Апология Владимира Путина. Легко ли быть царем? Белковский Станислав

Михаил Сергеевич Медведев-Путин

Я прошу прощения у моих читателей за эмоциональный фон этого текста, но вы тоже должны понять меня.

Представьте. Человек годы напролет ждет у моря погоды, два раза в день к нему походят солидные мужчины в черных костюмах и, заламывая котелки, говорят:

— Старик, уходи на фиг с пляжа, погоды не будет! А ты им отвечаешь: — Не, чуваки, будет-будет, вот увидите! Чуваки отваливают, скептически усмехаясь. И тут вдруг — бац, погода! Та самая!

Что должен чувствовать этот человек, таки досидевший на пляже, под мокрым ветром и грязным песком, до самого до?

Потому, друзья, не могу излить на вас несколько полу-литров мстительной радости…

А теперь переходим к главной теме сегодняшнего дня — посланию все-еще президента РФ Дмитрия Медведева Федеральному собранию. (Кстати, «все-еще» здесь имеет особый смысл. Чего-то чует мое больное сердце, что избрание Сергея Нарышкина, который комфортен для Дмитрия Медведева, спикером Государственной думы и назначение Сергея Иванова, который удобен для Владимира Путина, руководителем администрации президента, может означать следующее: фактическая рокировка «Путин-Медведев» свершится куда раньше 7 мая 2012-го. Может, уже в самом близком будущем. И тогда Путин пойдет на выборы с позиции и.о. президента, а Медведев досрочно станет премьером. Это для всех удобно. Особенно для ДАМа, который тем самым застрахуется от возможного грядущего кидалова с назначением на пост главы правительства).

Впрочем, вернемся к нашей теме. Так называемая «кардинальная политическая реформа» (КПР) им. Медведева, основные положения которой изложены в нынешнем послании, — это следующий, после Михаила Прохорова, ответ Кремля на Болотную площадь. Она же — краеугольный камень «нового Путина». Став президентом в третий раз, Владимир Владимирович захочет изображать из себя либерал-реформатора, мощного властелина судьбы, способного в очередной раз поднять на дыбы загнанную клячу (aka хромую лошадь) Россию. Насколько у него это получится — другой вопрос. Обсудим отдельно.

Цель анонсированной КПР — легитимировать состоявшиеся думские выборы 04.12.2011 и предстоящие в марте президентские выборы. Кремль (в широком смысле слова) говорит русскому образованному горожанину, который вышел на Болотную площадь и вот-вот выйдет на проспект Сахарова: признайте легитимность выборов, а мы вам взамен — неожиданные и невиданные политические свободы. Притом, что важнейшие составные части КПР представляют собою заведомый фейк и блеф.

Возвращение мажоритарных округов — это попытка усилить, а не ослабить контроль над парламентами всех уровней. Поскольку давно известно: депутаты-одномандатники более зависимы от исполнительной власти, чем партийные списки. Их легче завербовать и перевербовать. После фактического поражения «Единой России» на выборах 4 декабря одномандатники нужны, чтобы при любом раскладе голосования за те или иные партии удерживать большинство «партии власти» в законодательных органах и на федеральном, и на региональном уровнях.

Угроза возвратить «прямые выборы» губернаторов — это уж совсем издевательство. Коль скоро вносить губернаторские кандидатуры на рассмотрение смущенного народа будет президент РФ, ни одна независимая (оппозиционная) фигура губернатором никогда не станет. Это иранская модель формирования корпуса региональных лидеров, которая имеет мало общего с реальным демократическим федерализмом.

Упрощение регистрации партий — да, это круто. Аплодисменты. Другой вопрос: а не посадят ли превентивно всех тех политиков/гражданских активистов, кто может создать действительно опасные для Кремля партии? Дай Бог, чтобы нет, но…

Общественное телевидение — ну, мы с вами давно про него рассуждали. Оно, с одной стороны, окажется чуть более свободным, чем нынешнее антиобщественное. Но основные рычаги контроля над ОРТ-2 останутся в руках Кремля. И через проверенные топ-кадры, и через финансовые потоки, и много еще через что.

Итак, перед нами — имитация политических реформ. Хорошо это или плохо? Ответ: не просто хорошо, а очень хорошо. Это суперзашибись. Это все — типичная горбачевщина. Точно так же во второй половине 1980-х Михаил Горбачев, желая спасти и сохранить коммунистическую систему, пошел на виртуальные политические уступки. В результате этих уступок система пошла вразнос. Активная часть общества перестала верить Горбачеву, зато поверила в свою способность и готовность стать политическим субъектом и покуситься на власть. ЦК КПСС дал палец — у него откусили руку, ту самую, руководящую и направляющую.

Нечто подобное случится и сейчас. Русские образованные граждане (РОГ) поняли, что старый пакт с властью не работает, что гламурный авторитаризм, прикрывающий тотальную коррупцию, более неэффективен, морально неприемлем и потому нелегитимен. Перестройка-2 набирает обороты.

2012 г.

У рояля то же, что и было

Самое главное в жизни человека — это надежда (хотя некоторые святые апостолы утверждали, что любовь, и они тоже правы), а самое печальное — предсказуемость, она же, по сути, безнадежность. Лишь неумный человек может завидовать ясновидящим типа Вольфа Мессинга, не понимая сущностной трагедии такого типа персонажей. В этом смысле новое правительство РФ — триумф предсказуемости, он же ее апофеоз. Собственно, и прилагательное «новое» не вполне уместно — как говорилось в легендарном спектакле Сергея Образцова «Необыкновенный концерт», «у рояля то же, что и было».

Как нам и обещали, премьер-министром стал Дмитрий Медведев. Сомневались в этом только мощные старики системы «Алексей Кудрин»/«Михаил Прохоров», которые почему-то верили, что Владимир Путин променяет порядочность на здравый смысл. (Его 13-летняя жизнь в большом политическом искусстве твердо свидетельствует, что он таких разменов не совершает никогда, точнее, почти никогда.) Способен ли Дмитрий Медведев руководить федеральным правительством со всеми его (правительства, а не Медведева) проблемами и заморочками? Нет, он руководить правительством не способен. Откуда я это знаю? Оттуда же, откуда и вся страна, которая 4 года наблюдала за так называемым президентством Медведева. Дмитрий Анатольевич не может быть премьером (реальным, а не номинальным) по той же причине, по какой я не смогу сделать операцию на сердце. Разница только в том, что я такую вещь понимаю, а Медведев — нет. Есть понятие «масштаб личности», и оно неистребимо, как цветное пятно на черепе Михаила С. Горбачева. Впрочем, надувать щеки и изображать из себя реального начальника ДАМ будет со страшной силой своего внутреннего насоса. Главное, чтобы во время какого-нибудь очередного правительства один из его членов (в хорошем смысле) не расхохотался над премьер-министром во весь голос. А то неудобно получится.

В условиях стойкой неспособности Медведева, все более напоминающего молодого и пышущего психическим здоровьем Константина Устиновича Черненко, руководить кабинетом министров, реальным боссом окажется первый вице-премьер Игорь Шувалов. Как аппаратчик (и по физическим кондициям, sorry) он выше Медведева на 3 головы. (Я не преуменьшаю?) Медведев умеет только ставить резолюции, то есть истерически «расписывать документы», думая, что они типа будут выполняться. (О, святая простота имени вязанки хвороста!) Шувалов же знает, как на самом деле проводить решения в жизнь. Это две большие разницы, как говорят у нас в зарубежной Одессе. Примечательно, что как раз незадолго до переутверждения Шувалова в должности — термин «переутверждение» тоже не вполне корректен, ибо первый вице-премьер при главе правительства Медведеве значит много больше, чем при премьере Путине, так что чувак де-факто пошел на повышение — известный вашингтонский юрист и политбеженец Павел Ивлев обнародовал некие документы. Эти документы, всерьез опубликованные в самых влиятельных деловых газетах мира — The Wall Street Journal и Financial Times, — порождали вполне легитимное подозрение, что Шувалов, возможно, вовлечен в махровые коррупционные схемы с участием прозрачных бизнесменов Алишера Усманова и Сулеймана Керимова. За несколько дней до объявления состава старо-нового правительства первый вице-президент «Газпромбанка» Александр Шмидт, в силу некоего странного стечения обстоятельств считающийся правой рукой Шувалова по частным и личным финансам, сбил на своем «Мерседесе» маленького ребенка и велел водителю ехать дальше, ибо нечего жалеть всяческое русское быдло, коему несть арифметического числа. В день обнародования указа о кабинете министров все тот же шуваловский Шмидт без тени иронии написал заявление о возбуждении уголовного дела против дамы-блогера, которая раскрыла тайну сбитого ребенка. Помешало все это воцарению Шувалова в качестве главной (фактически) фигуры нового правительства? Нет. Этого достаточно, чтобы понять, что это вообще за правительство.

В кабинете министров есть фигуры комические и трагические. К первым относится, например, бывший кремлевский демиург Владислав Сурков. Он всерьез полагает, что способен руководить аппаратом правительства, то есть заниматься не гламурной фигней, а бесконечным и муторным документооборотом с непредсказуемыми последствиями. Ну-ну. Надеюсь, что вскоре стены Белого дома будут украшены репродукциями картин Хуана Миро, а вместо памятника Петру Столыпину, который почему-то, вопреки путинской воле, так и не построили, возведут мемориал Борхеса. Ничего более радикального/серьезного от Суркова ожидать не приходится.

К трагическим — то есть на тему «не читки требует с актера, а…» — фигурам можно отнести нового (на этот раз во всех полных смыслах слова) главу МВД Владимира Колокольцева. Во-первых, это один немногих некоррумпированных (во всяком случае, все так говорят) топ-ментов. Во-вторых, он точно знает, как нейтрализовывать народные протесты — доказал это еще на Манежной площади в декабре 2010 года. В этом конкретном случае животный инстинкт страха перед собственным народом Владимира Путина не подвел. Хотя экс-министр Рашид Нургалиев делал все возможное, чтобы коллегу Колокольцева утопить.

Мой же фаворит — новый министр культуры Владимир Мединский. Дело в том, что несколько месяцев назад, стоя рядом со мною (мне есть, что спеть, представ перед Всевышним!) в очереди на паспортный контроль (место действия — московский аэропорт «Домодедово», DME), он пообещал назначить меня худруком одного из важных столичных театров.

— Вы иронизируете, Станислав! — добавил тогда будущий глава Минкульта.

Нет, я не иронизирую. Все гораздо хуже…

2012 г.

Справка ФСБ о Владимире Путине

Помните старую шутку, что главный персонаж картины Пикассо «Девочка на шаре» — это мужчина на кубе? (Скорее всего, имелся в виду не Фидель Кастро, хотя и он, возможно, тоже.) Сюда же можно приплести не менее опытный анекдот про пьяного ворошиловского стрелка, который никак не может понять, почему в центре Москвы стоит памятник Пушкину, если попал Дантес.

Это я вот к чему.

Хотя 60 лет 7 октября (между прочим, в день образования ГДР) исполняется президенту РФ Владимиру Путину, эту статейку я начну не с него, а с себя.

Разочаровавшись некоторое время назад в российской оппозиции (пытливые читатели Slon могли в этом убедиться по моим текстам в 2012 году) и вообще в политических технологиях как способе трансформации наличной (и безналичной) политической реальности, я решил, от греха подальше, стать простым писателем. Это, конечно, скажете вы, типично русский путь. Но с одной атипичной деталью: я решил стать сразу не русским, а немецким писателем.

Я посчитал, что русских писателей, во-первых, и так до фига, а человеку в возрасте не следует заведомо теряться в толпе. Во-вторых, почти все наши русские писатели недавно примкнули к оппозиции, и это значит, что мне, пусть даже как их наимладшему брату (своего рода Иванушке-дурачку семитского замеса), придется снова вернуться туда, откуда недавно ушел. А я, несмотря на повышенный интерес ко всему немецкому (особенно медицине), всегда неоднозначно относился к теории вечного возвращения.

Потому ваш покорный слуга написал и решил издать в Германии совершенно немецкую книгу о нынешнем юбиляре — Владимире Путине. Вы будете смеяться, она скоро увидит свет. (И, наверное, ужаснется от этого ослепительного зрелища.)

Дело здесь не только в том, что есть информповод (юбилей), а немцы относятся к ВВП особенно трепетно, ошибочно полагая, что он хорошо владеет немецким языком. Но и в том, что я давно знаю: неплохо продаются только такие русские человеческие бренды: «В.В. Путин» и «К.А. Собчак». С недавних пор еще — Pussy Riot, но про них уже напишет следующее (после меня) поколение начинающих писателей.

С К.А. Собчак я знаком очень мало, и потому писать о ней мне страшновато. С В.В. Путиным я вообще практически не знаком, потому могу писать о нем все, что угодно, в любом объеме. Согласно одному из законов Сирила Паркинсона, только два человека идеально представляют себе миллиард долларов: миллиардер и нищий. Вот в роли этого самого нищего — по отношению к объекту изучения, то есть В.В. Путину, — я и решил выступить.

Ниже я — в рекламных целях — привожу один-единственный фрагмент этой книги. Он основан на изысканиях моей личной структуры ФСБ (Фонд Станислава Белковского) в области астрополитологии. То есть новой, стремительно набирающей влияние научной дисциплины, позволяющей объяснить отечественную и мировую политику с сугубо астрологических позиций.

Итак, поехали.

Есть науки серьезные, а есть — не очень

Я как политолог (если можно так выразиться) к числу вторых, то есть не очень серьезных, отношу, например, политологию.

Нет, конечно, все в этой науке рассчитано, расписано, расчислено и систематизировано. И про общественные структуры мы все знаем, и про политические системы, и про сломы социальных поверхностей, и про плоский мир в информационном обществе. Если бы в мире не было политологов, — а все мировые вузы ежегодно выпускают их явно больше, чем в зоопарках Земли рождается обезьян, — то давно обанкротились бы крупнейшие кейтеринговые компании, которые обслуживают сегодня сотни политологических и приравненных к ним конференций по всему миру. Заодно и поставщики кофе серьезно бы пострадали. Ибо coffee break — точка экстремума любой политологии, а кульминация ее — фуршет.

Так что пока у Nescafe есть еще деньги, чтобы снимать в рекламе самого Джорджа Клуни, наука политология не умрет, соответствующие факультеты и кафедры не закроются. Слава богу.

В то же время я не могу предательски (по отношению к номинальным коллегам) не констатировать, что современный специалист нашего медального профиля вообще, как правило, в девяти случаях из десяти не может делать правильных выводов. Во всяком случае, таких, что рассматривались бы как научные хотя бы в приблизительном смысле слова.

По двум системообразующим (дискурсообразующим) причинам.

А) Истинный политологический вывод может быть сделан только на базе строго конфиденциальной информации, которой у меня/моих коллег нет и быть не может. Только очень наивный профессор из Гарварда или Йеля способен считать, что истекающий важностью сенатор или всемирно известный продавец пылесосов приглашает его на закрытый ленч в какой-нибудь дубовой комнате отеля «Плаза» (NY, NY), чтобы рассказать скрытую правду, доступную только посвященным, но не профанам. В таких случаях нашего брата чаще всего пичкают откровенной дезинформацией в надежде, что мы на следующий день расскажем все на ухо, по большому секрету, знакомому обозревателю The Washington Post — и, соответственно, утечка пойдет-поедет, постепенно разойдется, и великий обман общественности удастся на славу. Стоимость же обмана не превысит $70 с человека, которые (со скидкой) попросит видавшая и не такие виды дубовая комната. Впрочем, иногда пылесосный король может рассказать и некую глубоко научную правду о романе султана Брунея с его собственной карликовой черепахой, но это означает лишь одно: организатор ленча активно употребляет в пищу плоды переработки пейотля; а хорошо это или плохо — Бог весть, ибо здесь уже никакая наука, даже медицинская, не в курсе дела.

Б) Классический политолог призван и обязан рассуждать, опираясь на старые тенденции, которые в момент рассуждения как раз и меняются, причем никого не предупредив. И прознать про качественное изменение наш вальяжный брат может лишь после, но не до. Характерный пример: за считанные месяцы до начала череды забавно-кровавых революций в странах MENA, то есть «арабской весны», подавляющее большинство маститых специалистов утверждало, что старые светские клептократы в Египте, Тунисе и К продержатся еще долго, так как: им, по большому историческому счету, нет альтернативы; элиты консолидированы; у радикальных перемен нет сколько-нибудь осязаемой социальной базы; да и вообще никто, совсем никто не хочет прихода к власти исламистов. Но вскоре череда революций грянула, социальная база сразу откуда-то взялась (нашлась), египетский менеджер Google Ваэль Гоним стал человеком года по версии журнала Time, а исламисты через год пришли к власти, никого, особенно политологов, и не спросив. И тогда мы с коллегами, следуя бессмертному принципу Уинстона Черчилля, объяснили всему миру, почему наш предыдущий прогноз, оказавшийся неверным, на самом деле был верен, как никогда и нигде. Получилось ли у нас — судить вам.

Поэтому, когда ваш автор приходит домой и снимает мундир политолога, крепко сшитый в кремлевском ателье № 5, что расположено в самом центре Москвы, в Третьяковском проезде, прямо напротив бутика Rollce-Royce, он предпринимает попытку разобраться в реальности с помощью чуть более надежных дисциплин, чем политология. Например, астрологии.

Звезды я любил с детства. Еще в 70-х годах XX века, когда моя бабушка водила меня гулять в затевавшихся сумерках по легендарному Чапаевскому парку на северо-западе Москвы (там теперь находится типа элитный дом «Триумф Палас»), я сразу, как только все становилось совершенно deep purple, выхватывал взглядом с неба одну-единственную звезду. (В Советском Союзе все было в дефиците: и водка, и колбаса, и звезды небесные.)

— Что это, бабушка? — однажды спросил я. — Венера, — ответила бабушка. — Запомни: если видишь в небе одну, только одну звезду, это и есть Венера. Она первая загорается.

Потом-то, конечно, я узнал, что Венера — это никакая не звезда, а всего лишь планета, да еще Солнечной системы. И расположена она от Земли, в сущности, не дальше, чем один микрорайон Большой Москвы от другого, например, Северное Митино от Южного Бутова. Особенно в базарный день.

И я предложил бы проанализировать нашего юбиляра именно с астрологических позиций. Поверьте, друзья: это достаточно надежный компас. Ориентируясь по звездной карте загадочного российского лидера, можно сделать определенные выводы и не участвуя в бесконечных поездках на Валдай или Сочи. Хотя на мероприятиях, организуемых во имя введения нашего брата в заблуждение, в православной России кормят и поят ну прямо как на убой. И совсем вопреки протестантскому аскетизму дубовых комнат Нью-Йорка. Так что стоит делать и то, и другое. В смысле: и смотреть на звезды, и отвлекаться от них ради путинских валтасаровых пиров.

Впрочем, здесь все особое дело скорее в супруге Путина Людмиле Александровне (урожденной Шкребневой). Которая, как утверждают, заразила этим увлечением мужа Владимира. Поэтому нынешний президент не только поверяет реальность раскладами звездного неба, но и нередко принимает решения под влиянием звезд. А значит, и нам туда же дорога.

Путин родился в 1952-м, в год Дракона. Это значит, что Путин умеет, как минимум, изображать власть и быстро убеждать окружающих, что именно он и есть власть. (Скажем, у его формального преемника Дмитрия Медведева это никогда не получалось, сколько бы он ни надувал румяные щечки, вытягивал стрункой флейту-позвоночник и ни требовал от подчиненных «отливать его высказывания в граните» — довольно странное, кстати, пожелание для человека, выросшего в семье профессора химии.)

Вместе с тем Путин — Дракон не вполне классический. Он скорее любит атрибуты власти, чем самое власть. То есть — ритуал власти, ее дворцы, бронированные автомобили, самолеты с золотыми унитазами. Приемы с лучшим шампанским. Но не власть как функцию безграничного владения людскими умами и душами. Отправление функции власти его, по свидетельствам многих очевидцев, сильно утомляет. Чего с Драконом быть не должно. Кроме того, стандартный Дракон всегда бессознательно чувствует собственную исключительность — неслучайно в нашей дарвиновской природе нет настоящего животного, соответствующего этому тотему.

Именно поэтому классический Дракон — скорее одиночка, не тяготеющий к командной игре. (Многими это воспринимается как социопатия, диссоциальное расстройство личности, что нередко тоже оказывается правдой.) Путин же нет — он скорее командный лидер. И не чурается «положить живот за други своя», если это действительно необхоимо не только по большой политике и/или бизнесу, но и по простой человеческой дружбе.

Неполное служебное соответствие Владимира Путина статусу и образу Дракона заставляет вновь задуматься над страшной версией, согласно которой дата рождения нашего героя фальсифицирована, на самом деле он появился на свет в 1950 году, а Владимир Спиридонович Путин — не родной его отец. Но это леденящее душу предположение мы обсудим отдельно, как-нибудь потом.

Хотя есть в характере Путина и нечто абсолютно, совершенно, неисцелимо драконье. Первая заповедь типичного Дракона как вождя — нельзя суетиться, а это включает паузы перед принятием решений, отказ принимать решения под давлением (не важно, врагов или друзей), а также некую общую загадочность, ибо ожидание напрягает подданных и как бы лишает их уверенности в чем бы то ни было, прежде же всего — в способности рационально понимать и просчитывать волевые интенции босса. Не говоря уже о его чисто конкретных решениях.

Простой пример: сколько раз Путин твердо обещал друзьям/соратникам/близким сотрудникам назначить их на какие-то важные должности только для того, чтобы наутро они узнали из газет: назначен кто-то совсем другой, зачастую вовсе уж несусветный. Вспомним сентябрь 2007 года. Премьер-министр России Михаил Фрадков, прозванный Винни-Пухом за откровенное внешнее сходство с популярным сказочным персонажем, ожидаемо подает в отставку. Путин на прощание награждает его орденом «За заслуги перед Отечеством I степени», который до некоторых пор, в полном соответствии со своим формальным уставом (статутом), считался символом президентской власти и простым смертным вовсе не вручался. Все практически уверены, что новым главой федерального правительства (а заодно и путинским наследником-преемником) станет первый вице-премьер, бывший аналитик советской внешней разведки по шведским делам (Полтавская битва и т. п.) Сергей Иванов. Больше того: в этом совершенно уверен и сам Иванов. Он уже вовсю готовится принимать поздравления, а секретариат первого вице-премьера судорожно закупает ящиками водку класса premium и дорогие коньяки. И вот около 15:00 оглашается высочайший указ: премьером будет некий Виктор Зубков, 69 лет от роду, бывший директор совхоза, проработавший несколько лет руководителем Российской финансовой разведки (почему? Бог, опять же, весть) и только что собравшийся совсем уж выходить на пенсию. Искавший себе пенсионную синекуру где-то в кромешном Совете Федерации.

Немая сцена. Очень стоит обратить внимание и на другой путинский тотем — Барсука, которого президент России здорово напоминает внешне. (Несмотря на все пройденные им за последние годы косметологические процедуры.) У Барсуков (я об этом писал еще в 2004 году в «Комсомольской правде») всегда множество решений и тайных лазеек, они, можно сказать, следователи по жизни. Характер достаточно тяжелый, что сполна испытали на себе президентские родные и близкие. К таким людям непросто подобрать ключи: они по своему глубинному разумению делят мир на своих и чужих, при этом рассчитывая в основном на собственные силы. (Вот для Бориса Ельцина, например, своих и чужих почти не было. Он мог в одночасье простить врага, назначив его на высокий пост, и слить в утиль как бы закадычного друга.) Они также склонны многое делать исподтишка. Подобные личности всегда стремятся довести дело до конца, хотя по их внешнему виду и поступкам иногда очень трудно судить, чем же они, собственно, занимаются. Значимые дела подобные люди могут хранить в тайне даже от самых близких. (Вспомним описанную историю с Ивановым/Фрадковым, эпопею с назначением преемника-2008 и многочисленные инсинуации-2011 на тему, останется ли все-таки Медведев на второй срок.) От природы Барсуки крайне недоверчивы и подозрительны.

Барсуки — консерваторы, не склонные предавать забвению прошлое, даже не имеющее практического смысла. Тех, кто ему препятствует, Барсук убирает без дополнительного шума. Во всем он стремится хранить конфиденциальность — настолько, насколько это вообще возможно.

Но вернемся к драконьей ипостаси нашего юбилейного президента.

Как и предупреждала ФСБ, текущий год Черного дракона — самый удачный в жизни Владимира Путина. Вот лишь несколько доказательств.

Март: безоговорочная победа на выборах президента. Оппозиция, зачарованная массовостью Болотных площадей и проспектов Сахарова, грозится путинскому триумфу что-то противопоставить, но ничего не может («сливает протест», как сказал бы мой будущий, русский и старший коллега Эдуард Лимонов).

Май: самый прокремлевский футбольный клуб Европы, лондонский «Челси», выигрывает по пенальти финал Лиги чемпионов УЕФА, хотя играет гораздо хуже соперника — мюнхенской «Баварии».

Июль: сам факт однодневного визита Путина в Лондон во время Олимпийских игр оборачивается серией побед российских мастеров дзюдо, любимого президентского вида спорта.

Август: противник Путина Борис Березовский с треском проигрывает в том же Лондоне иск на $5,6 млрд. другу и партнеру нашего дракона Роману Абрамовичу. Причем судья баронесса Глостер не оставляет Березовскому ни единого шанса, обвинив его в self-delusion — нарочитом самообмане и стремлении продать свои иллюзии под видом реальности.

Октябрь: ненавистный ВВП Михаил Саакашвили столь же убедительно проигрывает парламентские выборы в собственной Грузии, к чему еще недавно никто не готовился.

Лучших подарков на юбилей Путин не мог и ожидать. Как сказал он сам в давнее время (2007-й): «Я самый богатый человек мира, ибо я коллекционирую эмоции». Уйди в отставку, Владимир, лучше не скажешь! Несомый крыльями удачи, президент РФ будет вкушать ее сладостные плоды где-то до конца января — начала марта 2013-го.

А что потом? Специалисты ФСБ считают, что начнутся серьезные проблемы. На 61-м году жизни был убит Троцкий, стал жертвой покушения Папа Римский Иоанн Павел II, много еще чего произошло с разными знаменитыми людьми. И если Греция к тому моменту выйдет из зоны евро, резко ускорится отток капитала из России, упадут цены на нефть, еще пуще нынешнего сократится потребление российского газа (за счет сланцевого бума и перехода на спотовый рынок), грянут несколько внушительных техногенных катастроф, прокиснет ботокс на кремлевских складах…

Ну, вы понимаете. Поскольку у нас тут ФСБ, не будем дальше уточнять и дешифровывать. Никакая удача не бывает вечной, особенно в политике. И закладываться исключительно на нее, к чему, похоже, стремится юбиляр, неразумно.

Но и критиковать его слишком жестко за это — бессмысленно. Ведь он — дитя и одновременно сторож российской системы монетократии (власти денег), которая стоит на трех китах: деньгах, технологиях и фарте. И нельзя заставить Путина, да еще под самое его 60-летие, перестать верить в фарт. Который сопровождал его большую часть политической жизни.

Мы ж не звери. Иначе он любил бы нас, ибо любит по-настоящему только животных. Они, в отличие от людей, всегда приносили ему в благодарных зубах самую настоящую удачу.

2012 г.

Триумфальные результаты 2012 года

Не знаю, кто как, а я доволен. У нас, поверьте, был офигительный год.

Во-первых, в 2012-м полностью подтвердился т. н. принцип Белковского, который гласит: в процессе деградации любая система начинает систематически принимать решения, противоречащие ее жизненным интересам. Российская власть явила тому немало доказательств. Взять хотя бы свежайшие попытки ответить американцам на «закон Магнитского». Ну, запрет главврачом РФ Геннадием Онищенко американской свинины — это еще куда ни шло. Хотя главным результатом этого запрета станет подорожание мяса в целом по РФ. Что вкупе с грядущим ростом тарифов ЖКХ, повышением цен на алкоголь и сигареты повсеместно повысит уровень раздражения населения и протестных настроений вообще.

Что же касается т. н. закона Димы Яковлева и запрета на усыновление американцами наших сирот — это уже вообще за гранью добра и зла. И дело не только в том, что власть размашисто бьет самое себя лицом об стол. А в том, что она этого совершенно не понимает, причем абсолютно искренне. В этом смысле прозвучавшее на вчерашней пресс-конференции Владимира Путина предложение корреспондента одной сахалинской газеты назвать именем Президента РФ маленький остров Курильской гряды выглядит то ли как умный намек, то ли как изощренное издевательство: ВВП действительно все более превращается в остров — одинокий кусок суши, со всех сторон окруженный, правда, не водой, а несколько иной субстанцией.

Во-вторых, 2012 год полностью подтвердил наш тезис об усугубляющейся перестройке-2. Т. е. исторической ситуации, когда разрыв между активной (или, если угодно, мыслящей) частью общества и властью становится не просто большим, но — непреодолимым. Если уже путинские министры Сергей Лавров (МИД), Дмитрий Ливанов (Минобразования), вице-премьер по социальной политике Ольга Голодец и уполномоченный по правам человека Владимир Лукин публично взвыли от «акта Димы Яковлева», то, значит, перестроечный Рубикон нашим обществом перейден окончательно. (Не говоря уже о правоверном единороссе Александре Сидякине, отказавшемся голосовать.) После случившегося главный вопрос философии решен: с этой властью иметь дело неприлично. Независимо от того, есть ли у нее объективные заслуги и сохранились ли во властных рядах т. н. приличные люди.

В-третьих. Как мы и предполагали на страницах «МК», в 2012 году нанесен смертельный удар по репутации некоторых системообразующих структур (или, если угодно, конструкций) существующего строя.

Возьмем, к примеру, Госдуму. Словосочетание «взбесившийся принтер» возникло не случайно. Это выглядит и пахнет значительно хуже, чем старое доброе не-место-для-дискуссий. А на финише года мы окончательно убедились, что системные политики в современной России — это, как правило, уже не вполне люди, а представители какого-то иного вида, таки возникшего в продолжающемся (по Дарвину) процессе искусственно-естественного отбора. Я, безусловно, не имею в виду тех депутатов (в основном — от «Справедливой России»), которые, как и положено людям в прямом смысле этого слова, проголосовали против «закона Димы Яковлева». Я про всех остальных, которые проголосовали. А ведь, если задуматься, чем они рисковали? Что их исключат из фракций? Отнимут мандаты? Ведь не расстреляли бы их и даже не посадили — сейчас, как верно заметил президент Путин, совсем не 1937 год. И ради бумажки, все более вызывающей презрение сограждан, эти персонажи отказали самим себе в праве быть и называться людьми?

Дальше — больше. На излете года полностью прекратил свое морально-политическое существование т. н. Совет по правам человека при Президенте РФ. Я, дорогой читатель, еще прошедшим летом советовал на страницах «МК» Президенту РФ: а) совет этот ликвидировать за полной ненадобностью; б) функции его передать МВД. Сейчас уже очевидно, что эти предложения неплохо бы реализовать. Не защитив за отчетный период ничьи россиянские права, СПЧ сумел сделать только одно: устами группы своих влиятельных членов — Кирилла Кабанова, Анатолия Кучерены, Леонида Полякова, Владимира Легойды, Максима Шевченко и некоторых других — полностью поддержать «людоедский» (Александр Колесниченко, «Аргументы и факты») анти-Магнитский закон. Надо ли это комментировать?

Вообще, истерический крик лидера ЛДПР Владимира Жириновского, человека весьма неглупого и интуитивно одаренного, что, дескать, русские дети сами рвутся в детские дома, должен в переводе с жириновского на ВМПС (Великий, Могучий, Правдивый и Свободный) означать одно: мы сошли с ума и умерли, не спрашивайте нас более ни о чем. Этот политический класс обречен, какие бы реанимационные мероприятия ни планировались на обозримое будущее.

Как никогда близка к списанию в исторический утиль оказалась в истекающем году и Русская православная церковь Московского патриархата (РПЦ МП). Попытка отказаться от претензий на роль морально-духовного лидера русского общества в обмен на меркантильные милости власти сыграла с патриархом Кириллом Гундяевым и К злую шутку. Кто бы что ни говорил о якобы наблюдающейся «клерикализации» России, я как фундаменталист и мракобес со стажем утверждаю ровно обратное. По всем вопросам, существенным для РПЦ МП, государство послало патриархию решительнейшим образом в баню. Преподавание в школах «Основ православной культуры» безвозвратно отменено. Придуманная в недрах МП программа строительства «быстровозводимых» храмов — провалена. Городские/муниципальные власти и стихийные собрания светских жителей ее полностью заблокировали. Наиболее активными спикерами от лица РПЦ становятся откровенные фрики типа протоиерея Всеволода Чаплина и главы фиктивной Ассоциации православных экспертов Кирилла Фролова. Про дело Pussy Riot и говорить нечего: если в мировом масштабе храм Христа Спасителя становится все более известен как Pussy Riot Church, что к тому можно добавить? У патриархии было 99 % шансов выползти из дела с панк-молебном с глубоким чувством собственного достоинства — например, уговорив светскую власть девиц простить и помиловать. И всеми этими шансами официальная Церковь со всей кричащей неизбежностью не воспользовалась. Под занавес 2012-го церковники неожиданно очухались, видимо, уразумев, что события идут в не нужном им направлении. Патриарх Кирилл вдруг призвал священников «не быть клоунами». А управляющий делами патриархии митрополит Варсонофий строго указал, что духовные лица должны ездить вовсе не на «Мерседесах», а на простых русских «Оках».

Но — поздно. Процесс воцИрковления, который мы с вами прежде обсуждали, неизменно требует клоунов. А если члены Священного синода РПЦ МП ездят на бронированных иномарках, то какая уж тут «Ока»?

Наконец, внесистемная оппозиция, которая в октябре избрала свой Координационный совет (КСО). За некоторое время до выборов этого совета мы с вами, дорогой читатель, поставили перед оппозицией несколько вопросов. Например: будет ли КСО, состоящий из (как правило) не любящих друг друга 45 человек совершенно разных взглядов и вкусов, дееспособен и управляем?

Оппозиция не заставила себя долго ждать. Опыт существования КСО в ноябре — декабре показывает: этот орган недееспособен и неуправляем. Пока единственное, чего удалось добиться основным членам совета, — это, еще не приступив к работе, вдрызг разругаться между собой. Кто бы сомневался. А я, например, вообще склонен считать, что КСО сознательно спровоцировал мэрию Москвы на запрет «Марша свободы» 15 декабря. Ведь год назад статусные оппозиционеры вовсе не возражали против переноса первой массовой протестной акции с площади Революции на Болотную. Отчего же в этом году вдрызг уперлись: Лубянка, и все тут? А потому что опасались низкой явки РОГов (русских образованных горожан) и решили заранее проложиться запретительной бумагой. Проложились.

Мы, оглядываясь на 2012-й, видим лишь руины. И это прекрасно, ибо на таких пустырях и начинается новое строительство. А Владимиру Путину, который может вот-вот стать курильским островом, я хотел бы напомнить один текст, пригодный практически для любого послания. Даже президентского.

«Никто не остров. Всякий человек есть часть Материка, часть Суши; и если волной снесет в море береговой утес, меньше станет Европа, и так же, если смоет край мыса или разрушит замок твой или друга твоего; смерть каждого человека умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по тебе».

2012 г.

Путин между Брежневым и Горбачевым

Многие наблюдатели/комментаторы пребывают в ужасе от давешнего (16 ноября 2012 года) выступления Владимира Путина на форуме «Петербургский диалог». Дескать, безо всяких особых усилий Путин сам себе организовал PR-катастрофу, не разобравшись в ложном антисемитизме группы Pussy Riot (она же бывшая «Война») и засыпав федерального канцлера Германии Ангелу Меркель странноватенькими предложениями (типа обмена футбольными сборными).

Я же, хоть убейте (в хорошем смысле), никаких основний для ужаса и паники не вижу. Мы столкнулись с фирменным путинским юмором, который совершенно рационален, прекрасно считывается и, не побоюсь этого слишком умного слова, деконструируется.

1. Говоря о том, что будущие участники панк-молебна в ХХС в некоем прошлом вешали в магазине чучело еврея, ВВП, на мой взгляд, хотел сказать примерно следующее. Вы считаете, что лидеры двух крупнейших стран должны обсуждать Pussy Riot? Нам больше заняться нечем? Ну тогда я вам задвину про антисемитизм, и расхлебывайте! Может, шутка получилась и неудачной, но мотивы ее ясны. И путинская некомпетентность здесь ни при чем.

2. Сюда же — предложение «подчеркнуть особый, доверительный стратегический характер отношений между Германией и Россией» и сделать так, чтобы на чемпионате мира 2018 года немецкая сборная выступила за Россию, а российская — за Германию. Путин добавил, что у спортсменов автоматически вырастает ответственность, когда они играют за чужую страну.

Никакого безумия, намек абсолютно ясен. Вы, друзья, лучше меня знаете, как управлять Россией? Хорошо, давайте поменяемся местами, они же роли. Я пока порулю Германией, благо язык ее еще не совсем забыл. А канцлершу Меркель посадим в Кремль. Посмотрим, как вы тут справитесь с моей страной и особенно — с моим народом.

3. На самом деле, настоящее хамство за гранью фола Путин позволил себе лишь однажды. Когда сказал: «По поводу того, что «нет такого немца, который являлся бы абсолютным образцом для нас». Есть такой немец — это госпожа федеральный канцлер».

Понимающим, что есть нордическая красота, оставалось только густо покраснеть.

Этот, с позволения, гэг — явный продукт обучения у Сильвио Берлускони. В 2005 году Берлускони, будучи премьер-министром Италии, заявил, что добился переноса Европейского агентства по продовольственной безопасности из Хельсинки в Парму, приударив за президентом Финляндии Тарьей Халонен. Как у них там в Европе водится, грянул публичный скандал. И тогда путинский друг, чтобы исправить положение, сказал нечто следующее: все, кто когда-нибудь видел Тарью Халонен, понимают, что я пошутил. Разразился скандал вдвое больший.

Так что Путин, иронизируя по поводу немецких образцов, прошел по лезвию бритвы. Другое дело, что прогрессивная общественность, полностью сконцентрированная на Pussy Riot, этого не заметила.

Она тут же ударилась в предположения, что неоднозначные фразы Путина — продукт его болезни. То ли боли в спине слишком сильны. То ли болеутоляющие препараты чересчур воздействуют на психику.

Вообще, здоровье (а точнее, болезнь) президента РФ — это главный новый хит всех сил добра в нашей стране и сопредельной реальности. Роятся слухи один пикантнее другого. Доминирующее мнение: после полета с журавлями-стерхами Путин неудачно приземлился на ноги и серьезно травмировал спину. В результате чего (первым эту версию изложил Эдуард Лимонов) заработал межпозвоночную грыжу. Усилиями многочисленных профессионалов, подвизающихся в Фейсбуке, грыжа уже почти превратилась в саркому (т. е. рак) позвоночника. Несколько раз уже прозвучало и слово «инсульт». В общем, критики президента все более напоминают генерала из достоевского «Игрока», с замиранием сердца телеграфирующего по поводу жизни/смерти любимой бабушки-тетки.

Да и мы, простые телезрители, видим, что дело нечисто. ВВП резко сократил программу визитов, слишком мало летает (самолетами). Как-то неочевидно двигается. Во время возложения цветов к памятнику Минину & Пожарскому 4 ноября 2012-го перемещался бочком-бочком, да еще и был обмундирован в пальто на два размера больше (словно под пальто — корсет или какой-то другой лечебный агрегат).

Чего уж там — укатали сивку крутые горки. Столько лет напряженно заниматься нелюбимым делом — здесь никакой физкультурник не выдержит!

Кажется, многие оппозиционеры рассматривают высочайшую болезнь как свой главный и единственный шанс. Не исключаю, что скоро Координационный совет оппозиции (КСО) найдет новую фишку, которая и ляжет в содержательную основу планируемой акции «Юрьев день»:

— сформировать международную комиссию по медицинскому освидетельствованию В. В. Путина (предположительно во главе с канцлером А. Меркель);

— добиться еженедельной, а впоследствии и ежедневной публикации бюллетеней комиссии.

Хотя оппозиционеры просто не понимают, что за доброе здоровье ненавистного тирана им следовало бы молиться или хотя бы выпить. Ведь если что (не дай Бог!) — случатся досрочные выборы, и придет снова президент Медведев. Вам оно надо?

Так или иначе, сюжет со здоровьем снова заставил многих аналитиков вспомнить о сходстве нынешнего В. В. Путина со стародавним Л. И. Брежневым. Проанализируем это дело и мы.

Действительно, между Владимиром Владимировичем и Леонидом Ильичом немало общего. Может быть, даже больше, чем кажется на первый взгляд.

И вопрос не только (не столько) в восемнадцати годах пребывания у власти.

А) И Путин, и Брежнев были выдвинуты элитами для долгосрочной стабилизации положения и привилегий последних. Оба в общем и целом справились с поставленной главной задачей.

Б) Будучи плоть от плоти пригородных низов, и Л. И., и В.

В. выше всего ставили стабильность, ибо знали, чем тут у нас чревата нестабильность. Никаких иллюзий по части «народа-богоносца» никто из них не испытывал.

В) Оба символизировали переход от чистого вождизма к коллегиальному руководству. Подобно Брежневу, Путин скорее модератор элит, чем лидер, принимающий единоличные решения наперекор элитному консенсусу (как это могли делать Сталин, Хрущев и даже Ельцин).

Г) Вместе с тем оба смогли тонко и технично избавиться от неудобных соратников-попутчиков, которые в начале правления Брежнева (Путина) воспринимались более чем серьезно.

Д) Оба лидера, что бы они там ни говорили, следуют принципу «эпоха зрелищ кончилась, пришла эпоха хлеба». При Брежневе начал хоть немного отъедаться и отсыпаться советский народ, при Путине — постсоветский.

Е) Ни один из них не кровожаден, что для нашей истории — редкость. Брежнев не уничтожил своих аппаратных конкурентов, не посадил Солженицына, даже с акад. Сахаровым обошелся куда мягче, чем можно было бы ожидать. Путин не был по-настоящему жесток ни с кем, кроме Ходорковского и К.

Ж) Оба выглядели молодо и привлекательно в начале правления, болезненно и анекдотично — на излете. Оба, упустив верный исторический момент для ухода, изжили и пережили себя в политике.

З) Непомерно возвеличиваемые при жизни, ни Брежнев, ни Путин не заслужат благодарности потомков. Во многом, по причинам, изложенным в пунктах Е и Ж.

Но Путин — это не только Брежнев. Он еще и Михаил Сергеевич Горбачев.

ВВП — ранний Горбачев, потому что: — он уже почувствовал, что сложившаяся в России политико-экономическая система себя исчерпала и идет вразнос;

— он знает, что с этим надо что-то делать; — он не знает, что именно надо с этим делать; — он боится, что если что-то делать, то система окончательно пойдет вразнос.

ВВП — поздний Горбачев, потому что он уже не порождает у своих подданных никаких надежд. Его или терпят, или ненавидят. То есть он перестал выполнять главную функцию, неизбежную для успешного правителя: генерацию надежд.

Так что Путин — это Брежнев + целых два Горбачева. Вот какой многогранный у нас президент!

Пожелаем ему все-таки крепкого здоровья и долгих лет физической жизни.

2012 г.

Спасти председателя Навального

За 10 дней, прошедшие с момента окончательных выборов Координационного совета оппозиции (КСО), со мной уже поговорили несколько знакомых из числа так называемых левых и националистов (имена не раскрываются ни при каких обстоятельствах в интересах следствия). Они жаловались на результат выборов. Дескать, чего-то там не так, потеснили их и вытеснили, и вообще могла иметь место банальная чуровщина за счет излине правильной работы электронной системы «Демократия-2», а именно — манипулирование голосами фиктивных избирателей — провокаторов из числа эмэмэмщиков (актива легендарного Сергея Мавроди).

Плюс еще классик Эдуард Лимонов в очередной раз наехал на КСО и лично его неформального предводителя Алексея Навального. Впрочем, базовые лимоновские аргументы мне приходилось слышать нередко из уст разных людей: Навальный не имеет стратегии, КСО надеется на авось, а выход на улицы даже миллиона человек не приведет к падению кровавого режима, который только сморгнет и перевернется на другой бок.

И вот во время очередного Хеллоуина у меня возникло отчетливое желание защитить Совет от всей подобной критики. Лично я никакого отношения к КСО не имею (только как простой избиратель, проголосовавший за пятерых человек, из которых прошли двое), потому все дальнейшее просьба считать исключительно моим частным мнением — результатом внешнего наблюдения (не путать с наружным наблюдением) и пристального вглядывания в ткань происходящего.

Критики КСО, включая даже великого Лимонова, на мой взгляд, несколько ошибаются в оценке природы Совета как политического явления и субъекта. Цель нового оппозиционного органа, как мне представляется, — никакая не революция. Это просто слово такое красивое, что язык сам тянется (или поворачивается, у кого как) его лишний раз произнести. «Тебе, освистанная, осмеянная батареями, тебе, изъязвленная злословием штыков, торжественно возношу над руганью реемой оды торжественное „О!“» (с).

Цель — принуждение Кремля (Путина) к реформам. Механизм достижения цели — переговорный процесс, для которого нужен единый оппозиционный субъект. Представляющий преимущественно русских образованных горожан (РОГов), а не, скажем, старых сталинистов. Нет, я не имею в виду банальные переговоры о материализации духов и раздаче слонов. Речь, я надеюсь, действительно о реформах. Каких именно — еще вспомним чуть ниже.

Но такие переговоры могут вести только люди хотя бы теоретически приемлемые для Кремля. Это не левые радикалы и не националисты. Это приятно пахнущие персонажи, которые не слишком драматически отличаются от «приличной части» команды Путина по взглядам и не окажутся реалистами, то есть не станут требовать от усталого псевдотирана невозможного. С которыми он, в принципе, может поздороваться за руку и поцеловаться в щечку. Кто не кричал как угорелый при первой же волнующей возможности: «Банду Путина под суд!» Именно такие люди и доминируют в новоизбранном Совете, особенно в Toп-15 его общегражданского списка. Кто должен — туда и попал. Чего ж удивляться, что Сергей Удальцов после всей кроваво-бешеной рекламы, делаемой ему Кремлем, оказался лишь двадцатым?

Ответственные секретари Совета, избранные на его первом заседании, — тоже люди солидные. Это предприниматель, бывший чиновник администрации президента и Федеральной налоговой службы, экс-член политсовета партии «Правое дело» (помните, что это было?) Дмитрий Некрасов. Он же — руководитель подмосковного отделения Комитета гражданских инициатив имени Алексея Кудрина. И другой вполне системный/успешный бизнесмен Александр Винокуров, инвестор телеканала «Дождь» и портала «Слон». Наконец, отдельным утесом над морем протеста возвышается экс-чемпион мира Гарри Каспаров. Если кто забыл, 8 марта 2012 года руководитель предвыборного штаба Путина Станислав Говорухин прямо назвал в эфире того же самого «Дождя» Каспарова единственным оппозиционером, с которым можно разговаривать. Вот Вам на всякий случай ссылочка на личный сайт чемпиона. Самая стремная для Кремля фигура из руководства КСО — это как раз абсолютный лидер хит-парада Навальный. По слухам, Путин его совсем не любит и принимать (ни в каком смысле слова) пока что не хочет. Но все еще может измениться…

Еще одна ошибка, которую часто совершают многие из числа левых/националистов, — неверная оценка смысла «Маршей миллионов». Можно подумать, марши нужны, чтобы силой захватить какие-нибудь особо важные государственные объекты и взять в заложники промышленную партию жуликов и воров. Мне представляется иное. Захватывать ничего не надо. Марши — это механизм психологического давления на Путина. С использованием его страхов, комплексов, фобий и прочих фрустраций. Наш президент не доверяет собственному народу и боится его повышенного скопления в определенных местах. К тому же пепел полковника Каддафи стучится ему в сердце. И вообще ему все осточертело.

Поэтому смысл маршей с многотысячным числом участников:

— показать мобилизационный потенциал оппозиции вообще;

— продемонстрировать, что реализовать этот потенциал способен только КСО;

— ну и тем самым завершить первую стадию пресловутого принуждения.

Если и когда на улицу выйдут, как прогнозирует Анатолий Чубайс, 500 тысяч рассерженных горожан, делегация Совета (в составе, например, двух ответственных секретарей, Гарри Каспарова, Ксении Собчак и примкнувшего к ним попечителя в лице условного Алексея Кудрина) сможет отправиться, скажем, в бурятский заказник, где Владимир Путин в обществе шанхайских барсов и мексиканских тушканов раздумчиво проводит свои государственные дни. И сказать ему нечто вроде:

— Уважаемый Владимир Путин, ну теперь-то Вы понимаете, что реформы откладывать нельзя?

И если президента в этот момент не укусит за палец недобрый мексиканский тушкан, он, грустновато вздохнув и бросив взгляд в направлении Байкала, ответит:

— Да, понимаю. А дальше — вопрос в том, что все мы, рядовые участники Болотной площади и проспекта Сахарова, бывших и будущих маршей, сами понимаем под реформами. Если замену плохого Путина на хорошего — это одно. Если кардинальную трансформацию политической системы в направлении парламентской республики — другое. Необходимы досрочные выборы Государственной думы или нет? И тому подобное.

Еще тому же Навальному часто пеняют, что у него нет программы и что в ходе предвыборных дебатов на «Дожде» он часто уходил от принципиальных вопросов.

А только так и может нынче быть. Потому что лишь находясь над идеологической схваткой, он способен сохранить свою эксклюзивную роль модератора оппозиции. Стоит углубиться в некую программную деталь — сразу какая-нибудь часть КСО взбунтуется и отвалится, и легитимность всей затеи уменьшится. Отсутствие программы — тоже прекрасная программа. Навальный должен, как червонец, быть любезен всем, он, мне кажется, этого и добивается. Можно не одобрять такую линию поведения, но проводит ее неформальный председатель КСО вполне последовательно, что в наше время уже немалого стоит. Хотя Алексей Навальный и остается сейчас пока ключевой проблемой Совета. Точнее, не он сам, а его ближайшая судьба. Следствие, как старый крот, продолжает копать без устали. Вероятность драматического развития событий далеко не равна нулю. Поэтому правильным системным людям, которые поедут некогда в бурятский заказник, стоило бы прямо сейчас постараться убедить Путина, чтобы Навального не сажали или уж в самом крайнем случае дали условно. Пока не поздно…

2012 г.

Сценарии смены власти

Координационный совет оппозиции (КСО) на своем заседании 16 декабря 2012 года признал состоявшуюся накануне лубянскую акцию «Марш Свободы» успешной. За это КСО был подвергнут с разных сторон критике. И в основном несправедливой. Ибо формально КСО прав.

Сравнивать «Марш Свободы» с Болотной площадью/проспектом Сахарова (в зимнем ли, летнем ли, демисезонном ли вариантах) нельзя. В силу того, что акция 15.12.12 была, в отличие от предыдущих и массовых, запрещена. Потому масштабного присутствия обывателей, или РОГов (русских образованных горожан), на ней и не предполагалось. Значит, сравнивать надо, скажем, со «Стратегией-31». И если на Лубянку к Соловецкому камню пришло, скажем (точная цифра не имеет значения), от двух до пяти тысяч человек, то это больше, чем среднестатистическое число гостей Лимонова на Триумфальной. А раз так — форменный успех, ничего не попишешь.

Вот примерно таким образом и должен рассуждать профессиональный оппозиционер РФ. Помня вместе с тем, что провал с явкой мог иметь место и на санкционированной акции (например, шествии по Бульварному кольцу).

Теперь можно все свалить на мэрию Москвы — к чему, не исключено, лидеры народных протестов и стремились, заняв совершенно бескомпромиссную (в отличие от декабря 2011-го) позицию по кульминационной точке шествия: Лубянка — и никаких гвоздей!

А мы поможем КСО напоминанием о том, как вообще оппозиция брала власть в окружавшей нас реальности за последние 10 лет.

Украинский, он же «классический оранжевый» сценарий образец применения — Украина, ноябрь — декабрь 2004 года

Сюжет

В знак протеста против фальсификаций на выборах президента страны оппозиция, возглавляемая бывшими премьер-министром, вице-премьером и спикером парламента, выводит на главные площади/улицы Киева очень много (от 300 до 500 тысяч) человек.

Люди не расходятся в течение трех недель, блокируют административные здания и ключевые трассы, в результате чего представители власти не могут попасть на рабочие места. Проходят переговоры (обратите внимание на это ключевое слово, курсив мой — С. Б.) с уходящим президентом страны Леонидом Кучмой, по итогам которых назначаются повторные выборы президента на конец декабря (третий тур). В третьем туре побеждает единый кандидат от оппозиции Виктор Ющенко.

Обстоятельства

Наличие не только в элитах, но и непосредственно во власти (правительство, администрация президента, региональные администрации) мощной группы сторонников оппозиции; в частности, поддержка оппозиционной мегаакции со стороны тогдашнего мэра Киева Александра Омельченко;

политико-географический раскол страны на Восток, поддержавший кандидата от власти, и Запад, целиком сориентированный на оппозицию;