Без правил Мур Лина
– Мне кажется, парням так комфортнее жить, – усмехнулась я, и обе женщины удивленно посмотрели на меня. – Ну а что? Пусть нагуляются, пока есть время, а потом уже посадят себя на цепь какой-нибудь девушки.
– Интересная мысль, – первой отошла от моих слов Кристалл и фальшиво рассмеялась. – Оливия, а ты когда планируешь выйти замуж? – спросила она меня.
– Точно не в ближайшем будущем, – отрезала я, уверенно встречая взгляд карих глаз.
– Но почему? – нахмурилась она, а до меня дошло, к чему эти вопросы.
Они решили сосватать меня за Лестера. Эта мысль развеселила меня, и я приняла правила игры.
– Потому что жду своего принца, хотя мне кажется, я его уже встретила, но хочу убедиться, – задумчиво постучала я по подбородку ногтем.
– Когда? – удивилась Патриция.
– Сегодня. Высокий, темноволосый, элегантный, статный. Ему тридцать один год, и он потомок какого-то знаменитого английского рода, – довольно сообщила я, наслаждаясь помрачневшим лицом Кристалл.
– Но он слишком взрослый для тебя, – в голосе матери Лестера прозвучало раздражение, на что я улыбнулась.
– Нет, в самый раз. Мужчина, уже видевший много в жизни, с опытом и своими взглядами. Он не будет прыгать из койки в койку, потому что еще молод и жаждет приключений, – продолжала я свою игру.
– Господи, Оливия!
Патриция перестала улыбаться и смотрела на свою подругу. Та была шокирована. По ее сжатым губам и нервному глотку вина стало ясно: она поняла мое нежелание идти у нее на поводу.
– Хотя ты права, – поддержала меня после минутной паузы Патриция. – Мы завтра приглашены к Кристалл, встречаемся семьями, как раньше. Правда, дети наши подросли, ну хоть так мы соберем всех вместе…
– Да, только жаль, не будет Риплей, – вставила миссис Пейтон. – Коул пока не может прилететь, Гранд его бросил в нью-йоркском офисе, а сам развлекается здесь. – Эта фраза была настолько пропитана ядом, что мне захотелось вылить вино этой женщине на голову за такое отношение к своей подруге.
Щеки Патриции покрылись красными пятнами, и она опустила голову.
– С чего вы взяли, что он его бросил? – встала я на защиту Патриции, чем привлекла внимание обеих женщин. – Коул работает на Гранда, это его обязанность – подменять Гранда, когда тот отсутствует. Вряд ли Коул и Лестер обижены материально. И это право Гранда, не так ли, миссис Пейтон?
Я растягивала слова, небрежно бросая их острыми стрелами в эту женщину. А Патриция посылала мне благодарственные флюиды, и я улыбнулась ей, ожидая ответа от «доброй» подруги.
– Да, возможно, ты права, – нехотя подала голос Кристалл. – А ты так хорошо общаешься с Грандом, что знаешь все подробности?
Теперь это был яд в меня, но я умела выстроить вокруг себя стену от таких вот самовлюбленных «доброжелателей».
– Гранд мой будущий сводный брат, и да, мы хорошо общаемся, с дружескими подколами и шутками. И я рада такому исходу. С ним весело, вот буквально сегодня он отвез меня на примерку, а затем мы пообедали, вспоминая веселое прошлое и пакости каждого, – отчаянно врала я со сладкой улыбкой. – Гранд вообще удивительный мужчина. Всего каких-то пять лет, а такой бизнес на двух континентах, да еще и не забывает своих друзей. Они как мушкетеры, один за всех и все за одного. Всем бы так.
– Да, Оливия, согласна. Такой дружбе можно позавидовать, – поддержала меня Патриция, но я знала, что битва еще не окончена.
Я затронула болезненную тему Кристалл. Она завидовала Гранду. «Бывший наркоман» взял под крыло ее сыночка, хотя тот был не глуп и ничем не уступал другу. Но только Гранду удалось подняться на вершину.
