Спор на 10 поцелуев Иванова Вера
Марина подошла поближе, внимательно всмотрелась в лицо девочки.
– Ты неправильно красишься! – вырвалось у нее. Она тут же пожалела об этих словах – пусть бы и красилась так, как сейчас! С такой физиономией она – настоящее пугало, истинный «кошмар». Но было поздно, слова сказаны, их не вернуть.
– Почему? – растерянно переспросила Лена. Она поднесла к лицу зеркальце и принялась крутить головой, недоуменно изучая свое отражение.
– Линии под глазами жирные и неровные, и тушь на ресницах комками лежит. Вульгарно и грубо. К тому же через час это все потечет, и ты будешь выглядеть, как… как женщина легкого поведения.
– Да? – Лена расстроилась. – А мне казалось, ничего…
– Это у тебя от неопытности. Многим так кажется, когда они первый раз дорываются до косметики, – авторитетно заявила Марина. – Это твое? – показала она на тушь и тени.
– Не-а. У Ольки взяла, – Лена краснела все больше и больше. – А это – у Липы.
– Тебе не с этого надо начинать, а с маскирующего карандаша. Знаешь, как смотрятся накрашенные глаза по соседству с прыщами? И одета ты не фонтан. У тебя что, только одни джинсы и футболка на все случаи жизни?
– Еще шорты и спортивный костюм, – потупилась Лена.
– А из обуви? Что-нибудь, кроме этих кроссовок?
– Только кеды… и сапоги резиновые.
«Сапоги резиновые! О чем только она думала, когда в лагерь отправлялась? Она что, на дискотеку собиралась в сапогах резиновых ходить?!»
– Ты бы еще валенки прихватила! – не сдержавшись, хихикнула Марина. – Ты, наверное, с одним рюкзаком сюда приехала?
– Ага, – Лена выглядела убитой и несчастной. – Но я же не предполагала, что… что…
«Что тебе захочется понравиться парню», – мысленно закончила за нее Марина.
– Ну, ладно. Что-нибудь придумаем. Пойдем в комнату, у нас там полно всего, подберем тебе подходящий прикид.
– Я… я не могу. Девчонки засмеют.
Марина чуть было не ляпнула: так тебе и надо! Но вовремя сдержалась. Терять с Леной контакта сейчас ни в коем случае нельзя.
– А ну-ка, встань! – скомандовала она. – Покрутись. – Она принялась внимательно осматривать Лену. – Так… наверху и в бедрах ничего, стройненькая, тридцать восемь примерно. Это наш сорок четвертый, – пояснила она в ответ на удивленный взгляд Лены. – А какой у тебя размер ноги?
– Тридцать девятый, – вздохнула Лена.
– Да, не Золушка. Но не переживай, у меня самой тридцать восемь с половиной. Жди тут, я сейчас приду!
Она схватила анкету и побежала в комнату – времени до дискотеки оставалось совсем немного.
Девчонки встретили ее радостными криками.
– Семечка, ты гений! Где ты ее откопала? – Они наперебой вырывали у нее из рук тетрадку.
– Места надо знать! – улыбнулась Марина. – Ромашка, у тебя, кажется, серая подводка была? Ты не дашь мне?
– Бери, конечно.
– Птичка, и твои асфальтовые тени с блестками я возьму, хорошо? Липа, а ты свою блузочку серебряную не будешь надевать?
– На, держи! – Надя перекинула Марине маленький блестящий комок.
– Девчонки, у кого-нибудь есть свободная юбка или брюки?
– Черные бриджи устроят? – подала голос Птичка.
– Давай! И еще бы какие-нибудь босоножки приличные… Ни у кого нет?
На этот раз ответом ей было молчание. Марина, поколебавшись, вытащила из-под кровати сумку со своими вещами и выудила оттуда пару легких серебряных босоножек. «Придется отдать их Ленке! – с сожалением подумала она. – Ничего не поделаешь, мне самой сегодня вряд ли придется танцевать, можно и в кроссовках остаться». Она прихватила заодно оттеночный рыжий лак с блестками и, схватив вещи в охапку, помчалась в холл к Лене.
– Раздевайся! – скомандовала она, бросив всю кучу на журнальный столик перед телевизором.
– Как, прямо здесь? – Лена, покраснев, оглянулась.
– А где еще? – удивилась Марина. – Да ладно, чего стесняешься, тут же никого нет!
– Пойдем лучше в туалет!
Девчачий туалет располагался на противоположном конце коридора. Туда-то и направились сообщницы.
– Надевай вот это, – Марина протянула Лене одежду. – И вот эти босоножки, – со вздохом закончила она.
– А может, сначала накрасимся? Вдруг Зубочистка нас засечет?
– Эх, деревня ты, деревня! Сапоги резиновые! Да разве можно краситься перед тем, как оденешься?
– А разве нельзя? – искренне удивилась Лена.
– А ты попробуй как-нибудь – только не сейчас! – натянуть обтягивающий топ или кофточку через раскрашенную морду. У тебя же вся одежка перепачкается! А знаешь, между прочим, как это трудно отстирывать? Особенно фирменную тушь и помаду, – со знанием дела поучала Марина.
Лена, быстро раздевшись, принялась натягивать принесенные Мариной вещи.
– Как влитые! – восхитилась «модельерша», разглядывая «манекен». – А у тебя фигурка очень даже ничего, – пробормотала она, качая головой. Под ее руководством Шувалда получилась что-то уж слишком привлекательной. А вдруг Зуев по-настоящему «западет» на нее? Ну, ладно, мы ей сейчас такую боевую раскраску наведем, что его сразу отметет куда подальше.
За всеми преддискотечными проблемами Марина совсем забыла о собственных делах, но потом вдруг с удивлением поняла, что совсем, ни капельки, не волнуется. Хотя, по идее, должна была бы – ведь скоро произойдет самое главное: первая встреча Зуева со своим «идеалом» и «кошмаром». Сработает или не сработает Пашин план? Оценит ли Петя ее внешность? Заметит ли сдержанные манеры? Странно, но ни тени сомнения не было в душе у Марины. Конечно, оценит! Непременно заметит! Паша обещал, что все будет в порядке, значит, так и получится!
Она не знала, что так хорошо организованное Пашей предприятие было на грани срыва. И только из-за того, что Петя Зуев, кумир стольких девчоночьих сердец, предмет обсуждения во всех без исключения отрядах, ну никак, ни в какую не желал идти на дискотеку! Остальные парни, ради столь важного случая как никогда чистые, причесанные и принаряженные, уже давно вышли из корпуса, и только Паша все еще безуспешно пытался уговорить Петю.
– Ненормальный! Настоящий псих! Не пойти на дискотеку, самое главное лагерное развлечение! – Паша крутил пальцем у виска и тяжело вздыхал.
– Не собираюсь я светиться на всяких там танцульках! – Петя безразлично пожимал плечами. – А развлекаться можно и по-другому. Спортом заняться, например.
– Спортом? Прямо сейчас? На ночь глядя? – вопрошал Паша, кругами бегая по комнате. – Почему, ну почему ты отказываешься? Ты можешь мне объяснить?
– Конечно! Через несколько дней начинается чемпионат лагеря по футболу, я должен как следует высыпаться, чтобы быть в форме, – Петя лежал на покрывале и что-то рисовал в тетрадке.
– Так ты что же, спать собираешься?! – возмущению Паши не было предела. – Так сразу и ляжешь, когда мы уйдем?
– Ну, не сразу, конечно. – Петя не отрывался от своего занятия, сосредоточенно выводя на тетрадном листе какие-то загогульки. – Покумекаю, кого куда из пацанов раскидать. В целом я уже решил, мини-футбол – это не большой, всего пять человек определить надо. Два нападающих, один полузащитник, два в защите. Но дальше у меня затык, глобальная проблема. Никто не хочет на воротах стоять! Гуру, хоть на минуту забудь про дискотеку и помоги гибнущему другу! Ты у нас все знаешь! Что мне делать?
– А Кила спрашивал? – Килом прозвали рыжеволосого Ваню Килиянчука.
– Спрашивал! Отказался. Говорит, что он нервный слишком, неуравновешенный, ему гол забьют, а он в морду даст без предупреждения. Нас из-за него вообще с соревнований могут снять!
– Акуле предлагал?
– Тоже отказался. Да я и сам понимаю, что ему на ворота – нельзя, он слишком активный и долго там не устоит, будет все время выбегать. Я даже Симону предлагал. Так он меня знаешь куда послал? Я от него никак не ожидал. Пашк, мне бы хоть кого-нибудь! Только бы дыру в воротах заткнуть! Мы его прикроем, у нас команда – будь спок, он может просто стоять, семечки щелкать или журнальчик почитывать. Ну хоть кто-нибудь бы согласился, а? А про дискотеку и не говори мне ничего! Пока не решу проблему, даже и с места не сдвинусь.
Паша закусил губу в бессильном отчаянии. Как растопить эту ко всему безразличную глыбу льда? Похоже, он ни о чем другом думать не может, кроме своего футбола! Неужели их с Мариной гениальный план в первый же день потерпит крах только из-за того, что Зую некого поставить на ворота?
И вдруг… Очередная гениальная мысль посетила Пашу, как всегда, внезапно и в самый нужный момент.
– Слушай! Я, кажется, придумал! – Просияв, он поднял вверх палец – извечный жест человека, сделавшего великое открытие. – На ворота встану я! – Он гордо выпятил грудь и направил кончик вздернутого носа к потолку.
– Ты?! – Петя оторвался от записей и изумленно посмотрел на приятеля. – Ты – на ворота? Да тебя же первым ударом снесет, к сетке припечатает! Ох, извини… Я не то хотел сказать. Просто я не знал, что ты умеешь играть в футбол.
«Я тоже не знал», – про себя вздохнул Паша. Пете же он ответил:
– Футбол – это моя самая любимая игра. Исключая шахматы, конечно.
Он не соврал, хотя бы просто потому, что, кроме шахмат, ничего другого не умел.
– Тогда просто отлично! – Петя радостно соскочил с кровати, чтобы хлопнуть приятеля по плечу. – Значит, будем в одной команде!
– Я завтра встану в ворота, но только в одном случае, – остановил его Паша. Он чувствовал, что теперь его черед диктовать условия.
– Ну? Говори! Для своего вратаря я что угодно сделаю!
– Да? И даже пойдешь сегодня на дискотеку?
– Ах ты… – Петя стащил с кровати подушку, кинулся за Пашей. – Ах ты, хитрован!
– Ладно, ладно, утихни, – смеясь, уворачивался от ударов тот. – Иди лучше на танцульках энергию расходуй.
– Ладно, уговорил. – Петя бросил подушку обратно на кровать, наспех пригладил волосы. – Я готов! Пошли!
– Как! Ты прямо так и пойдешь? – Паша критически оглядел Петю. – Прямо вот в этих спортивных штанах с протертыми коленками и в рваной потной футболке?
– А что? – искренне удивился Петя. – Я должен ради тебя еще и марафет наводить? Или ради девчонок? Ничего, и так сойдет! Может, это хоть какую-нибудь отпугнет, а то и так не знаю, куда от них деваться. Все равно как мухи налетят, хоть я в валенках и тулупе появлюсь. Да не дрейфь ты, я проверял! – Хлопнув Пашу по плечу, Петя подтолкнул его к двери.
Глава 9
Дискотечные страдания
В наступивших сумерках ярко освещенная танцплощадка казалась волшебной бригантиной, отправляющейся в дальние странствия. Вожатые и педагоги вышли на боевые посты, рассевшись на лавочках, ближайших к левому борту «судна». За беззаботными и веселыми разговорами они скрывали напряжение и готовность разогнать эту шайку-лейку при первом же скандальном эксцессе. Каждый из воспитателей бдительно следил за «своими», отнимая то вдруг появляющиеся в руках пачки сигарет, то банки с пивом. По правому борту, среди лип и рябин, расселись повара и другие работники столовой, к ним же присоединился медпункт в полном составе – врач, медсестра и нянечка.
Экипаж и пассажиры «романтического судна», разодетые в лучшие наряды девчонки и парни, стояли кучками вдоль ограждения, возбужденно переговаривались, хихикали и переглядывались. Гремела музыка, но в центре площадки было пока пусто – ждали диджея Васю Быстрова, который по традиции всегда открывал первую лагерную дискотеку.
Марина и Лена держались особняком – бывшая гордячка теперь тенью следовала за наставницей (можно сказать, как спортсменка за тренером), готовая выслушивать новые и новые указания. Марина не возражала – ей тоже было удобнее, когда «кошмар» находился рядом: так выгоднее оттенялись преимущества «идеала». Обе нервничали, их волновало отсутствие Пети Зуева. «Почему его нет? – гадали безутешные страдалицы, обратив лица к корпусу пятого отряда. – А вдруг не придет?» Каждая из них втайне страшилась, что все тщательные сегодняшние приготовления пропадут даром. Хотя для Марины все шло очень даже неплохо – неожиданно случилось еще кое-что, приблизившее Лену к «кошмару», а ее, Марину, к «идеалу».
Когда перед самой дискотекой они наводили в туалете последние штрихи, Лена, оглянувшись по сторонам, достала из кармана мятую пачку и вынула оттуда сигарету.
– Ты куришь? – поразилась Марина.
– Да нет вообще-то. Только иногда затягиваюсь, когда нужно расслабиться. Закурим?
– Я не курю, – пожала плечами та. Это было правдой. Марина на самом деле не курила, причем по принципиальным соображениям: ее мама-врач с детства внушила ей, что в городе с такой плохой экологией, как Москва, курить не просто вредно, а глупо и преступно. «Если бы ты знала, какая дрянь оседает у нас в легких! Они же просто черные от грязи и пыли, почти окаменевшие». Мама Марины знала, о чем говорила: она была хирургом-пульмонологом и видела легкие москвичей каждый день на операциях. Чтобы ее не сочли «белой вороной», Марина начала курить в седьмом классе, но тут же и бросила, не желая добавлять в свой организм дряни помимо городского смога.
Лена закурила, затянулась только раз, потом затушила сигарету и выбросила ее.
– Все! Хватит на сегодня. Думаю, я уже в порядке.
«Как же, как же! – скептически усмехнулась Марина. – В порядке! Знала бы ты, что творишь. Накрасилась, куришь… Ты не можешь сделать больше, чтобы оттолкнуть его!» Но она ничего не сказала.
А охваченной волнением Лене даже не пришло в голову поинтересоваться, почему это ее спутница, проявившая столько заботы о внешнем виде других, сама отправляется на дискотеку в джинсах и футболке. Эта маленькая странность прошла мимо занятого совсем другими мыслями сознания Шувалды. С той минуты, как она вышла из корпуса, для нее перестало существовать все, кроме НЕГО.
Но вот наконец Петя появился – они шли вместе с Пашей и о чем-то оживленно беседовали. Приблизившись к девочкам, Паша незаметно подмигнул Марине, а потом, быстро оглядев Лену, поднял большой палец на опущенном кулаке.
«Одобряет! – поняла она. – Одобряет мои махинации с Ленкой!»
Когда парни проходили мимо, Паша что-то шепнул Пете и толкнул приятеля в бок – тот обернулся и оценивающе посмотрел на стоящих неподалеку девочек. «Началось! – Марина скромно потупила взор. – Сравнивает меня и Ленку!»
Она была права. По дороге на дискотеку парни снова вернулись к недавнему спору, и теперь Петя с торжеством доказывал Паше свою правоту – среди встречных девчонок не было ни одной ненакрашенной.
– Я же тебе сразу говорил, они будут намазаны, все до одной! Я в этих делах собаку съел! Вон, посмотри на эту! Такое чувство, что ее в бочку с краской обмакнули, на физиономии – все цвета радуги! А вон та – да это же просто тушите свет! Под глазами такие синяки, будто она с Тайсоном два часа боксировала. А вот эта? Видал когда-нибудь такую боевую раскраску? Ходячая реклама магазина красок! А у этой губищи – как у объевшегося вампира!
Знали бы бедные девчонки, какими нелестными были отзывы парней!
– Рано еще делать выводы, – упрямо мотал головой Паша. – Твое заключение не правомерно. Ты не можешь экстраполировать полученные результаты на всю популяцию, потому что выборка – не репрезентативна.
