Автопортрет, или Записки повешенного Березовский Борис

Выйти из тупика!

27 апреля 1996 г. «Известия», Москва

1. Общество расколото. Этот раскол катастрофически нарастает с каждым днем. И трещина, разделяющая нас на красных и белых, своих и чужих, проходит через сердце России.

Накаленность предвыборной борьбы побуждает противоборствующих политиков к тому, чтобы одним ударом разрубить узел проблем. Силы, стоящие за спиной политиков, ждут своего часа. Они выйдут на следующий день после победы любой из сторон. Это произойдет с роковой неизбежностью вопреки воле отдельных личностей. Ибо после июньского голосования фактически от лица меньшинства, каким бы оно ни было – красным или белым, – будет получен мандат на реализацию правил жизни, категорически отвергаемых огромной частью общества.

В итоге победит не чья-то правда, а дух насилия и смуты. Взаимное отторжение политических сил столь велико, что утвердиться одна из них может только путем, ведущим к гражданской войне и распаду России.

В этот ответственный час мы, предприниматели России, предлагаем интеллектуалам, военным, представителям исполнительной и законодательной власти, правоохранительных органов и средств массовой информации, всем тем, в чьих руках сегодня сосредоточена реальная власть и от кого зависит судьба России, объединить усилия для поиска политического компромисса, способного предотвратить острые конфликты, угрожающие основным интересам России, самой ее государственности.

2. Российских политиков необходимо побудить к весьма серьезным взаимным уступкам, к стратегическим политическим договоренностям и их правовому закреплению. Иного выхода просто не существует. Понятна правда каждой из политических сил. Но ни одна из сил не имеет права навязывать насильственно свою правду всему обществу.

3. Мы разделяем особую озабоченность патриотических сил судьбой России, как исторически сложившегося союза народов, в котором русские играли и играют собирательную роль.

Однако надо четко проводить грань между конструктивной политикой и политическими спекуляциями на национальной теме. В России более половины детей от смешанных браков. Мы все – россияне, и попытка разделить нас на чистокровных и инородцев противоречит самой сути державного собирания народов России.

4. Деятельность отдельных политических фигур и политических партий привела к тому, что слово «демократия» превратилось для многих наших сограждан чуть ли не в синоним антигосударственности. Оплевывание исторического пути России и ее святынь, растаптывание советского периода истории России должны быть отвергнуты и прекращены.

Вместе с тем нельзя допустить, чтобы оказались дискредитированы великие идеи свободы, гражданственности, справедливости, права и правды – это и есть то главное, что несет с собой действительное народовластие. Именно это отстаивается миллионами россиян, вопреки издержкам реформ голосующими за демократов и демократию. Это голосование говорит о том, что Россия неукротимо стремится взять правовой барьер информационной и гражданской свободы. Такое стремление необходимо уважать и учитывать в политическом балансе, создаваемом во имя защиты государственных интересов России.

5. Серьезная политическая угроза таится в том, что в случае победы на президентских выборах коммунисты реально могут предпринять попытку идеологического реванша. Это дает основание в очередной раз видеть в них силу, желающую принимать окончательные и жизненно важные решения как бы от лица всего общества.

Мы понимаем коммунистов и признаем их политическую роль как выразителей интересов социальных групп, пострадавших в ходе непростых, а часто и ошибочных реформ. Однако коммунисты не должны настаивать на отказе общества от мучительных достижений последнего десятилетия. Осуждая исторические итоги этого десятилетия, обвиняя все другие силы в губительных шагах, коммунисты как минимум должны разделить с ними ответственность за развал СССР. На КПСС, преемницей которой объявила себя КПРФ, лежит и ответственность за поражения застоя. Именно под руководством КПСС страна проспала все технологические революции: современную индустриальную в 60-х годах и информационную в 70-х. Именно верхушка КПСС повинна в развале СССР. Именно этот развал повлек за собой необходимость проводить реформы в условиях дефицита государственного управления, и именно «аварийность» этого реформирования привела к столь болезненным социальным издержкам.

Используя в борьбе за власть ностальгию, тоску по безвозвратно утерянному образу жизни 70—80-х годов, коммунисты фактически делают то же, что и их противники! Те эксплуатировали несбыточную мечту населения о скором обретении западного благополучия. Эти эксплуатируют мечту о мгновенном возврате к стандартам жизни эпохи застоя. Думают ли политики о том, что произойдет после очередного неизбежного разочарования народа?

6. Между тем ко второй половине 90-х годов процесс реформ все же начал давать определенные, хотя и слабо ощутимые результаты. Суля возврат утерянного, на деле легко лишить страну этих трудно и мучительно достигаемых приобретений и лишь умножить утраты, еще сильнее дестабилизировать общество. Тот, кто игнорирует это обстоятельство, берет на себя всю тяжесть политической и исторической ответственности за очередную государственную и социальную катастрофу.

7. Последние действия различных политических сил подтверждают наши худшие опасения. Налицо вытеснение государственных интересов узкополитическими целями. Угроза государственного кризиса, вызванная необдуманной денонсацией Беловежских соглашений, – вот один из тревожных моментов предвыборного противостояния, когда Государственная дума причинила явный ущерб государственности. Реализация этих инициатив превратила бы Россию в мини-СССР, который вскоре мог быть развален тем же способом, каким развалили большой Союз в 1991 году.

Говоря об этом, мы вовсе не хотим демонизировать одну из сторон. Ущерб государственности наносят и действия нынешней власти. Неэффективная политика в Чечне, создавшая угрозу целостности России, – вот еще один из эпизодов обесценивания государственности в угоду политике.

Трагичность нынешней ситуации как раз и состоит в том, что политическая борьба толкает каждую из основных сил на действия, вольно или невольно наносящие ущерб и без того хрупкой государственности России.

8. Мы понимаем, что в стране найдутся группы, желающие наращивать политическую напряженность. Найдутся и сознательные, упорные антигосударственники. Мы не хотим заниматься изнурительной и бесплодной педагогикой! Те, кто посягает на российскую государственность, ставя на идеологический реваншизм, на социальную конфронтацию, должны понимать, что отечественные предприниматели обладают необходимыми ресурсами и волей для воздействия и на слишком беспринципных, и на слишком бескомпромиссных политиков.

Россия должна войти в XXI век процветающей, великой державой. В этом наш долг перед нашими предками и потомками.

Президент группы «ЛогоВАЗ» Б.А. Березовский,

председатель Правления Сибирской нефтяной компании В.А. Городилов,

председатель Совета директоров группы МОСТ В.А. Гусинский,

президент КБ им. Яковлева А.Н. Дундуков,

президент МАК «Вымпел» Н.Б. Михайлов,

президент нефтяной компании «ЮКОС» С.В. Муравленко,

президент компании «Роспром» Л.Б. Невзлин,

президент-генеральный директор АО «АвтоВАЗ» А.В. Николаев,

председатель правления КБ «Возрождение» Д.Л. Орлов,

президент АКБ «Онексимбанк» В.О. Потанин,

президент АКБ «Столичный банк Сбережений» А.П. Смоленский,

председатель Совета директоров консорциума «Альфа-группа» М.М. Фридман,

председатель Совета директоров банка «Менатеп» М.Б. Ходорковский

Распечатка видеозаписи с обращением Бориса Березовского к президенту России Б.Н. Ельцину

9 декабря 1996 г. «Новая газета», Москва

Добрый день, Борис Николаевич!

Вы знаете, что покушение, которое было на меня совершено седьмого июля прошлого года, не было раскрыто, хотя Вы дали прямые указания министрам серьезно заняться этим делом. Но тем не менее время от времени у меня появлялись сотрудники районного управления, Москворецкого, с теми или иными версиями. Совсем недавно они активизировали свое появление. Наверное, три недели тому назад. Они пришли и привели с собой еще одного человека. Ко мне пришел г-н Кожевин Сергей Львович, его помощник. Они привели человека, которого они представили как человека – «вора в законе». И сказали, что этот человек знает, кто заказывал на меня убийство в прошлый раз, и сейчас на меня готовит новое покушение. За то, чтобы открыть, кто это делал, кто задумал, они потребовали гарантии, не они, а этот «вор в законе». Гарантии в виде оплаты и гарантии в виде защиты его от дальнейших действий, которые могут создать для него проблемы. Это все происходило в присутствии сотрудников РУВД Москворецкого. Собственно, они и были инициаторами этой встречи. Я сказал, что я должен подумать, я спросил, о какой сумме идет речь. Они мне назвали общую сумму в 500 тысяч долларов, сказали, что я могу выплачивать ее частями.

К следующей встрече я должен был дать ответ.

Я попросил своих сотрудников безопасности Сергея Соколова и Сергея Кулешова записать наш разговор на аудио– и видеопленку, чтобы иметь доказательства того, что меня шантажировали. Этот разговор был записан на видеокамеру г-ми Соколовым и Кулешовым, и была назначена следующая встреча, когда мы обговорили условия, сколько я должен им заплатить. На следующую встречу я пришел… они пришли опять ко мне. Я к этой встрече подготовил деньги – 200 тысяч долларов. И в результате торга, записанного на пленку в присутствии г-на Кожевина Сергея Львовича и еще одного сотрудника, я передал сумму в 100 тысяч долларов этому человеку по имени Николай, который был охарактеризован сотрудниками РУВД как «вор в законе». Передача денег произошла двадцать восьмого февраля. Первого марта рано утром я улетел в составе делегации нашей в Лондон вместе с Виктором Степановичем Черномырдиным. И там вечером я получил сообщение, что убит Влад Листьев. Я взял чартерный самолет и вернулся назад. Я конечно же абсолютно в тот момент не связывал предыдущие события с гибелью Влада.

В субботу (это было в субботу, когда Вы улетели вместе с Александром Васильевичем и Михаилом Ивановичем) я был на панихиде по случаю кончины Влада. Мне позвонили туда сотрудники и сказали, что в «ЛогоВАЗе» намечается обыск и приезд ОМОНа. Я был страшно удивлен и обратился к находившемуся тут же Олегу Ивановичу Сосковцу с просьбой помочь мне выйти на УВД и МВД, чтобы понять, в чем дело.

Олег Николаевич соединился с Ериным Виктором Федоровичем, и Виктор Федорович заверил Олега Николаевича, что это недоразумение и ничего, собственно, не будет происходить. Когда я приехал после панихиды, около трех часов дня, в офис «ЛогоВАЗа», в Дом приемов «ЛогоВАЗа», я обнаружил там людей, которые представились как сотрудники РУОПа. Они предъявили ордер на обыск и ордер на допрос меня в качестве свидетеля.

Я спросил, что, собственно, они рассчитывают найти в доме приемов «ЛогоВАЗа». На это после приблизительно часовой беседы мне был дан ответ, что они нуждаются лишь в уставе ОРТ. Конечно, этот устав ОРТ был им немедленно предоставлен. Но тем не менее совершенно непонятным остался вопрос, почему это надо было делать группой вооруженных людей и зачем нужен был обыск. После этого в течение девяти часов они занимались прямым давлением и шантажом. В конечном счете они потребовали, чтобы мы проехали с ними в РУОП для дачи показаний, но вся эта история откровенно смахивала на провокацию, и я обратился к Ильюшенко через помощника А.В. Коржакова, потому что его в этот день не было, он был с Вами. Ильюшенко дал указание своему первому заму Узбекову. И Узбеков в свою очередь позвонил в Дом приемов «ЛогоВАЗа» и дал прямое указание находившимся там сотрудникам РУОПа, чтобы те не забирали меня и моего заместителя Бадри в милицию. А сняли показания здесь… Но тем не менее они не выполнили этого указания, и давление продолжалось в течение девяти часов. В течение всего этого времени «ЛогоВАЗ» был окружен группой вооруженных людей.

Вчера по НТВ была показана передача в программе «Итоги», где, ну… в полузавуалированном виде я выставляюсь как человек, который и задумывал, и осуществлял покушение на Влада Листьева. При этом понятно, что эта версия готовилась не один день. Все было подготовлено заранее.

По другой информации, есть «вор в законе», который сидит, который дал показания, что мой заместитель г-н Патаркацишвили заказывал убийство Влада. И в связи только с тем, что его арестовали, он не смог выполнить поручение.

Из этого совершенно однозначно определяется, что все было спланировано заранее, потому что этот человек был арестован еще до убийства Влада. Поэтому становится совершенно однозначно, откуда идут все эти действия.

Борис Николаевич! То, что это является провокацией, ну у меня лично не возникает никаких сомнений.

<…> Но самое главное, Борис Николаевич, не в этом. Самое главное, Борис Николаевич, непонятно, кто сегодня является властью. Я говорю это Вам не чтобы подзадорить на те действия, на которые Вы решились. Этого уже недостаточно, Борис Николаевич! Москвой управляете уже не Вы. Это уже реальность.

Управляете ли Вы Россией? Борис Николаевич, я не сомневаюсь в бесконечной преданности делу, которое Вы делаете. Но Ваших людей подставляют, Ваших людей один за одним уводят из-под Вас. Спасибо.

Лицом к лицу. Второй геополитический выбор Запада в XX веке

19 февраля 1997 г. «Независимая газета», Москва

Государственный секретарь США Мадлен Олбрайт сегодня приезжает в Москву с целью уверить нас в миролюбивых намерениях НАТО в связи с планом расширения этого военного союза на восток. Ее заместитель Строуб Тэлботт признает в своей статье в «Нью-Йорк таймс» обоснованность опасений, что расширение НАТО может усилить позиции противников демократии и реформ в России. Господин Тэлботт призывает российское руководство объяснить народу, что на самом деле план приблизить самую совершенную военную машину в истории к нашим границам – мероприятие в высшей степени безобидное.

Второй раз в уходящем столетии западная демократия стоит перед стратегическим выбором – принять или нет Россию в свой круг. Естественно, что и в России мнение по этому вопросу неоднозначно. Но сегодня в силу того, что инициатива в принятии этого решения исходит от Запада, следует прежде всего проанализировать мотивацию западную.

Не вдаваясь в исторические подробности, можно констатировать, что в начале ХХ века, когда Россия начала делать только первые, робкие, но успешные шаги по пути либеральной экономики, Запад распознал могучий потенциал, который стал реализовываться. Конечно же направление действия этого потенциала огромной, по существу, феодальной империи было трудно предсказуемо. Но альтернатив, с которыми столкнулся Запад, было всего лишь две: либо попытаться интегрировать этот начинающий извергать из себя энергию континент с безусловно неочевидными последствиями для самой молодой западной демократии, либо попытаться отгородить этот континент от себя.

Решение и последствия этого решения известны. При этом конечно же речь не идет о каком-либо сговоре, но безусловно, что это решение было следствием менталитета политического истеблишмента того времени, прежде всего западноевропейского, с опаской отнесшегося к усиливающемуся конкуренту. Необходимо и важно отметить, что Россия сама не имела точного понимания пути предпочтительного развития и не проявляла действенного желания к интеграции.

Выбор пути, которым Россия прошествовала в течение предшествующих более чем семи десятков лет, а также внутренние (например, фашизм в Германии) и внешние (например, постоянная угроза агрессивного коммунистического соперника) факторы смертельно опасного давления на западную демократию в значительной степени явились прямым следствием отгорождения России в то не такое уж далекое, а для истории – ничтожное время.

Семьдесят с лишним лет понадобилось России, чтобы самостоятельно убедиться, что экономические законы писаны Господом Богом, а не изрекаются вождем. Дорого расплачивается Россия за этот урок: распалась империя, колоссальные внутренние напряжения раздирают саму Российскую Федерацию. Мы осознали наконец неизбежность возврата к либеральной экономике, но пока еще не нащупали каркас будущего либерального политического устройства России, мы, как и в начале века, не сформулировали стратегические ориентиры. И сегодня, как в начале этого века, как будто ничего не произошло в нем трагического, уже немолодая западная демократия не проявляет мудрости в ситуации, почти сходной с той, которая существовала сто лет назад, в начале XX века, делает тот же, как теперь уже точно известно, ошибочный выбор.

Не должно быть никакого лицемерия в отношении проблемы расширения НАТО – это, прежде всего, принципиальное решение Запада о невозможности интеграции с Россией, и, как показал глобальный исторический эксперимент, это решение тотально агрессивно по отношению к России и исключительно опасно для самого Запада. В этом должна быть абсолютная ясность.

Одновременно сегодня по сравнению с тем недавним временем существует по крайней мере одно существенное различие в понимании обсуждаемой проблемы: Россия в обозримом будущем самостоятельно не преодолеет путь к демократии западного типа. Это означает, что Запад должен сравнить риски: иметь в будущем дело с агрессивным соперником или наконец совершить трудную попытку интеграции с Россией. При этом и в том и в другом случае расплачиваться придется как Западу, так и России, но в первом случае – за разрушение, а во втором – за созидание. В новейшей истории, в 1991 году, перед аналогичным, но значительно менее масштабным выбором стояла Германия.

Да, к сожалению, сегодня уже не только объективные факторы положены на чашу весов. Влиятельные политические группы на Западе и Востоке, в Польше, Венгрии, Прибалтике, в других странах, а с запозданием – и в России, включились в политическую игру; уже личная репутация ведущих политиков становится аргументом в решении исторического вопроса. Но этого, безусловно, недостаточно, чтобы еще и еще раз не попытаться сделать первый век третьего тысячелетия счастливее последнего в уходящем, не представляя этого на страшный Господень суд.

Борис Абрамович Березовский

Заместитель секретаря

Совета безопасности Российской Федерации,

член-корреспондент РАН

Жалоба на прекращение уголовного дела

На № 29/00/008-98

Главному военному прокурору

От 02.10.98

господину ДЕМИНУ Ю.Г.

Уважаемый Юрий Георгиевич!

3 октября 1998 года я получил письмо старшего следователя по особо важным делам при Главном военном прокуроре полковника юстиции Павлова Н.И., коим уведомлен о прекращении уголовного дела, возбужденного по моему заявлению в отношении бывшего начальника Управления ФСБ РФ Хохолькова Е.Г. и его заместителя Камышникова А.П., на основании п. 2 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР – за отсутствием состава преступления.

Противоправность такого решения для меня очевидна, хотя следователь не прислал мне копию самого постановления.

Сотрудники ФСБ Литвиненко, Шебалин и др., встретившись со мной, совершенно определенно заявили, что в конце декабря 1997 года Камышников на служебном совещании в присутствии офицеров отдела отдал распоряжение подполковнику Литвиненко убить меня. Вряд ли на допросах они дали иные показания.

В письме следователя Павлова Н.И. это распоряжение расценивается как «необдуманные высказывания, дискредитирующие Камышникова как руководителя», но вместе с тем не свидетельствующие «о намерении организовать совершение убийства». Вполне возможно, Камышников и не собирался лично организовывать мое убийство или руководить его исполнением, но юрист в ранге старшего следователя по особо важным делам, конечно, знает, что уголовный закон карает не только организаторов, но и подстрекателей к преступлению, а приказ или устное распоряжение, адресованное начальником своим подчиненным, является классической формой подстрекательства (Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть / Под общей редакцией Генерального прокурора Российской Федерации Скуратова Ю.И. и Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. М., 1996. С. 85). Разумеется, известно следователю и то, что неудавшееся подстрекательство (подчиненные Камышникова не выполнили и не собирались исполнять его заведомо преступное распоряжение) квалифицируется как приготовление к соучастию в преступлении и виновный несет уголовную ответственность (Там же. С. 89–90). Поэтому процитированный отрывок из письма Павлова я не могу расценить иначе, как попытку ввести меня в заблуждение относительно юридической сущности действий Камышникова.

Прекращение уголовного дела тем более удивительно в свете материалов, которыми, безусловно, располагает следствие, о том, что 15 мая 1998 года заместитель начальника 7-го отдела УРПО ФСБ РФ Енин Н.В. в присутствии нескольких сотрудников отдела нецензурно оскорблял Литвиненко и угрожал ему физической расправой за то, что тот «не дал патриотам Родины» убить меня. Данный факт, подтвержденный служебным расследованием (Енину, насколько мне известно, объявлено замечание (?!), не оставляет сомнений в характере «необдуманных высказываний» как Камышникова на служебном совещании, так и Хохолькова (его и Енина начальника) при встрече со своим подчиненным Гусаком.

Считаю, что дело прекращено незаконно. Прошу постановление следователя Павлова Н.И. от 30 сентября 1998 года отменить, следствие возобновить и привлечь виновных к уголовной ответственности.

Исполнительный секретарь СНГ

Б. Березовский

06.05.98

Письмо директору Федеральной службы безопасности Российской Федерации г-ну Путину В.В

13 ноября 1998 г. «Коммерсантъ-Daily», Москва

Уважаемый Владимир Владимирович!

Вопросы государственной безопасности вынудили меня написать Вам письмо. Я решил к Вам обратиться через газету по единственной причине – многие годы наших с Вами добрых отношений, как это уже не раз бывало в моей жизни, особенно в последнее время, мои трепетные оппоненты будут использовать как аргумент в пользу Вашего неслучайного внимания к моим опасениям. Так вот, ничего тайного, что скрыто от посторонних глаз, ни в существе вопроса, ни в моей надежде на Вашу порядочность и профессионализм нет. Я убежден, что Вы как руководитель ведомства, отвечающего за защиту конституционного строя, в основе которого продекларирована демократия, должны обеспечить скрупулезное расследование имеющихся у меня фактов, которыми я располагаю.

Как Вам известно, в течение всего периода реформ, но особенно в последнее время, экстремистски настроенные лидеры левых политических партий и движений, стремясь к власти, пытаются учинить расправу над неугодными им людьми. Одновременно активно разыгрывается национальный вопрос, публично раздаются призывы к насилию, о чем свидетельствуют недавние выступления Макашова А. и др., а также поддержка, оказанная лидерами КПРФ этим силам.

Особое беспокойство вызывает то, что бывшая партноменклатура, пробравшаяся за счет популистских лозунгов на государственные посты, извращая, саботируя и дискредитируя все положительное, что достигнуто реформами последнего времени, старается показать, что лучший путь – возврат к прошлому, к которому и следует вернуться путем продвижения на руководящие посты членов КПРФ и им сочувствующих. Это необходимо, чтобы снова узаконить старую систему распределения и управления людьми, контроля над СМИ, расправы с неугодными.

Имеющаяся у меня информация указывает на то, что подобные процессы происходят и в Вашем ведомстве, а может быть, и инспирируются теми руководителями ФСБ России, которые по своим убеждениям не приемлют демократических преобразований.

В частности, в мою бытность заместителем секретаря Совета безопасности России и позже ко мне обращалось немало сотрудников ФСБ РФ, указывающих на произвол и беззаконие в отношении их со стороны руководства за принципиальную позицию в борьбе с организованной преступностью и терроризмом. Так, в марте 1998 года и позже от офицеров УРПО ФСБ РФ – полковника Шебалина В., подполковников Гусака А., Литвиненко А., Скрябина А., майоров Понькина А., Круглова И., Ермолова С., Щеглова Г. и старшего лейтенанта Латышонка К. мне стало известно, что руководители Управления генерал-майоры Хохольков Е., Степанов Н., капитан 1-го ранга Камышников А., подполковник Енин Н. и др., используя свое служебное положение, отдавали противоправные распоряжения, связанные с совершением террористических актов, убийств, захватом заложников, вымогательством крупных денежных сумм.

В ноябре – декабре 1997 года Хохольков и Камышников поставили перед подчиненными задачу убить меня, о чем мне сообщили сотрудники ФСБ и о чем при личной встрече я рассказал тогдашнему Директору ФСБ РФ генералу армии Ковалеву Н., который обещал во всем разобраться. Однако, вместо объективного разбирательства, Ковалев поставил в известность о нашем разговоре Хохолькова. Последний в свою очередь, используя данную ему власть, начал оказывать давление на подчиненных, склоняя их к отказу от сказанного.

Понимая, что Ковалев фактически находится с ними в сговоре, я обратился к заместителю главы Администрации Президента России Савостьянову Е. После этого Шебалин, Литвиненко, Гусак, Латышонок и Понькин были вызваны в Администрацию Президента, где написали рапорта о случившемся.

По вышеперечисленным фактам, после дополнительной проверки, Главная военная прокуратура России возбудила уголовное дело. В ходе расследования, которое длилось шесть месяцев, факты подтвердились. Тем не менее уголовное дело вскоре было закрыто. Явно незаконное решение следователя мною было обжаловано, и предварительное следствие возобновлено.

Владимир Владимирович, меня удивляет тот факт, что уже после Вашего назначения действиям упомянутых руководителей не дано должной оценки, а они пошли на повышение: Хохольков Е. назначен одним из руководителей Госналогслужбы России; Камышников А. откомандирован в распоряжение начальника Оперативного управления Департамента по борьбе с терроризмом ФСБ РФ.

Сотрудники, сообщившие в прокуратуру о противоправных действиях руководства, подвергаются моральному и физическому давлению, предпринимаются попытки к их незаконному увольнению.

В 1998 году в беседе со мной в присутствии подполковника Литвиненко А. генерал-полковник Трофимов А. сказал, что в убийстве Листьева замешаны спецслужбы России, о чем ему сообщил лично еще предшественник Н. Ковалева.

После разоблачительных публикаций в отношении А. Коржакова и его друзей корреспондентом «Новой газеты» А. Минкиным на квартиру последнего было совершено разбойное нападение «неизвестных» лиц.

После отказа выплатить крупную сумму денег А. Коржакову было совершено покушение на убийство президента Национального фонда спорта Бориса Федорова.

Обо всех этих фактах я сообщал Генеральному прокурору России Скуратову Ю. и другим должностным лицам, но мои заявления оставались без ответа, и сейчас их опять пытаются не заметить. Анализируя факты, я имею все основания предполагать, что заместитель Генерального прокурора России Катышев М., курирующий следствие и ответственный за проведение объективного расследования, как минимум подвержен влиянию со стороны бывших своих коллег по работе и партии, наиболее реакционно настроенных лидеров левого крыла КПРФ Илюхина В., Макашова А. и др., и именно это обстоятельство не позволяет найти и разоблачить преступников.

Владимир Владимирович, Вам от предшественников досталось тяжелое наследство. Криминальные элементы и коррумпированные ими чиновники на разных уровнях, в том числе и в Вашем ведомстве, наносят удар по людям, не согласным опять идти в стойло. В стране нарастает уголовный террор.

Уголовники вместе с красно-коричневыми рвутся к власти. Они прекрасно понимают, что в свободной стране, где нормы демократической морали надежно защищены строгим соблюдением закона, им места не будет.

Факты и проблемы, которые я изложил, не считаю частными, а тенденцией – тенденцией смертельно опасной для России.

Прошу использовать имеющуюся у Вас власть для наведения конституционного порядка.

С уважением,

Член-корреспондент Российской академии наук

Б. Березовский

11.11.98

Заявление для СМИ директора ФСБ России В. Путина

18 ноября 1998 г. «Коммерсантъ-Daily», Москва

В последнее время усилились нападки и критика со стороны представителей различных политических групп в адрес Федеральной службы безопасности. Со стороны заказчиков с явно левыми убеждениями звучат обвинения в «возрождении в ФСБ политического сыска и откровенной слежке за оппозицией», переориентации ведомства на «защиту частной собственности» в ущерб деятельности по борьбе с терроризмом и шпионажем (как, например, в недавней публикации в еженедельном приложении «Деловой вторник» к газетам «Трибуна» и «Труд»). С другой стороны, справа делаются заявления о ФСБ как о некоей тайной силе – «штурмовом отряде партии социального реванша», о засилье в ней сторонников жесткой руки и наличии коррупции.

Определенное время мы оставляли без официальных комментариев подобного рода инсинуации, так как считали не делом спецслужб вступать в публичную политическую полемику. Однако ряд последних публикаций требует адекватной реакции, в том числе и открытое письмо на мое имя Б. Березовского, опубликованное 13 ноября в газете «Коммерсантъ».

В нем меня призывают к решительным мерам по «наведению конституционного порядка» в стране, предупреждают о наличии в ФСБ некоего «заговора партноменклатуры», покрывающей преступников, о начале гонений на людей, «не согласных идти в стойло». В этой ситуации как руководитель ведомства я не могу отмолчаться. Прежде всего потому, что новые российские органы безопасности, защищающие общенациональные интересы, фактически ставятся в один ряд с силами экстремистской и чуть ли не уголовной направленности. Для нас такое сравнение оскорбительно.

Только за последние месяцы наша служба предотвратила ряд серьезных преступлений, связанных с терроризмом, захватом заложников, контрабандой и незаконным перемещением через границу различных ценностей, наркотиков и т. п. Практически ежедневно телевидение и пресса передают репортажи о той или иной операции ФСБ.

Обозначу перед российской общественностью свою твердую позицию. Я, как и мои предшественники, назначен на пост директора ФСБ в соответствии с Конституцией президентом России Б.Н. Ельциным. Он, и только он, а не другие политические деятели любого калибра и ориентации в соответствии с законом «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» определяет направления и задачи ФСБ. Одна из основных установок президента выражается в том, что ФСБ никогда и ни при каких обстоятельствах не будет участвовать в политических играх, как бы ни пытались нас в них втянуть.

Служба, действуя строго на основе и в рамках закона, защищает конституционный строй, обеспечивает безопасность личности, общества и государства от угроз, откуда бы они ни исходили. Думается, что такой принципиальный подход поддержит любой государственно мыслящий человек.

В.В. Путин

Письмо директору Федеральной службы безопасности Российской Федерации г-ну Путину В.В

Уважаемый Владимир Владимирович!

В середине февраля 1995 года в Дом приемов АО «ЛогоВАЗ» по адресу: г. Москва, улица Новокузнецкая, дом 40 на автомашине ВАЗ-2109 бежевого цвета с гос. номером 03–70 ММХ прибыли сотрудники МВД РФ, принимавшие участие в раскрытии покушения на меня, происшедшего в июне 1994 года: заместитель начальника ОУР 6-го РУВД г. Москвы майор милиции Кожанов Сергей Львович (раб. тел. 233-54-72), сотрудник 6-го РУВД Коняев Николай (раб. тел. 233-26-92) и начальник 4-го отделения УУР ГУВД г. Москвы капитан милиции Зиновьев Игорь Викторович (раб. тел. 200-66-24), которые привели с собой ранее судимого за убийство члена организованной преступной группировки г. Омска Плеханова Николая Александровича, угол. кличка Кот. В ходе личной встречи Кожанов С.Л. рассказал мне, что Плеханов Н.А. является одним из организаторов и исполнителей покушения на меня, совершенного 7 июня 1994 года путем взрыва автомашины перед Домом приемов АО «ЛогоВАЗ». Кожанов С.Л. заявил мне также, что Плеханову известны заказчики и мотивы данного преступления, после чего рекомендовал мне переговорить с Плехановым и принять его условия (Плеханов просил за указанную информацию 500 тысяч долларов США). Кроме того, Кожанов пояснил, что данное преступление раскрыть будет практически невозможно, т. к. кругом «мафия», все куплено, ему не дают работать, отстраняют от расследования данного дела, и что начальник московской милиции генерал-лейтенант Панкратов куплен финансовой группой «Мост» и тот факт, что ему удалось разыскать Плеханова и привезти его ко мне, – это является успехом в работе. После этого Кожанов представил мне Плеханова, который рассказал, что покушение на меня заказал Зиберев Александр Григорьевич (замдиректора «АвтоВАЗа» Каданникова). Основным организатором являлся уголовный авторитет Козубенко (кличка Козубен), близкая связь «вора в законе» Иванькова В. (кличка Япончик). Мотивом покушения является конкуренция, которую я якобы создал на автомобильном рынке. Также Плеханов указал, что в настоящее время готовится и уже проплачено еще одно покушение на меня или на кого-то из моего близкого окружения, мотивом которого является или автобизнес, или моя работа на телевидении. Также Плеханов рассказал, что принимал участие на сходке «воров», где решался вопрос о разделе автобизнеса и телевидения. В качестве доказательства сказанного Плеханов предложил мне купить у него за 500 тысяч долларов США кассеты с записями разговоров Зиберева и Козубенко, где они говорят о вышеупомянутом преступлении. Причем 250 тысяч долларов США нужно в качестве задатка, а 250 тысяч долларов США – после предоставления кассет. Плеханов пояснил, что Козубенко располагает огромными связями в г. Омске, близко знаком с Носовцом и его женой (директором местного телевидения). Козубенко работает с Зиберевым с начала 80-х годов, когда они вместе занимались хищением автомобилей в г. Тольятти (за убийство одного из подельников Плеханов сидел в тюрьме). 28.02.95 года я передал Плеханову и Кожанову 100 тысяч долларов США.

По данным фактам мной было написано заявление о противоправных действиях сотрудников милиции в ФСБ России. Заявление принял следователь Павленок В., которому я также передал для приобщения к материалам видео– и аудиозаписи момента передачи денег перечисленным выше милиционерам и переговоров с ними. До настоящего времени ответа на свое заявление я не получил и мне неизвестно решение, которое было по нему принято в соответствии со ст. 109 УПК России. В то же время, как мне известно, часть купюр, переданных мной при указанных выше обстоятельствах милиционерам, в тот период времени были обнаружены в ходе обысков в квартирах Кожанова С., Коняева Н. и Плеханова Н. Несмотря на это, перечисленные сотрудники милиции продолжили свою службу в органах МВД России на руководящих должностях, а Кожанов получил звание подполковника.

Деньги, полученные от меня мошенническим путем милиционерами и Плехановым, до настоящего времени мне не возвращены. Обещанные ими кассеты с записями разговоров заказчиков покушения на меня не представлены.

1 марта 1995 года было совершено убийство директора ОРТ Листьева В. Насколько мне известно, через два часа после происшествия в штаб по раскрытию преступления поступил факс, из которого следовало, что основным подозреваемым следует считать меня.

3 марта 1995 года в Дом приемов АО «ЛогоВАЗ» прибыл начальник 6-го отдела РУОП г. Москвы Казаков Валерий Валентинович (раб. тел. 237-03-14) в сопровождении автоматчиков и группы телевизионщиков НТВ для проведения обыска и привода меня на допрос к следователю по делу об убийстве Листьева.

Один из следователей заявил, что «Березовского мы все равно посадим», когда слетит его «кремлевская крыша». При этом хочу отметить, что на допрос меня пытались доставить именно в 6-е РУВД г. Москвы, одним из руководителей которого являлся Кожанов С.Л. Подозревая в действиях сотрудников МВД РФ возможную провокацию и то, что ранее я написал на них заявление в ФСБ России, я обратился к офицерам ФСБ России, ранее участвовавшим в документировании противоправной деятельности упомянутых милиционеров, с просьбой защитить меня как заявителя. Что ими и было сделано с санкции руководства.

Мне также известно, что Зиберев в день покушения на меня, после взрыва, провел совещание, где заявил, что я якобы отстранен от дел в «ЛогоВАЗе». Одним из свидетелей, участником названного совещания, являлся Гафт М.Г., трагически погибший в 1995 году.

С учетом вышеизложенного, а также имевших место публикаций и заявлений в средствах массовой информации о том, что сотрудники ФСБ России, отказавшиеся исполнять незаконное распоряжение своего руководства о моем физическом устранении, ранее за деньги охраняли меня (что является клеветой), и того факта, что некоторые из них в настоящее время уволены со службы, прошу Вашего указания:

1. Дать мне официальный ответ на мое заявление по факту получения от меня мошенническим путем 100 тысяч долларов США указанными выше офицерами милиции в феврале 1995 года.

2. Провести служебное разбирательство по факту клеветнических высказываний в отношении офицеров ФСБ России, охранявших меня как заявителя с санкции руководства в марте 1995 года, в частности заявления о том, что они являлись моими охранниками и получали от меня за это деньги.

С уважением,

член-корреспондент РАН

Березовский Б.А.

« декабря 1998 года

Личные свободы – главный закон демократического общества

Открытое письмо президенту Российской Федерации Владимиру Путину

31 мая 2000 г. «Коммерсантъ-Daily», Москва

Уважаемый Владимир Владимирович!

Цель этого письма – начать открытое, аргументированное общественное обсуждение недавнего указа об образовании семи федеральных округов и пакета федеральных законопроектов, которые, как вы сказали в своем телевизионном обращении к народу, являются механизмами «нашего демократического государственного строя» и ставят целью реализовать комплекс мер «по укреплению единства государственной власти, обеспечению верховенства Конституции» и «федеральных законов» и развить «подлинно конституционные принципы федерализма».

Я, как и многие люди в нашей стране, убежден в искренности ваших намерений и в воле сделать Россию мощной и процветающей, а ее граждан живущими в достатке и благополучии. Проблема, которую вы подняли, является ключевой для нашего будущего: как совместить принципы свободы и демократии с необходимостью эффективного управления огромной страной.

В вашем обращении прозвучали все ключевые слова: «демократия», «федерализм», «сильная власть», «верность Конституции». Именно с позиций этих базисных для государственного устройства России категорий я и пытался оценить вышеназванные документы и, к сожалению, пришел к выводу, что они не соответствуют поставленным задачам и принесут больше вреда, чем пользы.

Начну с резюме.

Резюме

Выпущенный указ и подготовленный пакет федеральных законов имеют целью усилить властную вертикаль. Однако они являются попыткой решить реальную проблему неадекватными методами. Предлагаемые изменения антидемократичны, так как в случае принятия они нарушают систему балансов внутри власти, необходимую для нормального функционирования любого демократического государства и рыночной экономики, существенно расширяют полномочия исполнительной власти за счет законодательной и ограничивают участие граждан в представительном управлении государством. Они еще больше расшатывают устои федерации, так как усложняют взаимоотношения между центром и регионами, ослабляют и запутывают существующую вертикаль управления и приведут к консолидации региональных элит в направлении их обособления. В результате эффект нововведений будет обратным желаемому. Многие аспекты законодательства внесут неразрешимые противоречия и хаос в юридические основы конституционного правопорядка и федерального устройства государства.

Теперь попробую обосновать такое заключение, касающееся существа и формы обсуждаемой проблемы.

1. Нарушение демократии

Вертикальное разделение властей составляет базовый элемент демократического правопорядка наряду с горизонтальным разделением на законодательную, исполнительную и судебную ветви. Как в горизонтальном, так и в вертикальном разделении основополагающими элементами являются независимость разных властных структур друг от друга, четкая разграниченность полномочий отдельных институтов власти, выборность, представительность и подотчетность избранной власти народу. В совокупности горизонтальное и вертикальное разделение властей является гарантией против произвола и узурпации власти. Соблюдение основных принципов вертикального разделения властей является одним из кардинальных устоев демократии. Иными словами, «плохой» избранный руководитель лучше, чем «хороший» назначенный сверху, ибо система назначений порочна в принципе.

Предложения по отстранению выборных руководителей от должности и назначению сверху временно исполняющих их обязанности, а также по роспуску выборных органов:

– нарушают принципы независимости, выборности, представительности и подотчетности избирателям;

– расширяют полномочия президента в нарушение Конституции, которая дает исчерпывающий перечень должностных лиц, назначаемых и отстраняемых президентом. Главы субъектов федерации в этот перечень не входят. Предложения по формированию Совета Федерации из представителей губернаторов и местных законодательных собраний:

– противоречат принципам выборности, представительности и подотчетности законодателей избирателям, так как представители народа будут избраны не в ходе прямых состязательных выборов, а назначены в результате политических сделок и компромиссов, неизбежных на уровне местных законодательных органов;

– противоречат функции Совета Федерации как палаты регионального представительства, так как депутаты, назначенные региональными законодательными собраниями, реально будут представлять партии большинства на местах. В результате Совет Федерации превратится в партийную палату – вариант Государственной думы, в которой партийная лояльность будет преобладать над региональной;

– ослабят роль Федерального Собрания как независимого субъекта горизонтального разделения властей на федеральном уровне, так как неизбранная палата не будет рассматриваться исполнительной и судебной ветвями как полновесный участник политического процесса. В результате баланс сдержек и противовесов сместится в сторону исполнительной власти не только по вертикали, но и по горизонтали.

В совокупности вышеуказанные предложения значительно ущемляют права местного самоуправления, нарушают равновесие в демократическом разделении властей и создают предпосылки для установления унитарных и авторитарных режимов – как на уровне субъектов федерации, так и во всероссийском масштабе.

В контексте мирового опыта федерализма нынешнее российское государственное устройство соответствует скорее североамериканской и европейской моделям, основанным на децентрализации власти, которые зарекомендовали себя в обеспечении политической стабильности. Предлагаемое законодательство переведет Россию в категорию латиноамериканской модели федерализма, характеризующегося чрезмерной централизацией, несущей за собой нестабильность и высокую вероятность недемократических форм правления.

2. Ослабление федерализма и вертикали власти

Смысл федеральной организации государства состоит в рациональном балансировании реальных, объективных противоречий между центральными и местными интересами. Устойчивость федеральной структуры в гораздо меньшей степени зависит от контроля сверху, сколько от обратной связи и саморегулирующих импульсов снизу. Предлагаемые меры усиливают контроль сверху вниз, но ослабляют обратную связь снизу вверх за счет снижения самостоятельности местной власти и представительности ее в центре. В результате усиление контроля будет сопровождаться снижением эффективности управления.

Логично предсказуемы следующие негативные тенденции:

– главы субъектов федерации будут компенсировать ослабление на федеральном поле путем увеличения своего влияния в масштабах региона – используя нововведенное право смещать руководителей местных администраций. Помимо ослабления демократии на местах (см. выше) такая консолидация местных элит приведет к возникновению закрытых, коррумпированных монолитных местных бюрократий, подобных партийно-административным элитам союзных республик бывшего СССР. Исполнение функций федеральной власти в таких монолитных образованиях будет гораздо сложнее, чем в ситуации независимости местного самоуправления от губернаторов;

– концентрация федеральных функций в шести (в дополнение к Москве) центрах приведет к возникновению де-факто «межрегиональных столиц», что нарушает принцип равенства субъектов федерации, неизбежно приведет к несправедливости в распределении федеральных ресурсов, появлению региональных лидеров «первого» и «второго» сорта, а в долгосрочном плане может способствовать дезинтеграции России за счет возникновения мощных, экономически и политически интегрированных межрегиональных объединений;

– зависимость местных руководителей от кадровых решений вышестоящего уровня власти приведет к невосприимчивости властной вертикали к реальным проблемам на местах. Боязнь санкций сверху парализует отстаивание местных интересов снизу, которое в настоящее время является основным механизмом вовлечения федеральной власти в решение местных проблем;

– предлагаемое законодательство ставит перед администрацией президента РФ задачу практически тотального отслеживания событий на местах с принятием в случае необходимости наказательных мер, а также существенное вовлечение в кадровые вопросы, подобно прежней системе партийных органов. Осуществление этих ныне несвойственных администрации президента функций и полномочий потребует создания соответствующего аппарата, привлечения ресурсов и так далее. По существу, возникает новая вертикальная властная структура, функционирующая параллельно с существующими вертикальными федеральными структурами (МВД, ФСБ, Минюст, Минздрав, Минобразование и так далее). Таким образом, существенные вопросы будут решаться в рамках треугольника губернатор – представитель президента – министр. Иными словами, отправление федеральной власти в регионах будет происходить по двум параллельным вертикалям – ведомственной и президентской. Можно с уверенностью сказать, что это приведет к чрезвычайной запутанности, конфликтам и неэффективности управления.

В совокупности предлагаемая реформа федеральной организации РФ обладает многими характеристиками советской системы взаимоотношений центра и регионов. Как известно, эта система оказалась неспособной эффективно справляться с конфликтами центра и периферии, что в конце концов и послужило одной из главных причин развала СССР.

3. Менталитет и свобода

Господин президент, но есть еще одно самое ценное достижение последнего десятилетия, разрушение которого опаснее всех других последствий принятия предложенного пакета законов.

Я утверждаю, что главным результатом ельцинского президентства является изменение менталитета миллионов людей: от рабского, зависимого от воли начальника или государства и потому безответственного – к свободному, опирающемуся только на собственные возможности. Лидерами этого основополагающего для строительства демократического государства изменения являются предприниматели, основавшие средний и крупный бизнес, и политики, наделенные властью народом и ответственные перед ним.

Владимир Владимирович, в начале своего восхождения вы сказали о «диктатуре закона». Для чего нужна диктатура закона? Вот в чем вопрос. И ответ очевиден: дать возможность каждому реализовать себя в максимальной степени, не причиняя при этом вреда другим. Осип Мандельштам говорит точно: «Я свободе как закону обручен…» Свободе как закону.

Максимально сохранить индивидуальную свободу – это и является смыслом законов в демократическом государстве. Я не хочу в рамках этого письма философствовать, но основное считаю абсолютно необходимым сформулировать четко.

Личная свобода – это система внутренних (добровольных) ограничений. Для православного человека в принципе достаточно Десяти заповедей. А вот свобода гражданина – это внешние, дополнительные ограничения – законы, которые для него прописывает общество и государство.

Основатели Соединенных Штатов Америки – Джефферсон, Вашингтон, Мэдисон и другие – первыми поняли, что внешние ограничения, то есть ограничения со стороны власти, должны быть минимальными, и отразили это фундаментальное положение в конституции США.

Более чем двухвековой опыт США показал, что предложенные ими основные принципы строительства демократического, федеративного, сильного государства оказались очень эффективными. Позднее эффективность этих идей своим примером подтвердили большинство европейских и других государств.

Не анархия, не вольная воля, а индивидуальная свобода, гражданская свобода как менталитет нации – вот единственный ключ к строительству демократического процветающего государства.

Предложенный вами пакет законов существенно ограничивает независимость и гражданскую свободу десятков тысяч российских политиков верхнего уровня, заставляет их ориентироваться на одного человека и следовать его воле. Но это мы уже проходили!

4. Предварительный юридический анализ

Я специально вынес этот пункт в приложение, поскольку не сомневаюсь, что основные возражения, которые вы уже услышали, лежат в плоскости соответствия Конституции и законам Российской Федерации.

Теперь несколько замечаний по форме представления указа и законопроектов.

С моей точки зрения, и указ, и законопроекты кардинальным образом меняют государственное устройство России. Такое решение в демократическом государстве невозможно принимать без широкого открытого общественного обсуждения и последующего референдума.

Наконец, хочу обратить ваше внимание на запредельные, вопиющие правовые нарушения, которые содержатся в законопроектах.

Предложение о возможности отстранения губернатора на время проведения следствия нарушает основополагающий принцип права – презумпцию невиновности. А предложение применить норму отзыва к уже избранным губернаторам и членам законодательных собраний субъектов федерации нарушает принцип необратимости закона. Никакие изменения функций и статуса уже избранной власти недопустимы до истечения действующих сроков полномочий, нельзя менять правила игры после того, как она началась. Я лично не пошел бы на выборы губернатора, если его можно снять.

5. Как укрепить федерацию и власть

Предложенный пакет законов призван укрепить федеральную власть и решить насущную проблему несоблюдения региональными властями федеральных законов и Конституции. Традиционно в России верховенство центральной власти основывалось на силе и принуждении. Однако сейчас мы стали на путь демократии и соблюдения прав и свобод. Опыт других стран дает многочисленные примеры успешного решения этой задачи демократическим путем без ущемления неотъемлемых прав субъектов федерации и местного самоуправления.

Во-первых, важно признать, что возможность усиления вертикали власти лежит не на пути разрушения свобод и баланса по вертикали, а в усилении ответственности тех, кто обязан закон выполнять, и полномочий тех, кто обязан за этим следить. Российское законодательство сурово карает за нарушение Конституции страны. Необходимо лишь привести в действие этот механизм. С этой целью в органах прокуратуры на местах могут быть созданы специальные подразделения по надзору за соблюдением Конституции и федерального законодательства с прямым подчинением Генеральной прокуратуре. Им должна быть обеспечена независимость от местной власти и адекватное финансирование.

Во-вторых, для выполнения судебных решений по соблюдению Конституции и федеральных законов целесообразно ввести законодательную норму федерального принуждения, однако это принуждение должно производиться по конкретным фактам нарушений. И здесь опять можно вспомнить опыт США: в 1960-х годах, когда законы южных штатов о расовой сегрегации в образовании вошли в противоречие с федеральным законом о гражданских правах, президент Джон Кеннеди использовал силу для соблюдения конкретного федерального закона в конкретных школах, но не пытался отправить законно избранных губернаторов в отставку. Применительно к России такой нормой федерального принуждения может быть введение уголовной ответственности должностных лиц исполнительной власти субъектов федерации за конкретное нарушение федеральных законов.

В-третьих, необходимо отменить законодательную норму согласования с руководством территории при назначении и снятии с должности начальников территориальных подразделений федеральных ведомств.

В-четвертых, очевидна необходимость разделения ветвей власти, продекларированная в Конституции, и в этом смысле представители исполнительной власти, то есть губернаторы и президенты республик, не должны входить в Совет Федерации. Он должен состоять из избранных народом путем прямых выборов представителей регионов (сенаторов). Независимость сенаторов от глав субъектов федерации и их парламентская неприкосновенность обеспечат дополнительный противовес возможностям злоупотреблений на местах.

В-пятых, необходимо сохранить существующий порядок формирования органов местного самоуправления. Следует не ослаблять, а усиливать независимость глав местного самоуправления от руководства субъекта федерации, сделав этот вопрос предметом особого внимания федеральных органов власти.

И еще что необходимо сделать для упрочения федерализма в России – прописать и оформить в виде законов четкое разделение властей по вертикали, наподобие того, как прописано разделение властей по горизонтали, и унифицировать распределение прав и обязанностей в рамках единого федеративного договора, подлежащего ратификации законодательными органами субъектов федерации.

Это далеко не исчерпывает список необходимых решений, но именно решения такого характера позволят добиться совершенно правильно сформулированных целей, продвигаться вперед, не разрушая достигнутого.

Я отдаю себе отчет, что приведенный анализ и мои предложения не являются исчерпывающими и, безусловно, требуют обсуждения и критики.

Владимир Владимирович, ваш личный опыт и в Санкт-Петербурге, и в Москве, я уверен, показал, что демократия сама по себе несовершенна и каждый шаг в направлении демократического развития общества требует колоссальных усилий именно потому, что в отличие от диктата вы обязаны убедить (а не приказать) миллионы граждан в своей правоте.

Прошу вас не торопиться, решая задачу исторического масштаба в огромной тяжелобольной стране.

С неизменным уважением,

Борис Березовский

Россия на перепутье

Обращение к обществу

9 августа 2000 г. «Известия», Москва