Тени города. Часть вторая Слимпер Николай
Неподалеку пролегала станция метро, та самая, где после первого побега высадился Оливер. Над самой нишей стоял жилой дом, не сильно пострадавший во время Катастрофы, а потому заселенный людьми. И так как ту территорию можно считать лишь преддверием гетто, находились там и различные магазины, в которые Оли бегал за водкой для отца, и кинотеатр, и даже спортивный зал с тренажерами и школой боевых искусств по соседству, куда парень и хотел бы ходить, да вот только занятия платные.
С учетом не по сезону уже палящего солнца, место оказалось не из тех, где можно бегать с оружием наголо и оставаться незамеченным. Фонари давно отключили, а значит, людей там полно.
— У нас все равно нет выбора, — сказал Грасс. — Пусть лучше нас увидят люди, чем все они погибнут от ядерного взрыва.
Однако Бобби не считал данную логику совершенной. Он связался с отделение полиции, и теперь на место съезжался целый оперативный штаб. Уже в пути они узнали, что весь дом эвакуируют из-за угрозы взрыва, а местность вокруг берут в оцепление.
Оливер решил, что Демиург решил воспользоваться ситуацией, чтобы представить организацию в ином свете, чем о ней думают все вокруг, клеймя ее саму чуть ли не террористической организацией мирового масштаба.
Как Оли и думал, когда они прибыли на место, там уже разворачивались штабы, казалось, всех новостных агентств страны, и даже несколько иностранных.
Их машину пропустили за ограждение, даже не попросив документы — форма Охотника заменяла любые документы, а полицейские, видимо, заранее знали, кого ждать.
Помимо автомобиля, на котором они приехали (угнанном Грассом), возле девятиэтажного дома уже находилось несколько минивэнов организации, стоящих полукругом так, что из-за ограждения обычным людям ничего не было видно.
— Не поворачивайтесь лицом к репортерам, — предупредила их Афро. — Нечего им в нашем грязном белье копошиться, и так должно хватить не на один месяц.
Пусть расстались они ненадолго, Оливер был рад вновь увидеть Миранду и Бертона.
— Ну, что там? — с ходу спросил Грасс.
— Не знаю почему, — ответил вышедший к ним Ирмин, — но Камиогава не удосужилась проверить, есть ли к ниши с Дырой спуск, а остальным как-то и ни к чему. Не знаю, кому пришла в голову проверить, но я бы, на месте Бобби, выписал ему премию, да покруглее. Возможно, это открытие спасет жизнь не только людям на этой улице.
— Боюсь, Оливеру пока не на что тратит подобные суммы, — усмехнулся Грасс и потрепал парня по голове, как какого-то ученика начальной школы.
Не на что тратить, фыркнул про себя Оли. Он бы быстро нашел применение таким деньгам. Однако сейчас нужно было думать о другом, и от бессмысленной болтовни их отвлекла Афро.
— Долго мы еще будет тут лясы точить? Наши сейчас внизу и ждут помощи, а вы тут устроили непонятно что.
— Успокойся, успокойся, — примирительно отозвался Ирмин. — Все не так просто. Люк в катакомбы задраен не хуже, чем на подлодке. Сам он закрыт, а колесо, открывающее замок, почему-то оторвано. Сейчас мы пытаемся его взломать без лишнего шума. Если внизу Тени и одержимые, будет лучше, если наше появление станет для них сюрпризом.
— А Бобби чем занят?
— Координирует ситуацию. Кстати, спуск в подвал собора нашли. Викинг и Ведьмак будут жить.
— Ну, хоть одна хорошая новость за сегодня. Только почему Бобби сам с нами не связался?
— Замотался, небось. Он тут, кстати, новое оружие прислал, специально против одержимых созданное. Ваши-то враги людьми были, не к чему, а теперь…
* * *
— Надо прорываться.
— Там люди…
— Там одержимые! Бомба может взорваться в любую секунду, и тогда умрут не только они, но и мы, и весь Бруклин, затем Нью-Йорк. Как волна от брошенного на середину пруда камня, Тени заполонят весь мир, а мы единственные, кто способен это предотвратить.
— Джон, думаю, у нас правда нет выбора, — впервые заговорил Майлз. Было видно, что ему тяжело даются эти слова, особенно идущие вразрез с мнением Джона.
— А если их просто ранить? Сыворотка…
— Они тоже вооружены, — перебили его. — Будь они с голыми руками, у нас еще оставался бы шанс, но у них автоматы, а передние ряды защищены полицейскими щитами. Если будем осторожничать, нас всех положат.
Спор продолжался еще долго, хотя он не имел никакого смысла, ибо доводы у всех были одни и те же. Джон когда-то без жалости убивал одержимых; на Рождество он убил не один десяток людей, многие из которых были одержимы всего несколько часов. Но это до того, как он узнал о возможности спасти людей. Теперь же он не просто знал, а обладал необходимой сывороткой.
— Я мог бы сейчас толкнуть тут целую речь о том, кто мы и чего добиваемся, о смысле нашего существования и нашем долге, — вздохнул Джон, — но скажу просто: может, нас и зовут охотниками, но мы, скорее, санитары леса, призванные бороться с заразой. Бороться с заразой, а не с ее носителями!
— Сказал просто, а все равно толкнул речь, — хохотнул Майлз. Возможно, неосознанно, но над шуткой «предателя» засмеялись все.
Речь, не речь, но к Джону прислушались. Было решено для начала стрелять по ногам, разбить щиты из усиленного поликарбоната боевыми патронами, а затем уже воспользоваться оружием с сывороткой. Здесь преимущество состояло в неожиданности. Вряд ли даже Жнец знает о том, что у них есть нечто подобное, поэтому, помимо щитов, у некоторых одержимых надеты лишь бронежилеты, оставляющие ноги и руки неприкрытыми.
Так началась финальная битва за судьбу мира, но на самом деле это была лишь видимая часть айсберга, когда как настоящее сражение происходило на поверхности, и на первый взгляд казалось невидимым.
* * *
— Сколько осталось времени?
— Около часа.
— Похоже, преданные мне Охотники не справились со своей задачей. Одна лишь надежда на Теней. Какая ирония.
Жнец стоял возле люка, ведущего в катакомбы, слушая перестрелки между одаренными и теми, кто так хотел сюда прорваться, но не решался на полномасштабное наступление. Он был окружен подручными, но будучи единственным человеком, не считая Везела, все еще не потерявшим своего разума, чувствовал себя каким-то одиноким.
Охотники, что в будущем должны стать единственной разумной расой на Земле, трусливо попрятались и ждут непонятно чего. Если все Тенеловы в будущем станут такими же, разумна ли вообще эта затея?
Жнец думал об этом в открытую, не боясь, что Тень внутри него подслушает его мысли. После того, как Везел воспользовался своей способностью, она как-то притихла: то ли все еще не пришла в себя, то ли медленно умирает. А может, просто боится повторения. Боятся ли Тени вообще? Жнец сомневался, однако существо внутри него могли попросту перенять его собственные чувства.
Да, он боялся. Боялся приближающейся смерти, настоящего Мрачного Жнеца, что утащит его в самые глубины Ада, иного он и не заслужил. Пусть он и решил, что не верит в Бога, но все равно боялся того места, где может оказаться после смерти.
Больше этого он страшился лишь того, что его план не сработает. Если Высшие Тени действительно не стану его слушать и просто убьют, а затем уничтожат мир? Тогда все это было зря. Даже если Везел и уничтожит какую-то их часть, через Дыру могут проникнуть еще сотни, и тогда даже Охотники окажутся бессильны.
Поддев люк ногой, он небрежно откинул его. Внутри было пусто, лишь где-то далеко звучало едва слышимая музыка выстрелов.
— Похоже, они не оставили стражу. Спускаемся.
Охотники, что прятались сейчас по развалинам, вдруг увидели, как одержимые в скором порядке начали отступать к дому со спуском в катакомбы. Это было плохим знаком. Внизу все еще оставались их товарищи, и теперь никто не мог сказать, живы они или их уже перебили.
Медленно пробираясь вперед они дошли до самого люка, не встретив более не единого одержимого. Один из охотников решил посмотреть, что внизу, и чуть не лишился головы. Люк по-прежнему охранялся, однако не снаружи, а изнутри, что мало меняло их положение.
Рации все еще не работали. Одному из Охотников пришлось отбежать почти на полкилометра, чтобы связаться со штабом и узнать, что им делать дальше. Приказ пришел неоднозначный: пытаться проникнуть в катакомбы, если это возможно, но не лезть на рожон. У них был какой-то план действий, но делиться им пока не спешили, боясь, что переговоры могут перехватить. Раньше это никого особо не заботило.
Ничего иного не оставалось, и Охотники приступили к осаде люка, используя автоматы и светошумовые гранаты, хотя сейчас особо пригодились бы осколочные, коих у организации отродясь не водилось.
* * *
Люк вскрыли как можно более осторожно, даже где-то раздобыли смазку, чтобы петли не скрипели, хотя это мало спасло положение. Внизу, прямо под люком, громоздился саркофаг, слегка поблескивая от света, проникающего сверху; дверь в нишу, чей замок выломали Джон и остальные, все еще была распахнута. Снаружи и внутри стояла целая армия одержимых с оружием в руках. Но и это являлось не главным.
Совсем недалеко гремели выстрелы и даже взрывы. Возможно, именно весь этот шум не позволил одержимым услышать звук откидывающейся крышки люка и заметить, что вокруг стало несколько светлее.
Используя элемент неожиданности, Охотники прямо сверху открыли огонь в спины противникам из автоматов с сывороткой. Одержимые падали как подкошенные и тут же начинали корчиться и орать на земле, словно из них изгоняют самого дьявола. Это было недалеко от истины.
Ответные меры не заставили себя долго ждать. По люку снизу начали стрелять, но уже куда более смертоносными пулями.
— Светошумовую гранату туда!
— Подожди, — спокойно осадил Грасс другого Охотника.
— Чего ждать-то? К дырке даже не подойти.
— Просто не торопись.
Ждать пришлось недолго. Спустя несколько секунд снизу, вливаясь в какофонию выстрелов, послышались визжания, словно там разделывали маленьких детей. Досчитав до десяти, Грасс сам швырнул в люк гранату, а затем уже сразу четыре Охотника вновь открыли огонь.
* * *
Со стороны это выглядело нелепо. Вся эта перестрелка через узкий люк мало напоминала ту самую битву, которую многие уже нарекли финальной. Оливер не хотел очередной раз лезть в катакомбы, однако и находиться на поверхности не имело смысла.
Услышав выстрелы, заволновалась толпа, кто убегал подальше, боясь оказаться задетым, другие — в основном журналисты — наоборот, напирали, силясь рассмотреть происходящее за машинами. Но даже если бы они и смогли увидеть, что находится за кордоном, основное действо происходило в подвале.
— Спускаемся! Спускаемся! — закричал кто-то из Охотников. Сзади начали напирать, и Оливеру, Сьюзен, Миранде с Мейсоном пришлось влиться в толпу, однако почти у самого люка их остановил Грасс:
— Вам пока лучше туда не лезть, — сказал он. — Сначала мы расчистим туннель.
— А что потом? — спросил Оливер.
— Потом? — Грасс замялся. — Потом и решим. С вами останутся Эвила, Афро и Бертон.
Им пришлось отступить, чтобы дать дорогу другим. Они по веревке спускались в катакомбы, откуда гулким эхом звучали выстрелы и взрывы, словно там самый натуральный ад, а они ангелы. Ангелы, носящие черное.
Однако это продолжалось недолго. Минут через десять шум начал затихать, пока из люка не перестали доноситься не только звуки сражения, но и вообще наступила такая тишина, словно все внизу просто исчезли без следа.
Афро и Эвила осторожно заглянули вниз, однако не увидели ничего, кроме лежащих на земле людей.
А спустя минуту послышались неспешные, но уверенные шаги. Кто-то размеренно шел к саркофагу, равнодушно переступая через лежащие на его пути тела.
* * *
Все эти мечи, топоры, пистолеты, автоматы, гранаты — Жнец не любил оружие. До Великой Мировой Катастрофы он не брал в руки ничего опаснее кухонного ножа. Все его умения пришли к нему вместе с Тенями, что вселялись в его тело, оставляя у него в сознании неизгладимый отпечаток.
Слаб тот, кто решает все силой. Парадоксы зачастую бывают истиннее прямых высказываний. Homo sapiens, Человек разумный, что сам даровал себе этот титул, тем самым лишив слово «разум» первозданного значения.
Люди глупы, посредственны и недальновидны. Жнец знал это, потому что и сам являлся человеком. Любой первоклашка расскажет алфавит от первой до последней буквы, но попроси даже достаточно взрослого человека так же без запинки перечислить его в произвольном порядке, не пропустив и не повторив дважды хотя бы одну букву, и маловероятно, что у него получится это хотя бы с десяти попыток.
Люди привыкли думать прямолинейно и последовательно, и если внести в их жизнь крупицу хаоса, они тут же теряются и перестают замечать все вокруг, сконцентрировавшись на конкретной цели — исправить, вернуть все в первозданный вид.
Если есть враг, его необходимо уничтожить, и как же это сделать? Взять оружие и убить! Но ведь можно куда проще, необходимо лишь подумать, найти иные пути противодействия. Но зачем, если я уже вижу путь, прямой, как стрела? Бритва Оккама. Чушь!
И Жнец не стал идти напролом. Он просто раздал своим людям, если их так можно назвать, автоматы с подствольными гранатометами, в которых находились гранаты с нервно-паралитическим газом. И все. На одержимых он почти не действует, однако простых людей рубит меньше чем за минуту.
Лишь Везел находился сейчас в противогазе, остальные же простые люди, не имея средств защиты, разумно предпочли остаться вне зоны действия газа, прикрывая спины остальным от назойливых мух, что несомненно решатся проникнуть в катакомбы вслед за ними; выстрелы отчетливо слышались в отдалении.
План Жнеца шел превосходно, однако его несколько волновало, как так получилось, что Охотники зашли за спины находящихся в катакомбах одаренных. Они каким-то образом преодолели завал дальше по коридору? Нет, это невозможно.
Однако это уже не было так уж важно, ибо все они ныне лежат без сознания. Простые люди, из кого Охотники изгнали Теней, и без всякого газа все равно бы не очнулись в ближайшие несколько часов, и не очнутся никогда, отправившись на корм Высшим Теням. Если, конечно Жнецу удастся договориться.
— Сколько? — глухо спросил он.
— Еще десять минут.
— Разбудите вот этих двоих.
Жнец не любил показухи, однако в последнее время выставлял себя сторонником напыщенных речей и жестов. Он сам не знал, откуда такая перемена. И перемена ли вообще? Он всегда притягивал к себе взоры ненавистников, и, видимо, так привык к ним, что ненамеренно старался их вызвать, ведя себя так, чтобы его ненавидели, словно самого последнего злодея.
Он мог бы с этим бороться, но не видел особого смысла.
* * *
Джона и Мейсона разбудили уколом слабого адреналина, заранее припасенного Жнецом для подобного случая.
— Не дергайтесь, это бесполезно. Я разбудил вас, чтобы вы своими глазами увидели, как вершится судьба мира. Еще пять минут.
— К чему все это, если мы все равно умрем? — вяло спросил Джон.
— Ты разве не слышал меня, Джон? Я не желаю смерти Охотникам.
— А как же бомба?..
— О, она есть, и очень близко. Но так же и далеко. Взрыв произойдет на той стороне Дыры. Портал расширится, но не достаточно, чтобы выйти за пределы саркофага, оттуда появится Высшая Тень, и вот тогда я начну переговоры. Если все выйдет удачно, находящиеся здесь Охотники станут сосудами, а обычные люди способом утолить их голод.
— Значит, ты с самого начала хотел, чтобы Дыру нашли и обнесли саркофагом?
Одержимые вокруг как-то странно зашевелись, словно слышали об этом впервые. В спину Жнецу вперились недоверчивые и злые взгляды, однако тот и глазом не повел. Если Джон что и понял из бредней и действий этого психа, так это то, что Тени не подчиняются ему и не признают главным, лишь следуют за ним до тех пор, пока он им нужен.
Жнец все это понимал, а потому не питал особых надежд на то, что в новом мире ему отведут хоть какую-то роль. Сейчас, пока план не увенчался успехом, у него была какая-никакая власть. Но стоит двери саркофага отвориться…
— Ты так думаешь? — притворно удивился Жнец. — Если бы я этого желал, то не послал бы против вас целую армию Теней. Саркофаг не входил в мои планы, но стал удачной неожиданностью. Когда бомба взорвется, он сможет сдержать большую часть радиации, вырвавшейся из Дыры, и люди вокруг не пострадают. Теням ведь нужны живые и здоровые тела, верно? — Жнец словно говорил в воздух, но не нужно слыть мудрецом, чтобы понять, что слова эти больше предназначены для одержимых вокруг, а не для связанных Охотников.
И это возымело эффект. Одержимые словно успокоились, уловив в этих словах очевидный смысл. Сосуды должны быть целы, дабы Высшие Тени обрели плоть. Поэтому и саркофаг до сих пор закрыт. Джона лишь интересовал вопрос, отчего все они терпят рядом с собой Везела, который напоминал дрожащий мыльный пузырь, готовый вот-вот лопнуть. Знают ли они о его истинных способностях? Воспользуйся он силой, и все одержимые вокруг на время превратятся в овощи, и одного Жнеца хватит, чтобы всех их перебить.
— Десять секунд, — сказал один из одержимых.
— Что ж, давайте встречать наших дорогих друзей.
* * *
— Нужно что-то делать.
Оливер и остальные отошли от люка подальше, чтобы их не увидели и не услышали. Им повезло, что сейчас в катакомбах было светло, как днем, от множества уцелевших в бойне фонарей, а потому свет снаружи не привлекал никакого внимания, и Жнец, похоже, до сих пор не подозревал о люке у него над головой.
— Если Жнец окажется между саркофагом и сводами потолка, я смогу по нему попасть, — сказал Бертон.
— Слишком опасно. Кто знает, как поведут себя одержимые, если их предводитель погибнет. Похоже, все наши еще живы, просто в отключке, и хотелось бы, чтобы они когда-нибудь пришли в себя.
— Ты права, Афро, но ведь что-то нужно делать.
— Придется признать, что наши способности здесь бесполезны, — подал голос Оливер. — Вот если бы Везел использовал свои, у нас бы был шанс.
— Твоя правда.
Снова помолчали. Оливер судорожно пытался придумать план, в основном пытаясь в голове комбинировать их способности, однако выходило все одно — без Везела они беспомощны. Однако тот не спешит применять свои силы, а подать ему сигнал, сигнал, который он поймет, — невозможно.
С Бобби связались почти сразу, как стало понятно, что битва наскоком проиграна, однако он находился слишком далеко, и отправленные к люку свободные бойцы прибудут минимум минут через пятнадцать, без учета возможных пробок. Все может решиться гораздо раньше.
Для начала решили послушать, о чем все же говорит Жнец с выведенными из бессознательного состояния Джоном и Майлзом. Однако не успели они решить, кто незаметно подкрадется к люку, как земля под ногами задрожала.
Глава 11. Война теней
Казалось, что началась вторая Мировая Катастрофа. Мир словно сотрясло до самых небес в предсмертной агонии, многие попадали на землю, не удержавшись на ногах, в отдалении слышались крики людей и сработавшие сигнализации автомобилей. Вмиг всю нишу заволокла пелена пыли, сводчатый потолок чудом еще держался на толстых стенах, а не обрушился на головы нерадивым разрушителям мира.
Жнец, похоже, и сам не ожидал такого исхода, и, не готовый к тряске, потерял равновесие, упав где-то среди тел бывших одержимых и Охотников, теряя шляпу. Джон воспользовался неразберихой, свалившись набок и сделав пару кувырков, добираясь до хранимого на бедре ближайшего Тенелова ножа (Жнец даже не позаботился избавить противников от оружия). Кое-как вытащив его из ножен, он, не обращая внимания на порезы, за несколько секунд избавился от стягивающих его запястья веревок.
Но тут все одержимые и сам Жнец пришли в себя, быстро поднимаясь с пола. Схватив один из автоматов, Джон открыл огонь, уже не заботясь, боевые у него патроны или с сывороткой. Он краем глаза увидел движение — это Майлз, даже не успев избавиться от пут, бросился на поднявшегося Жнеца. Он на полной скорости влетел ему в живот всем телом, да так сильно, что неприятеля впечатало в стену. Будь это обычный человек, простыми множественными переломами ребер он бы не отделался. Однако Жнеца нельзя было назвать даже человеком.
От подобной атаки он только и сделал, что крякнул, точно ему под дых заехали маленьким детским кулачком. Он не лгал, когда говорил, что Охотники ему не чета. Жнец схватил Майлза за плечи и ударил в живот несколько раз коленом, и от каждого такого удара ноги здоровяка отрывались от пола; изо рта пошла кровь. Последним движением бывший священник заставил Охотника выпрямиться, а затем ударом в грудь открытой ладонью отправил его в полет метра на три.
Одержимые отступали. Они пытались ответить огнем на огонь, однако все их попытки пропали втуне. Джон уже схватился за второй автомат (первый оказался с сывороткой, и одержимые теперь падали, корчась и выпуская из тел верещащих Теней), когда увидел, как отлетает Майлз. Он, было, направил оружие на Жнеца, однако тот успел это заметить и схватил из кучи под ногами Охотника, прикрывшись им, словно живым бессознательным щитом.
Джон отвлекся, и этим не преминули воспользоваться враги. Одержимые и не думали убегать, скрывшись за углом ниши до лучших моментов, а Тени, потеряв сосуды и разум, и вовсе не скрывались, уже направив свой взор на лакомую добычу.
Одна пуля угодила в ногу повыше колена, а вторая прошила насквозь левое плечо. Боль острыми осколками пронзила тело Джона, однако этого же и привело его в чувства.
— Везе-е-ел!!! — заорал, перекрикивая грохот выстрелов, до боли знакомый голос.
И тут случилось сразу несколько событий, одно дополняя другое. Волна, словно от неведомого взрыва, искажая воздух, начала быстро, но одновременно и так медленно распространятся во все стороны. Одержимые, попадая под нее, теряли контроль над телами, роняя оружие, а Тени, жалобно вереща, растворялись в воздухе. Эта волна подействовала и на Жнеца, пусть и не столь явно, однако далеко не из-за этого он оказался на земле.
Сверху, почти с трехметрового саркофага, на него прыгнул ни кто иной, как Мейсон, прямо в прыжке со всей силой ударяя противника кулаком в лицо. Жнеца отбросило не хуже, чем несколько секунд назад Майлза. Однако удар не сильно смог ему навредить, скорее, просто заставил удивиться.
Он быстрее пули поднялся на ноги, и тут его вновь встретил молодой Охотник, на сей раз используя не кулаки, а вскинув над головой свою булаву. Жнец едва избежал удара, защищая голову рукой. Раздался отвратительный хруст, однако Вольфганг даже не поморщился, тут же перехватив второй рукой неприятеля и стремительным разворотом отправив его в полет прямо на толстые прутья решетки ниши.
Он сделал шаг вперед, чтобы добить Мейсона, и Джон не успел даже направить на него автомат, как шею Вольфганга внезапно обвила тонкая цепочка с грузиком на конце. Цепочка резко дернулась, и Жнец оказался на спине.
— Афро?
— А ты кого ждал? Мать Терезу? Она хотела сказать что-то еще, но цепь вновь натянулась, теперь уже сбивая с ног саму девушку. На этот раз Джон успел сделать выстрел, однако Жнец словно предчувствовал опасность, ускользнув из-под пули с грацией дикой кошки. А в следующую секунду растянулся на земле.
Мейсон, все еще отходя от ударов на земле, схватил Вольфганга за ногу, неведомо когда успев избавиться от пут. Тот не стал церемониться, и второй ногой сломал Тору руку. Однако, потеряв бдительность, едва не лишился жизни. Афро, придя в себя, с силой бросила в него серп, расчертив кровавой линией лицо. Бинты, что и так едва держались, окончательно превратились в лохмотья, и Вольфганг попросту содрал их с лица.
Мрачный Жнец выглядел под стать своему прозвищу. Все лицо в уродливых пятнах, похожих на старые ожоги, губы, казалось, отрезал какой-то маньяк, обнажив неестественно выпирающие вперед и подгнившие желтые зубы, а нос словно отвалился, изъеденный сифилисом. Джон и не думал, что все настолько плохо.
Вольфганг вновь оправился довольно быстро, уже готовясь ответить ударом на удар, но тут неожиданно раздался звук, от которого у всех без исключения побежали по коже мурашки. Синигами решил, что если бы он уже не лежал, то точно бы упал, услышав этот… крик. Знакомый ему крик, после которого десять лет назад он обмочил штаны.
Высшая Тень вторглась в мир людей.
* * *
Оливер лежал на крыше саркофага, наблюдая за происходящим внизу вместе с Бертоном. Всем приходилось очень тяжело, но его час еще не настал, и он ждал. На Жнеца нападали всерьез, с намерением убить, однако тот почти без труда отбросил Мейсона и сбил с ног Афро. Сломанная рука, казалось, ничуть его не заботила.
Бертон выискивал подходящий момент, чтобы сделать выстрел, однако боялся промахнуться и попасть по одним из тех, кто без сознания распластался на земле. И это не считая того, что большинство фонарей либо разбились, либо оказались завалены телами. Оливер видел происходящее очень четко, когда как зрение Бертона застилал полумрак.
Оли собирался действовать самостоятельно, но так как стрелял он неважно, то просто решил последовать примеру Мейсона и спрыгнуть на противника сверху, но атакуя не голыми руками, а мечом. Даже Жнецу не пережить, если его пронзят насквозь клинком из амбисидиана.
Он уже подобрал ноги, ожидая наилучшего момента, и вот он возник: Афро порезала лицо Жнеца кусаригамой, и тот, алча мести, повернулся к ней, оставив спину открытой для молодого Охотника. Оли поднялся на ноги, держа перед собой меч, и тут раздался душераздирающий звук.
Прямо под ногами послышался такой звенящий и низкий крик, что даже саркофаг завибрировал. На шум сразу же обернулся Жнец, заметив и стоящего наверху парня.
Оли запаниковал, поджилки затряслись пуще саркофага, и он, теряя крупицы здравого разума, сиганул вниз, уже не думая, зачем это делает. Кажется, за спиной что-то закричал Бертон, но слух застилало бешено колотящееся сердце.
Как и следовало ожидать, на Жнеца эта безрассудная атака не произвела практически никакого эффекта. Он прямо в воздухе перехватил падающего на него юношу и с силой отбросил в сторону, угодив прямиком в Афро.
Через мгновенье Вольфганг уже стоял у двери в саркофаг. Джон очередной раз попытался достать его из автомата, однако тот с нечеловеческой скоростью успел поднять с земли человека, одного из элитных бойцов, и прикрыться им. Джон не успел среагировать, и несколько пуль угодило в бронежилет. Но тут в дело вступил Бертон.
Обычно попадая в цель, тут его пуля угодила не в голову, куда он метил, а несколько ниже, пробив Жнецу навылет ключицу. В следующее мгновенье в Бертона прилетело бессознательное тело бойца, да с такой силой, что из легких выбило весь воздух, и, отлетев назад, он затылком ударился о заднюю стену ниши, погрузившись в нежеланный сон.
Джон не стал мешкать и нажал на спусковой крючок, метя во вновь открывшегося неприятеля. Первая пуля угодила в саркофаг, выбив яркую искру, а вот вторая… Второй пули не было, ибо у автомата закончились патроны.
— А вы настырные, — вымолвил Жнец. В его голосе даже не слышалось намека на усталость. Сломанная рука уже успела исцелиться, из ключицы кровь тоже медленно переставала изливаться, но так как рана нанесена амбисидианом, на полное исцеление потребуется гораздо больше времени.
— А как иначе? — хмыкнул Джон, медленно поднимаясь на ноги. — Когда сражаешься за жизнь, все средства хороши.
— Человеческая жизнь никогда не стоила дорого. Умереть не страшно, страшно осознавать, что после тебя ничего не изменится. Или все станет только хуже.
— По-твоему, если ты выпустишь этих тварей в мир, жизнь сразу станет лучше?
— Нет, Джон, жизнь сама по себе измениться не может. Жизнь — это лишь концепция, абстракция, совокупность идей и суждений, придуманных людьми. И эти самые люди наделяют это слово такими же бесформенными понятиями и обозначениями. Добро, зло, хорошее, плохое — только человек руководствуется подобными критериями. И раз все это не имеет сущности — нет в этом и смысла. Ты спрашиваешь, станет ли жизнь лучше? Нет, но лучше могут стать сами люди. Это, можно сказать, испытание. Они должны одолеть Теней, доказав, что они лучше: умнее, сильнее, приспосабливаемее… Думаю, ты понимаешь, что под людьми я подразумеваю Хомо Эребус, а не Хомо Сапиенс, что изжили себя.
Джон не успел ничего сделать. Жнец достал из внутреннего кармана пальто три ключа и вставил их в замки, запирающие саркофаг, а затем также быстро набрал код на уже открытой заранее панели.
Дверь зашипела, словно недовольная тем, что ее отворили, и тут Джон понял, что стоит почти прямо напротив нее. Дверь еще не успела открыться до конца, как оттуда показалась черная масса, словно само зло обрело подобие плоти. Заметив жертву, Высшая Тень тяжело выползла наружу, устремив свой пронизывающий взгляд на Джона. У нее за спиной копошились обычные Тени, не решаясь приступить к пиршеству, пока этого не позволит хозяин.
Высшая Тень уверенно направилась к Охотнику, а тот лишь и сумел, что вытащить амбисидиановый нож. Зачем? Мелкий клинок не причинит особого вреда Высшей, но вот если убить себя…
Джон не успел решить, как ему поступить, когда перед Тенью вдруг оказался грозный силуэт. Мейсон, с переломанными ребрами и правой рукой едва держался на ногах, однако невесть как оказавшаяся на его левой руке перчатка с амбисидановыми шипами мелькнула так же быстро, как и всегда. Высшая Тень едва заметила удара, однако прощать дерзкого человека даже и не подумала.
У Джона из глотки вырвался крик отчаяния. Высшая Тень, сменив жертву, ухватилась за Мейсона, а почти минуту спустя Тор уже без труда стоял во весь рост, несмотря на полученные совсем недавно травмы.
— Приветствую тебя, — обратился к Высшей Тени Жнец. — Меня зовут… Вольфганг Зельвейзер. Или Просто Вольф. Именно я открыл доступ в этот мир тебе и остальным Высшим Теням. Полагаю, другие Тени уже передали тебе кое-какую информацию, когда доставили в твой мир бомбу.
— Она оказалась ярче, чем мы думали, — сказала Высшая Тень. — Несколько моих братьев погибло. Ее голос не отличался от голоса Мейсона, однако в нем чувствовался холод безразличия. Тени не испытывают эмоции, а чтобы обрести всю палитру чувств людей, им требуется некоторое время.
— Я предупреждал, но вы сами должны понимать, насколько обычные Тени глупы…
— Однако они передали, что ты, человек, имеешь требования к нам взамен открытия пути, — перебил Жнеца Высшая Тень.
— Требования? Как я могу что-то требовать? Нет-нет, это, скорее просьба, договор, который окажется на руку всем нам.
Жнец взглядом отыскал Везела, который находился без сознания после использования своей силы. Вольфганг понимал, что если Высшая Тень решит действовать самостоятельно, не нуждаясь в советах человека, то ей попросту нечего будет противопоставить, кроме как собственную силу.
— Человек, в которого ты сейчас вселился, как и тот, что стоит у тебя за спиной, несколько отличается от большинства.
И Жнец начал рассказывать Высшей Тени обо всех нюансах Охотников, их отличии от людей, и почему Теням выгодно, чтобы они существовали. Конечно, он старался умалчивать о наиболее важных деталях, таких как способность некоторых Тенеловов противостоять созданиям ночи, используя свои способности.
Высшая Тень слушала не особо внимательно, больше наблюдая за Тенями, пришедшими вместе с ней и периодически поглядывая на Дыру. Портал сейчас выглядел немногим лучше, чем когда его только нашли, однако быстро стабилизировался, и Джон был уверен — как только он придет в норму, здесь окажется еще одна Высшая, а потом еще и еще.
Он больше не собирался стоять и глазеть по сторонам, особенно учитывая то, что все остальные уже пришли в себя после сражения со Жнецом. Синигами взглядом нашел автомат с маркировкой, означающей, что внутри находятся пули с сывороткой. Однако, как и Афро, Мейсон и Оливер, он был окружен Тенями, медленно бродящими между тел без сознания, но не решающимися вселиться в них или приступить к трапезе без дозволения хозяина.
И тут недалеко вдруг раздались автоматные трели. Они звучали и раньше, но где-то очень далеко, на границе человеческого слуха, однако на сей раз не оставалось сомнений, что они приближаются. «Это наши, — подумал Джон, — больше некому. Значит, Жнец оставил кого-то прикрывать спину. Еще есть шанс!»
Синигами все еще держал в руке бесполезный нож, а потому решился действовать, пока противники отвлеклись, ожидая поддержки от остальных. Убивать Майлза он не желал ни в коем случае, а потому бросил нож, целясь в ногу одержимого.
Существо, что находилось ныне внутри Тора, заорало от боли, которой, вероятно, никогда не испытывало, не имея до этого настоящей плоти. Джон, превозмогая боль не меньшую, бросился к ранее примеченному автомату, но не с сывороткой, а с пулями из амбисидиана, потому что те, в которых заключалась сыворотка, отчего-то были созданы из иного, пусть и довольно мягкого металла, а так как Тени имели лишь условную плоть, капсула попросту пройдет насквозь почти без сопротивления, выпустив сыворотку лишь при столкновении с чем-то более плотным.
Жнец было бросился Джону наперерез, однако вокруг его шеи вновь оказалась обернута цепочка из почти безвредного для него амбисидиана.
Джон, добравшись до оружия, открыл огонь по Теням. Да, сплав золота и серебра тоже проходил сквозь их тела, словно это густой кисель, однако существа ночи погибали почти мгновенно. Тут приходилось быть крайне осторожным, чтобы пуля случайно не угодила в лежащих на земле людей.
Не обращая внимания на свистящие у самых ног пули и шипящих где-то там же Теней, вперед бросился Мейсон. Он прямо на бегу с силой врезал Жнецу, отчего тот рухнул как подкошенный, натягивая цепь на шее еще сильнее. Не снижая скорости, Рутгер накинулся на Майлза, сбивая того с ног. За ним тут же рванул Оливер, разрубая стоящих на пути Теней своим мечом.
— Не убивайте его! — заорал Джон, пытаясь доползти через тела до заветного оружия с сывороткой. Однако это предупреждение оказалось напрасным, потому что секунду спустя Мейсон подлетел в воздух метра на два, врезавшись спиной в саркофаг. Высшая Тень пришла в себя.
Джон уже схватил автомат, как его взгляд наткнулся на туннель за решеткой, откуда в их сторону двигалась волна самой настоящей тьмы. Похоже, несмотря на всю кружившую суматоху, Высшая Тень каким-то образом успел призвать своих низших прислужников, что оказались за пределом действия силы Везела, а может, те сами почувствовали хозяина и рванули к нему в надежде заполучить его расположения.
Даже если бы все Охотники вокруг пришли в себя, их бы все равно оказалось недостаточно, чтобы противостоять стольким Теням, что отлично было продемонстрировано, когда они спустились вниз в первый раз.
Но Тени отчего-то рванули не в нишу, а куда-то дальше по коридору. Со всеми этими битвами Джон не заметил нарастающего шума еще более приблизившихся людей, криков и выстрелов. Видимо, люди Жнеца отступали от тех, кто их теснил, даже не догадываясь, что их уже поджидает метящий в спину нож. Они были нужны Вольфгангу лишь как жертвы ворвавшихся в мир Теней, но вряд ли успеют об этом подумать.
Джон развернулся и встретился глазами с Майлзом, одержимым Высшей Тенью, и тут же наставил на него оружие. Недалеко стоял Оливер, тяжело дыша после сражения с Тенями, решив, что держать занесенный над Жнецом меч сейчас целесообразней, чем бросаться на одержимого Тора, который так легко разделался с Мейсоном.
— Этот человек считает тебя своим другом, — неожиданно заговорил Высшая Тень, обращаясь к Джону. — Неужели ты готов его убить?
— Если у тебя его воспоминания, то ты знаешь, что у меня оружие с сывороткой, которая не убьет его, но изгонит тебя.
— Полагаешь? Я в разы сильнее и умнее этих мелких тупых сосунков, что вы зовете Тенями, коими руководят лишь инстинкты. Не успеешь спустить курок, как я разорву твоего приятеля изнутри, а затем проделаю тоже самое и с остальными. — Он как бы невзначай поставил ногу на шею лежащего подле него человека, не Охотника, а простого горожанина, волей судьбы оказавшегося одержимым на Рождество. — Хочешь спасти людей? Сдайся. Пусть сдадутся все люди в мире, и тогда они будут жить. Кроме тех, конечно, кто окажется подходящими для нас сосудами.
— Соглашайся, Джон, — подал голос Жнец, поднимаясь на ноги (Оливера с мечом он как будто не замечал). — Ты ничего не исправишь, даже если тебе удастся убить Высшую Тень. Осмотрись! Вас сколько? Четверо? Против армады Теней, что сейчас захватывают себе новые тела. Посмотри, — он указал на открытый саркофаг, — Дыра стабилизируется, скоро здесь окажется еще одна Высшая.
Тени действительно захватывали себе тела из числа бойцов организации, что лежали без сознания, однако от тех, в кого попали пули с сывороткой, они отскакивали, словно от Охотников, шипя, будто кошки. То, что происходило вне ниши и коридора за решеткой, Джон не видел, но если там есть обычные люди, то они тоже становятся сосудами.
Их было так много, когда они шли на этот бой, но сейчас их можно сосчитать по пальцам одной руки. Однако если они сдадутся, то в любом случае умрут. Теням нельзя доверять, а Высшим так тем более.
Видимо, взгляд Джона не остался незамеченным, потому что Жнец успел среагировать прежде, чем меч Оливера достиг его. Он рванул вперед, к Афро, отчего цепь на его шее ослабла, даровав ему свободу. Однако девушка не растерялась, атаковав противника серпом, а сзади уже готовился к броску Оли.
Джон этого уже не видел, нажав на спусковой крючок. Высшая Тень явно лгала о том, что оставит им жизнь, так почему бы не соврать и об убийстве Майлза? За все десять лет не было зафиксировано ни одного случая, чтобы Тень вырвалась из человека не через рот. Очевидно, что проникая в тело, они как бы сливаются с ним, становясь единым целым. Хотя способов убить тело без вреда для поселенца полно.
Высшая Тень обладала поистине сверхчеловеческими рефлексами. Пусть Джон и плохо владел автоматом, но даже его навыков должно хватить на то, чтобы попасть в движущуюся цель с десяти шагов, однако одержимого Майлза задела лишь одна, едва ли возымев должного эффекта.
А тем временем у очередного оружия закончились патроны. Высшая Тень легко махнула рукой, и все Тени с новорожденными одержимыми разом обернулись в сторону Джона и остальных, готовые накинуться на них. Но не тут-то было. Синигами краем глаза уловил какое-то движение, а спустя мгновенье Тор воскликнул, держась за плечо, из которого торчал метательный нож. Второй такой же вонзился в спину Жнецу, наседающему на Афро и уже повалившему ее на землю. Оливер с рассеченной губой пытался прийти в себя неподалеку.
С саркофага, держась за край крыши, легко спрыгнула Эвила, и тут же схватила ближайший автомат, открыв огонь по рванувшим вперед Теням и одержимым. Автомат оказался боевым, но это мало ее заботило. Следом за ней спрыгнула Сьюзен, однако не так ловко, едва не приземлившись на голову поднимающемуся на ноги Мейсону, после чего уже тот помог спуститься Миранде, едва не терявшей сознание от страха.
Джон, однако, не тратил зря времени, со всей силой врезав опустевшим автоматом по колену Майлзу, сбив того с ног, а затем накинулся сверху прежде, чем понял, чего сможет этим добиться. Он просто начал наносит удары кулаком здоровой правой руки. У него имелся на бедре второй амбисидиановый нож, однако им и убить не долго, а Джон желал лишь избавить Тора от Высшей Тени.
Афро воспользовалась тем, что Жнец отвлекся на нож у себя в спине, и с силой ударила его в кадык. Тут поднялся Оливер, и, уже не думая о ценности чужой жизни, как это было до первых его убийств, занес и резко опустил меч.
Жнец вовремя успел подставить руку, и меч разрезал ему ладонь, едва не отрезав ее полностью, однако и этого хватило, чтобы рука превратилась в бесполезный кусок мяса. Но тут ему пришла подмога в лице Теней и одержимых.
Мало кто из организации мог бы подумать, что обычно тихая и размеренная Эвила способна так быстро двигаться. А еще почти никто не видел у нее иного оружия, кроме как метательных ножей. Однако оно у нее было. Это походило на кастет наоборот, не прикрывающий костяшки пальцев, а закрепляющий острый и тонкий шип на нижней части ладони. Удар получается сильным и хлестким, не хуже, чем кулаком, но безопасней для пальцев, при этом шип вонзается в тело противника по самое основание, и при правильном использовании легко убивает как человека, так и одержимого одним ударом.
Эвила молча бросилась вперед, не обращая внимания на снующих под ногами Теней, которые отскакивали от нее, словно от чумной, однако причиной тому была не она, а бегущая следом Миранда, использующая свои способности по максимуму. Ей даже начало казаться, что барьер вокруг нее стал больше, чем раньше.
Тени разбегались, а одержимые просто отстранялись, словно их огрели обухом по голове. Однако эффект этот длился недолго, но и доли секунды хватало Эвиле, чтобы нанести удар смертоносным жалом.
В это время Сьюзен атаковала Высшую Тень. Она сама не понимала, как ее ноги до сих пор не развалилась от такой тряски, а шпага не выпала из рук. Она забыла все уроки фехтования и просто махала перед лицом Майлза острым оружием, не позволяя ему приблизиться. И все бы шло прекрасно, если бы Высшей Тени было до этого дело. Он просто выхватил из воздуха тонкий металл и вырвал его из рук девочки, тут же переломав пополам коленом, словно тонкую прогнившую щепку.
Джон продолжал терять кровь. Знаменитая регенерация Охотников работала слишком медленно, хотя с момента его ранений вряд ли прошло более пяти минут, пусть и казалось, что больше, много больше. Где-то неподалеку звучали выстрелы, и ему казалось, что стреляют его руки, хотя они были пусты.
Он поднял взгляд и увидел Тора. Голова кружилась, отчего Майлз никак не хотел четко сфокусироваться, дрожа, словно от землетрясения. Однако не это волновало Джона. Высшая Тень стояла с одной вытянутой рукой, на конце которой бессильно дрожало уже другое тело, но явно не только в глазах Охотника. Сначала ему привиделась Афро, но, не разглядев знаменитой прически, он понял, что это Сьюзен.
— Если ты его не убьешь, он убьет всех.
— Заткнись…
Джон невероятно, по его мнению, медленно поднялся на ноги.
— Если ты его не убьешь, он уничтожит мир.
— Заткнись…
Джон направился вперед, неосознанно доставая из чехла нож.
— Если ты его не убьешь, он убьет Хелин.
Джон ничего не ответил. Он собрал последние силы, кинулся вперед и с криком, придавшим ему силы, обрушил нож на вытянутую руку Тора, разрезая ее до кости.
Эвила справлялась лучше некуда. Вокруг нее тоже словно образовался невидимый купол, за который боялись заступить даже одержимые. Кажется, они решили, что у них куда больше шансов против тех, кто устроил перестрелку дальше по туннелю. Однако все еще оставался Жнец.
Тени его не тронули, однако он и без этого был сильно ранен. По крайней мере, правой рукой он сейчас действовать не мог, а из спины все еще торчал метательный нож.
— Оливер, — хрипло заговорила Эвила, — помоги Джону и Сьюзен, я здесь сама разберусь.
Оливер взглянул на Джона, что обрушился на Высшую Тень, но явно проигрывавший в прямой схватке, и перевел взгляд на лежащую Афро. Она находилась без сознания, а все ее лицо было залито кровью. Он не знал, жива ли она, ведь и его самого Тени успели сильно оцарапать, а она так вообще оказалась ими завалена, едва защищаясь своей цепью с серпом.
Если она мертва, ей уже ничем не помочь, а если жива… В любом случае, Эвила, судя по трупам вокруг нее, явно справится со всем лучше без него, тем более что рядом с ней Миранда, перекрывшая своим барьером единственный путь в нишу.
Оливер побежал к Джону мимо саркофага, как вдруг краем глаза уловил какое-то движение.
Он остановился так резко, что едва не полетел вперед кубарем. Прямо перед ним в проеме саркофага тьма сгустилась до такой степени, что, казалось, любой посмотревший на нее решит, что ослеп безвозвратно, тут же забыв, а видел ли он вообще когда-либо что-то помимо темноты.
Высшая Тень оказалась много выше двери, а потому не могла так просто пролезть. Первой из тьмы показалась когтистая лапа, ухватившись за край проема. Несмотря на то, что саркофаг обит амбисидианом, существу ночи, похоже, соприкосновение с ним не причиняло никакого видимого неудобства.
Оли пришел в себя на удивление быстро. Он схватился за распахнутую дверцу и с силой обрушил ее на лапу чудовищу. От страха, неожиданно заползшего в его душу, он даже выронил меч, чтобы приложить все усилия на удерживание двери. Да и мог ли помочь этот меч? Имеют ли вообще Высшие Тени слабость к золоту и серебру? От переполнявших эмоций позабылись все уроки.
Он истошно кричал о помощи, однако никто не мог к нему прийти. Джон каким-то непостижимым образом теснил первую Высшую Тень, из руки которой текла кровь Майлза, ему помогал не пойми как оказавшийся подле него окончательно пришедший в себя Мейсон, продолжая работать кулаками, и, судя по всему, одержимый искренне не понимал, как человек голыми руками может причинять ему столько боли. Сьюзен лежала неподалеку, и Оли не мог рассмотреть, жива ли лежащая лицом вниз девушка, но отчего-то эта картина лишь придала ему еще больше сил. Эвила боролась со Жнецом, однако тот практически без труда избегал резких выпадов, хотя и сам не мог достать ее, используя лишь одну руку и морщась от боли из-за торчащего в спине ножа, что делало его уродливое лицо еще более пугающим. Охотница старалась не уходить далеко от Миранды, которая продолжала перекрывать вход для Теней, однако несколько раз внутрь пытались попасть и одержимые, и Эвиле приходилось отвлекаться от Жнеца, который старался по максимуму этим воспользоваться.
Лапа Высшей Тени оказалась сильнее Оливера, с каждой секундой протискиваясь все дальше, упирающиеся в землю ноги скользили, и даже вес всего тела едва мог замедлить чудовище из ночных кошмаров, что жаждало вырваться из золотой тюрьмы. Оли прекрасно понимал, что как только оно выберется, его первой жертвой станет именно он.
Читать бесплатно другие книги:
