Жить! Творить! Любить! Сборник женских историй. 2-й сезон Костина Екатерина

За 5 дней я исходила пешком окрестности, топала ежедневно по 30 минут до известного пляжа Алона Бич, ездила на соседний Бохол смотреть шоколадные холмы и маленьких обезьянок-долгопятов (тарсиеров). Несколько раз было неприятное чувство, что с меня стараются содрать больше денег, чем реальная стоимость события.

За день до следующего перелета встретила в отеле соотечественников – пару средних лет из Сибири. Они уговорили меня попробовать азиатский деликатес – балут. Это вареное утиное яйцо с зародышем 16—18 дней. Решила попробовать, ведь это же не таракашки, а вполне человеческая еда. Я несколько минут настраивалась, собираясь с духом, а потом проглотила, не глядя. И сразу же решила, что больше этого делать не буду.

Далее я перелетела на северо-запад, на остров Палаван в городок Пуэрто Принцесса.

Пуэрто Принцесса мне определенно понравился. Это место заметно отличалось от предыдущего – другие люди, другие цены, масса недорогой еды и фруктов на улице, два больших бюджетных супермаркета. На набережной бесплатный прокат велосипедов для всех возрастов. Небольшой, но организованный и культурный городок. Я бы там пожила некоторое время.

Из неприятностей на новом месте было только, что в первый день не могла в трех банкоматах снять деньги для оплаты отеля. Я опять готова была расплакаться от бессилия и страха вообще остаться без денег. Помогла хозяйка отеля, которая поехала со мной на соседнюю улицу к банкоматам, затем показала турагентство с экскурсиями, предложила вызвать массажистку прямо в номер, а перед отъездом заказала в аптеке две бутылочки кокосового масла.

Знаете, как меня отправляли из отеля на экскурсии, когда я ездила смотреть подземную реку и на залив Хонда Бэй? К отелю подъезжал микроавтобус. Муж хозяйки, передавая меня сопровождающему, говорил: «Это рашен. Она не говорит по-английски». Затем этот сопровождающий открывал дверь микроавтобуса и представлял меня уже сидящим там туристам: «Это рашен. Она не знает английский». Меня несколько секунд с любопытством и заинтересованно рассматривали, а я только улыбалась как китайский болванчик.

Мне всегда был интересен национальный состав собравшихся в микроавтобусе. Вот на залив Хонда Бэй попутчиками стали: немолодая пара из Франции, три сестры-филиппинки, живущие в разных странах и встречающиеся раз в год, молодые пары из Малайзии и Филиппин.

За глаза я называла себя чуркой бледнолицей. Вслушивалась в рассказ экскурсовода о том, куда мы едем, что будем делать, пыталась распознать какие-нибудь международные словечки, но чаще всего ничего не получалось. Во время поездок надо мной почти все шефствовали. Учили как есть определенные блюда, обращались как с глухонемой. Я же молчала все время и улыбалась.

Я уже говорила, что в отелях, зная пароль вай-фай, я «разговаривала» с персоналом при помощи гугл переводчика? На улицах же или в каких-то общественных местах, в кассах, метро, когда мне всякими словами пытались что-то объяснить и искренне недоумевали моей непонятливости, я представляла свой «коронный» номер: когда все аргументы и слова были исчерпаны, я разводила ручки в стороны и говорила – «Ноу инглиш!» Собеседник несколько секунд растерянно смотрел на меня, а затем его осеняла догадка – Рашен?! Первую половину путешествия я стыдливо опускала глазки в пол и утверждающе кивала. Мне было ужасно стыдно, что люди во всем мире знают, что «рашен» не знает английского. Как бы мне хотелось сказать, что детей сейчас учат английскому чуть ли не с детского сада, что у нас много специализированных школ, что дети ездят за рубеж по обмену и практиковаться. Но… Английских слов у меня не было. Я же всю жизнь учила немецкий, и, почему-то, не для практического применения.

