Чудовище в камышах Суслин Дмитрий

ГЛАВА IX

УЧАСТКОВЫЙ ИВАНОВ

Минут через двадцать они уже были на месте запыленные и запыхавшиеся. Участковый сидел в том же доме, где раньше находился сельсовет. И как назло рядом с ним опять качала на качелях своего братца Митьку рыжая Варька. Увидев Лешку, она засияла.

– Ты меня нашел? – закричала она. – Я так и знала, что ты меня найдешь. Как твоя бабушка сказала, что тебя дома нет, я так сразу и поняла. Меня ищет.

Она бросилась к Лешке с объятиями, но перед ней стеной встала Катя.

– Куда ты лезешь? Тебе разве не ясно было сказано, что его сердце занято?

– Плевать я хотела на это! – зло ответила Варька.

– Качай! – закричал во все горло Митька. – Все маме скажу! Чего к людям пристаешь? Тебя ко мне приставили!

Варька бросилась к брату, чтобы дать ему хорошую затрещину, воспользовавшись этим, Катя и Лешка забежали в дом.

– Куда вы? – чуть не заплакала от обиды Варька.

– Не до тебя нам сейчас! – на мгновение оглянулась на нее Катя. – У нас дело важное.

И захлопнула дверь.

Участковый Василий Петрович Иванов, немолодой уже милиционер в звании капитана сидел за крытым зеленым сукном столом и пил чай из высокого стакана в золоченом подстаканнике. Делал он это с шумом и с удовольствием. Крепкий до черноты чай он заедал купленным в магазине тульским пряником. По лицу его тек пот, и капитан вытирал его платочком. Милицейская фуражка его лежала рядом на стуле, тут же была кобура, но пистолета в ней не было. Вместо пистолета в кобуре лежали полкило медовых пряников в пластиковом пакете.

– Кто вы такие? – не прекращая приятного занятия, и совсем нестрого спросил участковый Иванов. – По какому вопросу?

Катя подошла к милиционеру.

– Вот вы тут чай пьете! – заявила она. – А в деревне, между прочим, творятся самые ужасные вещи. Еще немного, и будет совершено преступление!

Капитан Иванов поперхнулся чаем и закашлялся. Глаза у него стали большие и испуганные. Катя похлопала его по спине, чтобы прекратился кашель.

– Так лучше?

– Да спасибо, – перестав кашлять, поблагодарил участковый.

– Пожалуйста.

– Ты чего это такое несешь, Катерина? Не успела приехать и уже такие заявления? С чего ты взяла, что у нас тут готовится преступление?

– А вы разве ничего не знаете? – девочка округлила глаза.

– Я все знаю, – спокойно и с достоинством ответил участковый. – Такая моя работа. Теперь рассказывай, что знаешь ты.

– Слушайте!

Катя начала рассказывать обо всем, что она узнала за последние несколько дней. Участковый слушал ее, слушал, и постепенно его рот начал открываться, и он забыл про чай и пряники. Когда девочка закончила, он некоторое время молчал, затем вспомнил про чай и сделал несколько шумных глотков.

– Чего вы молчите? – строго спросила Катя.

– Что я, по-твоему, должен сказать? – вопросом на вопрос ответил милиционер.

– Какие меры вы собираетесь предпринять для всего этого?

Участковый допил чай и налил из электрического чайника еще одну порцию кипятка, бросил сразу два разовых чайных пакетика и задумчиво надкусил пряник. Катя даже ногой топнула от нетерпения.

– Пряник хочешь с чаем?

– Нет! Мне сейчас не до пряников.

– Вот что, Шерлок Холмс, – вздохнул капитан Иванов, – ты для чего к нам в деревню приехала?

– Как для чего? – Катя не ожидала такого вопроса. – На каникулы. Отдохнуть.

– Вот и отдыхай, и не морочь людям голову.

От обиды глаза у Кати наполнились слезами.

– Я не морочу голову! Это все правда! Разве в деревне не пропадали домашние животные? Ведь вы же милиционер, а не я.

– Никакие животные в деревне не пропадали, – ответил Иванов.

– Как так не пропадали? Почему вы так решили?

– Потому что вот здесь у меня на моем милицейском столе нет ни одного заявления. Понятно?

– Нет, – ответила Катя.

– Повторяю для особенно упрямых девочек. Когда на моем участке, а в него входят пять деревень, случается какая-либо пропажа, то гражданин, то есть хозяин пропавшего животного идет ко мне. Здесь он сообщает о случившейся пропаже или краже и оставляет заявление. Все очень просто. И только на основании этого заявления я предпринимаю необходимые оперативные и розыскные действия. Понятно?

– То есть вы хотите сказать, что никто к вам не приходил и не заявлял о пропаже гусей, овцы и бычка.

– Так точно. А раз нет заявления, нет и пропажи. Следовательно, нет следствия.

– Но это же бюрократия! – возмутилась Катя.

– Это порядок!

– Пока вы тут ждете заявления, чудовище может утащить уже не собаку, а человека. Ребенка, например!

Иванов рассмеялся:

– Чудовище? Какое еще чудовище? Ты, Катенька, слишком много фильмов ужасов смотришь и книжек фантастических читаешь. Я угадал?

– Угадали, – согласилась Катя, – и смотрю, и читаю.

– Вот твоя фантазия и разыгралась.

– А как же тогда лжежурналист?

– Какой такой лжежурналист?

– А вот этот вот, который никакой не журналист, а злодей ученый, который выводит гигантских змеев! – И девочка сунула участковому под нос мобильный телефон, на дисплее которого красовался дядька с фотоаппаратом.

Милиционер достал из письменного стола очки, нацепил их на нос и внимательно и настороженно всмотрелся в изображение злодея, затем облегченно вздохнул и улыбнулся:

– Этот твой журналист самый настоящий журналист и есть. Вовсе он никакой не ученый. Я его очень хорошо знаю. Это Семен Семенович Эльбрусов. Он в Загуляевке проживает на Капитанской улице в двенадцатом доме и к нам каждое лето в отпуск приезжает. Очень любит наши места и рыбалку. Вот тебе и весь мой сказ.

Катя некоторое время выглядела растерянной, но очень скоро взяла себя в руки, оживилась, и глаза ее наполнились решительностью.

– А я все равно не верю! – воскликнула она. – Не верю и все. Журналистом он только прикидывается. Вы его документы проверяли?

– Проверять не проверял, но видел. Нормальные документы.

– А в какой он газете работает?

– Не знаю, кажется, он не в газете работает.

– Как же так? Какой же он тогда журналист, если не в газете?

– А он в журнале.

– В журнале?

– Да. Довольна теперь?

– Что же он тогда на реке делает?

– Что ему надо, то и делает. У нас свободная страна! Все, беседа окончена! – Сказав это, участковый, сделал знак рукой, что все свободны. Но Катя не собиралась сдаваться.

– Тогда знаете, что я сделаю? – воскликнула она.

– Что?

– Я сама напишу заявление против этого вашего непонятного журналиста Эльбрусова.

– А сколько тебе лет?

– Какое это имеет значение?

– Очень большое, – Иванов усмехнулся. – От несовершеннолетних мы заявлений не принимаем.

– Как же так? – удивилась Катя. – Что же я, не гражданин? Право гражданства в нашей стране возникает в момент рождения.

– Все-то вы теперь знаете, – устало проворчал участковый. – Да, ты гражданка. Но только несовершеннолетняя, и твои права должны отстаивать твои родители или бабушка с дедушкой, а если таковых не имеется, то опекуны. В том числе и заявления разные писать. Вот пусть твоя бабушка приходит и пишет заявление, если ей делать нечего, кроме как со своей внучкой за чудовищами бегать и честным гражданам жизнь портить.

От участкового Катя вышла злая и раздраженная.

– Безобразие! – возмущалась она. – У меня нет слов. Наш участковый просто работать не хочет! А ты что молчал? – набросилась она на Лешку.

– А чего я мог сказать? – пожал плечами старший брат. – Я ведь такой же несовершеннолетний гражданин, как и ты.

Тут к ним опять навстречу попалась Варька. Лешка вздрогнул, как будто уже увидел перед собой гигантского змея. Но совершенно неожиданно пришел на помощь участковый. Он, оказывается, вышел следом за ребятами.

– Эй, Варька, – позвал он девочку, – а ну, зайди ко мне на минуточку. Разговор есть.

– Чего это? – сразу растерялась Варька.

– Ничего! Иди, говорю. Про бычка мне расскажешь. Что там с ним такое произошло? Да иди, быстрее, у меня времени мало. Не бойся. Я тебя не съем.

Лешка и Катя пропустили Варьку между собой. Она со злостью оглянулась на Катю и вошла к участковому. Тот закрыл за ней дверь.

– Что дальше? – спросила Катя.

– Пойдем отсюда, – с опаской глядя на закрытую дверь, сказал Лешка. – Дома дел полно.

Катя даже ногой топнула:

– Дел полно! Какие сейчас могут быть дела, когда такие вещи творятся?

– А что ты предлагаешь?

– Не знаю. Участковый нас всерьез не воспринимает, значит надо найти того, что отнесется к нашей информации со всей серьезностью и даст совет.

– Где ты такого человека найдешь? – пожал плечами Лешка.

– Есть такой человек! – воскликнула Катя. – Есть!

– Ну и кто?

– Как кто? Юра Цветков! Уж он надо мной смеяться не будет. Он выслушает, все продумает и даст дельный совет. Согласен?

– Согласен, – согласился Лешка. – Юрка точно смеяться не будет.

– Надо все ему рассказать прямо сейчас, – твердо сказала Катя. – Чего ждать ночи? Побежали домой! К тому же есть охота!

– Очень охота! – согласился Лешка. – А этот участковый даже пряником не угостил. Жмот.

– Точно, – согласилась Катя. – А баба Маша наверно уже борща наварила. Побежали.

Бежать уже не было сил, и они пошли пешком.

– На кого вы похожи? – удивленно встретила их бабушка. – Чумазые, пыльные, красные и растрепанные. Где вы были?

– Ох, бабуленька, милая, и не спрашивай ни о чем! – простонала Катя. – Сначала накорми своих внуков, напои, а потом спрашивай.

ГЛАВА X

КАТЯ ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ

После обеда Катя снова села писать письмо Юре Цветкову, а Лешка сидел у окна и внимательно и с опаской наблюдал за улицей. И, как оказалось, не зря. Вдалеке показалась Ксюша.

– Я пойду на сеновале сено поворошу, – сообщил Лешка сестре, – а ты, если меня будут спрашивать, не говори, где я. Скажи, что я вообще на рыбалку с ночевкой ушел.

– Угу, – не отрываясь от клавиш, согласилась Катя, которая даже не поняла, о чем вообще идет речь, и запомнила только первую фразу. – Все сделаю.

Лешка ушел, и через минуту в дом вошла Ксюша. Увидев Катю, она сморщилась, как будто съела лимон, но тут же радостно заулыбалась.

– Катюша! Привет! Как ты замечательно выглядишь! – она завертела головой, с любопытством оглядывая все углы. – А где Леша? Мы с ним уговорились встретиться? Он наверно меня заждался.

– Если он тебя и ждет, – проворчала Катя, – то на сеновале. Только-только туда ушел.

Ксюша так и расцвела:

– Свидание на сеновале! Как это романтично! Катя, ты прелесть! Я тебя люблю!

И выскочила из дома. Катя озадаченно посмотрела ей вслед.

– Кажется, я что-то не то сказала. Лешка ведь говорил что-то про рыбалку. И Наташе я обещала, что никого к брату не подпущу. А ладно! Не до этого мне сейчас.

Она стала печатать дальше. Сейчас ее волновало только письмо, адресованное Юре Цветкову.

А счастливая Ксюша, вышла в огород и побежала к сеновалу. Вошла в сарай, поднялась по лестнице наверх, где сушилось сено, и ласковым голосом позвала:

– Леша, ау! Ты где? Это я, твоя Ксения!

Но ей никто не отозвался. Ксюшу это сначала только позабавило и умилило.

– Глупышка! Ну что ты прячешься? Нельзя прятаться от собственного счастья! Выходи! Куда ты спрятался? Ага, ты решил поиграть со мной в прятки? А что? Это даже интересно. Я согласна! Раз, два, три, четыре, пять! Я иду искать!

И она стала рыться в сене, ища Васильева.

Она не знала, что в самый последний момент Лешка передумал и свернул в сторону большой, крытой полиэтиленом, теплицы, где тянулись к небу заросли огурцов и помидоров. Он скрылся за кустами огурцов, лег прямо на горячую мягкую землю, взял в руки большой огурец и стал следить за огородом. Через минуту он напрягся, потому что увидел бегущую Ксюшу, а потом облегченно вздохнул, когда увидел, как она полезла на сеновал. Поблагодарил себя за находчивость и мысленно обругал Катю за то, что сдала его с потрохами. Он слышал, как Ксюша на сеновале звала и искала его, сначала ласково, потом сердито, затем и вовсе зло и со слезами.

– Вот настырная девчонка! – поражался Лешка. – Ведь не отстает. О, еще одна!

Сверкая на солнце рыжими волосами, по огороду промчалась Варька и тоже полезла на сеновал.

– И эта туда же! – ахнул Лешка. – Что сейчас будет?

Из сарая послышались девчоночьи вопли и визг.

– Драка, – сделал вывод Васильев. – Первая драка из-за меня. Что будет дальше?

Через несколько минут девочки выскочили из сарая, всклокоченные и растрепанные. Они с ненавистью глядели друг на друга.

– Вот значит ты какая? – задыхаясь от гнева, кричала Ксюша.

– Да, такая! А ты думала? – в тон ей отвечала Варька.

– Лучшая подруга, называется!

– Там где любовь, дружба заканчивается!

– А я все твоему Петьке расскажу, что ты за Лешкой волочишься! – пригрозила Ксюша. – Он тебе твои рыжие патлы повыдергивает!

– Смотри, как бы тебе самой Колька глаз не подбил!

Так переругиваясь, девчонки покинули огород, и ушли, как две кошки, шипя, и наскакивая друг на друга.

– Уф, достали! – выдохнул Лешка, но на всякий случай подождал еще десять минут, прежде чем вышел из теплицы. И сразу же нос к носу встретился с младшей сестрой.

– Ага, вот ты где! – обрадовалась Катя. – Я письмо Юре написала и сама отправила. Очень надеялась получить ответ, но со связью что-то происходит не то. Ничего назад не получила. Эх, сейчас бы в чате с Юрой пообщаться, или в Аське.

– А ты просто по мобильнику ему позвонить не пробовала? – мрачно спросил Лешка.

– Пробовала, – вздохнула девочка, – только мне сказали, что на счету больше нет денег, и поэтому связи нет.

– Как так на счету больше нет денег? – поразился Лешка. – Я же перед отъездом деньги клал. Не могли они так быстро закончиться.

Катя пожала плечами:

– Ну, уж это ты сам разбирайся со своей кампанией, почему у тебя так быстро счет исчерпался.

– Это наверно потому, что мы в Интернет часто выходили, – предположил Лешка. – Ну да, точно. Скажи, ты Юре отправляла фотографии?

– Конечно отправляла! Все, что наснимала. Какая ему радость одни голые письма читать? А так он все своими глазами увидит. Лучше, говорят, один раз увидеть, чем один раз услышать. Юра Цветков все увидит и все прочитает. И восхитится моей работой.

– Вот на фотки весь трафик и ушел, – вздохнул Лешка. – Но у нас же есть еще и твой мобильник!

– Есть, – согласилась Катя, – только я перед отъездом забыла счет пополнить, и он тоже не работает. Когда еще мама догадается на него денег положить. Не раньше чем через неделю. В общем, без связи мы с тобой остались, Лешенька. Одни одинешеньки. Кстати, ты чего это в теплице делал?

– Огурцы полол, – как ни в чем не бывало, ответил Лешка и, увидев в своей руке большой огурец, с хрустом откусил от него половину.

– Ерундой занимаешься! – осуждающе покачала головой Катя. – От девчонок прячешься. От Варьки с Ксюшкой. Вместо того, чтобы просто послать их подальше.

– Посылал, – вздохнул старший брат, пораженный проницательностью сестры, – не посылаются.

– Ладно, – Катя махнула рукой, – я их потом сама пошлю. А мы сейчас с тобой на дело пойдем.

– На какое еще дело?

– Думаю, что опасное. В Загуляевку.

– Зачем?

– Я хочу встретиться с этим типом, который Эльбрусов, и задать ему пару вопросов.

Лешка глаза вытаращил:

– Ты с ума сошла?

– А что нам остается?

– Надо за ним последить для начала, прежде чем лезть на рожон. Вдруг он тебе надает?

– А для чего я тебя с собой беру? – искренне удивилась Катя. – Неужели ты это допустишь?

– Нет, конечно!

– Тогда какие могут быть разговоры. Пошли, пока не начало темнеть. Время не ждет!

Лешка вздохнул, но ничего не сказал, а про себя подумал, что лучше пойти в Загуляевку и встретиться там со злобным дядькой из автобуса, чем находиться в одной деревне с Варькой и Ксюшей. Вот ведь пристали! А что если их фокусы дойдут до Кольки и Петьки? Только с ними еще разборок не хватает! Ведь этим деревенским молодцам не докажешь, что ничего у Лешки ни к Варьке, ни к Ксюшке на сердце нет, и что любит он только одну девушку на свете, а именно Наташу Воронцову.

Было четыре часа дня. В этот самый момент Юра закончил читать последнее послание от Кати, которое заканчивалось такими словами:

«Я решила сейчас же пойти в Загуляевку и последить за Эльбрусовым, а на обратном пути надо непременно заглянуть в Змеиную заводь и обследовать камышовые заросли. Ведь именно туда два раза отправлялся этот мерзкий тип, который выдает себя за журналиста. Я уверенна, что никакой он не журналист, а безумный ученый, который где-то там, среди высокой травы и густых зарослей выводит гигантского змея. И я буду не я, если не найду этого гада и не выведу его на чистую воду. Вечером, когда мы с Лешкой вернемся, я тебе напишу о наших новых открытиях. Уверена, что это будут ошеломляющие новости. Пока. Катя».

Юра схватился за голову:

– Это же никуда не годится! Да она что, с ума сошла? Ни в коем случае нельзя туда лезть!

Он схватил телефон и начал набирать Лешкин номер.

– Абонент не отвечает, – ответил ему равнодушный автоответчик, – или находится в недосягаемой зоне.

Юра Цветков сделал еще три попытки, но все было безрезультатно. Тогда он порылся в своем блокноте и нашел номер Катиного телефона, но и ей дозвониться не смог. В отчаянии он позвонил Наташе Воронцовой. К его великому облегчению, одноклассница сразу же ответила на звонок.

– Наташа, тебе Леша Васильев не звонил за последние два часа?

– Нет, не звонил. И даже sms-ки не шлет. Что-то у него случилось, – в голосе у Наташи была неподдельная тревога. – Скажи, Юра, что-то случилось? Ты не в курсе?

– Кажется случилось, – вздохнул Юра. Он услышал, как вскрикнула Наташа, и поспешил поправиться, – нет, я уверен, что пока еще не случилось.

– Что значит, пока?

– Кажется, Леша с Катей влипли в очень нехорошую историю, – стал объяснять Юра Цветков. – Боюсь, что им грозит опасность. Они решили отправиться в Змеиную заводь, а этого им ни в коем случае делать нельзя.

– Какая еще Змеиная заводь? Юра, я ничего не понимаю.

– Я тебе покажу Катины письма, и ты сама все поймешь. Но сейчас речь не об этом. Их надо предупредить! А я, как назло, не могу дозвониться ни до Лешки, ни до Кати. Их телефоны не отвечают. Меня это просто убивает. Нет ничего хуже, чем чувствовать свое полное бессилие перед расстоянием.

– Тогда мы с тобой должны сейчас же ехать в эту деревню! – в голосе у Наташа были слезы. – Ты знаешь, где она находится?

– Знаю. Я даже пару раз там был в гостях у Лешкиной бабушки. Очень славное место. Да, Наташа, ты права. Мы должны ехать прямо сейчас. Нельзя терять ни минуты.

– Встречаемся у подъезда и отправляемся в эту самую, как там называется эта деревня?