Без правил Мур Лина
– Ливи, – простонал Гранд.
Судорожно вздохнула и, передвинув один букет на локоть, сжала его руку.
– Я рядом, здесь, с тобой. А это… – не знала, что сказать, и только облизала пересохшие от волнения губы.
– Я знаю. Знаю, малышка. Только не плачь. – Ощутила поцелуй в волосы, но расслабиться не смогла.
Это оказалась самая худшая свадьба в мире, это был мой ад. Такого нервного потрясения я не испытывала за всю свою жизнь. И боялась, что откажет сердце или разум.
На долю секунды перед глазами появились черные точки, и я покачнулась. Сильная рука прижала меня к себе, а вторая помогла не рухнуть на пол.
– Дыши, Ливи, дыши. Я тоже тут, я ничего не скажу. Обещал тебе, обещал, – прошептал Гранд, но это не помогло. Голова закружилась сильнее, возможно, воздуха не хватало от силы, с которой он держал, возможно, просто больше не могла терпеть.
– Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту, – сквозь туман я услышала слова и громкие аплодисменты.
Начала крутить головой, чтобы хоть как-то прийти в чувство. Воздуха стало не хватать. Ноги задрожали, холодный пот выступил на лбу. Меня подхватили на руки, из рук пропали букеты.
– Ливи, только не отключайся, – громко сказал Гранд.
– Все хорошо, – пыталась убедить себя или его, уже не понимала.
– Ни хрена подобного. Все хуже, чем могло быть, – яростно прошипел он, а я закрыла устало глаза и положила голову на его плечо.
Гранд донес меня до нашей спальни и осторожно положил в постель. Стало легче, но в голове до сих пор шумело, и я не могла открыть глаза.
– Я принесу воды, отдохни. А потом соберем вещи, чтобы навсегда отказаться от прошлого. Уедем. – Это были его последние слова, перед тем как хлопнула дверь.
Больше не хотела сдерживаться, разревелась. Обнимала подушку и прижимала ноги к груди, предпочитая позу эмбриона. Почему? Чтобы чувствовать себя защищенной, но не удалось. Одна. Не смогла отпустить боль, не смогла справиться.
– Доченька, – на постель села мама, и я вздрогнула, открыв глаза. – Что произошло? Я видела, как тебе было плохо, а затем Гранд просто унес тебя оттуда. Все списали это на нервы, – продолжила мама, а я села на постели.
– Он все знает, – проплакала я.
– Что? – в ужасе прошептала мама.
– Да! Все! Он знает про отца, знает про все, буквально все! Кто ему рассказал? Я врала ему, чтобы только не вышла бойня тут. Он готов был разорвать папу, готов был убить его! А я соврала! Обманула его снова! – закричала я, сжимая кулаки.
– Не может быть, не верю, – в панике произнесла она. – А что он знает точно?
– Все! И теперь не смогу защитить… не смогу, а я хотела. Я все сделала, чтобы он не узнал. Попыталась забыть, и вроде получилось. Но я больше могу сдерживать его, мы уедем. Просто уедем отсюда, подальше от отца. И пусть он что-нибудь придумает, потому что Гранд убьет его, когда вернется. Я не смогу сдерживать его, – вопила я, как помешанная. Но была на грани безумства.
– Я поговорю с Хью завтра, а вам действительно лучше уехать. Ты молодец, ты сделала все правильно. Ты защитила его, ты предана ему, ведь он твой супергерой, – попыталась успокоить меня мама.
– Теперь я боюсь, а если… Господи, да почему все так ужасно? Почему этому прошлому не оставить меня в покое? – в отчаянии прохрипела я.
– Доченька, давай сделаем так. Ты пойди, приведи себя в порядок, а я скажу Гранду, что ты скоро спустишься. Побудете тут полчаса и уезжайте первым рейсом. – Мама встала с постели и посмотрела на меня.
– Я же смогу, правда? – спросила ее.
– Сможешь, ты сильная, ты невероятная женщина, и я тобой горжусь, – ласково произнесла она и поцеловала меня в лоб. – А теперь иди.
Мама подтолкнула меня к ванной, и я слабо улыбнулась. Спрятать. Уберечь. И самой затаиться. Только бы все получилось.
Я во второй раз за день поправила макияж и вышла из спальни. Войдя в полный банкетный зал, где уже все гости расселись по местам, я не нашла Гранда. Вздохнув, я подняла высоко подбородок и прошагала к столику.
