Фрукторианство. Новый взгляд на эволюцию питания человека Демчуков Артём

Глава 15

Опыт перехода на фрукторианство и поиск оптимального рациона

В этой главе я хочу поделиться наблюдениями за состоянием здоровья, самочувствием и результатами тренировок, собранными за первое полугодие моего фрукторианства. С самого начала оговорюсь, что подхожу к данному типу питания с рациональной позиции, без предрассудков и каких-то надуманных, порой даже просто бессмысленных правил и ограничений, которыми наводнён мир фанатичных приверженцев фрукторианства.

Среди «сокровищ фрукторианской мысли» у подобной публики пользуются популярностью, например, следующее умозаключение: «Чем меньше ассортимент фруктов в рационе, тем круче, здоровее и опытнее фруктоед». Но это ещё только цветочки. Некоторые фанатики умудряются извлекать из недр своего сознания ещё более оригинальные жемчужины фрукторианской мудрости. Якобы фруктоед должен питаться в течение целого сезона лишь тем фруктом, который созревает в его регионе в это конкретное время года. Примерами воплощения этих «продвинутых правил» становятся ратные подвиги фрукторианцев, когда человек, например, полгода на завтрак, обед и ужин давится одной папайей, помидорами или грушами. При этом нашим отчаянным героям, конечно же, невдомёк, что в их организме на скудном, неполноценном и однообразном питании развивается целый спектр всевозможных дефицитов микроэлементов и авитаминозов. Но чего только не сделаешь ради общего блага. Ведь кто-то же должен своим самоотверженным фанатизмом показывать окружающим, на какие грабли не стоит наступать фрукторианцам:)

Фрукторианство (в моём понимании) – это оптимальная система питания, которая может дать человеку крепкое здоровье, омоложение и долголетие. Отличительной чертой этого образа питания является употребление преимущественно сырой растительной пищи и отсутствие в рационе любых продуктов с высокой концентрацией белка – орехов, бобовых, злаков и прочего. Только при выполнении обоих этих правил у человека появляется возможность практически полностью избавиться от процессов гниения в кишечнике, сформировать уникальный симбиоз с кишечной микрофлорой, укрепить иммунитет и очистить организм от негативных последствий, присущих нездоровому образу жизни.

Поначалу для меня было равнозначно приемлемо как монотрофное (раздельное питание фруктами), так и смешанное питание, когда за один приём пищи съедается несколько видов фруктов, но со временем я признал бльшую эффективность смешанного употребления свежих овощей и фруктов. Также я не нашёл ни одной причины исключать из употребления овощи, а наоборот, хочу подчеркнуть их полезность как ценнейшего источника нерастворимой клетчатки. Особенно необходимы овощи для нормализации микрофлоры, подавления чрезмерного газообразования, а также стимуляции перистальтики желудочно-кишечного тракта, что позволяет избегать застоя пищевых масс и размножения патогенных организмов.

Основным критерием правильности питания на фрукторианстве я считаю не фанатичное сыроедение с употреблением одних лишь фруктов, а отсутствие в рационе продуктов с высоким содержанием белка и умеренноть в количестве пищи, употребляемой как за один раз, так и в течение суток!

Главной причиной, побудившей меня проделать этот эксперимент, было желание найти свою оптимальную систему питания. Но решающим толчком стало прочтение нескольких научных статей, утверждавших, что низкокалорийное питание значительно увеличивает продолжительность жизни различных организмов. Ну, а самым интригующим моментом для меня стали слова из статьи о том, что на человеке подобные опыты пока не проводились. Такого уникального шанса заняться исследованием возможностей собственного тела мой разум пропустить не мог. Поэтому, оставив своё увлечение атомной физикой, я сконцентрировал внимание на поиске оптимального типа питания и изучении его физиологических аспектов.

До этого эксперимента за плечами у меня был десятилетний стаж вегетарианства и около года веганства. И вот с января 2010 года я перешёл на сыроедение по системе Шаталовой. Суть её методики заключалась в том, что суммарный суточный рацион человека не должен превышать 1 000 ккал, а частота приёмов пищи ограничивалась двухразовым питанием. При этом моя рекомендуемая потребность в энергии, вычисленная по традиционной схеме расчёта, составляла около 2 700 ккал.

Примерно в то же время у меня был пик физической формы, в среднем более двух часов тренировок в день, до пяти раз в неделю бег на длинные дистанции по мягкому песку, турник, брусья и отжимания от пола, несколько раз в неделю йога. Это не был профессиональный спорт, просто мне нравилось вести активный образ жизни и у меня было много свободного времени. Однако с увеличением срока моего низкокалорийного сыроедения все результаты в спорте начали медленно таять. И это неудивительно: ведь даже при несколько облегчённом ритме тренировок энергозатраты организма превышали приток энергии, поступающий с пищей.

У меня, как и у всех бегунов-стайеров, очень низкий процент жировой ткани в теле – менее 6 %, а при истощении и высоких нагрузках его значение вообще доходит до критической отметки 3 %. Поэтому недостающую энергию на этом экстремальном низкокалорийном режиме организму приходилось получать, переваривая собственные мышцы. Помимо этого было очень сложно выдержать практически не покидавшее меня чувство голода. Всё это явно подсказывало, что мне нужно найти более щадящий режим питания, и на эту роль прекрасно подошло сыромоноедение (СМЕ).

Так с начала лета я перешёл на монотрофное (раздельное) сыроедение с четырёхразовым режимом питания. Буквально сразу после этого у меня нормализовался вес, появилось больше физических сил и установилась некоторая стабильность в питании. Основой рациона были сырая овсянка, гречка, разнообразные овощи и фрукты. Уже тогда я по личному опыту знал, что орехи при их употреблении вызывают состояния, аналогичные употреблению опиатов, – нарушают перистальтику и затуманивают рассудок. Этого было вполне достаточно, чтобы исключить подобные продукты из своего рациона.

Когда же я случайно натолкнулся в интернете на информацию о фрукторианстве, мне сразу понравилась его идея полного отказа от орехов и злаков. И через несколько недель СМЕ я решил начать переход на фрукторианство, погрузившись в чтение учебников и поиск информации о физиологических особенностях подобной диеты.

Впоследствии все эти накопленные знания позволили описать общую картину того, что происходит с телом человека на данном типе питания. А выявленные положительные стороны фрукторианства стали стимулом к тому, чтобы посвятить ему интернет-журнал, дабы изложить в нём всю собранную информацию в виде различных тематических статей. В дальнейшем теоретический материал этих статей дополнялся и уточнялся посредством наблюдений за состоянием собственного здоровья, а также благодаря личному опыту и результатам анализов других фрукторианцев.

Моё питание в начале фрукторианства было строго монотрофным, в основном арбузы, яблоки, морковь, персики и апельсины. В среднем порции не превышали 700 г по 4–6 раз в день, но при этом я всё равно оставался голодным. Как и ожидалось, переход сопровождался значительным падением показателей в тренировках, причём как в силе, так и в выносливости.

В первый месяц у меня сразу возникли тяжёлые состояния крайней истощённости и слабости, а продолжительность сна сократилась до 5–6 часов. Я поздно ложился спать и легко просыпался рано утром, обычно до пяти часов утра, однако сил и бодрости после сна не было абсолютно, было тяжело даже просто передвигаться. При переходе из горизонтального положения в вертикальное у меня пропадало зрение – «темнело в глазах». Обострились боли в коленных суставах. Ухудшение самочувствия дошло до того, что я практически полностью перестал нормально тренироваться. Бег был исключён и заменён ходьбой, при которой я с трудом преодолевал несколько километров. Количество подтягиваний на турнике, отжиманий от пола и брусьев уменьшилось до смехотворных цифр.

Подобная слабость была обусловлена крайним истощением. При росте 189 см мой нормальный вес составляет 70 кг, а с этими экспериментами я потерял почти 10 кг массы тела. Причём из-за малых запасов жировых тканей мой организм терял ценную мышечную массу. Вдобавок это стремительное падение веса сопровождалось переутомлением и сильным ацидозом тканей тела.

В конце третьей недели наметилось некоторое изменение в самочувствии. Появилась неожиданно высокая сенситивность органов чувств, внутри тела было ощущение какой-то непонятной возбудимости – «внутреннего огня», порождённого накопившимся дефицитом сна. Но в конечном итоге я не выдержал столь интенсивной потери веса и физических сил и вышел из строгого низкокалорийного режима, разбавив свой рацион варёным картофелем с растительным маслом.

К слову, хочется отметить, что никакой слизи, насморка и прочих напастей от употребления приготовленного картофеля, которыми так пугают сыроедов всякие некомпетентные источники, у меня не было и в помине. Подробности мифотворчества на эту тему мы разбирали в седьмой главе «Пища, слизь и насморк».

Здесь также следует добавить, что включение в рацион приготовленного картофеля (2 % белка) поддерживает нормальный состав низкобелковой микрофлоры кишечника, о чём свидетельствовало отсутствие запахов естественных выделений.

В толстом кишечнике крахмал картофеля расщепляется на простые сахара под действием собственных ферментов пищеварительной системы, а также амилазами некоторых представителей нормальной микрофлоры человека. В отношении крахмала активны Lactobacillus amylovorus и Bifidobacterium adolescentis. Получающаяся в результате бактериального расщепления крахмала глюкоза главным образом используется этими же бактериями и подвергается последующему брожению с образованием уксусной и молочной кислот. В дальнейшем эти вещества полноценно используются как «топливо» в теле человека, а также способствуют подавлению развития различных патогенных грибков и бактерий, в том числе и ответственных за гниение и спиртовое брожение. Именно поэтому, как известно всем спортсменам-легкоатлетам, перед тяжёлой тренировкой с высокоинтенсивными нагрузками для хорошей выносливости накануне вечером желательно употреблять крахмалистую пищу.

На смешанном рационе произошли некоторые изменения в самочувствии и режиме дня:

– с одной стороны, уменьшились газообразование и частота приёмов пищи;

– с другой – увеличилось время ночного сна и появилась желание послеобеденного отдыха.

Это продолжалось дней десять, за которые у меня частично восстановились масса тела и физическая сила, а затем варёный картофель был заменён на салат из капусты с огурцом и авокадо.

То, что подобные овощные салаты отлично насыщают, а также дают силу и бодрость, для меня стало очень полезным открытием, и поэтому я незамедлительно включил их в свой рацион на регулярной основе. В случае же отсутствия авокадо в такой салат добавлялось несколько столовых ложек растительного масла. Ведь любые растительные жиры, попав в организм, дают ему большое количество энергии и притупляют чувство голода, что позволяет оставаться сытым и энергичным длительное время. Всего две-три столовые ложки растительного масла, добавленные к салату, энергетически эквивалентны почти килограмму фруктов или овощей. То есть объём съедаемой пищи меньше, а польза и питательная ценность – намного выше.

В течение второго месяца на монотрофном рационе из фруктов с добавлением овощного салата у меня постепенно начали появляться силы для тренировок. Я стал понемногу бегать и улучшать результаты в силовых упражнениях, хотя всё равно это были лишь жалкие попытки достигнуть нормальных результатов – что-то вроде состояния выздоровления после длительной болезни.

Если принять количество повторений в одном подходе в любом силовом упражнении, которое мне удавалось выполнить на веганстве, за 100 %, то в первый месяц фрукторианства из-за сильного истощения эти показатели упали до 50 %. Это было очень тяжело принять психологически. По сути это был добровольный отказ от результатов нескольких лет тренировок.

В интернете о конкретных сроках того, когда это закончится – и закончится ли это вообще, – я ничего не нашёл. Мне оставалось только ждать и надеяться, что это всё же когда-нибудь пройдёт. И, к счастью, в конце второго месяца, уже после наступления некоторой стабилизации в питании, мои надежды на улучшение ситуации стали реализовываться. Я начал чаще совершать лёгкие пробежки на малые дистанции, а также появилась регулярность в силовых упражнениях для рук, что привело к постепенному увеличению повторений в одном подходе до 75 % от нормы.

Только на третьем месяце появились реально ощутимые улучшения спортивных результатов. Появилась уверенность в своих силах и выносливости, и я наконец-то почувствовал, что мне представилась возможность восстановить нормальную физическую форму.

Состояние измождённости и слабости, с которыми мне довелось столкнуться в самом начале своего перехода, доходившие до «помутнения в глазах», были связаны с истощением и избытком кетоновых тел в крови. Выраженный кетоацидоз постоянно регистрировался инструментально (с помощью специальных тест-полосок) на протяжении всего времени перехода, когда наблюдалось снижение массы тела.

Для частичного решения проблемы чрезмерного закисления было найдено простое вспомогательное средство. После изнурительной тренировки, до того как во всём теле, как снежная лавина, нарастало состояние переутомления и слабости, при котором тяжело было даже просто дышать, я выпивал стакан воды с растворённой в ней чайной ложкой пищевой соды. И за один день, проведённый в покое, организм практически полностью справлялся с тяжёлым ацидозом, с которым без дополнительного ощелачивания ему бы пришлось бороться в течение нескольких дней.

Время шло, организм адаптировался к новому режиму питания. Постепенно моё тело научилось справляться со всё более возрастающими нагрузками самостоятельно, и необходимость в применении соды полностью отпала.

В конце четвёртого месяца, в самом расцвете сезона цитрусовых, само собой пропало желание есть овощи, и сочные фрукты целиком заполнили мой рацион. Примерно в это же время выявились очевидные недостатки монотрофного употребления фруктов. Оказалось, что такой режим питания отлично подходит лишь тем, кто хочет быстро сбросить лишний вес. Однако для людей с нормальным телосложением монотрофное фрукторианство становится обузой, препятствующей естественной жизнедеятельности. У меня просто возник вопрос: кто же больше зависит от пищи – обычный человек на традиционной диете с трёхразовым питанием или фруктоед, который каждые полтора-два часа подъедает свои фрукты, целый день курсируя между кухней и туалетом? Ответ на этот вопрос для здравомыслящих людей очевиден.

Ну, а окончательным итогом аналитического и экспериментального исследования монотрофного фрукторианства, подразумевающего частое, по сути непрерывное поедание фруктов, стало заключение о том, что выраженная зацикленность человека на еде, а также регулярно возникающие у большинства фрукторианцев «жоры», «чистки» и «кризы» не могут обеспечить полную свободу интеллектуального и физического развития человека.

Исходя из этих заключений я понял, что мне необходимо в первую очередь плавно уменьшать частоту приёмов пищи. В связи с этим было принято решение полностью отказаться от раздельного употребления фруктов, благодаря чему мне удалось увеличить порции пищи, съедаемые за один раз, и осуществить переход на нормальный трёхразовый режим питания.

Вскоре после этого поиски оптимальной системы питания помогли мне открыть несколько простых правил здорового питания, которых я и моя семья стараемся придерживаться до сих пор.

Основные принципы здорового фрукторианского питания:

– минимум процессов гниения и пищевого лейкоцитоза – для этого необходимо, чтобы содержание белка в употребляемых продуктах не превышало 2–3 %;

– оптимальная калорийность рациона должна располагаться в диапазоне от 80 до 90 % от обычно рекомендуемой нормы (простыми словами – организму необходимо поставлять достаточное количество калорий и давать регулярный отдых от пищи);

– исключение из рациона фруктов, содержащих дубильные вещества, и всего того, что нарушает естественную перистальтику кишечника (чай, кофе и т. д.);

– в рационе обязательно должны быть сбалансированы закисляющие (кислые фрукты) и защелачивающие продукты (сладкие фрукты, овощи и зелень);

– минимизация газообразования достигается благодаря трёхразовому питанию и наличию в рационе овощей и зелени, содержащих грубую клетчатку.

В соответствии с этими принципами основу моего рациона составляют разнообразные фрукты и овощи, которые я свободно ем в любых сочетаниях и, конечно же, в разумных количествах. Регулярно употребляю зелень и иногда грибы. И хотя из-за высокого содержания дубильных веществ мне пришлось отказаться от вкусных манго, бананов, винограда и большинства сортов груш, моё питание осталось достаточно разнообразным. Более того, полученное благодаря этому хорошее самочувствие и позитив стоили этой жертвы!

Мой рацион:

– фрукты: апельсины, мандарины, помелито, папайя, яблоки, тапугас, сливы, абрикосы, персики, цабр, киви, питахайя, личи, черимойя, авокадо, шизаф, маракуйя, ананас, черешня, клубника, арбуз, дыни, свежие инжир и финики;

– овощи: помидоры, огурцы, сладкий перец, морковь, батат, картофель и все виды капусты;

– зелень: укроп, артишок и листья салата-латука.

Крайне редко могу позволить себе высокобелковую пищу типа злаков, бобовых и орехов. Также я абсолютно толерантно отношусь к щадящей термообработке овощей (варка в воде и на пару). Если передо мной будет выбор между сырой и варёной морковкой – выберу сырую. Но если этот выбор будет лежать между приготовленными и сырыми артишоком или картофелем, то предпочту приготовленные.

Благодаря включению в рацион растительного масла с приготовленными овощами и овощными салатами у меня получается питаться три раза в день, употребляя менее 3 кг растительной пищи.

С утра и между приёмами пищи я пью обычную воду. В целом за сутки получается около 1–2 литров. Такой режим питания и гидратации позволяет достигать хорошей скорости перистальтики и достаточной питательной ценности рациона (2 000–2 500 ккал) при относительно малом объёме съедаемой пищи. В итоге мне удаётся избежать присущего многим сыроедам чрезмерного газообразования и выпирающего живота.

Мой рацион очень динамичен и зависит от времени года, так как это определяет то, какие фрукты и овощи появляются у меня на столе. При этом самое главное для меня – это стараться придерживаться данной схемы питания:

– завтрак, 9:00: несколько видов кислых и сладких фруктов (менее 0,7 кг);

– обед, 12:00: приготовленные овощи и/или овощной салат (около 1 кг);

– ужин, 17:00: овощной салат или немного цельных овощей и фруктов (около 0,7 кг).

Трёхразовый режим питания фрукторианца, при отсутствии высокобелковых продуктов и дубильных веществ в рационе, позволяет добиться оптимального соотношения скоростей перемещения пищи по кишечнику и активного транспорта питательных веществ в кровь. При этом максимум простых сахаров из фруктов и овощей успевает всасываться в верхних отделах кишечника, а остатки пищевых масс, преимущественно в виде грубой клетчатки, достаются симбиотной микрофлоре. Именно при таких условиях усвоение сырой растительной пищи оптимально, и человеку удаётся избежать чрезмерного газообразования и различных дискомфортных ощущений в животе.

На завтрак – меньше всего еды, потому что это способствует переходу тела на использование внутренних ресурсов. С утра наиболее лёгкий (низкобелковый и низкокалорийный) завтрак заставляет организм максимально стимулировать липолиз (распад жировых запасов), что способствует активации симпатической иннервации (функция нервной системы, регулирующая тонус нашего организма). Создающийся при этом высокий уровень гормона норадреналина в тканях в свою очередь даёт человеку хорошее настроение, эйфорию и массу энергии.

Одновременное употребление кислых и сладких фруктов позволяет добиться оптимального химического состава пищевой массы. Благодаря этому человек может поддерживать pH-баланс организма и разбавлять провоцирующие активное брожение простые сахара другими элементам пищи: фруктовыми кислотами, клетчаткой и т. д. Например, для увеличения содержания нерастворимых волокон в пищевой массе я часто добавляю к фруктам немного батата или кольраби. Эта мера помогает повысить скорость перистальтики и избежать чрезмерного газообразования. Жёсткие фрагменты этих овощей оказывают механическую стимуляцию перистальтических движений кишечника, что препятствует образованию газовых карманов, внутреннего дискомфорта и колик.

На обед – приготовленные овощи с добавлением растительного масла необходимы для «подзарядки» организма, израсходовавшего за день энергию запасающих тканей. Высококалорийная трапеза нужна для повышения жизненного тонуса и поддержания нормальной скорости транзита пищевых масс по желудочно-кишечному тракту.

На ужин – минимум сладких фруктов и простых сахаров, провоцирующих избыточное газообразование, и максимум грубой клетчатки из овощей для подавления брожения пищи. В зависимости от обстоятельств могу поменять обед и ужин местами. После интенсивных тренировок и вообще, когда чувствую, что в этом есть необходимость, могу поесть приготовленные овощи с салатом и растительным маслом два раза в день.

На таком питании я веду активный образ жизни, сплю 5–7 часов в сутки и ощущаю постоянную лёгкость в теле, подтверждающую правильность выбранного пути. При этом в течение всего дня я сыт и в целом доволен своим питанием. Ну, а единственным «минусом» моего образа жизни на данный момент является то, что многие люди не верят, сколько мне на самом деле лет;)

В продолжение темы о физподготовке на низкобелковом рационе напишу, что тренированность мышц при нормализации питания и регулярных тренировках неуклонно растёт, и уже на шестом месяце фрукторианства я снова мог выполнять все прежние объёмы физических упражнений: пробегать более десяти километров по мягкому песку, отжиматься 40–50 раз от пола, 20–30 раз на брусьях и подтягиваться 15–20 раз на турнике.

А в завершение этой главы отмечу, что вообще весь 2010 год для меня был годом открытий, познания огромного количества новой информации, непрестанного поиска себя и оптимального для меня образа жизни. Конечно же, не обошлось и без всевозможных ошибок, срывов и разочарований, но всё это было не зря, ведь только благодаря им мы можем познавать окружающий мир и вырабатывать новые полезные навыки выживания. Искренне надеюсь, что это описание моего опыта перехода на фрукторианство, а также описанные в этом повествовании основные пять принципов здорового питания окажутся полезными для тех, кто только вступил на этот путь или собирается когда-нибудь это сделать.

От всего сердца желаю каждому читателю крепкого здоровья, гармонии и неиссякаемого источника бодрости!!!

Фрукторианство с точки зрения науки

Глава 16

Биохимия гниения белка

Ещё в начале ХХ века великий физиолог И. Мечников утверждал, что процессы гниения белковой пищи в кишечнике и вызываемая ими аутоинтоксикация – главное препятствие в достижении долголетия. В своих экспериментах он вводил подопытным животным гнилостные продукты из кишечника человека и наблюдал у них появление различных патологических состояний организма.

Многочисленные гнилостные микроорганизмы кишечника для своего роста и размножения могут использовать целый ряд аминокислот: цистин, цистеин, метионин, орнитин, лизин, фенилаланин, тирозин и триптофан. Эти восемь аминокислот присутствуют в любых белках, и поэтому процесс гниения в равной степени присущ как животной, так и растительной пище – причём независимо от того, прошла она термообработку или нет.

Патогенная микрофлора кишечника располагает набором ферментных систем, отличных от соответствующих ферментов человека и катализирующих самые разнообразные превращения аминокислот и белковых молекул нашей пищи. Поэтому на высокобелковом рационе в кишечнике человека создаются оптимальные условия для образования ядовитых продуктов распада аминокислот – фенола, индола, крезола, скатола, сероводорода, метилмеркаптана, кадаверина, путресцина и т. д.

Суммарное токсическое действие этих веществ оказывает отрицательный эффект на весь организм человека. Даже в малых концентрациях продукты гниения белка могут вызывать головную боль, тошноту и общее ухудшение самочувствия. А в высоких концентрациях многие из этих соединений обладают выраженным нейротоксичным действием, поражают центральную нервную систему, вызывают психические и неврологические расстройства, а также могут провоцировать депрессию.

Процесс, включающий многочисленные превращения аминокислот, вызванные деятельностью микроорганизмов кишечника, получил общее название гниение белков в кишечнике.

Серосодержащие аминокислоты (цистин, цистеин, метионин) в процессе их распада в кишечнике образуются токсичные газы с ярко выраженным отталкивающим запахом – сероводород (H2S) и метил-меркаптан (CH3SH).

Диаминокислоты (орнитин и лизин) – подвергаются процессу декарбоксилирования с образованием токсичных соединений путресцина и кадаверина.

Ароматические аминокислоты (фенилаланин, тирозин и триптофан): при аналогичном бактериальном декарбоксилировании образуются соответствующие ядовитые субстанции – фенилэтиламин, параоксифенилэтиламин и индолилэтиламин.

Циклические аминокислоты (тирозин и триптофан): ферменты кишечной микрофлоры, помимо всего прочего, вызывают постепенное разрушение боковых цепей циклических аминокислот, что в свою очередь приводит к образованию ядовитых продуктов обмена – крезола и фенола, скатола и индола.

После всасывания эти продукты через воротную вену попадают в печень, где подвергаются обезвреживанию путём химического связывания с серной или глюкуроновой кислотой с образованием нетоксичных, так называемых парных кислот (например, фенолсерная или скатоксилсерная кислота). Последние выделяются с мочой. Механизм обезвреживания этих продуктов изучен детально.

В печени содержатся специфические ферменты – арилсульфотрансфераза и УДФ-глюкоронилтран-сфераза, катализирующие соответственно перенос остатка серной кислоты из её связанной формы – 3-фосфоаденозин-5-фосфосульфата (ФАФС) – и остатка глюкуроновой кислоты, также из её связанной формы – уридил-дифосфоглюкуроновой кислоты (УДФГК), – на любой из указанных продуктов.

Индол и скатол предварительно подвергаются окислению в индоксил и скатоксил, которые впоследствии взаимодействуют с ферментами ФАФС или с УДФГК и превращаются в индоксилсерную и скатоксилсерную кислоту или соответственно в индоксилглюкуроновую и скатоксилглюкуроновую кислоту. В итоге эти конечные продукты нейтрализации токсичных метаболитов становятся хорошо растворимыми в воде и выводятся с мочой через почки.

Глава 17

Что такое пищевой лейкоцитоз и с чем его едят

Что же такое пищевой лейкоцитоз?

Итак, пищевой лейкоцитоз. Как известно, это реакция иммунной системы на внедрение в организм чужеродных веществ пищи – антигенов.

Антигены – генетически чужеродные вещества, которые при введении в организм вызывают развитие иммунного ответа. К антигенам относят полисахариды, нуклеиновые кислоты и белки животного, растительного и бактериального происхождения. Наиболее иммуногенными являются молекулы белка.

Антитела – особый класс белковых соединений, обладающих способностью связываться с конкретными видами антигенов с целью дальнейшей их нейтрализации.

Для проявления антигенности большое значение имеет масса молекулы и количество особых участков – эпитопов, с которыми связываются нейтрализующие их антитела. Чем крупнее молекула, тем больше на ней представлено свободных эпитопов и тем сильнее выражена её антигенность.

Эпитопы в антигенах могут быть линейными – то есть представлять собой части аминокислотных последовательностей молекулы – или конформационными – образующимися в результате свёртывания молекулы в глобулу. Такие эпитопы формируются при вторичной и третичной укладке белковых молекул. Термическая обработка и воздействие пищеварительных соков способствуют разрушению большинства конформационных эпитопов, но одновременно с этим в продуктах распада белка происходит высвобождение скрытых линейных эпитопов. Поэтому приготовление пищи не может использоваться как средство устранения пищевого лейкоцитоза.

Схема гипотетического белкового антигена, несущего на своей поверхности набор конформационных эпитопов: а – условная карта поверхности глобулярного белка, на которой «нанесены» центры участков контакта антигена с антителами; б – «срез» гипотетического антигена. Показаны шесть конформационных эпитопов и антитела к ним

В среднем количество активных эпитопов у белковой молекулы колеблется от 5 до 15, то есть одна молекула белка присоединяет к себе от 5 до 15 молекул антител. Как правило, для любых белков можно ожидать примерно по одному эпитопу на каждые 5 кДа молекулярной массы антигена [Crumpton M. J. Protein Antigens. Academic Press, 1974].

Например, среди белков животного происхождения казеин обладает слабыми антигенными свойствами, а сывороточные альбумины и глобулины обладают выраженной антигенной активностью. Белки растительного происхождения, например, глютены злаков и легумины бобовых, также являются сильными антигенами. Но самыми сильными антигенными свойствами обладают белковые экстракты гельминтов и ряд бактериальных белков и токсинов.

Минимальная молекулярная масса белка, достаточная для проявления антигенной активности, равна 5 кДа. Этот же параметр у других видов белка равен:

– казеин коровьего молока 22–24 кДа;

– глиадины злаковых 40–50 кДа;

– сывороточный альбумин 65–70 кДа;

– легумины бобовых 300–360 кДа;

– амандин миндаля 375–475 кДа.

Попадание из желудочно-кишечного тракта в кровь любых генетически чужеродных для организма молекул белка или полипептидов запускает иммунную защиту организма. Вкратце этот механизм выглядит так:

1. Проникновение антигенов

На сегодняшний день большинство обычных людей и даже некоторые врачи считают, что в желудочно-кишечном тракте вся пища расщепляется на более простые соединения – аминокислоты, жирные кислоты, сахара – и теряет свою генетическую чужеродность. Однако в действительности дело обстоит иначе. Обнаружено, что белки могут всасываться не только в виде аминокислот, но также в форме пептидов и даже в полностью неизменённом виде. Более того, проведённые исследования показали, что даже кишечные бактерии и крупные белковые молекулы пищеварительных ферментов преодолевают транскишечный барьер и попадают в кровь и внутреннюю среду организма.

Современная энзимная терапия с помощью радиоактивных меток доказала, что крупные белковые молекулы пищевых ферментов переходят транскишечный барьер и попадают в кровь в неизменённом виде (до 4 % и более). Другое исследование показало, что поступление в кровь непереваренных белков пищи у практически здоровых людей составляет от 2 % и выше [Husby S. et al. // Scand. J. Immunol. 1985. No. 22. Pp. 83–92].

В норме переход питательных веществ осуществляется через кишечную клетку (трансцитоз). Однако части крупных молекул всегда удаётся попасть во внутреннюю среду организма через зазоры между кишечными клетками, а также в тех точках, где есть дефекты или повреждения слизистой. Тут-то и возникает реакция пищевого лейкоцитоза – своего рода острый иммунный ответ клеток организма на инородные вещества, при котором происходит синтез антител и фагоцитоз антигенов.

2. Образование антител

Процесс синтеза антител на белки пищи и продукты их распада происходит поэтапно. Вначале макрофаги и другие фагоцитирующие клетки в ответ на проникновение антигена в организм поглощают и перерабатывают его до доступной для Т– и В-лимфоцитов формы. Эти клетки, получив специфический стимул от обработанного антигена и особый сигнал от Т-клеток, начинают массовую продукцию необходимых антител. Одна активированная В-клетка способна образовывать до 2 000 молекул антител в секунду! При этом общее количество различных видов антител у взрослого человека измеряется миллионами.

3. Опсонизация и фагоцитоз

Опсонизация – процесс адсорбции антител или других специфических белков на поверхности инородных частиц, который стимулирует и облегчает фагоцитоз данных антигенов.

Опсонизированный антиген прикрепляется к фагоцитирующей клетке через взаимодействие поверхностных рецепторов клетки с фрагментом антитела. Далее происходит процесс поглощения антигена, который сопряжён с активацией внутриклеточных механизмов, направленных на разрушение чужеродных агентов. Сформировавшаяся в результате поглощения опсонизированного антигена фагосома сливается в клетке с лизосомами, образуя фаголизосому. В этой органелле и происходит окончательное разрушение антигенов каталитическими ферментами.

Фагоцитоз опсонизированного антигена нейтрофилом

Отрицательные последствия пищевого лейкоцитоза

1. На синтез антител и нейтрализацию антигенов пищи организм вынужден затрачивать существенные энергетические и материальные ресурсы. При употреблении белковой пищи до 30 % калорий идёт на её же переваривание.

2. В процессе активного фагоцитоза происходит образование большого количества свободных радикалов, которые разрушают не только чужеродные вещества, но и собственные клетки, а также повреждают межклеточное вещество в очаге воспаления.

3. Развитие воспалительного процесса приводит к ухудшению микроциркуляции тканей и возникновению отёчности слизистой кишечника. Из-за этого у человека снижается тонус гладких мышц кишечника и ухудшается реабсорбция (всасывание) кишечных газов. Как следствие – замедляется перистальтика и увеличивается визуальный объём живота.

Послесловие

В наше время многие пропагандисты сыроедения охотно спекулируют на тему пищевого лейкоцитоза, пользуясь неосведомлённостью обывателей. Такие авторы, вместо того чтобы повышать собственный уровень понимания темы, занимаются тем, что тиражируют свои заблуждения среди доверчивой аудитории. И отчасти им это удаётся. Ведь, к сожалению, людей, которые обладают развитым интеллектом и критическим мышлением, – считанные единицы. Надеюсь, что ты, уважаемый читатель, принадлежишь к их числу;)

Запомните: пока человек остаётся человеком, его тело будет отторгать все не записанные в его генотипе соединения. Если же какой-то пропагандист здорового питания утверждает, что, к примеру, запасающие белки сырых бобовых или любого другого растения родственны организму человека и не вызывают реакции пищевого лейкоцитоза, то это говорит лишь о полной некомпетентности такого автора.

Единственным способом уменьшить нагрузку на иммунную систему после еды является не разделение продуктов на животные или растительные, варёные или сырые, а ограничение в рационе пищи с высокой концентрацией белка!

Только при отсутствии в рационе высокобелковых продуктов пищевой лейкоцитоз в теле человека действительно минимален, что позволяет организму замедлять метаболизм, предупреждать преждевременное свободнорадикальное старение тканей и снижать нагрузку на иммунную систему. Ну, а самое примечательное явление, наблюдаемое на низкобелковом питании из фруктов и овощей, – это, конечно же, беспричинная эйфория и удивительное воздушно-лёгкое состояние тела, которые с неодолимой силой притягивают однажды пережившего их человека. Ощутив это хотя бы один раз, вы просто не сможете жить иначе…

Фрукторианство – вопросы и ответы

В этом разделе собраны ответы на наиболее важные вопросы, которые возникали у читателей моего интернет-журнала, ставшего прообразом данной книги. Здесь вся эта полезная информация распределена на несколько тем и представлена в виде непрерывного диалога между читателем и автором.

На часто задаваемый вопрос – имею ли я специальное образование? – отвечаю: конечно, имею… В институте сыроедения я на отлично защитил свой дипломный проект по фрукторианству;).

Конечно же, никакого специального института, который бы занимался подобными исследованиями и готовил специалистов-диетологов, изучающих и пропагандирующих сыроедение, не существует. Или, по крайней мере, мне о них неизвестно. Оканчивал я Одесский экологический университет по направлению, совершенно не связанному с диетологией.

Практически основным информационным источником для написания моего журнала и данной книги стал интернет. Но в поиске и анализе информации мне помогли следующие дисциплины, которые я когда-то изучал в университете и в процессе дальнейшего самообразования: растениеводство, курс физиологии растений, биохимия, биофизика, гистология, анатомия и физиология человека.

Все изложенные в книге выводы и заключения сделаны на основании личного опыта и подробного анализа значительного объёма общедоступной информации, в разной степени касающейся рассматриваемой темы. Тут же замечу, что на данный момент у некоторых гипотез, высказанных в различных главах, отсутствует какая-либо прямая экспериментально-доказательная база. Эти предположения опираются исключительно на логику и современные знания физиологии тела человека. Поэтому любому сомневающемуся в чём-либо читателю предлагается самостоятельно провести исследование спорных моментов, а последующее их обсуждение с приложением разумных аргументов и фактов в моём интернет-журнале только приветствуется.

Глава 18

Вопросы и ответы – о белковой пище

Не всосавшиеся в кишечнике человека аминокислоты высокобелковой пищи используются протеолитической микрофлорой толстой кишки в качестве энергетического субстрата. Ферменты этих гнилостных бактерий расщепляют аминокислоты и превращают их в амины, фенолы, индол, скатол, сероводород, аммиак и другие ядовитые для организма соединения.

Большое количество белка в рационе и вызываемые им пищевой лейкоцитоз и гниение оказывают повышенную нагрузку на печень и иммунную систему, что, конечно же, не проходит для человека бесследно и в конечном итоге провоцирует развитие самых разных патологических состояний и заболеваний.

Вопрос: В современном обществе бытует мнение, что человеку обязательно необходим животный белок. Как же тогда возможен отказ от животной пищи?

Ответ: Человеку безразлична природа белка, потому как последний проходит в пищеварительной системе ферментативную обработку, и в кровь всасываются лишь аминокислоты и мелкие цепочки из них, так называемые пептиды. В организме человека аминокислоты используются для синтеза собственных белковых молекул и как источник энергии. При этом для клеток имеет значение только своевременное поступление необходимых в данный момент аминокислот, а их разделение на растительный или животный белок является всего лишь надуманной условностью.

Вопрос: Но как же человек получает из растительного белка незаменимые аминокислоты? Ведь считается, что они присутствуют только в животном белке.

Ответ: Миф о наличии незаменимых аминокислот только в животном белке – всего лишь неправильная интерпретация фактов. Да, в растительном белке действительно несбалансированный аминокислотный состав. И это действительно означает, что при питании конкретным видом растительного белка организму человека не будет хватать некоторых незаменимых аминокислот. Но ни один нормальный человек не питается одним и тем же видом продукта на протяжении всей своей жизни. В наше время людям доступен богатый ассортимент растительной пищи, а у каждого растения аминокислотный состав белков различен. Следовательно, при питании разнообразными растительными продуктами различные белки дополняют друг друга. Незаменимые аминокислоты из одних белков компенсируют недостающее их количество в других белках, и поэтому в целом человеческий организм получает всё, что ему необходимо. Одним из таких положительных примеров взаимодополняющих белков в традиционном рационе является сочетание пшеницы и гороха [Чукичев И. П. Цит. соч.].

Свойство биологической полноценности диеты из ассортимента различных растительных белков было открыто физиологами ещё в прошлом веке и описывается даже в старых изданиях учебников по физиологии человека. Просто в нашем обществе торжествующего стереотипа, что якобы только из мяса человек может получать полноценное питание, факт возможности процветания человека на растительной диете старательно игнорируется. Хотя буквально прямо перед нашими глазами мы имеем наглядные примеры существования различных животных, от человекообразных обезьян – орангутангов, горилл, шимпанзе – и других приматов до многих видов растительноядных рукокрылых, рацион которых представлен одними фруктами или нектаром цветов.

Вопрос: Насколько вредны растительные белки из рациона вегана-сыроеда по сравнению с животными белками пищи всеядного человека?

Ответ: Преимуществом употребления растительной высокобелковой пищи по сравнению с животной является низкая биодоступность её белков. В желудке человека после пережёвывания пищи оболочки уцелевших клеток животной ткани легко растворяются под действием пищеварительных соков. Поэтому их содержимое свободно поступает в полость желудочно-кишечного тракта, где и подвергается воздействию гнилостной микрофлоры. Совсем иначе дело обстоит с клетками растений, окружёнными плотной клеточной оболочкой из целлюлозы, устойчивой к пищеварительным сокам и ферментам человеческого организма.

Растительные клетки в частичках пищи, не подвергнувшиеся механическому разрушению при пережёвывании, сохраняют часть содержимого внутри себя и вместе с ним выводятся из организма, уменьшая тем самым биодоступность питательных веществ в пищевом субстрате как для человека, так и для микрофлоры его кишечника. Наверняка сыроеды, употребляющие орехи, замечали после похода в туалет в своих экскрементах практически целые либо малоизменённые частички плохо пережёванных орехов, которые не смогли перевариться в их желудочно-кишечном тракте.

Низкая биодоступность растительных белков означает, что при примерно одинаковом процентном содержании белка в пище у сыроеда и в рационе приверженца животной пищи у первого гнилостная микрофлора будет развиваться медленнее.

Вопрос: Мне с моими познаниями в физиологии (я вообще гуманитарий:)) трудно судить, но получается, что всё-таки «мёртвые» (термообработанные) белки больше провоцируют гнилостные процессы в кишечнике, нежели «живые»?

Ответ: Упрощённая суть процесса гниения в организме человека заключается в элементарной схеме: чем больше свободного белка и продуктов его распада в полости кишечника, тем активнее он гниёт.

Во время термообработки при одном и том же количестве белка, например, в жареных орехах, во-первых, увеличивается количество разрушенных клеточных оболочек, а во-вторых, денатурированные под действием температуры белковые молекулы легче подвергаются воздействию протеолитических ферментов пищеварительных соков. Получается, что по сравнению с сырыми орехами количество свободного белка и продуктов его распада, поступающих в полость кишечника, будет выше. Следовательно, гниение будет идти активнее при употреблении термически обработанных орехов.

Вопрос: Многие сыроеды пишут, что в желудке происходит автолиз живого белка, а так как термическая обработка приводит к денатурации и разрушению молекул белка, то варёная пища в организме человека не усваивается. Так ли это?

Ответ: Это утверждение является наиболее часто встречающимся заблуждением в информационной среде сыроедов. В желудке под действием соляной кислоты желудочного сока, в первую очередь, происходит нарушение пространственной структуры белка – денатурация. Затем этот подготовленный белок подвергается воздействию протеолитических ферментов желудочных желёз и отчасти лизосомальных ферментов самой пищи. В конечном итоге ферментативное расщепление белка из сырой или термически обработанной пищи приводит к одному и тому же результату – полному разрушению белков до аминокислот и пептидов, то есть тех простейших молекул, которые могут легко усваиваться и использоваться организмом.

Вопрос: Но почему во многих источниках написано о куда большем влиянии процесса автолиза на переваривание сырой пищи?

Ответ: Потому что основная масса сыроедов стала жертвой пропаганды и дезинформации со стороны узкой группки людей, не имеющих никакого отношения к науке и объективным исследованиям данного вопроса. Если мы с вами отвлечёмся от всего того, что понаписали популяризаторы сыроедения, и обратимся к более авторитетным источникам, например, к учебнику по физиологии человека, то мы получим совсем другую картину.

Сравнительные данные о вкладе в процесс переваривания пищи автолитических ферментов клеток и ферментов пищеварительной системы показывают, что львиная доля работы по разрушению белковых структур приходится именно на пищеварительные соки человека.

В опытах, поставленных учёными-физиологами, описывается, как они брали кусок ткани печени и помещали его в термостат, выставленный на среднюю температуру тела человека. И только через два дня у них наблюдалось полное саморастворение этой ткани, именуемое автолизом [Чукичев И. П. Там же].

Следовательно, промежуток времени, равный 48 часам, будет временным показателем вклада собственных протеолитических ферментов клеток в их саморастворение. А теперь давайте вспомним, какое время требуется пищеварительной системе человека для переваривания термически обработанного мяса, в котором собственные ферменты полностью денатурированы. На этот вопрос физиологи отвечают так.

В желудке на переваривание мяса затрачивается до четырёх часов, и примерно столько же времени пища подвергается воздействию пищеварительных соков в тонком кишечнике. В толстом кишечнике в основном осуществляется всасывание воды и формирование каловых масс, а активного переваривания пищи ферментами практически не происходит. Поэтому общее время, требующееся для полного растворения животной пищи посредством ферментов пищеварительной системы, в среднем равно 8 часам. То есть даже такое весьма поверхностное сравнение показывает, что действие пищеварительных соков в шесть раз эффективнее, чем автолиз животных клеток.

Если представить это сравнение в процентах, то у нас получится, что за четыре часа, проведённые сырым мясом в кислой среде желудка, собственные протеолитические ферменты в процессе автолиза этой пищи переварят около 8 % её белковых структур. А после поступления содержимого желудка в тонкий кишечник и смены pH-среды с кислотной на щелочную лизосомальные ферменты полностью денатурируются и прекращают своё действие.

При этом следует заметить, что вышеуказанный временной показатель автолитической активности ферментов характерен для сырого мяса, в котором число клеточных лизосом (органелл, участвующих в автолизе) во много раз больше, чем в растительных клетках. Что же касается сырой растительной пищи, то вклад автолиза в её переваривание будет ещё меньше. Поэтому вы должны понимать, что вас вводят в заблуждение и дезинформируют, когда в информационной среде сыроедов вы будете встречать различные утверждения типа:

«Автолиз на 50 % обеспечивает переваривание пищи собственными ферментами, а пищеварительные соки лишь включают механизмы автолиза».

«При автолизе организм не тратит никаких сил на переваривание, всё делает сама поступившая в него пища».

Вопрос: Как часто и в каком количестве допустимо полакомиться высокобелковой пищей – орехами, бобовыми и прочим, чтобы существенно не нарушать соотношение полезных и гнилостных бактерий?

Ответ: Вообще, для того чтобы минимизировать процессы роста и развития патогенной гнилостной микрофлоры, необходимо как можно меньшее количество высокобелковой пищи в рационе, а в идеале полный отказ от неё. Ведь именно наличие определённых пищевых ресурсов в кишечнике человека регулирует численность колоний различных микроорганизмов. Формула проста: убираем белок – исчезает гнилостная микрофлора.

По сути любое употребление пищи с высокой концентрацией белка изменяет количественное соотношение нормальной и гнилостной микрофлоры в сторону роста колоний последней. А это в свою очередь незамедлительно отражается на самочувствии сыроеда.

Но, как известно, высокобелковая пища формирует серьёзную зависимость, которую довольно-таки сложно преодолеть. Сразу отказаться от животных и растительных высокобелковых продуктов любому человеку будет непросто. Поэтому для начала постарайтесь свести уровень их потребления хотя бы к одному разу в сутки. Когда этот режим питания станет комфортным, можно будет устраивать разгрузочные дни только на фруктах и овощах и далее постепенно увеличивать периоды низкобелкового питания.

Вопрос: Но ведь фрукторианцы употребляют белок из тех же фруктов и овощей. Почему при этом у них не появляется патогенной микрофлоры?

Ответ: Ответом на этот вопрос является волшебное слово концентрация. В овощах и фруктах концентрация белка не превышает 1–2 %, а в любых других продуктах она в разы больше. То есть содержание белка в желудочно-кишечном тракте на фруктово-овощной диете настолько мал, что гнилостным микроорганизмам практически нечем питаться. Поэтому они будут представлены в кишечнике фрукторианца минимальным количеством.

Вопрос: Все спортсмены для роста своих мышц употребляют много белка. Откуда на низкобелковом рационе берётся белок для мышц у фрукторианцев?

Ответ: Белок действительно необходим для роста мышц, только нужно дополнить это утверждение таким фактом: для этого достаточно белка, содержащегося в овощах и фруктах. И наглядным доказательством этого утверждения являются шимпанзе, гориллы и орангутанги, развитой мышечной массе и силе которых может позавидовать любой спортсмен.

На фрукторианстве организм переходитна такой режим самоорганизации, при котором он эффективно сохраняет уже существующие белковые соединения, а также теряет меньше белка и продуктов его распада с мочой. Человек на низкобелковой диете из растительной пищи при достаточной калорийности рациона может вести активный образ жизни, тренироваться и улучшать свои спортивные результаты.

Конечно же, всё вышесказанное не относится к силовым видам спорта, где атлет нуждается в интенсивном питании и наборе мышечной массы, такими как пауэрлифтинг, тяжёлая атлетика, культуризм и прочее. Тренировки в этих видах спорта подразумевают множественные разрывы мышечных волокон, что требует для постоянной регенерации травмированных мышц больших количеств белка из пищи. Таким спортсменам помимо овощей и фруктов будет уместно включать в свой рацион разнообразные злаки и орехи.

Вопрос: Постоянная «мерзлявость» на сыроедении в холодный период года – есть ли у этого какое-то физиологическое объяснение?

Ответ: При расщеплении высокобелковой пищи около 30 % содержащихся в ней калорий идёт на её же собственное переваривание. Вся эта энергия, выделяемая в результате химических реакций, рассеивается в теле человека в виде тепла и поэтому согревает его.

На фруктово-овощном рационе сложные углеводы требуют для переваривания 5 % энергии, жиры – всего 3 %, а лёгкие углеводы, такие как глюкоза и фруктоза, вообще не требуют никаких энергозатрат на переваривание. Следовательно, на низкобелковом рационе уровень теплообразования намного ниже, чем на традиционном питании. Плюсом ко всему, на фрукторианской диете уменьшается запас подкожного жира, который является эффективным теплоизолятором. Вот и выходит, что сыроед из-за низкого внутреннего теплообразования и высоких теплопотерь обречён постоянно мёрзнуть в холодное время года. Спасательным кругом в данной ситуации является постоянное движение, которое эффективно повышает теплопродукцию в нашем теле.

Вопрос: Официальные источники пишут, что нужно потреблять как минимум грамм белка на килограмм массы тела в день. С другой стороны, понятно, что фрукторианцы такого количества потребить не могут. Каковы наши нормы потребления белка?