– Говори проще, Гуру! – Петя недовольно сплюнул. – А то у меня голова от таких слов пухнет!
– Я имею в виду, что нельзя делать выводы по такому небольшому количеству девочек. Может быть, остальные как раз не накрашены! Посмотри, например, вот на этих двух, – они как раз приблизились к Марине и Лене. – Не станешь же ты отрицать, что одна из них – очень даже ничего!
Петя нехотя бросил взгляд в указанном Пашей направлении, оглядел девочек, быстро отвернулся и кивнул, бросив скороговоркой:
– Да, одна действительно ничего.
Но понять, которую из двух он имеет в виду, было совершенно невозможно. Если Марина в своих нехитрых одежках была похожа сама на себя, то Ленка совершенно преобразилась. Легкая серебристая блузка и обтягиваюшие черные бриджи подчеркивали красоту и стройность фигуры, высокие каблуки открытых босоножек приподняли девочку еще, и теперь она возвышалась над остальными, подобно античной богине. Но больше всего преобразилось ее лицо. Прыщики на лбу и на щеках исчезли под аккуратным слоем тона. Глаза, едва заметно подведенные карандашом и тушью, ярко сияли на ясном, чуть тронутом загаром и румянцем лице, блестки на веках и скулах загадочно мерцали, делая Лену похожей на выросшего эльфа или помолодевшую фею. Не забыты были и губы – Марина потрудилась на славу, и теперь от блестящих сочных губ Лены невозможно было оторвать глаз. Внимание публики привлекла и оригинальная прическа, которую Марина изобрела, что называется, «на ходу» – начесав волосы «чертиком», она отдельные пряди поставила торчком и сделала рыжими, выкрасив и закрепив оттеночным лаком с блестками, другие же свернула крендельками и укрепила длинными яркими шпильками-палочками.
– Кто это? Откуда она взялась? – перешептывались девчонки, впервые увидев преображенную Ленку.
– И откуда, интересно, у нее моя блузка? – недовольно нахмурилась Липа.
– И мои бриджи? – подняла брови Птичка.
– Девочки, держите меня! У меня глюки! Кажется, я узнаю свои тени с блестками! – Ромашка уцепилась за Надю.
– А откуда у нее такая шикарная тату на руке? Дракончик с копьем. Это же из Маринкиной коллекции! И босоножки Маринкины!
Перешептываясь, девочки во все глаза разглядывали «незнакомку».
– Да это Шувалда! – ахнув, догадалась наконец Птичка. – Это же наша Ленка!
– Не может быть, – выдохнули остальные, но теперь стало ясно видно – это действительно она.
– Да она просто королева! – с легкой завистью вздохнула Липа.
– Кто бы мог подумать! Из такого пугала – такая конфетка! – покачала головой Ромашка.
– Это все Маринка, она ее в люди вывела. Да вот же, рядом!
Действительно, общие переживания сблизили недавних врагов – теперь Лена и Марина стояли рядом и волновались вместе.
Голос диджея зазвучал как раз тогда, когда парни подошли к своим.
– Привет, народ! Рад всех видеть. Надеюсь, встречаемся не в последний раз! И для разминки – композиция группы «Savage garden» «To the Moon and Back». Для тех, кто не знает, – это медленный танец! Подергаться еще успеете, – соловьем заливался диджей. – Кавалеры приглашают дам! Смелее, пацаны! Они не кусаются, можете мне поверить!
Самые смелые парни оторвались от перил и направились к девочкам. Те нервно хихикали, стараясь сделать вид, что им безразлично, кого из них пригласят.
И тут произошло неожиданное. От группы девочек оторвалась одна фигурка и направилась к компании парней.
– Она что, с ума сошла? – прошелестели ей вслед удивленные голоса. – Разве сейчас белый танец?
Парни, удивленные не меньше, в напряжении замерли. К кому из них подойдет отчаянная, нарушившая неписаные правила?
– Девчонки! Да это же наша Ленка! – ахнула Оля. – Совсем рехнулась!
– Вот тебе и тихоня, – осуждающе пробасила Надя.
– Недаром говорят: «В тихом омуте черти водятся!» – поддакнула Оксана.
По мере того как девочка приближалась к «мужской половине», напряжение нарастало.
Лена (а это действительно была она), чувствуя, как дрожат ноги от устремленных на нее всех – абсолютно всех! – взглядов, медленно двигалась вперед. Разговоры прекратились, несколько танцующих пар замерло, даже говорливый диджей и тот замолчал, ожидая развязки. Пригласить парня на первом же танце, да еще и не на белом! На это способна не каждая.
Но Лена вовсе не была такой отважной. Она сама никогда бы не решилась, если бы не Марина. Едва только зазвучала музыка, она ткнула Лену кулаком в бок.
– Иди, пригласи его!
– Ты что, с ума сошла? Я не могу! – Лена испуганно замотала головой.
– Пригласи, говорю! Сейчас как раз самый удобный момент. А то потом другие девчонки налипнут, ты к нему и не пробьешься!
Поколебавшись, Лена решилась. Это было похоже на прыжок в воду с десятиметровой вышки или же на выход к доске отвечать экзаменационный билет без подготовки. А может быть, так же чувствовала себя Татьяна, когда писала Онегину?
Лена подошла к Пете:
– Ты танцуешь?
Красный как рак Петя быстро замотал головой. Похоже было, что он собирается спрятаться от девчонки за спину маленького, щуплого Паши.
– Нет? – Лена готова была провалиться сквозь землю. Какой позор! Сейчас он ей откажет на глазах у всего лагеря, да ей же не отмыться от насмешек до конца смены!
С видом утопающей она обернулась к Марине. «Спаси! – отчаянно молили ее глаза. – Придумай что-нибудь! Ты меня втянула в это, выручай теперь!»
Марина, закусив губу и нахмурившись, вместе с остальными наблюдала за разыгрывающейся на ее глазах немой сценой. Посланный Леной взгляд она переадресовала Паше – ведь это именно он заварил всю кашу, пусть теперь думает, как выкручиваться!
Поймав взгляд, Паша тут же вступил в игру.
– Он танцует! – твердо ответил он за Петю и подтолкнул футболиста к Лене.
– Ага, – автоматически подтвердил Петя и, немного потоптавшись, неловко обхватил девочку за талию.
Лена облегченно вздохнула и положила руки парню на плечи. Пара начала осторожно переступать ногами – это был пресловутый медленный танец для всех, кто не умел танцевать ничего другого. Партнеры были настольно поглощены нехитрыми движениями, старанием не отдавить ноги друг другу, что не замечали ничего вокруг – например, того, что Паша и Марина в обнимку уже качаются рядом, и головы их почти соприкасаются. И если первая пара танцевала молча, словно воды в рот набрав, то вторая, наоборот, говорила без умолку, хотя и тихо. И хорошо, что Лена и Петя не увидели приятелей и тем более не услышали их, иначе они бы очень удивились и призадумались.
– Молодец! – прошептал Паша Марине, едва они оказались рядом и на безопасном расстоянии от остальных.
– Ты думаешь, все в порядке? – с сомнением покачала головой девочка. – Но он же не обращает на меня никакого внимания!
– Так надо, – успокоил девочку Паша. – Эта твоя «кошмар» вышла просто супер. И накрашенная, и выше его на полголовы, и сама ему на шею повесилась. Три-ноль в нашу пользу!
– Четыре-ноль! Она еще и курит! – добавила Марина.
– Отлично! Не волнуйся, это только первый шаг, все должно развиваться поэтапно и постепенно. Можно сказать, что сегодня мы посеяли семена. Теперь будем ждать всходов!
– А как же я узнаю про эти самые всходы? – прагматичная Марина побыстрее хотела добиться конкретного результата.
– Подожди немного, – прямо в самое ухо прошептал ей Паша. – В нашем деле, как и во всяком другом, главное – терпение.
Музыка закончилась, пары раскололись надвое, разошлись к своим. Вася врубил быструю чумовую композицию «Offspring», и застоявшиеся подростки дружной гурьбой заполнили площадку.
Подошедшего к нему Пашу Петя встретил выговором:
– Знаешь, больше этого не надо, ладно? «Он танцует» и все такое! Я сам за себя решу, понятно?
– Ясно, не кипятись. Я же для тебя старался, думал, тебе приятно будет, – пожал плечами Паша.
– Мне? Приятно? Да я лучше пятьдесят раз на одной руке отожмусь или три матча в воротах простою, чем еще один такой танец! – Петя вытер ладонью пот с мокрого лба.
– Да! Вот здесь я с тобой согласен! У некоторых девчонок – ну никакого стыда и гордости! Так и норовят повеситься на шею! – понимающе кивнул Паша. – Но ведь есть и другие! Как тебе, например, вон та? – Он кивком показал на танцующую в толпе девчонок Марину. – Совершенно естественна, не красится и никуда не вешается. Как ты ее находишь?
– Ничего, – пожав плечами, буркнул Петя.
– Э, ты мне это брось! Мы с тобой спорили или нет? А как же я смогу доказать свою правоту, если ты даже смотреть на девчонок не хочешь?
Петя нехотя оглянулся и в течение нескольких минут пристально изучал Марину.
– Действительно, не намазана, – не мог не признать он.
– И держится скромно! Не то что вон те, которые нашим проходу не дают, – Паша указал на Маринкиных подруг, окруживших мальчишек.
– Да, ты, пожалуй, прав, – не мог не признать Петя.
– Ну, так неужели же девочка, завоевавшая сразу два очка в гонке на звание идеала, не заслуживает хотя бы одного небольшого танца?
– Как, опять?! – Петя схватился за голову. – Опять танцевать?! Для меня это пытка, я не выдержу!
– А кого ты поставишь завтра на ворота? – угрожающе произнес Паша, и Петя, вмиг сникнув, сдался. – Это будет самая короткая композиция, – успокоил друга Паша. – Вот увидишь, я лично позабочусь!
И действительно, он оставил Петю и начал пробираться через толпу танцующих к сидящему у пульта диджею.
– Все в порядке! – доложил он, вернувшись. – Договорился. Хорошо еще, у него нашлось! «Love me tender» выдержишь?
– Это Элвис? Ладно, эту можно!
Петя исполнил свое обещание и честно оттанцевал с Мариной все куплеты нехитрой классической композиции.
После танца Марина, веселая и раскрасневшаяся, подбежала к Паше.
– Спасибо! – Обняв парня, она крепко чмокнула его в щеку. – Это не в общий счет, а просто, – объяснила она. – Все так здорово, ты и не представляешь! Мы с ним даже поговорили немножко, вот!
– Да? И о чем же это, интересно?
– Вначале он спросил, курю ли я. Я ответила, что нет – это чистая правда! Я и в самом деле не курю.
– Поздравляю, – кивнул Паша. – А потом?
– А потом он спросил, не пью ли я. И тут я ответила ему все, как есть! Я вообще в рот не беру алкоголя, у меня на спиртное аллергия – вся покрываюсь красными волдырями.
– Ну а он? – Паша изо всех сил сдерживался, чтобы не рассмеяться.
– А он почему-то так вдруг огорчился, ты не представляешь! До конца танца молчал, ни о чем больше не спрашивал.
– Ну а ты-то довольна?
– Еще бы! Прекраснейший день в моей жизни!
Довольной и счастливой выглядела и Лена, когда они вместе с Мариной возвращались вечером с дискотеки.
Перед тем как разойтись по комнатам, Лена задержала Марину и, наклонившись, чмокнула в щеку.
– Спасибо! – улыбнулась она ошарашенной девочке. – Без тебя у меня сегодня ничего бы не получилось!
Вот так и Марина удостоилась в этот вечер дружеского поцелуя. Однако он не принес ей радости. Неловко кивнув, Семечка быстро убежала в свою комнату, и Лена не увидела, как сильно она покраснела.
– Это ты, Маринк? – Ромашка, зевая, смывала с лица косметическим молочком макияж. – У нас с Килиянчуком, кажется, все на мази. Он меня завтра после тихого часа в Беседку Влюбленных пригласил. Как ты думаешь, это он мне свидание назначил или что?
– После тихого часа? – переспросила Марина. Именно на это время они с Пашей тоже договорились встретиться в беседке. – А почему не после завтрака?
– Да у них же чемпионат по футболу скоро начинается, ты что, не знаешь? Завтра первые тренировки.
– А кто капитан?
– Зуев, конечно! – Оля ехидно взглянула на Марину. – Что, Ленка тебе дорожку перебежать решила? Будете теперь отбивать его друг у друга?
– Не будем, – поджала губы Марина. – Мне этот Зуев и неинтересен совсем.
Перед сном Марина открыла маленький розовый блокнотик, в котором решила вести дневник. «Мечта сбылась! – такими были первые слова. – Я сегодня танцевала с Ним! Он сам меня пригласил, на глазах у всех. Это было классно! Правда, мы почти все время молчали, он спросил только о курении и выпивке, а больше ничего. Не поинтересовался даже, как меня зовут! Но зато он целых три раза наступил мне на ногу! Разве это не явный признак того, что я ему нравлюсь? А вечером Пашка сообщил, что Петя меня не только заметил, но и оценил: он сказал, что я выгляжу и держусь очень естественно. А про Ленку сказал ему, что таких нахальных и намазанных еще ни разу в жизни не встречал. Молодец, Пашка! Классно он придумал подделать в анкете Петькин почерк и вписать все данные Ленки! Если бы не этот фокус, мне бы ни за что не удалось довести Ленку до такого позора».
Марина положила ручку на тумбочку, заперла блокнотик на замок и закрыла крошечным ключиком, который вместе со своим знаком Тельца носила на цепочке на шее. Она закрыла глаза и почти мгновенно уснула.
Многим девчонкам и парням в эту ночь снились хорошие сны. Но особенно сладкими были сны двух девочек, которые в этот первый день в лагере смогли осуществить свои заветные мечты.
Глава 10
Дебют вратаря
Следующий день лагерной жизни был таким насыщенным, что и у этих двух девочек, да и у всех остальных, любовные страдания отошли на второй план.
На утренней линейке состоялось торжественное открытие лагеря, энергичная веселая начальница Любовь Петровна объявила программу на предстоящую смену.
– Времени свободного у вас почти не останется, это я обещаю. Отдых будет таким активным, что передохнуть будет некогда, извините за каламбур. Надеюсь, проживем мы с вами эту смену без особых катаклизмов и чрезвычайных происшествий. Но, если что, сами понимаете – вы все здесь уже взрослые, значит, и проблемы наши будем решать по-взрослому.
Она рассказала о спортивных соревнованиях, о театральном фестивале, к которому каждый из отрядов должен поставить спектакль, о предстоящих походах и экскурсиях, о многочисленных кружках и секциях.
– А когда расслабляться-то? – ворчала за спиной у Марины Надя-Липа. – Мы после учебного года – как выжатые лимоны!
– Кто лимоны, а кто – баобабы, – хихикнул Кил, оглядев кругленькую толстенькую Липу.
Разгневанная девочка замахнулась, но парню удалось увернуться от ее затрещины, спрятавшись за спиной вожатой. Но с этого момента новая кличка намертво приклеилась к Наде, вытесняя старую, и ей всю оставшуюся смену пришлось яростно, но безуспешно бороться за сохранение «доброго имени».
Вскоре после завтрака начались спортивные тренировки, заработали кружки и секции. По совету Паши Марина записалась сразу в два – по плетению фенечек и в театральный.
– Когда ты подаришь Петьке фенечку с его именем, то сразишь его наповал, – увещевал Марину Паша: девочка не хотела тратить солнечные летние деньки на скрупулезное рукоделие, к которому она была совершенно не склонна. – Ты просто добьешь его своими совершенствами.
– Ладно, – вздохнула Марина. – Пойду запишусь. Хотя как бы эти фенечки меня саму не добили.
Решение сыграть в спектакле тоже было принято под влиянием Паши.
– Да пойми ты: совместная игра на сцене сближает, как ничто другое! После того как двое изображают влюбленных, они почти что всегда влюбляются друг в друга и в жизни. А если уж в спектакле есть сцена с поцелуями, то дело, считай, выиграно!
– А что, нам разрешат поставить спектакль с такими сценами? – засомневалась Марина. – Вон начальница тут такая крутая, да и наша Зубочистка ничего такого не допустит!
– Не надо раньше времени паниковать, – успокоил ее Паша.
Читать бесплатно другие книги:
