Передача лампы Раджниш (Ошо) Бхагаван
То же было и в случае с Нижинским. Наверное, он был самым великим танцором за всю историю человечества. Но странно, что такой человек, как Нижинский, просто погибал в великих муках. Не такой должна быть награда за гениальность. Проблема была в том, что иногда во время танца он настолько сливался с танцем, что были не танцор и танец, но только танец. В эти моменты происходило нечто почти сверхъестественное.
Он совершал настолько длинные, настолько высокие прыжки — которые невозможны, физически невозможны — он сам не мог совершить такой высокий или такой длинный прыжок в другое время. Он не мог в это поверить, что, когда исчезал танцор, каким-то образом сила притяжения теряла над ним контроль. И он прыгал так высоко, что никто не мог поверить, что такое возможно. Но еще более сверхъестественным было его снижение; на все падающее сила притяжения действует с огромной силой.
Не так давно Анандо рассказывал мне, что, когда астероиды падают на землю, они попадают в поле земного притяжения, простирающееся вокруг на две сотни миль. Они начинают падать с огромной скоростью — пятьдесят тысяч миль в час, поэтому сила трения сжигает их. Но изредка, если это очень большой астероид — мили длиной, он может сгореть не полностью, он может долететь до земли. Иногда он убивал много людей. Это очень необычный вид камня, потому что он прошел через необычный опыт; пятьдесят тысяч миль в час, и жар, и сила трения придали ему новое качество.
В Каабе, священном месте мусульман, есть астероид, который долетел до земли, и они поклонялись ему только потому, что другого такого камня нет, он спустился с небес. И, безусловно, он спустился с неба.
Когда Нижинский возвращался, у всех в зрительном зале замирало дыхание. С такой высоты — это казалось настолько опасным: если сила притяжения сработает должным образом, у него будут многочисленные переломы. Но он опускался как лист, плавно нисходя к земле, — неспешно. Это движение вниз было настолько замедленным, что даже физики не могли найти этому объяснения. Прыжок был необъяснимым, но снижение было еще более сверхъестественным. Он и сам понятия не имел.
Он сказал только одно: «Всякий раз, когда я пытаюсь, это не происходит. Я бы хотел, чтобы это случалось каждый раз, когда я на сцене, но всякий раз, когда я сознательно, намеренно пытаюсь, это не происходит. Это случается только тогда, когда я не пытаюсь, когда я даже не думаю об этом, когда меня фактически там нет. Это случается в мое отсутствие, когда есть только танец и танцор полностью слился с танцем. Я не могу это никак объяснить, потому что меня там нет».
Он тоже плохо кончил. Он сошел с ума — потому что такое никогда не случалось ни с одним другим человеком. Он старался изо всех сил, но это не происходило, а потом, когда он не думал об этом, это случалось, и никто не мог это объяснить. Он и сам не имел ни малейшего представления, как это случалось. Это свело его с ума. Год он провел в сумасшедшем доме и умер в ужасных страданиях.
Тот же человек на Востоке стал бы Гаутамой Буддой — потому что он нашел разгадку, но Нижинский не смог распознать ее. А на Западе не было ни одного мастера, который объяснил бы ему, что происходит.
Ведь это целое учение Востока: если вы забываете свое эго, если вы забываете себя, если вы просто никто, начинают случаться чудеса. Это закон природы. В нем нет ничего такого, что могло бы вывести из душевного равновесия. В тот момент, когда вы отсутствуете, вы в такой тишине, в таком покое, в такой легкости, что нет абсолютно никаких тревог.
На Востоке познали определенную силу, противоположную гравитации. Они называют это левитацией. Контроль гравитации ослабевает; это случалось с людьми, которые медитировали: вдруг они начинали парить. Если бы такое случилось на Западе, человека, безусловно, сочли бы сумасшедшим. Он не смог бы никому объяснить, что происходит, потому что никто не поверил бы, все бы подумали, что он не в своем уме. Как вы можете парить, сидя в позе лотоса? И человек сказал бы: «Что я могу поделать? Когда я открыл глаза, я обнаружил, что моя голова касается потолка».
Эго очень тяжелое. Оно как якорь, который держит вас под контролем гравитации.
В медитации, даже если ваша медитация не очень глубокая, вы можете обнаружить: пока вы сидите с закрытыми глазами, вы чувствуете, что поднимаетесь. Вы открываете глаза: вы сидите на своем месте. Что же происходит? В тот момент, когда вы закрываете глаза, вы настроены, и возникает чувство, что вы поднимаетесь. Но, открывая глаза, вы обнаруживаете, что сидите так же, как сидели до этого. Ваше тело все еще на земле, но ваша душа, ваше сознание начинают выходить за пределы тела. Это начало. Придет день, когда медитация будет такой глубокой, что за взмывающим сознанием последует и ваше тело.
Тело немного отстает, во всем.
Человек научился стоять за один миллион лет. Между обезьянами и человеком, который учится просто стоять на двух ногах, пропасть в один миллион лет.
Тело учится очень медленно, очень осторожно, но оно учится.
Если бы Нижинский был на Востоке, он бы не сошел с ума, его бы объявили просветленным. Его танец был его медитацией.
Как медитацией Джалаладдина Руми было вращение, и он стал самым любимым суфийским мастером. Никакого другого суфия не называли мевлана. Мевлана значит «мой возлюбленный мастер». Только Джалаладдин Руми стал известен как Мевлана Джалаладдин Руми. Люди так любили этого человека, потому что он дал такой простой метод, что тысячи людей за эти двенадцать веков после его смерти стали просветленными, просто вращаясь.
Очень печально, что Нижинский попал в сумасшедший дом — потому что он не мог понять, что происходит, никто не мог объяснить, что происходит. Это слишком сильно растревожило его.
А все было очень просто, я говорю вам об этом каждый день: ваше усилие — преграда. Если вы действительно хотите пойти глубоко в медитацию, сделайте это без усилий — это звучит безумно, как же сделать это без усилий? — потому что это тоже будет усилие. Просто отбросьте эти слова, потому что они придают всему неправильный оттенок. Лучше сказать: «Будь в отпускании, совсем расслабленным». Сядьте в тишине, наблюдая за тем, что происходит внутри вас, с закрытыми глазами, просто наблюдая — и придет момент, когда есть только наблюдатель и нечего наблюдать. И впервые вы окажетесь на пороге сверхъестественного.
Каждый из этих троих людей мог бы достичь состояния удивительного благословения.
Происходило что-то, что было невероятно ценным, но Запад давил на них: «Ты сумасшедший, у тебя расщепление личности», — все эти осуждающие слова: «Ты шизофреник…»
На Востоке те же люди с теми же способностями были бы почитаемыми, любимыми, уважаемыми.
И я ввожу несомненное сокровенное правило: когда кто-то перемещается в новый мир, в новую сферу, ему нужна атмосфера, когда его почитают, любят, ценят, поддерживают. Вот в чем цель школы мистики. В одиночестве вы можете сойти с ума, но в школе мистики вас окружают люди, которые вас поддержат: вы на правильном пути, вы благословенны, вы должны только продолжать. Нет потребности в объяснениях, потому что они будут только задерживать процесс, нарушать процесс.
Запад слишком интересуется объяснениями, а Востоку интересны только переживания — не объяснения.
Вы не можете съесть объяснения, вы не можете насытиться ими. Именно переживания будут насыщать вас и благоприятная среда.
И я не вижу никакой проблемы в том, чтобы перенести восточные методы на Запад.
Когда речь идет о человеческом сознании и его эволюции, нет никакой проблемы в том, чтобы перенести западные научные технологии на Восток. Так почему должна возникать какая-либо проблема в перенесении духовной технологии на Запад? Карл Густав Юнг совершенно неправ, и если распространять такие ложные идеи, то будут возникать ситуации, как с Нижинским, Ричардом Вильгельмом, Ницше и другими.
Время пришло. Восток принимает все объективные научные технологии у Запада. Запад должен постараться перенять все методы совершенствования сознания у Востока. Так мы будем создавать нового человека, который не будет ни восточным, ни западным, который будет просто человеком.
Ошо, сколько я себя помню, у меня было чувство, что где-то на этой планете есть кто-то, кого я должен встретить, мудрец, алхимик, мастер. Это было задолго до того, как я узнал, что в действительности значит мастер. Я думал, что это была всего лишь фантазия, потому что, будучи ребенком, я любил читать истории о таких людях, как волшебник Мерлин и другие алхимики. Это чувство было таким сильным, что оно мешало мне посвятить себя чему-либо — браку, бизнесу, политике, путешествиям.
Это чувство могло быть смутным воспоминанием, что я был с таким мастером, как ты, и упустил возможность в одной из прошлых жизней? Если это так, то почему было такое сильное чувство, что я должен был найти его в этой жизни?
Я спрашиваю об этом, потому что, возможно, такое же чувство есть у кого-нибудь еще, и, если бы они знали, что это возможно, они бы не теряли столько времени на пустяки.
Есть вероятность, что ты был с мастером в своей прошлой жизни. Жизни меняются, но когда речь идет об эволюции сознания и его переживаниях, они побуждают вас начать с того места, где вы остановились в прошлой жизни. Иначе ни у кого не будет возможности стать просветленным, потому что человеческий ум таков, что он тратит всю свою жизнь на пустяки.
Но после каждой смерти все, что когда-либо было вашим самым ценным переживанием, следует за вами. Все, что было достигнуто в духовной эволюции, остается с вами, вы это не теряете. И это, безусловно, побуждает вас искать мастера, искать путь, что-то делать — хотя вам неясно, что именно должно быть сделано.
При этом сохраняется любое желание, любое стремление к истине, любое стремление встретить кого-либо, кто сможет повести вас, кто сможет помочь вам. Пока вы не встретите этого человека… Есть простой критерий, по которому можно определить, встретили вы правильного человека или нет, — если исчезает стремление, если больше нет стремления настойчиво искать, то вы нашли человека, которого искали.
По причине влияния западных религий в человеческих умах сложилась очень странная картина — что у вас только одна жизнь. Это вызывает сумасшествие, потому что… такая маленькая жизнь, и так много нужно сделать, так много желаний нужно исполнить, так много амбиций нужно воплотить, что все бегут все быстрее и быстрее, пока не падают в свою могилу.
Восточные религии сходятся в одном — и это показательно. У них разные философии, разные объяснения различных явлений, но в одном у всех восточных религий полное согласие: реинкарнация — это реальность; вы были здесь с момента возникновения вечности, во многих жизнях, во многих формах, превращаясь постепенно в человека. И в человеческой форме вы, возможно, прожили многие жизни; и вы останетесь в человеческой форме в будущем тоже многие жизни, пока не получите предельного переживания истины.
И это похоже на правду. Если дать человеку жизнь продолжительностью всего в семьдесят лет, и так много желаний, и так много амбиций, и так много неприятностей — откуда у него появится время медитировать? Где он будет искать истину или мастера?
И наука абсолютно уверена: в существовании ничто не может быть уничтожено, оно только меняет формы. Если ничто в существовании не может быть уничтожено — даже камень, — то и самое ценное явление, сознание, не может быть уничтожено только одной смертью.
Вы рождались много раз, вы умирали много раз, но вы остались. И все ваши переживания, что касается эволюции вашего сознания, с вами. Это единственная возможность для человека однажды стать просветленным, потому что, даже если в каждой жизни он будет приближаться к истине всего на несколько шагов, однажды он доберется домой.
Для меня реинкарнация — это истина. Я не говорю вам верить в нее, потому что я против верования. Я просто говорю: примите это как гипотезу, чтобы вы смогли работать над этим.
Гипотеза не вера, не пережитая истина. Она просто принимается, чтобы вы могли работать в определенном направлении.
Мастер — настоящий мастер — не может предложить вам никакую веру, потому что вера — главный враг всего поиска. Настоящий мастер может предложить вам только гипотезу, которая для него является истиной, но вам он дает ее как гипотезу, чтобы вы разрабатывали ее. Возможно, вы тоже найдете истину. Когда вы найдете истину, решать вам. Стоит вам ее найти, как вопрос веры отпадет, вы будете ее знать.
Твое постоянное томление, страстное желание из детства встретить мастера, алхимика… потому что алхимики тоже были мастерами. Они скрывались за алхимией, потому что христианство уничтожало каждую школу мудрости, и люди должны были скрываться, даже чтобы медитировать. Поэтому алхимики на самом деле были не такими, как их изображают книги и энциклопедии, будто они пытались превратить грубый металл в золото; это неправда, это был всего лишь кодовый язык алхимии. Грубый металл — человек, который не осознает себя; превратить его в золото — дать ему осознать себя. Это их кодовый язык. И они должны были использовать кодовый язык, потому что церковь и папа не хотели, чтобы у чего-либо, кроме христианства, было единоличное право на человеческое сознание.
И странное дело. Им нечего предложить, и они уничтожили всех тех людей — ведьмы были просто мудрыми женщинами, которые обладали известным ключом и могли его передавать; алхимики просто скрывались под именем алхимии, что якобы они пытались сделать золото. В каждой школе алхимиков, когда вы заходили, в самом начале, в приемной, вы обнаруживали всякие бутафорские инструменты, пробирки, наполненные разной цветной водой, и это выглядело так, будто это огромный магазин химии, мастерская, лаборатория; но это был лишь фасад. За ним скрывалась их настоящая школа, где они старались превратить грубое человечество в золотое человечество.
Твое непрерывное стремление, безусловно, доказательство того, что ты принес семя из прошлой жизни.
Так что не упусти эту жизнь. Приложи все усилия, чтобы семя начало становиться ростком, чтобы в следующей жизни ты не бессознательно, на ощупь пробирался к мастеру, а был в полном сознании — и ты сможешь работать даже без мастера.
Ошо, когда я стану просветленным, кто об этом узнает первым?
Миларепа, в твоем случае я первый об этом узнаю. Что касается других, они, наверное, узнают сами. Но Миларепа — это особый случай.
Глава 39
Ослы, несущие великие священные книги
Ошо, если бы вся история мира была бы сжата в один год, с нами, стоящими в конце этого огромного года, это бы выглядело примерно так.
Земля сформирована первого января. Только в декабре континенты начинают дрейфовать к своему настоящему положению. Динозавры вымерли где-то за пять дней до конца года, и не раньше чем в полдень 31 декабря человек эволюционирует из обезьян. Мы появляемся в полночь, в канун Нового Года — Ледниковый Период прошел более минуты назад, и Будда, Лао-цзы и Сократ появились всего семнадцать секунд назад. Все события новейшей истории, начиная с рождения Карла Маркса, происходят за последнюю секунду до полуночи. Когда я думаю о тебе как о главном украшении этого долгого года, мне кажется неважным, есть или нет день Нового Года, но эксперимент удался.
День Нового года будет. Силы тьмы могут быть значительными, но они не могут выдержать даже маленького пламени свечи. Их величие — только видимость, потому что, в сущности, у тьмы нет существования самого по себе. Она только отсутствие света.
У света есть свое существование, и иметь свое существование — истинная сила.
Рассвет обязательно придет. Ночь может быть долгой. Муки могут быть сильными. Тьма может становиться все темнее и темнее, но ничто не может помешать новому человеку появиться на горизонте.
В некотором смысле, он уже пришел, его нужно просто распознать.
Всегда нужно помнить об одном: все разрушительное бессильно, только созидание имеет потенциал, силу.
Ненависть, гнев, ревность, отчаяние — они могут на мгновение овладеть вами, и вы можете решить, что все потеряно, но все они бессильны. Они не могут уничтожить в вас вечное существо. По сути, ситуация сегодня более пагубная, чем когда-либо раньше.
Но, насколько я понимаю, она может оказаться неприятностью во благо.
Ядерное оружие сделало саму войну устаревшей. Она бессмысленна. Третьей мировой войны быть не может, и это всецело заслуга ядерного оружия — потому что теперь нет смысла в войне. Никто не победит, никто не будет побежден, все будет уничтожено. Третья мировая война будет глобальным самоубийством, а жизнь не готова покончить с собой. Жизнь хочет больше жизни. Любовь хочет больше любви.
У всего прекрасного и настоящего в существовании есть внутренний импульс распускаться.
Поэтому я могу сказать с полной уверенностью, что третья мировая война никогда не случится.
Но она создала великолепную возможность, давление на сознание человека: если вы останетесь такими же сонными, как вы есть, это опасно. Что-то должно быть сделано, чтобы привнести больше осознанности, привнести больше любви, привнести больше света.
Ядерное оружие служит двум целям. Во-первых, оно исключило возможность третьей мировой войны, а во-вторых, стимулировало человека к росту в высшую сознательность, в более гармоничное существование.
Насколько я вижу, все идет хорошо.
Ошо, из того, что ты говорил о мастерах — твоих предшественниках, следует, что ни у кого или только у некоторых из них любовь была основой отношений мастер/ученик. Сострадание Будды кажется холодным и отдаленным.
Гурджиев, наверное, всегда оставался загадкой для всех окружающих. Они, должно быть, восхищались им, но не создается впечатления, что они любили его.
И, похоже, Кришнамурти никогда не позволял людям входить с собой в тесный контакт.
Хотя осознанность — величайший ключ, который я получил от тебя, я знаю, что я никогда бы не стал упорно продолжать, если бы не любовь, которую ты излучаешь, и любовь, которую ты пробуждаешь в нас.
Не мог бы ты разъяснить?
Это правда, что мастера прошлого были не просто холодными, они были истинно холодными. Они должны были, согласно их собственной точке зрения. Любовь, по их мнению, была самым опасным явлением. Все прошлое человечества контролировалось религиями, которые против жизни, против любви, против радости, против празднования.
По сути, в глазах так называемых религий жизнь — это проклятие, это грех.
По мнению западных религий, человек был рожден из греха, и жизнь — это наказание, потому что Адам и Ева не послушались Бога.
Это настолько неуместное представление — что сделали Адам и Ева. Сменились тысячи поколений, но каждый человек все еще носит с собой тот самый грех и понимание жизни как наказания. Адам и Ева были изгнаны из Эдемского Сада в наказание — вот как началась жизнь; и пока вы не пойдете в обратном направлении, отрекаясь от жизни, ее радостей, отрекаясь даже от плодов с древа познания, вы не сможете снова войти в сад Божий. Вы сможете снова войти, только если вы отречетесь от всего, что дает вам жизнь.
У восточных религий иное толкование, но оно указывает на то же. Вы были рождены ввиду порочных поступков, совершенных вами в прошлых жизнях, и вы были рождены в наказание — чтобы отбыть наказание за их последствия, и вы будете рождаться снова и снова до того момента, пока полностью не очиститесь. Это может занять тысячи жизней, и только тогда вы будете приняты обратно, в божественное, в истину.
Таким образом, ясно одно: все религии — восточные или западные — сходятся в одном, что жизнь — это не то, чем нужно гордиться, а то, чего нужно стыдиться. И мастера прошлого были частью среды, в которой были рождены.
Они восстали против многого, но это основополагающее, вся религиозность основана на этом: человек должен полностью отрезать себя от всякой любви, всякой близости к другому. Он должен быть абсолютно обособлен и одинок.
Естественно, они боялись и были холодны.
И это одна из причин, почему все религии против меня: я вынимаю из их теории краеугольный камень.
Для меня религиозность означает тепло, для меня религиозность означает любовь. Для меня религия не означает, что вы должны быть камнем — превратить свое сердце в камень. Для меня она означает, что вы должны растаять в тысячах близостей, что вы должны исчезнуть — и останется только любовность.
Все религии осудят меня. Я могу понять их осуждение, потому что, если я прав, то все их прошлое и их так называемые мастера оказываются неправы. Они вынуждены быть против меня, потому что слишком многое находится под угрозой. Но они не победят окончательно, потому что холодность бесчеловечна — а кого волнует Эдемский Сад и что вы там будете делать? Адам и Ева, прежде чем они ослушались Бога, были просто животными. Их неповиновение было первым признаком того, что человек становится независимым от животного начала, их неповиновение было первым актом разума.
Я очень уважаю Адама и Еву, но не уважаю Бога, который их изгнал. Он просто мерзкий диктатор, который своим же детям мешает стать мудрыми, съесть плод, который сделает их вечно живыми. Что это за отец, который не хочет для своих детей… Две вещи — познание и вечная жизнь. Тогда чего же он хочет? Чтобы они просто продолжали щипать траву в Эдемском Саду? Если бы Адам и Ева не ослушались, вы бы не сидели здесь, вы были бы в Эдемском Саду — но не человеческим существом.
Сейчас в Англии насчитывается тридцать тысяч человек, которые поклоняются дьяволу, — они говорят, что либо Бог мертв, потому что ничего о нем не слышно с тех пор, как он создал Вселенную, либо он бросил существование на произвол судьбы и не заботится о том, что здесь происходит. И вы не можете опровергнуть их доводы: в них есть определенная правда. Продолжают происходить мировые войны, а Бога это не беспокоит — зато его очень обеспокоило, что Адам и Ева вкусили плод с древа познания, но его абсолютно не беспокоит, что Адольф Гитлер убил много миллионов людей.
Эти люди, которые поклоняются дьяволу, — они называют себя сатанистами — выдвинули весьма неожиданную теорию, что дьявол — это сын Бога, непокорный сын, конфликт поколений. И либо Бог стал дряхлым и бросил мир, либо умер. Но у них нет одного существенного аргумента, который я бы им все-таки посоветовал привести, что именно дьявол подсказал Еве взбунтоваться, ослушаться, иначе она бы осталась животным.
Все человечество и прогресс были бы невозможны без дьявола. Они не добавили этот аргумент. Они должны добавить его, потому что это самый сильный аргумент: кто бы мы ни были, воздать должное за нашу эволюцию нужно дьяволу.
Я не призываю вас начать поклоняться дьяволу. Для меня что Бог, что дьявол — и тот, и другой вымысел. Ни один из них не существует.
Но ясно одно: весь человеческий прогресс зависел от неповиновения, от сомнения, от скепсиса; не от наивных, или от верующих, или от верных, а от тех, кто задавал вопросы и находил ответы. Очень немногие способствовали всему прогрессу человечества.
Эти мастера, которые были очень холодными, тоже внесли свой вклад. Они могли бы сделать гораздо больше, но их холодность лишила человечество многого. Они были все мужчинами-шовинистами, и они все думали, что женщина — это дорога в ад, поэтому женщину нужно избегать.
А женщина — это источник теплоты. Ее любовь, ее преданность; если это совместить с мужским разумом, ее сердце совместить с его головой — то чудеса возможны. И в этом заключается мой основной вклад: я хочу, чтобы мужчина и женщина были вместе, росли в гармонии, в глубокой близости и гармонии.
Мы можем создать совершенно иной мир.
Сейчас он такой несчастный. В наших руках сделать его счастливым, полным смеха. И я не вижу, чтобы была какая-либо причина, по которой люди счастливые, блаженные, поющие, танцующие, празднующие каким-либо образом вредили существованию. Они улучшают существование, они делают его более живым.
И если все человечество будет жить в любви и теплоте, духовный рост станет очень простым. Он не будет таким трудным и таким долгим путешествием. Он был трудным и долгим, потому что он был холодным.
Вы можете достичь предельного, всю дорогу танцуя, всю дорогу напевая. Нет противоречия в том, чтобы быть блаженным, быть любящим, быть теплым и быть духовным. По сути, вы не можете быть духовным, если вы не способны делиться своей любовью, если вы не способны делиться своим сердцем.
Ошо, из рассказов о времени, пока ты еще не стал просветленным, похоже, что ты был хозяином и будильником своего окружения всегда и везде. Является ли разница между мастером и учеником только разницей в сознании, или существует нечто вроде личности мастера и личности ученика?
Дело в том, что существует разница типов. Не все могут быть учениками. Я сам пропустил стадию ученичества. Многие жизни я искал, но я не смог стать учеником.
Я вступал в контакт со многими мастерами, но быть учеником не в самой моей природе. Я должен был идти один, я должен был найти путь сам. Дело было не в эго, дело было не в том, что я не хотел учиться у других, — я был абсолютно готов, но чего-то не было в самом моем типе.
Не все могут быть учениками, и не все также могут быть мастерами.
Похоже, что есть разница в типах личности — не только разница в сознании.
Было много учеников, которые достигли просветления, но никогда не стали мастерами.
В этой жизни я знал одного весьма незаурядного человека, Масто. Слово означает «опьянен божественным» — и он был опьянен божественным, человек высшего разряда, но не мастер. Он остался учеником даже после того, как стал просветленным.
И я разговаривал с ним снова и снова — потому что он очень сильно меня любил, и я сказал: «Теперь твой мастер мертв, и ты должен распространять его слово, его послание».
Он ответил: «Я думал об этом, но это не затрагивает ни одной струны в моем сердце. Я вполне счастлив быть просто учеником. Неважно, что мой мастер мертв, мое ученичество не мертво, я все еще жив».
И дело также не в иерархии, что якобы мастер выше, чем ученик. Весь этот вздор не является частью духовного мира. Ученик может достичь того же уровня сознания, что и мастер, но даже если мастер сейчас начнет поддерживать его в том, чтобы он стал мастером, это будет просто невозможно. Этого нет в его природе. Этого нет в его крови, и костях, и плоти.
Дело не в том, что кто-то выше, а кто-то ниже. Разница примерно такая же, как между мужчиной и женщиной — никто не выше, никто не ниже.
Но мужчина не может забеременеть. Он не может стать матерью. Женщина не может стать мужчиной.
Такие попытки предпринимаются, но они порождают только дураков. Есть мужчины, особенно в Калифорнии… Калифорния — это просто человеческий зверинец. Все, что может быть глупого, несуразного, абсурдного, найдется в Калифорнии.
Я получал письма из Калифорнии: несколько мужчин хотели стать саньясинами, но они хотели моего разрешения одеваться как женщины. У нас уже достаточно здесь женщин — мужчин не хватает! Ситуация настолько усложнилась, что женщины ухаживают за мужчинами. Естественно, когда чего-то не хватает… в иной ситуации женщина не ухажер. Она любит, чтобы за ней ухаживали, это для нее естественно. Но сколько в коммуне вам ждать естественного — никто не начинает за вами ухаживать. И саньясинки писали мне письма: «Что нам делать?»
Я сказал: «Ничего не поделаешь. Начинайте ухаживать! Забудьте о природе. Возможно, мы подошли к тому моменту, когда нужно выйти за пределы природы».
Я вынужден отказать этим людям; у нас дефицит, и они создадут еще больше проблем.
Почему мужчины хотят одеваться как женщины? Почему женщины хотят одеваться как мужчины? Почему вы не можете быть просто собой? Потому что мы создали иерархии — и они все созданы человеком.
По крайней мере, в духовном мире нет иерархии: мастер не выше, чем ученик. Мастер — это мастер, а ученик — это ученик. Вместе они совершают нечто сверхъестественное. Ни один мастер не справится с этим, ни один ученик не справится с этим, они дополняют друг друга. Они изначальны.
Как только вы поймете, к какому типу относитесь, все станет очень просто. Тогда вы прекращаете попытки быть кем-то другим. Вы просто следуете своему типу, и не тратите свои жизнь и время, и вкладываете всю свою энергию только в свой тип. И тогда для вас открываются все возможности прийти к цветению.
Ошо, на днях ты сказал, что прилагаешь максимум усилий, чтобы держаться в своем теле, потому что большинство из нас не готовы еще увидеть тебя и твое Ничто.
Ошо, то, как ты сказал это, отозвалось где-то очень глубоко во мне. Я слышал и чувствовал столько всего другого, как, например: «Да ладно! Почему ты ждешь? Больше нечего ждать!» Там была такая невероятно сладкая убежденность, почти что соблазняющее приглашение растаять в твоем существе и в существовании.
Я не знаю, как мне все еще удается сопротивляться. Возможно, тебе действительно нужно подождать и потолкать нас еще немного. Я знаю, это не вопрос, но я все равно хотел это сказать.
Я тоже знаю, что это не вопрос, но все равно я отвечу на него! Гита… можешь ликовать! Нет оснований для беспокойства. Я могу ждать столько, сколько тебе нужно.
Ожидание для меня не проблема. Я начинаю привыкать, потому что годами я как-то шатался вокруг, но теперь я стал специалистом в шатании вокруг. Поэтому тебе не нужно волноваться. Не торопись.
Просто помни: что бы я вам ни говорил, я приложу все силы, чтобы сдержать свое обещание, но это не полностью в моих руках. Я в руках существования: пока оно будет позволять, я буду здесь, чтобы продолжать стучаться в ваши двери.
Но не принимай это как должное, потому что это не может длиться вечно.
Ошо, когда я впервые прочитал твои книги, до меня с предельной ясностью дошло, что «этот человек говорит истину. Он знает ее и он — это она». Как можно определить, что это истина, не зная ее? А есть многие люди, которые, я думаю, более осознанны, чем я, и у них больше жизненного опыта, и все же они не признают тебя. Мое признание и их не-признание — просто разные виды сна?
Нет. Если ты слушаешь меня или читаешь мои книги, не привнося свои предубеждения, не привнося свои знания, свой так называемый жизненный опыт, то ты сразу же определяешь, истина это или нет.
Поэтому первое: ты определил ее не потому, что ты намного более опытный, намного более эрудированный, намного более предубежденный, но просто потому, что ты более невинный, а в невинности есть ясность.
Другие, которые, как кажется, знают больше, просто утратили свою невинность, они не знают ничего, только мусор, который они вынесли из переживаний, или из книг, или из университетов. Их головы полные и тяжелые, и очень трудно проникнуть в их головы — они на самом деле переполнены.
В мире их будут почитать как мудрых людей. Истина в том, что они не такие.
Но массы впечатлены их эрудицией, хотя эрудиция — это не знание, эрудиция — это всего лишь повторение чужого. Знание ваше собственное.
Это произошло с тобой, потому что ты не эрудированный, ты не полон мусора, собранного из всевозможных источников.
Твой вопрос существенный: «Если я не знаю, что истина, а что не истина, как я сразу определил, что этот человек говорит истину?»
Вы не осознаете, что истина — это не что-то далекое от вас, это нечто внутри вас. Вы можете не осознавать ее, но если вы читаете или слышите что-то, даже если это просто отголоски, напоминающие вам об истине, которая скрыта за вами, в вашем самом сокровенном центре произойдет узнавание, моментальное узнавание. Это не вопрос знания истины или не знания истины. У вас есть истина. Ваше существо есть истина.
Как вы определяете, когда видите в зеркале свое лицо, что это ваше лицо? Вы никогда не видели своего лица — насколько я знаю! Никто не знает своего лица, но перед зеркалом вы признаете, что это ваше лицо, потому что назначение зеркала — отражать.
Слушать меня — значит быть доступным зеркалу. Читать меня — значит быть доступным зеркалу. А то, что ты определяешь как истину в тех словах, — просто отражение тебя.
Эрудированные люди испытывают трудности, потому что они не чисты, поэтому, что бы вы ни говорили им или что бы они ни читали, они интерпретируют. Их ум постоянно комментирует это. Поэтому то, что они видят в зеркале, не мои слова, а их собственные комментарии — которые не имеют ничего общего с истиной.
Поэтому, во-первых, им будет трудно узнать.
Во-вторых, для людей, которых почитают как эрудитов, — людей, которые обладают здравым смыслом, святош, ученых мужей — для них мои слова будут вызовом, и они предпочли бы сокрушить эти слова, стараться не замечать их, потому что в них опасность. Все их почтение в опасности. Если я прав, то вся их жизнь и все их переживания — заблуждение; и только очень немногие настолько честны с собой, что рискнут всем ради истины. Другие же рискнут истиной ради всего.
Почтение — великая вещь.
Случилось так, что один еврейский ученый — профессор в иерусалимском университете — заинтересовался словами Иисуса, в частности, авторитетностью, с которой он их говорил.
Он выслушал многих людей, но у этого человека был свой собственный способ. Никто из тех, кого он знал, не говорил с такой авторитетностью.
Он был великий ученый, поэтому он не мог ходить слушать Иисуса, когда тот проводил беседы, потому что люди увидят и подумают: «Ты такой великий ученый, а он сын простого плотника — необразованный, не умеющий читать, не умеющий писать — и ты пришел послушать его?» Это было вопреки его эго.
Поэтому однажды ночью, когда все отошли ко сну, он направился к Иисусу. Он разбудил его и сказал: «Пожалуйста, прости меня. Я профессор в университете, и я великий ученый в области религии. Я раввин, но меня, определенно, впечатлило, как ты говоришь, никто другой никогда так не говорил. Но я слушал тебя, только проходя мимо по дороге, двигаясь медленно, чтобы услышать немного больше, но я не могу просто прийти и послушать тебя, потому что на кону вся моя почтенность. Иудеи не простят меня, университет не простит меня».
Иисус сказал ему: «В этой жизни невозможно. Ты должен будешь переродиться».
Он не мог понять. Он спросил: «Что ты имеешь в виду?»
Иисус ответил: «Я имею в виду то, что ты должен будешь отбросить всю свою почтенность, всю свою эрудицию, если хочешь понять меня. Так не становятся учениками, придя среди ночи, как вор. Это показывает твою беспомощность и слабость. Поэтому исчезни! Приходи днем. Имей уважение к себе. Почему ты должен зависеть от уважения других людей? Только те люди, у которых нет самоуважения, зависят от уважения других людей».
Поэтому люди, которые знают больше, ничего особенного не знают, они как ослы, которые везут великие священные книги, — но это не значит, что осел становится раввином. Ослы остаются ослами. Груда священных книг не поможет.
Одна из самых больших проблем мира — так называемые эрудированные люди. Им труднее всех признать истину, потому что признание истины означает потерю уважения, учености, знания в большой степени.
Сократ выделяет две категории. Одну категорию он называет «знания, которые невежественны», а другую категорию он называет «невежество, которое знает». Прекрасное, четкое понимание. «Невежество, которое знает» означает невинность, когда нечего терять, нечем рисковать, — вы можете открыть свое сердце, вы можете погрузиться глубоко в воды жизни безо всякого страха.
А эрудированные, те, которые невежественны, не подойдут ни на шаг к тому, что может разоблачить их.
Самый великий враг истины в мире — эрудированный человек. А самый великий друг — тот, кто знает, что он не знает.
Ошо, у нас с подругой небольшое разногласие. Я утверждаю, что великий враг просветления — это комфорт, а она настаивает, что путешествия на реактивных самолетах гораздо хуже. Не мог бы ты просветить нас?
Нужно постараться понять, что не все решается в дискуссии или споре. Есть некоторые вещи, которые зависят от человеческих типов, от их предпочтений.
До того как вы вступили в дискуссию, ты уже принял тот факт, что вы оба одного и того же типа и у вас одинаковые предпочтения, что почти всегда не так.
Если кому-то нравится китайская еда, а кто-то не любит ее, дело не в дискуссии. Дело только в том, что нравится или не нравится.
Кому-то нравятся розы, кому-то нравятся другие цветы.
Это тоже вопрос типа и предпочтений. Не делайте это темой для дискуссий. Вы никогда не придете ни к какому решению.
Если вы предпочитаете комфорт, непринужденную стабильную обстановку, то постоянные перемены вас не устроят.
Но есть люди, которые предпочтут постоянные перемены. Они не могут оставаться в одном месте больше нескольких дней. Они не могут любить одного человека больше нескольких месяцев. Механизм их жизни приводится в движение совершенно иначе.
Споры не изменят этого. А в этом случае, действительно, немного странно, что мужчина предпочитает комфорт, а женщина предпочла бы быть цыганкой — это, действительно, очень редкое явление. Мужчина по своей сути цыган. Именно из-за женщины вы видите дома по всему миру, или хотя бы палатки. Именно женщина заставила мужчину жить в одном месте, создать прекрасный дом и не быть бродягой.
Но изначально мужчина был охотником. Женщина оставалась дома, а мужчина охотился повсеместно, проходя мили; иногда место охоты больше не давало еды, они должны были переселяться. Охотники вынуждены были постоянно перемещаться, потому что добыча стремилась уйти от охотников дальше. Именно женщина придумала земледелие — не мужчина. Теперь ты не можешь перетаскивать свои грядки с места на место, ты завяз, ты вынужден остаться здесь.
А у женщины есть причины оставаться на одном месте. Она станет матерью. Те девять месяцев, которые она вынашивает ребенка, она не может продолжать двигаться туда-сюда. У нее и без этого хватает забот.
Я не думаю, что мужчина смог бы вынашивать в животе ребенка на протяжении девяти месяцев. Он покончит с собой, вне всяких сомнений.
Женщина не может нормально питаться, пока внутри нее ребенок; ее тошнит, ей постоянно плохо, она лежит в постели. А когда ребенок рождается, ребенок слишком маленький — переезд из одного климата в другой, с одного места на другое не принесет ребенку пользы.
Земледелие против охоты — это был коренной вопрос, и земледелие перевесило охоту.
И кроме того, охота была отвратительна.
Женщина добрее, сострадательнее. Охота была чем-то уродливым, бесчувственным. Женщина — мать, и она знает: если ты убил мать, самку оленя, что случится с ее детьми? Ты убил львицу — что случится с ее львятами? Женщина была против охоты.
И, когда охота стала скудной и трудной, и бывали дни, когда приходилось голодать и затем добывать пищу, человек в конце концов решил в пользу земледелия. Но с земледелием все изменилось. Теперь палатки непригодны. Дома более долговечны.
Вот с этого момента и начался весь рост цивилизации. Теперь стали возможны школы, теперь стали возможны больницы. Появилось другое производство — промышленность, все стало возможно благодаря земледелию.
Но глубоко внутри мужчина остался охотником. Он не забыл радостей охоты. Он до сих пор хочет быть цыганом.
Но по твоему вопросу похоже, что мужчина хочет комфорта и чувствует, что в комфорте достичь просветления будет легче, а женщина хочет быть цыганкой, скорости реактивного самолета, она думает, что в таком постоянном вихре просветление случится проще. Никто не ошибается, никто не прав. Все зависит от личного чувства, типа, выбора.
Никогда не тратьте свое время на споры о таких вещах, как предпочтения. Просто примите: «Это то, что нравится тебе, это то, что нравится мне, и, к сожалению, нам нравится разное». Лучше закройте эту тему, а не обсуждайте.
И начинайте становиться просветленными!
Правильно, Гита?
Глава 40
В атмосфере празднования все правила устраняются
Ошо, говорят, когда Будда достиг просветления, вся Вселенная стала блаженной — цветы посыпались с неба, божества начали танцевать вокруг него. Сам Индра, король всех дэв, снизошел со сложенными ладонями и припал к стопам Будды. Деревья начали цвести, хотя не пришло их время, — все существование стало празднованием.
Хотя история, описывающая просветление Будды, — всего лишь поэзия, я полагаю, существование должно было наслаждаться и продолжает наслаждаться еще больше в твоем просветлении. Мне кажется, что в твоем лице все пробужденные существа прошлого орошают мудростью, любовью и состраданием эту истомленную, измученную планету в последнем драматическом усилии.
Ошо, что случилось, когда ты стал просветленным?
Явление просветления нельзя описать прозой. Проза слишком буднична. А явление просветления слишком поэтично.
Это предельная существующая в природе любовная история.
Проблема в том, как облечь в слова не выразимое словами.
Никакие деревья не цветут не в свое время. Никакие цветы не падают с неба. Никакие божества не танцуют вокруг просветленного. Но, тем не менее, все это правда. Это как будто деревья расцвели не в свое время. Помните об этом «как будто»: как будто боги танцевали вокруг просветленного, как будто все существование стало празднованием.
Оно становится празднованием, но это так тихо и спокойно, это так далеко от языка, что для описания этого нам приходится использовать воображаемые явления. Иными словами, деревья должны были бы цвести, хотя не время, — но они не цвели, должны были бы сыпаться цветы — но они не сыпались.
Вы должны постичь этот поэтический образ: когда кто-либо становится просветленным, это не только его просветление — потому что он исчез, вот почему есть просветление, — оно разносится по всему существованию, оно ощущается в каждой клеточке жизни.
И с каждой отдельной личностью, которая становится просветленной, весь уровень осознанности человечества немного повышается. Все, что человек являет собой сегодня, не благодаря его собственным усилиям; это заслуга тех нескольких просветленных людей во всем мире. Их можно пересчитать по пальцам. Но каждый исчезающий, став чистым светом, дал всему спящему человечеству невероятный импульс к высшему состоянию сознания.
Где бы мы ни были, мы в невероятном долгу перед теми, кого даже не знаем.
А с поэзией вообще проблематично. Одна проблема в следующем: когда вы объясняете ее, она становится прозой, она теряет свое поэтическое качество. Во-вторых, верящие, верующие считают, что это не поэзия, все, что говорится, случилось на самом деле, это история — не выдумка, а действительность. Они начинают злиться, если вы называете это поэзией, — хотя поэзия гораздо более выразительна, чем проза.
И такого рода поэзия использовалась для всех просветленных людей по всему миру.
Так получилось, что в первый раз, когда я приехал в Бомбей, — это было где-то в 1960 году — я выступил с речью на праздновании дня рождения Махавиры. А Бомбей — это оплот джайнов.
Я был совершенно незнаком им.
У них было два оратора. Меня представил им очень видный в Индии человек, очень простой и скромный человек; но, по чистой случайности, он был генеральным управляющим Джемналала Баджаджа в Вардхе. Джемналал Баджадж был одним из самых богатых людей в Индии, который пожертвовал всем ради борьбы за свободу. Он построил большую гостиницу, где одновременно могли размещаться по меньшей мере пятьсот человек, и там постоянно проходили конференции борцов за свободу. В конце концов он убедил и Махатму Ганди — кто был лидером — приехать в Вардху и недалеко за городом построил для него ашрам.
И этот старик, Чиранджилал Баджатья, отвечал за заботливый прием всех гостей. Эти гости в конце концов стали президентом Индии, губернаторами всех штатов, премьер-министрами, членами кабинета министров — все главенствующие посты после освобождения попали в руки этих людей, которые были гостями Джемналала — а Чиранджилал Баджатья заботился о них. Поэтому он был тесно связан со всеми индийскими общеизвестными лидерами, ни один человек, занимающий какое-либо высокое положение, не был ему неизвестен. И они все уважали его — потому что он был пожилым человеком, и он обслуживал их с такой любовью.
Мы встретились с ним, опять же, чисто случайно.
В Джабалпуре в горах есть великолепный комплекс джайнистских храмов. А у камней в Джабалпуре есть особенность — они все круглые. Большие камни, огромные камни, но все круглые, в форме яйца, которые подтверждают, что земли Джабалпура вышли из вод океана. Эти большие валуны перекатывались в воде на протяжении миллионов лет — вот откуда округлая форма… И не один — миллионы валунов. Это странная гора. Это необычная гора: сплошные валуны на валунах — в этом есть своя красота.
И там происходило празднование. Я пошел туда выступить с речью, и, когда я выходил, этот старик стоял у дороги. Утро было холодное. Старик закутался в одеяло. Он сбросил одеяло на землю и пригласил меня на него сесть, но я сказал:
— Твое одеяло испачкается.
— Не беспокойся об одеяле.
— Ты стар. Ты можешь простудиться.
— Не беспокойся. Просто сядь. Просто сядь со мной. Я не могу предложить тебе сесть на голую землю, — сказал он. — Я слышал всех великих ораторов этой страны — от низших до высших, как Махатма Ганди, — но так, как ты, никто не трогал мое сердце. У меня есть только одна просьба, пожалуйста, не откажи старику.
— Сначала скажи мне, что ты хочешь, — я понятия не имел, кто это был.
— Определенного числа этого года я приглашу тебя в Бомбей. Я хочу представить тебя выдающимся людям. Иначе они так и не узнают о тебе, как не знал и я.
А Бомбей — это настоящая столица индийской интеллигенции, предпринимателей; даже политики из Дели во власти людей Бомбея, потому что для выборов им нужны деньги, а все деньги сосредоточены в Бомбее.
Вы будете удивлены, но население Бомбея всего лишь десять миллионов — в стране с населением девятьсот миллионов — но в нем сосредоточена половина благосостояния всей страны. Десять миллионов из восьмиста восьмидесяти миллионов людей владеют половиной благосостояния страны. Безусловно, у них есть власть.
И он сказал мне:
Читать бесплатно другие книги:
