейся кровью из горла
- Чувства вечные хлынут на нас.
- Ныне, присно, во веки веков, старина, —
- И цена есть цена, и вина есть вина,
- И всегда хорошо, если честь спасена,
- Если другом надежно прикрыта спина.
- Чистоту, простоту мы у древних берем,
- Саги, сказки — из прошлого тащим, —
- Потому что добро остается добром —
- В прошлом, будущем и настоящем!
Песня о вольных стрелках
- Если рыщут за твоею
- Непокорной головой,
- Чтоб петлей худую шею
- Сделать более худой, —
- Нет надежнее приюта:
- Скройся в лес — не пропадешь, —
- Если продан ты кому-то
- С потрохами ни за грош.
- Бедняки и бедолаги,
- Презирая жизнь слуги,
- И бездомные бродяги,
- У кого одни долги, —
- Все, кто загнан, неприкаян,
- В этот вольный лес бегут, —
- Потому что здесь хозяин —
- Славный парень Робин Гуд!
- Здесь с полслова понимают,
- Не боятся острых слов,
- Здесь с почетом принимают
- Оторви-сорви-голов.
- И скрываются до срока
- Даже рыцари в лесах:
- Кто без страха и упрека —
- Тот всегда не при деньгах!
- Знают все оленьи тропы,
- Словно линии руки,
- В прошлом — слуги и холопы,
- Ныне — вольные стрелки.
- Здесь того, кто все теряет,
- Защитят и сберегут:
- По лесной стране гуляет
- Славный парень Робин Гуд!
- И живут да поживают
- Всем запретам вопреки
- И ничуть не унывают
- Эти вольные стрелки, —
- Спят, укрывшись звездным небом,
- Мох под ребра подложив, —
- Им какой бы холод ни был —
- Жив, и славно, если жив!
- Но вздыхают от разлуки —
- Где-то дом и клок земли —
- Да поглаживают луки,
- Чтоб в бою не подвели, —
- И стрелков не сыщешь лучших!..
- Что же завтра, где их ждут —
- Скажет первый в мире лучник
- Славный парень Робин Гуд!
Баллада о любви
- Когда вода Всемирного потопа
- Вернулась вновь в границы берегов,
- Из пены уходящего потока
- На сушу тихо выбралась Любовь —
- И растворилась в воздухе до срока,
- А срока было — сорок сороков…
- И чудаки — еще такие есть —
- Вдыхают полной грудью эту смесь,
- И ни наград не ждут, ни наказанья, —
- И, думая, что дышат просто так,
- Они внезапно попадают в такт
- Такого же — неровного — дыханья.
- Я поля влюбленным постелю —
- Пусть поют во сне и наяву!..
- Я дышу, и значит — я люблю!
- Я люблю, и значит — я живу!
- И много будет странствий и скитаний:
- Страна Любви — великая страна!
- И с рыцарей своих — для испытаний —
- Все строже станет спрашивать она:
- Потребует разлук и расстояний,
- Лишит покоя, отдыха и сна…
- Но вспять безумцев не поворотить —
- Они уже согласны заплатить:
- Любой ценой — и жизнью бы рискнули, —
- Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
- Волшебную невидимую нить,
- Которую меж ними протянули.
- Я поля влюбленным постелю —
- Пусть поют во сне и наяву!..
- Я дышу, и значит — я люблю!
- Я люблю, и значит — я живу!
- Но многих захлебнувшихся любовью
- Не докричишься — сколько ни зови, —
- Им счет ведут молва и пустословье,
- Но этот счет замешен на крови.
- А мы поставим свечи в изголовье
- Погибших от невиданной любви…
- И душам их дано бродить в цветах,
- Их голосам дано сливаться в такт,
- И вечностью дышать в одно дыханье,
- И встретиться — со вздохом на устах —
- На хрупких переправах и мостах,
- На узких перекрестках мирозданья.
