Призрак в Сети. Мемуары величайшего хакера Саймон Уильям

Послесловие Что было после того, как судьба сменила гнев на милость

100-1111-10-0 011-000-1-111 00-0100 1101-10-1110-000-101-11-0-1 0111-110-00-1001-1-101 111-0-11-0101-010-1-101 111-10-0100 11-00-11 [180]

Будет непросто вкратце рассказать о том, как сложилась моя жизнь после тюрьмы, но без этой главы история покажется неполной .

В марте 2000 года, через два месяца после моего освобождения, мне пришло письмо от сенатора Фреда Томпсона. Он спрашивал, не желаю ли я прилететь в Вашингтон и выступить перед Комитетом сената по вопросам государственного управления. Я был удивлен, польщен и воодушевлен тем, что они признали и оценили мои компьютерные навыки. Теперь они всерьез хотели выслушать мои идеи о том, как можно было бы усилить защиту государственных компьютеров и сетей. Мне пришлось попросить в отделе пробации разрешения на поездку в Вашингтон, округ Колумбия. Думаю, я был одним из немногих, а может, единственным человеком, который находился в юрисдикции этой конторы и кому предлагалось сделать доклад в Комитете сенатов.

Тема доклада называлась «Кибератака: правительство в опасности?» Мой близкий друг и сторонник Джек Биелло умеет красиво формулировать мысли. Он и помог мне хорошо составить текст доклада.

Любой американец, наверное, видел заседания Комитета сенатов на телеканале С-SPAN. Однако, когда там объявляют твой выход и ты садишься за этим знаменитым возвышением на сцене, а на тебя смотрят знаменитые лидеры нации, которые впитывают каждое твое слово, поверьте, это совершенно волшебные, ни с чем не сравнимые ощущения.

Зал переполнен. Я был главным свидетелем на заседании, которое возглавлял сенатор Фред Томпсон, а в состав экспертного совета входили сенаторы Джозеф Либерман и Джон Эдвардс. Читая доклад, я немного нервничал, но с той части выступления, где пошли вопросы и ответы, я ощущал, как от всей аудитории исходит доверие. К моему собственному удивлению, я выступил на ура, даже отпустил пару неплохих шуток, над которыми с удовольствием посмеялись.

...

Когда я закончил доклад, сенатор Либерман попросил рассказать о моем хакерском пути. В ответ я сообщил, что моим основным мотивом было желание учиться, а не гнаться за наживой или причинять вред.

Когда я закончил доклад, сенатор Либерман попросил рассказать о моем хакерском пути. В ответ я сообщил, что моим основным мотивом было желание учиться, а не гнаться за наживой или причинять вред. Здесь я не упустил возможности рассказать о Ричарде Чубински из службы по внутреннему налогообложению, дело которого закрыли, когда суд согласился с тем, что Ричард добыл информацию из чистого любопытства, но не планировал разглашать ее или использовать еще в каких-то целях.

Либерман, очевидно, впечатленный моим докладом и рассказом о юридическом прецеденте, которым я себя изобличал, сказал, что из меня получился бы неплохой адвокат.

«Учитывая мою судимость, вряд ли меня допустят в адвокатскую гильдию, – сказал я. – Однако, возможно, когда-нибудь вы меня извините».

Все по-доброму рассмеялись.

Передо мной открылась настоящая волшебная дверь. Мне стали звонить разные люди, они просили выступить с речью. Сначала казалось, что возможности моего карьерного роста так ограничены условиями судебной сделки, что я был близок к отчаянию. Теперь же, после выступления в Конгрессе, стремительно вырисовывалась перспектива стать высокооплачиваемым оратором.

Вся беда была в том, что я очень боялся сцены! Пришлось потратить долгие часы и заплатить не одну тысячу долларов специалисту по публичным выступлениям, чтобы научиться преодолевать данный страх.

Постигая этот страшный путь молодого оратора, я вступил в местную группу обучения искусству тамады. По иронии судьбы собрания этой группы проходили в здании General Telephone в Таузенд-Оукс, где я когда-то недолго работал. По карточке тамады-любителя я получал беспрепятственный доступ ко всем офисам в этом здании. Каждый раз, когда заходил туда, я не мог сдержать улыбку, едва представляя себе, как бы выпали в осадок ребята из местной службы безопасности, если бы знали, кто к ним наведывается. В то время я получил одно приглашение на интервью от Комиссии США по национальной безопасности. Мне предлагали выступить в аналитическом центре «Двадцать первый век», который разрабатывает рекомендации в области безопасности для Конгресса и президента. Комиссию представляли два чиновника из министерства обороны. Они пришли ко мне на квартиру, где я жил в Таузенд-Оукс, и мы целых два дня беседовали о том, как можно оптимизировать защиту правительственных и военных компьютерных сетей.

К моему удивлению, меня также приглашали выступить в многочисленных выпусках новостей и ток-шоу. Я вдруг стал медиазвездой, давал интервью ведущим изданиям США, в том числе Washington Post, Forbes, Newsweek, Time, Wall Street Journal, Guardian. На сайте Brill’s Content мне предложили вести ежемесячную колонку. Поскольку мне запрещалось приближаться к компьютеру, редакторы сайта согласились принимать мои статьи в рукописном виде.

В то время не было недостатка и в других необычных предложениях работы. Одна компания, которая занималась безопасностью, предлагала мне место в своем консультационном совете, а студия Paramount видела меня своим консультантом по созданию новых телесериалов.

На слушании этих предложений Ларри Холи, мой инспектор по условному освобождению, сообщил, что я не имею права писать статьи на темы, связанные с компьютерами, а также заниматься любой другой работой, где затрагиваются подобные темы. Он говорил, что служба пробации расценит любую такую работу как компьютерное консультирование, а на него мне требуется специальное разрешение от инспектора. Я ответил, что если я пишу статьи на тему, то я автор, а не консультант. Такие материалы рассчитаны на массовую аудиторию. На самом деле я занимался такой же работой, как и бывший хакер Кевин Поулсен в период, когда он был условно свободен.

Ничуть не смутившись, я стал искать консультанта-юриста. Мой друг-адвокат Шерман Эллисон согласился бесплатно представлять мои интересы. Естественно, это означало, что я должен подать прошение о рассмотрении дела судье Пфельцер. Она посчитала, что открылись мои новые преступления либо что я нарушил правила условного освобождения. Однако, ознакомившись с делом, судья четко указала, что адвокаты должны сами разобраться с этой проблемой, и отдельно подчеркнула, что не хочет больше видеть меня в зале суда. Очевидно, дело Митника ее изрядно утомило.

Служба пробации получила сигнал: «С делом Митника нужно обращаться немного аккуратнее, так, чтобы оно больше не появлялось на повестке дня». Тогда служба пробации стала относиться ко мне рациональнее и мягче.

Осенью 2000 года, сразу как мы закончили записывать интервью для очень популярного утреннего шоу, которое Билл Хэндел ведет на лос-анджелесском радио KFI-AM 640, я разговаривал с директором этой радиостанции Дэвидом Дж. Холлом. Он рассказал, что известный во всем мире ведущий ток-шоу Арт Белл вскоре уходит на пенсию и что хотел бы предложить меня своим работодателям Premier Radio Networks на должность ведущего. Какой соблазнительный комплимент! Я остолбенел. Пришлось признать, что у меня нет никакого опыта в ведении радиопередач, кроме того, я эти передачи практически не слушал, но согласился попробовать.

Через несколько дней меня пригласили в качестве гостя на программу «Тим и Нейл». Дэвид предложил мне вести собственную передачу, которая могла бы называться «Обратная сторона Интернета». Позже я стал вести такую передачу и даже пригласил в напарники моего близкого друга Алекса Касперавичуса. Мы рассказывали о темных уголках Интернета, объясняли слушателям, как защищать личную информацию, отвечали на звонки в студию. Нас также спрашивали, как обезопасить персональный компьютер. Еще мы обсуждали всевозможные классные сервисы и сайты, которые появлялись в Сети.

Дэвид Холл, признанный лидер радиорынка, посоветовал мне ориентироваться лишь на три качества, которыми должна обладать хорошая радиопередача: она должна быть интересной, важной и содержательной. Вскоре после этого я пригласил в эфир Стива Возняка, Джона Дрейпера и даже порнозвезду Данни Эш. Данни даже разделась в студии перед нами до пояса, чтобы мы воочию оценили, как она хороша. Слышите, Говард Стерн, я следую вашему примеру!

Поскольку мне так и не разрешалось пользоваться компьютером, радиостанция любезно предоставила мне продюсера-скринера, который с готовностью взял на себя дополнительные обязанности и стал помогать с поиском в Интернете. Передача длилась целый час и выходила в эфир каждое воскресенье. За этот час радиостанция поднималась в рейтинге популярности Arbitron примерно с 14-го места на 2-е. Совершенно пренебрегая теми оценками, исходя из которых судья Пфельцер пыталась рассчитать мой потенциальный заработок, я получал по тысяче долларов за каждый эфир.

Пока я занимался ремеслом радиоведущего, со мной связался Дж. Дж. Абрамс, знаменитый продюсер, который работал в кино и на телевидении. Он признался, что считает себя моим поклонником и даже наклеивал на оборудовании стикер «Свободу Кевину», когда снимал свой знаменитый сериал «Дар». Мы встретились у него в студии в Бербанке, штат Калифорния. Он предложил мне сыграть эпизодическую роль агента ФБР в его шоу «Псевдоним» в качестве шутки. Сценарий немного переписали, и я стал агентом ЦРУ, который борется против коварной службы SD6.

Федеральное правительство запретило мне сниматься в сцене, где я работаю за компьютером, с действующей машиной. Тогда мастер по реквизиту просто отключил клавиатуру от системного блока. Я снялся в компании Дженнифер Гарнер, Майкла Вартана и Грега Гранберга. Это было потрясающе. Одно из самых интересных событий в моей жизни.

...

Летом 2001 года мне позвонил парень по имени Эдди Муньос. Он был наслышан о моем хакерском прошлом и хотел, чтобы я помог ему разобраться с одной необычной проблемой.

Летом 2001 года мне позвонил парень по имени Эдди Муньос. Он был наслышан о моем хакерском прошлом и хотел, чтобы я помог ему разобраться с одной необычной проблемой. Он держал одну довольно успешную фирму, которая рассылала в районе Лас-Вегаса танцовщиц по вызову. Вдруг все его телефоны внезапно отключились. Эдди не сомневался, что мафия взломала коммутатор телефонного оператора Sprint и перепрограммировала его так, чтобы большинство звонков в службу Эдди переадресовывались тем его конкурентам, которые работали на воров в законе.

Муньос направил жалобу на Sprint в комиссию по вопросам деятельности коммунальных служб, сообщив, что его бизнес страдает от того, что телефонный оператор не защитил свою технику от хакеров как следует. Муньос хотел пригласить меня как свидетеля-эксперта на слушание по этому поводу. Поначалу я скептически относился к мысли о том, что Sprint может иметь отношение к сокращению выручки Эдди, но согласился дать показания относительно уязвимостей компании.

В ходе слушания я рассказал, как на протяжении многих лет взламывал разные телефонные компании, в том числе Sprint. Я объяснил, что система CALRS (Централизованное автоматизированное оповещение о телефонных соединениях), которую Sprint использовала в тестовом режиме, напоминала систему SAS компании Pacific Bell, но, на мой взгляд, CALRS превосходила последнюю в области безопасности. Каждый, кто пытался подключиться к удаленным тестовым блокам CARLS, расположенным на любой АТС, должен был дать верный ответ на поставленный вопрос. Только после этого можно попасть в систему. Там были запрограммированы сотни подобных входных задач. Каждая из них представляла собой комбинацию двухзначного числа от 00 до 99 и соответствующий ему четырехзначный ответ в шестнадцатеричной системе счисления, например b7a6 или dd8c. Взломать очень сложно, но реально, если прослушать линию или применить социально-инженерную атаку.

Если бы мне понадобилось обойти такую защиту, объяснил я комиссии, то позвонил бы в компанию Northern Telecom, которая сконструировала данную систему, сказал бы, что работаю в отделе технической поддержки компании Sprint и занимаюсь разработкой специального инструмента для тестирования. Этот инструмент должен связываться с блоками CARLS на каждой из АТС. Затем попросил бы техника прислать мне исходный список, где содержались бы все двузначные вопросы и соответствующие им шестнадцатеричные ответы.

Один из адвокатов Sprint попытался оспорить мое объяснение: «Мистер Митник – социальный инженер. Раньше он только и делал, что лгал. Нельзя верить всему, что он говорит». Адвокат не только решительно отрицал факт взлома Sprint и возможность такого взлома в будущем, но и указывал, что я написал книгу о лжи. Она называется «Искусство обмана », подробнее о ней расскажу чуть ниже.

Один из сотрудников комиссии по вопросам деятельности коммунальных служб возразил мне, сказав: «Вы сделали все эти заявления, но не предоставили ни малейших доказательств. Вы можете каким-либо образом подтвердить, что Sprint можно взломать?»

Предложение было рискованное, но оставался шанс, что я смогу подтвердить сказанное. Во время обеденного перерыва я сходил в камеру хранения – я сделал там ячейку, пока ненадолго останавливался в Лас-Вегасе до того, как удариться в бега. Ячейка была набита сотовыми телефонами, чипами, распечатками, дискетами и подобными сокровищами. Там было все, что я не хотел терять, но не мог оставить у мамы или у бабушки, ведь к ним могли наведаться федералы с ордером на обыск и все это найти.

Невероятно, что в куче этого старого барахла я нашел то, что искал, а точнее лист бумаги, теперь уже истрепанный, помятый и пыльный. Там был тот самый исходный список CARLS. Возвращаясь в зал суда, я заглянул в «Кинко» и сделал достаточно копий, чтобы предоставить их мировому судье, адвокатам, делопроизводителю и всем остальным.

Кевин Поулсен, который к тому времени стал респектабельным техническим журналистом, прилетел в Лас-Вегас, чтобы написать репортаж об этом слушании. Вот как он описал мое возвращение за свидетельскую кафедру:

...

«„Если система по-прежнему работает и исходный список никто не изменил, то вы можете, воспользовавшись этой информацией, получить доступ к CARLS, – заявил Митник. – Система позволит вам прослушать линию или перехватить тональный сигнал готовности“.

После того как Митник вернулся в зал суда с этим списком, стол представителей Sprint превратился в гудящий улей. Энн Понграз, главный юрисконсульт компании, и еще один сотрудник спешно вышли из зала, причем Понграз стала кому-то звонить по мобильному, не успев выйти за дверь».

Когда все увидели, как двое высокопоставленных сотрудников Sprint с посеревшими лицами буквально выскакивают из зала, ситуация вполне прояснилась. Вероятно, в Sprint по-прежнему использовались такие устройства CARLS, в которые запрограммирован самый первый вариант исходного списка, тот самый, что я предъявил. Понграз и ее коллега осознали, что я могу проникнуть в CARLS, когда мне только вздумается, и смогу прослушать любой телефон в Лас-Вегасе.

Несмотря на то что я доказал свою правоту, это не особенно помогло Эдди. Доказать, что Sprint можно взломать, и доказать, что Sprint действительно взломала мафия, не одно и то же. Не было никаких доказательств, что именно мафия или кто-то еще взламывал сеть, чтобы переадресовать в нужное русло поток звонков, шедших к Эдди, и уводить у него клиентов. Эдди ушел с процесса несолоно хлебавши.

...

Литературный агент Дэвид Фьюгейт связался с издательством John Wiley and Sons и предложил меня в качестве автора книги о социальной инженерии.

Осенью 2001 года в моей жизни начался новый этап. В это время меня познакомили с литературным агентом Дэвидом Фьюгейтом. Дэвид счел мою историю экстраординарной. Он быстро связался с издательством John Wiley and Sons и предложил меня в качестве автора книги о социальной инженерии. Такая книга могла бы помочь бизнесменам и их клиентам защищаться от атак, которые я успешно осуществлял. В Wiley с энтузиазмом отнеслись к этой идее, а Дэвид порекомендовал мне опытного соавтора Билла Саймона, который должен был помочь мне в работе над книгой. Наша совместная работа вышла под названием «Искусство обмана».

Распространено мнение, что найти агента, опытного соавтора, а также договориться о публикации – это самые сложные этапы на пути к изданию книги. Однако передо мной стоял вопрос: как написать книгу, не прикасаясь к компьютеру.

Я стал искать автономный текстовый редактор. Ими пользовались, пока персональные компьютеры еще не были распространены. Поскольку текстовый редактор никак не мог связываться с другими компьютерами, я считал, что имею достаточно серьезный аргумент против возможных возражений офицера надзорной службы.

Его реакция меня совершенно ошеломила.

Он сказал, чтобы я бросил идею с текстовым редактором, и разрешил мне пользоваться ноутбуком, если только я не полезу в Интернет. Еще он обещал держать это в секрете от журналистов!

Пока мы с Биллом писали нашу книгу, Эрик Корли выпустил фильм «Freedom Downtime». Это была документальная лента о движении «Свободу Кевину». Он прошел долгий путь, прежде чем удалось нейтрализовать все те грубые предрассудки, которые породил фильм «Взлом». В фильме «Freedom Downtime» даже был фрагмент, где Джон Маркофф признавался, что его заявления о моем взломе системы Командования воздушно-космической обороны не подкреплены ничем, кроме утверждений осужденного телефонного фрикера, который нажил дурную славу за распространение лживых слухов.

Вскоре после выхода книга «Искусство обмана» стала международным бестселлером. Она выдержала 18 изданий за рубежом. Даже сегодня, спустя много лет, книга остается одной из самых популярных хакерских изданий на портале Amazon и входит в число книг, предлагаемых для обязательного прочтения на компьютерных специальностях многих университетов.

...

Примерно в феврале 2003 года меня неожиданно пригласили в Польшу, где предложили выступить с рекламой моей книги.

Примерно в феврале 2003 года меня неожиданно пригласили в Польшу, где предложили выступить с рекламой моей книги. Когда я впервые остановился в Варшаве, организатор моих выступлений предложил услуги четверых телохранителей в штатском, у которых были наушники не хуже, чему какой-нибудь контрразведки. В общем, он серьезно подошел к обеспечению безопасности. Однако я только рассмеялся, посчитав все это нелепым. Разумеется, я не нуждался ни в каких телохранителях.

Меня проводили через черный ход в огромный торговый зал. Гул голосов нарастал, пока мы не вошли в зал, где уже собрались сотни поклонников, отделенные от нас леерами. Когда меня увидели, толпа попыталась ко мне прорваться, ее пришлось останавливать охранникам, которые отвечали за порядок.

Я подумал, что они могли перепутать меня с мировой знаменитостью, и стал сам осматриваться, надеясь заметить какую-нибудь телезвезду. Как ни странно, все они действительно уставились на меня.

Моя книга стала бестселлером номер один во всей стране. Она опередила даже новую книгу Папы Иоанна Павла II. Кто-то из местных жителей объяснил: в Польше с ее недавним коммунистическим прошлым если вы ломаете систему, то вас считают героем!

Проведя всю жизнь в хакерских похождениях, действуя либо в одиночку, либо с партнером, преследуя одну основную цель – досконально разобраться в том, как работают компьютерные и телекоммуникационные системы, – и успешно взломав любые мыслимые системы, я получал такой прием, словно был рок-звездой. Меньше всего я ожидал именно такого исхода.

Одним наиболее важным событием того времени я считаю книжный тур, который привел меня в Нью-Йорк и дал возможность встретиться с читателями журнала «2600». Именно они не покинули меня в самые тяжелые времена и организовали движение «Свободу Кевину». Когда я проходил все круги ада американского правосудия, для меня важнее всего было знать, что на воле есть целая армия людей, которые неустанно работают, чтобы поддержать меня. Они дали мне больше сил и надежд, чем я вообще мог себе представить. Наверное, я так и не сумею выразить истинную глубину моей признательности этим восхитительным людям.

Одним из знаковых моментов моей жизни после тюрьмы был тот день, с которого я вновь получил право работать на компьютере. Это случилось через восемь лет после ареста. И это был настоящий праздник, на который собралась не только вся моя семья, но и друзья со всех концов света.

На кабельном телевидении в прямом эфире выходит передача Screen Savers. Ведут ее Лео Лапорт и Патрик Нортон. Так вот, они захотели снять на видео и показать сюжет о том, как я работаю в Интернете.

В этом эфире участвовали я, Эрик Корли, который возглавлял движение «Свободу Кевину» и не раз доказал, что является одним из самых верных моих сторонников, а также Стив Возняк, сооснователь Apple, с которым мы крепко подружились. Оба они предложили мне помощь в моем первом после такого долгого перерыва путешествии в онлайн.

В подарок Возняк преподнес мне новейший гаджет Apple PowerBook G4. Он был завернут в бумагу со смешным рисунком, где парень стоит за решеткой и пытается дотянуться до компьютера палочкой, которую просовывает через прутья камеры. Получить ноутбук в подарок от отца персональных компьютеров означало для меня наступление того момента, после которого жизнь наконец-то наладилась.

Минуло уже одиннадцать лет с тех пор, как я вышел из тюрьмы. Я основал фирму, которая занимается консалтинговыми услугами и приносит мне стабильный доход. Моя работа позволила мне побывать во всех уголках Соединенных Штатов и на всех континентах кроме Антарктиды.

Моя сегодняшняя работа – это настоящее чудо, и я ни капельки не преувеличиваю. Попробуйте себе вообразить какую-нибудь незаконную деятельность, которая при наличии специального разрешения может быть полностью легализована и будет приносить пользу всем. Я вижу только один вариант – этический хакинг.

За хакинг я сел в тюрьму. Теперь люди просят меня делать то же самое, за что я там оказался, но делать легальным образом и во благо.

Я никогда не думал, что доживу до таких дней, но спустя годы после освобождения я успел побывать основным докладчиком на бесчисленных промышленных и корпоративных мероприятиях, писал статьи для Harvard Business Review , выступал перед студентами и преподавателями Гарвардской школы права. Когда в горячих новостях появляются сообщения о каком-нибудь новом хакере, меня сразу же приглашают прокомментировать это событие на телеканалах Fox, CNN и в других СМИ. Я выступал в передачах «60 минут», «Доброе утро, Америка» и многих других. Мне доводилось сотрудничать с государственными организациями, в частности Федеральным управлением гражданской авиации, службой социального страхования и, даже несмотря на мое криминальное прошлое, с InfraGard, подразделением ФБР.

Часто люди спрашивают меня, удалось ли мне избавиться от хакерских привычек.

Нет, иногда я устраиваю себе хакерские сессии поздно ночью, потом завтракаю, когда другие уже обедают, так как просидел за компьютером до трех-четырех часов утра.

Да, я вновь становлюсь хакером, но это другой хакинг. Моя компания Mitnick Security Consulting занимается этическим хакингом, то есть я применяю мои навыки взломщика для проверки корпоративных систем на прочность, нахожу уязвимые места в их физических, технических системах защиты, а также проверяю пресловутый человеческий фактор. Так, мои клиенты могут усилить свои защитные барьеры прежде, чем их решат атаковать какие-нибудь злоумышленники. Я сотрудничаю с компаниями со всего мира и делаю в год 15–20 докладов в крупных корпорациях. Кроме того, моя фирма исследует для различных фирм ПО, предназначенное для обеспечения безопасности, перед тем как новые релизы выходят на рынок. Я пытаюсь проверить, смогут ли новые программы выдерживать требования, которым придется соответствовать в реальной обстановке. Наконец, в моей компании проводятся курсы по компьютерной безопасности. Основной акцент на занятиях делается на предотвращение угроз, связанных с социально-инженерными атаками.

То, чем я занимаюсь сейчас, питает все ту же страсть к хакингу, которую я испытывал, когда самовольно проникал во всяческие системы. Разница лишь в том, что теперь мне это разрешено.

Я везде вхожу без ключа.

Авторизация – это волшебное слово. Оно мигом превращает меня из самого разыскиваемого хакера в мире в одного наиболее востребованного эксперта в области компьютерной безопасности. Настоящее чудо.

Благодарности

От Кевина Митника

Эту книгу я посвящаю моей любящей матери Шелли Джаффе и бабушке Ребе Вартанян. Эти две женщины всю жизнь жертвовали всем ради меня. Независимо от того, в какой ситуации я оказывался, мама и бабушка всегда приходили мне помочь, особенно в беде. Эта книга никогда бы не получилась без помощи моей чудесной семьи, в которой я испытывал бездну глубокой любви и поддержки всю мою жизнь. Я так счастлив, что меня воспитала любящая и самоотверженная женщина. Я также считаю ее своим лучшим другом. Моя мама – замечательный человек. Она отдала бы последнюю рубашку тому, кто в ней нуждается. Мама настолько заботливо относится к другим людям, что постоянно жертвует ради них собственными интересами. Бабушка – еще один чудесный человек. Она объяснила мне, как важно уметь упорно работать и готовиться к будущему, в частности научила разумно обращаться с деньгами и откладывать на черный день. Всю мою жизнь она была мне словно вторая мама, никогда не отказывала в любви и поддержке, несмотря на все мои бесшабашные авантюры.

В декабре 2008 года у моей мамы обнаружили рак легких. Она сильно пострадала и от самой болезни, и от химиотерапии. Мне страшно представить, сколько времени я провел впустую вдали от мамы, пока не случилась эта трагедия. И мама, и бабушка очень заботливые и чуткие женщины. Они научили меня проявлять сострадание к другим и протягивать руку помощи тем, кому не повезло в жизни. Следуя их заветам о том, что нужно дарить и заботиться, я как будто продолжаю их жизни. Надеюсь, они простят мне все то время, которое я потратил на написание этой книги, а не посмотрел с ними видео, не поиграл в карты – все эта работа и сроки, которые вечно горят. Я по-прежнему глубоко раскаиваюсь за то напряжение, нервы и расстройства, которые им причинил, занимаясь хакерством и отбывая наказание. Теперь, когда моя жизнь полностью изменилась, я надеюсь, что эта книга принесет радость маме и бабушке и сотрет воспоминания о тех тягостных злоключениях, которые описаны на этих страницах.

Как бы я хотел, чтобы мой отец Алан Митник и мой сводный брат Адам Митник дожили до этого дня и смогли распить со мной бутылку шампанского, когда эти мемуары появятся на полках магазинов. Несмотря на то что у нас с отцом складывались непростые отношения, между нами было много приятных моментов, например когда мы вместе брали лодку и отправлялись рыбачить на острова Чаннел, что в Окснарде, штат Калифорния. Гораздо важнее, что отец не отказывал мне в любви и уважении. Это очень помогло мне пройти через все перипетии американской юридической машины. Он вместе с другими волонтерами, собранными журналом «2600», участвовал в нескольких пикетах у федеральных судебных инстанций, протестуя против того, как власти вели мое дело. За несколько недель до того, как я вышел из-под стражи, он перенес небольшой сердечный приступ. Горько вспоминать о том, что его сердце стало быстро портиться после того, как он схватил серьезную стафилококковую инфекцию во время хирургического вмешательства, а потом выяснилось, что у него тоже рак легких. Отец скончался через полтора года после того, как я вышел на свободу. Даже не представлял, сколько времени для общения с отцом я упустил. Однако понимаю это только теперь, когда его не стало.

Тетя Чикки Левенталь всегда меня поддерживала, особенно когда я в ней нуждался. В конце 1992 года агенты ФБР устроили обыск у меня на квартире в Калабасасе, тогда я работал в Teltec Investigation. Тетя Чикки связалась со своим близким другом-адвокатом Джоном Изурдиагой, который великодушно оказывал мне юридические услуги и бесплатно защищал мои интересы в суде. В этом ему помогал его партнер Ричард Стейнгард. Всякий раз, когда мне нужен был совет или ночлег в Манхэттен-Бич, тетя приходила мне на выручку. Не могу забыть и спутника ее жизни, доктора Боба Берковица, который был мне как родной дядя. Он всегда был готов со мной поговорить и помочь советом.

Моя кузина Труди Спектор была очень добра и мила. Она позволяла мне, маме и бабушке останавливаться у нее дома, когда мама с бабушкой приезжали со мной повидаться. Кроме того, Труди разрешила мне пожить у нее перед тем, как я ударился в бега после окончания срока моего условно-досрочного освобождения. Мне очень хотелось, чтобы Труди прочитала эти строки, но она серьезно заболела и скончалась в 2010 году. Я переживаю огромную утрату и горе от того, что потерял такого любящего и заботливого человека.

Мой дорогой друг Майкл Моррис всегда был верным и безотказным для меня и моей семьи. Спасибо тебе, Майк, за твою доброту, благородство и поддержку на протяжении всех тех лет, что мы знакомы. Я знаю, что ты сам можешь вспомнить многие истории, описанные на страницах этой книги. Всегда буду высоко ценить нашу дружбу.

Должен признать, что мне очень повезло вновь работать в соавторстве с таким успешным писателем, как Билл Саймон, теперь уже работать над моими мемуарами. Билл обладает выдающимся писательским талантом, волшебной способностью воспроизводить ту информацию, которую я излагаю, таким стилем, который поймет кто угодно. Билл для меня не просто коллега и партнер по написанию книг. Он еще и мой близкий друг, который выслушивает все мои истории, а иногда делает это по нескольку раз, чтобы убедиться, что тот или иной эпизод описан точно. Хотя мы не смогли полюбовно решить некоторые вопросы и на этапе планирования работы порядком потрепали друг другу нервы, споря, стоит ли включать в книгу некоторые чисто технические хакерские истории, нам всякий раз удавалось найти компромисс. Мы решили ориентироваться на широкую читательскую аудиторию, возможно, не имеющую серьезной технической подготовки, в частности знаний о хакерских тактиках и телекоммуникационных сетях. Мне посчастливилось работать в команде не только с Биллом Саймоном, но и с Донной Бич, которая помогла нам закончить этот проект. Сотрудничать с ней было классно.

Очень хочется поблагодарить людей, которые помогли рассказать о моей профессиональной карьере и которые по-своему экстраординарны. Мой литературный агент Дэвид Фьюгейт из LaunchBooks потратил массу времени на заключение контракта по этой книге и на работу в роли посредника между мной и издательством Little, Brown. Моя помощница по организации лекций Эми Грей. Она трудится в New Leaf Speakers и представляет меня уже почти десять лет. Эми вдумчиво и усердно работала с бесчисленными клиентами по всему миру, которые приглашали меня делать доклады на своих мероприятиях. В качестве моего агента она выполняла и продолжает выполнять титаническую работу. Спасибо тебе, Эми. Не забывай: ты почти знаменитость;-)

Я благодарен за то, что сотрудничал с издательством Little, Brown над реализацией этого потрясающего проекта. Хотелось бы поблагодарить моего редактора Джона Парсли за его кропотливую работу и ценные советы, которые он мне давал. Спасибо, Джон, было очень приятно встретиться с тобой, когда я заезжал в Нью-Йорк.

Еще хочу сказать спасибо герою моего детства Стиву Возняку за то, что он нашел время и написал предисловие к моим мемуарам. Это уже второе предисловие, которое любезно пишет для меня Стив. Первое опубликовано в книге «Искусство обмана» (Wiley Publishing Inc., 2002). Я никогда не забуду этот подарок, который получил от Стива на окончание условного срока. Он вручил мне его на передаче Screen Savers. Как я уже говорил, это был ультрасовременный ноутбук PowerBook G4. Посматривая на этот подарок, я не мог сдержать улыбку еще не один месяц. Планируя поездки, я всегда пытаюсь рассчитывать их так, чтобы была возможность пересечься со Стивом. Мы оба стараемся заходить в Hard Rock Cafe во всех новых странах, где оказываемся. Еще мы собираем их фирменные майки. Спасибо, Стив, что ты такой хороший друг.

Конечно же, я хотел бы поблагодарить мою бывшую девушку Дарси Вуд за всю ее любовь, поддержку и самоотдачу в то время, которое мы провели вместе. К сожалению, иногда отношения почему-то не складываются. Однако, несмотря ни на что, мне по-прежнему приятно общаться с таким верным и понимающим другом. Теперь мне только осталось встретиться с ней, чтобы она подписала просроченное соглашение о неразглашении конфиденциальной информации, датированное днем нашего знакомства, – и все будет отлично! Успокойся, Дарси, это я так шучу, хотя…

Джек Биелло был моим близким и заботливым другом. Он смело выступал против того исключительно дурного обращения, которое я потерпел со стороны журналистов и государственных обвинителей. Он был ключевой фигурой в движении «Свободу Кевину», а также писателем, который с редкостным талантом создавал замечательные статьи. В них он помещал информацию по делу Кевина Митника, что власти не хотели доносить до людей. Джек всегда бесстрашно высказывал все в мою защиту и с готовностью помогал мне работать над устными выступлениями и статьями. В какой-то период он даже был моим посредником при работе со СМИ. Джека не стало, когда мы с Биллом заканчивали подготовку рукописи «Искусство обмана». С тех пор я постоянно чувствую огромную потерю и горе. Прошло уже почти девять лет, но Джек по-прежнему остается в моих мыслях.

Пусть мой друг Алекс Касперавичус никогда не был настоящим хакером, он всегда старался вникать в мои хакерские проекты, обычно чтобы не пропустить какой-нибудь захватывающей социально-инженерной операции. Позже мы с ним вместе разработали семинар по социальной инженерии, где обучаем предпринимателей идентифицировать и устранять риски, связанные с социально-инженерными атаками. Такие семинары мы проводили в разных компаниях по всему миру. Нам даже выпала честь поработать с FAA (Федеральным управлением гражданской авиации) в Оклахома-Сити. В конце 2000 года мы вели популярную передачу «Обратная сторона Интернета» на радио KFI-AM 640 в Лос-Анджелесе. Спасибо, Алекс, за твою верную и надежную дружбу.

Эрик Корли, по прозвищу Эммануэль Голдстейн, остается моим другом и сторонником на протяжении почти двух десятилетий. Он запустил движение «Свободу Кевину» в начале 1998 года, когда я уже провел в заключении более трех лет. Эрик вложил массу усилий, времени и денег в то, чтобы донести до людей информацию о том, как я томился в Федеральном исправительном центре. Кроме того, он создал документальную лету Freedom Downtime и даже получил за нее премию в номинации «Лучший документальный фильм» на нью-йоркском кинофестивале. Эрик, твои доброта, благородство и дружба значат для меня гораздо больше, чем можно выразить словами. Спасибо тебе за все и за то, что ты у меня есть.

Я хотел бы поблагодарить и моего бывшего соратника-хакера Льюиса де Пэйна за то, что он нашел время и помог мне освежить в памяти несколько наших давнишних хакерских авантюр, которые мы проворачивали вместе. Спасибо тебе, Льюис. Это было наше долгое и безумное совместное приключение. Я искренне желаю тебе всего самого лучшего.

Моя близкая подруга Кристин Мэри помогла мне написать первый вариант послесловия, которое завершает эту книгу. Большое спасибо, Кристин, за твое участие и усилия.

Еще я хотел бы поблагодарить моих близких друзей Кэт и Мэтта Вагенкнехт. Они помогали мне разрабатывать зашифрованные фразы, которые начинают каждую главу. Отлично поработали! Посмотрим, много ли читателей смогут разгадать эти головоломки и получить специальные призы.

Хотелось бы поблагодарить Яри Томминена за то, что он разрешил воспользоваться той фотографией, для которой я позировал ему в Хельсинки. Эта фотография попала на суперобложку книги «Призрак в проводах».

Следует поблагодарить моего друга и эксперта по компьютерной безопасности Дэвида Кеннеди. Он любезно просмотрел часть этой книги и дал мне ценные указания.

Спасибо Вам, Алан Люков, за то, что разрешили поместить в книге Ваш рисунок, тот самый, что был на подарочной обертке с PowerBook G4, полученным от Стива Возняка на передаче Screen Savers.

Спасибо социальной сети Twitter. Через нее нашлось несколько добровольцев, которые сделали фотографии для этой книги. Я хотел бы поблагодарить Ника Арнотта, Шейли Хейл, Джона Лестера по прозвищу Нуль-точка, Мишель Такабери и некоторых других за их вклад в книгу и потраченное на меня время. Уважаемые читатели, если вы захотите проследить за моими записями в Twitter, то вот мой адрес – twitter.com/kevinmitnick.

Еще я хотел бы поблагодарить бывшего федерального прокурора Дэвида Шиндлера, который был любезен и дал мне интервью для этой книги.

Кроме того, хочу выразить благодарность Джастину Петерсену, известному под именем Эрик Хайнц, и Рональду Марку Остину за то, что они также дали интервью для этой книги. Через некоторое время после того, как мы с Биллом Саймоном взяли интервью у Джастина Петерсена, его нашли мертвым в собственной квартире в Западном Голливуде. Возможно, причиной смерти стала передозировка наркотиков. Стыдно, что его постигла та же кончина, что и моего брата, ведь именно брат устроил мне первый разговор с Петерсеном в те времена, когда Джастин действовал под именем Эрик Хайнц.

Пока я пишу эти благодарности, я понимаю, что должен сказать спасибо и выразить признательность еще очень многим людям, которые предлагали мне свою любовь, дружбу и поддержку. Наверное, не смогу вспомнить имен всех благородных и великодушных людей, с которыми повстречался за последние годы. Скажу только, что список их имен будет так велик, что поместится на большой флешке. Так много людей со всего мира находили для меня слова ободрения, поддержки, воодушевления. Эти слова очень много значили для меня особенно в те дни, когда я остро в них нуждался.

Отдельную благодарность хочется выразить журналу «2600» и всем моим сторонникам, остававшимся со мной и тративших на меня свое драгоценное время и энергию. Они работали, чтобы донести слово обо мне всем, кто хотел слышать, показывали свое недовольство и возражения против бесчестного обращения со мной и всех тех преувеличений, которые раздувались людьми, желавшими нагреть руки на мифе о Кевине Митнике.

У меня очень богатый опыт работы с юристами. Я хочу выразить благодарность адвокатам, которые в годы моих горестных сношений с уголовными судами делали невозможное и предлагали помощь, когда я в ней так нуждался. Я уважаю, восхищаюсь и высоко ценю те доброту и великодушие, тот дух, которыми со мной самоотверженно делились многие и многие юристы. Я хотел бы поблагодарить Грега Эклина, Франа Кэмпбелла, Роберта Кармера, Дебби Друз, Джона Дазенбери, Шермана Эллисона, Омара Фигуэроа, Джима Френча, Кэролин Хагин, Роба Хейла, Барри Ландберга, Дэвида Малера, Ральфа Переца, Мишель Карсвелл Притчард, Дональда С. Рэндольфа, Тони Серра, Скипа Слейтса, Ричарда Стейнгарда, почтенного Роберта Толкотта, Барри Тарлоу, Грегори Винсона и Джона Изурдиагу.

От Билла Саймона

В моих благодарностях к книге «Искусство обмана» я написал о Кевине: «Мы пишем не беллетристическое произведение, хотя главный герой этой книги ничем не уступает вымышленным героям каких-нибудь блокбастеров. У меня сложилось здоровое уважение к этому совершенно уникальному автору». Я отметил: «Стиль его работы так радикально отличается от моего, что мне остается только удивляться, как же мы уже написали одну книгу и собираемся вместе работать над другими проектами. Мы оба изрядно выложились и получили известное удовольствие от этой тяжелой работы, от превращения наших знаний и опыта в интересный текст». Эта уже третья книга, которую мы пишем вместе, была самым серьезным испытанием для нашей дружбы. Я рад признать, что дружбу и взаимное уважение удалось сохранить, несмотря на некоторые терки во время работы. Я думаю, этой книге отмерен долгий век, а нашей дружбе предстоит длиться намного дольше.

Сложно представить себе более талантливого редактора, чем Джон Парсли. Он умеет поддержать вас, но при этом требователен. Он проявляет себя с наилучшей стороны, когда вы в нем нуждаетесь. Руководство Джона помогло сделать эту книгу лучше, и я у него в долгу. Уважаемая Пегги Фройденталь, главный выпускающий редактор, сработала идеально. Перед ней стояла непростая задача, но она справилась безупречно, ни разу не потеряв самообладания. И Кевин, и я остаемся перед ней в долгу.

Мне было бы гораздо сложнее дописывать любую книгу, если бы на протяжении стольких лет рядом со мной не было моей жены и подруги жизни, талантливейшей Аринн Саймон. Она поддерживала меня, ободряла, убеждала чуть больше работать над каждой фразой, чтобы подобрать нужное слово. Пока она дарит мне свою улыбку, я найду в себе силы идти дальше.

Агенты Билл Гладстон и Дэвид Фьюгейт внесли свой вклад в то, чтобы этот проект состоялся. Снимаю шляпу перед ними.

Присоединяясь к словам Кевина, я хотел бы поблагодарить людей, которые помогли дописать отдельные фрагменты этой истории, а особенно мать Кевина Шелли Джаффе, его бабушку Ребу Вартанян, его бывшую жену Бонни, заместителя федерального прокурора США Дэвида Шиндлера, Кевина Поулсена, бывшего агента службы безопасности Pacific Bell Даррелла Сантоса, бывшего детектива, а теперь старшего офицера лос-анджелесской шерифской службы Дэвида Саймона (кстати, он мой брат-близнец). Книга стала гораздо лучше благодаря их готовности помочь. Однако особенно я хочу поблагодарить покойного Джастина Петерсена, то есть Эрика Хайнца, который во многих отношениях превзошел мои ожидания.

Особую признательность хотелось бы выразить Шелдону Вермонту за его вклад в эту книгу, а также его внукам Винсенту и Елене Вермонт, чьи улыбки и энтузиазм помогли мне все время оставаться в хорошем настроении.

Наконец, в последнюю и самую почетную очередь отдаю низкий поклон Шарлотте Шварц, благодаря которой все получилось так хорошо.

Биография автора

Кевин Митник – самый знаменитый бывший хакер в мире. В настоящее время он работает консультантом по компьютерной безопасности. Появлялся в эфире многочисленных новостных передач и печатался во множестве журналов, давая экспертные оценки в этой области. Митник выступал с докладом в Сенате США и писал для Harvard Business Review. Совместно с Уильямом Саймоном написал книги-бестселлеры «Искусство обмана» и «Искусство проникновения». Митник живет в Лас-Вегасе, штат Невада.

Вклейка

Мне около девяти лет. В эти дни я еще не занимался хакерством, а увлекался фокусами и трюками (Шелли Джаффе)

Мне 21 год, мы с мамой в Стоктоне, штат Калифорния, 1984 год

Я со своей невестой Бонни Вителло в день нашего свадебного банкета, июнь 1987 года

Мой товарищ-хакер Льюис де Пэйн. Фотография сделана примерно в то время, когда я впервые встретился с Джастином Петерсеном (Эриком Хайнцем), 1992 год (Вирджил Касперавичус)

Джастин Петерсен (Эрик Хайнц) в тот период, когда он был информатором ФБР и пытался собрать против меня улики, 1992 год (Джон Лестер по прозвищу Ноль-точка)

Саундекс, или водительское удостоверение, Эрика Хайнца, которое я получил, пока он висел у меня на хвосте

Клуб «Кинко» в районе киностудий, Калифорния. Там следователи из службы регистрации транспортных средств пытались поймать меня в канун Рождества, 1992 год

Здание в виде кассового аппарата в Денвере, где я работал. На переднем плане жилой дом, в котором я жил (Ник Арнотт)

Денвер, апрель 1993 года, мне 29 лет. В это время я был в бегах

Фотопортрет в день задержания. 15 февраля 1995 года, Рейли, штат Северная Каролина

Здание в Сиэтле, где особые службы и сиэтловская полиция конфисковали все мои вещи, 1994 год (Шелли Хейл)

Моя тюремная карточка-идентификатор из федерального исправительного центра Lompoc. Именно о ней стали писать в международных СМИ после того, как eBay отказались ее продавать, руководствуясь своими высокими корпоративными стандартами. Тем самым они сильно подогрели интерес к этой карточке и подняли ее стоимость до 4000 долларов

Демонстрация моих сторонников перед зданием компании Miramax в 1998 году. Протест против того, как эта компания изобразила меня в своем фильме «Взлом» (Эммануэль Голдстейн, фотография для журнала «2600»)

Алекс Касперавичус наклеивает стикер «Свободу Кевину» на автозаправочной станции Mobil через дорогу от Федерального исправительного центра Лос-Анджелеса. Фотография сделана 16 августа 1998 года в мой 35-й день рождения (Эммануэль Голдстейн, фотография для журнала «2600»)

Я прикладываю наклейку к окну Федерального исправительного центра, находясь в это время в тюремной юридической библиотеке для заключенных. Дело происходит в Лос-Анджелесе, внизу стоит толпа активистов движения «Свободу Кевину». Фотография сделана 16 августа 1998 года в мой 35-й день рождения (Эммануэль Голдстейн, фотография для журнала «2600»)

21 января 2000 года – день, когда я вышел из Федерального исправительного центра Lompoc. Мне 36 лет (Эммануэль Голдстейн, фотография для журнала «2600»)

Федеральное исправительное учреждение Lompoc. Я в зоне для свиданий с заключенными. 1999 год, мне 36 лет

Обертка с подаренного мне ноутбука PowerBook G4. Этот гаджет в январе 2003 года Стив Возняк вручил мне в эфире по поводу празднования окончания срока моего условного освобождения (художник – Алан Люков)

Соучредитель компании Apple Стив Возняк (слева), я и Эммануэль Голдстейн (основатель журнала «2600»). Мы на телешоу Screen Savers. Празднуем в январе 2003 года окончание срока моего условного освобождения, после чего я стал совершенно свободным человеком. 20 января 2003 года, мне 39 лет (фотография любезно предоставлена телеканалом G4 TV)

Мальчишки – всегда мальчишки. Я до ухода в киберпространство (из личной коллекции автора)