– Оливия, как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила Кристалл.
– Все хорошо, слишком хорошо, и меня это растрогало, – соврала я, но не поверили ни Лес, ни Тео, ни Кори, ни Коул с Нейтом.
– Тогда выпьем за такой прекрасный день и за новобрачных, – предложила Кристалл и подняла бокал.
Папа улыбался, светился счастьем. Ненавидела. Хотела выплеснуть бокал в его лицо и разбить об его голову. Сдержалась и опустилась на стул.
Гранд появился через некоторое время, когда прошел танец молодых, когда уже меняли блюда.
– Ты где был? – спросила я его.
– Бегал, – холодно ответил он. Что-то изменилось. Не в интонации, да и в ней что-то. Он стал чужим, далеким. Я списала это на то, что он сидел рядом с матерью.
– Через полчаса уедем, – тихо сказала я.
– Хорошо, это я вытерплю. Ведь ты же никогда не обманешь меня, ведь ты рядом со мной. Я это сделаю, – уже теплее сказал он, и я кивнула.
Этим наше общение ограничилось, и он залпом выпил бокал шампанского.
– Лив, все хорошо? – спросила Кори.
– Потом, – шепнула я, и подруга кивнула, изображая для всех улыбку.
В горло не лез ни кусочек из богатых блюд за столом, ничего. От всего воротило, и я просто смотрела в тарелку.
Гранд резко встал, и я испуганно вздрогнула, подняв на него глаза. Но он смотрел куда-то вдаль. Схватив меня за руку, он чуть ли не оторвал ее, поднимая и меня. Далее все было настолько быстро, что я едва успевала идти за ним на высоких каблуках. Мы оказались на сцене, и теперь весь зал озадаченно смотрел на нас.
– Дай сюда, – грубо сказал Гранд и выхватил микрофон у опешившего ведущего. – Оливия Престон, ты хочешь выйти за меня замуж? – громко спросил он, а весь зал охнул.
Я раскрыла рот от удивления, от непонятных чувств, которыми окатило меня. Просто онемела, хлопая ресницами.
– Что? – переспросила я.
– Оливия Престон, ты хочешь стать моей женой? – отрывисто повторил Гранд в микрофон.
Тишина могла стать осязаемой, а я смотрела полным непонимания взглядом на мужчину, который сверлил меня глазами. Он сделал мне предложение? Сейчас. Прямо здесь. Чтобы доказать мне, что я для него важнее всех. Он нарушил все правила своей жизни и сейчас стоит тут и ждет моего ответа. Но я не готова, я не могу так с бухты-барахты ответить. Слишком много эмоций и потрясений. Слишком много прошлого и ненависти. Слишком слаба…
Глава 74
– Тебе нужно ответить, – напомнил Гранд.
– Да. Хочу, – уверенно произнесла я, а он ухмыльнулся.
– Браво, Оливия. К счастью, я не хочу. Кто захочет жениться на испорченной шлюхе? Есть такие? Вряд ли. А если она к тому же еще и прекрасная лживая актриса, то лучше сразу повеситься. Нет, Оливия Престон, я никогда не возьму в жены такую, как ты. Я испортил тебя, но мне ты больше не нужна. Налетайте, парни. – Он бросил микрофон и спрыгнул со сцены.
Убита? Сломлена? Унижена? Да. Да. И еще раз да. Я стояла будто голая на сцене, и повсюду раздавались смешки. Повернув голову, я увидела побледневшие лица мамы и Патриции, слезы в глазах Кори, ненависть со стороны мужчин за семейным столом.
Бежать. Подхватив юбку, быстро спустилась со сцены и выбежала в холл. Услышав с улицы мотор машины, рванула туда. Мыслей не было, одна паника внутри. Потом пожалею, знала. Но сейчас не могла иначе.
Дождь лил как из ведра, мое платье тут же отяжелело, и я сквозь поток воды разглядела фары. Выскочив на дорогу, я просто ждала, когда машина собьет меня. Но тормоза взвизгнули, и выскочил владелец автомобиля.
– Свалила отсюда, сука! – заорал Гранд.
– Объяснись, живо! – приказала я, не двигаясь с места.
– Объясниться? Серьезно? Ты охренела. Я доверял тебе, я жил тобой, а ты все знала. Ты предала меня, ты законченная тварь. И теперь я ни за что не пощажу ни тебя, ни твоего отца. Твои слезы, твой обман, лишь бы выгородить папочку, когда я только открыл тебе свою душу. Только тебе! А что сделала ты? Ты обманула меня, обещала и обманула, потаскуха! – вопил он.
Боялась, но не этой силы, что была сосредоточена в его теле. А конца, который неизбежен.
– Я любил тебя, мать твою! Я любил! А ты разрушила все, ты была с ним заодно. Ты только играла, мучила меня и приехала лишь затем, чтобы сломать? Не дождешься, я сильнее, на умного всегда найдется кто-нибудь умнее. А ты жалкая девка, которой лишь пользуются. И так будет всегда! – продолжал он втыкать в меня нож, а я стояла и продолжала любоваться им. Дура, полная дура!
– И ты решил, что имеешь право так унижать меня? Никакого, слышишь, Гранд? Никакого права ты не имеешь так поступать! Я тебя, урода, защищала, чтобы ты не испытывал боли, чтобы ты не знал ни о чем. Но и оправдываться я не буду, потому что ты не заслужил этого, – чеканила каждое слово.
– Действительно? Заслужил? – рассмеялся он. – Принцесса, да ты не в ту сказку попала. Ты утонула в своих пороках, ты жадная на секс девка. Ты решила, что твое тело и отличный отсос заставят меня забыть, что твой отец убийца. Так вот, ты просчиталась. Ты проиграла, малышка Ливи. А я снова выиграл. Оставил тебя униженную и облитую говном во второй раз, а ты пришла сюда умолять меня остаться с тобой? Не мечтай. Ты не стоишь ни волоска с моей головы. Такие, как ты, только для развлечений. И даже любовь, которую я вроде как испытывал, мигом прошла. Но аплодирую тебе, никогда не умрешь от голода, Голливуд заберет тебя с ногами или руками. Потрясешь там своей задницей, тебе не привыкать!
– Закончил? – Откуда взялось столько спокойствия и силы, я не знала, но уже продолжила уверенней. – Если бы ты пришел ко мне и спросил, а не подслушивал мой разговор с мамой, то ты бы узнал, что ты стал моим супергероем, тебя я защищала и продолжала бы, если бы ты не повел себя как ребенок. Но привыкла к твоим играм, меня они не трогают, выработался иммунитет. Тебе пора повзрослеть, принять жизнь такой, какая она есть. Ты говорил мне, как любишь, как дорожишь мной, и я поверила тебе. Ты просто сам лжец. Ты трус! Ублюдок! Ты боишься всего и вся. Ты убежал от меня, от прошлого. Но пока не разберешься в нем, оно не отпустит. Это я уже прошла…
– Трус? – с отвращением произнес он и сделал шаг ко мне, но я выдержала испытание, я стояла ровно, не двигаясь. – Ты не имеешь права называть меня так после всего, что ты сделала. Ты защищала не меня, а своего отца. Прикинулась невинной овечкой. А я спрашивал тебя, и ты, прямо глядя мне в глаза, соврала. И я должен говорить с тобой? Слушать тебя? Ты лживая потаскуха. Ты думала только о своем любимом папочке, который убийца! И я отомщу, поверь, отомщу и тебе, и ему.
– И своей матери заодно, – подсказала я. – Так давай вперед. Ведь ты всегда думал только о себе, только о себе любимом. Ты никого не можешь любить по определению. Ты пел! Ты пел для меня, а я была тебе верна всю свою жизнь. А знаешь, почему стою тут и разговариваю с тобой? Потому что поняла, что настоящая любовь – это не розовая романтика: цветы, утро вдвоем, помолвка, свадьба и дети. Перед этим суждено обоим пройти через ссоры, прошлое, обиды, ревность, вранье, недостатки и, возможно, даже предательство. Через это проходят все, кто желает любить, кто ищет вторую половинку. Но лишь те, кто сможет простить и пережить все вышеперечисленное по-настоящему любят. Любовь – это не слова, это не поступки и не песни, не послания в небе, не письма. Это преодоление трудностей рука об руку. Им ничего не страшно. Ведь их любовь ничего не боится. Я выбрала тебя, потому что готова была отдать тебе свою жизнь, готова была ради тебя перечеркнуть всю себя. Подарить как сердце, так и душу. Готова была растоптать свою гордость и самолюбие. Готова пойти на жертвы, любые, причем. Я поставила тебя на первое место, оставив себя на втором. А твои слова – это пыль, это ложь. Потому что ты трус и остаешься им. Любить дано не каждому. И сейчас мне тебя искренне жаль, я ухожу. А ты остаешься тут, тебе некуда идти. Ведь если я предложу свою руку, ты откажешься, ты фыркнешь и не решишься. Но я все же предлагаю тебе не разрушать все, а поговорить, как взрослые люди. Не делай этого, Гранд. Не убивай нас обоих, мы не справимся.