- Свежий ветер избранных пьянил,
- С ног сбивал, из мертвых воскрешал, —
- Потому что если не любил —
- Значит, и не жил, и не дышал!
Мореплаватель-одиночка
- Вот послал Господь родителям сыночка:
- Люльку в лодку переделать велел, —
- Мореплаватель родился одиночка —
- Сам укачивал себя, сам болел…
- Не по году он мужал — по денечку,
- И уже из колыбели дерзал:
- К мореплаванью готовясь в одиночку,
- Из пеленок паруса вырезал.
- …Прямо по носу — глядите! — то ли бочка,
- То ли яхта, то ли плот, то ли — нет:
- Мореплаватель, простите, одиночка
- Посылает нам мудреный привет!
- Ой, ребята, не к добру проволочка!
- Сплюньте трижды все, кто на корабле:
- Мореплаватель на море одиночк —
- Вроде черного кота на земле!
- «Вы откуда — отвечайте нам, и точка, —
- Не могли же вы свалиться с небес?!
- Мы читали, что какой-то одиночка
- В треугольнике Бермудском исчез…»
- «Это утка, это бред — все до строчки! —
- И простите, если резок и груб, —
- Я там плавал, извините, в одиночку:
- Он совсем не треугольник, а — куб!
- Были бедствия — посуда на кусочки!
- Била Бетси — ураган — все подряд, —
- Мореплаватели нынче — одиночки —
- Из летающих тарелок едят!..»
- Вот добавил он в планктон кипяточку…
- Как орудует: хоть мал, да удал!
- Глядь — и ест деликатесы в одиночку, —
- А из нас — таких никто не едал.
- И поведал он, что пьет он по глоточку,
- Чтоб ни капле не пропасть в бороде, —
- Мореплаватель, простите, в одиночку
- Философию развел на воде.
- «Не искусственную ли оболочку
- Вы вокруг себя, мой друг, возвели?
- Мореплаванью, простите, в одиночку
- Наше общество предпочли?»
- Он ответил: «Вы попали прямо в точку!
- Жаль, на суше не пожать вам руки:
- В море плавая подолгу в одиночку,
- Я по вас затосковал, моряки!»
- Мы, услыша что-нибудь, сразу — в строчку,
- Мы, завидя что-нибудь, — в негатив!
- Мореплавателя сняли, одиночку,
- В фотографию его превратив.
- Ах, побольше б нам немного юморочку! —
- Поскучнели, отрешась от земли, —
- Мореплавателя — брата — одиночку
- Мы хотя бы как смогли развлекли!
- Так поменьше им преград и отсрочек,
- И задорин на пути, и сучков!
- Жаль, что редко их встречаешь — одиночек, —
- Славных малых и таких чудаков!
Про глупцов
- Этот шум — не начало конца,
- Не повторная гибель Помпеи —
- Спор вели три великих глупца:
- Кто из них, из великих, глупее.
- Первый выл: «Я физически глуп, —
- Руки вздел, словно вылез на клирос. —
- У меня даже мудрости зуб,
- Невзирая на возраст, не вырос!»
- Но не приняли это в расчет —
- Даже умному эдак негоже:
- «Ах, подумаешь, зуб не растет!
- Так другое растет — ну и что же?..»
- К синяку прижимая пятак,
- Встрял второй: «Полно вам, загалдели!
- Я — способен все видеть не так,
- Как оно существует на деле!»
- «Эх, нашел чем хвалиться, простак, —
- Недостатком всего поколенья!..
- И к тому же все видеть не так —
- Доказательство слабого зренья!»
- Третий был непреклонен и груб,
- Рвал лицо на себе, лез из платья:
- «Я — единственный подлинно глуп, —
- Ни про что не имею понятья».
- Долго спорили — дни, месяца, —
- Но у всех аргументы убоги…
- И пошли три великих глупца
- Глупым шагом по глупой дороге.
- Вот и берег — дороге конец.
- Откатив на обочину бочку,
- В ней сидел величайший мудрец, —
- Мудрецам хорошо в одиночку.
- Молвил он подступившим к нему:
- Дескать, знаю — зачем, кто такие, —
- Одного только я не пойму —
- Для чего это вам, дорогие!
- Или, может, вам нечего есть,
- Или — мало друг дружку побили?
- Не кажитесь глупее, чем есть, —
- Оставайтесь такими, как были.
- Стоит только не спорить о том,
- Кто главней, — уживетесь отлично, —
- Покуражьтесь еще, а потом —
- Так и быть — приходите вторично!..
- Он залез в свою бочку с торца —
- Жутко умный, седой и лохматый…
- И ушли три великих глупца —
- Глупый, глупенький и глуповатый.
- Удаляясь, ворчали в сердцах:
- «Стар мудрец — никакого сомненья!
- Мир стоит на великих глупцах, —
- Зря не выказал старый почтенья!»
- Потревожат вторично его —
- Темной ночью попросят: «Вылазьте!»
- Все бы это еще ничего,
- Но глупцы — состояли при власти…
- И у сказки бывает конец:
- Больше нет на обочине бочки —
- В «одиночку» отправлен мудрец.
- Хорошо ли ему в «одиночке»?
Письмо в редакцию телевизионной передачи «Очевидное — невероятное» из сумасшедшего дома с Канатчиковой дачи
- Дорогая передача!
- Во субботу, чуть не плача,
- Вся Канатчикова дача
- К телевизору рвалась, —
- Вместо чтоб поесть, помыться,
- Уколоться и забыться,
- Вся безумная больница
- У экрана собралась.
- Говорил, ломая руки,
- Краснобай и баламут
- Про бессилие науки
- Перед тайною Бермуд, —
- Все мозги разбил на части,
- Все извилины заплел —
- И канатчиковы власти
- Колют нам второй укол.
- Уважаемый редактор!
- Может, лучше — про реактор?
- Про любимый лунный трактор?!
- Ведь нельзя же! — год подряд:
- То тарелками пугают —
- Дескать, подлые, летают;
- То у вас собаки лают,
- То руины — говорят!
- Мы кой в чем поднаторели:
- Мы тарелки бьем весь год —
- Мы на них собаку съели, —
- Если повар нам не врет.
- А медикаментов груды —
- В унитаз, кто не дурак.
- Это жизнь! И вдруг — Бермуды!
- Вот те раз! Нельзя же так!
- Мы не сделали скандала —
- Нам вождя недоставало:
- Настоящих буйных мало —
- Вот и нету вожаков.
- Но на происки и бредни
- Сети есть у нас и бредни —
- Не испортят нам обедни
- Злые происки врагов!
- Это их худые черти
- Бермутят воду во пруду,
- Это все придумал Черчилль
- В восемнадцатом году!
- Мы про взрывы, про пожары
- Сочиняли ноту ТАСС…
- Тут примчались санитары —
- Зафиксировали нас.
- Тех, кто был особо боек,
- Прикрутили к спинкам коек —
- Бился в пене параноик
- Как ведьмак на шабаше:
- «Развяжите полотенцы,
- Иноверы, изуверцы!
- Нам бермуторно на сердце
- И бермутно на душе!»
- Сорок душ посменно воют —
- Раскалились добела, —
- Во как сильно беспокоют
- Треугольные дела!
- Все почти с ума свихнулись —
- Даже кто безумен был, —
- И тогда главврач Маргулис
- Телевизор запретил.
- Вон он, змей, в окне маячит —
- За спиною штепсель прячет, —
- Подал знак кому-то — значит,
- Фельдшер вырвет провода.
- Нам осталось уколоться —
- И упасть на дно колодца,
- И пропасть на дне колодца,
- Как в Бермудах, навсегда.
- Ну а завтра спросят дети,
- Навещая нас с утра:
- «Папы, что сказали эти
- Кандидаты в доктора?»
- Мы откроем нашим чадам
- Правду — им не все равно:
- «Удивительное рядом —
- Но оно запрещено!»
- Вон дантист-надомник Рудик —
- У него приемник «грундиг», —
- Он его ночами крутит —
- Ловит, контра, ФРГ.
- Он там был купцом по шмуткам —
- И подвинулся рассудком, —
- К нам попал в волненье жутком
- С номерочком на ноге.
- Прибежал, взволнован крайне, —
- Сообщеньем нас потряс,
- Будто — наш научный лайнер
- В треугольнике погряз:
- Сгинул, топливо истратив,
- Весь распался на куски, —
- Двух безумных наших братьев
- Подобрали рыбаки.
- Те, кто выжил в катаклизме,
- Пребывают в пессимизме, —
- Их вчера в стеклянной призме
- К нам в больницу привезли,
- И один из них, механик,
- Рассказал, сбежав от нянек,
- Что Бермудский многогранник —
- Незакрытый пуп Земли.
- «Что там было? Как ты спасся?» —
- Каждый лез и приставал, —
- Но механик только трясся
- И чинарики стрелял.
- Он то плакал, то смеялся,
- То щетинился как еж, —
- Он над нами издевался, —
- Сумасшедший — что возьмешь!
- Взвился бывший алкоголик,
- Матерщинник и крамольник:
- «Надо выпить треугольник!
- На троих его! Даешь!»
- Разошелся — так и сыпет:
- «Треугольник будет выпит! —
- Будь он параллелепипед,
- Будь он круг, едрена вошь!»
- Больно бьют по нашим душам
- «Голоса» за тыщи миль, —
- Зря «Америку» не глушим,
- Зря не давим «Израиль»:
- Всей своей враждебной сутью
- Подрывают и вредят —
- Кормят, поят нас бермутью
- Про таинственный квадрат!
- Лектора из передачи!
- Те, кто так или иначе
- Говорят про неудачи
- И нервируют народ!
- Нас берите, обреченных, —
- Треугольник вас, ученых,
- Превратит в умалишенных,
- Ну а нас — наоборот.
- Пусть — безумная идея, —
- Не решайте сгоряча.
- Отвечайте нам скорее
- Через доку главврача!
- С уваженьем… Дата. Подпись,
- Отвечайте нам — а то,
- Если вы не отзоветесь,
- Мы напишем… в «Спортлото»!
«Мне судьба — до последней черты, до креста…»
- Мне судьба — до последней черты, до креста
- Спорить до хрипоты (а за ней — немота),
- Убеждать и доказывать с пеной у рта,
- Что — не то это вовсе, не тот и не та!
- Что — лабазники врут про ошибки Христа,
- Что — пока еще в грунт не влежалась плита, —
- Триста лет под татарами — жизнь еще та:
- Маета трехсотлетняя и нищета.
- Но под властью татар жил Иван Калита,
- И уж был не один, кто один против ста.
- <Пот> намерений добрых и бунтов тщета,
- Пугачевщина, кровь и опять — нищета…
- Пусть не враз, пусть сперва не поймут ни черта, —
- Повторю даже в образе злого шута, —
- Но не стоит предмет, да и тема не та, —
- Суета всех сует — все равно суета.
- Только чашу испить — не успеть на бегу,
- Даже если разлить — все равно не смогу;
- Или выплеснуть в наглую рожу врагу —
- Не ломаюсь, не лгу — все равно не могу!
- На вертящемся гладком и скользком кругу
- Равновесье держу, изгибаюсь в дугу!
- Что же с чашею делать?! Разбить — не могу!
- Потерплю — и достойного подстерегу:
- Передам — и не надо держаться в кругу
- И в кромешную тьму, и в неясную згу, —
- Другу передоверивши чашу, сбегу!
- Смог ли он ее выпить — узнать не смогу.
- Я с сошедшими с круга пасусь на лугу,
- Я о чаше невыпитой здесь ни гугу —
- Никому не скажу, при себе сберегу, —
- А сказать — и затопчут меня на лугу.
- Я до рвоты, ребята, за вас хлопочу!
- Может, кто-то когда-то поставит свечу
- Мне за голый мой нерв, на котором кричу,
- И веселый манер, на котором шучу…
- Даже если сулят золотую парчу
- Или порчу грозят напустить — не хочу, —
- На ослабленном нерве я не зазвучу —
- Я уж свой подтяну, подновлю, подвинчу!
- Лучше я загуляю, запью, заторчу,
- Все, что ночью кропаю, — в чаду растопчу,
- Лучше голову песне своей откручу, —
- Но не буду скользить словно пыль по лучу!
- …Если все-таки чашу испить мне судьба,
- Если музыка с песней не слишком груба,
- Если вдруг докажу, даже с пеной у рта, —
- Я умру и скажу, что не все суета!
Попытка самоубийства
- Подшит крахмальный подворотничок
- И наглухо застегнут китель серый —
- И вот легли на спусковой крючок
- Бескровные фаланги офицера.
- Пора! Кто знает время сей поры?
- Но вот она воистину близка:
- О, как недолог жест от кобуры
- До выбритого начисто виска!
- Движение закончилось, и сдуло
- С назначенной мишени волосок —
- С улыбкой Смерть уставилась из дула
- На аккуратно выбритый висок.
- Виднелась сбоку поднятая бровь,
- А рядом что-то билось и дрожало —
- В виске еще не пущенная кровь
- Пульсировала, то есть возражала.
- И перед тем как ринуться посметь
- От уха в мозг, наискосок к затылку, —
- Вдруг загляделась пристальная Смерть
- На жалкую взбесившуюся жилку…
- Промедлила она — и прогадала:
- Теперь обратно в кобуру ложись!
- Так Смерть впервые близко увидала
- С рожденья ненавидимую Жизнь.
I. Охота на волков
- Рвусь из сил — и из всех сухожилий,
- Но сегодня — опять как вчера:
- Оложили меня, обложили —
- Гонят весело на номера!
- Из-за елей хлопочут двустволки —
- Там охотники прячутся в тень, —
- На снегу кувыркаются волки,
- Превратившись в живую мишень.
- Идет охота на волков, идет охота —
- На серых хищников, матерых и щенков!
- Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
- Кровь на снегу — и пятна красные флажков.
- Не на равных играют с волками
- Егеря — но не дрогнет рука, —
- Оградив нам свободу флажками,
- Бьют уверенно, наверняка.
- Волк не может нарушить традиций, —
- Видно, в детстве — слепые щенки —
- Мы, волчата, сосали волчицу
- И всосали: нельзя за флажки!
- И вот — охота на волков, идет охота, —
- На серых хищников, матерых и щенков!
- Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
- Кровь на снегу — и пятна красные флажков.
- Наши ноги и челюсти быстры, —
- Почему же, вожак, — дай ответ —
- Мы затравленно мчимся на выстрел
- И не пробуем — через запрет?!
- Волк не может, не должен иначе.
- Вот кончается время мое:
- Тот, которому я предназначен,
- Улыбнулся — и поднял ружье.
- Идет охота на волков, идет охота —
- На серых хищников, матерых и щенков!
- Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
- Кровь на снегу — и пятна красные флажков.
- Я из повиновения вышел —
- За флажки, — жажда жизни сильней!
- Только сзади я радостно слышал
- Удивленные крики людей.
- Рвусь из сил — и из всех сухожилий,
- Но сегодня не так, как вчера:
- Обложили меня, обложили —
- Но остались ни с чем егеря!
- Идет охота на волков, идет охота —
- На серых хищников, матерых и щенков!
- Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
- Кровь на снегу — и пятна красные флажков.
Белый вальс
- Какой был бал! Накал движенья, звука, нервов!
- Сердца стучали на три счета вместо двух.
- К тому же дамы приглашали кавалеров
- На белый вальс традиционный — и захватывало дух.
- Ты сам, хотя танцуешь с горем пополам,
- Давно решился пригласить ее одну, —
- Но вечно надо отлучаться по делам —
- Спешить на помощь, собираться на войну.
- И вот, все ближе, все реальней становясь,
- Она, к которой подойти намеревался,
- Идет сама, чтоб пригласить тебя на вальс, —
- И кровь в виски твои стучится в ритме вальса.
- Ты внешне спокоен средь шумного бала,
- Но тень за тобою тебя выдавала —
- Металась, ломалась, дрожала она в зыбком свете свечей.
- И бережно держа, и бешено кружа,
- Ты мог бы провести ее по лезвию ножа, —
- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и — ничей!
- Если петь без души — вылетает из уст белый звук.
- Если строки ритмичны без рифмы, тогда говорят: белый стих.
- Если все цвета радуги снова сложить — будет свет, белый свет.
- Если все в мире вальсы сольются в один — будет вальс, белый вальс.
- Был белый вальс — конец сомненья маловеров
- И завершенье юных снов, забав, утех, —
- Сегодня дамы приглашали кавалеров —
- Не потому, не потому, что мало храбрости у тех.
- Возведены на время бала в званье дам,
- И кружит головы нам вальс, как в старину.
- Партнерам скоро отлучаться по делам —
- Спешить на помощь, собираться на войну.
- Белее снега, белый вальс, кружись, кружись,
- Чтоб снегопад подольше не прервался!
- Она пришла, чтоб пригласить тебя на жизнь, —
- И ты был бел — бледнее стен, белее вальса.
- Ты внешне спокоен средь шумного бала,
- Но тень за тобою тебя выдавала —
- Металась, ломалась, дрожала она
- в зыбком свете свечи.
- И бережно держа, и бешено кружа,
- Ты мог бы провести ее по лезвию ножа, —
- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и — ничей!
- Если петь без души — вылетает из уст белый звук.
- Если строки ритмичны без рифмы, тогда говорят: белый стих.
- Если все цвета радуги снова сложить — будет свет, белый свет.
- Если все в мире вальсы сольются в один — будет вальс, белый вальс!
- Где б ни был бал — в лицее, в Доме офицеров,
- В дворцовой зале, в школе — как тебе везло, —
- В России дамы приглашали кавалеров
- Во все века на белый вальс, и было все белым-бело.
- Потупя взоры, не смотря по сторонам,
- Через отчаянье, молчанье, тишину
- Спешили женщины прийти на помощь к нам, —
- Их бальный зал — величиной во всю страну.
- Куда б ни бросило тебя, где б ни исчез, —
- Припомни этот белый зал — и улыбнешься.
- Век будут ждать тебя — и с моря и с небес —
- И пригласят на белый вальс, когда вернешься.
- Ты внешне спокоен средь шумного бала,
- Но тень за тобою тебя выдавала —
- Металась, ломалась, дрожала она
- в зыбком свете свечей.
- И бережно держа, и бешено кружа,
- Ты мог бы провести ее по лезвию ножа, —
- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и — ничей!
- Если петь без души — вылетает из уст белый звук.
- Если строки ритмичны без рифмы, тогда говорят: белый стих.
- Если все цвета радуги снова сложить — будет свет, белый свет.
- Если все в мире вальсы сольются в один — будет вальс, белый вальс!
Райские яблоки
Читать бесплатно другие книги:
В Зоне случилось небывалое! Весь мир взволновался. И вот уже мчатся наперегонки агенты великих держа...
Наступило долгожданное лето! Семья Оболенских переехала на дачу и наслаждается душистым воздухом, св...
Это из зрительного зала кажется, что марионетки пляшут сами по себе, а стоит зайти за кулисы, тут те...
Простые волшебные вещи – это такая разновидность магических артефактов. Сделанные вдали от Сердца Ми...
Келли Брэдфорд пережила предательство мужа и победила страшную болезнь. Ради своих маленьких сыновей...
Как поступит княжна клана Куницы, заслышав среди ночи, как в окно ее спаленки пытается влезть незван...