– Я припоминаю, что Тео недолюбливал Гранда, была там какая-то история, правда? – Миссис Пейтон решила резать Патрицию без ножа.
Я собрала всю любовь к ней и громко рассмеялась, отчего Кристалл прищурила глаза, ухмыльнувшись.
– Детские выходки, да, Патриция? – смеясь, ответила я. – А всему виной девочки. Ох, уж эти парни в переходный период. Я из-за этого даже заклеила рот Гранду суперклеем. Помнишь?
Я подбадривала совсем побледневшую Патрицию, которая была готова провалиться сквозь землю от возвращения в тот ужас, известный ей одной.
– Да. – Она слабо улыбнулась. – Было дело.
– А я еще помню, как Лес, Коул и Гранд устроили состязание: «кто продержится дольше голым в городском открытом бассейне», тот первым поцелует Лизу. В итоге она выбрала Нейта, а парни лечились от гриппа. Ведь тогда было минус десять градусов. – Я снова рассмеялась, плечи Патриции немного расслабились, а миссис Пейтон недовольно поморщила нос. – Сколько всего они вместе вытворяли, – покачала я головой.
– А потом Гранда отправили в закрытую школу, – резко сказала Кристалл.
– Я вот, знаете, что думаю? – невозмутимо продолжила я. – Что в этой школе ему раскрыли самую страшную тайну… как стать успешным. А может быть, это был Хогвартс? И теперь рядом с нами не Гранд Кин, а мистер Поттер, наколдовывающий себе материальное благополучие? М-м-м?
Я несла полную чушь, чтобы перевести все в шутку. Хотя злость внутри разрасталась все больше и больше из-за этого разговора. Подруга? Да сжечь таких подруг!
– У тебя богатая фантазия, Оливия, – сухо бросила миссис Пейтон и поднялась. – Спасибо за беседу, но мне уже пора. Встретимся на приеме, Патриция.
– Я провожу тебя. – Патриция тоже встала, а я продолжила сидеть и солнечно улыбаться, полностью принимая поражение моего противника. Она даже не удостоила меня взглядом, как и прощальными словами.
«Ха, будешь знать, как мою будущую мачеху обижать! Сучка белобрысая», – ликовала я.
Довольно вздохнув, я откинулась на спинку кресла и позволила себе насладиться своим триумфом.
– Оливия, – тихий нежный голос Патриции заставил меня открыть глаза и посмотреть на нее. Она уже вернулась и сидела на диване. – Спасибо.
– Не за что, какая она злобная, – скривилась я.
– Есть такое, когда что-то не по ней, – печально ответила она.
– И зачем тогда дружить с ней? – удивленно спросила я.
– Мы давно знаем друг друга и вертимся в одном обществе. А такая, как Кристалл, может растоптать любого, – призналась женщина.
– Мда, не пожелаешь такую «закадычную» подругу даже врагу, – посочувствовала я Патриции.
– Оливия, это правда, что вы с Грандом наладили отношения? И… в общем, он не обижал тебя? – нахмурившись, спросила она.
– Да, между нами все хорошо. И нет, он не обижал, – соврала я. Зачем ей еще и мои проблемы, у нее у самой полный террариум ядовитых змей.
– Он хороший мальчик, просто слишком активный, – ласково проговорила она и улыбнулась, как будто своему невидимому сыну, сидящему рядом.
Я не смогла ни подтвердить, ни опровергнуть ее слова, поэтому только промолчала.
Мы услышали, как хлопнула входная дверь, и Патриция вскочила, ее лицо снова приобрело розоватый оттенок, когда в гостиную вошел папа.
– Привет, дорогой, – проворковала будущая жена и оставила нежный поцелуй на губах Хью.
«Вот это любовь», – заныло у меня под ложечкой.
– Привет, – ответил папа и повернулся ко мне.
– Как работа? – спросила я, вставая с кресла.
– Ничего нового, – усмехнулся он. – Красавица моя, у нас только час, чтобы собраться. Оливия, не хочешь с нами?
– Оу, нет, – покачала я головой. – Я подожду Тео.
– Ну, хорошо, – улыбнулся папа. – Тогда Дороти накормит тебя в главной столовой, мы вернемся поздно. Думаю, ты уже будешь спать. Поэтому говорю заранее, завтра после завтрака мы с тобой поедем гулять.
– Хорошо, – кивнула я. – Развлекитесь и за меня.
Сейчас я чувствовала себя лишней, когда папа бросал страстные взгляды на Патрицию, а она краснела и скрывала улыбку.
Я была за них рада, безумно счастлива. Но в то же время так завидовала этим открытым чувствам, этим теплым и влюбленным взглядам после стольких лет.
– Обязательно, – ответила Патриция, и я быстро вышла из гостиной.
Теперь мне предстояло с тяжестью в груди дождаться брата и услышать правду. Мое тело сковало ожиданием. Поднявшись к себе, я включила музыку и легла на постель, вновь позволяя прошлому предстать перед глазами.
Глава 9
Я сидела на ступеньках лестницы в ожидании Тео, рейс которого задержали. Он позвонил мне, как приземлился, а прошло уже полтора часа с того момента. Гранд не появлялся. У него есть в Лондоне квартира? Или он живет у какой-то девушки?
Отодвинула от себя подальше мысли такого рода и снова уперлась взглядом в дверь. Почему с каждой минутой мне становится все страшнее? Кожа покрылась болезненными мурашками. Ощущение, что жду приговора… Возможно, это так и есть. Жду подтверждения слов Гранда, только после этого решу, как мне с ним поступить. Ненависть к нему еще жила в моей душе, но теперь по соседству поселилась жалость.
До ушей донесся звук открываемой двери, и я моргнула, концентрируя взгляд на входящем. Вот появился большой черный дизайнерский чемодан, а вслед за ним мой родной человек. Все такой же красивый, с теплой улыбкой на открытом модельном лице.
Горло сжало так сильно, что я не могла вздохнуть, подкатилась волна горьких слез. Я бросилась к Тео, чуть не поскользнувшись на полу, и упала в распахнутые объятья брата.
– Ливи, девочка, что такое? – тихо шептал он, обнимая меня и гладя по голове.
– Просто соскучилась, – всхлипнула я, вдыхая его свежий цитрусовый аромат.
– Я тоже, сестренка, – рассмеялся Тео. – Но такого эмоционального приема не ожидал.
– Прости. – Я быстро вытерла слезы и попыталась улыбнуться.
– Пошли, я буду разбирать вещи, а ты мне все расскажешь, – уверенно сказал он.
– Может, ты голоден? Я попрошу Дороти…
– Нет, объелся в самолете, и мне нельзя потерять форму. На носу крупный заказ, – покачал он головой, взяв меня за руку, и подхватив чемодан.
В тишине мы поднялись в его комнату.
Спальня Тео была в скандинавском белоснежном стиле. Она отличалась от комнаты Гранда, которую я сегодня посетила. У брата она была светлая, как он сам. В то время как у Гранда – полная обещаний страстной ночи. Темная кровать на пьедестале с темно-синим постельным бельем, стены выкрашены в несколько оттенков серого. Это было логово вампира, заманивающего своих жертв к себе, искушающего их и затем смертельно ранящего.
– Итак, рассказывай, – прервал Тео мои размышления. Красочная картинка Гранда-вампира в стиле «Сумерек» исчезла.
– Ты прилетел раньше, – отстраненно начала я.
– Да, как только окончил съемки, – улыбнулся брат, расстегивая чемодан.
– Понятно. – Почему-то духу не хватало обвинить такого родного человека в том ужасе, который рассказал Гранд.
– Ливи, ты плакала. В последний раз ты ревела…
– Давно, – перебила я его, а он прищурил глаза, изучая меня.
– Гранд? Снова он? – зло прошипел Тео.
– Не совсем, – покривила я душой.
– Так, я сейчас позвоню ему и…
– Нет, подожди, – остановила я его, как только он достал телефон из заднего кармана джинсов.
– Это правда, что ты сказал Джулс о том, что Гранд – наркоман, и из-за тебя его отправили на лечение? – зажмурившись, выдала я.
В комнате повисла тишина. Я осторожно открыла глаза и увидела побледневшее лицо брата, который, как мне показалось, даже забыл, как дышать. Мое сердце вновь заболело от этого мучительного ожидания, и я, уже не сдерживаясь, крикнула:
– Отвечай, Тео, ты соврал этой девочке, что он наркоман?!
– Это он рассказал тебе? – подал голос брат, опускаясь на пол рядом с чемоданом.
– Да, он признался, почему тогда прочитал мое письмо. Из-за тебя. Сейчас я обвиняла Тео во всех смертных грехах.
– Я не говорил, что Гранд – наркоман. Сказал, что он балуется травкой, и это было правдой, – тихо произнес брат, глядя на свои кеды. – Потом попросил у него прощения и объяснил Патриции, что это ерунда, но она все равно заставила сына сдать кровь на анализ.
– Но он не был наркоманом, Тео. Я ведь тоже была с вами, хоть и маленькая, но помню только сигареты, – нервно сказала я.
– К сожалению, был. Анализы показали все. И после этого Патриция отправила сына в клинику. Но он мог там находиться только год, врачи сказали, что степень зависимости была не такой запущенной, поэтому его удалось спасти. Но Патриция не спешила его возвращать домой. Она хотела быть уверенной, что Гранд больше никогда не станет баловаться этим, наказать таким способом. Будучи в клинике, он поступил в Нью-Йоркский университет и учился за большие деньги нашего отца по удаленной программе. Только раз в месяц его выпускали, чтобы он сдавал экзамены.
Тео замолчал, а я смотрела перед собой, переваривая информацию.
«…только лечить меня было не от чего…» – пронеслись в голове слова Гранда, сказанные с такой горечью и печалью, что я поверила. Я ведь ему поверила!
– Откуда ты знаешь так много? – сглотнув комок в горле, спросила я.
– Папа рассказывал.
– Но Гранд утверждает, что не был наркоманом, – прошептала я.
– Разве алкоголик признает, что болен? Нет, конечно. Так и Гранд, он до последнего отрицал свою причастность к наркотикам, но ведь он сдавал анализы. Систему не обманешь. Ты должна это знать. – Тео выговаривал каждое слово с тяжестью, которая теперь сдавливала мой желудок.
– А потом он приехал и решил отомстить тебе за то, что ты его сдал, – продолжила я за брата. Он поднял голову и печально кивнул. – И тут была я… малышка Ливи, глупая… Боже…
Я начала глубоко дышать, пытаясь насытить организм кислородом. Да почему так тяжело? Почему так тошнит и кружится голова?
Он снова меня обманул! Снова! Он решил таким образом оградить свою маму от меня? Какие мотивы у него были? Почему я опять повелась? Идиотка! Дура!
Ты осталась глупышкой Ливи, которая играет во взрослые игры с самим королем, умело руководящим тобой, как куклой. А ты радуешься глупостям. Вот что такое играть по-крупному. Не делать маленькие пакости, а плевать в душу, взрывать сердце, затем в лицо просить прощения, когда уже ничего нельзя вернуть. Просить очень просто, только вот прощать – нет. И Гранд знал об этом.
Каждое его слово прокручивалось в голове, и теперь я понимала, что он отчасти говорил о себе.
«Такое невозможно простить…»
И он не простил. Гранд снова решил начать игру, теперь уже открыто. Поэтому он пришел ко мне в первую ночь и показал письмо. Поэтому он купил цветы, поэтому он ревновал. Ему что-то от меня нужно. Но что?
Если спрошу у него об этом и напугаю, что испорчу свадьбу? Хотя я на такое никогда не пойду, слишком люблю отца и Патрицию. Не умею причинять боль тем, кого люблю.
– Ливи? – потряс меня за плечо Тео.
Я очнулась от похоронных мыслей и подняла голову.
– Все нормально, просто мне хотелось знать, – ответила я на немой вопрос в глазах брата.
– Почему он тебе это рассказал? – допытывался Тео.
– Потому что думал, что узнай я его мотивы… лживые мотивы, не расстрою свадьбу наших родителей, – честно ответила я, а губы брата сжались.
– Урод! – процедил он. – Если он хоть пальцем тебя тронет, если подойдет… я не посмотрю на наше перемирие…
– Успокойся, – попросила я его. – Нам придется как-то всем сосуществовать вместе. И необходимо забыть тот случай. Начать новую жизнь. Хорошо?
– Ливи, сестренка, ненавижу его, – скривился брат, глядя на меня блестящими глазами, подтверждающими его слова.
– Я понимаю, но ради отца мы будем вежливы и отпустим прошлое. Мы должны. Это единственное, что мы можем сделать для нашего папы, чтобы он наконец-то был счастлив. – Сейчас для меня было главным успокоить Тео, не дать ему натворить глупостей.
– Ты права, – сдался он. – Но если что-то…
– Ничего, поверь. И к тому же я уже взрослая и у меня вскоре, надеюсь, появится тут парень, – перевела я тему. Настроение Тео тут же сменилось с мрачного на романтическое. И, не дав ему вспомнить наш разговор и его чувства к Гранду, я в который раз стала наигранно весело рассказывать о Винсе.
Мы провели, сидя на полу, еще три часа, пока я спрашивала его обо всем. Я отвлекала, как могла. Отлично отыграла эту роль, хотя внутри меня происходило сумасшествие. Душа стонала от боли, от вранья.
Гранд весь пропитан ложью. И я еще его жалела? Этого кукловода? Глаза снова наполнились слезами, но я больше никогда не позволю себе плакать. Нет! Никогда!
Вернувшись к себе, я взяла телефон: два сообщения от Винса и один пропущенный от него же.
Банальные романтические письма о моих глазах, о планах на завтра и о страстном желании увидеть меня. Пришлось ответить в том же духе. Мгновенно пришло новое послание. На послезавтра у меня было назначено с ним свидание с обеда и «пока ночь не накроет одинокий город, каким он был без меня».
Я скривилась и отложила телефон.
Когда тебя бьют по одному и тому же месту, то в конце концов оно перестает быть чувствительным, следующий этап – атрофированность, а со временем отмирание с невозможностью восстановления клеток. Сейчас моя душа стала этим местом. Она стояла на пороге первого этапа.
Я не выросла, ни на грамм не поумнела, раз позволила Гранду ввести себя в заблуждение по его отработанной схеме.
Хватит обещать себе, уговаривать себя и скулить. Пора начать действовать!
Глава 10
Гранд
Что такое день сурка? Для меня это – просыпаться с сухостью во рту, головной болью и ломкой во всем теле из-за «помощников» извне.
Сквозь пелену стука в висках и дремоту, я расслышал знакомый голос, который орал где-то рядом, но отрицал его появление в своей голове и только сильнее зажмурился, закрыв уши подушкой.
Неожиданно меня кто-то ударил в плечо.
– Лес, отвали, – проскулил я, но получил еще один удар, затем меня схватили за руку и резко приподняли.
Приоткрыл один глаз, и в него ударил яркий свет, а потом опять этот громкий голос разрезал мою голову:
– Ты совсем охренел?
– Тео? – Я заморгал, настраивая резкость, и увидел человека, которого сейчас хотел бы видеть самым последним. – Что разорался? – продолжив бурчать, я сел на постели.
– А ну одевайся, и поговорим, иначе не ручаюсь за себя, – грозно сказал мне Тео и вышел из спальни, громко хлопнув дверью.
– Твою мать. – Я сейчас мог только стонать и выть от вспышек в голове. Я сжал ее руками.
– Гранд, что происходит? – услышал позади сонный женский голос и скривился.
– Тебе пора, – ответил я, не оборачиваясь.
– Что? – Девушка, видно, полностью проснулась от этой новости.
– Я вроде говорю на английском. Свободна! – Я обернулся на блондинку и повысил голос.
– Но… ты… я… – пролепетала она, сверкая слезами. Вот только сырости мне тут не хватало!
– Ну, потрахались, что дальше? Ничего. Чао. – Опять все по новой. Надоело каждой объяснять свой принцип жизни.
– Что? – воскликнула она, прижимая одеяло к груди. – Ты же сказал, что влюбился! Кобель! Урод недоразвитый!
В меня полетела подушка и несильно ударила по голове.
– Карина, или как там тебя. У меня жена есть, и она вчера родила мне сына, – в голове вспыхнули слова Лив, и я повторил их. – Я отмечал так.
– Сукин сын! – закричала она, вскакивая с постели и натягивая второпях свои тряпки, а мне захотелось заржать. Лив гениальна!
Но моя идиотская улыбка только усугубила положение. Девушка набросилась на меня, пытаясь, видно, лишить глаз и вообще украсить лицо.
– Хватит! – рявкнул я, хватая ее за руки и толкая на кровать. – Если надо, я вызову охрану, тебя выведут.
Я молча развернулся и сбежал в ванную комнату. В закрытую дверь что-то полетело.
Неужели опять мобильник?! Я же только вчера новый купил.
Прижавшись головой к двери, я попытался вспомнить вчерашний вечер. Но ничего, только то, как я заехал за блондинкой в офис, отвез поужинать, потом в клуб, а затем пустота…
Надо прекращать так напиваться. Вторая ночь, а причина не изменилась – отвращение к самому себе. И теперь Тео заявился. Ему-то что от меня надо?
Я не спеша принимал душ, втайне надеясь, что Лес уже вызвал охрану, а эта девица не разгромила квартиру.
Но, видно, сильно погорячился со словами, потому что моя спальня была разгромлена. Плазма, висевшая на стене, лежала на полу, как и светильники, как и айфон, как и все, что было сделано из стекла, кроме окон.
Цокнув недовольно языком, я достал из шкафа свежие боксеры, джинсы и футболку. Осторожно обходя препятствия из разбитого стекла, добрался до двери.
Войдя на кухню, я встретился с двумя злыми друзьями, которые были готовы меня разорвать. Лес стоял у барной стойки со сложенными на груди руками, а Тео стучал пальцами по столу, сверля меня ненавистным взглядом.
«Да что я такого сделал-то?» – недоумевал я.
– Лес, дай таблетки, – нарушил я тишину и сел на стул.
– Гранд, задолбал со своими шлюхами! Сегодня была истеричка, она орала так, что мы еле ее выпроводили и сказали, что ты больной на голову. Хотя не думаю, что сильно наврали, – фыркнул Лес, но все же бросил в меня баночкой с обезболивающим.
– Ладно, буду снимать номера, и она разгромила всю мою спальню, – пожаловался я, забрасывая в рот две таблетки. – Воды не подашь?
– Подавись. – Лес с силой бросил в меня бутылкой с водой, я поймал ее и запил спасительные пилюли.
– Тео, это ты виноват в этом спектакле, – обратился я к брату Ливи, сидевшему за столом и пыхтящему от гнева.
– Я тебя убью сейчас, – процедил он и потянулся ко мне, но я отскочил, а Лес уже оказался рядом.
– Тео, успокойся. Объясни, что случилось? – попытался хоть как-то утихомирить он взбесившегося оленя.
– Этот мудак рассказал все Лив! Ты обещал, урод! Обещал, что не скажешь ей ни слова, никогда не напомнишь! – заорал Тео, и до меня дошла причина такого приветствия.
– Я сделал так, как посчитал нужным, – холодно ответил я.
– С каких пор ты принимаешь верные решения? – продолжал он орать.
– Она должна была знать, почему я это сделал. И я не хочу, чтобы твоей больной сестричке что-то взбрело в голову и в последний момент она расстроила бы помолвку наших родителей. – Я вылил на него всю злость и страх, также повысив голос.
– Что же ты не рассказал ей, что на самом деле был наркоманом? А представился пушистым розовым кроликом, которого необходимо только пожалеть? – ядовито спросил Тео.
– Потому что не принимал наркотики! – закричал я. – Я только несколько раз курил травку…
– Анализы, Гранд, были анализы, – настаивал на своем он.
– Тебе напомнить подробности? – прошипел я.
– Знаю все подробности, и не я один теперь, – ухмыльнулся Тео.
– Подожди, – остановил я его, когда появилась догадка, которая сковала всего меня. – Ты рассказал Лив, как все было?
– Да, – довольно ответил он.
– Мудак! – заорал я. – Ты ни хрена не знаешь!
Ярость застилала глаза, и я ведомый ей, подскочил к нему и толкнул. Тео отлетел к стеклянной перегородке между кухней и гостиной. Стекло разбилось и осыпалось на него.
– Гранд, – передо мной появился Лес и толкнул меня. – Тео, прекращайте! Вы не мальчики уже!
Но я не мог успокоиться, во мне горела злость и давняя обида, заставляя оттолкнуть Леса и надвигаться на лежавшего на полу друга.
– Гранд, я вызову полицию, – предупредил Тео.
Сжав губы, я остановился. Нет, этих проблем мне не надо! Не стану марать руки и портить свою хрупкую репутацию из-за этого тупого придурка!
– Урод! Какой же ты урод! – простонал я, разворачиваясь и сжимая голову.
– А ты прямо умный, – усмехнулся Тео, стряхивая с себя осколки. – И почему тебя это так взбесило?
– Да потому что Лив теперь больше будет ненавидеть меня и мою мать, а ты помнишь, что было в последний раз. – Я сел за стол и отпил из бутылки.
– Тупой дебил, – усмехнулся Тео и расположился напротив. – Она любит папу и Патрицию. Не суди людей по себе, Гранд. Что ты еще ей сказал?
– Ничего, только почему я прочитал это письмо. – Вновь переживал тот разговор, погружаясь в собственный мрак.
– И больше ничего? – уточнил Тео.
– Нет, больше ничего, – закатил я глаза.
– Только подойди к ней еще раз, только тронь ее, Гранд, – снова начал угрожать он мне.
– И что ты сделаешь? – с издевкой спросил я его.
– Лучше тебе не знать этого. Если она еще раз заплачет из-за тебя…
– Что? – перебил я его.
– А ты представь, как круто возвращаться домой, где тебя встречает сестра, которая вместо улыбки с порога начинает рыдать. Ты виноват в этом! Я вообще не понимаю, зачем мама заставила ее приехать, – зло произнес Тео и стукнул кулаком по столу.
Лив плакала, опять плакала. Три раза за день. И причина – я.
Надо держаться от нее подальше, пусть я проиграю, похрен. Сейчас я окончательно понял, что не хочу, чтобы она еще хоть раз плакала и страдала. Наоборот, я хочу с ней подружиться. Показать, что не осел, а нормальный.
И у нее есть чувство юмора, хотя сегодня оно сослужило мне хреновую службу. Но все же…
– Гранд, не трогай больше мою сестру. Мы с тобой договорились все забыть, – ворвался в мой мозг голос Тео, и я посмотрел на него.
– Вообще-то скоро она и моей сестрой станет. И успокойся, мне на хрен не сдалась твоя истеричка, – усмехнулся я.
– Отлично. Я еще хотел тебя спросить о Винсе или как-то так. Ты с Лив был, когда она познакомилась с ним? – нахмурился Тео.
– Предположим, – протянул я, мне нравилось его бесить.
– Она за него замуж собралась, – усмехнулся Тео, наблюдая за мной.
«Замуж? Лив что, совсем с ума сошла? Рехнулась!» – Комок застрял у меня в горле.
Читать бесплатно другие книги:
