Скандальные желания Хойт Элизабет

Сайленс протянула руку к вешалке с платьями девочки, но после таких слов замерла, как громом пораженная.

– Ее мать… боже правый, мы совсем про нее не говорили.

– Может, она умерла. – Нелл нахмурилась. – Как вы думаете, Мик О’Коннор был женат? Я никогда ничего такого не слышала, но этот мерзавец такой скрытный!

– Я не знаю. – Сайленс сняла платья и аккуратно уложила их, а потом закрыла сундук. – В одном я уверена точно: я должна уйти и ради Мэри остаться в доме Мика О’Коннора.

– Что?! – Нелл в ужасе вскочила с кровати.

Сайленс закрыла сундук на замок и сказала:

– Мик заявил, что Мэри Дарлинг в опасности. Его враги обнаружили, где он ее прячет. Потому он забрал девочку в дом, где полно охраны. Если я хочу остаться с ней, то должна переехать к Мику.

Нелл подняла один конец тяжелого сундука и, вздохнув, проговорила:

– Но после того, как он обошелся с вами…

– У меня не было выбора, разве ты не видишь? – Сайленс взялась за другой конец, и они вдвоем понесли сундук вниз.

– А как же приют?

– Боже мой!

Сайленс остановилась и посмотрела на Нелл.

Она так сильно переживала за Мэри Дарлинг, что совсем забыла об их общем доме, о том, как ее поведение отразится на нем. За последний год им удалось найти солидных покровительниц – важных леди, для которых репутация и благопристойное поведение имели очень серьезное значение. Сиротский приют существовал в основном на их пожертвования. Если они узнают, что хозяйка заведения стала жить под одной крышей с мужчиной – с пиратом! – не обвенчавшись с ним в церкви, то даже страшно представить, какой разразится скандал.

– Нелл, – с ужасом в голосе проговорила Сайленс, – ты не должна никому говорить об этом. Мы можем придумать, что я, например, уехала за город навестить больную тетю.

– А как же мистер Мейкпис? – спросила Нелл, спускаясь по лестнице. – Ему я что должна сказать?

Сайленс споткнулась, чуть не выпустив из рук сундук. Насчет брата она тоже не подумала. Уинтер уехал по делам в Оксфорд, и его не было дома, когда исчезла Мэри Дарлинг. Утром Сайленс очень не хватало поддержки брата, но теперь она радовалась, что его не оказалось рядом. Уинтер был добрым человеком, в приюте учил детей школьным премудростям и помогал ей вести хозяйство. Но Сайленс не сомневалась, что брат без колебаний запер бы ее сейчас в комнате, только чтобы она не ушла к Мику О’Коннору.

Сайленс стало плохо при одной мысли об этом, и она принялась еще быстрее спускаться по лестнице.

– Мне очень жаль, Нелл, что тебе придется объясняться с мистером Мейкписом, но я не могу остаться. Я должна быть с Мэри Дарлинг.

– Конечно, – решительно ответила Нелл. – Я что-нибудь придумаю.

Сайленс улыбнулась ей и сказала:

– Ты ни в чем не виновата, и мой брат, конечно, не станет тебя ругать.

– Я тоже на это надеюсь, мэм.

Когда они спустили сундук вниз, Сайленс едва дышала и обливалась потом. Уинтер должен был вернуться только через несколько дней, но ей все равно было не по себе. И когда дверь на кухню неожиданно открылась, она чуть не подпрыгнула от страха.

– Я сейчас вам помогу, – заявил Гарри и направился к ней с пирогом в руке. Взяв сундук за ручку, он с легкостью закинул его на спину.

Нелл выпрямилась и, уперев руки в бока, уставилась на Гарри.

– Смотри, не урони вещи хозяйки.

– Постараюсь, – просто ответил пират.

Берт же с отвращением фыркнул. Он явно не одобрял такую покладистость друга.

Нелл перевела взгляд на Сайленс, и вдруг в ее глазах заблестели слезы.

– О мэм! – Она накрыла лицо передником и начала громко всхлипывать.

– Все хорошо, Нелл, все в порядке, – беспомощно повторяла Сайленс, пытаясь успокоить служанку.

Она не очень-то верила своим словам, но что еще ей оставалось делать? У нее тоже слезы на глаза наворачивались. В этом доме она прожила недолго, всего около года. Но именно здесь смерть мужа настигла ее, и с той поры Сайленс пришлось жить самостоятельно, а не прятаться за спиной Уильяма. Она научилась рассчитывать только на себя и приносить пользу людям. И теперь ей приходится тайком бежать из этого места. У Сайленс было такое чувство, будто земля уходит у нее из-под ног. Теперь у нее больше не было дома – только Мэри Дарлинг.

– Я вернусь, – прошептала она, хотя и не вполне верила этому.

Нелл опустила передник. По ее покрасневшим щекам струились слезы, белокурые волосы совсем растрепались. Она направилась к Гарри и ткнула ему пальцем в грудь.

– Ты, громила, береги мою хозяйку, слышишь? Если с ее головы упадет хоть один волос, будешь иметь дело со мной!

Гарри был на голову выше Нелл и в два раза шире в плечах, потому ее угроза прозвучала довольно комично. Сайленс растерянно заморгала, Берт мрачно усмехнулся, но сам Гарри отнесся к словам Нелл неожиданно серьезно. Он аккуратно взял руку Нелл своей ручищей, распрямил каждый пальчик и положил к себе на грудь, туда, где билось сердце.

– Не бойтесь, мэм, – вымолвил Гарри. – Я позабочусь о миссис Холлинбрук.

И вот уже Сайленс вышла за дверь и, подгоняемая ветром, который играл ее юбками, направилась в новую жизнь.

Чарли Грейди, более известный как Викарий из Уайтчепела, сидел за кружкой пива. Если принять во внимание то, что чуть ли не каждая капля джина, которая выпивалась в округе – да и во всем Ист-Энде, – производилась на принадлежащих ему винокурнях, его пристрастие именно к этому напитку казалось нелогичным. Но факт оставался фактом – пиво Чарли любил. А джин даже в рот не брал.

И если кто-то считал это странным, что ж… сказать ему это вслух дураков пока не находилось.

– Что ты узнал? – спросил он, наблюдая за медленно оседавшей пеной в кружке. Ему не нужно было поднимать голову, чтобы знать – перед его столом сейчас стоял Фредди и в страхе смотрел на него. Он выглядел настоящим громилой и не любил долгих разговоров, отчего казался еще глупее, чем был на самом деле.

– Сегодня он перевез ребенка в дом.

Чарли усмехнулся, но взгляд его остался тяжелым.

– Микки всегда был умным парнем. Он, наверное, здорово меня боится, раз решил забрать дочку к себе.

– Есть еще кое-что, – сказал Фредди, переминаясь с ноги на ногу.

– Да?

– К нему приходила женщина.

Чарли хрипло рассмеялся, а потом заявил:

– Да разве это новость?

– Нынешняя его подруга – не чета остальным.

Чарли оторвал взгляд от кружки и уставился на Фредди. Тот тут же отвел глаза, и по щекам у него пошли красные пятна.

– С чего ты взял?

– Она из благородных. Жила в сиротском доме, заботилась о ребенке Мика.

Чарли поднял голову, чувствуя, как натянулись старые шрамы на левой стороне лица и шеи.

– Так, а вот это правда новость. Мику ведь не очень нравятся благородные, да?

Фредди счел нужным не отвечать, и тогда Чарли глотнул пива, чувствуя в горле приятную горечь хмеля. Потом он поставил кружку и взял скрюченными пальцами левой руки игральные кости. Им уже было много лет, за это время они стали совсем гладкими, краска на них облупилась, края стерлись. Когда Чарли аккуратно метнул их, кости с тихим стуком упали на деревянный стол. Эти старые верные друзья всегда выручали его в трудную минуту.

Выпали двойка и тройка. Итого – пять. Что ж, это хороший знак. Даже очень хороший, если позволят обстоятельства.

Прошлой осенью Чарли начал наступление на Сент-Джайлз. Он хотел контролировать винокурни и в этом районе, чтобы в конце концов стать королем джина всего Лондона. Но его планы нарушил один человек, которому хватило духу поджечь собственную винокурню и отправить на тот свет половину его людей.

Кроме того, в его жизни произошло одно серьезное событие, которое в корне меняло его будущее.

– Моя Грейси умерла, мы ее похоронили. – Чарли говорил, ласково глядя на игральные кости. Порой ему казалось, что эти грязные деревяшки что-то шептали ему и даже подмигивали. – Вместе с ней умерли и силы, которые удерживали меня от мести. Ставки сделаны, и я могу только посоветовать Мику О’Коннору следить в оба глаза за теми, кто ему дорог.

Чарли почувствовал, что Фредди с ужасом смотрит на него. Он поднял голову и, глядя ему в глаза, сказал:

– Передай нашему шпиону, что он должен узнать, кем приходится та женщина Мику. Ты понял? Тогда свободен.

Глава 2

«Конечно, у короля был замок, а вокруг него – большой и красивый сад. Каждое утро король обходил его и смотрел на фруктовые деревья, которые были его главной гордостью и счастьем в жизни. Но вот однажды во время прогулки он подошел к любимому вишневому дереву и с ужасом увидел, что вокруг него лежала куча косточек…»

Из «Умника Джона»

Когда Сайленс вместе с Бертом и Гарри добрались до роскошного дворца Мика О’Коннора, уже начинало темнеть. Как только они вошли внутрь, то сразу услышали истошные вопли.

Сайленс сразу поняла, кто кричит.

Прыгая через ступеньку, юная женщина понеслась вверх по лестнице, несмотря на предостерегающие крики Гарри за спиной. Вопли становились тем громче, чем выше она поднималась. Оказавшись перед входом в главный зал, Сайленс толкнула тяжелые дубовые двери и помчалась мимо охранника по имени Боб к Мику О’Коннору, который никак не мог сладить с плакавшей Мэри Дарлинг.

Неудивительно, что она так заливалась! Мик не пытался ее успокоить, а держал на вытянутых руках подальше от себя, как будто она была не его дочерью, а вонючим ночным горшком.

Увидев приемную маму, Мэри перестала визжать, но слезы так и катились градом у нее из глаз. Лицо у малышки покраснело и распухло, ее всю так и трясло от рыданий. Сайленс сразу стало понятно: Мэри Дарлинг плакала уже очень долго. Выхватив девочку из рук Мика, она стала целовать ее мокрые щечки, шептать на ухо всякие ласковые слова. А потом повернулась к хозяину дома и с осуждением посмотрела на него.

– Что тут случилось? – спросила она.

– Не надо на меня так смотреть. – О’Коннор шутливо поднял вверх руки. – Я и пальцем не трогал эту змеюку, а она все выла, как бешеная собака.

– Следи за словами! – воскликнула Сайленс и прикрыла малышке уши руками.

Мик злобно нахмурился. Его лицо на минуту потеряло всю свою привлекательность.

– Она начала визжать в тот же миг, как ты ушла. Это какой-то поросенок, а не девочка, вот что я тебе скажу. Я чуть не оглох от нее.

– Что ж, значит, ей тут плохо. – Сайленс спрятала личико девочки у себя на груди и еще крепче обняла ее дрожащее тельце. – Наверное, ты ей не нравишься, вот и все.

– Мне она тоже не нравится, – фыркнул Мик, – и это точно, без всяких там «наверное».

Сайленс удивленно посмотрела на него.

– Но это же твоя дочь!

– Ну и что теперь? – Мик изогнул губы в сардонической улыбке. – Ее мать была шлюхой, к которой я ходил всего-то одну неделю. А про девчонку узнал, только когда та девка умерла и оставила записку, что я – отец Мэри. Ко мне пришла хозяйка публичного дома и принесла младенца, только сначала затребовала за него гинею. Откуда мне знать, может, ее мать соврала, и твоя любимица – вовсе не моя дочь.

Сайленс гладила мягкие локоны девочки. Она была в ужасе от его слов.

– Ты действительно так думаешь?

– Я думаю, что все это не имеет никакого значения. – Он пожал плечами и отвернулся. – Дочь она мне или нет, люблю я ее или ненавижу, но Мэри Дарлинг теперь моя, и я советую тебе хорошенько это запомнить. А теперь будь хорошей девочкой и иди за мной, я хочу показать твою комнату.

Мик пошел к дверям, как будто действительно считал, что она безоговорочно последует за ним, как «хорошая девочка». Будь у нее выбор, Сайленс осталась бы на месте. Но Мэри Дарлинг так устала, что почти заснула у нее у груди, и потому она последовала за этим отвратительным человеком. Замыкали процессию Гарри и Берт, которые несли ее вещи.

Они прошли через дубовые двери, которые Боб услужливо ринулся открывать перед хозяином. Мик не обратил на него никакого внимания и без задержки направился дальше. Сайленс же остановилась, благодарно кивнула охраннику и лишь потом побежала догонять пирата.

Мик О’Коннор пересек короткий коридор, прошел еще через одну дверь, ведущую в заднюю часть огромного дома. Перед ней тоже стоял плечистый охранник. Покрытые золотой парчой стены и мраморные полы закончились, но это не означало, что вторая половина дворца выглядела бедно. Резные деревянные панели сияли от пчелиного воска, а на полу лежали толстые ковры. Мик пошел вверх по лестнице, Сайленс – следом, хоть скорость и была для нее слишком велика. Едва дыша, она пыталась не думать о том, что однажды Мик уже вел ее за собой по этим коридорам. Его сапоги тогда точно так же стучали по полу, в воздухе витал запах навощенных деревянных панелей. Сайленс постаралась забыть о той ночи, но сейчас воспоминания нахлынули на нее, и она почувствовала, что тонет в них с головой.

Уильяма, ее дорогого мужа, обвинили в краже груза с корабля. Хотя на самом деле груз забрали пираты во главе с Миком. И тогда Сайленс пришла к нему, чтобы просить о пощаде. Это был храбрый, но очень глупый поступок. Она умоляла о милости самого настоящего волка, забыв о том, что зверям неведомо милосердие.

О’Коннор сказал, что отдаст товар, но только если она согласится провести с ним ночь. Сайленс помнила, как Мик тогда встал с трона и повел ее через запутанные коридоры в комнату, где никто не мог помешать ему сделать с ней все, что захочется.

Сайленс также очень хорошо помнила, как ее трясло от страха. Она была совсем неопытной в таких делах, и воображение рисовало ей ужасные картины насилия. Но Мик привел ее в роскошную спальню, усадил у камина и приказал подать им ужин. Слуги принесли необыкновенно вкусные и красивые блюда – сладости, колбасы, экзотические фрукты. Мик настоял, чтобы она отведала всего, хотя в тот момент ее тошнило от одной мысли о еде.

После этого он попросил ее лечь на огромную кровать, снял с себя рубашку… и сел в таком виде читать какие-то письма у камина, не обращая на нее никакого внимания. Сайленс помнила, как в итоге не выдержала и, сев, спросила:

– Что ты делаешь?

Мик удивленно глянул на нее. В тот момент пляшущие тени от огня на его лице придавали ему дьявольский вид.

– Ничего. А что я, по-твоему, должен делать?

– Тогда зачем ты привел меня сюда?

Он зловеще улыбнулся. Так бы скалил зубы волк, перед тем как впиться в горло оленю.

– Что ты скажешь мужу, когда вернешься завтра в его объятия? – спросил он.

– Конечно, правду: что мы поужинали вместе, но потом ничего не случилось.

– И он поверит тебе?

– Конечно! – Сайленс разозлилась. – Уильям любит меня.

– Да, – кивнул Мик, – если любит, значит, поверит.

Его слова прозвучали как проклятие. И в тот момент, сидя на роскошно убранной кровати, Сайленс задрожала от нехорошего предчувствия. Радость от того, что Мик не тронет ее, погасла.

Утром Мик О’Коннор приказал ей расстегнуть вырез платья так, чтобы грудь была почти обнажена. Потом он вынул шпильки из ее волос, разметал их по плечам и заставил поклясться, что она пойдет в таком виде домой.

Сайленс выглядела как одна из тех шлюх, что делили с Миком постель. Ей было невероятно тяжело брести мимо спящих домов Сент-Джайлза, пока вслед ей кричали непристойности настоящие проститутки, которые возвращались домой после работы. В конце улицы она увидела сестру, Темперанс, которая от волнения не спала всю ночь и всюду ее искала. Сайленс упала ей на плечо, думая, что самое страшное осталось позади.

Но она ошибалась. Прогулка в полураздетом виде оказалась не самым ужасным событием по сравнению с тем, что случилось потом. Ее репутация погибла. Ей никто не поверил: ни брат, ни Темперанс, ни мясник за углом, ни соседи.

Не поверил ей и любимый муж. Он, как и все остальные, решил, что Мик в ту ночь овладел ею. После этого Уильям не мог даже смотреть на нее. Он отворачивался от нее, как будто перед ним была не жена, а отвратительный монстр, и вскоре отправился в море с очередной партией товара. Уильям стыдился ее, и когда Сайленс смотрела вслед уплывавшему кораблю, который увозил дорогого мужа, слова Мика эхом звучали в ее голове: «Если любит, значит, поверит».

А через полгода корабль Уильяма пропал.

Сайленс тряхнула головой, пытаясь вернуться в реальность. Они как раз проходили мимо этажа, где находилась спальня Мика. Ей тут же бросились в глаза знакомые дубовые двери с позолотой. Сайленс поспешно отвернулась и пошла дальше, на следующий этаж, где остановилась рядом с Миком перед первой дверью в коридоре. Хозяин открыл ее, и Сайленс увидела уютную спальню с бело-розовыми стенами. Она зашла внутрь и изумленно остановилась посередине. Действительно, комната была хороша. В центре находилось ложе с балдахином, украшенным вышитыми цветами. Кроме того, там была кроватка поменьше с защитными бортиками, которая, конечно, предназначалась для Мэри Дарлинг. Перед камином можно было посидеть на небольшом диванчике. В общем, комната была очень милой и выглядела чрезвычайно странно в этом пиратском логове.

Пока она оглядывалась, Гарри уже поставил сундук на пол, а Берт понес кресло за дверь, чтобы было на чем сидеть охраннику.

Сайленс повернулась к Мику и спросила:

– А кто обычно здесь живет?

Он оперся плечом о каминную полку и окинул взглядом спальню.

– Никто, моя дорогая. А ты уже решила, что я держу тут под замком толпу девственниц, чтобы удовлетворять свои самые тайные желания?

– Я просто спросила, – ответила она, чувствуя, что краснеет.

– Не беспокойся. Эта комната – только для тебя. – Мик приподнял одну бровь, отчего его лицо опять приняло дьявольски-хитрое выражение. – У тебя еще есть вопросы?

– Ну… нет.

– Тогда я пойду, а ты располагайся как дома. Ужин ровно в восемь вечера. Гарри тебя проводит. – Он выпрямился и быстро пошел к выходу, даже не глянув в ее сторону.

Сайленс недоуменно проводила его взглядом.

– Вот невежа, – пробормотала она, когда за ним тихо закрылась дверь.

Вдруг со стороны детской кровати донесся какой-то звук. Сайленс повернулась и только сейчас заметила сидевшую рядом с ней совсем еще юную девушку. Гарри, стоявший позади Сайленс, с шумом прочистил горло и заявил:

– Это Финелла, ей велено помогать вам с ребенком.

– Здравствуйте, мэм. – Финелла встала и неловко присела в поклоне. На вид этой симпатичной девушке не больше восемнадцати лет. Ее бледная кожа была усеяна веснушками, лицо обрамляли непослушные завитки волос приятного светло-рыжего цвета, которые явно не могли укротить никакие шпильки.

– Миссис Холлинбрук останется здесь с девочкой, – сказал Гарри. – Это распоряжение самого хозяина, так что слушайся ее во всем. Тебе понятно?

Финелла кивнула в ответ. Видимо, наставления такого громилы лишили ее дара речи.

– Ну ладно, – произнес Гарри после неловкой паузы. – Я… я пойду, пожалуй. Хозяин приказал, чтобы мы с Бертом охраняли вас, пока вы будете жить тут, миссис Холлинбрук. Так что если вам что-нибудь понадобится, просто позовите нас. Мы будем за дверью. – И Гарри вышел.

Сайленс хмуро глянула на дверь и заявила:

– Иногда мужчины кажутся мне такими идиотами.

Финелла удивленно захихикала, но тут же прикрыла рот рукой. Сайленс глянула на девушку. Похоже, той и в голову не могло прийти, что кто-то способен говорить такое о Гарри или о Мике О’Конноре, могущественном короле пиратов.

– Малютка совсем без сил, – сказала Финелла, кивая на Мэри Дарлинг, крепко спящую на руках у новой хозяйки. В ее голосе явно слышался ирландский акцент.

– Это правда. – Сайленс пошла к детской кроватке и осторожно в нее опустила девочку. Она на минуту задержалась, думая, что Мэри сейчас заворочается и откроет глаза. Но малышка так устала после многочасового плача, что и не думала просыпаться.

Сайленс выпрямилась и пошла к камину. Финелла направилась следом за ней.

– Ты присматривала за Мэри, пока меня не было? – спросила она девушку.

– Да, – робко ответила служанка. – Малышка прямо обезумела, когда не нашла вас в зале. Но Мэри – милая девочка и очень похожа на нашего хозяина.

– Это точно. – Сайленс села на диван. С того мгновения, как она обнаружила пропажу Мэри, у нее не было ни минуты покоя. От усталости она не чувствовала ног. – Ты тоже будешь жить в этой комнате?

– О нет, мэм! – От страха глаза у Финеллы стали огромными, как блюдца. – Как можно! У меня есть свое место на чердаке, в комнате, где спят остальные служанки. Но сегодня хозяин сказал, что я должна буду перейти вот туда. – И она указала на маленькую дверь в стене.

– Да? – Сайленс встала и открыла ее. Там была крошечная спальня, куда влезла только кровать. Для шкафа места не нашлось, одежду нужно было вешать на крючки. Конечно, эта комната не шла ни в какое сравнение с той, куда Мик поселил ее и Мэри Дарлинг.

Сайленс вернулась и опять села на диван. Она с любопытством глянула на девушку и спросила:

– Когда ты начала работать у мистера О’Коннора?

– Чуть больше месяца назад. – Финелла вдруг густо покраснела. – У меня… тут живет один друг.

Судя по ее смущенному виду, другом был мужчина.

– Это, конечно, не Гарри?

– О нет, мэм! – Финелла прыснула от смеха.

– А может, это сам мистер О’Коннор? – спросила Сайленс. Ей вдруг стало нехорошо. Неужели он послал свою любовницу следить за ней?

– Боже правый, конечно, нет. Дамы, которые развлекают хозяина, все такие красавицы, настоящие принцессы. Я им в подметки не гожусь.

– Понятно. – Сайленс встала и пошла к сундуку.

Итак, она оказалась в полной власти негодяя, для которого женщины были куклами, годными лишь для развлечения. Сайленс не хотела себе такой участи, но она боялась не за себя, а за будущее Мэри Дарлинг. Мик опять взял над ней верх. На мгновение Сайленс запаниковала. Ей стало трудно дышать, комната закружилась перед глазами.

– С вами все в порядке, мэм? – донесся до нее голос Финеллы.

Сайленс подняла голову. Маленькая служанка участливо смотрела на нее.

– О да. Я просто устала.

Юная женщина стала выкладывать вещи. И пока ее руки работали, Сайленс решила для себя, что хоть она опять попала в дом к Мику О’Коннору, на этот раз все закончится не так, как год назад. Сайленс покажет королю пиратов, что у нее есть и разум, и стойкость.

Больше она не станет беспрекословно слушаться его.

Вечером, раскладывая на столе огромную карту, Мик думал о том странном чувстве, что он испытывал сейчас, когда Сайленс поселилась у него дома. В основном оно состояло из любопытства, еще, конечно, там была похоть, но откуда пришло это странное ощущение настороженности, даже неловкости?

Ведь появление Сайленс не было для Мика неожиданностью. Вот уже год, как он замышлял заманить ее к себе. Хотел, чтобы она опять оказалась в его доме – и в его власти. Сначала это был каприз. Когда он увидел пищащего младенца на руках у жадной сутенерши, то сразу понял, что его придется спрятать от Викария. И тогда ему вдруг пришла мысль отдать ребенка в приют добродетельной миссис Холлинбрук. Может, только так он мог заполучить каплю той белоснежной чистоты, которой Сайленс ослепила его в первую их встречу.

С помощью ребенка украсть то, что сам получить так и не смог. Привязать к себе Сайленс, используя силу материнской любви.

И теперь, когда его план удался, ему следовало бы упиваться заслуженной победой, не так ли?

Но вместо этого у него на душе скребли кошки. И Мик не понимал, почему так себя чувствовал.

– Она вроде всем довольна. – Гарри задумчиво сморщил широкое некрасивое лицо, как будто сомневаясь, уместно ли здесь слово «довольна». – Я оставил ее с Финеллой.

Мик хмуро глянул на пирата и разгладил карту, лежавшую перед ним на широком позолоченном столе. По слухам, его везли для королевского двора. Но это было до того, как Мик напал на корабль и потребовал от капитана отдать ему стол, потому что тот пытался обсчитать его при дележе добычи. Что ж, тем приятнее ему теперь видеть эту роскошную вещь у себя в кабинете.

– Ты оставил ее одну? – спросил Мик. Он ни на минуту не забывал, что Сайленс находится в опасности и ее нужно охранять.

– Нет, – торопливо ответил Гарри, – перед дверью дежурит Берт.

– Хорошо. Я хочу, чтобы вы двое глаз не спускали с миссис Холлинбрук и моей дочери. Охраняйте их как положено, ясно? – Мик уперся обеими руками о стол и опять склонился над картой. – Где этот третий док, о котором ты говорил? – спросил он третьего мужчину в зале.

– Вот тут. – Бран Кэвэно указал пальцем на место в нижнем течении Темзы. – Ходят слухи, что хозяева в долгах. Так что продадут задешево.

Бран увлеченно склонился над картой, отбросив обычную маску невозмутимости. С Миком он работал уже больше шести лет. На вид ему было около двадцати, светлые волосы парень собирал в хвост на затылке. От его голубых глаз многие девушки теряли голову, и это очень смущало Брана – ведь он всегда был таким серьезным.

Кроме тех случаев, когда в его голове зарождалась очередная идея.

Мик внимательно посмотрел на место, куда указал Бран, и спросил:

– Что ты предлагаешь сделать?

– Мы можем купить док и брать плату с кораблей, – тут же ответил Бран. Похоже, он уже давно обдумывал этот план. – Или потом продать подороже. Будет как страховка на случай тяжелых времен.

– Мм-м, – пробормотал Мик. Он не говорил Брану, что такая страховка у него уже была. – Твой план мне нравится.

– Значит, ты купишь его? – улыбаясь, с надеждой в голосе спросил парень.

Мик вздохнул. Он не хотел разочаровывать Брана, но дело было превыше всего.

– Если я начну покупать доки и другие серьезные вещи, мне придется нанимать кучу людей, чтобы управлять ими. В итоге расходов может быть больше, чем доходов.

Бран перестал улыбаться. Парень еще не научился скрывать эмоции.

– Если мы не сработаем быстро, то док продадут другим. Мы потеряем выгоду, а другого такого случая может еще долго не представиться.

– Если я поспешу, то тоже потеряю деньги. Мысль хорошая, Бран, однако я должен ее обдумать.

– Но…

Мик строго глянул на парня. Тот замолчал, и главарь пиратов сказал:

– Кроме того, сейчас мне надо разобраться с Викарием.

Бран отвернулся и произнес:

– Как вам угодно.

– Да, мне так угодно, – спокойно подтвердил Мик, сворачивая карту. – Что нового ты узнал?

– Я видел людей Викария сегодня днем. Они рыскали вокруг приюта после того, как оттуда ушла миссис Холлинбрук. Так что я думаю, вы вовремя забрали ребенка.

– Они что, совсем не скрывались?

– Совсем, – ответил Бран. – Люди Викария вконец обнаглели. Ходят по Сент-Джайлзу группами по четыре-пять человек и плюют на все.

– Пошли они к дьяволу, – прорычал Мик. – Это мой округ, и я вышвырну отсюда ублюдков Викария. – Он перевел дыхание и добавил: – И все же интересно, откуда ему стало известно о ребенке.

– За девочкой ведь следили наши люди, – напомнил Бран.

Мик посмотрел на Гарри, но тот кивнул, подтверждая мысль парня, и сказал:

– Они и навели Викария на ребенка.

Мик скрипнул зубами. Ему не нравилась мысль, что из-за его ошибки враги обнаружили, где жила Мэри Дарлинг. Но не следовало забывать и о другом варианте: его мог предать кто-то из своих.

– Итак, он знает, что ребенок сейчас у меня, – медленно проговорил Мик.

Бран мрачно кивнул. Мик вздохнул и сказал:

– Ну, я никогда не делал из этого большого секрета. Викарий понимает, что ему придется напасть на нас, чтобы заполучить Мэри Дарлинг. А на такой шаг он вряд ли когда-нибудь решится. – Мик посмотрел на Брана. – Что ты узнал о самом Викарии?

– Его день и ночь охраняет с десяток парней, – ответил тот. – Так что защищен он лучше вас. Трудно будет до него добраться, это я вам точно говорю.

– Но мы должны это сделать, – сказал Мик. – Сейчас весна, значит, зерно для винокурен Викарию доставать все труднее. Надо узнать, у кого он его покупает. Я предложу этим торговцам хорошие отступные, чтобы они перестали продавать зерно Викарию.

– Хорошо. – Бран замешкался, но потом, собравшись с духом, все-таки спросил: – Но я не понимаю, почему вы с ним враждуете? Он собирает дань с винокурен, мы – с реки. Получается, что мешать друг другу вы никак не можете.

Мик сразу вспомнил печальные карие глаза. И голос с ирландским акцентом, ласково зовущий его по имени.

Он поморщился, отгоняя воспоминания, и сказал:

– У меня к нему личные счеты. Тебе о них знать не стоит.

– Ясно, – проговорил Бран, хмуро наблюдая за тем, как Мик убирает карту. – У вас там свои обиды, но вы поймите: времени на этого Викария у нас уходит куча, а взамен-то мы денег не получаем.

– Да, ты прав, – сказал Мик. – Но пока я никак не могу оставить это дело. Если бы ты знал, сколько горя мне причинил этот человек, то понял бы меня.

– Тогда надо просто убить его, и дело с концом. – В огромных голубых глазах юноши не было ни капли жалости.

– Я бы так и сделал, но ты же сам сказал, что у него куча охранников. – Мик задумчиво побарабанил пальцами по столу, а потом объявил окончательное решение: – Нет, лучше мы пойдем окружным путем. Лишим его зерна, остановим винокурни, и тогда Викарий сам уберется из Сент-Джайлза. А пока можно погонять его людей, чтоб они окончательно не обнаглели.

Страницы: «« 123456 »»

Читать бесплатно другие книги:

Случалось ли вам видеть большую разницу между тем, как компании на деле принимают важные стратегичес...
Искусство полемизировать – ценное качество, необходимое как в деловой, так и в семейной жизни каждом...
Сборник рассказов о лесных жителях – забавных зайчиках. Включает в себя рассказы признанных мастеров...
Сборник рассказов о пушистых кошечках. Включает в себя сказку Редьярда Киплинга «Кошка, гулявшая сам...
Повесть «Фол» вошла в финальный список литературной премии «Русский Декамерон» (2003). Написана в ре...
Кто такая Тряпичная Энн? Это кукла, сшитая из цветных лоскутков и набитая ватой. Она пришла к нам в ...