В поисках неземной любви. Окрыляющие сказки о женщинах и звездах Семина Ирина
–Ну, слава богу! А то я уже замучился просто, – недовольно сказал он. – На тебе цветы. С прибытием на этот берег! И садись в машину – нас ждут.
–Кто ждет? – недоуменно спросила я, утомленная событиями этого странного сна.
–Все ждут, – улыбнулся наконец Игорек. – Свадьба. Жених. Подарки. Поздравления. Гости. Твое недостроенное будущее. Тебе ж его еще распланировать надо, да?
–Надо, – тоже улыбнулась я. – Обязательно надо, пока я еще не проснулась.
Я повернулась к машине. Это был все тот же джип, только теперь он был серебристого цвета и украшен разноцветными шариками. А возле него стоял, широко улыбаясь, мой Преследователь – в белом смокинге, пижонских туфлях и с шикарной хризантемой в петлице.
–Добро пожаловать в будущее, – сказал он, предупредительно распахивая мне дверцу.
–Преследовать будешь? – засмеялась я.
–Только если затормозишь перед следующим мостом, – пообещал он. – Это моя сущность, и я так живу.
–А сколько их еще будет, этих мостов? – заинтересовалась я.
–А кто ж его знает? – задушевно ответил мой водитель. – Вот заодно и посчитаешь.
Остановка тринадцатая
Белый гигант
– Прошу внимания! – провозгласила Звезда. – Прямо по курсу – Белый Гигант. Возьми влево, близко к нему подлетать не стоит.
– А кто это – Белый Гигант?
– Белые Гиганты – это очень горячие звезды. Немыслимые температуры, неконтролируемые выбросы энергии… Они зачастую одиноки просто потому, что ничего живое в радиусе их влияния не выживает. Считается, что звезды вдохновляют Творцов на гениальные произведения. В принципе так и есть – но в случае с Белым Гигантом Творцам нужно держаться на почтительном расстоянии.
– А ты близко знакома с этой Звездой?
– Не то чтобы близко, но историю ее знаю и тебе расскажу. Тебе это вряд ли грозит, но кто знает? Опыт всегда пригодится.
Две музы
Муза посещала Григория регулярно. Он чувствовал ее приближение заранее, еще издалека – по мурашкам, которые начинали в панике метаться по коже и заставляли дыбом вставать волосяные покровы.
Да, она была невероятно энергичная, его Муза. Пространство вокруг нее было наэлектризованным, и Григорий всегда втайне опасался, что его может дернуть током в 2000 вольт – сгоришь и не заметишь, так что лучше держаться подальше, отстраниться, только по возможности незаметно. Ясное дело, Музу лучше было не сердить и не выводить из себя, и Григорий затаивался, прикидывался ветошью. Мол, лежу тут в углу, не отсвечиваю, творю себе потихоньку…
Но не тут-то было! Муза врывалась в кабинет – яркая, как комета, мощная, как цунами, неукротимая, как тайфун, – сметая на лету плохо лежащие предметы, случайные мысли и недооформившиеся идеи. Пахло раскаленной лавой, горящей древесиной и серой – как от вулкана.
– Творишь? – вопрошала Муза.
– Тво… творю, – робко отчитывался Григорий.
–А ну-ка, покажи, что у тебя получилось! – командовала Муза. – Нет, лучше почитай мне сам, я послушаю.
Григорий брал в руки листочки и старательно, с выражением читал. Муза, подперев рукой голову, внимала. На ее лице отражались все чувства и эмоции: она то смеялась, то плакала, то радовалась, то грустила, а иногда впадала в глубокую задумчивость. Дождавшись окончания, она обычно вскакивала с места, не в силах сдержать эмоций:
–Григорий! Ты гений, Григорий! Тебе надо творить! Ты мог бы стать Великим, нет – даже Величайшим! Да что там «мог бы» – ТЫ МОЖЕШЬ! И я сделаю все, чтобы это свершилось и ты по праву занял свое место на Парнасе! Я поддержу тебя, Григорий, я вдохновлю, я создам тебе все условия! Только твори, только не останавливайся!
–Да, да, – послушно кивал Григорий. Муза вдохновенно металась по комнате, и ее скорости были едва доступны его восприятию. Клубился дым, щелкали электрические разряды, сыпались искры, прожигая микроскопические дырочки на ковре. Иногда ему вообще казалось, что она носится взад-вперед на помеле. Но эти спецэффекты, разумеется, нужно отнести на счет его богатого художественного воображения.
–Григорий! Поклянись мне, что ты вот прямо сейчас сядешь и напишешь нечто эпохальное. Не хуже этого, а лучше! То, что будет играть на самых тонких струнках души, заставляя людей плакать, смеяться, переживать и, главное, думать. ДУМАТЬ, Григорий! Ты понимаешь?
–Я… да, – мямлил Григорий, пряча глаза. Он не очень понимал, потому что не успевал за полетом мысли Музы – ни по скорости, ни по высоте, ни по накалу страстей.
–Я верю в тебя, Григорий! – с чувством говорила Муза, приобняв его за плечи. – Ты гениален, хотя сам этого не знаешь и не понимаешь. Но достаточно того, что это знаю я. Я не дам тебе закиснуть, замереть, забыть твое великое предназначение. И помни: я всегда рядом, только позови! Нет, даже не зови (не стоит отвлекаться от творчества!), я сама приду и все сделаю. В смысле вдохновлю и обеспечу. Ты только твори! Мы еще будем богаты и знамениты – ты и я, твоя Муза!
–Да, конечно, я сейчас прямо и сяду, – покорно обещал Григорий.
–Ну все, твори, не буду тебе мешать. А мне еще надо позвонить Лёльке и вдохновить ее, а то у нее опять в жизни полный застой. Не могу вынести, что у моей лучшей подруги – застой. Она обязательно должна стать богатой и знаменитой, она же умница и этого так достойна!
–Да-да, конечно, иди, Лёлька так нуждается в твоей поддержке! – искренне поддерживал Григорий.
–Спасибо, милый, что ты меня понимаешь и не обижаешься, – растроганно прижимала его к груди Муза. – Ты самый понимающий муж на свете, честное слово! Если бы я могла, я бы вдохновляла тебя каждую секунду, днем и ночью, без отпусков и перерывов на обед!
–Что ты, что ты, тебе же тоже надо отдыхать, – испуганно лепетал Григорий. – Иди, конечно, иди, Лёлька же ждет!
Когда дверь кабинета закрывалась, Григорий без сил падал на диван и долго тупо глядел в потолок. После налетов Музы ему казалось, что его высосали до дна. Жизненной энергии оставалось только на то, чтобы дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох… Какое уж тут творчество! Он размышлял о том, хотелось бы ему стать богатым и знаменитым, и не мог найти ответа. Он уже давно перестал отличать, где желания Музы, а где его.
Чаще всего в присутствии Музы он вообще чувствовал себя маленьким мальчиком, на которого возлагаются Большие Надежды. Такие большие, что вынести их на себе просто невозможно (нечего и пытаться!), и они придавливают к дивану, как могильный камень. Но вот творить… творить ему порою хотелось, это да. Не для того, чтобы стать богатым или знаменитым, а для себя, для души. И не каждую секунду, как требовала того Муза, а по вдохновению. Вот сейчас он отдышится, отдохнет, наберется сил, и тогда…
…За окном уже смеркалось, когда в форточку легонько постучали. Он кинулся, распахнул ее, и в комнату впорхнуло легкое, невесомое, почти невидимое создание в легком хитоне и с лирой в руках. Вместе с гостьей в комнату просочился легкий запах весенних цветов, ветра, дождя и далеких морей.
–Привет! – шепнуло летучее создание, взяв тихий аккорд на своем музыкальном инструменте. – Музу ожидаем?
–Ожидаем, – ответил Григорий, против своей воли расплываясь в довольной улыбке. – Давно ожидаем. Целый день и всю жизнь.
Его душа развернулась и затрепетала в предвкушении. Откуда ни возьмись, появились слова и образы, которые сразу стали сплетаться в причудливые узоры, укладываться в строки и четверостишия. Им нужно было срочно дать место на чистом бумажном листе.
–Твоя не ворвется? – осведомилась муза (такое уже случалось, и тогда музе приходилось срочно включать режим полной невидимости и неслышимости).
–Нет, – помотал головой Григорий, придвигая к себе стопку бумаги. – Она сейчас с детьми занимается. Хорошо, что у нас их трое, и все шебутные и требуютвнимания, а то бы мне вообще хана. Задушила бы своей заботой!
–Не думай о плохом, – посоветовала муза, аккуратно сложив крылья и устраиваясь на шкафу с книгами.
–Может, все-таки в кресло? Или на диван? – предложил он.
–Нет-нет… Спасибо. Ты же знаешь: нам, крылатым, внизу неуютно. Здесь, под потолком, привычнее.
–Хорошо, – согласился он.
–Ну, тогда начнем! – улыбнулась муза. – Ты твори, а я тут тихонько посижу. Тебе сыграть что-нибудь?
–Да, пожалуй, – рассеянно согласился Григорий, хватая ручку. Он уже забыл о музе – вдохновение накатило, творческий процесс пошел.
А муза, нисколько не обидевшись, тихонько наигрывала на лире простую мелодию и улыбалась. Ей было легко и хорошо, ведь это была ее работа – давать без ожиданий, поддерживать без давления, вдохновлять, не требуя ни денег, ни славы. Просто сделать так, чтобы душа ушла в полет – для этого и нужны музы…
… Примерно в то же самое время Лёлька по телефону доверия говорила невидимому дежурному психологу:
–Понимаете, я не могу Музочке вот так в лоб сказать, чтобы она от меня отстала… Она ведь моя лучшая подруга, и я знаю, что она из лучших побуждений. Она хочет меня вдохновить, чтобы я стала богатой и знаменитой, только я сама не знаю, хочу ли я этого. Наверное, да, но когда на меня давят, у меня внутри все сопротивляется. И прямо хочется спросить: «А ты сама-то что? Может, сначала ты станешь, покажешь пример, а я уж, глядя на тебя, как-нибудь подтянусь? Или не подтянусь…» Но я молчу, потому что она расстроится и обидится, а подругу терять не хочется. Как же быть?
И примерно в то же время Муза, уложив детей, сидела, закутавшись в плед, и огорченно размышляла: «Почему же у меня ничего не получается? Почему Лёлька и Григорий никак не раскрывают крылья в полную мощь, не поднимаются ввысь, не достигают вершин? Наверное, я мало сил вкладываю, – думала она, – не все делаю, чтобы их по-настоящему вдохновить. Получается, я нерадивая муза. Нужно получше постараться! Да-да, приложить усилия! И рано или поздно у них все получится, и они станут богатыми и знаменитыми. И тогда в лучах их славы смогу погреться и я, их верная Муза».
Остановка четырнадцатая
Мертвая точка
– Ох, как же, оказывается, много причин, почему женщины остаются одинокими! – подивилась Маша. – Порой просто руки опускаются и надежда пропадает.
– Ни в коем случае не стоит этого делать! – всполошилась Звезда. – Даже и не думай. Иначе… вот попадешь на Мертвую Точку – не обрадуешься.
– А что это за Мертвая Точка?
– Да есть такое местечко, где все физические характеристики стремятся к нулю. Обычно в Мертвой Точке обитают те, кто склонен к меланхолии, ипохондрии и пессимизму, кто находится в затяжной депрессии или просто ни во что уже не верит.
– А мы туда полетим? Интересно же!
– Ни за что! И не мечтай – отрезала Звезда. – Я тебе сама про Мертвую Точку расскажу. То ты запомни: к ней не стоит даже приближаться.
Мертвая точка
Дело стояло на Мертвой Точке. Место было гиблое – недаром точку называли Мертвой. Дело тосковало, переминалось с ноги на ногу и очень хотело куда-нибудь уже двинуться, но ничего у него не получалось.
–Эй, Дело, ты почему не двигаешься? – спрашивали его сверху.
–Так не двигают же! А само я не могу, мне импульс нужен.
Наверху остались недовольны.
–По плану Мироздания ты уже к завершению должно идти, а ты еще и не начиналось!
–Да я бы с радостью! Только хозяйка меня все время оставляет «на потом».
–Эй, Напотом! Ты не мог бы сдвинуть Дело с Мертвой Точки? – поинтересовались сверху.
Напотом с трудом выбрался из кучи отложенных дел и утер трудовой пот.
–Ну уж нет! – категорически заявил он. – Меня и так делами по самое «не хочу» завалили, едва успеваю складировать. Сдвигать с Мертвой Точки – не моя функция. Пусть сами шевелятся! А то все «на потом» да «на потом». А мне что, больше всех надо? И так у меня тут завал, сами видите…
И Напотом, сердито сопя, снова погрузился в ворох незавершенных и отложенных дел.
Наверху забеспокоились. План Мироздания должен идти по графику, и даже самое незначительное событие в нем часто имеет судьбоносное значение.
–Может быть, я какое-нибудь неважное? – предположило Дело.
–Важное, важное! – успокоили его сверху. – Ты – необходимое звено в целой цепочке событий. Можешь не сомневаться, мы найдем способ сдвинуть тебя с Мертвой Точки. Уже этим занимаемся.
–Скорее бы, – тяжко вздохнуло Дело.
Наверху вспомнили, что Дело Мастера боится, и решили пойти этим путем. Мастер явился и грозно уставился на Дело.
–Стоишь?
–Да застоялось уже совсем.
–Мастера боишься?
–Боюсь.
–Ну так беги от меня в страхе! Потому как я и есть Мастер.
–Я бы и побежало, да энергии нету, – развело руками Дело.
–Ну так подключись к какому-нибудь источнику!
–У меня один источник – Хозяйка. А она меня совсем забросила.
–Почему?
–Да у нее застой и апатия. Сидит целыми днями, пятую точку от дивана оторвать не хочет.
–Ага! – почесал в затылке Мастер. – Выходит, ее пятая точка и твоя Мертвая Точка – одного поля ягодицы?
–Ягоды, – поправило его Дело. – Хотя и ягодицы, конечно, тоже. Она уж сколько времени пребывает в этой самой… ну, где ягодицы. С год примерно! Говорит, скучно ей, рутина заела.
–Эй, Рутина! – крикнул Мастер. – Ты зачем Хозяйку заела?
–А что я, что я? – заныла Рутина. – Я от скуки ем, заняться-то больше нечем. Вот если бы она новое Дело затеяла… я бы сразу отстала, не сомневайтесь!
–Замкнутый круг… – безнадежно развело руками Дело.
–Ничего, разомкнем! – бодро пообещал Мастер. – У меня есть приятель хороший – доктор Шок, он сейчас ей устроит шоковую терапию. Пожар, наводнение, ограбление, измена, тяжелая болезнь – шок на любой вкус.
–И правильно! – сказала Рутина. – Когда шок – тут уж выбирать не приходится, поневоле от дивана оторвешься и начнешь ножками шевелить. Зови своего доктора!
А Хозяйка не дремала, Хозяйка подслушивала. Пока все препирались – просто слушала, а как услышала про шоковую терапию – испугалась. Сразу оторвала Мертвую Точку от дивана и начала Дело делать. И правда: кому это нужно – пожар, ограбление или тяжелая болезнь? Мы уж лучше сами, не дожидаясь, за дело возьмемся!
Остановка пятнадцатая
Звездная пыль
Облако Звездной Пыли возникло внезапно. Путешественницы влетели в него на той скорости, и вокруг сразу закружились и затанцевали золотистые пылинки.
– Здравствуйте! Привет! Рады встрече! – зазвенели со всех сторон звонкие голоса.
– Здравствуйте! – Маша была в некотором смятении. – А вы кто и как мне к вам обращаться?
– Мы – планеты! – наперебой заверещали пылинки.
– Планеты? – совершенно растерялась Маша. – Простите, но вы совершенно не похожи на планеты… вы такие (ой, простите!) мелкие…
– Да, мы планеты – только в будущем! Все в природе начинается с малого, – услышала она в ответ. – Каждая большая планета когда-то начиналась с пылинки. Но мы стараемся, мы растем!
– Я рада за вас. Вы такие позитивные! – сделала комплимент пылинкам Маша.
– Потому что нас много, и мы единомышленницы! Ищи единомышленников, маленькая фея, вы сможете поддерживать друг друга, и каждый маленький успех будет замечен и поддержан! Мы очень верим, что и настоящий успех всегда начинается с малого!
– А хотите, расскажу вам историю, которая случилась с моей соседкой? – с воодушевлением предложила Маша.
– Хотим! Хотим! – запрыгали пылинки.
Маленький успех
Маленький Успех скребся в двери, переминался с ноги на ногу и уже который час ныл:
–Тетенька, ну пустите меня, ну пожалуйста! Откройте дверь, а?
Коробкова на такие дешевые приемчики не покупалась. Ей было некогда: она напряженно составляла Великий План Большого Успеха, который должен был к ней прийти. Обязательно! Рано или поздно… А этот назойливый оборванец ее отвлекал от столь важного дела! И ведь не в первый уже раз!
–Нет, так просто невозможно… – Коробкова тяжко вздохнула и пошла открывать дверь.
–Чего надо? – неприветливо спросила она. – Говорю же – кыш отсюда! Ходят тут всякие…
–Я не «всякие»! Я – Маленький Успех! Я к вам пришел. Вы же хотите быть успешной?
–А зачем мне такой маленький, несерьезный успех? – презрительно фыркнула Коробкова. – Я себе Успех не так представляю.
–А как?
–Он должен быть большой. Даже грандиозный! Красивый. Респектабельный. Зрелый. Социально одобряемый. В дорогом костюме, в галстуке, с уложенной прической и кожаной папочкой в руках.
–А папочка зачем?
–Как зачем? Разумеется, чтобы фиксировать наши достижения. И для статуса – чтобы с ним не стыдно было в приличных местах показаться. В общем, мой Большой Успех еще впереди. А ты какое-то жалкое впечатление производишь – не Успех, а так, мелочь пузатая. Так что имей в виду, не тебя я ждала долгими зимними вечерами. Не ты мне нужен!
–И куда же мне теперь? – жалобно спросил Маленький Успех.
–Да вон хоть к соседке постучись. Она без амбиций, к ней что приходит – то и ладно. Всему рада, горемычная. Вот уж куда Большой Успех никогда не заглянет, это точно… Так что к ней, к ней!
–Правда-правда? Тетенька, вы разрешаете?
–Настаиваю! – с достоинством бросила Коробкова и покинула прихожую – пошла готовить условия для появления Большого Успеха. О Маленьком Успехе она сразу забыла, да и что о нем думать? Нечего энергию на всякую ерунду тратить.
Маленький Успех с большим облегчением переметнулся к соседской двери и нажал на кнопку старого звонка.
–Ой! Опять Маленький Успех! – радостно вскрикнула женщина, открывшая дверь. – Заходи, гостем будешь! Как раз и чайник закипел! Только, уж не обессудь, к чаю ничего нет.
–Я принес, – похвастался Успех, доставая из-за пазухи кулек с пряниками.
–Ух ты! Вот повезло-то! – восхитилась женщина. – Ну, тогда, можно считать, жизнь удалась!
За столом уже сидело много Маленьких Успехов, которые еще раньше случились, и новому Успеху очень обрадовались. Все галдели, шутили, смеялись и пили чай с пряниками. Было весело.
–А разве вы не ждете Большого Успеха? – поинтересовался Маленький Успех.
–Жду, конечно! – улыбнулась женщина. – Я буду рада, если он ко мне придет. Но вас я тоже люблю, мои Маленькие Успехи! Благодаря вам у меня каждый день наполнен радостью и счастьем. Очень рада, что вы у меня есть! Пусть вас будет побольше.
–Говорят, когда количество Маленьких Успехов достигает критической массы, происходит реакция, – доверительно поделился с ней тайной Маленький Успех. – Тогда мы сольемся и трансформируемся в один Большой Успех. Я в это верю, а вы?
–А я об этом и не думаю, – махнула рукой женщина. – Если это случится – то здорово. А если не случится, то мне и с вами хорошо.
А в соседней квартире Коробкова с недоумением размышляла: вот почему жизнь так к ней несправедлива? Вроде имеет достойную Мечту, старается, стремится изо всех сил, все делает по правилам и на мелочи не разменивается, а Большой Успех все еще впереди, и счастья все нет и нет…
Остановка шестнадцатая
Планета ангелов
– А ты, оказывается, тоже знаешь полезные истории! – с удивлением заметила Звезда. – К тому же здорово их рассказываешь. Звездным Пылинкам она очень понравилась!
– Сама в шоке, – пожала плечами Маша. – Оказывается, я многого о себе не знала.
–Мы приближаемся к Планете Ангелов, – предупредила Звезда. – Хочешь ее посетить?
– Конечно, хочу! А там и правда живут ангелы?
– Там живут женщины, которые считают себя ангелами. И больше я тебе ничего не скажу – сама все увидишь и выводы сделаешь.
На пути к божественному равновесию
Она была Ангелом, и звали ее Анжелика. Как и все Ангелы, она светилась внутренним светом, и вокруг нее такое же сияние разливалось. За спиной у нее были незримые крылья – и она порхала, летала, стремясь подарить свой Свет многим, принести радость, научить людей, как душой воспарять.
Поскольку Ангелу выпало жить на Земле, в обличье земной женщины, пришлось и семью завести, и детишек нарожать – все как у людей. Хотя все, да не все – ведь Ангелы к земле привязаны мало, им Вдохновенный Полет куда привычнее и приятнее, они в облаках витают и о все больше возвышенном думают.
А мужа Анжеликиного звали Илья. На ангела он был вовсе и не похож. Основательный, немногословный, даже порою угрюмый, на земле крепко стоял, словно обеими ногами врос. И мысли его были очень земные: что смастерить, где подправить, куда приспособить, как семью накормить.
Порою посмотрит на него Анжелика – и только вздохнет. Ей парить хочется, порхать, танцевать и смеяться, а наткнется взглядом на Илью – и словно крылья складываются. «И что ж он у меня такой… приземленный? Скучно с ним, и поговорить-то не о чем», – с огорчением подумает она – и летит дальше по своим ангельским делам.
А Илья ее просто так любил, всякую. Он к ней вообще некритично относился. Вот какая есть, такая и есть. С крыльями, без крыльев – все одно. Как увидел ее девчонкой, свет ее несказанный узрел – так и прикипел душой, только о ней мечтал. Не сразу, но вымечтал. Сначала Анжелика за другого замуж вышла, но Илья терпеливый был, ждал-ждал и дождался. Приземлился Ангел на его подворье.
А случилось-то как: сынишка Анжеликин сам его выбрал, сам подошел, сам маму уговорил, чтобы Илья стал ей мужем, а ему папой. Вот ведь как странно иногда случается: не взрослые браки вершат, а дети. Но и то сказать: Ангелы летают высоко, смотрят поверх, где уж там им мелкие детали заметить? А дети – они душой в облаках, а ножками на земле, они одновременно и в земном мире, и в небесном. Вот так и получилось, что Анжелика и Илья жить вместе стали.
Долго ли, коротко ли – родилась у них еще и дочка. Папа Илья души в девочке не чаял, пылинки с нее сдувал. И еще больше работать стал – все трудится и трудится, ни отдыха ни срока себе не дает. Да ведь и то сказать – семейство большое, да хозяйство немаленькое, всех надо приглядеть, накормить, обеспечить, обиходить.
А Анжелика тем временем все выше летает, крылья ее силу набирают и светом лучезарным наполняются. Поднимется в небеса – хорошо там, привольно, и такие мысли ясные в голову приходят! Наберется она ума-разума – и вниз, к людям, мудрость небесную передавать. Вот только иной раз сверху глянет на Илью – и опечалится: копошится он там, внизу, как муравей, дело какое-нибудь делает, а наверх и не посмотрит, даже голову не поднимет. Словно небесная высь его совсем не интересует. Ну вот как с таким жить?
И вот однажды под Новый год вышел случай один. Посмотрел Творец с небес на землю – как там у человечества дела идут, в правильном ли разрезе развиваются, не надо ли им чего… И случайно услышал он нашу пару, Анжелику и Илью.
Анжелика как раз вышла за изгородь, крылья распахнула и в небо смотрит, пристально так. И молится: «Господи, пожалуйста, объясни мне, что же это такое? Почему я своего мужа, такого хорошего, не люблю? Вернее, люблю, но как мамочка! А мне хочется женской любви, страстной, горячей! А уйти от него – так детки его обожают, как их отца лишить? Да и уважение у меня к нему огромное, ведь хороший он человек! И что же мнесо всем этим делать? Помоги, Господи, вразуми!»
А Илья в это время снег у стайки чистит и тоже думает: «Эх, и чего ж я такой бесталанный-то, а? Мне Ангел в жены достался, а я ее счастливой сделать не могу. И не понять мне никак, чего ей надо? Ну, не крылатый я, так чего ж, какой уж уродился… А только мне без нее и деток наших не жизнь, они для меня свет в окошке, все готов для них сделать. Только смотреть не могу, как она страдает. И как мне со всем этим быть?»
Творец озадачился, нимб почесал и вызвал к себе Главного Бракодела – ну, это тот Архангел, который браками занимается. Ведь известно, что браки заключаются на небесах и ни один брак мимо Небесной Канцелярии не проходит.
– Слушай, ты чего там напортачил? – строго спросил он у Архангела. – Два хороших человека, семья, дети, а мучаются! Может, ошибка какая?
– Да вы что, Господи Боже мой??? – изумился Архангел. – Не бывает у нас, Бракоделов, ошибок! Если уж кого свели – так подобрали идеально! Вы же знаете, мы исключительно с точки зрения Божественного Плана пары подбираем. Чтобы люди помогали друг другу Уроки жизненные проходить, душою развиваться.
– А какой у них там Божественный План, ну-ка напомни мне? – попросил Господь.
– Вот сами смотрите: женщина чересчур уж от земли оторванная, большую часть времени в полете проводит. Она ж как воздушный шарик на веревочке, все в облака да в небеса… Если ее не приземлять время от времени, может совсем улететь, забыть обо всем, станет, как говорится, «не от мира сего». А то и вообще крышу сорвет, и такое бывает.
–Бывает, бывает, – согласно закивал Господь. – Сам наблюдал неоднократно.
– Ну так мы ей и подобрали идеальную пару – заземленного, крепкого, основательного, чтобы он этот «воздушный шарик» время от времени за веревочку дергал и на место водворял.
– Да, молодцы, вижу, хорошо придумано, – одобрил Господь.
– Но это еще не все! – приободрился Главный Бракодел. – Вот вы сами посудите: ее Миссия на Земле – людям Свет нести, помогать, спасать, на путь истинный наставлять. Ей когда обыденными делами заниматься? Правильно, некогда! Так мы с помощью этого самого мужа ее от всякой рутины разгрузили – ну там, по счетам платить, о пропитании думать… Он все сам сделает, а она пусть парит в это время! Глядишь, еще пару-тройку заблудших душ на Путь к Свету направит!
– Разумно, – согласился Господь. – То есть, получается, он ей условия создает, Великое Служение производит? Выходит, тоже на небесной службе?
– Разумеется, – заторопился Архангел. – Он ведь от природы тоже Ангел, да еще посильнее ее будет! Вот взгляните на него попристальнее – он же полон Любви так, что через край хлещет! Только он ее почему-то показывать стесняется, он ее под толстой шкурой скрыл. Взрослым-то и не видно, говорят – «черствый», «бесчувственный». Но детей не обманешь, они куда как тоньше видят. Они ж за ним гуськом ходят, как завороженные. Это потому что чувствуют в нем Безусловную Любовь.
– Так-так-так, – заинтересовался Господь. – Значит, он любит безусловно… А она, получается, условно?
– Пока так, – подтвердил Архангел. – Ей все еще кажется, что если бы он изменился, да стал немного другой, да выучился, да книжек умных почитал, да духовно вырос – вот тогда она бы его, может, и смогла полюбить. Вот такие условия. Но ничего – она на него смотрит и учится понемногу Безусловной Любви. Ведь такой пример перед глазами…
– Ох ты! Вот круто вы завернули! – подивился Господь. – Ну а ему, ему-то какая польза от такого брака?
– Ну как же, Господи! – удивился Архангел. – Ему самая очевидная польза! Он, глядючи на нее, увидит, что свои чувства скрывать не надо, можно о них вслух говорить, смело и открыто! И о плохих, и о хороших, потому что она же вот не стесняется, прямо говорит! Как настоящий Ангел – не делит Мир на плохое и хорошее. И он постепенно научится! А еще он должен со временем понять, что не хлебом единым жив человек, что нужно время от времени над обыденностью воспарять, потому как недаром же вы, Отче, дали им крылья!
– Да, поторопился я с выводами, – признал Господь. – Ничего вы не напортачили, а напротив – все очень тщательно продумали. Стало быть, он – ее Якорь, а она – его Крылья? Так, что ли?
– Истинно так, – подтвердил Главный Бракодел. – А в процессе совместной жизни они будут друг у друга учиться и в конце концов придут к равновесию. Он научится летать, а она – по земле ходить. И детишкам свою науку передадут.
– Ну и молодцы вы, Бракоделы! – искренне восхитился Господь. – Ну а что сейчас-то делать? Надо бы помочь, вразумить. Смотрю – мучаются оба ведь, страдают…
– А надо? – усомнился Архангел. – Вы, конечно, в своем милосердии бесконечны, но может, пусть сами до всего доходят, своим умом?
– Жалко мне их, – признался Господь. – Ничего с собой поделать не могу! Хорошие ведь ребята, одно слово – Ангелы. Ты бы им донес как-нибудь истину мою, а? А то боюсь дров наломают… Такой сценарий вам испортят!
– Да ладно вам, Отче! Не переживайте вы так, сделаем. Есть тут у нас один канальчик проверенный. Мы там, на Земле, специальную бригаду сказочников завели. У нас целый отдел Небесных Ангелов им надиктовывает, работоспособные – жуть. Через кого-нибудь из них и отправим послание.
– Скажите, что, мол, Господь лично все изучил, одобрил… Пусть помогают друг другу расти, поддерживают, детишек крылатыми взращивают. Пусть она ему Свет Истины подарит, а он ее Безусловной Любви научит…
– Хорошо, вас понял, я полетел?
– Лети, сын мой! – махнул рукой Господь вослед Архангелу. – Нет, ну какое изящное решение нашли! «Он – ее Якорь, она – его Крылья». Надо бы это широко внедрить! Ведь вместе – идеальная пара получается! Просто Божественное равновесие…
* * *
Там, далеко внизу, на земле, Ангел по имени Илья вдруг отложил повседневные дела и, сам себе дивясь, устроился на диване и взялся за книгу. А Ангел по имени Анжелика вдруг подумала: «А почему я думаю, что моя любовь к нему – материнская? А может, такой и должна быть настоящая Любовь?»
А их дети, маленькие Ангелы, ничего не думали – они просто любили… В их юных чистых душах еще царило Божественное Равновесие.
Остановка семнадцатая
Возвращение на планету любви
– Мне кажется, я поняла, – задумчиво сказала Маша. – Все люди по сути ангелы. Только функции выполняют разные. Одни – крылья, другие – якорь. Да?
– Так и есть, – ответила Звезда. – Если ты не будешь об этом забывать, то сможешь построить гармоничные отношения.
– Скорее бы уже начать! – засмеялась Маша. – Мне не терпится попробовать!
–Смотри, мы вернулись к Мастерской. Помнишь, как ты лепила Идеального Мужчину и устроила Звездопад?
– Ох, помню! – хохотнула Маша. – Это ж надо, какая я была дурочка еще совсем недавно!
–Хочешь еще раз побывать внутри?
– Да, пожалуй, – кивнула Маша. – Надо же подвести какие-то итоги нашего путешествия!
И вновь они оказались в зале с зеркальными стенами. Здесь уже все было вымыто, вычищено и восстановлено, как будто никогда тут не бушевали стихии и не пылали фейерверки.
– Будешь лепить идеального мужчину? – поинтересовалась Звезда.
– Не-а, – беспечно мотнула головой Маша. – Совсем другое!
Она зажмурилась, сосредоточилась… А затем по ее велению комната наполнилась туманом, из которого стали проступать какая-то фигура. И через несколько минут в зале возникла фигура Маши – не феи, а той, Земной. На ней было шикарное свадебное платье и белые цветы в волосах. Лицо ее светилось, улыбка была похожа на готовую вспорхнуть бабочку. В ней чувствовались уверенность, зрелость и стать, и она была прекрасна.
– Это моя Машенька, – нежно сказала фея. – Теперь она будет вот такая. Тебе нравится, Звездочка?
– Чудесный образ, – похвалила Звезда. – Ой, не зря мы пересекли почти половину Вселенной!
– Я очень тебе благодарна, – сказала фея. – И мне жаль с тобой расставаться…
– Мне тоже, но… я хотела попросить тебя об ответной услуге.
– Конечно! Проси все, что хочешь!
– Видишь ли, я хотела бы какое-то время пожить на Земле, – застенчиво призналась Звезда. – Если честно – соскучилась. Очень хочется!
– А разве это возможно?
– Вообще-то нет, но в нашем случае… Есть один вариант. Если ты разрешишь мне поселиться вот в этом замечательном кулоне, то я никого не сожгу, ничего не поврежу и сама не разрушусь. Тем более что я уже проделала в нем часть путешествия.
– Да пожалуйста! – с радостью протянула кулон Маша. – Давай, размещайся!
И Звезда плавно скользнула внутрь дешевой пластмассовой звездочки.
Читать бесплатно другие книги:
