Интимный ужин на чердаке Хрусталева Ирина
«Если здесь и есть какая-то записка, то наверняка Наташка ее оставила на кухонном столе», – подумала девушка и включила свет. Сразу бросилось в глаза, что стол абсолютно пуст, и Маша тяжело вздохнула. Она перевела взгляд на холодильник, но и там ничего не обнаружила, и маленькие магниты от «Веселого молочника» не держали никаких посланий.
«Здесь ничего нет, поищем в других местах, – не успокоилась Мария и прошла в комнату. – Заодно и в кейс загляну, посмотрю адрес Савинского», – снова напомнила она себе.
Девушка шагнула в комнату, нащупала рычажок и включила свет. У стола стоял тот самый злосчастный кейс, из-за которого и началась вся эта катавасия. Она подошла, взяла его в руки и направилась к креслу, чтобы сесть и достать нужные данные. Не прошла она и двух шагов, как наступила босой ногой на лист бумаги, который валялся на полу, и, смешно взметнув руками вместе с зажатым в них кейсом, со всего маха грохнулась на пол, ощутимо приложившись к нему опорными полушариями. Рука сильно дернулась, будто по ней ударили, и кейс отлетел в сторону.
– У-у-у-й, – взвыла Мария. – Чтоб тебя! – с ненавистью глядя на белый лист бумаги, простонала она.
Девушка попробовала встать, но лодыжку пронзила боль, и она осталась на полу.
– Черт возьми, стать сейчас хромоножкой мне совсем ни к чему, – проворчала Маша, потирая травмированную конечность. Она облокотилась о ножку стола и прислушалась к ощущениям в лодыжке. Ничего страшного она не обнаружила, лишь незначительная боль говорила о том, что потянулась мышца.
«Ничего, сейчас посижу немного, и все пройдет», – подумала девушка. Минут через пять Маша, не поднимаясь с пола, встав на четвереньки, подползла к кейсу, вернулась к ножке стола, приняла прежнее положение и положила чемоданчик к себе на колени. Она с недоумением уставилась на рваную дырку посреди крышки, и даже поковыряла ее пальцем.
– Еще два дня назад он был совсем целеньким, – пробормотала Маша. – Странное какое-то отверстие…
Девушка щелкнула замками и увидела, что папка с бумагами пришпилена к задней стенке какой-то штучкой, совсем не похожей на скрепку или канцелярскую булавку, которыми часто пользуются вместо кнопок. Она вытащила ее и начала вертеть в руках. Глаза ее начали расширяться, когда до Маши дошло, что это не что иное, как пуля! И тут же ей вспомнилось, как сильно дернулась ее рука с кейсом, когда она падала, поскользнувшись на листе бумаги. Все произошло настолько быстро и неожиданно, что она даже ничего не успела сообразить. Как, впрочем, это всегда и бывает, когда человек неожиданно падает. В такой момент все мысли концентрируются лишь на том, как удержаться на ногах, а если уж это не получается – на том, как подстраховаться для наиболее удобного падения.
– Господи, в меня же только что стреляли! – ахнула она и даже зажмурила глаза и потрясла головой, чтобы убедиться, что это не сон. Маша тут же снова встала на четвереньки, и с проворством ящерицы поползла к двери из комнаты. Она легла у двери на живот, чтобы передохнуть, так как лодыжка начала нестерпимо болеть.
«Главное – не подниматься, и тогда меня не увидят», – думала Маша, лихорадочно соображая, что ей делать дальше. Она подняла глаза вверх и увидела еще одну точно такую же пулю, которая торчала из косяка дверной коробки.
– О-о-ой, мамочки, – пискнула девушка и спрятала лицо в ладонях. Страх буквально парализовал ее, но ненадолго. Мария была девушкой решительной и всегда знала, чего хочет от жизни. Она никогда не признавала безвыходных ситуаций, всегда добивалась своего и всегда считала себя правой. Вот и сейчас уже несколько секунд спустя она упрямо тряхнула головой, глубоко вдохнула воздух несколько раз и, стиснув зубы, быстро поползла из опасной комнаты, совершенно забыв про боль в лодыжке.
– Врешь, не возьмешь, – тяжело дыша, прошептала девушка, вспомнив Чапаева, легендарного героя Гражданской войны.
В детстве дед Маши, Николай Осипович, несколько раз водил свою внучку на просмотр фильма «Чапаев» в кинотеатр «Ударник». Раньше там очень часто проходили сеансы, посвященные истории нашей Родины. Машеньке тогда было лет пять, и она каждый раз надеялась, что вот сегодня усатый дяденька Чапаев обязательно выплывет из реки Урал.
Девушка доползла до дверей ванной комнаты и нырнула туда. Закрыв дверь, она прислонилась к ней спиной. Посидев в темноте и немного отдышавшись, Маша начала размышлять.
«Только что в меня стреляли. Но почему именно в меня? Наверное, потому, что я – Наташкина подруга. Значит, ее все-таки вычислили, узнали о ее близком окружении и, решив, что это окружение тоже является опасным, принимают соответствующие меры. Караул!»
Маша нащупала свой мобильный телефон, который болтался у нее на шее на шнурке, и начала лихорадочно нажимать кнопки.
– Нужно срочно все рассказать Наташке и предупредить, что соваться в свою квартиру ей категорически противопоказано. Только бы она ответила! Ну, ответь же, ответь, – прислушиваясь к длинным гудкам, шептала Мария. – Черт, глухо, как в склепе, – выругалась она и начала набирать следующий номер.
К ее великой радости, трубка ожила и заговорила Вериным голосом:
– Алло, я слушаю.
– Вера, ты где? – закричала Маша.
– Совсем не обязательно так орать, я еще в ресторане, сдаю инвентарь, мы только полчаса назад приехали из дома Савинского, – проворчала Вера.
– А Наташка с тобой?
– Черта с два, со мной, – выругалась Вера. – Мы уехали, а она, кажется, в доме осталась, во всяком случае, машина ее так и стоит на обочине, у поворота к дому.
– Но почему? Почему она там осталась?
– Откуда же я знаю, почему? Нажралась, как поросенок, и куда-то делась, – недовольно проворчала Вера.
– Что значит – нажралась? – не поняла девушка.
– То и значит, черт бы ее побрал! Ходила, ходила за Савинским по залу, а он никак не хотел обращать на нее внимания, вот она к рюмкам все время и прикладывалась. Когда я ее в последний раз видела, она уже хороша была, как биндюжник после зарплаты, – с раздражением высказывалась Верочка.
– Как же ты могла уехать без нее? – возмутилась Мария. – Ты же прекрасно знаешь, что она совершенно не умеет пить, ее поведение становится непредсказуемым!
– А что мне оставалось делать? Кто мне позволит бегать там по дому и разыскивать ее? – огрызнулась Вера. – Связалась на свою голову.
– Нужно было подойти к хозяину и объяснить ситуацию, – сердито сказала Маша. – Нельзя же было вот так уехать и оставить Наташу на произвол судьбы?
– Как же, подойдешь к нему, – хмыкнула Верочка. – Там везде охрана болтается, шаг вправо, шаг влево, считай, ты преступница. А ты что в такое время звонишь-то? Ночь на дворе, вернее, почти утро, четвертый час уже. Что-то случилось или у тебя бессонница?
– Ой, Верка, даже и не спрашивай, тут такое, я даже и не знаю, что говорить, – возбужденно зашептала Мария. – Меня до сих пор трясет, как алкоголика с похмелья.
– В чем дело? И почему ты шепчешь? – осторожно поинтересовалась Вера, и голос ее напрягся. – Опять что-нибудь экстраординарное?
– Не то слово, – выдохнула Мария. – В меня сейчас стреляли!
– Что делали?! – опешила Вера.
– Стреляли, глухая ты, что ли?
– Кто? – недоуменно спросила Вера.
– Понятия не имею. Я так понимаю, что киллер. Окно открыто, а в москитной сетке – огромная дыра! Когда я уползала из комнаты, специально оглянулась и посмотрела.
– Ничего не понимаю, – пробормотала Вера. – В какой еще сетке? А ты вообще где сейчас?
– Я в квартире у Наташки. У нее окна открыты и москитной сеткой затянуты. Что здесь непонятного-то? – продолжала возбужденно шептать Маша. – Вот через это окно в меня сейчас и стреляли.
– У этой идиотки вечно все нараспашку, – сплюнула Верочка. – Знала же, что ночевать не вернется, ко мне поехали, могла бы окно и закрыть! Слушай, она же мне говорила, что когда забегала к себе в квартиру за телефоном, в одном из окон дома напротив ей дуло привиделось, то ли пистолета, то ли ружья, – вспомнила она. – Я еще тогда подумала, что у нее на нервной почве мания преследования началась.
– Думаю, что ей ничего не показалось, а так и было на самом деле! В дверном косяке тоже пуля застряла, – упавшим голосом проговорила Маша. – Вот и началось, – выдала она свой вердикт. – Это просто чудо, что она осталась жива! Наверняка стреляли в нее, но почему-то не попали. А Наталья ничего не заметила, пулю, я имею в виду, иначе она бы тебе все рассказала. А теперь вот и в меня… О господи, – простонала Маша.
– Нечего окна раскрытыми держать, – вновь повторила Верочка.
– При чем здесь окна? – проворчала Маша. – Ну, были бы они закрыты, и что бы это дало? Для пули стекло – не преграда.
– Ничего не понимаешь, значит, молчи, – огрызнулась Вера. – Если бы было стекло, оно бы разбилось и наделало шуму. Наташка сразу бы сообразила, что к чему, и в милицию успела бы позвонить. Если стреляли из дома напротив, значит, из какой-то квартиры. Специалисты сразу бы вычислили, из какой именно, у них это вроде баллистической экспертизой называется. По траектории пули можно определить, из какого места был произведен выстрел, я совсем недавно в детективе одном как раз про это читала.
– И что бы это дало? Думаешь, киллер сидел бы и ждал, когда сделают эту самую экспертизу, все вычислят и придут за ним? – с сарказмом спросила Маша.
– У этой квартиры хозяин имеется. Не просто же так киллер туда пришел, выстрелил и ушел? Значит, он знаком с хозяином! Все за это говорит: сейчас ночь, вернее, уже почти утро, а это значит – киллер сидел в засаде и ждал, когда Наташка придет.
– Ты сама-то поняла, что сейчас нагородила? – усмехнулась Маша. – А при чем здесь Наташка, стреляли ведь в меня? – запоздало опомнилась она.
– Проснись, подруга, – фыркнула Верочка. – За каким хреном ты киллеру сдалась? Наверняка он принял тебя за нее.
– Я ее подруга, значит, тоже – опасный свидетель. А впрочем, может, ты и права, – сдалась Маша. – Я в кепке была, меня запросто могли перепутать. Слушай, Вер, а как же они могли найти Наташку, если вы телефон отключили и спрятали в отделении милиции?
– Черт их знает, может, в кейсе какой-нибудь «жучок» сидит? – предположила Вера.
– Нам нужно срочно что-то делать, – возбужденно проговорила Мария. – Я думаю, что самый подходящий выход – это любым способом пробраться в дом к Савинскому, найти Наташку, а потом выложить ему все.
– Как мы туда проберемся? – опешила Верочка. – Там через каждые пять метров по охраннику стоит с телосложением Шварценеггера! Доберманы по саду бегают, я целых три штуки насчитала, пока через двор к автобусу шла. Мне как-то не очень хочется быть отбивной на ужин этим «крошкам».
– И что? Так и будем сидеть сложа руки? – с возмущением спросила Мария. – Ждать, пока нас всех перестреляют к чертям собачьим? Я с этим категорически не согласна! Нет никакой гарантии, что нас не захотят убить тоже. Если узнали, где живет Наташка, значит, узнали и все остальное: с кем дружит, с кем спит, где работает и тому подобное. Всем прекрасно известно, что в случае какой-то опасности человек всегда бежит к своим друзьям, чтобы все им рассказать и получить совет. Вот и пораскинь теперь мозгами, чем это чревато для нас. Мы – близкие подруги, значит, тоже опасные свидетели, и нас нужно ликвидировать, – подытожила Маша таким победным голосом, как будто объявляла о крупном выигрыше в лотерею.
– Потихоньку выползай из дома, я сейчас поймаю такси, подъеду к соседнему кварталу и буду тебя там ждать у магазина «Седьмой континент», – тут же быстро проговорила Вера. – Действительно, не сидеть же сложа руки, – добавила она, и Мария услышала, как у подруги подрагивает голос.
– Я на машине, она во дворе стоит, и совершенно не представляю, как буду сейчас выходить из дома, – сказала Маша. – Вдруг этот стрелок еще там и наблюдает за подъездом?
– Ты как сейчас одета? – спросила у нее Вера.
– Я в джинсах, кофте и бейсболке.
– Ты в ней была, когда в тебя стреляли?
– Да, в ней. А что?
– Снимай свою бейсболку и смело выходи. У вас с Наташкой совершенно различная внешность и цвет волос. Просто, когда ты была в кепке, она скрывала твою прическу, вот тебя с Натальей и перепутали.
– Ты думаешь?
– Уверена. Все, хватит трепаться, я выезжаю, – закончила Вера разговор и отключилась.
Маша посмотрела на свою трубку и увидела, что она тоже отключилась. Набрав номер службы информации, она услышала новость, что на ее балансе минус доллар и одиннадцать центов.
– Ничего себе поговорили, осталась я теперь без связи, а в моем положении это недопустимо, – проворчала девушка. – Ладно, сейчас в «Седьмом континенте» пополню счет, магазин работает круглосуточно, – решила она и немного успокоилась.
Маша сосредоточила весь свой мыслительный процесс на том, как ей сейчас выбраться из квартиры, выйти из подъезда, пройти через двор и сесть в свою машину.
Глава 11
Как только Дама увидела, что в окне квартиры, за которой она наблюдала, зажегся свет, она тут же напряглась и взяла в руки винтовку. Прицелившись очень быстро, она не стала выжидать, а нажала на курок практически сразу. Увидев, как девушка вскинула руки и упала, Дама облегченно вздохнула:
– Ну, наконец-то!! Мне уже порядком надоело здесь сидеть и ждать, я устала и хочу выспаться в уюте и комфорте. А здесь… – она окинула стены брезгливым взглядом, – может быть комфортно только тараканам!
Не торопясь Дама отвинтила от винтовки глушитель, потом разобрала ее на составные части и уложила в футляр из-под саксофона. Кинув еще один равнодушный взгляд на окно, в которое она только что стреляла, женщина усмехнулась:
– Ну вот и все! Теперь можно предъявить счет посреднику за проделанную работу, которую я выполнила за них и, кстати, из-за них. Пусть раскошеливается, да еще спасибо скажет, что я избавила его от неприятностей.
Она поставила футляр на стол, раскрыла свою сумку и достала из нее бутылку водки.
– А это мы оставим хозяину квартиры, за гостеприимство, – усмехнулась Дама.
Она встряхнула бутылку и посмотрела, нет ли осадка от того препарата, которым она разбавила горячительный напиток.
– Земля тебе пухом, дорогой, – пробормотала она. – Уж прости, но у меня нет другого выхода: ты меня видел, разговаривал со мной и наверняка запомнил какую-нибудь деталь. Хоть это и не настоящая моя внешность, но, тем не менее, береженого бог бережет. Я не привыкла оставлять за собой следов! Издержки профессии, – притворно вздохнула она.
Дама опустилась на стул и минут десять сидела, полностью расслабившись. Когда она завершала какое-нибудь дело и нервная пружина «отпускала», она теряла силы. Восстанавливались они достаточно быстро, при помощи аутотренинга. Дама почувствовала, что силы к ней частично вернулись, и открыла глаза. Она еще раз посмотрела на окно соседнего дома, в котором было тихо и спокойно, окинула взглядом кухню и направилась к выходу. Осторожно открыв дверь, она тихо ее захлопнула и только тогда сняла перчатки, которые были на ее руках все время, пока она пребывала в квартире. Дама спустилась на первый этаж по лестнице, решив не вызывать лифт, и вышла во двор. Ей предстояло пройти два квартала пешком до своей машины. Она оставила ее специально подальше, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Вездесущие старушки всегда замечают посторонние машины, и Дама не стала рисковать, зная, что два трупа, естественно, наделают шума в правоохранительных органах, и те в первую очередь начнут расследование с опроса соседей.
Дама тщательно изучала право, криминалистику, Уголовный кодекс, юриспруденцию, поэтому знала до мельчайших подробностей, как будет вестись следствие и чем оно в конечном итоге закончится.
Сейчас, не спеша шагая через двор, она кривила рот в усмешке.
– Что ж, посмотрим, как вы справитесь с этой задачей, господа сыскари! По зубам ли я вам? Думаю, что не по зубам, гниловаты они у вас, – процедила она сквозь свои ровные крепкие зубы и вдруг сплюнула себе под ноги совсем не по-женски. – Ненавижу, – со злостью добавила она и прибавила шагу.
Пройдя некоторое расстояние, она вдруг резко обернулась и прислушалась. Что-то ее насторожило, и она не могла понять – что именно. Постояв неподвижно некоторое время, она решила, что ей просто все показалось, и снова двинулась дальше.
А в это самое время за Дамой наблюдала Маша и осторожно кралась за ней, продвигаясь вдоль кустов чуть ли не на четвереньках.
Когда она вышла из подъезда Наташи, то увидела, что из дома напротив выходит женщина с музыкальным футляром в руках. Сердце Маши с быстротой молнии подскочило к горлу, и она так проворно скрылась в кустах, что трусливый заяц отдыхает.
«В четвертом часу утра идти на репетицию – это круто! – подумала девушка. – Я где-то слышала, что именно в таких вот футлярах очень запросто можно спрятать винтовку! В Наташкиной истории тоже фигурирует женщина-киллер, и только что в меня стреляли как раз из этого дома. Все сходится, это она! Нужно за ней проследить и, когда я узнаю, где она обитает, можно тогда смело идти в милицию», – размышляла Мария.
Ее возбуждение достигло такого накала, что она, забыв об осторожности, чуть не провалила задание, которое сама себе только что и поручила. Хорошо, что накрапывал дождь, предрассветное утро было пасмурным и темным. Кусты были настолько густыми, а фонари настолько тусклыми, что Дама ее не заметила. Лишь один раз она резко остановилась и обернулась. Немного постояв и не увидев ничего и никого подозрительного, она продолжила свой путь, бесшумно ступая по тротуару.
«Интересно, куда она сейчас направляется? – тем временем думала Маша. – Может, она живет где-нибудь рядом? Наверно, так оно и есть, иначе она поймала бы машину и уехала».
Как только Дама и следившая за ней Мария прошли один квартал, девушка увидела, что у витрины магазина «Седьмой континент» уже маячит Вера и нервно посматривает на часы.
– Черт возьми, я совсем про нее забыла, – чертыхнулась Маша.
Она приостановилась и, дождавшись, когда женщина с футляром отойдет на приличное расстояние, тихо свистнула. Вера сначала не обратила внимания на свист, но, когда он раздался снова, завертелась на месте, чтобы определить, откуда он доносится.
– Вера, я здесь, иди сюда скорее, – приглушенно крикнула Маша.
Девушка бросилась на зов и, нависнув над кустами, тоже зашептала:
– Ты чего это по кустам ползаешь? Что-то случилось?
– Где та женщина с футляром? – спросила Маша.
– Какая еще женщина? – нахмурилась Вера.
– Да только что прошла – вон там, по тропинке. Ты что, совсем уже слепая? – возбужденно зашипела Маша.
Вера начала вертеть головой как заведенная и в самый последний момент увидела женщину, которая уже заворачивала за угол дома.
– Вон она, уже за угол повернула. А что случилось-то? – снова спросила Вера, мало что понимая.
– Ты давай-ка дуй за ней, только незаметно, а я вернусь за своей машиной и мигом примчусь сюда. У тебя телефон с собой? – возбужденно тараторила Мария.
– С собой, конечно, – пожала Вера плечами. – Ты мне можешь членораздельно сказать, что это за баба и почему я должна дуть за ней, да еще незаметно?
– Эта та самая баба, киллерша!
– Иди ты! – вскинула Вера брови. – Шутишь? – усмехнулась она. – Мы ж ее ни разу в глаза не видели. С чего ты взяла, что это она?
– Некогда объяснять, но это точно она! Давай – беги и проследи за ней, а я сейчас машину пригоню сюда и позвоню тебе на мобильник из таксофона. Пока мы с тобой трепались, на моем аппарате все деньги кончились. Ты звук убери и держи трубку в руках, чтобы почувствовать, когда я тебе звонить буду. Как позвоню, сразу же назовешь мне адрес, я туда на машине подъеду, мы эту мадам и скрутим.
– Как это – скрутим, а если у нее есть оружие?! – опешила Вера, выпучив глаза.
– Не дергайся раньше времени, будем действовать по обстоятельствам. Я и сама не дура, чтобы переть против оружия с голыми руками. Это я так, для красного словца. Давай, Верка, беги, а то упустим ее, если уже не упустили. Не перепутай, у нее в руках футляр, в таком музыкальный инструмент носят, – поторопила подругу Маша.
– Скрипку, что ли?
– Нет, не скрипку. Загнутая такая труба, все время забываю, как она называется… Да ты сразу же поймешь, как только увидишь, он черный такой, продолговатый.
– Не важно, я побежала, как-нибудь разберусь, – перебила ее Вера и понеслась к углу дома, за которым только что скрылась Дама.
Пока девушки разговаривали, Дама Икс вдруг почувствовала какую-то неясную тревогу, как обычно волчицы чувствуют надвигающуюся опасность. Она несколько раз оглянулась и увидела мигалку патрульной машины, которая медленно объезжала кварталы. Недолго думая, Дама свернула на тропинку и незаметно бросила футляр с винтовкой в кусты. Она отступила в глубь двора, а потом побежала к своей машине окольным путем. Только она открыла дверцу, как с ней поровнялся патрульный автомобиль, резко остановился, и оттуда вышел молодой лейтенант.
– Здравия желаю, – вскинул он руку к фуражке. – Попрошу ваши документы на машину.
– А в чем, собственно, дело? – улыбнулась Дама обворожительной улыбкой. – Я еще не успела что-то нарушить, только-только сажусь за руль. Но могу вас уверить, что я очень законопослушный автомобилист, даже скорость никогда не превышаю.
– Служба у нас такая, гражданочка, – улыбнулся в ответ лейтенант. – В этом районе частенько шалить начали, машины угоняют. Вы уж будьте любезны, предъявите документики на автомобиль и поезжайте себе на здоровье.
– Нет проблем, – пожала Дама плечами и достала из сумочки документы. – Никогда не предполагала, что могу быть похожа на угонщицу автомобилей, – усмехнулась она.
– Сейчас, мадам, время такое, что уж и не знаешь, кто на кого похож. На вид человек, ангел ангелом, только что крылышек за плечами нету, а на поверку выходит – маньяк-убийца или насильник, – объяснил свою бдительность лейтенант.
– О, господи, страсти-то какие! – всплеснула Дама руками.
Молодой представитель власти внимательно посмотрел документы, попросил открыть багажник, заглянул в бардачок и наконец вернул документы обратно. Щелкнув каблуками, он снова вскинул руку к фуражке:
– Счастливого пути, мадам, еще раз извините, служба, – повторил он.
Дама села за руль и медленно выдохнула. Она похвалила себя за то, что сообразила забросить в кусты футляр с винтовкой.
«Этот ярый служака наверняка захотел бы его открыть, чересчур уж он любопытный… или опытный и хитрый! Рисковать и возвращаться не буду, черт с ней, с винтовкой, на ней моих отпечатков нет, я работала в перчатках», – подумала она и, нажав на педаль газа, рванула машину с места.
А в это самое время в кустах сидела алкоголичка лет тридцати пяти и таращилась на предмет, который так нагло приземлился прямо ей на голову и разбудил ее.
– Че за херня? – хрюкнула она и встала во весь рост.
Отряхнула замызганные штаны, пригладила взъерошенные, давно не мытые волосы и подняла с зеленого газона футляр.
– Тяжелый, – констатировала она и оглянулась по сторонам. – Эй, хто тута? – крикнула она зычным голосом. – Никого, што ль? Ну, и хрен с вами. Пойду щас загоню эту штуковину за бутылку и опохмелюсь, – пробормотала она и, выбравшись из кустов, вышла на тротуар.
Как раз в это время Вера выбежала из-за угла дома и, не успев затормозить, со всей дури врезалась в алкоголичку. Та, взмахнув руками, опрокинулась на асфальт, а Вера приземлилась на нее сверху.
– Карау-у-ул, убиваю-у-у-ут, – заголосила баба дурным голосом, беспомощно размахивая ногами и руками.
Вера вскочила с нее как ошпаренная и попыталась помочь ей подняться. Баба перевернулась, схватила футляр, уселась на него и растопырила ноги, приготовившись защищать свою находку до последнего вздоха.
– Ой, извините, я вас не ушибла? – выдохнула Вера и, увидев, на чем сидит алкоголичка, округлила глаза. Она до такой степени растерялась, что открывала и закрывала рот, не зная, что сказать и что вообще делать.
– Чевой-то с тобой? – спросила баба. – Чевой-то ты трясесси так? С похмелья, штоль.
– А вы кто? – выговорила наконец Вера и уставилась на алкоголичку с недоверием. Что-то не очень-то ей верилось, что вот это «небесное создание» может быть киллером. – Вы кто? – снова повторила она.
– Я-то? Я Варвара, местный бомонж, – хихикнула та, поняв, что это не грабитель и не убийца, а вполне приличная девушка.
– Что? Как вы сказали? – не поняла Вера.
– Бомжуем, говорю, – рявкнула баба. – Глухая, лечись, – припечатала она.
– Вы бомж? – наконец дошло до девушки, и она заулыбалась, как будто нашла свою родственницу, которая обещала ей большое наследство.
– Ага, из-под Тамбова я, из деревни Масловка, – проинформировала девушку баба и начала подниматься с асфальта, не забыв прихватить футляр. – Приехала на работу устраиваться, а вместо этого вот – на улице устроилась, – снова захихикала она. – Москвичка таперича!
– Не нашли работу? – спросила Вера, не зная, что еще сказать.
– Почему не нашла? Нашла, в кафе посуду мыла, со столов убирала, там и питалась, жила у Кольки – сторожа. А потом Колька помер, а у меня паспорт украли, и все, – развела она руки в стороны. – Без бумажки мы букашки.
– Поехали бы в свой Тамбов, восстановили бы паспорт, – дала дельный совет девушка и украдкой посмотрела на футляр, лихорадочно соображая, как бы его у этой бомжихи спереть.
– На что ехать-то? Денег нет, – развела алкоголичка руками.
– На водку находишь? – нахмурилась Вера, моментально перестав быть культурной и «выкать» этой спившейся не старой еще особе.
– На это дело, конечно, нахожу, – добродушно заулыбалась та. – На нее, родимую, я из-под земли достану! Во, гляди, с неба только што свалилось, прям на мою больную головушку. Ща загоню за литровку, опохмелюся и, считай, день прожит не зря, – хлопнула она рукой по футляру.
Вера посмотрела на футляр и спросила:
– Сколько ты за него хочешь?
– Два литра, – тут же выпалила баба, почуяв заинтересованность девушки.
– Ты же только что говорила, что за литр загонишь? – прищурилась та.
– Мало ли што я говорила, а щас передумала, – спрятав руку с футляром за спину, сказала алкоголичка. – Щас еще погляжу, что там есть, а то, можа, и за два не продам. Можа, там клад спрятанный?
– Там музыкальный инструмент, – уверенно проговорила Верочка. – У меня его из рук какой-то бандит вырвал и побежал, я его уже чуть было не догнала, а тут ты мне под ноги свалилась. Это вор его, видно, в кусты бросил… на твою больную головушку, – хмыкнула Вера.
– А почемуй-та я тебе верить должна? – насторожилась алкоголичка.
Вера торопливо залезла в карман брюк и, вытащив оттуда сто долларов, показала купюру бабе.
– А если так?
Бомжиха с проворством фокусника схватила купюру замурзанной ладошкой и, сунув футляр Вере в руку, торопливо засеменила к магазину, который работал двадцать четыре часа в сутки.
Девушка посмотрела ей вслед и пошла в ту же сторону.
В это время в ее кармане беззвучно задергался мобильник, и, включив его, Вера услышала Машин голос:
– Ну, как там у тебя дела? Ты где? Куда мне ехать? – возбужденно затараторила она.
Вера посмотрела на вывеску дома, рядом с которым стояла, и назвала адрес.
– Жди, через минуту буду, – быстро проговорила Мария и тут же отключилась.
Вера отступила в тень дома, чтобы ее не было видно, и нетерпеливо начала постукивать по асфальту ногой. Она озиралась по сторонам и очень нервничала.
«Почему киллерша бросила этот футляр? Может, она заметила, как за ней следила Машка? И куда она так быстро делась, прямо как сквозь землю провалилась? – размышляла девушка. – Впрочем, ничего удивительного нет в том, что она бросила оружие. Зачем ей такая улика?»
Вера с опаской посмотрела на черный кожаный предмет, который поставила сзади у стены, и передернула плечами:
«А вдруг она его заминировала, и он сейчас взорвется? А что, я бы на ее месте так и поступила, чтоб уж наверняка, и никаких улик!»
Вера сделала на всякий случай несколько шагов в сторону и снова со страхом посмотрела на футляр.
– А может, ну его к черту? Оставить его здесь, а милиция потом сама найдет? Нет, так тоже нельзя, ведь здесь же жилой массив, могут люди пострадать. Господи, вот навязала нам Наташка кучу проблем на головы! – простонала Вера.
Она увидела, что из-за поворота выруливает машина Марии, и со всех ног бросилась к ней. Рывком открыв дверь, она плюхнулась рядом с подругой на сиденье и быстро заговорила:
– Машка, мне сейчас такая мысль нехорошая пришла в голову… Вдруг этот футляр заминирован?
– Ты что это, с какой стати тебе пришла такая мысль в голову? – опешила Маша. – Ты эту женщину выследила? – тут же перескочила она на волнующую ее тему. – Куда она пошла? Она здесь живет или поймала машину? – засыпала она вопросами Веру.
– Понятия не имею, куда она пошла, где живет и вообще, куда она делась, – рявкнула на подругу Вера. – Ты хоть слышала, что я тебе только что сказала?
– Слышала, не глухая. Ты чего орешь, как потерпевшая? – не уступила Маша. – Говори по существу!
– А я что делаю, по-твоему? Эта баба выбросила футляр, а сама скрылась, я не имею понятия куда! Пока я до угла дома добежала, только завернула – а передо мной бомжиха выросла, как из-под земли. Ну, пока мы с ней на асфальте барахтались, я и не успела ничего. Той бабы уже нигде не было, а футляр у бомжихи оказался.
– И что?
– А то! Пришлось купить его у нее, другого выхода не было. Только я теперь жалею об этом.
– Почему?
– Говорю же, вдруг там взрывное устройство, чтобы – бум, и никаких следов! – нетерпеливо объясняла Вера. – Неужели не понятно, о чем я говорю, Машка?
– А где сам футляр-то?
– Вон, на тротуарчике стоит, рядом с домом.
– Немедленно тащи его сюда, посмотри на часы, скоро дворники начнут на улицу выползать! – закричала на подругу Мария.
– Я боюсь! Тебе надо, ты и тащи, – огрызнулась Вера. – И вообще, мне надоела эта беготня до тошноты.
Маша сплюнула и, открыв дверь, вышла из машины. Она подошла к футляру, взяла его в руки и, подняв, приложила его к уху.
– Если бы здесь было взрывное устройство, оно бы тикало, – пробормотала она и, успокоившись, побежала обратно к машине.
Бросила футляр на заднее сиденье и села за руль.
– Сейчас отъедем отсюда подальше, откроем и посмотрим, – улыбнулась она Вере. – Не дрейфь, подруга, ничего там нет, я послушала. Если бы что-то было, то оно бы тикало.
– Хорошо, если так, – недоверчиво пробормотала Вера и с опаской оглянулась на заднее сиденье.
– Сейчас мы с тобой поедем к Савинскому, – объявила Мария. – И никаких возражений на этот счет я не принимаю, – заметив недовольный взгляд Веры, предупредила она. – Наташка – наша подруга, мы не имеем права оставлять ее на произвол судьбы! Ты сама подумай, что может быть, если ее там застукают! Примут за воровку, отправят в каталажку ни за что ни про что, доказывай тогда, что они не правы. Пока разберутся, что к чему, кто прав, кто виноват, она успеет вшами зарасти в камере! У нее, между прочим, на работе полная задница, и я даже не знаю, успела она вырулить там ситуацию или нет, – без умолку трещала Мария, виртуозно управляя машиной. – Сейчас приедем на место и решим, что делать дальше и как попасть в дом.
Вера вытащила из кармана синенький квадратик и подала его Маше.
– На, прикрепи на лобовое стекло, – велела она подруге. – Без него на территорию поселка нас не пропустят.
– А что это? – поинтересовалась та, вертя в руках картонный предмет.
– Это пропуск на въезд в поселок. Как чувствовала, что пригодится, – ответила Вера.
– А где же ты его достала? – удивилась Мария.
– Из автобуса нашего стянула, после твоего звонка, – усмехнулась девушка. – Я так и знала, что придется ехать за этой алкоголичкой.
– Наташка не алкоголичка, и тебе это прекрасно известно, – начала защищать подругу Маша. – Просто она пить не умеет.
– Вот нечего было и браться, – проворчала Верочка. – Выручай теперь ее! Я даже и не представляю, как мы сможем в дом попасть, – пожала она плечами.
– Сейчас приедем и на месте все решим, – успокоила ее Мария и прибавила скорость.
Глава 12
– Дорогой, я тебе не буду мешать, даю слово, – ныла Анжелина капризным голосом. – Я свернусь клубочком у твоих ног и буду тихо спать, разреши мне остаться в твоей спальне. Ну, дорогой, очень тебя прошу, ну пожалуйста!
Она была похожа сейчас на капризную девчонку, которой отказывают в покупке очередной куклы, и девочка уже готова разразиться громким истеричным ревом с демонстрационным опрокидыванием на пол и дрыганьем ногами.
– Ну можно, дорогой? – снова спросила девушка.
– Анжелина, я же сказал, что ужасно устал сегодня, – сморщив лицо, как от зубной боли, ответил Андрей. – Иди в комнату для гостей и располагайся с комфортом. Я хочу побыть один сегодня.
Девушка подошла к нему и начала снимать с его шеи галстук-бабочку, интимно прижавшись бедром к его паху.
– Не нужно, я сам, – одернул ее мужчина и присел на кровать. – Иди, Анжелина, я тебя умоляю, у меня ужасно болит голова, – усталым голосом попросил он.
– А давай я тебе массаж сделаю, и головная боль сразу же пройдет, – не хотела отступать девушка.
– Анжелина, я же сказал, мне ничего не нужно, – повысил голос Андрей. – Не заставляй меня быть грубым с тобой. Я что, изъясняюсь на непонятном для тебя языке?
Девушка фыркнула и стремительно отошла к окну.
– У меня для тебя есть новость… – выпалила она, но договорить не успела, как из-под кровати донеслось:
Читать бесплатно другие книги:
