Банды Маратона Чехин Сергей
![](/book/45222.jpg)
Такое же кольцо жилищ имелось и вокруг внутренней стены, а между ними располагались дворы – площадки разномастных форм и размеров, которые напоминали форты или крепости, где роль ограды играли дома. Во двор как правило вел очень узкий проход, и его обязательно охраняли, особенно если двор принадлежал банде.
Пятачок земли в центре отводили под самые разные нужды в зависимости от предпочтений хозяев. Здесь могли организовать спортивную площадку, мастерскую или трактир под открытым небом. Еще одной отличительной особенностью дворов были длинные флагштоки, на которых сушили белье, чтобы его не сперли. Поэтому при всей своей мрачности и загрязненности, в выходные дни нижний круг выглядел как ярмарка или фестиваль. Всюду разноцветные тряпки, весело качающиеся на зловонном ветре.
Только вот торговали на этой ярмарке отнюдь не сувенирами или пирожками, а смертью, болью и унынием.
– Вот здесь, – Гвоздь указал на крепкую калитку, закрывающую вход в какой-то двор. – Сюда нас затащили.
На досках мелом была нарисована рука, сжимающая дубинку. Очевидно, знак очередной банды. Надо бы и себе придумать, мелькнуло в голове у Далана.
Эльф пинком ткнул калитку – не заперто. Перебросив палочку в другой угол губ, солдат шагнул во двор. Тот оказался довольно просторным и чистым – никакого мусора и дерьма между домами. На крыльце хижины напротив входа сидел жирный огр, на его коленке ерзала голая орчиха точно не первой и вряд ли второй свежести.
Доски отчаянно скрипели под здоровенной задницей, но каким-то чудом держались. Стоило банде Далана добраться до середины двора, как из хижин вышли угрюмые орки в одних грязных портках. Трое перекрыли путь к отступлению, остальные пятеро прислонились к стенам и скрестили руки на могучих грудях. За поясами громил висели штуки, похожие на колотушки – только побольше и массивнее, под орочью лапу.
– А вот и Лысая Башка пожаловала, – проскрипел огр.
Подельники гнусно заржали.
– Я слышал, что Отмычка вернулся с новым корешем, но не думал, что это будет эльф. Видать, старый гоблин действительно тронулся умом. Че пришел?
– Говорят, здесь потерялся один гоблин. Не видели? – глухо произнес Далан, чуть сгорбившись и склонив голову набок.
– Может и видели. Только вот позабыли, куда он делся.
Эльф прищурился. Восемь орков и огр – на вид матерые, крепкие, это вам не молодежь безусая. Оружие, опять же, не в пример лучше досок и кривых палок.
– Отдайте Рубанка! – пискнул Гвоздь, выступив вперед. – А то мас вам покажет! Он драконов голыми руками убивал!
Далан двумя пальцами схватил коротышку за шиворот и спрятал за своей спиной. Не хватало еще испортить столь важные переговоры.
Огр хмыкнул.
– И это я тоже слышал. Только вот верится с трудом. Эй, Бельмо! Иди сюда.
К главарю подошел самый рослый и плечистый орк. Этот бугай был на голову выше эльфа и гораздо шире в плечах. Его лицо наискось пересекал старый шрам, левый глаз закрывала белесая пленка, которая и стала причиной такой клички.
– Слабо его голыми руками одолеть, а? Бельмо чай поменьше дракона будет. Или же ты самозванец?
– Разойтись, – тихо скомандовал Далан.
Шпана послушно отошла в сторону. Бельмо шагнул к эльфу, хрустя пальцами и разминая шею. Солдат как стоял с руками в карманах, так и остался. Орк посчитал это оскорблением и со всего духу саданул Далану в скулу. Кулачище со сбитыми костяшками врезался в воздух и потянул хозяина за собой. Бельмо качнулся, едва удержав равновесие и резко развернулся. Далан стоял за его спиной, посасывая чайную палочку.
Соратники Бельма заулюлюкали, раззадоривая бойца. Солдат тем временем приподнялся на цыпочки и стал мелко попрыгивать вперед-назад. Рук из карманов по прежнему не вынимал.
Орк быстро смекнул, что противник не так прост как кажется. Бельмо не стал больше лупить наотмашь, а встал в моряцкую стойку. Левый кулак прикрывает подбородок, правый отведен за ухо, ноги чуть согнуты и расставлены на ширине плеч. Отличная позиция и для кабацкой драки, и для поединка на ринге.
Бельмо подошел на расстояние удара, эльф отпрыгнул назад на добрые полметра. Зрители недоуменно ахнули – со стороны казалось, что ушастый оттолкнулся лишь пальцами. На самом деле это было не так, но Далан не собирался раскрывать все секреты.
Белая шуба качнулась словно легкий плащ, в свете факелов сверкнули золотые лампасы. Далан выставил правую ногу вперед и принялся двигать ей будто тушил окурок. При каждом повороте позолоченные нити бросали блики и сильно отвлекали Бельмо. Тот зарычал и резко бросился к цели, готовясь одним крюком срубить наглеца.
Но эльф снова отпрыгнул. После пары таких маневров здоровяк пришел в бешенство и накинулся на противника сломя голову. Далан уклонился от прямого удара, поднырнул под крюк, и отскочил орку за спину, наградив его пинком под зад.
Пинок вышел легким и едва ощутимым, зато Бельмо рассвирепел не на шутку. Соратники кричали ему, предупреждали, но он уже ничего не слышал и не видел кроме наглого лысого эльфа.
– Ах ты собачий выродок! Ну щас я тебя!
Далан продолжал скакать по кругу и с молниеносной скоростью уходить из-под ударов. Зрителям казалось, что кулак вот-вот найдет скулу или подбородок, они набирали воздуха для радостного крика, но в последний миг эльф снова оказывался вне досягаемости.
Не прошло и минуты сумасшедшего танца, а Бельмо уже тяжело дышал и с трудом держал руки перед собой. Решив, что с него достаточно, Далан резко присел и подсек соперника. Тот упал на колено, вонзив кулак в грязь. Далан подумал немного, куда нанести последний удар – в голову или печень и выбрал первый вариант.
Пятка с громким хрустом врезалась в основание черепа. Бельмо закатил глаза и растянулся на земле. Больше с нее великан уже не встал.
– Видишь, – усмехнулся Далан. – Мне даже руки не понадобились для твоего дракона.
– Ты! – огр вскочил, отбросив в сторону орчиху. – Убил его!
Эльф пожал плечами и невинно улыбнулся.
– В драках такое случается, сам знаешь. А теперь отдавай нашего гоблина. Пока я только прошу.
– Не дерзи, – рыкнул огр. – Ты один, а моих ребят еще семеро.
– Я не один, со мной моя банда. Впрочем, если ты хочешь проверить остальных парней, против не буду.
Толстяк зарычал и сжал кулаки.
– Ладно! Приведите коротышку! Но учти, Лысый, я этого так не оставлю!
– Меня зовут Быстрый, – ответил эльф и направился восвояси.
Глава 6
– Это было очень круто, мас! – восхищенно произнес Брус, опрокинув стакан. – Что это за приемы такие? А вы научите нас драться так же?
– Так же – вряд ли, – Далан хрустнул сухариком. – Это древняя эльфийская техника и называется она «борьба без борьбы». Когда мой народ переселился на континент людей, нас встретили очень холодно. Почти враждебно. Это было так давно, что люди не знали никаких рас, кроме себя самих. На их земле еще не встречались тролли, орки, гномы и прочие нелюди. Эльфов обижали, притесняли и горе тем, кто осмеливался поднять руку на человека в ответ. Тогда мы и придумали изматывать обидчиков, не причиняя вреда.
– Но вы же, ик, убили Бельмо.
Эльф выпил самогону и поморщился.
– А это уже прием из другого единоборства. В общем, я постигал «борьбу без борьбы» два века под присмотром лучшего мастера. Но не переживайте, вас я научу кое-чему другому, не менее полезному.
– Два века, – присвистнул Рубанок. Или Гвоздь. Далан слабо различал гоблинов. – А сколько же вам всего лет?
– Пять сотен.
Брус поперхнулся пойлом.
– Ничего себе! А мне вот недавно сорок девять исполнилось. Это же во сколько раз вы старше? Сорок девять… пять сотен…, – орк принялся загибать пальцы и морщить лоб, но вскоре бросил это неблагодарное занятие. – Знаете, я вот только сейчас понял, что мне крупно повезло. Ведь вы могли и меня так… по затылку. А не в живот.
– Ты еще молод, тебе хватит и простого урока. А вот банду огра пришлось сразу поставить на место.
– Мас, а я вот что еще хотел спросить. А если бы огр натравил всех своих парней на вас?
Далан пожал плечами и ответил:
– Сломанных шей было бы больше.
Быстрые отмечали удачное освобождение Рубанка. Столы поставили впритык, Борода расщедрился на выпивку и закуску. Впрочем, кроме половины бутылки и мешочка сухарей у него больше ничего не осталось. Доедали последние крохи, так сказать.
– Надо твою дыру модернизировать, – сказал эльф.
– Это как?
– Ну, смотри – тупичок мои парни почистили. Хоть вонять меньше стало. Если удастся достать инструменты, гоблины из твоих бочек сколотят нормальный стол и лавки. Повезет – еще и на стойку останется. Справитесь, парни?
– Как пить дать! – хором ответили коротышки.
– Вот. Добротная мебель – это раз. Самогонный аппарат – это два. Договориться с поставщиком еды – три. Нанять повара тебе в помощь и пару разносчиц – четыре. Отыскать музыканта – пять. Всего-то пять шагов для превращения твоей дыры в приличное заведение. А там глядишь и денежки потекут.
– Ага. И где ты все это собрался добывать?
– Пока нигде. Нужно прочнее укрепиться на районе, иначе наше уютное модернизированное гнездышко вмиг перекочует кому-нибудь. Кстати, Брус, а где вы взяли доски с гвоздями?
– В какой-то мусорке нашли. А что?
– Нужно больше таких. На рассвете отправитесь на поиски всем составом. Притащите столько, сколько найдете. А теперь по стаканчику и отбой.
Далан лег поздно, когда все остальные уже храпели на полу. Но ни это, ни обильное возлияние не помешали встать с первыми лучами солнца. Старая армейская привычка, тут ничего не поделаешь.
Эльф опохмелился, оттряхнул шубу, заменившую ему ночью спальный мешок, и вышел на улицу. Побродил немного по тупичку, пожевал чайную палочку и вернулся в трактир. Растолкал своих бандитов, выпроводил на задание и снова заснул. Делать все равно было нечего, так чего попусту слоняться по кругу.
Разбудил Далана снова Йоджи и сообщил, что к нему пришли. Эльф не стал накидывать шубу – и без того было жарковато, несмотря на конец лета. Щурясь от яркого полуденного солнца, солдат вышел на крыльцо. Посреди тупичка стоял уже знакомый огр в сопровождении двух хмурых орков.
– Мстить пришел? – хмыкнул эльф, пряча руки в карманы. Верзилы вздрогнули, будто лысый достал из-за плеч двуручный клинок.
– Нет, – ответил синекожий толстяк. – Бой был честным, претензий у меня нет. Обсудить кое-что хочу.
– Заходи. Эти двое пусть караулят вход.
Лавка под жирной задницей отчаянно скрипнула, прогнулась, но вновь не сломалась. Прямо волшебство какое-то, подумал Далан.
– Вчера я не представился, – огр протянул лапу, – меня зовут Брюхо. Я вожак Деревянных кулаков.
– Неплохое название, – эльф ответил на рукопожатие. – Извини, угостить тебя нечем, все запасы кончились.
– Ничего, я поел перед выходом. Послушай, Быстрый, – огр побарабанил пальцами по столешнице, – мы с тобой вроде как соседи. Парень ты, вижу, неплохой, руку тебе жать не зазорно. И я подумал – почему бы нам не укрепиться на районе? Ну, знаешь, двум бандам проще будет отбиваться от всякой шелухи.
Далан перекатил палочку в другой угол рта.
– Ага. Значит, тебя кто-то прижал. Так?
– Так, – неохотно согласился Брюхо. – На неделе, еще до твоего прибытия, несколько шаек объединились в одну и заявили права на сектор. Отморозки редкостные, моим парням проходу не дают. Ты не думай, что я пытаюсь напугать, но о тебе они наверняка уже слышали. А этих засранцев не меньше трех десятков или даже больше. Всякая мелочь липнет к ним как банные листы к заднице. А зовут себя Костоломами, выпендрежники хреновы. Впрочем, сломать руку или ногу для них, что в грязь плюнуть. Мрази еще те…
– Костоломы…, – задумчиво произнес Далан. – Знаешь, где их дворы?
– Конечно.
– Пошли прогуляемся. Быков своих тут оставь, пусть трактир сторожат.
– Что ты задумал?
– Есть одна мыслишка.
Над городом ярко светило солнце, но антураж от этого вовсе не делался радостным. Наоборот, Далан словно очутился в какой-то шизоидной абстракции. Кругом грязь, разваливающиеся разве что не на глазах хибары, нищета и произвол. А солнце, казалось, от всего этого в полном восторге. Висит себе и наблюдает, пуская лучи даже в мрачные подворотни и узкие ходы.
К обеду квартал окончательно проснулся. Из тянущихся вдоль улицы хибар доносились крики младенцев, сменявшиеся громкими шлепками, ругань мужей, вопли жен, пьяное бормотание стариков. Лишь единицы занимались полезным делом – собирали мусор, оттаскивали к воротам мертвецов, за что получали медяки от санитарной службы, пытались продавать самодельную ерунду. Как правило, весь круг паразитировал на тех, кто хотел вырваться из душных тесных объятий разрухи.
Банды взимали налог за «крышу», магистрат взимал налог королю, товар или деньги часто крали карманники, так что редкий трудовой люд оставался с жалкой горсткой медяков, которых едва хватало на пропитание. И это в лучшем случае. Неудивительно, что нижний круг превратился в рассадник преступности. Жить честно здесь было попросту невыгодно, а порой и опасно.
Вдруг сквозь общую какофонию прорезался тонкий как комариный писк перебор лютни. Никто кроме эльфа не услышал бы его на таком удалении, но Далан сразу же определил строну, откуда доносился звук. Хлопнув спутника по плечу, эльф поманил его за собой.
Ловко огибая спешащих навстречу оборванцев, лавируя меж шатающихся и валяющихся в грязи алкашей, солдат двигался к цели словно взявший след пес. Только собаки ориентировались носами, а Далан – ушами. И они подводили очень редко.
Внезапно музыка оборвалась, но эльф уже знал, куда идти. Он велел Брюху быть на стреме, а сам нырнул к небольшой, довольно чистый дворик из трех хижин. На крыльце одной сидела человеческая девушка с длинными темными волосами. Как и большинство местных дам, она носила серое платье из грубой ткани, издалека похожее на длинный мешок с прорезями для рук и головы.
Незнакомка прижимала к груди облезлую, видавшую виды лютню как родного ребенка. Рядом с ней нависали два молодых тролля в вычурных цветастых одеждах. Далан спрятался за дождевой бочкой и прислушался.
– Ну, бабки где? – гнусаво спросил один из троллей с грязными, свисающими сосульками волосами.
– Вы же прогнали меня с улицы! – гневно возразила девушка. – Как я заработаю в своем же дворе?
– Как хочешь, – рыкнул второй, бритый наголо. – Или гони монетки, или кончай бренчать. А лучше заплати-ка натурой!
Тролли надвинулись на девушку, та вжалась в стену.
– Папа! – крикнула лютнистка.
На зов из хижины вышел низенький плюгавый мужчина.
– Ребят, пожалуйста, оставьте ее в покое. Чем вам мешает ребенок, пусть играет себе.
– Она берет деньги за свою музычку, а с нами не делится. Все, кто зарабатывает в этом секторе, должны башлять Костоломам, – злобно бросил лысый тролль.
– А то все кости переломаем! – пробубнил напарник.
– Так что пошел к черту, старик. Мы забираем твою девку в уплату долга.
Патлатый схватил взвизгнувшую музыкантшу и притянул к себе. Отец ринулся было на подмогу, но получил тычок в живот и отлетел в хижину.
– Папка! Отвалите, уроды!
Лысый тролль взвалил добычу на плечо и потопал к выходу из двора. Его соратник так увлекся разглядыванием попки пленницы, что не заметил спрятавшегося за бочкой эльфа. Далан пропустил бандитов, потом вскочил и свернул одному шею. Второй хотел развернуться, но в узком проходе с ношей на плече ничего не вышло. Далан метнулся к нему и ударом ноги сломал позвоночник. Тролль рухнул как подкошенный, но эльф успел схватить девушку за шиворот, чем уберег от придавливания зеленой тушей.
На шум с улицы прибежал Брюхо и всплеснул руками.
– Это же Костоломы… Нам же теперь…
Далан наклонился над искалеченным троллем и отточенным за долгие годы движением свернул ему шею. Неестественно вывернутая голова с вываленным языком упала в грязь.
– Нам же теперь что? Мертвецы говорить не умеют. Пальцами показывать тоже.
Брюхо вздохнул и покачал головой. Музыкантша тем временем попыталась улизнуть, но Далан окликнул ее. Девушка вздрогнула и остановилась, готовая в любой момент броситься сломя голову.
– Ты хорошо играешь, – улыбнулся солдат. – Я оценил.
Девушка расслабилась и покраснела. Похвала эльфа (пусть странно одетого и лысого) за музыку – это серьезный повод для гордости.
– Меня зовут Быстрый, я держу трактир неподалеку. Если хочешь играть в месте, где тебя никто не тронет – собирай вещи. Мы вскоре вернемся. Не захочешь – твое дело.
– Я…, – смутилась девушка. – А мой папа?
– Бери и его с собой. Лишние руки всегда пригодятся.
– А вы… бандит?
Далан усмехнулся.
– Я – благородный разбойник.
Глава 7
Брюхо привел спутника ко входу в двор, теснившийся неподалеку от западных ворот. На крепкой дощатой калитке был нарисован углем знак банды – череп с расколотой макушкой. Далан довольно долго рассматривал рисунок, стараясь запомнить мельчайшие детали. Кем бы ни был уличный художник, постарался он на славу.
– Что ты задумал? – бухтел огр. – Нам лучше свалить отсюда.
– Согласен.
Эльф хрустнул пальцами, засунул руки обратно в карманы и пошлепал восвояси.
– И зачем надо было приходить? Поглазеть на их знак? Так я бы тебе сам намалевал.
– Меня интересует оригинал. Скажи, из нижнего можно выбраться в обход ворот не через лаз контрабандистов? Еще есть норы?
– Ха! Полно. В каждом секторе есть ходы, в некоторых даже по два.
– Хорошо. Мне нужны двое-трое верных крепких ребят с оружием. Организуешь?
– Сначала скажи, что ты задумал.
– Налет.
Огр всплеснул руками, едва не задев какого-то оборванца.
– Налет?! На что?
– На загородный дом. Небольшой особнячок без охраны. И это будет не простая кража, а самое настоящее разбойное нападение.
– Да ты с ума сошел! Нас не трогают лишь потому, что мы не шерстим богачей! В большинстве поместий теперь живут люди бургомистра и шерифа. Попробуй их обидеть – и виселица обеспечена.
– Вот именно, Брюхо. Вот именно.
По дороге к дому музыкантши Далан подробно растолковал свой план. Брюхо первое время сопротивлялся и отнекивался, но потом позарился на добычу и решение одной важной проблемки. Огр пообещал трех лучших рубак и оружие для парней Далана.
Когда солдат вошел во двор девушки, трупов троллей уже не было. Мертвецы в нижнем городе появляется очень быстро, но так же быстро исчезают. Сама музыкантша с узелком на плече и лютней в руках дожидалась у открытой двери хижины. На пороге стоял отец и хмуро зыркал на эльфа.
– У вас я не останусь, – сказал он, – но дочь провожу и буду наведываться каждый день. Если она будет заниматься всякими непотребствами… не погляжу, что ты убийца драконов.
Далан улыбнулся и вежливо кивнул.
Огр и сопящий папаня топали позади, Далан и музыкантша торили путь. Народу на обратном пути встречалось гораздо больше, нестройные ряды нищих сменялись юркими компашками молодых карманников. Одного безбородого гнома Далан изловил на горячем и хотел вывихнуть руку, но в последний момент передумал. Отпустил, чем заслужил полный уважения взгляд щипача.
– Как тебя зовут? – наконец спросил солдат.
– Мик. Сокращенно от Микелла.
– У тебя неплохая лютня. Семейная реликвия?
– Нет, что вы, – девушка покраснела. – Нашла в помойке и починила.
– Дай мне руку, – Далан протянул открытую ладонь.
Мик несмело вложила в нее свою. Эльф поднес крохотную ручку по рту и легонько укусил за палец.
– Все же не золото. Странно.
Музыкантша так разволновалась, что не сразу поняла суть столь тонкого комплимента. А когда поняла, зарделась пуще прежнего. Брюхо тяжело вздохнул и покачал головой. Папаня тихо фыркнул.
– Ну, вот здесь мы и живем. Можешь играть в трактире что угодно.
Мик осмотрела тупичок и полуразваленную хибару. Не лучше, но и не хуже других домов в нижнем круге. Зато никто не отберет лютню и не бросит гнилым помидором. Наверное…
Отец поцеловал дочку на прощанье, смерил сердитым взглядом эльфа и ушел. Далан улыбался ему вслед. Старый ворчун должен был быть безмерно благодарен, ведь не проходи солдат мимо, Мик уже бы отрабатывала долг натурой. А потом была бы продана какому-нибудь сутенеру или оставлена на потеху Костоломам.
– А как называется трактир? – спросила девушка.
Далан задумчиво хмыкнул.
– Неплохой вопрос. Пока никак.
– Я думаю, ему бы подошло «Под крылом дракона». Место, где всегда есть крыша над головой и уют. Ведь таким должен быть настоящий трактир, да?
– Согласен. Только вот под крылом дракона ни разу не уютно. Поверь, я пробовал.
Мик погрустнела и опустила плечи.
– Простите. Мое дело играть, а не сочинять названия.
Далан усмехнулся.
В тупичок вошли гоблины со связками досок на плечах. Следом топал Брус и волочил за собой здоровенный отпил бревна, необработанный и полный заноз. Только тогда эльф заметил, что рядом с крыльцом лежит нехилая такая поленница из разномастного древесного мусора. Видимо, парням не везло в поисках и они тащили все подряд, лишь бы засчитали задание.
– Брус.
– Что, мас? – орк бросил ношу в общую кучу и утер пот со лба.
– Еще одна ходка – и заканчивайте. Отдохните пару часиков и приступайте к следующему заданию: украсть молоток, зубило и гвоздодер. Как только справитесь, начинайте выдирать гвозди из досок. А вы, – Далан кивнул на гоблинов, – хорошенько поработайте с вот этой здоровенной хреновиной. Мне нужна вывеска для трактира. Называться он отныне будет «Под крылом дракона». Оформление на ваш вкус.
– Есть, мас! – отозвался бригадир.
– И сильно не переусердствуйте. Ночью нас ждет очень важное дельце.
Орки осклабились и ехидно переглянулись.
– Ладно, я, пожалуй, пойду, – сказал Брюхо и почесал живот. – Мои ребята придут в полночь.
– Пусть захватят мешки побольше. Делить будем поровну, но чур столовые приборы мои.
– Не вопрос, Быстрый. Все как договаривались.
Подельники пожали руки и разошлись.
Далан вслед за Мик вошел в трактир. Борода как обычно торчал за стойкой, подперев кулаком подбородок. Йоджи доедал хлебные крошки из мешка. При виде девушки тролль заметно оживился, гоблин тоже перестал хрустеть и обернулся.
– Только приехал в город, а уже раздобыл такую красавицу, – хмыкнул хозяин.
– А чего ты удивляешься, – поддакнул взломщик. – Женщины на эльфов ой как падки.
Музыкантша покраснела и потупила взор.
– Не смущайте нашего лютниста, – с улыбкой попросил солдат. – Слушай, Йоджи, тут дельце одно есть…
Далан сделал вид, что обсуждает грядущую вылазку, хотя сам тайком наблюдал за новой обитательницей. Девушка положила свои вещи на стул и осведомилась, есть ли здесь метла. Борода достал из подсобки кривоватую палку с пучком истертых почти до основания хворостин. Мик поблагодарила старика и принялась наводить порядок: подметать и сматывать клочья паутины, пыльными саванами висящие по углам.
Быстро закончив (помещение было маленькое, что там убирать), музыкантша развязала узелок и достала оттуда гамак, одеяло и объемистый куль печеной картошки.
Корнеплоды были подгоревшие с одних боков и гнилые с других, но с голодухи и не такое сожрешь. Далану на фронте доводилось набивать желудок такой снедью, что в приличном обществе и не расскажешь. Да и в неприличном тоже.
Всем досталось по одной штуке. Наскоро перекусив, Мик стала присматриваться, куда бы повесить гамак.
– А давай снаружи растянем, – предложил эльф. – Ночи еще теплые, накрыться есть чем.
Девушка кивнула и вышла на улицу.
Гамак был сделан из мотка старой, но все еще крепкой рыбацкой сети. От него по-прежнему веяло морем, солью и немножко рыбой. Эльф в два счета управился с узлами, привязав один конец к стене трактира, а другой к подпорке стоящей рядышком хижины.
Сперва попробовал сам, лишь потом уступил место девушке. Нет, за сеть солдат не переживал, а вот за хлипкие хибары – да. Но они выдержали, сердито скрипнув под тяжестью служивого.
Мик легла в гамак и провела пальцами по струнам. Лютня отозвалась мелодичным звоном.
– Мастер Быстрый, – тихо произнесла девушка. – А я могу возвращаться домой иногда?
– Ты вольна делать, что захочешь. Насильно тебя никто не держит.
– А что мне играть?
– Что-нибудь печальное, воровское, чтоб душу рвало. Тогда успех и признание обеспечены.
Мик улыбнулась.
– Я знаю много баллад, правда, не про воров. Про драконов, рыцарей и далекие страны. Знаю веселые застольные частушки, могу даже тризну спеть.
Далан сел на крыльцо и сунул в рот чайную палочку, обсосанную почти до половины.
– Давай что-нибудь веселое. А то как-то неспокойно на сердце.
Мик села и поудобнее взяла лютню. И запела. Голос у нее был звонкий и весьма приятный уху. Даже эльфийскому. Девушка пела задорные и порой весьма пикантные частушки. Одни куплеты от души веселили солдата, другие вгоняли в краску. Мик успела исполнить четыре, прежде чем вернулись орки. После заскрежетали доски, застучали молотки и стало не до пения. Музыкантша просто наигрывала легкую мелодию, отгоняя скуку от работающих парней.
К вечеру успели закончить только калитку. Гоблины не хотели делать вывеску как попало, поэтому решили продолжить завтра. А дверь в тупичок вышла на славу: крепкая, высокая, в три слоя досок и с прочным засовом. От тарана, само собой, не защитит, но выдержать осаду разъяренных голодранцев вполне сумеет. К тому же, в тупичке перестанут гадить собаки, а это не могло не радовать.
Далан принял работу, похвалил парней и отправил спать. До полуночи оставалось четыре часа – как раз хватит восстановить силы. В назначенный срок заявились Деревянные кулаки – три орка с колотушками и мешками, все как и обещал Брюхо. Эльф растолкал свою банду и вышел на свежий воздух.
Ночь выдалась безлунная, в небе висели тучи – к утру обещал пойти легкий дождик. Главное, чтобы ненастье не разразилось во время налета, иначе придется сматывать удочки.
Кулаки, как и просил Далан, принесли целый мешок угольной пыли и несколько крупных целых кусков. Солдат велел всем раздеться до портков и натирать друг друга пылью. Через полчаса налетчики стали иссиня-черного цвета, лишь поблескивали глаза. С такой маскировкой их бы родная мать не узнала. Именно то, что нужно для успеха операции.
Подворотнями добрались до неприметной хижины, где был спрятан лаз, ведущий за крепостную стену в обход охраняемых ворот. Этот тоннель был короче, но гораздо шире, чем у контрабандистов. Ползти на четвереньках не пришлось, достаточно было немного наклониться.
Выбравшись из города, налетчики добрались до клеверного поля и под прикрытием высоких стеблей направились к цели. Далан заприметил эту постройку еще во время бегства из дурдома – одиноко стоящий особнячок, обнесенный декоративным заборчиком. На клумбах по обе стороны парадного крыльца росли алые эльфийские розы.
Именно благодаря им Далан осознал ценность поместья, невидимую для тех, кто плохо разбирается в цветах. Внешне особняк выглядел невзрачно и бедно: никаких барельефов на стенах, никаких колонн и решеток на окнах. Простенькое жилище, которое мог взять в кредит и городской писарь, не говоря уже о чиновников повыше рангом.
Сделано это было лишь с одной целью – отвадить ворье. Пусть себе лазят в богатые особняки, а у нас брать нечего, сами концы с концами едва сводим. Выдавали все розы. Настоящие, выведенные лесной знатью тысячи лет назад. В те времена эти цветы росли на всем континенте, сейчас же саженец торговался в районе ста золотых за штуку. Кем бы ни был неведомый флорист, денег у него явно хватает на подобные увлечения.
Значит, будет чем поживиться.
В поместье горел свет. Еще одно доказательство правоты эльфа. Трудяги встают задолго до рассвета и ложатся ранним вечером. Допоздна не спят лишь те, кому нет нужды утром топать на работу. Далан выглянул из клевера и сощурился. В окне виднелся край стола с фарфоровым чайником посередине. Женщина средних лет в ночной рубашке держала чашку двумя руками и хлебала горячий напиток. Судя по струйкам табачного дыма, напротив женщины сидел еще кто-то. Наверное муж или любовник.
Далан дал знак Йоджи, и гоблин пополз к входной двери. Пока он ковырялся в замке, орки изображали различных животных. Брус ухал филином, двое Кулаков выли как коты перед дракой. Женщина несколько раз подходила к окну, сокрушенно качала головой и возвращалась на за стол.