Без правил Мур Лина

– Потому что жду своего принца, хотя мне кажется, я его уже встретила, но хочу убедиться, – задумчиво постучала по подбородку ногтем.

– Когда? – Удивилась Патриция.

– Сегодня. Высокий, темноволосый, элегантный, статный. Ему тридцать один год, и он из какого-то знаменитого английского рода, – довольно сообщила женщинам, наслаждаясь помрачневшим лицом Кристалл.

– Но он слишком взрослый для тебя, – в голосе матери Лестера прозвучало раздражение, на что я улыбнулась.

– Нет, в самый раз. Мужчина, уже увидевший в жизни много, с опытом и своими позициями. Он не будет прыгать из койки в койку, потому что ещё молод и жаждет приключений, – продолжала я сообщать им подробности своей игры.

– Господи, Оливия, – Патриция спрятала улыбку и посмотрела на свою подругу, которая раскрыла глаза в шоке. Она поняла моё нежелание идти у неё на поводу, это ясно было видно по её сжатым губам и нервному глотку вина.

– Хотя ты права, – поддержала меня, после минутной тишины, Патриция. – Мы завтра приглашены к Кристалл, встречаемся семьями, как раньше. Только дети наши подросли, и хоть так мы соберём всех вместе…

– Да, только жаль не будет Риплей. Коул пока не может прилететь, Гранд его бросил в Нью-Йоркском офисе, пока развлекается здесь, – эта фраза была настолько пропитана ядом, что мне захотелось вылить вино этой женщине на голову за такое отношение к своей подруге. Щёки Патриции покрылись красными пятнами, и она опустила голову.

– С чего вы взяли, что он его бросил? – Встала я на защиту Патриции, чем привлекла внимание обеих женщин. – Коул работает на Гранда, это его обязанность подменять его, когда тот отсутствует. И вряд ли Коул и Лестер обижены материальной стороной. И это право Гранда, не так ли, миссис Пейтон?

Я растягивала слова, небрежно бросая их острыми стрелами в эту женщину. А Патриция посылала мне благодарственные флюиды, и я улыбнулась ей, ожидая ответа от «доброй» подруги.

– Да, возможно, ты права, – нехотя подала голос Кристалл. – А ты так хорошо общаешься с Грандом, что знаешь обо всех подробностях?

Теперь это был яд в меня, но умела выстроить вокруг себя стену от таких вот самовлюблённых «доброжелателей».

– Гранд мой будущий сводный брат, и да, мы хорошо общаемся, с дружескими подколами и шутками. И я рада такому исходу. С ним весело, вот буквально сегодня он отвёз меня на примерку, а затем мы пообедали, обсуждая и вспоминая весёлое прошлое и пакости каждого, – отчаянно врала я со сладкой улыбкой. – Гранд, вообще, удивительный мужчина. Всего каких-то пять лет, а такой бизнес на двух континентах, да ещё и не забывает своих друзей. Они как мушкетёры, один за всех и все за одного. Всем бы так.

– Да, Оливия, согласна. Такой дружбе можно позавидовать, – поддержала меня Патриция, но я знала, что битва ещё не окончена. Я затронула болезненную тему Кристалл. Она завидовала Гранду, что «бывший наркоман» взял под крыло её сыночка, хотя тот был не глуп и ничем не уступал сыну подруги. Но только ему удалось выбиться на вершину.

– Я припоминаю, что Тео недолюбливал Гранда, была там какая-то история, правда? – Она решила резать Патрицию без ножа. Я собрала всю любовь к ней и громко рассмеялась, отчего Кристалл прищурила глаза, ухмыльнувшись.

– Детские выходки, да, Патриция? – Смеясь, ответила я. – А всему виной девочки. Ох, уж эти парни в переходный период. Я даже из-за этого заклеила рот Гранда суперклеем. Помнишь, Патриция?

Я подбадривала совсем побледневшую женщину, которая готова была провалиться от возвращения в тот ужас, известный только ей одной.

– Да, – она слабо улыбнулась. – Было дело.

– А я ещё помню, как Лес, Коул и Гранд устроили состязание, кто первым поцелует Лизу. В итоге она выбрала Нейта, а парни лечились от гриппа из-за их «кто продержится дольше голым в городском открытом бассейне». А тогда было минус десять градусов, – я снова рассмеялась, плечи Патриции немного расслабились, а миссис Пейтон недовольно покривила нос.

– Сколько всего они вместе вытворяли, – покачала я головой.

– А потом Гранда отправили в закрытую школу, – резко сказала Кристалл.

– Я вот знаете, что думаю, – невозмутимо продолжила. – Что в этой школе ему раскрыли самую страшную тайну… как стать успешным. А может быть, это был Хогвартс? И теперь рядом с нами не Гранд Кин, а мистер Поттер, наколдовывающий себе материальное благополучие? М-м-м?

Я несла полную чушь, чтобы перевести всё в шутку. Хотя злость внутри разрасталась всё больше и больше из-за этого разговора. Подруга? Да сжечь таких подруг!

– У тебя богатая фантазия, Оливия, – сухо бросила миссис Пейтон и поднялась. – Спасибо за беседу, но мне уже пора. Встретимся на приёме, Патриция.

– Я провожу тебя, – Патриция тоже встала, а я продолжила сидеть и солнечно улыбаться, полностью принимая поражение моего противника. Она даже не удосужила меня взглядом, как и прощальными словами.

«Ха, будешь знать, как мою будущую мачеху обижать! Сучка белобрысая», – ликовала внутри.

Довольно вздохнув, положила голову на спинку кресла и позволила себе насладиться своим триумфом.

– Оливия, – тихий нежный голос Патриции заставил меня открыть глаза и посмотреть на неё. Она уже вернулась и сидела на диване. – Спасибо.

– Не за что, какая она злобная, – скривилась я.

– Есть такое, когда что-то не по ней, – печально ответила она.

– И зачем тогда дружить с ней? – Удивлённо спросила я.

– Мы давно знаем друг друга и вертимся в одном обществе. А такая, как Кристалл, может растоптать своим языком любого, – призналась женщина.

– Мда, не пожелаешь такую «закадычную» подругу даже врагу, – посочувствовала я Патриции.

– Оливия, это правда, что вы с Грандом наладили отношения? И… в общем, он не обижал тебя? – Нахмурившись, спросила она.

– Да, между нами всё хорошо. И нет, он не обижал, – соврала я, зачем ей ещё и мои проблемы, у неё у самой полный террариум ядовитых змей.

– Он хороший мальчик, просто слишком активный, – ласково проговорила она и улыбнулась, как будто своему невидимому сыну, сидящему рядом.

Я не смогла ни подтвердить, ни опровергнуть её слова, поэтому только промолчала.

Мы услышали, как хлопнула входная дверь, и Патриция вскочила, её лицо снова приобрело розоватый оттенок, когда вошёл в гостиную папа.

– Привет, дорогой, – проворковала будущая жена и оставила нежный поцелуй на губах Хью.

«Вот это любовь», – заныло у меня под ложечкой.

– Привет, – ответил папа и повернулся ко мне.

– Как работа? – спросила я, вставая с кресла.

– Ничего нового, – усмехнулся он. – Красавица моя, у нас только час, чтобы собраться. Оливия, не хочешь с нами?

– Оу, нет, – покачала я головой. – Я подожду Тео.

– Ну, хорошо, – улыбнулся папа. – Тогда Дороти накормит тебя в главной столовой, мы вернёмся поздно. Думаю, ты уже будешь спать. Поэтому говорю заранее, завтра мы с тобой поедем после завтрака гулять.

– Хорошо, – кивнула я. – Развлекитесь и за меня.

Сейчас чувствовала себя лишней, когда папа бросал страстные взгляды на Патрицию, а она краснела и скрывала улыбку.

Я была за них рада, безумно счастлива. Но так завидовала таким открытым чувствам, этим тёплым и влюблённым взглядам после стольких лет.

– Обязательно, – ответила Патриция, и я быстро вышла из гостиной, поднимаясь к себе.

Теперь мне предстояло с тяжестью в груди дождаться брата и услышать правду. Моё тело сковало ожиданием, я просто включила музыку и легла на постель, вновь позволяя прошлому предстать перед глазами.

Глава 10

Я сидела на ступеньках лестницы в ожидании Тео, рейс которого задержали. Он позвонил мне, как приземлился, а прошло уже полтора часа с того момента. Гранд не появлялся. У него есть в Лондоне квартира? Или он живёт у какой-то девушки?

Отодвинула от себя подальше мысли такого рода и снова упёрлась взглядом в дверь. Почему мне становится с каждой минутой так страшно? Кожа покрывается болезненными мурашками. Ощущение, что жду приговора… Возможно, это так и есть. Жду подтверждение слов Гранда, только после этого решу, как мне с ним поступать. Ненависть к нему ещё жила в моей душе, но теперь по соседству поселилась жалость.

До ушей донёсся звук открываемой двери, и я моргнула, концентрируя зрение на входящем. Вот появился большой чёрный дизайнерский чемодан, а вслед за ним мой родной человек. Всё такой же красивый, с тёплой улыбкой на его открытом модельном лице.

Горло сжало так сильно, что не могла вздохнуть, к глазам подкатилась волна горьких слёз. Я бросилась к Тео, чуть не поскользнувшись на полу, и упала в распахнутые объятья брата.

– Ливи, девочка, что такое? – Тихо шептал он, обнимая меня, и гладил по голове.

– Просто соскучилась, – всхлипнула я, вдыхая его свежий цитрусовый аромат.

– Я тоже, сестрёнка, – рассмеялся Тео. – Но такого эмоционального приёма не ожидал.

– Прости, – быстро вытерла слёзы и попыталась улыбнуться, сделав шаг от него.

– Пошли, я буду разбирать вещи, а ты мне всё расскажешь, – уверенно сказал он.

– Может, ты голоден? Я попрошу Дороти…

– Нет, объелся в самолёте, и мне нельзя форму потерять. На носу крупный заказ, – покачал он головой и, взяв меня за руку, а другой чемодан. Мы в тишине поднялись по лестнице в самую первую комнату слева.

Его спальня была в скандинавском, белоснежном стиле. Она отличалась от комнаты Гранда, которую я сегодня посетила. У брата она была светлая, как он сам. В то время как у первого была комната полная обещаний страстной ночи. Тёмная кровать на пьедестале с тёмно-синим постельным бельём, стены выкрашены в несколько оттенков серого. Это было логово вампира, заманивающего своих жертв к себе, искушающего их и затем смертельно ранящего. Да, это был один в один стиль Кина.

– Итак, рассказывай, – прервал Тео мою красочную картинку в голове Гранда-вампира в стиле «Сумерек».

– Ты прилетел раньше, – отстранённо начала я.

– Да, как только окончил съёмки, – улыбнулся брат, расстёгивая чемодан.

– Понятно, – почему-то духа не хватало обвинить такого родного в том ужасе, который рассказал Гранд.

– Ливи, ты плакала. В последний раз ты ревела…

– Давно, – перебила я его, а он прищурил глаза, изучая меня.

– Гранд? Снова он? – Зло пошипел он.

– Не совсем, – покривила я душой.

– Так, я сейчас позвоню ему и…

– Нет, подожди, – остановила его, как только он достал свой телефон из заднего кармана джинс.

– Это правда, что ты сказал Джулс о том, что Гранд наркоман, и из-за тебя его отправили на лечение? – Зажмурившись, выдала я.

В комнате повисла тишина, а я открыла осторожно глаза, встречаясь с побледневшим лицом брата, который, как мне показалось, даже забыл, как дышать. Моё сердце вновь заболело от этого мучительного ожидания, что я, уже не сдерживая в себе накал, крикнула:

– Отвечай, Тео, ты соврал этой девочке, что он наркоман?

– Он это рассказал тебе? – Подал голос брат, опускаясь на пол рядом с чемоданом.

– Да, он открыл мне правду, почему тогда прочитал моё письмо, из-за тебя, – сейчас я обвиняла Тео во всех смертных грехах.

– Я не говорил, что Гранд наркоман. Сказал, что он балуется травкой, и это было правдой, – тихо произнёс парень, смотря на свои кеды. – Потом попросил прощение у него и объяснил Патриции, что это всё ерунда, но она всё равно заставила сына сдать анализ на дозу препаратов в крови.

– Но он не был наркоманом, Тео. Я ведь тоже там была, хоть и маленькая, но помню только сигареты, – нервно сказала я.

– К сожалению, был. Анализы показали всё. И после этого Патриция отправила своего сына в клинику, где его лечили, и он одновременно учился. Но он мог там быть только год, врачи сказали, что степень зависимости была не такой запущенной, поэтому его удалось спасти. Но Патриция не спешила его возвращать домой. Она оставила его там, чтобы быть уверенной, что Гранд больше никогда не станет баловаться этим, наказать таким способом. Он в клинике поступил в Нью-Йоркский университет. И учился за большие деньги нашего отца по удалённой программе, и только раз в месяц его выпускали, чтобы он сдавал экзамены.

Он замолчал, а я смотрела впереди себя, переваривая информацию.

«…только лечить меня было не от чего…», – пронеслись в голове его слова, сказанные с такой горечью и печалью, что поверила. Я ведь ему поверила!

– Откуда ты знаешь так много? – Сглотнув комок в горле, спросила я.

– Папа рассказывал.

– Но Гранд утверждал, что не был наркоманом, – прошептала я.

– Разве убийца или алкоголик признает, что болен? Нет, конечно. Так и Гранд, он до последнего отрицал свою причастность к наркотикам, но ведь он сдавал анализы. Не обманешь систему. Ты сама должна это знать, – Тео выговаривал каждое слово с тяжестью, которая теперь сдавливала мой желудок.

– А потом он приехал и решил отомстить тебе за то, что ты его сдал, – продолжила за брата, он поднял голову и печально кивнул. – И тут была я… малышка Ливи, глупая… Боже…

Начала глубоко дышать, пытаясь насытить организм кислородом. Да почему так тяжело? Почему так тошнит и кружится голова? Опустила голову между ног и сжала, заставляя себя дышать глубже. Не позволяя себе новой порции жалости к себе.

Он снова меня обманул! Снова! Он решил, таким образом, огородить свою маму от меня? Какие мотивы были у него? Почему я опять повелась? Идиотка! Дура!

Ты осталась глупышкой Ливи, которая играет во взрослые игры с самим королём, умело руководящим тобой, как куклой. А ты радуешься глупостям. Вот, что такое играть по-крупному. Не делать маленькие пакости, а плевать в душу, взрывать сердце, затем в лицо просить прощение, когда уже ничего нельзя вернуть. Просить очень просто, только вот прощать – нет. И сам Гранд знал об этом.

Каждое его слово прокручивалось в голове, и теперь я понимала, что он отчасти говорил о себе.

«Такое невозможно простить…».

И он не простил. Гранд снова решил начать игру, теперь уже открыто. Поэтому он пришёл ко мне в первую ночь и показал письмо. Поэтому он купил цветы, поэтому он ревновал. Ему что-то от меня нужно. Но что?

Если спрошу у него об этом и напугаю, что испорчу свадьбу? Хотя я на такое никогда не пойду, слишком люблю отца и Патрицию. Не умею причинять боль тем, кого люблю.

– Ливи? – Меня потряс за плечо Тео. Я очнулась от своих похоронных мыслей и подняла голову.

– Всё нормально, просто мне хотелось знать, – ответила я на немой вопрос в глазах брата.

– Почему он тебе это рассказал? – Допытывался брат.

– Потому что думал, что узнай я его мотивы… лживые мотивы, не расстрою свадьбу наших родителей, – честно ответила, а губы брата сжались.

– Урод! – Процедил он. – Если он хоть пальцем тебя тронет, если подойдёт, я не посмотрю на наше перемирие…

– Успокойся, – попросила его. – Нам придётся как-то всем сосуществовать вместе. И необходимо забыть тот случай. Начать новую жизнь. Хорошо?

– Ливи, сестрёнка, ненавижу его, – скривился брат, смотря на меня блестящими глазами, подтверждающими его слова.

– Я понимаю, но ради отца мы будем вежливы и отпустим прошлое. Мы должны, это единственное, что можем сделать для нашего папы, чтобы он, наконец-то, был счастлив, – сейчас для меня было главным успокоить Тео, не дать ему натворить глупостей.

– Ты права, – сдался он. – Но если что-то…

– Ничего, поверь. И к тому же я уже взрослая и у меня вскоре, надеюсь, появится тут парень, – перевела я тему, настроение Тео тут же сменилось с мрачного на романтическое. И не дав ему вспомнить наш разговор и его чувства к Гранду, я в который раз стала наигранно весело рассказывать о Винсе.

Мы провели, сидя на полу ещё три часа, пока я спрашивала его обо всём. Я отвлекала, как могла. Отлично отыграла эту роль, хотя внутри меня происходило сумасшествие. Душа стонала от боли, от вранья.

Гранд весь пропитан ложью, полностью. И я ещё его жалела? Этого кукловода? Глаза снова наполнились слезами, но я больше никогда не позволю себе плакать. Нет! Никогда!

Вернувшись к себе в спальню, я взяла телефон: два сообщения от Винса и один пропущенный от него же.

Банальные романтические письма о моих глазах, о планах на завтра и о страстном желании увидеть меня. Пришлось ответить в том же духе, мгновенно пришли новые послания. И на послезавтра у меня назначено свидание с ним с обеда и «пока ночь не накроет одинокий город, каким он был без меня».

Я скривилась такому сообщению и отложила телефон.

Когда тебя бьют по одному и тому же месту, то, в конце концов, оно перестаёт быть чувствительным, следующий этап – атрофированность, а со временем отмирание с невозможным восстановлением клеток. Так сейчас моя душа стала этим местом. Она стояла на пороге первого этапа.

Я не выросла, ни грамм не поумнела, раз позволила Гранду ввести себя в заблуждение, по его отработанной схеме.

Хватит обещать себе, уговаривать себя и скулить, пора начать действовать!

Глава 11

Гранд

Что такое день сурка? Для меня это стало просыпаться с сухостью во рту, головной болью и ломкой во всём теле из-за «помощников» извне.

Сквозь пелену стука в висках и дремоту, я расслышал знакомый голос, который орал где-то рядом. Но отрицал появление его в своей голове и только сильнее зажмурился, закрыв уши подушкой.

Неожиданно меня кто-то ударил в плечо.

– Блять, Лес, отвали, – проскулил я, но получил ещё один удар, меня уже схватили за руку и резко приподняли.

Приоткрыл один глаз и по нему ударил яркий свет, а затем опять этот громкий голос разрезал мою голову:

– Ты совсем охренел?

– Тео? – Заморгал, настраивая резкость, и встретился с человеком, которого сейчас бы хотел видеть самым последним.

– Что разорался? – Продолжив бурчать, я сел на постели ровнее.

– А ну одевайся и поговорим, иначе не ручаюсь за себя, – грозно сказал мне он и вышел из спальни, громко хлопнув дверью.

– Твою мать, – сейчас мог только стонать и выть от вспышек в голове. Сжал руками её.

– Гранд, что происходит? – Позади услышал сонный женский голос и скривился.

– Тебе пора, – ответил я ей, не оборачиваясь.

– Что? – Девушка, видно, полностью проснулась от этой новости.

– Я вроде говорю на английском. Свободна! – обернулся на блондинку и повысил голос.

– Но… ты… я… – пролепетало тело, сверкая слезами в глазах. Вот мокроты мне тут не хватало!

– Ну, потрахались, что дальше? Ничего. Чао, – опять всё по новой. Надоело каждой объяснять свой принцип жизни.

– Что? – Воскликнула она, прижимая одеяло к груди. – Ты же сказал, что влюбился! Кобель! Урод недоразвитый!

В меня полетела подушка и несильно ударила по голове.

– Карина, или как там тебя. У меня жена есть, и она вчера мне сына родила, – в голове вспыхнули слова Лив, и я повторил их. – Я отмечал так.

– Сукин сын! – Закричала она, подскакивая с постели, натягивая второпях свои тряпки, а мне захотелось заржать на такую реакцию. Лив гениальна!

Но моя идиотская улыбка только усугубила положение, девушка уже набросилась на меня, пытаясь, видно, лишить меня глаз и, вообще, украсить лицо.

– Хватит, – рявкнул, хватая её за руки и толкая тело в нижнем белье на кровать. – Если надо я вызову охрану, тебя выведут.

Я молча развернулся и сбежал в ванную комнату, в закрытую дверь что-то полетело.

Блять, неужели опять мобильник?! Я же только вчера новый купил.

Прижавшись головой к двери, я попытался воссоздать вчерашний вечер. Но ничего, только то, как я заехал за блондинкой в офис, отвёз поужинать, потом в клуб, а затем пустота…

Надо прекращать так напиваться. Вторая ночь, а причина не изменилась – отвращение к самому себе. И теперь Тео заявился. Ему-то что от меня надо?

Я не спеша принимал душ, втайне надеясь, что Лес вызвал уже охрану, а эта девица не разгромила квартиру.

Но, видно, сильно погорячился со словами, потому что моя спальня была разбита. Плазма, висевшая на стене, уже лежала на полу, как и светильники, как и айфон, как и всё, что было сделано из стекла, кроме окон.

Цокнув недовольно языком, достал из шкафа свежие боксеры, джинсы и футболку. Осторожно обходя препятствия из разбитого стекла, добрался до двери.

Войдя на кухню, встретился с двумя злыми друзьями, которые готовы были меня разорвать. Лес стоял у барной стойки со сложенными на груди руками, а Тео стучал пальцами по столу, сверля меня ненавистью.

«Да что я такого сделал-то?» – Недоумевал внутри.

– Лес, дай таблетки, – нарушил тишину и сел на стул.

– Блять, Гранд, задолбал со своими шлюхами! Сегодня была истеричка, она орала так, что мы еле её выпроводили, и сказали, что ты больной на голову. Хотя не думаю, что сильно наврали, – фыркнул Лес, но всё же бросил в меня баночкой с обезболивающим.

– Ладно, буду снимать номера, и она разбила всю мою спальню, – пожаловался я, забрасывая в рот две таблетки. – Воды не подашь?

– Подавись, – Лес с силой бросил в меня бутылкой с водой, но в этот раз она не угодила в руку, я поймал её и запил спасительные пилюли.

– Тео, это ты виноват в этом спектакле, – обратился к другому парню, сидевшему за столом, пыхтящим от гнева.

– Я тебя убью сейчас, – процедил он и потянулся ко мне, но я отскочил, а Лес уже оказался рядом.

– Тео, успокойся. Объясни, что случилось? – Попытался хоть как-то утихомирить он взбесившегося оленя.

– Этот мудак рассказал всё Лив! Ты обещал, урод! Обещал, что не скажешь ей ни слова, никогда не напомнишь! – Заорал он, и до меня дошла причина такого приветствия.

– Я сделал так, как посчитал нужным, – холодно ответил ему.

– С каких пор ты принимаешь верные решения? – Продолжал он орать.

– Она должна была знать, почему я это сделал. И не хочу, чтобы твоей больной сестричке что-то взбрело в голову, и в последний момент она бы разорвала помолвку наших родителей, – я вылил на него всю злость и страх, так же повысив голос.

– Что же ты не рассказал ей, что на самом деле был наркоманом? А представился пушистым розовым кроликом, которого необходимо только пожалеть? – Ядовито спросил Тео.

– Потому что не принимал наркотики! – Закричал я. – Я только несколько курил травку…

– Анализы, Гранд, были анализы, – настаивал на своём он.

– Тебе напомнить подробности? – Прошипел я.

– Знаю все подробности и не я один теперь, – ухмыльнулся Тео.

– Подожди, – остановил его, когда в голове появилась догадка, которая сковала всего меня. – Ты рассказал Лив, как всё было?

– Да, – довольно ответил он.

– Мудак! – Заорал я. – Ты ни хрена не знаешь!

Ярость застилала глаза, и я ведомый ей, подскочил к нему и швырнул в стену, что стекло, служившее перегородкой между кухней и гостиной, потрескалось и осыпалось на парня.

– Гранд, – передо мной появился Лес и толкнул меня. – Тео, прекращайте! Вы не мальчики уже!

Но я не мог успокоиться, во мне горела злость и давняя обида, заставляя оттолкнуть Лес и надвигаться на лежавшего на полу друга.

– Гранд, я вызову полицию, – предупредил парень. Сжав губы, остановился. Нет, этих проблем мне не надо! Не стану марать руки и портить свою хрупкую репутацию из-за этого тупого придурка!

– Блять, урод! Какой же ты урод! – Простонал я, разворачиваясь и сжимая голову.

– А ты прямо умный, – усмехнулся Тео, отряхивая себя от осколков. – И почему тебя так взбесило это?

– Да потому что Лив теперь больше будет ненавидеть меня и мою мать, а ты помнишь что было в последний раз, – процедив, сел за стол и отпил из бутылки.

– Тупой дебил, – усмехнулся Тео и расположился напротив, между нами сел Лес, с опаской поглядывая на меня. – Она любит папу и Патрицию. Не суди людей по себе, Гранд. Что ты ещё ей сказал?

– Ничего, только почему я прочитал это письмо, – вновь переживал тот разговор, погружаясь в собственный мрак.

– И больше ничего? – Уточнил Тео.

– Нет, больше ничего, – закатил я глаза.

– Только подойди к ней ещё раз, только тронь её, Гранд, – снова начал угрожать он мне.

– И что ты сделаешь? – С издёвкой спросил его.

– Лучше тебе не знать этого. Если она ещё раз заплачет из-за тебя…

– Что? – Перебил я его.

– А ты представь, как круто возвращаться домой, где тебя встречает сестра, которая вместо улыбки, с порога начинает рыдать. Ты виноват в этом! Я, вообще, не понимаю, зачем мама заставила её приехать, – зло рассказывал Тео и в конце монолога стукнул кулаком по столу.

Лив плакала, опять плакала. Три раза за день. И причина – я.

Надо держаться от неё подальше, пусть я проиграю, похрен. Сейчас полностью понял, что не хочу, чтобы она хоть когда-то ещё плакала и страдала. Наоборот, хочу с ней подружиться. Показать, что не осёл, а нормальный.

И у неё есть чувство юмора, хотя сегодня оно сослужило мне хреновую службу. Но всё же…

– Гранд, не трогай больше мою сестру. Мы с тобой договорились всё забыть, – ворвался в мой мозг голос Тео, и я посмотрел на него.

– Вообще-то, скоро она и моей сестрой станет. И успокойся, мне на хрен не сдалась твоя истеричка, – усмехнулся я.

– Отлично. Я ещё хотел тебя спросить о Винсе или как-то так. Ты с Лив был, когда она познакомилась с ним? – Нахмурился Тео.

– Предположим, – протянул я, мне нравилось его бесить.

– Она за него замуж собралась, – усмехнулся Тео, наблюдая за мной.

«Замуж? Лив что совсем с ума сошла? Рехнулась!» – Внутри меня поднялся комок и застрял где-то в горле.

– Я же говорил, у тебя больная сестра, – держал все свои эмоции под контролем, хотя захотелось заорать.

– В общем, хочу, чтобы ты не подходил к ней. Надеюсь, что этот Винс парень ничего, по рассказам Лив, он её принц с родовым замком, – недовольно сказал Тео, было заметно, как ему не нравятся самому эти познания.

– Да я буду счастлив ей даже устроить самую пышную свадьбу, – предложил я и поймал удивлённый взгляд Леса.

«О, только не сейчас! Никакой ревности и другого бреда. Я вчера был просто под накалом эмоций, а сейчас соображаю адекватно», – мысленно простонал я.

– Мне придётся пожить некоторое время дома, пока мою спальню починят, – выдал я фразу.

– Сними номер в отеле, или я могу тебе его оплатить, – резко бросил Тео.

– С каких это пор я не могу жить в доме, купленном на мои деньги? – Усмехнулся я.

– Потому что там живёт Лив, – он снова начал злиться.

– Слушай, Тео, я, вообще, не понимаю, почему ты так зациклен на том, что между мной и твоей истеричкой может быть что-то? – Удивлённо спросил я.

– Потому что ты кобель, всё никак не натрахаешься, – фыркнул он.

Страницы: «« 12345678 »»

Читать бесплатно другие книги:

Перед вами новая книга одного из самых влиятельных духовных учителей нашего времени – знаменитой Бар...
M?lest?bu uz gr?mat?m Emija Hamiltone izjutusi, kop? sevi atceras. Kad vi?as rok?s non?k kaste ar se...
Одна история, написанная тремя разными героями. Один из них забыл, как это — быть счастливым, второй...
В этой книге читателю предлагается несколько не совсем обычных историй, действительно имевших место ...
P?stirikas Marina Martyn heidab k?rvale kogu oma senise eluviisi koos n?gusa ja rikka noormehega, ke...
Проза Овечкина хороша и тем, что в ней есть, и тем, чего в ней нет. Она прямой потомок прозы Конецко...