На зависть всем, или Меркантильная сволочь ищет своего олигарха Шилова Юлия
— Спасибо.
— Пожалуйста. — Женщина совершенно спокойно протянула мне телефон и, чтобы меня не смущать, вновь уставилась в книгу.
Набрав номер телефона Олега, я затаила дыхание и, как только он снял трубку, быстро заговорила:
— Олег, это Ольга. У меня неприятности. Я потеряла телефон.
— Я звонил тебе всю ночь и все утро, — хмуро произнес он.
— Понимаешь, вчера на дне рождения я повесила сумочку, которую ты мне подарил перед поездкой, на стул, а пока разговаривала с Алиной, ее не стало.
— Может быть, ты с кем-нибудь другим разговаривала? — В голосе Олега послышалась ревность. — Может быть, ты кем-то была так сильно увлечена, что забыла про сумку и вспомнила про нее только сейчас, когда ее уже и след простыл?
— Олег, ты не прав. Все было именно так, как я тебе рассказала. Сейчас не время для выяснения отношений. Понимаешь, я звоню с чужого телефона. Мне любезно разрешила сделать звонок совершенно незнакомая женщина, тетя Алины. Сам понимаешь, я не могу долго разговаривать. У меня к тебе большая просьба: чтобы за мной был сохранен мой номер и на него не пришли сумасшедшие счета, заблокируй его, пожалуйста. Сделай это, если можно, прямо сейчас. Я очень надеюсь на то, что сегодня ты будешь меня встречать.
— За это можешь не переживать. — Голос Олега слегка потеплел, но в нем еще читалось все то же недоверие.
— Тогда до встречи.
Я тут же отдала телефон женщине, не забыв ее поблагодарить, и, перейдя на другую сторону бассейна, легла на лежак, чтобы допить свой «Мохито». Закрыв глаза, я снова и снова представляла яхту Вадима и полицейских, которые уже ее оцепили и стали искать улики. Самая ужасная мысль, которая посетила меня, — мысль о том, что полицейскими будет обнаружена моя сумка, которая случайно упала туда, где я не смогла ее найти. От этой мысли мне становилось совсем не по себе.
Алина появилась в тот момент, когда я просила рабочего поставить надо мной зонтик от солнца. Она была очень сильно возбуждена.
— Ну, что там слышно? — не показывая волнения, поинтересовалась я.
— Вадима убили выстрелом в лоб. Две пули. Это произошло в тот момент, когда он спал на спине. Представляешь, его прикончили, когда он крепко спал! Это же надо — умереть во сне!
— Кошмар! Кто бы мог подумать — в такую праздничную ночь…
— Действительно, кто бы мог подумать. Самый оригинальный подарочек на мой день рождения.
— Вадим произвел на меня впечатление приятного и интересного человека. Он сказал, что занимается рекламным бизнесом.
— Соврал, — тут же отрезала Алина.
— Почему соврал?
— Просто соврал, и все.
— Зачем?
— Не хотел тебе говорить, кто он есть на самом деле. Он холостяк, понимаешь?
— Понимаю, — растерянно произнесла я.
— У него маниакальное чувство преследования. Ему кажется, что все девушки охотятся за его богатством. Понимаешь, когда мужчина женат, у него есть всего одна-единственная охотница за всем тем, что он зарабатывает, — это его жена. А когда мужчина холост, то он становится добычей сотни женщин, которые смотрят на него голодными глазами и делают все возможное, чтобы побыстрее поживиться.
— Так кто же он на самом деле?
— Он преуспевающий банкир.
— Банкир?!
— Владелец одного из столичных банков. Представь, что его еще никто не захомутал, и даже те, кто его уже попробовал, сказали, что он им не по зубам.
— Жаль, конечно, что погиб молодой, перспективный мужчина. Банкиром в наше время быть опасно. Я только не пойму, почему киллер не убил его в Москве, а полетел за ним аж на Лазурный Берег. Чуть ли не ежедневно в сводке новостей фигурирует информация о том, что убили очередного владельца или совладельца банка прямо на пороге собственного дома или у лифта.
— Когда банкир в Москве, то везде ходит с охраной, а тут он расслаблен и предоставлен самому себе. Улавливаешь разницу?
— Улавливаю.
— Там полиции полная яхта. Жуткое зрелище. Говорят, Вадим остаток ночи провел с женщиной.
— Откуда такие сведения? — Я залилась алой краской.
— На подушке найден ее волос.
— Волос?!
— Уже все про это только и говорят. Женский волосок медного цвета. Одним словом, цвет точно такой же, как у тебя. Да и длина подходящая.
Сказав это, Алина пристально посмотрела на меня, и я съежилась, слыша громкий стук собственного сердца.
— Алина, ну что ты на меня так смотришь? — обреченно спросила я.
— А ты ничего не хочешь мне рассказать? — хитро прищурилась подруга.
— А что ты хочешь, чтобы я рассказала?
— Я хочу, чтобы ты рассказала, где ты провела эту ночь.
Через полчаса мы уже сидели в пляжном баре, пили все тот же «Мохито», потому что обе заметно нервничали и мое нервное напряжение передавалось Алине. Я смотрела на море и рассказывала о том, что произошло со мной сегодня ночью. Когда я закончила свой рассказ, то взяла Алину за руку и беспомощно заговорила:
— Алина, я тебя очень прошу, никому не рассказывай о том, что ты от меня услышала.
— Да за кого ты меня принимаешь? — обиженно ответила та. — Скорее, наоборот, я очень благодарна тебе за оказанное доверие. Ты думаешь, я ничего не поняла? Да я сразу все поняла, как только увидела тебя в мокром вечернем платье. На тебе же лица не было! Когда ты ко мне подошла, то была похожа на мокрую курицу. Да и лицо какого-то зеленого цвета. А затем это убийство Вадима. Этот волос на подушке. Я сразу смекнула, что к чему. Я же девушка не глупая и, как говорит мой Давид, даже продуманная.
— Алина, но ты же мне веришь, что я его не убивала? — неожиданно вырвалось у меня.
Алина выпустила дым и покрутила пальцем у виска.
— Ты что, чокнутая? Да у меня бы ума не хватило обвинить тебя в убийстве.
— Я уже сама не знаю, что говорю, просто сама представь, что бы ты почувствовала, если бы проснулась в постели с покойником.
— Но почему ты не хочешь рассказать все полиции?
— Полиции?
— Ты же находишься не в России.
— А что, есть разница?
— И очень большая.
— Никогда бы не подумала!
— Конечно, если бы это произошло в России, то ты бы была первой подозреваемой в этом убийстве, а основным мотивом преступления был бы такой, например, — ревность, нежелание Вадима на тебе жениться или что-нибудь еще, тем более, если так можно выразиться, ты сбежала с места преступления и не сообщила в полицию о случившемся. Своим поступком ты бы сама на себя навлекла ненужные подозрения, но ведь ты находишься в другой стране. Здесь совсем другие нравы и другое отношение к людям. Тут все люди более-менее защищены государством. И в полиции не ищут крайнего, а стараются докопаться до сути. Чего ты боишься?
— А зачем мне что-то рассказывать полиции, если я ничего не видела и ничего не слышала? Вадима застрелили, когда я спала.
— И ты не слышала выстрелов?
— Я же тебе говорю, что нет.
— Значит, пистолет был с глушителем.
— Сама подумай, если бы я что-то услышала, то моментально проснулась бы, и тогда тот, кто убил Вадима, пустил бы мне пулю в лоб. Кому нужны лишние свидетели?
— Тоже верно.
— А ты говоришь — полиция… Какого черта она мне нужна?!
— Ты не ответила мне на вопрос: чего ты боишься? У полиции есть твой волос, и тебя будут искать. — Алина задумалась, а затем продолжила: — Скажи честно, тебе неудобно перед всей нашей тусовкой? Может, ты не хочешь, чтобы все узнали, что ты оказалась у Вадима в постели и стала еще одной его девушкой на ночь? Да начхай ты на всех. Если ты думаешь, что это будет сенсацией, то глубоко ошибаешься. Никто даже не обратит на это внимания. Тут почти вся тусовка друг с другом переспала, и никому нет до этого дела. Мы все — это одна большая постель.
— Дело совсем не в этом, — произнесла я.
— А в чем?
— Мне безразлично мнение тусовки. Ты — мой единственный в нее проводник, и, быть может, я этих людей больше никогда не увижу. Дело совсем в другом.
— В чем?
— Дело в том, что существует Олег, и если он, не дай бог, узнает, что я провела ночь с другим мужчиной на шикарной яхте, то, ни минуты не задумываясь, выкинет меня туда, откуда подобрал, — голосом, полным отчаяния, произнесла я и ощутила, как на моих глазах показались слезы.
— А где он тебя подобрал? — поинтересовалась Алина.
— В старом доме с печным отоплением, без удобств, с постепенно спивающейся матерью и вечно голодными и плохо одетыми сестрами-школьницами. Если Олег узнает, где я провела ночь, то ни о каком прощении не может быть даже речи. Мне не будет пощады. Тем более полицейские сразу оставят меня здесь для дачи показаний. Я не улечу тем же рейсом, что и все вы, а Олег же приедет встречать меня в аэропорт.
— Я как-то об этом и не подумала.
— А я только об этом и думаю. Я уже тысячу раз пожалела о том, что связалась с Вадимом и попала в такую скверную историю. И кто меня заставлял идти к нему на яхту? Пошла бы домой, и ничего такого не было бы.
— Я тебя понимаю. Имеем дело с дедами, а в душе нам хочется молодых, красивых, а самое главное — активных.
— Вадим не из этой серии: то ли он перебрал, то ли он импотент. У нас с ним ничего не было. И вообще, в моем понимании мужик должен быть всегда рысаком независимо от погоды, времени суток, физического состояния и степени опьянения. Тем более с новой девушкой. Мужика должно притягивать ощущение новизны. А Вадима, похоже, ничего не интересовало. Он так охранял нажитое непосильным трудом добро, что другое его добро, которое находится между ног, уже, видимо, давно перестало функционировать. Оно ведь тоже требует особого внимания и заботы.
— Я была с ним давно, у него тогда еще что-то шевелилось. Плохо, но работало.
— Теперь уже ничего не работает.
— Да, ночная тусовочная жизнь и дорогой коньяк делают свое дело.
Увидев, что к вилле приближаются двое полицейских, Алина взяла меня за руку и потянула в холл.
— Тебе нельзя светиться. Забыла про волос, найденный полицией на подушке? Немедленно собери волосы в пучок и повяжи на голову платок.
Мы быстро поднялись в мою комнату. Я сделала все, как велела Алина, и, быстро собрав свою сумку, вышла через «черный» ход виллы на дорогу, чтобы остановить машину.
— Ты должна как можно быстрее отсюда уехать. Народу на тусовке было полно. Всех не опросят. Сегодня ночью уже часть гостей разъехалась. Тем более нам скоро всем улетать. Не могут же полицейские отменить рейс.
— А если кто-то видел, что я разговаривала с Вадимом?
— Ерунда! Я думаю, что ты далеко не единственная девушка, общавшаяся с Вадимом. Он очень общительный человек. Перед тем как познакомиться с тобой, он всех девиц перетискал. Поезжай в аэропорт и сиди там в каком-нибудь кафе. Я через четыре часа тоже выезжаю. Встретимся на регистрации.
Я так испуганно смотрела на Алину, что та не выдержала, рассмеялась и прижала меня к себе.
— Ну, что ты смотришь на меня, как затравленный зверек?! Я же тебе говорю, что все будет хорошо. Ты пойми, что гостей была масса. Даже если меня попросят составить список приглашенных, то я не смогу это сделать. Народу было столько, сколько я даже не ожидала. Больше половины — профессиональные тусовщики. Они пришли просто потусоваться. Себя показать, на других посмотреть. Сейчас ведь даже профессия такая есть — тусовщик. Это человек, который живет на деньги предков, родственников-бизнесменов и по жизни тусуется. Многие уже разъехались, поэтому собрать вместе всех, кто присутствовал на дне рождения, невозможно.
— А если кто-нибудь из тусовки видел, как я шла с Вадимом на яхту?
— Да тебя никто не знает. Даже если составят твое описание, то таких, как ты, десятки. Все были пьяные, обкуренные, никому не было друг до друга никакого дела. Даже если кто-то и видел, что ты шла с Вадимом в направлении моря, то он с трудом сможет тебя описать. Мы все, девочки из тусовки, похожи друг на друга.
— А кроме моего волоса на подушке полицейские больше ничего не нашли? — на всякий случай спросила я у Алины.
Алина напряглась и, не раздумывая, спросила:
— А ты что-то еще потеряла?
— Нет, — вновь покраснела я, как школьница, подумала про свою сумку и сразу перевела разговор на другую тему: — Может, ноготь сломался или еще что.
— Да вроде я ничего такого не слышала. Если что-то узнаю, я тебе в аэропорту расскажу.
Остановив такси, Алина попросила отвезти меня в аэропорт. Водитель помог положить мою дорожную сумку на заднее сиденье автомобиля и вновь сел за руль. Я поправила слегка сбившуюся косынку, помахала Алине рукой и сказала водителю, что вместо аэропорта он должен отвезти меня в косметический салон. Я хотела перекрасить волосы. Это для меня сейчас гораздо важнее, чем тупое сидение в кафешке.
Глава 5
Буквально за час из меня сделали вполне симпатичную блондинку со стрижкой «каре». Я смотрела на себя в зеркало и представляла свой волосок медного цвета, оставленный на подушке. Теперь никто не сможет доказать, что этот волосок принадлежит мне, и предъявить какие-нибудь претензии. Подумав о том, что мне не стоит проводить много времени в аэропорту, а лучше всего подъехать уже к регистрации, я зашла в первый попавшийся ресторан для того, чтобы перекусить. Ресторан поразил меня оригинальным оформлением зала, высоким уровнем обслуживания и безупречным качеством блюд. По понятным причинам, у меня были проблемы с французским языком, поэтому я взяла меню и показала пальцем, что именно хочу заказать. Расположившись как можно удобнее, я посмотрела на сидящих за соседним столиком мужчину и женщину. Мужчина бережно держал девушку за руку, а она смотрела на него таким проникновенным взглядом, что у меня на сердце вдруг стало как-то не по себе, и я с горечью подумала о том, что если на этом свете и есть любовь, то почему она приходит не к каждому. Почему она выбирает лишь избранных? Наверное, это так интересно — любить, учиться любви и наслаждаться тем, что имеешь.
Я сразу подумала об Олеге и о том, как же мне было тяжело заполучить этого мужчину. До встречи с ним мне попадалась одна мелочовка, которая сама плыла в мои руки, но ее ловить не было никакого смысла. Но я не расстраивалась. Я отпихивала мелочовку в сторону и верила в то, что удача сопутствует тем, кто ждет от жизни подарка. Самое главное — это никого не слушать и не думать, что всех денежных мужчин уже расхватали и остались только те, кто не прочь поживиться за твой счет.
Первое правило, которое я строго-настрого для себя уяснила, — так это то, что лучше не вспоминать о нехватке мужчин. Нужно напрочь выкинуть эту мысль из головы. Наоборот, нужно постоянно убеждать саму себя в том, что в мире полно мужиков, которые просто жаждут заглотнуть хорошую наживку. Я охотилась на многих мужчин, и почти все срывались с крючка, но я не впадала в депрессию, не опускала руки, а самое главное — не занималась самоедством и ни в чем не обвиняла себя. Если бы я начала обвинять себя, то моментально понизила бы свою самооценку и дальнейшая охота оказалась бы для меня невозможной. Я понимала, что есть толпы девушек красивее, интереснее, образованнее и оригинальнее меня, но я знала, что если я хочу иметь высокую самооценку, то не имею права сравнивать себя с другими. Я НЕ ЛУЧШЕ И НЕ ХУЖЕ, Я ПРОСТО ОСОБЕННАЯ. Я понимала, что не могу быть совершенной во всем, и все же я на время стала актрисой, представ перед Олегом кокетливой, манящей, дразнящей и откровенной.
Я хорошо помню тот бизнес-ланч во всех его подробностях. Олег пришел на обед, а я на охоту. Я знала, что в это время в этом ресторане бывают очень состоятельные мужчины, которые приезжают на дорогих автомобилях, и пока их водители скучают, дожидаясь своих хозяев, эти мужчины обедают, разговаривают по телефону и курят дорогие сигары. Я сидела за столом прямо напротив Олега, ковыряла вилкой в тарелке и читала в газете анонс театральных спектаклей. Остановившись на одном из них, я сделала вид, что обзваниваю своих знакомых, чтобы услышать от них отзывы об этой постановке. Не обращая внимания на то, что на том конце провода было тихо, потому что никаких знакомых у меня и в помине не было, я сделала грустное лицо и встретилась взглядом с Олегом, который просто не мог не заинтересоваться моей болтовней, потому что я сидела у него перед носом.
— Простите, а может быть, вы или кто-то из ваших знакомых ходили на этот спектакль? — в упор посмотрела я на мужчину. — Я уже всех знакомых обзвонила, и никто не может мне помочь. Понимаете, я заядлая театралка, но, к своему стыду и сожалению, именно про этот спектакль я вообще ничего не слышала. Быть может, вы мне что-нибудь посоветуете, а то мне так не хочется разочаровываться.
Конечно, было бы просто идеально, если бы в тот момент Олег посмотрел на меня и сказал: «Чтобы ты не разочаровалась, я могу составить тебе компанию». Но этого не произошло. Олег просто пожал плечами и фыркнул, что театральная жизнь Москвы его никогда не интересовала, да и вряд ли когда-нибудь заинтересует. Я не пала духом, потому что знала, что сделала верный шаг. Я же заговорила с ним не о ночных клубах, не о ресторанах, не о модных тусовках. Совсем нет. Я заговорила об искусстве. Я понимала, что должна говорить о чем-то возвышенном, чтобы мужчина не заподозрил во мне хищницу и не потерял ко мне интерес.
Отложив театральную афишу, я улыбнулась невольно обратившему на меня внимание Олегу и рассказала ему о последней театральной постановке, на которую я ходила. Ответная реакция была положительной. Мужчина был сражен моей непосредственностью и пригласил меня за свой столик. Мы ели десерт, пили ароматный чай и вели светскую беседу. Я рассказала Олегу, что люблю посещать Дом музыки, это удивительно светлое, необыкновенное здание, которое заряжает позитивной энергией и настраивает только на самые лучшие мысли. Олег честно признался, что за день по нескольку раз проезжает мимо Дома музыки, но, к своему стыду, ни разу в нем не был, хотя слышал, что интерьеры очень красивы. Я тут же, прямо на ходу, придумала замечательную историю о том, что в последний раз была в Доме музыки на концерте Чайковского, получив просто колоссальное удовольствие. Узнав, что Олег ни разу не был в консерватории и даже перепутал ее с названием ресторана, я схватилась за голову и пристыдила его за то, что он так далек от искусства. Я старалась восхищать и удивлять своего нового знакомого, одновременно держа его на определенном расстоянии.
Нетрудно догадаться, что в самое ближайшее время мы с Олегом пошли на ту самую постановку, с которой я и начала разговор во время обеда. Если бы Олег знал, что в тот день я попала в театр первый раз в своей жизни, то он бы ни за что в это не поверил, потому что я вела себя совершенно свободно. Именно в тот день я пришла к выводу, что если захотеть, можно всегда поймать неуловимое, самое главное — правильно действовать. К выбору кандидатуры Олега я подошла очень тщательно. Я знала, что мне необходим мужчина, который должен обладать теми качествами, которых у меня не было. Олег умел зарабатывать большие деньги…
Наступил момент, когда я дала Олегу понять, что готова к более тесному контакту… И все же я знала, что познакомиться с богатым мужчиной и провести с ним незабываемую ночь — это только начало, что нужно сделать так, чтобы этот мужчина начал беспокоиться о твоем материальном благополучии и взял тебя под опеку.
Вновь взглянув на сидящую за столиком влюбленную пару, я сделала глоток сока, думая, что, наверное, мне в этой жизни намного легче, чем другим девушкам. Легче потому, что я напрочь лишена романтизма и не мечтаю о возвышенной и необыкновенной любви. Я хорошо знаю, что сначала все бывает очень красиво, а затем становится невероятно больно. В первое время люди влюблены, затем друг от друга устают, потом друг друга раздражают, а после испытывают лютую ненависть. Я знала многих женщин, у которых были семьи и дети, но они не были счастливы. Затем мужчина уходил в другую семью, а дети вырастали и предъявляли претензии к своей матери. Мне вообще было сложно представить, что можно жить с мужчиной и быть уверенной в том, что он никогда не предаст и не бросит. Хоть и говорят, что в семье все зависит от женщины, но иногда отношения просто обречены, и как бы двое ни пытались их сохранить, у них ничего не получается по той причине, что они потеряли элементарный интерес друг к другу. Я БОЮСЬ ФАЛЬШИВЫХ ЧУВСТВ И НЕ ВЕРЮ В НАСТОЯЩИЕ. Я привыкла жить иллюзиями, которые понятны только мне одной, и мне легко оттого, что я внушила себе, будто кто-то меня любит.
Посмотрев на часы, я расплатилась по счету и, пройдя мимо воркующей влюбленной пары, вышла на улицу и поймала такси, зная всего несколько французских фраз, попросила отвезти меня в аэропорт. В такси я подумала о том, что сказка под названием «День рождения Алины на Лазурном Берегу» закончилась. А ведь еще не так давно я даже представить не могла себе, что смогу совершенно спокойно пообедать в ресторане, заплатив сто евро.
Приехав в аэропорт Ниццы, я посмотрела на табло, чтобы узнать, у какой стойки идет регистрация на рейс Ницца — Москва, и сразу обратила внимание, что в аэропорту полно полицейских. Встав в конец очереди, которая в основном состояла из таких же, как и я, любителей развлечений, я постаралась унять дрожь, поправила белые короткие волосы и надела темные очки. Стоящие передо мной молоденькие девицы без умолку обсуждали график русских вечеринок и закрытых ужинов, которые будут проходить на Лазурном Берегу в самое ближайшее время. Увидев Алину, идущую рядом с Давидом, я спряталась, чтобы они не увидели меня с новой прической, и, отвернувшись, дождалась того момента, когда смогу пройти регистрацию. Зону паспортного контроля я прошла без каких-либо проблем, и мысль, что в скором времени я увижу Первопрестольную, все сильнее и сильнее грела мне душу.
Встав в очередь на посадку, я сразу обратила внимание, что помимо сотрудников аэропорта, занимающихся досмотром, у стойки стоят двое полицейских, которые внимательно изучают документы, всматриваются в лица пассажиров и задают различные вопросы.
— Вы не знаете, что здесь полицейские делают? — задала мне вопрос стоящая передо мной женщина.
— Не знаю, — немного растерянно ответила я.
— Может, усилили безопасность из-за угрозы теракта? Вы ничего про это не слышали?
— Нет, — беспомощно ответила я.
— Я на именинах была у знакомой, — вклинилась в разговор другая. — Так там убийство на яхте произошло. Может, поэтому и усилили контроль над теми, кто вылетает в Москву.
— А кого убили? — заметно оживилась очередь.
— Русского банкира.
— Господи, нигде их не жалуют. Даже за границей убивают.
— Да уж. Полетел человек отдохнуть и отдохнул. Говорят, молодой, красивый и богатый был, а самое главное — холостой.
— Холостой?! Кому же теперь все его добро достанется?
— Да разве это проблема? Сейчас родственники налетят, как коршуны, и все растащат.
— Я смотрю, полицейские больше всего обращают внимание на женщин с медными волосами. Уже вторую куда-то повели.
— А куда это ее, интересно, повели?
— Наверное, для более обстоятельной беседы.
От подобных разговоров мне становилось не по себе. Хотелось заткнуть уши и не слушать, что говорят окружающие меня люди, потому что их разговоры нагоняли на меня страх и на корню подрывали мою уверенность в том, что я пройду незамеченной и у меня все сложится хорошо.
Поставив ручную кладь на ленту, я сняла темные очки и улыбнулась полицейским. Один из них неплохо владел русским, он осведомился, где я была и что делала.
— Я была на дне рождения своей подруги, — с натянутой улыбкой ответила я.
— А давно вы покрасили волосы? — Полицейский смотрел то на меня, то на фотографию в заграничном паспорте. Благо на фотографии в паспорте мои волосы были собраны в пучок и определить их длину было практически невозможно.
— Давно. Вы знаете, а я довольно часто крашусь. Сегодня блондинка, завтра брюнетка. А в чем, собственно, дело?
— Ничего страшного. Просто девушки настолько часто меняют цвет волос, что их очень тяжело узнать по фотографии на паспорте.
— Но ведь это законом не запрещено.
— Это верно.
— Но я же не виновата, что у нас паспорта каждый год не меняют. И вообще, я прошла паспортный контроль, и у меня там не возникло никаких трудностей. Мне даже не задали ни одного вопроса. Я не понимаю, какие проблемы у меня могут возникнуть на посадке, после того, как я прошла паспортный контроль?
— Никаких, — заверил меня полицейский. — А российского паспорта у вас с собой нет? — на всякий случай поинтересовался он.
— Нет, — резко ответила я. — За границей у меня нет необходимости в российском паспорте.
— Я бы хотел посмотреть на вашу фотографию.
— К сожалению, ничем не могу вам помочь. Довольствуйтесь заграничным.
Полицейский деликатно кашлянул и сменил тему.
— А где вы провели эту ночь? — спросил он, внимательно всматриваясь в мое лицо.
— Странный вопрос. Обычно мне его задает только мой любимый человек. Я никогда не слышала его из уст незнакомых людей.
— Я представитель власти. Ответьте, пожалуйста.
— Я провела ее на вилле, которую арендовала моя подруга, в специально отведенной мне комнате. Вернее, я провела там остаток ночи.
— А до того, как пойти на виллу?
— До того, как пойти спать на виллу, я веселилась вместе с другими гостями. Пила шампанское, танцевала, смотрела гламурный стриптиз и восхищалась фейерверком…
— Достаточно, — полицейский не дал мне договорить и протянул мои документы. — Вы свободны.
— Я могу лететь домой? — с заметной дрожью в голосе спросила я.
— Удачного вам полета.
— Спасибо.
— Счастливого пути!
Глава 6
Взяв ручную кладь, я зашла в зал, где уже сидели пассажиры моего рейса, и, стараясь унять нервную дрожь, принялась искать Алину. Увидев, что Алина с Давидом основательно потратились в магазине беспошлинной торговли и, усевшись в дальнем углу зала, дегустируют различные спиртные напитки, я села неподалеку от них. Дождавшись того момента, когда Алина отправилась в туалет, я пошла следом за ней.
— Алина, — позвала я и сняла темные очки, чтобы она быстрее меня узнала.
— Ольга?! — Алина смотрела на меня так, словно видела в первый раз в жизни.
— Ну, как я тебе в образе блондинки?
— Ты знаешь, а тебе идет. Ты где была? Я тебя еще на регистрации искала.
— В салоне красоты. Вживалась в новый образ.
— Как ты все прошла?
— Удачно, только вот во время регистрации на посадку привязался полицейский. Спрашивал, когда я перекрасила волосы, нет ли у меня еще одной фотографии и где я провела эту ночь.
— Самое главное — пропустил.
— Пропустил. Куда он денется!
— Ты правильно сделала, что волосы перекрасила, а то полиция ищет девушку именно с медным цветом волос. Алина дружелюбно обняла меня за плечи и прошептала: — Пока никаких новостей.
— Полицейские ничего, кроме волоса на подушке, не нашли?
— В тусовке все говорят про какой-то презерватив.
— Какой еще презерватив? — вновь напряглась я.
— Бывший в употреблении, но без спермы. Говорят, полицейские нашли его на яхте рядом с кроватью. Бедный Вадим, он так и не успел получить удовольствие перед смертью.
— Я же тебе говорила, что в постели он — полный ноль.
Алина заглянула мне в лицо и улыбнулась.
— Ольга, все самое ужасное уже позади.
— Ты думаешь?
— Я в этом просто уверена.
— А у меня что-то на душе неспокойно.
— Еще бы — ты такое пережила! Все нормально. Расслабься и забудь про то, что произошло. Я, конечно, понимаю, что забыть все это невозможно, но хотя бы постарайся об этом не думать. Скажи мне, что тебя еще беспокоит?
— Сумка, — выпалила я и почувствовала, как на лбу выступила испарина.
— Какая еще сумка?
— Крохотная сумочка через плечо, ее я повесила на спинку стула в тот момент, когда легла с Вадимом в постель.
— Ты потеряла сумку?
— Точно.
— А почему ты мне сразу про нее не сказала?
— Боялась.
— Чего? — отстранилась от меня Алина.
— Сама не знаю. Мне кажется, у меня голова кругом пошла от всего этого. Я уже плохо соображаю.
— Так что у тебя было в сумочке?
— Мобильный телефон, записная книжка и кошелек. Кошелек — это ерунда. Там денег было — кот наплакал. Так, всякая мелочовка. А вот мобильный телефон и записная книжка — это очень даже серьезно. Я уже позвонила Олегу, сказала, что у меня телефон украли. Попросила его, чтобы он номер заблокировал.
— А что за записная книжка?
— Да так… Книжка с адресами моих друзей и знакомых. На самой первой странице — все мои координаты.
— Ты в каком веке живешь? Кто сейчас записными книжками пользуется? Любая информация вбивается в мобильный телефон.
— Мне так удобнее. Да к тому же он тоже пропал.
— Я записной книжкой последний раз в школе пользовалась.
— А я — несколько дней назад.
— И где сейчас эта сумка?
— Не знаю, — пожала я плечами.
— Что значит — не знаю?
— Когда я увидела, что Вадим мертв, и схватила свою одежду, я все обыскала, сумочки нигде не было. Я и под кроватью смотрела. Бесполезно!
— Чертовщина какая-то.
— И я про то же. Понимаешь, я хорошо помню, как вешала сумочку на спинку стула.
— Но ведь ты была не совсем трезвая, — стояла на своем Алина. — Может, ты ее в море уронила, когда с Вадимом на палубе рассвет встречала?
— Алина, а откуда ты знаешь, что я с Вадимом рассвет встречала?
— Так все его пассии через это проходят. Я же уже тебе говорила, что Вадим одним и тем же способом девушек к себе в постель заманивает. Ну не изобретательный он в этом плане человек. Консерватор, можно сказать. Ты же сама говоришь, что у него уже в штанах ничего не стоит, а он все равно девок на яхту тащит. По привычке. Так вот, ты все-таки подумай над тем, что я тебе сказала. Может быть, когда вы рассвет встречали, ты наклонилась, сумочка соскользнула с твоего плеча и в море упала.
— Исключено, — отрезала я.
— Ну почему ты такая упрямая? Ты сколько шампанского выпила? После такого количества алкоголя ты можешь многое не вспомнить.
— Алина, я тебе говорю, что я все очень хорошо помню и могу описать все в подробностях. Я вешала сумочку на спинку стула.
— Если ты ее туда вешала, значит, утром ты ее должна была там и найти.
— На стуле ничего не было.