Через 5 дней проживания в Пуэрто Принцессе, съездив на 2 экскурсии, пройдя 3 сеанса массажа, нагулявшись по городу, я отправилась на 5 дней на север острова Палаван в небольшой поселок Эль Нидо. Из-за удаленности – 6 часов на авто, это место считалось еще не особо исследовано туристами, особенно пакетниками. Эль Нидо является национальным заповедником. Основное развлечение – пляжный отдых и лодочные туры по необитаемым островам, лагунам, гротам. Море необыкновенного цвета, известняковые скалы – красотища! Но дороговато. И все же я нашла недорогой отель, в целях экономии ходила на пляж пешком 1 час по шоссе вдоль пальмовых лесов – я ж никуда не торопилась! Питалась уличной едой, иногда в номере что-то заваривала. Я была в восторге и не верила – неужели я сюда добралась?! Я и представить себе не могла, что когда-нибудь окажусь на другом конце света в далекой деревушке на севере Филиппин. Буду часами шлепать по дороге среди такой красоты! И это в начале марта.

Итак, я 2 раза сходила на пляж Лас Кабанос, съездила в один из лодочных туров, где мы останавливались на нескольких островах, купались, загорали, исследовали пещеры, гроты, обедали.

Это трудно было представить, но в одном из гротов, общаясь с сопровождающим по поводу фотоаппарата, я услышала обращение ко мне на русском языке. Молодая хрупкая женщина спрашивала не нужна ли мне помощь. Я буквально замерла на месте с отвалившейся челюстью. Как? Кто? Здесь? По-русски? Молодая русская женщина из Израиля путешествует с мужем-израильтянином, и они оказались на нашей лодке. Надо ли говорить, что обратную дорогу мы сидели рядом, и я не могла наговориться. Ведь я уже около 10 дней не встречала русских.

Она в свою очередь рассказала свою историю переезда в Израиль, а также по моей просьбе перечислила национальности нашей лодки. Это были 3 девушки из Скандинавии, 1 из Канады, парень из Америки, филиппинская пара, я и они из Израиля.

Я знала, что в этой деревушке нет банкоматов, и заранее получила песо в Пуэрто Принцессе. Гуляя по узеньким улочкам, я увидела обменник, и ко мне пришло озарение – а если я соберу остатки валюты других стран и обменяю их на песо? У меня были небольшие суммы гонконгских и сингапурских долларов, малайзийские ринггиты, и я, довольная своей идеей, обменяла их на филиппинскую валюту, и накупила, как с премии, фруктов.

Жаль, что сказочный отдых в Эль Нидо заканчивается – через день я улетаю в Гонконг. Пора возвращаться в Пуэрто Принцесса.

Я много читала, что путешественники сначала бронируют отель на 1—2 дня, а на месте ищут подходящее жилье на более продолжительное время. Я не представляла, как это ходить по улицам и искать это самое подходящее и недорогое жилье. И вот мне понадобилось переночевать одну ночь после возвращения из Эль Нидо.

До этого, еще живя в Пуэрто Принцессе, вечерами я читала блоги путешественников, особенно тех, кто жил в этом городке. У одной женщины я узнала о вьетнамской кафешке, где готовят неповторимый суп. Я, конечно, нашла это место и продегустировала. Потом зашла на блог давно живущей в путешествиях Маши Дубровской и прочитала душевный отзыв о хостеле Даллас и его хозяйке.

На мою удачу в тексте была небольшая зарисовка карты расположения хостела. О, радость! Это было на соседней улице. Перед отъездом я решила забронировать кровать на одну ночь перед вылетом с Филиппин. Ну, вы сами понимаете, как это происходило – после слова «хелло» у меня заканчивался словарный запас, и я, найдя календарь, начинала поочередно тыкать в числа, делая руками пассы, изображающие то автобус, то самолет, скрепляя числа названиями «Эль Нидо», «Пуэрто Принцесса», «Гонконг». Как-то мне сразу показалось, что он меня понял, хоть и слегка офонарел от моего явления. Когда же через 5 дней микроавтобус из Эль Нидо подвез меня к воротам хостела, то меня, конечно, вспомнили и радушно заселили в пустой 6-ти местный номер. Я кинулась тратить остатки песо на сувениры, подарки, фрукты в любимых супермаркетах.

На другой день с 7 утра предстоял перелет в Гонконг с пересадкой в столице Филиппин Маниле. Я многовато заложила времени для перехода в другой терминал и регистрации. В итоге почти 5 часов болталась в аэропорту Манилы. В Гонконг прилетела в 6 часов вечера.

Еще накануне вечером в Пуэрто Принцессе выяснилось, что я распечатала не ту бронь гест хауса в Гонконге – на почту пришло напоминание о бронировании с другой ценой. Пришлось название гест хауса, улицу и номер дома написать на бумажке. Я еще не знала, какая засада ожидает меня в Гонконге.

Из аэропорта в город на свою улицу я приехала около 8 вечера. Было почти темно, но яркое уличное освещение создавало иллюзию сумерек. Это была одна из крупнейших улиц с активным движением. Сразу в голове всплыли строчки из песни Вилли Токарева «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой…» Все дома уходили вверх, как в колодце. И еще у них была особенность – в каждом отдельно стоящем здании было несколько номеров домов. Как будто они потом постепенно пристраивались. Это меня и сгубило.

К концу поездки у меня было уже две сумки, то есть руки заняты. Чтобы кому-то показать свою записку, мне приходилось ставить сумку, доставать записку из кармана куртки, а потом все проделывать в обратном порядке. Как вы догадываетесь, в конце концов я ее потеряла. А в куртке я была из-за перепада температуры с +33 до +17. Так вот эти номера домов вдоль одного здания еще и не были все подписаны. Например, в начале здания стоит №53, а в конце уже 61. Вот и найди свой 59-тый. Что у меня в итоге – улица моя, название геста не знаю, дом № с 53 по 67.

Представьте – сумерки, народу китайской наружности как в Москве в часы пик. Чего ищу – не знаю как сказать. Я в шоке! Побегав по обеим сторонам улицы раза по три, я попыталась как-то найти полицейского, но от меня отнекивались и не хотели понимать. Я сначала стала по традиции собираться поплакать, потом поняла бессмысленность этого – все равно бы никто не заметил. Потом решила ждать полуночи, когда народ схлынет и может объявится полиция, когда я начну ночевать на улице.

Так в уже бессмысленных раздумьях я забрела в соседнем переулке в здание со входом в виде арки. Слева за высокой конторкой стоял мужчина. Я смогла из себя выдавить только «гест», ни на что не надеясь. Вдруг он, улыбаясь и кивая, начал сворачивать свои журналы, что-то закрывать. Потом подхватил ключи, махнул мне рукой и пошел через проулок. Я ничего не поняла, но последовала за ним. Через минуту он приводит меня к похожему входу и показывает на стену с длиннющим списком учреждений в этом здании. Он меня понял с полуслова!

Я, еще не веря своему счастью, начала глазами «прочесывать» весь список, и нашла 3 геста – на 3-ем, 5-ом и 7-ом этажах. Это уже почти «горячо»! Наверно ангел-хранитель послал мне этого дядечку, видя мои мучения. Я решила начать с 7-го этажа. Поднявшись на лифте, я оказалась в пересечении коридоров, каких-то закоулков, ни на что не намекающих. Вдруг на одной двери я прочитала название, как мне показалось, «Музыкальный салон». Идея возникла мгновенно. Представьте картину – сидит парень китаец за высоким прилавком, и к нему вваливается немолодая, бледнолицая мэм. Поздоровавшись, снимает рюкзак, достает планшет, долго его включает, а потом сует ему под нос со словами «вай-фай». Тот безропотно вводит его, а мэм заходит к себе в почту, находит письмо с напоминанием о бронировании гестхауса и дает читать испуганному китайцу.

Тут до него доходит смысл всех моих манипуляций. Он находит телефон геста, но там не берут трубку. Оказывается, злополучный отель находится на третьем этаже. О, Боги! Я его нашла! Благодарю парнишку всеми словами, что вспомнила, и устремляюсь вниз. На часах было уже 22 вечера.

Я лишь коротко перечислю, что мой номер с индивидуальными удобствами был занят, но обещали освободить на следующий день, что на почве переживаний на другой день я не могла далеко удаляться от своего отеля. Правда, осуществила одно, задуманное давно, дело. Запросила в Яндексе перевод слов, которые пишут в банкомате. Переписала и зарисовала все в блокнот, а потом с успехом самостоятельно сняла деньги.

На второй, последний день, я все же решила посмотреть главные достопримечательности – поднялась на Пик Виктория и к Большому Будде. Честно скажу, происшествие в первый день пребывания в Гонконге как-то смазало впечатление о нем. Я очень сожалею, что не прониклась к нему так, как пишут знакомые путешественники. Оценила высокотехнологичное метро, где посреди станции стоят компьютеры, и можно зайти в интернет, двухэтажные автобусы, декоративные трамвайчики. Хотелось бы вернуться, чтобы все оценить заново.

Когда на третий день утром я приехала в аэропорт, чтобы лететь в Москву, я была уже совсем другим человеком. Поднявшись на каком-то боковом лифте, я сразу поняла где искать информацию о своей стойке регистрации, кафешки, в которых можно потратить оставшиеся местные доллары, где выход на посадку. Я легко ориентировалась в здании.

Когда я взошла на борт самолета Аэрофлота, и стюардесса на русском языке сказала «Добро пожаловать!», у меня непонятно от чего встал комок в горле, а потом и слезы навернулись. Я шла до своего места и поражалась своим ощущениям – как будто месяц плутала по джунглям Филиппин и наконец нашлась! Сама иногда удивляюсь своим эмоциям!

Я вернулась! Живая и невредимая! Я часто слышала, что после путешествий люди возвращаются другими. Про себя я это поняла не сразу, а постепенно.

Вот что я стала у себя обнаруживать после поездки, какие выводы сделала:

1. Если ОЧЕНЬ захотеть, то ВСЕ возможно.

2. Если я смогла сделать ЭТО, то смогу и ДРУГОЕ.

3. Я на самом деле стала другая – смелее, раскованней, находчивей. Искренне недоумеваю – почему я раньше такой не была?

4. Я стала всегда улыбаться.

5. Я стала очень сочувствовать иностранцам, особенно выходцам из ЮВА. Начала представлять, как им сложно живется в нашей неулыбчивой стране. Сразу вижу себя на их месте и хочу помочь, чем могу.

6. Я почувствовала себя гражданином Мира, поняла, что везде живут в основном обычные люди, готовые прийти на помощь.

7. Незнание другого иностранного языка – не повод отказываться от путешествия за границу, а только повод после (!) поездки начать его изучать.

8. Путешествовать в одиночку не так и страшно. Главное – хорошо подготовиться в плане маршрута и все продумать. Во время одиночного путешествия обостряется внимание, интуиция, находчивость, осторожность, усиливается инстинкт самосохранения. Ты сама себе хозяйка, не надо ни под кого подстраиваться.

9. Когда о чем-то страстно мечтаешь, Вселенная начинает подкидывать возможности для исполнения мечты. Это я о деньгах. Какие-то незапланированные премии, повышение зарплаты, возвраты долгов и т. д.

10. Жить можно начать и в 50, и в 60, и даже в 70. У меня подруга из интернета в 70 лет наконец построила свой сайт, пройдя бесплатную учебу. Теперь с удовольствием пишет туда статьи, бегает по разным тренингам, пытаясь заработать какие-то деньги.

Я верю, что впереди у меня новые путешествия, а возможно, жизнь и работа в другой стране. Ведь я для этого предпринимаю все возможное.

Разреши себе творить СВОЮ жизнь

Автор: Ольга Боровских (Москва, Россия)

История-победитель в спецноминации «За осознанно выбранный путь»

Я никогда не забуду этот день. День моего второго рождения. Когда пишу это, чувствую, как ничтожны и банальны слова перед тем, что произошло на самом деле, что значило это в моей жизни.

Это случилось однажды вечером. Мне было плохо уже сутки, я почти ничего не ела, но кормила грудью своего годовалого сына. К концу дня, выполнив почти все материнские обязанности, я поняла, что ужасно устала и голодна. Я сварила себе гречки, залила ее молоком. Съев пару ложек, поняла, что это была моя самая большая ошибка.

В тот вечер мне было так плохо и так больно, как не было никогда в жизни. Сын страшно испугался и плакал, просясь на руки, а я была не в силах его взять. Мое сердце разрывалось от того, как он испугался, но я не могла ничего сделать. Я позвонила мужу, попросив его ехать скорее домой и вызвать мне скорую. Ожидая их, я шептала: «Господи, пожалуйста, только не умереть». Я шептала и плакала. «Господи, только не умереть, Сержик еще такой маленький».

Дорога в больницу на скорой была самой долгой в моей жизни. Я всем телом, всей своей болью ощущала каждую неровность дороги. Я взывала, плакала и не знала, что со мной.

Прошло уже больше полугода, а в моей голове до сих пор очень отчетливые образы. Вот я согнувшись пытаюсь дойти до комнаты, где меня ждут врачи, вот дежурный хирург держит меня за руку, пытаясь успокоить и услышать, что случилось. Ледяная грелка на ночь. Снимаю кольца, раздеваюсь, укрываюсь простыней, ложусь на холодную каталку. Она тарахтит, а я плачу. Вот муж, стараясь убедительно улыбаться, говорит, что все будет хорошо. А я шепчу, но уже про себя: «Только бы не умереть».

Потом на операционном столе, перед самым началом операции, когда медсестры готовят меня и мое тело, я стараюсь не плакать (нельзя, ведь скоро наркоз) и спрашиваю (как будто они знают), все ли будет хорошо. Ведь у меня ребенок, такой маленький.

Реанимация, в которой я очнулась была от пола до потолка в плитке. Кажется, ты лежишь в огромной ванной комнате. Открыв глаза, я поняла, что я все еще тут. И мне снова захотелось плакать, но уже от благодарности. Плакать было нечем, очень хотелось пить. Первое, что мне сказали, что мне нельзя двигаться, иначе я могу умереть. Во мне трубки, которые трогать ни в коем случае нельзя. Это потом я узнала, что так говорят всем, на случай, если кто-то после наркоза захочет их сорвать. Я лежала, стараясь вообще не шевелиться.

Рядом со мной восьмидесятилетний старик, выпивший стакан уксуса. Он хрипел и матерился, когда его пытались помыть или взять кровь. Впереди у окна – большая очень желтая женщина. Она все время крутится, будто не может найти удобного положения и просит воды. Медсестры то и дело дают ей попить. Я закрываю глаза и погружаюсь у глубокий сон, надеясь, что во время сна ничего не случится.

На мне шрам от груди до пупка. В нем дыра с два моих пальца. Из дыры торчит трубка. А рядом в животе еще шесть трубок. Я бодрюсь, шучу со своим хирургом, что чувствую себя внучкой Франкенштейна и фаршированной уткой, а он улыбается мне. Я вглядываюсь в его лицо, пытаясь найти ответы на десятки своих не отвеченных вопросов, главный из которых, все ли будет хорошо? Как быстро я поправлюсь? Когда я отсюда выйду?

Юсуф Радикович. Когда я впервые спросила хирурга, как его зовут, он сказал, что я все равно не запомню это имя. Я предложила рискнуть. Теперь, мне кажется, я это имя никогда не забуду. Бывший военный врач (как говорили про него медсестры), сдержанный, с чувством юмора. Однажды ночью, когда я проснулась в луже жидкости, я впервые увидела в его глазах страх. Страх, что меня придется снова оперировать. Он старательно скрывал этот страх, но я его все-таки разглядела.

Эти два месяца в больнице я не забуду никогда. Пока я там лежала, я познакомилась со всем персоналом хирургического отделения. На своем опыте определила рейтинг профессиональности и сердечности медсестер. Выслушала не одну историю разных бабушек, лежавших в моей палате. Умерла толстая пожелтевшая женщина. Буфетчица, разносившая обеды и ужины шутила, что не пустит ко мне больше мужа, который каждый день возил мне домашнюю еду. Юсуф успел сходить в отпуск. Умер старик, выпивший стакан уксуса. Умерла бабушка Халенкова, которой я грела в микроволновке бульон.

У меня было время подумать. Я поняла, что когда тело устало кричать, вселенная решила сделать мне последнее предупреждение: «ТЫ ЧТО-ТО ДЕЛАЕШЬ НЕ ТАК! НЕЛЬЗЯ С СОБОЙ ТАК, КАК ТЫ! НУЖНО ПО-ДРУГОМУ!»

Мне было грустно, мне было жаль себя. Я понимала, что что-то делала не так, но не понимала, с чего начинать перемены.

Я до сих пор не совсем понимаю, какая же сторона, в которую нужно двигаться, правильная. Но я точно знаю, как не хочу. Я не хочу так, как раньше. То, что произошло со мной, то, что я никогда не забуду – это точка невозврата. Черта, разделившая жизнь на ДО и ПОСЛЕ.

С одной стороны я ощутила страх, насколько внезапным может быть конец. Ощутила, что никто от этого не застрахован. А с другой – поняла, насколько ценна моя жизнь СЕГОДНЯ. Выйдя из больницы, я надела кольцо и сережки с брильянтами, которые хранила для особенных случаев.