Карандаш и Самоделкин на острове сокровищ Постников Валентин

Глава 11 Одноногий пират Джон Сильвер и старое кладбище покойников

На остров начала медленно опускалась ночь. Хотя, как утверждают знатоки, в тропических странах ночь не наступает, она приходит совершенно неожиданно, словно в какой-то момент, там, на небе, кто-то чпок… и лампочку выключил. И вдруг, в один момент, становится темно.

Вот так же и на этот раз, словно кто-то лампочку вывернул. Путешественники даже хорошенечко не успели осмотреться, как очутились на каком-то открытом месте, посреди холмиков и бугорков.

— Кажется, пора устраиваться на ночлег, — сказал Карандаш. — Всё равно в темноте ничего не видно.

— Да, вроде бы место тут безопасное, — оглядываясь по сторонам, сказал профессор Пыхтелкин.

— Тут вроде и деревьев маловато, — подтвердил Карандаш. — Всё, давайте спать, а то у меня от всех переживаний и страхов ноги подкашиваются.

— Сперва все места кажутся безопасными, а потом раз — и опять какая-нибудь Барбацуца с дерева спрыгнет на голову, — сказал Буль-Буль.

— Ой, капитан, идите сюда, — закричал Дырка. — Тут такие ямки удобные, можно травы набросать и устроиться словно в кровати.

Путешественники принялись укладываться на ночь, стараясь лечь, как можно удобнее. Земля была тёплой, и поэтому все устроились спать прямо на траве.

Хотя Самоделкин был недоволен, ему казалось, что не дело спать на траве, нужны хотя бы палатки. Но Карандашу было лень рисовать, и Самоделкин смирился, устроившись, как и все, прямо на траве.

Вскоре все заснули. Все, кроме разбойников, они не спали, а только делали вид, что спали, то есть прикидывались спящими.

— Как ты думаешь, есть всё-таки золото и драгоценности на этом острове? — спросил в полной тишине шпион Дырка.

— Раз здесь когда-то побывали пираты, значит и сокровища должны быть, — ответил ему капитан Буль-Буль, ворочаясь с боку на бок.

— Ты думаешь? — с надеждой в голосе спросил худой шпион.

— Конечно, есть, — почёсывая пятку, ответил рыжебородый пират. — Ну, сам посуди: в стародавние времена пираты бороздили моря и океаны для того, чтобы грабить проплывающие мимо корабли, переполненные золотом и драгоценностями. Я в одной книжке читал про знаменитого пирата, капитана Флинта. Это был жуткий головорез и настоящий разбойник. Там было написано, что он потопил штук сто разных кораблей, груженых всякими драгоценностями.

— Вот это да! — изумился длинноносый разбойник.

— А ты как думал, — хрипло засмеялся Буль-Буль. — У него ещё помощник был — одноногий повар Джон Сильвер. Ему кличку дали — Окорок, потому что — одноногий. Так, вроде бы, он ещё хуже капитана Флинта был. Ужасный пират, просто ужасный. У него подмышкой всегда костыль был, на который он опирался, чтобы не упасть. Так вот, он этим костылём убивал всех, кто на его пути вставал.

— Брехня, — приподнимаясь от страха на локте, прошептал Дырка.

— А вот и не брехня, — покачал головой пират Буль-Буль.

— А почему он был одноногий, — недоверчиво спросил шпион Дырка. — Куда он свою ногу подевал?

— Якобы, ногу ему акула откусила, — хрипло пояснил пират Буль-Буль. — Ведь пираты, иногда, во время драк, падали за борт. И вот однажды Джон Сильвер сцепился с одноглазым Гарри. А тот, надо тебе доложить, огромный, как горилла. Они что-то там не поделили из награбленной добычи. И вот, эти два джентльмена, сцепились не на жизнь, а на смерть. Корабль, на котором они плыли, от набежавшей волны качнуло, и оба разбойника, кубарем, полетели в солёную воду Тихого океана.

— А там? — нетерпеливо ёрзая по траве, спросил Дырка.

А там — акулы-людоеды, слышал про таких? Ух и жуткие твари, я тебе скажу, просто настоящие разбойники. Говорят, что они чуют запах крови за много километров в воде. Так вот, эти акулы приплыли к барахтающимся пиратам и вцепились в них зубами.

— А те что? — не унимался Дырка.

— Те начали отбиваться от акул, да силы были не равные. Ты знаешь, сколько у акулы зубов, ух, сколько! В два ряда растут и все острые, как бритвы, — пояснил рыжебородый. — Одноглазого Гарри они сразу проглотили. Даже прожевать толком не успели, видимо голодные были. Он, этот Гарри, только и успел подмигнуть, из уже закрывающийся пасти, Джону Сильверу своим единственным глазом. И всё — пасть захлопнулась.

— А с Одноногим Сильвером, что случилось? — спросил Дырка.

— Он тогда ещё двуногим был, как все нормальные люди, — ответил Буль-Буль. — Но уже через минуту стал одноногим. Одна из акул-людоедов бросилась на него, ударив хвостом по воде. Сильвера захлестнула волна, и он, буквально на секунду, потерял бдительность. Вот тут-то два ряда акульих зубов и оттяпали ногу знаменитого пирата и разбойника.

— Хорошо хоть целиком не проглотила, — вытер рукавом лоб шпион Дырка. — Как его товарища, этого одноглазого Гарри.

— Хотела съесть, но не успела, — пояснил толстобрюхий пират Буль-Буль. — Как я понял из книжки, уже одноногий Сильвер выхватил из-за пояса стальной кинжал и вонзил акуле прямо в глаз!

— Ловко! — обрадовался шпион Дырка.

— Конечно, ловко, на то он и моряк, чтобы акул не бояться, — усмехнулся пират Буль-Буль. — Раз, два и акула дохлая, кверху брюхом по воде плывёт.

— А остальные акулы как же? — спросил Дырка.

— Испугались, — пожал плечами Буль-Буль. — Разбежались, вернее сказать, разнырялись в разные стороны. Но с тех пор Джон Сильвер остался с одной ногой и костылём.

— Да, я слышал, среди пиратов много калек было, у кого ноги не хватает, у кого руки, а у кого и мозгов не было, — пошутил Дырка.

— А всё потому, что у пиратов часто драки бывали во время абордажа, — переворачиваясь с боку на бок, продолжал вещать Буль-Буль.

— А что такое абкармаш? — спросил Дырка.

— Абордаж, а не абкармаш, это когда пираты захватывают какое-нибудь судно, — пояснил Буль-Буль. — А делали они это так: подплывали как можно ближе к судну, которое собирались грабить. А потом кидали на борт, привязанные к верёвкам кошки и, с помощью этих кошек, подтаскивали судно к себе поближе, чтобы можно было перепрыгнуть с одного борта на другой, и тогда начиналась рукопашная схватка.

— А кошки-то чем виноваты? — удивился Дырка. — Живодёры какие-то, а не люди. К кошкам верёвки привязывали, да ещё кидались ими.

— Это не нестоящие кошки, а железные, — пояснил Буль-Буль.

— Кошки-роботы что ли? — опять не понял Дырка. — Вот это да! А откуда у пиратов в те стародавние времена были роботы?

— Да не роботы это, а крюки такие специальные. Их кошками называли, потому что они цеплялись за всё что угодно, словно кошки, — ответил Буль-Буль.

— Теперь понятно, — кивнул Дырка. — Всё равно мне жалко пиратов, раз они после этих абордажей лишались всяких нужных частей.

— Будто бы Джон Сильвер после того несчастья, стал ещё более жестоким, чем был до того, — прошептал Буль-Буль.

— Ясное дело, не красавец, — кивнул Дырка.

— Да нет, ты не понял, — отмахнулся от него Буль-Буль. — Говорят, он стал самым жутким пиратом на всех морях и океанах. Хотя прикидывался добреньким и, даже одно время, плавал на обычных, не пиратских кораблях, коком.

— А зачем? — не понял Дырка.

— А затем, что его приятель, капитан Флинт, все сокровища, которые они вместе, за много лет награбили, закопал на этом самом острове, а остальных пиратов, которые были на острове с ними — ухлопал.

— Что, один? — не понял Дырка.

— Да, один-одинёшенек, — подтвердил Буль-Буль. — Чтобы те не проговорились кому-нибудь, где именно зарыты сокровища.

— А как же одноногий Сильвер мог разыскать эти сокровища? — спросил Дырка.

— Ты что, маленький что ли? — усмехнулся Буль-Буль. — Конечно, с помощью карты Острова Сокровищ. Капитан Флинт указал крестиком все места, где он с пиратами закопали сокровища. А карту забрал с собой. Но вскоре он умер. И карта попала в руки хороших людей. Вот они-то и отправились на тот остров, чтобы разыскать сокровища Флинта и забрать их. Но Джон Сильвер, по прозвищу Окорок, был не такой уж дурак. Он втёрся в доверие к капитану и нанялся на судно работать коком, то есть поваром. Да ещё матросов помог набрать из бывших пиратов.

— И что, нашли они сокровища Флинта? — спросил Дырка.

— Нашли, — кивнул головой Буль-Буль.

— А мы тогда зачем сюда приехали? — огорчился шпион Дырка. — Раз Сильвер все сокровища забрал с острова, нам тут делать нечего. Зазря только своими молодыми жизнями рискуем, под носом у этого сумасшедшего Повелителя шастаем.

— Да в том-то и дело, что не все сокровища они отсюда забрали, — зашептал на ухо Буль-Буль. — Кое-что они вывезти не смогли, им места в трюме не хватило. Немного осталось. Вроде бы, где-то на этом острове, есть пещера полная серебра.

— Уж лучше бы золота, — немного расстроился Дырка.

— Ну, тут уж выбирать не приходится! — разозлился Буль-Буль. — Я тебя притащил на остров, где уже триста лет лежат и нас дожидаются монеты разных королей и монархов. А ты ещё недоволен.

— Нет, я доволен, доволен! — перепугался Дырка. — Главное, разыскать пещеру и забрать сокровища!

— А чтобы разыскать эту пещеру, нам нужно найти карту Острова Сокровищ, — почесал бороду пират Буль-Буль. — Я знаю, что моряки, которые сто лет назад увезли отсюда золото и драгоценные камни, оставили карту здесь, на острове.

— А зачем? — не понял Дырка.

— Как зачем, — удивился Буль-Буль. — Карта может потеряться или истрепаться, или куда-нибудь деться. А тут она будет лежать в сохранности. Ждать своего часа.

— Какого часа? — не понял длинноносый шпион.

— Того часа, когда за ней приплывут потомки тех моряков, — ответил Буль-Буль.

— И когда же они за ними приплывут? — снова спросил Дырка. — Мы же не можем сидеть на острове и ждать, пока кто-то соизволит приплыть на остров и показать нам, где спрятаны сокровища Флинта.

— У меня есть план! — гордо заявил пират Буль-Буль. — Мы сможем найти сокровища и без этой дурацкой карты.

— Как? — переспросил Дырка.

— Всё очень просто, — пояснил Буль-Буль. — Перед тем, как отправляться на остров, я украл в городской библиотеке книжку, которая так и называется — «Остров Сокровищ». Тут написано, что старый пират Флинт оставил на острове всякие указатели, где искать сокровища.

— Что ещё за указатели? — заволновался шпион Дырка.

— Ну, вроде, как подсказки разные, — ответил пират Буль-Буль. — Если мы будем идти по этим подсказкам, то они нас приведут прямёхонько к сокровищам, теперь понял, дубина стоеросовая, или нет?

— Ага, теперь понятно, — радостно потёр руки Дырка. — Только как бы нам не пришлось делиться с Карандашом и Самоделкиным.

— Не придётся, — улыбнулся Буль-Буль. — Пусть они нам помогут отыскать сокровища, а там мы от них уж как-нибудь избавимся.

— Ладно, — вздохнул шпион Дырка. — Давай спать, а с утра начнём охоту за сокровищами. Главное, чтобы их раньше нас не нашли.

— Не боись, сокровища будут нашими! — укладываясь на тёплую траву, — заявил пират Буль-Буль.

Глаза у разбойников стали слипаться, и через минуту они уже громко храпели. Но вокруг происходило нечто странное.

Заросшие травой бугорки, которые были слева и справа, спереди и сзади спящих путешественников, начали шевелиться. И наружу, из-под земли, стали выбираться мёртвые, полуистлевшие пираты. Те самые пираты, что когда-то приплыли на этот остров вместе с ужасным, кровожадным, морским разбойником, которого все знали под именем — капитан Флинт.

Глава 12 Новые козни Повелителя. Охота за сокровищами начинается

— Нет, ну какая наглость! — раздался оглушительный крик в замке Повелителя.

— Что случилось, Повелитель? — заискивающе спросил попугай Кутя-Плютя, присаживаясь на плечо хозяина.

— Они продолжают разгуливать по моему острову, как ни в чём не бывало, — пояснил Повелитель, стряхивая с плеча попугая.

— Вот паразиты! — прокричал попугай, делая полукруг над головой хозяина.

— Паразиты, это ещё мягко сказано, — злобно прищурившись, процедил сквозь зубы Повелитель. — Все мои козни — даром! — продолжал злиться хозяин острова.

— Нужно у Главного компьютера спросить, что дальше делать, — летая над головой хозяина, советовал Кутя-Плютя.

Повелитель включил Главный компьютер. На экране тут же что-то замелькало, запрыгало, задёргалось.

— Я вас слушаю, Повелитель, — отчеканил, холодный как лёд, голос компьютера.

— Все твои советы мне не помогли! — расхаживая взад и вперёд по кабинету, злобно пробормотал Повелитель.

— Да, не помогли! — угодливо подтвердил Кутя-Плютя.

— И твои виртуальные злодеи нам тоже не помогли, — прорычал ещё строже Повелитель. — Одна компьютерная Баба-Яга чего стоит. Вместо того, что бы их…

— Съесть, родименьких, — подсказал нужное слово попугай.

— Да, чтобы их сварить в котле и съесть, как это у нас, у злодеев полагается, она их накормила, напоила и спать уложила.

— В программе произошёл сбой, — чётко, по-военному, доложил компьютер. В меня попал вирус.

— Меня все эти медицинские болезни не интересуют! — рявкнул Повелитель. — Мне нужно, чтобы этих негодяев на острове к утру не было. Они могут помешать нашему гениальному плану по захвату всего мира.

— Точно, они уже один раз нам помешали, — не вовремя, вспомнил Кутя-Плютя.

— Я же велел не вспоминать про это!.. — не на шутку разозлился Повелитель. — В прошлый раз им просто повезло. Но это не должно повториться. Ведь я — Повелитель! Великий Повелитель, а не какой-нибудь профессор с очками на носу, и уж тем более, не какой-то глупый мальчишка с карандашом вместо носа.

— Как же нам быть? — поглаживая брюшко крыльями, спросил попугай. — Нельзя же допустить, чтобы они добрались до замка и арестовали нас?

— Мы их сами арестуем! — топнул ногой Повелитель. — Мы их так арестуем!.. Мы их в тюрьму посадим или, лучше, в подземелье, в сырое, нет, в самое сырое подземелье на этом острове.

— Лучше в мокрое, — подсказал Кутя-Плютя.

— Что? — не понял Повелитель.

— Лучше в мокрое, чем в сырое, — пояснил попугай. — Например, в пещеру, полную морской воды. Я знаю одну такую, у самого берега. Она очень даже мокрая.

— Мы их утопим, — решил Повелитель. — Утопим в собственных слезах!

— Это как! — не понял Кутя-Плютя.

— Это жутко, — пояснил Повелитель. — Заставим их рыдать, как младенцев. Они у меня наревутся. Они у меня наплачутся. Они у меня…

Но что делать дальше, Повелитель пока не придумал, поэтому замолчал.

— Интересно, а чем они сейчас занимаются? — спросил Кутя-Плютя.

— Это легко проверить, — снова раздался металлический голос компьютера. — Сейчас я включусь, и вы всё увидите.

В ту же минуту экран вспыхнул, и Повелитель вместе с попугаем увидели спящих путешественников. Карандаш, Самоделкин, Пыхтелкин и разбойники мирно посапывали прямо на траве, посреди каких-то странных холмиков.

— Ага, славненько, они устроились на ночлег прямо на кладбище пиратов, — радостно потёр руки Повелитель.

— Где, где? — удивился попугай.

— Ты что забыл, я же рассказывал тебе? — разозлился Повелитель. — Когда-то на этом острове жили пираты. Примерно лет двести тому назад. Они зарыли здесь сокровища.

— Какие сокровища? — заинтересовался попугай Кутя-Плютя.

— Бриллианты, изумруды, сапфиры, ты что, не знаешь, какие сокровища бывают, — удивился хозяин острова. — Потом, правда, они почти все забрали.

— Кто, пираты? — продолжал допытываться попугай.

— Ну, пираты или не пираты, я точно не знаю. Но дело не в этом. Просто некоторые разбойники не поделили между собой добычу и навсегда остались в земле, на этом острове. Я даже имена некоторых из них знаю, — похвастался Повелитель.

— Откуда? — полюбопытствовала птица.

— Я хижину нашёл, в которой они жили, а там их дневник был, — пояснил Повелитель.

— Какой ещё дневник? Они что, в школе учились? — вытаращил глаза Кутя-Плютя.

— Нет, разбойники в школе не учатся. Их школа — это пиратская шхуна, острый клинок и солёный ветер океана, — усмехнулся Повелитель. — Дневник — это такая тетрадка, где они записывали разные приключения, которые с ними происходили в походах.

— И что там было написано? — ёрзая на плече у Повелителя, вынюхивал попугай.

— Про жизнь пиратов. Тех самых пиратов, которых Флинт — самый главный разбойник, оставил на острове, охранять сокровища.

— От кого охранять? — не понял попугай.

— От других разбойников, мало ли кто на остров может приплыть, — пояснил Повелитель. — Звали разбойников: Грязный Гарри, Бешеный Бэн, Одноглазый Пью и Однорукий Сэм. Жили они все в одной хижине, в самом центре острова. Сначала жили не плохо и даже не голодали, — засмеялся Повелитель. — Но корабль с Флинтом всё не приходил за ними и не приходил. Так прошёл год, за ним пролетели ещё два, а Флинта всё не было и не было. Он, как сквозь землю, провалился.

— Куда же он подевался? — спросил попугай.

— Не знаю, — пожал плечами Повелитель. — Говорили, что его акулы съели во время купания. Или не акулы, ну, в общем, какие-то морские чудовища. А про спрятанные на острове сокровища и про пиратов, которые охраняют эти сокровища, знал только один Флинт.

— И что же стало с пиратами? — допытывался Кутя-Плютя.

— Сгинули, — зевая, ответил Повелитель. — Умерли по очереди, один за другим. Последний, из оставшихся пиратов, похоронил их, и сам вскоре умер. Но даже мёртвыми пираты не успокоились, а продолжают охранять сокровища, — запугивал птицу Повелитель. — Каждую ночь, с восходом Луны, мёртвые пираты вылезают из могил и пугают всех и каждого, кто приближается к спрятанным сокровищам.

— Как пугают? — дрожащим от страха голосом, спросил попугай.

— Хватануть могут, — пояснил Повелитель.

— То есть, как хватануть? — перепугался попугай.

— Зубами, — засмеялся Повелитель. — У них, у покойников, знаешь, какие крепкие зубы, о-го-го! Уж если вцепятся, то только держись. Пока солнце не встанет, будут держать зубами до последнего.

— Ну и ужасы вы рассказываете, — поёжился Кутя-Плютя. — Я же сто раз ночью летал над этим кладбищем, иногда приземлялся, чтобы передохнуть немного. А там, оказывается, покойники по ночам ползают. Знал бы раньше, за сто вёрст облетал бы это место.

— Не бойся, — успокоил его Повелитель. — Они только людей пугают. На птиц внимания не обращают. Так что можешь там спокойно летать.

— Нет уж, спасибо, — отмахнулся крылом Кутя-Плютя. — Я буду летать где-нибудь в другом месте, целее буду. Пусть эти дохлые пираты лучше Карандаша и его компанию искусают, может хоть тогда они перепугаются и уберутся с нашего острова восвояси.

— Надеюсь, — потёр руки Повелитель. — Ну, держитесь, голубчики, — сказал Повелитель, смотря на экран компьютера. — Кажется, покойнички начали просыпаться. Вот из земли какая-то рука показалась.

— Фу, мне даже смотреть на это страшно, уж лучше я спать пойду, — взлетая, сообщил попугай. — Потом расскажете мне, чем всё закончилось.

Но Повелитель его уже не слушал. Он с нетерпением ожидал, когда мёртвые пираты расправятся с его живыми врагами.

Глава 13 Драка с покойничками и карта Острова Сокровищ

Над островом плыла тропическая ночь. Карандаш и его друзья мирно спали, даже не подозревая, в каком страшном месте они устроили себе ночлег.

Неожиданно из-под земли высунулась страшная, с большими, длинными, кривыми ногтями рука. Это была рука пирата. Мёртвого пирата. Уже лет двести, как мёртвого. Пошарив по траве и, нащупав чью-то ногу, рука вцепилась в неё и стала подтаскивать к себе. То была нога шпиона Дырки.

— Кто это меня схватил? — сонным голосом спросил Дырка.

Но ответа не последовало. Рука продолжала тащить Дыркину ногу, утягивая длинноносого шпиона за собой.

— Это ты, Буль-Буль? — протирая глаза, продолжал допытываться разбойник. — Не трогай меня, я спать хочу.

Тем временем, со всех сторон, из-под земли стали вылезать умершие пираты. Первым вылез Одноглазый Пью, он-то и схватил Дырку за ногу. Следом появилась голова Грязного Гарри, Однорукого Сэма и самого Бешеного Бэна. Все они — бывшие пираты, хранители сокровищ, окружили первого, кто им попался под руки. Это был Дырка.

— Хватит шутить, я не вижу, кто тут меня пугает, — улыбался в темноте шпион Дырка. — Это вы, профессор? Или ты, Самоделкин?

Вместо ответа разбойник услышал лишь какую-то возню и скрип.

— Мне совсем не страшно, — сообщил Дырка. — Я буду спать!

Вдруг Дырка почувствовал на себе чьи-то зубы. Острые зубы, которые пытались прокусить ему ногу.

— Нет, это уж совсем не смешно, кусаться мы не договаривались, — обиделся Дырка. — Сейчас я узнаю, кто тут шутки со мной шутит.

С этими словами Дырка достал из кармана небольшой фонарик и, направив его на умерших пиратов, включил. Прямо на него глядело дикое, полуистлевшее лицо или, вернее сказать, череп мёртвого пирата.

— К-к-кара-ул! — сдавленным голосом произнёс шпион Дырка.

В этот момент у Грязного Гарри, того самого, который стоял и смотрел прямо в лицо шпиону, вывалился правый глаз и, упав на землю, покатился по мокрой траве. Остановился он только тогда, когда наткнулся на башмак Дырки.

Другой пират, тот которого прежде звали Бешеный Бэн, вцепился обеими руками в Карандаша. Остальные мертвецы накинулись на Самоделкина.

— Караул! — уже во всё горло завопил Дырка. — Мертвецы! Оборотни! Спасайся, кто может! Бежим!

— На, получай! — лягнув ногой одного из пиратов, выкрикнул Самоделкин.

От такого сильного удара у Однорукого Сэма отлетела голова. Но пират тут же поднял её и, приладив на прежнее место, снова пошёл в бой.

— Бежим! — закричал Карандаш. — Нам с ними не справиться, они же покойники.

— Сейчас я как тресну этого покойника! — взревел пират Буль-Буль и действительно треснул Грязного Гарри кулаком по носу.

Но и это не помогло. Не обращая внимания на отваливший нос, Грязный Гарри продолжал кусать Дырку за ногу.

— Да отцепись ты, мертвечина проклятая! — заорал не своим голосом Дырка и изо всех сил ударил мёртвого пирата палкой, которая ему случайно попалась под руку.

— Бежим, бежим отсюда! — отпихивая, пожалуй, самого мерзкого из всех покойников, Одноглазого Пью, закричал профессор Пыхтелкин. — Все за мной, вперёд!

Упрашивать никого не пришлось. Карандаш, Самоделкин и профессор Пыхтелкин бросились от этого проклятого места прочь. Впереди всех неслись, как угорелые, пират Буль-Буль и шпион Дырка. Бежали долго, пока от усталости не свалились.

— Кажется, убежали! — тяжело дыша, сказал Карандаш.

— Все видели, как я его стукнул!? — начал хвастаться шпион Дырка. — Раз кулаком, два кулаком, у него даже уши отвалились. Ещё чуть-чуть, и я бы им всем надавал тумаков! — продолжал похваляться разбойник.

— У одного даже голова отвалилась! — вспомнил Буль-Буль.

— А он её поднял с земли и обратно привинтил, — сказал Самоделкин. — Им ничего не страшно, они же покойники.

— И как только нас угораздило уснуть на кладбище?! — вздохнул профессор Пыхтелкин.

— Это всё ты, — ткнул пальцем в друга Дырка. — Давайте, говорит, здесь заночуем. Место, говорит, вроде здесь не плохое. Меня по твоей милости чуть не съели. Нога вон, до сих пор болит. Теперь может, вообще, придётся сорок уколов в живот от бешенства делать.

— Тебя же не бешеные собаки покусали, чтобы сорок уколов делать, — сказал профессор Пыхтелкин.

— Так покойники ещё хуже собак будут, — уверенно сообщил Дырка. — Собак хоть приручить можно, если они кусаться удумают. А покойнички, это чёрте что и с боку бантик. Я сам видел, как у одного из них голова отлетела во время драки…

— Да, я тоже видел, — подтвердил Карандаш.

— Наверняка и тут без Повелителя не обошлось, — предположил Самоделкин. — Всё это его рук дело. И вообще, угораздило же нас очутиться на этом ужасном острове, — тяжело вздохнул Железный человечек.

— Смотрите, смотрите, там впереди какая-то хижина! — закричал пират Буль-Буль.

— А вдруг там, в этой хижине, ещё какая-нибудь гидра сидит? — на всякий случай спросил Карандаш. — Мы дверь откроем, а она как прыгнет на нас?

— И головы пооткусывает! — согласился с Карандашом шпион Дырка. Что с ним не часто происходило.

— Да ладно вам, бояться, — отмахнулся пират Буль-Буль. — Я могу первым войти, если уж вам так страшно, — предложил рыжебородый разбойник.

— Иди, иди, мы тебя тут подождём, — подтолкнул дружка Дырка.

Пират Буль-Буль осторожно подошёл к хижине, осмотрелся и смело толкнув дверь, оказался внутри старой, полуразвалившейся хижины. Внутри стояли четыре кровати, стол и стулья. На столе лежала тетрадка, которой на вид было не меньше двухсот лет. Буль-Буль сдул с неё пыль и раскрыл.

— Это же дневник пиратов! — обрадовался Карандаш, вошедший следом.

— Ух, сколько же тут грамматических ошибок, просто ужас, — засмеялся профессор Пыхтелкин. — До чего же разбойники всё-таки неграмотные.

— А зачем нам грамоте обучаться? — удивился Дырка. — Нам, разбойникам, лишь бы денежки были. А с денежками мы и без вашей дурацкой грамоты обойдёмся.

— Что тут написано? — спросил Буль-Буль у Семён Семёновича Пыхтелкина.

— Вы же без грамоты можете обойтись? — удивился географ.

— Я умею читать, но плохо, — признался Буль-Буль. — У меня все буквы сливаются, они такие маленькие, просто ужас.

— Как будто не человек писал, а курица лапой скребла, — сказал Самоделкин.