Я начала быстро дышать, насыщая тело кислородом. Ни одной слезинки, ни одного раскаяния. Дождь заливал нас. Не ощущала. Только холод внутри и тишину. Рука сама протянулась ладонью вверх и упала через некоторое время.
Я отступила от дороги, не смотря на Гранда.
– Красивые слова, Оливия. Только никто в них не поверит. Ты показала свою сущность, свое гнилое нутро. И мне противно от того, что я спал с тобой, что целовал тебя, что восхищался. Я ненавижу тебя всей душой. И я желаю тебе закончить жизнь так же, как сделал это мой отец, твой папочка тебе с радостью поможет. А я понаблюдаю, как ты будешь корчиться в агонии, ведь ты о ней ничего не знаешь. Ты меня не знаешь. Чтобы ты провалилась сквозь землю и попала в ад. А там встретимся, и я снова выиграю, – последовали слова в мою спину, а я печально и горько улыбнулась.
– Я люблю тебя, Гранд, – тихо сказала я. – Ты был дорог мне больше всех в жизни, а сейчас ты растоптал мои чувства. Ты сказал достаточно, чтобы любая другая возненавидела тебя. Но я не в силах даже после всего этого цирка. Но и простить тебя никогда не смогу. Ты ожесточил меня, ты наигрался, хотя сам себе врешь. Тебе обидно, и ты зол, я все понимаю. Но ты не имеешь права бить по больным местам, это запрещенный прием. Хотя без правил, верно? Ты специально делаешь больно окружающим, лишь бы не показать свою уязвимость. А чтобы защищаться и жить, бороться и быть счастливым требуются два человека. И я надеюсь, что когда-нибудь тебя кто-то станет достойным. Мне плохо сейчас, гадко внутри, потому что это точка в нашей с тобой истории. Это конец. И обратной дороги нет.
– Пять с плюсом за сообразительность, – рассмеялся Гранд.
– Ах ты, сукин сын! – закричал за спиной Тео, но я успела его схватить за руку.
– О, как мило, братик пришел набить морду за сестренку, – ехидно заметил Гранд. – Тогда начни с собственного отца. Вы все лживы до отвращения!
– Тео, не стоит. Все хорошо, – спокойно произнесла я.
– Но он же… он! – кричал брат.
– Прощай, Гранд. Желаю тебе самого лучшего. – Я глубоко вздохнула и бросила последний взгляд на того, кого так сильно любила. Сердце разбилось, и его больше не собрать. Я и не хотела.
– Чтоб ты захлебнулась своим ядом, Лив! Ненавижу тебя! Ты предала меня! Мать твою, ты предала мою любовь! – заорал он, но я начала шагать к дому.
Пуста. Одинока, и только холодный дождь, оплакивающий мое унижение. Но не было стыда, не было ничего более внутри. Усталость и нежелание двигаться куда-то.
Больше меня не существовало, я не знала правил, когда вступила в игру. А правил попросту не было, жизнь играет жестоко против тебя. И одной не выстоять в этой схватке, а мой партнер бросил меня в этот раз, оставив дыру в груди. И не было возможности спастись из этой клетки, я добровольно шагнула в нее. Он просто не любил. А я не была готова к последствиям и ответственности. Больше не играю, больше не живу, я только оболочка без души и сердца. Гранд забрал у меня все самое ценное, что было. Мою любовь. Она мне помогала двигаться, жить и желать мщения. Глупо. Слишком глупо. Он должен был выслушать меня, решить проблему рационально, но не хотел. Ему привычней убегать, делать больно и наблюдать за мучениями.
Этот день стал для меня последним в моей истории, а впереди только серые будни и никакой радости. Когда-нибудь снова начну улыбаться, радоваться и смеяться. Время оно не лечит, оно только немного притупляет воспоминания, но не может стереть их. Когда-нибудь мы встретимся вновь, но больше не буду плести свою паутину, я буду просто смотреть. Возможно, это не оставит меня равнодушной, но той любви, которую сегодня он растоптал и выплюнул в меня, никогда не испытаю. Такое не повторяется. И я в этом уверена.
Ни слезинки не пролила, пока шла обратно к дому. Гости, наблюдающие за этой сценой, расступались передо мной, а я гордо шагала. Ведь я выросла и достойно могла принять все насмешки и шепот за спиной. Но только потому, что знала – продолжения никогда не будет. Я обещала бороться, и я это сделала. Но бороться оказалось не за что. Гранд в этот вечер навсегда был вычеркнут из моей жизни.
Глава 75
Гранд
– Вот это моя история жизни, папа. И я полностью убит. Знаешь, что для меня стало самым болезненным? Ее предательство, ее ложь и красивые слова, которые она мне говорила. А все было притворством, она переживала не за меня, а за твоего убийцу. Она оберегала его! Когда должна была все отдать мне, и только мне! Она обманула, так подло и так глубоко, – прошептал последние слова и вытер лицо от дебильных, ненужных слез, сидя на траве у каменной могильной кладки. – Я отомщу, папа. Не знаю как, но я сделаю все, чтобы твое имя больше не валяли в грязи. Я ведь, как идиот, испугался за нее, готов был простить Хью и всех, вместе взятых, папа! А оказалось, причиной обморока и переживаний стал не я. Верил ей, доверился полностью первый раз за всю свою жизнь. Так любил ее… а сейчас себя ненавижу. Но мне в тот момент необходимо было унизить ее, заставить переживать то же самое, что и я, когда услышал, как она переживает о своем отце и моем взрывном характере. Но в ту же секунду все оборвалось, я даже слышал, как мое сердце остановилось и пошло размеренно и четко. Она предала меня, а я любил! Папа, да за что мне такая жизнь? За что я встретил ее, а ты встретил мать? Я один, всегда был один, папа. Всегда, пока не появилась она. Я ведь возвел ее в ангелы, а она оказалась падшей. Я души в ней не чаял, а она вырвала мое сердце. Один день, и я сломлен, – продолжил я.
Тишина, которая была на кладбище, не давала покоя, а только усугубляла боль внутри. Уехал, потому что видеть ее холодное выражение лица, ни единой слезинки по нашей близости, а только лихорадочный блеск триумфа в глазах я не мог. Боялся просто показать, насколько я слаб перед ней. Но Лив стала для меня врагом. А самое смешное – это то, что она выиграла. Она победила, забрав у меня мое сердце, мое тепло и мою душу. Я пуст и снова один. Это мой конец жизни в роли влюбленного Бэмби. А завтра проснется другой человек. Еще более жестокий, ненавидящий всех и желающий только разрушать жизни. И он добьется этого. Он встретит ее снова и не предаст себя.
В реальном мире игры заканчиваются плохо, чертовски плохо. А если добавить к сценарию прошлые тайны, лютую ненависть, невозможную любовь, то хеппи-энда никогда не будет. Ведь это жизнь, а не кино, где главный герой забывает обо всем и прощает свою возлюбленную, которая предала его, нанесла самый болезненный удар, а всего лишь потому, что была для него самой родной и близкой. Но это, к сожалению, не фильм. Что бы она ни говорила, как бы ни объясняла, я больше не смог бы поверить. Если доверие истоптано, оно и остается в грязи.
Принц превратился в жабу в ожидании другой принцессы, которая должна вернуть ему искру в сердце. Но уже не в этой истории.
– Я проиграл. Потерял все самое ценное в этом мире. Потерял ее. Черт, больно любить ее, когда больше ни во что не веришь. Первый раз за всю мою жизнь готов унижаться сейчас, вернуться и просить прощения. Но ничего не соберет мое сердце. А она? Малышка Ливи больше никогда не будет моей. Упустил, – проскулил я.
Боль затопила все внутри, не дав больше произнести ни слова, оставив только громкие рыдания, как у ребенка. Иначе невозможно справиться с потрясением. Ведь я любил, а она играла без правил…
Продолжение следует
Читать бесплатно другие книги:
