Императорский отбор Свободина Виктория
– Пришли? – со скепсисом отвечает Огнарик. – Как-то не похоже. Мы на замковой стене. Где черный ход?
– В этом замке нет черных ходов, увы.
– Тогда я вообще ничего не понимаю.
Остановилась в тени башни и перегнулась через борт. Ух, ну и высота. Где-то далеко внизу яро плещется океан, его волны подсвечиваются полной яркой луной. Сегодня небо ясное.
– Шали, ты меня пугаешь, – нервно произносит Некс.
– Я сама себя пугаю.
Поправила перекинутую через плечо сумку с одеждой и разными полезными для побега мелочами вроде денег, веревки и мыла (последние два предмета на тот случай, если о моей шалости узнает генерал). Ладно, ладно, шучу. Не брала я с собой денег.
– Значит так, – с возвышения вещаю я смотрящим на меня с диким испугом подругам. – Я сейчас прыгаю, если все нормально, и я остаюсь жива, немного пообщаюсь с океаном, и, если мы придем к взаимопониманию, снизу прямо к вам сюда подтянется большая волна, прыгайте в нее, не раздумывая, это уже будет совершенно безопасно. Да, намочитесь, но Некс нам зачаровала на несколько часов сумки от промокания, а там запасная одежда. Так, что еще… Некс, спасибо, что помогла. Мы вернемся, думаю, часа через три, максимум четыре. И да, если волна вверх не поднимется к вам в течение десяти минут, то спокойно идите спать, это означает, что я либо не жилец, либо с океаном не договорилась, а значит обратно вернуться не смогу и подалась в настоящие бега. Все ясно?
Подруги потрясенно молчат.
– Шали, погоди, подумай, не делай этого, – напряженно говорит Огнарик, но поздно, я уже успела развернуться и под испуганный вскрик девчонок прыгнуть в бездну.
Наверное, я и правда немного, а может и не немного, сумасшедшая, потому что не боюсь совершенно. С ликующим победным криком падаю вниз, ощущая невероятную свободу. Меня подхватывает мой новый друг – прибрежный ветер, и всячески тормозит мое падение, я замедляюсь, расправляю руки и практически парю над ночным океаном. Невероятное ощущение. В воду приземляюсь очень мягко и во вполне безопасном месте – спасибо ветерку, зашвырнул подальше. Тут же, не тратя времени, вступила с океаном в переговоры, наконец он мной заинтересовался. Не каждый день к нему в объятия девицы с высоких скал прыгают.
В общем, мы договорились, и я невероятно счастлива из-за этого. Волна, превратившись в стену и нарушая все физические и магические законы, потянулась вверх. Вскоре перепуганные подруги уже бултыхались рядом со мной, океан увлекает нас все дальше от берега и несет к центру города. Выйдем прямо на набережной. Мало ли девиц в городе, что в ночь Нептоса решили искупаться в океане.
– Некс! А ты-то почему с нами? – кричу я.
Действительно, наша воительница с диким восторгом в глазах плывет совсем недалеко от меня.
– Вы, значит, будете веселиться, а я спать? Нет уж! – со смехом ответила Огнарик и закричала: – Шали, это потрясающе!
Да, согласна, скорость течения такая, что, наверное, сравнима с лошадиным галопом, а может быть и еще быстрее.
– Да! – это уже радостно кричим и улюлюкаем мы все. Только ради этой ночной гонки на волнах стоило рискнуть.
Когда мы уже были совсем близко к городу, течение ослабло, а то ненормальное поведение воды и совсем ненормальных четырех девиц, вздумавших ночью в одежде и с вещами заплыть довольно далеко, кто-нибудь мог бы и заметить с корабля или маяка при помощи магического зрения.
– Я не умею плавать! – запаниковала Гвен, сделав попытку утонуть, но океан поддержал ее снизу.
– Спокойно, океан с нами и утонуть не даст. Сейчас приплывут дельфины и помогут нам добраться до берега.
Ну, конечно, четыре подозрительные девицы в той же странной ситуации, только подталкиваемые к берегу не течением, а дельфинами, – это не так подозрительно. Да, не продуманно. Но это день Нептоса, мало ли какие чудеса случаются в воде в эту ночь. Просто дельфины – это не так дико, как течение, можно сказать, что я друид и подчинила животных. Ну, это в крайнем случае. Надеюсь, обойдется.
Дельфины вскоре действительно появились.
– Шали, это же моя детская мечта – поплавать с дельфинами! – восторженно пищит Фантара.
– Надо было раньше ко мне обращаться, не только бы с дельфинами поплавали. Я с китами дружу и даже акулами.
– Так раньше мы не дружили. Если бы я к тебе вдруг пришла и потребовала мне устроить плавание с дельфинами, ты бы как отреагировала? Я бы потребовала, а не попросила, сама понимаешь.
– Ну да, примерно как с конем бы вышло, и то при самом удачном раскладе.
Дельфины радостно поприветствовали нас, и мы неспешно поплыли к берегу. Фантара удивила: всю дорогу она то пела, то нежно ворковала с дельфинами.
На берег мы вышли в доках, в самой темной их части. Нас никто так и не приметил, стража не набежала. Спрятавшись возле какой-то будки за лодочной станцией, мы переоделись, схоронив мокрую одежду. Из тьмы на свет набережных фонарей вышли уже другие девушки. Нарядные, веселые, правда, с мокрыми волосами, но это мелочи. На мне ярко-красное не особо приличное платье. Не особо приличное потому, что я перед выходом собственноручно его порезала. Разрез от бедра, и при ходьбе нога оголяется. Готова к диким танцам!
– Хм, а где тут знаменитые медовые глазки продают? – деловито интересуется Фана. – Всегда мечтала попробовать.
Медовые глазки – это такой напиток медового цвета, легкий и сладкий, но в тоже время с горчинкой, говорят, если его выпить, то глаза сразу заблестят, и потянет в пляс. Впрочем, много каких еще «волшебных» свойств этому напитку приписывают.
– А я хочу горячих пончиков, – Гвен указывает на уличную палатку, возле которой толпится народ, и запах там такой дурманящий – выпечка. Этот запах я знаю отлично.
Свист. Проходящие мимо матросы как раз нам свистят и восторженно галдят. Атмосфера всеобщего веселья и праздника затягивает. Матросы увязались вслед за нами. Подруги занервничали, а я спокойна, мне море по колено. Некс маг, владеющий боевыми приемами, во время праздника на улице полно патрульной стражи. На самый крайний случай есть океан. Стремлюсь туда, где слышна музыка. Фантара, чуть освоившись, теряться не стала, несколько раз переглянулась с очень симпатичным молоденьким матросом и вскоре уже шла с ним под ручку, попивая медовые глазки.
– Ничего такого, – пояснила Фантара, когда ухажер отходил купить ей напиток. – Просто пройдемся чуть вместе, может, потанцуем. – Дома я себе не позволяла ни с кем кокетничать – не по статусу, да и папа бы не одобрил. А сегодня можно.
Мы вышли на широкую мощеную пристань, где веселье в самом разгаре. Народу столько, что яблоку негде упасть, повсюду музыка, люди танцуют и смеются. Мимо пронесся хохочущий, практически голый мужчина, на нем надета лишь рыболовная сеть, а в руках вилы, которые, видимо, изображают трезубец Нептоса. Для достоверности у вил даже отломана четвертая пика. На пристани нет свободного места – столько кораблей пришвартовалось, чтобы встретить праздник в столице. На бортах многих кораблей толпятся матросы, сверху обозревая народ. В небе то и дело сверкают магические салюты.
– Дорогу! – мимо проносится хоровод, в котором десятки разрумяненных людей, я хватаюсь за последнего, сходу вовлекаясь в праздник.
– Эй, ты куда?! – кричат мне девочки, за меня цепляется Некс, за ней Гвен и Фана со своим матросиком. Веселье начинается! Знала бы, к чему приведет сегодняшняя ночь, может, и в замке бы предпочла остаться.
Но пока веселюсь. Благодаря хороводу попала в самый центр, а там веселее всего, и музыка играет громче, народ танцует так, что, кажется, еще немного – и брусчатка задымится. Забыла обо всем, танцую, смеюсь, периодически хлопая в такт музыки. Темп все ускоряется.
– Шали Ос! – кричит кто-то в толпе.
Сначала пугаюсь, думая, что все, попалась, но потом, разглядев того, кто кричит, радостно вскрикиваю. Ко мне пробирается знакомый капитан, который был другом моего папы, за капитаном следует и часть его команды. Подбежала, и мы обнялись, как родные. Всегда приятно встретить земляков. Обменялись приветствиями, моряки расспросили об отборе, я о том, как идет работа, но разговаривать долго не получилось – давят танцующие, в круг которых мы не вписываемся, людей еще прибавилось, но тут все расступились, давая дорогу мощным и загорелым восточным морякам. Целая делегация купцов со своей командой. Ну а что, все желают развлекаться, но купцы порадовали народ – приказ на чужом языке, и один из их матросов достает из сундука личные музыкальные инструменты, и уже вскоре на площади раздается совсем другая музыка, музыка чужеземцев, музыка, зажигающая кровь во мне не меньше, чем та, что была раньше. Я умею и знаю, как танцевать под подобную музыку, меня учили, и потому, пока остальные растерянно топчутся на месте, начинаю танцевать. О, да, вот это настоящие дикие пляски. Совмещаю все движения, какие только знаю, и получается какой-то совершенно новый зажигательный танец. Наши музыканты тоже заиграли, звуки инструментов смешались, а вокруг меня образовалась пустота. Все смотрят, всем интересно увидеть новые, довольно откровенные танцы, причем, у меня ведь смешанный вариант, поэтому восточные купцы тоже заинтересовались.
Радуюсь жизни, но уже не я одна, знакомые моряки тоже присоединились и отплясывают вовсю, мы стали гвоздем программы, кто-то подхватил меня, помог забраться на деревянные подмостки, ставшие импровизированной сценой. Ничего не стесняюсь, кружусь, порхаю по сцене, страсть, движение, музыка – непередаваемое сочетание. Народ одобрительно кричит, свистит, аплодирует. В какой-то момент в моей руке появилось оружие. Великолепную легкую гнутую саблю вручил мне загорелый восточный матрос. У самого матроса осталось еще две похожих. Белозубо, с вызовом мне улыбнувшись, матрос стал танцевать, танец сабель в мужском исполнении – это нечто. Не отрывая взгляда, слежу за четкими, резкими и невероятно красивыми движениями танцора, где опасные лезвия сабель ловко мелькают в сильных руках. Мужчина хорош и как танцор, и как воин. Я приняла вызов.
Музыка на секунду притихла, я подняла саблю на уровень глаз, медленно изогнулась, и, как только музыка ускорилась, превратилась в вихрь. Моя игра с лезвием не менее опасна и завораживающа. Все когда-то выученные мной боевые движения превратились в танец, и если в бою я дерево, то тут – пламя, удары сердца совпадают с ударами барабанов восточных музыкантов. Сейчас я бы выиграла битву с любым, даже самым опасным противником, потому что полностью слилась со своим клинком, это не я, это живое оружие танцует в эту волшебную ночь, на несколько недолгих мгновений оживая.
Когда музыка оборвалась, я чуть не упала. Вся взмокла. Народ ликует и аплодирует. Улыбнулась веселящимся зрителем, взглядом нашла в толпе своих подруг, помахала им и знаком показала, что сейчас подойду. Мне нужна небольшая передышка. Восточный матрос мне уважительно кивнул, признавая, что мой танец со сталью ничуть не хуже его. Пытаюсь отдать ему саблю, мне чужого не надо, но тот отнекивается, показывая, что ему это тоже не надо. Что же такое?!
Воткнула меч в дерево у ног матроса и ухожу. Слетаю по ступенькам вниз, и дорогу мне преграждают его земляки. Напряглась – мало ли, что им от меня надо – но те дружно уважительно мне поклонились, и потом один из них протянул мне на двух ладонях саблю, но уже другую, у этой рукоять украшена драгоценными камнями, а лезвие испещрено узорами. Купцы что-то говорят на своем языке о том, как их впечатлил мой танец, и в знак почтения они хотят сделать мне подарок. Понимаю через слово, языка почти не помню, мне пытаются перевести слова наши матросы, но чужой перевод еще более примитивный получается. Ну ладно, чего бы не взять, когда так настойчиво предлагают, а то еще обидятся, ведь мне и правду оказывают честь – дарят оружие женщине.
Забираю подарок и коротко с поклоном благодарю на их же языке. Глаза купцов изумленно округляются. Видимо, никто не ожидал, что я знаю их язык. Так, чувствую, надо уходить, а то мной уж очень сильно заинтересовались. Нашла в толпе своих девочек и замерла от удивления – рядом с ними стоит Терен. Мужчина весело улыбается, а лиры притихли.
– Привет, Шали, не ожидал, что встретимся вновь при таких обстоятельствах. А ты, оказывается, потрясающе танцуешь.
– Здравствуйте, спасибо. А вы разве не должны быть с армией?
– Должен, но меня вызвал император, пришлось срочно выезжать, только-только прибыл, а тут такой сюрприз.
– Вы выдадите нас генералу?
Фенимор с улыбкой оглядел меня и грустных подруг.
– Я что, похож на того, кто сдает очаровательных лир? По поцелую с каждой, и я буду молчать об этом вечно.
Обрадоваться мы не успели.
– Что же, я могу расценивать это как предательство, – холодно произнес генерал. Ошентор появился рядом с нами словно из ниоткуда.
Ну все, допрыгались. Все еще хуже. Рядом с Ремеком император. Подруги в ужасе, и даже стойкая Некс побледнела, все, кажется, готовятся падать в обморок. Я с вами, девчонки, ситуация хуже не придумаешь.
Молчание длилось долго. Терен выглядит смущенным, его тоже на горячем поймали. А император старается сохранить серьезное полагаемое случаю лицо, но уголки его губ подрагивают, а в медовых глазах искрится веселье. На генерале и императоре накинуты капюшоны – конспирация.
– Рем, я правильно понимаю ситуацию? Мои невесты сбежали из-под твоего строгого надзора и в довольно откровенном виде веселятся среди простолюдинов, ища себе приключения на одно место? – интересуется Неб насмешливо. – Одна особо рыжая невеста, кстати, больше всех стремится себе приключения найти, кажется, ее уже приметили для похищения восточные купцы. Иначе зачем бы они дарили приметное дорогостоящее магическое оружие, которое хозяин может с легкостью отследить.
На Ошентора страшно смотреть, поэтому не смотрю. Зато уделила внимание подарку в моих руках. Драгоценные камни лукаво блестят. Ах, вот ты какая, сабля заморская.
– Почему это среди простолюдинов? – не удержала язык за зубами. – На празднике присутствуют император и генерал, которых простолюдинами ну никак не назовешь, их присутствие поднимает статус данного действа на весьма высокий уровень, лирам не стыдно появиться.
– Даже без разрешения? – уточняет Небиул.
– А у кого нам разрешения спрашивать? Вы, наш жених, далеко, родители еще дальше, мы лиры совершеннолетние, самостоятельные.
То, что мы с лирами практически в плену до того момента, пока не перестанем быть участницами отбора, официально нигде не заявлялось, и если в имперском обозе строгие правила можно было оправдать строгой армейской дисциплиной, то тут труднее. Судя по взглядам мужчин, я со своими размышлениями наглею страшно. Надо бояться и просить прощения, а я спорю. Ну, я за правду. Видите ли, лирам нельзя на простонародном празднике присутствовать, статус мешает, облеченные властью мужчины это запрещают, а вот сами очень даже присутствуют. Это двулично.
– Так. Все. Хватит. – Ремек хватает меня под локоть, с силой сжимая. – Вы, лиры, возвращаетесь в мой замок. Решать, что с вами делать за вашу выходку, будет уже император. Завтра. Если, конечно, император не пожелает вас отправить домой прямо сейчас.
– На пожелаю, – с улыбкой произнес Небиул. – Но вот разбирательство потом будет, несмотря на итоги отбора. Завтра вечером, пожалуй. Очень уж мне интересно, как вам удалось сбежать из-под присмотра Ремека.
Нравится мне император, наш человек, не то что противный черный маг.
– Фенимор, отвезешь лир в мой замок, и без всяких задержек, для охраны прикажи сопроводить вас два наряда стражи. Лиру Ос-Декверик, как особо неугомонную, я сам отвезу. Ваше величество, извините за этот инцидент, вынужден вас на какое-то время покинуть. Хоть охрана остается, но, может, вам лучше вернуться во дворец?
– Да, пожалуй, вернусь, думаю, самое интересное на этом празднике я уже увидел. Не извиняйся. Молодые лиры довольно неусидчивые создания, за всеми не уследишь. Шали, я восхищен.
– Спаси… – Ай! Ремек до боли сжал мою руку и, не прощаясь, потащил меня прочь. Хотела сказать императору спасибо, но смысла уже нет – ...те.
Мне страшно.
Глава 24
Ремек идет молча, а меня от нервов наоборот тянет поговорить.
– А вы тут по долгу службы с императором были? Или по воле сердца? А почему вы не спрашиваете, как мы тут очутились? Как думаете, можно блокировать магию сабли, или лучше сразу в ломбард бежать? Господин Ошентор, вы сильно ругаться собираетесь?
Ни на один из вопросов я не получила ответа. Ремек завел меня с освещенной набережной в какую-то полутемную подворотню, недалеко, праздник и толпы людей совсем близко, только руку протяни.
– Господин Ошентор, чего это вы? Ой, а от вас медовыми глазками пахнет, и… – Не договорила. Генерал прижал меня к стене и без лишних слов поцеловал.
Вообще не ожидала такого именно сейчас. Ждала разборок, битья мебели, угроз, выговоров, а тут такое. Само собой, пытаюсь оттолкнуть творящего произвол генерала, но тут силы явно неравны, да и целовать серьезный, всегда сдержанный полководец, оказывается, умеет очень страстно, требовательно, властно, так, что ноги подкашиваются и не держат. Сползаю по стене, Ошентор не дремлет, тут же подхватывает меня под бедра и еще сильнее вжимает в стену.
Это какое-то сумасшествие. С огромным азартом и страстью целуюсь с черным магом в темной подворотне, не испытывая при этом ни малейшего стыда, настолько захватили ощущения. К стыду своему, будучи ведьмой, умудрилась ни с кем еще по-настоящему не поцеловаться, молчу уж о том, чтобы затащить в лес. Я не знаю, как с другими, однако с Ремеком я получаю просто невероятные ощущения, он такой большой, настойчивый, властный и уверенный. Ошентор ни на секунду не ослабляет контроль и лишь завоевывает для себя все большую территорию. Поцелуй углубляется, я растеряна, мне остается лишь принимать генерала и все, что он делает. Ремек гладит мои ноги, его пальцы до боли сжимают бедра. Все это бесстыдно, развратно и по-настоящему. Дрожащими руками обнимаю мужчину за шею, пальцами зарываюсь в жесткую шевелюру, ногами крепко обхватываю Ошентора. Все-таки это безумие, но мне нравится. В крови пылает огонь, жизнь, страсть. Эта ночь создана для поцелуев. И кто же знал, что генерал такой…
Мы целовались очень долго, и если вначале я все еще могла списать порыв генерала на злость, шепчущую тьму, медовые глазки, погоду, расположение звезд и прочие факторы, то сейчас нет. Ремек остановился на самой опасной грани, тяжело дыша отстранился и поставил меня ноги, но из плена своих рук не выпустил. Какое-то время мы просто стояли. Ошентор замер и, кажется, сам с собой борется. С учетом тьмы, что живет в черном маге, даже представить не могу, насколько серьезное сражение Ремек ведет сам с собой. Глаза генерала опять черные, причем не только зрачок, тьма расползлась и на белок, но если раньше, увидев это зрелище, я бы испугалась, то сейчас почему-то ни капли не боюсь. Хочется озорно подмигнуть тьме в глазах мага, но, боюсь, Ошентор не поймет. Наконец, тьма ушла, и глаза генерала стали обычными, но все равно не синими.
– Идем, – спокойным, ровным, покровительственным тоном произнес мужчина, взял под руку и вывел из темного закутка.
И вот мы с генералом идем по набережной, причем, надо заметить, не особо куда-то спешим, все больше конвоирование напоминает мне праздную прогулку. Ощущение прогулки усиливается, когда Ремек останавливается возле лавки со сладостями и покупает там запеченное в карамели яблоко, без слов вручает его мне и идет дальше. Голод во мне разыгрался не на шутку, поэтому я с большим аппетитом съедаю угощение. Удивляет, что из всех сладостей Ошентор выбрал именно то, которое я люблю больше всего. Вот как он узнал?
Вообще, в моей голове тысячи вопросов. Что это было? Что теперь будет? Как мне себя вести с генералом? Отбор продолжается или начинаются разборки? Потому что если вскроется, что я весьма охотно целовалась с Ремеком в темной подворотне, императрицей мне точно не стать, лишь угольком. Или Ошентор будет молчать, после всего случившегося спокойно наблюдая за тем, как я прохожу отбор, а может даже становлюсь императрицей. Вопросы, вопросы.
Ремек довел меня до своего коня, и вскоре я уже сидела вместе с генералом в седле, куда тот споро меня подсадил. Ну вот, теперь еще и ехать вместе на одной лошади. После поцелуя ощущения более чем неприличные. К нам молча подъехали два имперских воина. Подаренную саблю генерал у меня забрал, сурово на нее посмотрел и драгоценные камни в рукояти неожиданно почернели, а по лезвию заструились черные сполохи, но вскоре все стало как прежде.
– Теперь никто из прежних владельцев не сможет отыскать саблю, она им больше не принадлежит, – просветил меня Ошентор.
Природная недоверчивость заставила поинтересоваться:
– А вы сможете ее отследить?
– Я все могу. При желании.
Кхе-кхе. Какое самонадеянное утверждение. Как-будто и не на вопрос ответил, а так, просто заявил о возможностях. Или предупредил. Генерал выставил саблю прямо перед моим носом, отчего я вынуждена была вжаться в своего конвоира. Ошентор немного поиграл лезвием, проверил его баланс.
– Великолепное оружие, так же, как и твое умение его держать. Оказывается, ты знаешь боевое искусство лучше, чем показывала на тренировках. Великолепные, четкие движения, грация и стремительность. Почему так?
Пожала плечами.
– Тренировка – это тренировка. Это скучно и не нужно. А тут танец.
– Я понял тебя, Шали.
Ошентор передал саблю своему человеку, а тот быстро убрал мой танцевальный трофей в чехол. Вскоре мы уже ехали в таком небольшом составе по ночным улочкам. Все веселье осталось на набережной, и чем дальше мы отъезжали от центра, тем тише вокруг становилось. Вот и загородная дорога, тишину разбавляет цокот копыт. Конь генерала переходит на рысь, но потом вдруг Ошентор резко тормозит и буквально слетает с коня, увлекая меня за собой.
– К оружию, – четко приказывает генерал, с невероятной скоростью доставая из ножен меч, и в эту же секунду на нас обрушился град стрел.
Ни один маг не успел бы сотворить заклинание против столь стремительной атаки. Я сама за пару мгновений ничего бы не успела. Лишь успела закрыть глаза, чтобы не так страшно было, но боли не было. Ремек прикрыл меня собой и каким-то чудесным образом отбил все стрелы. Судя по всему, мечом. Один стражник лежит мертвый, второй, грязно ругаясь сквозь зубы, обламывает древко стрелы, торчащей в плече. Лошадям досталось больше всего, они буквально нашпигованы стрелами. Кинулась к животным в надежде успеть им помочь.
– Шали! – предупреждающе крикнул генерал, но ему почти сразу оказалось не до меня – откуда ни возьмись появились люди с черными масками на лицах и в длинных плащах с капюшонами. Нападающих не меньше трех десятков, и это на нашу троицу, где один ранен, второй – молодая девица, с мечом хорошо только танцующая, ну и генерал. К Ошентору претензий нет, если бы он еще размножился, вообще было бы отлично.
Атака была стремительна. Забыла о помощи лошадям, тут бы свою жизнь как-то спасти. Успела вытащить из седельной сумки павшей лошади свою саблю и встать в боевую стойку, но тут меня закрыл своей широкой спиной Ремек, коротко бросив:
– Не лезь. – Пф, да пожалуйста. Как будто бы мне хочется.
С изумлением наблюдаю за тем, как два имперских воина, находясь в меньшинстве, косят врагов. Ошентор великолепен, он быстр, искусен и безжалостен. Я засмотрелась. Надо собраться, что-то придумать и…
Генерал успел первым. Синяя вспышка на миг осветила пространство. Синева зародилась в руке генерала и своими лучами целенаправленно потянулась к врагам. Как только неприятеля касался такой луч, его одежда начинала стремительно обугливаться, несколько мгновений – и враг превращается в горстку черной пыли. Ой-ей. Последний из нападавших успел кинуть в Ремека непонятным предметом, на подлете взорвавшимся тысячами мелких острых лезвий. Но если к атаке со стрелами Ошентор был не готов, то от этой успел нас всех прикрыть магическим щитом, сотканным из первозданной тьмы.
С большим любопытством тянусь к ней сознанием. Тьма – это тоже ведь стихия, вдруг смогу договориться о мире и сотрудничестве. Тьма послала меня далеко и надолго, зато с явной охотой вернулась обратно к Ремеку. Ну, ладно-ладно. Для меня это вызов, я почти с любыми стихиями так или иначе, но находила общий язык.
Один нападающий, который бросил игольчатое оружие в нас, остался жив. Магия генерала не убила его, а спеленала. Ошентор, видимо, оставил себе этого человека для допроса, и правильно.
Мужчины забыли обо мне напрочь, наш раненый боец забыл о стреле в плече и отмахнулся, когда я предложила помочь. Тогда уделила внимание лошадям. Две мертвы, а генеральский жеребец зло хрипит и еще к тому же пытается встать, хотя на него смотреть страшно, столько лошадиная шкура приняла на себя стрел. Да, тут я ничем особо не помогу, разве что могу поделиться жизненными силами, чтобы животное протянуло до прихода магов-лекарей. Погладила коня по шее, и тот сразу стал спокойнее, положил свою большую голову мне на колени и тяжело дышит. Делюсь энергией.
– Шали, почему ты плачешь? – Рядом со мной на корточки присел Ошентор.
– Коня жалко, – заливаясь горючими слезами, с трудом произношу я.
– Меня бы кто так пожалел, – хмыкнул Ремек.
– Не поняла, – даже плакать перестала от возмущения.
– Это не просто конь, Шали, он особой, магической породы. Его привезли из одной очень далекой страны. Жеребят этой породы хозяева ждут прямо на месте, чтобы прямо с рождения запечатлеть с первого взгляда. Потом уже можно уезжать и ждать, пока жеребенок подрастет и его выдрессируют специально под нужды и потребности хозяина, в том числе и магические свойства у всех специфичные. Мой Огран практически не убиваем – весьма важное свойство для боевого коня, и сейчас он нагло симулирует, получая женскую ласку и, судя по всему, ведьминскую силу.
Недоверчиво смотрю на генерала.
– Ваш Огран не похож на жеребца какой-то особой магической породы. Породистый, да, но ничего необычного.
– Он и не должен быть необычным. Изменения на магическом уровне, а не физиологическом.
Ремек вдруг положил свою ладонь на шею коня поверх моей. Вокруг мужской руки заклубилась тьма, которая тут же втянулась в животное. С изумлением наблюдаю за тем, как стрелы из тела лошади словно выталкиваются тьмой изнутри, и вот жеребец уже резво поднимается на ноги, зло хрипит и бьет копытом землю, готовый скакать и мчаться, куда захочет его хозяин. Все хорошо, только зачем Ошентор положил свою ладонь на мою, применяя заклинание? И до сих пор руку так и не отпустил ведь. Добавлю эти вопросы в свою копилку, а потом разом все предъявлю генералу.
Ошентор все-таки довез меня до замка, но тут же ускакал обратно – разбираться с тем, кто напал и зачем, так что все выяснения отношений отложены. Может, оно и к лучшему. В спальне застала разом всех подруг. О, совещание?
– Почему тебя так долго не было? – взволнованно вскрикнула Фантара, едва меня заметив.
– Строго наказал? – сочувствующе поинтересовалась Некс.
– Бил? – нервным дрожащим голоском произнесла Гвен. Ох, девочки, если бы вы только знали.
Закусила губу. Надо сделать скорбный вид, благо, не так уж трудно после недавнего происшествия. Генерал предупредил, чтобы о случившемся никому не говорила.
– Ничего, главное жива. А вы как доехали? Все хорошо?
– Нам-то что, с Тереном одно удовольствие было ехать, – отмахнулась Фана.
– Да, он милый, – неожиданно произнесла Гвен и мило покраснела.
– Ладно, все подробности завтра, – скомандовала Некс. – Главное, мы вернулись. Завтра должны быть выспавшимися и выглядеть идеально.
Фыркнула.
– Ну, уже поздно выглядеть идеально, встреча с императором у нас будет не первая.
– Не важно, на фоне других тоже нужно отлично смотреться.
На том и порешили. Фантара уже, наверное, десятый сон видит, а я не могу уснуть. Раз за разом прокручиваю в голове поцелуй с генералом. Это было настоящее безумие, но я бы повторила, только вряд ли такое предполагаемый жених одобрит.
Утро, замок на ушах, Ошентора не видно, наверняка сбежал из этого сумасшедшего дома. В комнатах столичных невест крики и ругань. Я так поняла, кто-то кому-то платье испортил и порезал, кто-то туфли украл, кто-то еще что-то нехорошее про другого сказал в связи со всем этим, в общем, правильное такое начало отбора, естественное.
На завтраке присутствовала я одна. Все остальные оказались то ли прическами заняты, то ли берегли фигуру, а может, от волнения есть не хочется. Вот я точно неправильная невеста: аппетит есть, волнения отчего-то вообще нет ни капли, фигуру не жалко, прическу мне пообещала сделать одна из приглашенных по такому случаю в замок камеристок, но это еще успеется, обор начнется только ближе к вечеру – утром город еще спит после празднования дня Нептоса, днем слишком жарко, а вечером в самый раз, но кандидатки начали готовиться еще с утра. Мне же надо еще Индегерда украсить для торжественного парада невест. Решили, что коня Фане не буду одалживать, Индегерду это не по нраву, а мне тоже просто-таки смертельно необходимо быть на коне.
Время пролетело быстро и незаметно. Из замка мы выехали достаточно рано. Уже на подъезде к городу мы влились в общую колонну невест. Я оказалась шокирована. Невест просто невероятное количество! Наша нарядная толпа больше похоже на реку. Колонну кандидаток, шествующую по главной улице, на всем пути прикрывает стража, народ, толпящийся по краям улицы, настроен доброжелательно, нам кричат напутствия и советы, как покорить императора с первого взгляда. Некоторые особо ушлые товарищи дают советы еще и в интимной сфере покорения правителя. А я смотрю на девичью колонну и поражаюсь. Как, ну вот как Небиул будет выбирать кого-либо из такого разнообразия?
Император лично встречает колонну на ступенях главного городского храма. Символично, поскольку в этот храм одну из девушек он в итоге поведет, но, чувствую, не меня, шансы слишком малы, да и поцелуи с генералом теперь из памяти не сотрешь. Некоторые невесты отчаянно машут Небиулу в ответ, надеясь хоть как-то привлечь его внимание. Выглядит смешно.
Колонна идет дальше, в сторону дворца, туда, где должен состояться первый отборочный бал невест. Волнительно. Индегерд вел себя прилично, меня вез спокойно, не пугаясь толпы и криков, но вот когда мы поравнялись с храмом, конь словно сошел с ума, громко, радостно заржал и понес меня в сторону императора. Никаких просьб и молитв конь не слышит, упрямо прорываясь к намеченной цели. Невесты испуганно кричат, когда Индегерд таранит их лошадок, прокладывая себе путь, стража матерится, пытаясь закрыть путь взбесившемуся животному. Я не понимаю, что вообще происходит. И только, кажется, один человек понял сразу все.
– Пропустите коня! – раздался магически усиленный властный голос императора.
Стража тут же отступила, и Индегерд рванул прямо к Небиулу. Все бы ничего, только я все еще на спине коня.
Глава 25
Конь взобрался по широким ступеням в мгновение ока, и вот я уже с удивлением взираю на то, как император крепко обнимает голову лошади, а Индегерд жалобно и в то же время восторженно ржет и ластится к Небиулу словно игривый щенок, а не большой грозный и серьезный конь, каковым раньше представлялся.
Спрыгнула с Индегерда и стараюсь незаметно уйти в тень. Река, которую представляли собой невесты, встала, и теперь все, раскрыв рты, наблюдают за необычным представлением. Такое пристальное внимание со стороны невест в самом начале отбора я не хочу к себе привлекать, еще сочтут главной конкуренткой, и все козни и заговоры будут против меня.
Скрыться окончательно мне не удалось – Небиул быстро обо мне вспомнил, оставил коня, в несколько шагов меня нагнал, заключил в крепкие объятия и закружил. Толпа у подножья храма ахнула, я прямо услышала этот пораженный слаженный девичий вздох. Конечно, они такие красивые едут во дворец, у многих наверняка полно надежд, а тут какая-то рыжая уже обнимается с их мечтой.
– Спасибо! – шепчет мне на ухо правитель, перестав кружить. За что спасибо-то?
Проблема в том, что Небиул прижимает меня к себе все крепче, крепче и крепче, его искрящиеся восторгом, благодарностью и нежностью глаза очень близко. Так, что происходит? Второй за неполные сутки поцелуй, причем с другим мужчиной, дикость! Рука непроизвольно дергается оттолкнуть мужчину, но вовремя остановил здравый смысл. Отталкивать императора на глазах всего народа – кидать вызов и демонстрировать неуважение, да и вообще, мне тут надо всячески покорять сердце правителя, а не наоборот.
Но поцелуя не случилось. Небиул прижался лбом к моему лбу и проникновенно сказал:
– Я думал, Индегерд мертв.
– Это ваш конь? Как же вы его потеряли? Почему никто не сказал, что он ваш?
Нервничаю. Мы с императором, конечно, не целуемся, но со стороны, особенно издалека, многим вполне может так показаться.
– Я объясню. Идем. Это нужно отпраздновать, нам предстоит серьезный, долгий разговор.
Вот теперь я окончательно запаниковала.
– Ваше величество, а как же отбор, встреча невест?
– Успеется. Быть здесь – моя инициатива, официальная встреча должна быть перед дворцом.
Небиул берет меня за руку и тянет к Индегерду, помогает сесть на коня, а сам взлетает на подведенного по знаку повелителя белого жеребца, уже виденного мной ранее. От Индегерда идут эмоции чистого незамутненного счастья и радости с нотками ревности к белому жеребцу, но я успокаиваю Индегерда, на нем ведь женское седло, а император явно торопится, поэтому пока взял себе белого.
В сторону невест смотреть страшно. Что сейчас испытывает Некс, представлять не хочется. Про генерала вообще стараюсь не думать.
До дворца добрались без толчеи, по тихим, перекрытым стражей улочкам. Во дворец и вовсе с черного хода заехали. Император не стал заводить меня внутрь, прямо на лошадях мы проехали в дворцовый парк и там расположились в уютной беседке, укрытой от чужих взоров плющом. Тихие и незаметные слуги споро поставили столик в беседку и принесли чай. Обслуживание на самом высоком уровне. Чувствую себя крайне неудобно рядом с императором, его величие буквально давит. И это я просто рядом сижу. А если замуж? Жить с мужчиной, которого откровенно смущаешься. Печально.
Небиул подробно расспросил меня об Индегерде. Все-все, каждую деталь, вплоть до того, как я узнала имя коня. А узнала довольно забавным способом – животное не откликалось ни на одно мое обращение к нему, тогда я предложила коню самому назваться и стала произносить поочередно все буквы, если буква подходила, жеребец кивал, и мы переходили к следующей. Обычно животные и стихии не так принципиальны в выборе имен, а тут вот как вышло.
– Видишь ли, Шали, Индегерд – конь особой магической породы. Ты, наверное, не знаешь о ней, о ней вообще мало кто знает, – удовлетворившись моим рассказом, приступил к объяснению его величество. – В империи наберется от силы пара десятков человек, у кого есть такие лошади. Стоят они баснословно дорого, занимаются их разведением очень далеко отсюда, практически на краю мира, и мало того, что туда нужно приехать, дабы дождаться жеребенка, который будет запечатлен на тебя, так еще и, когда лошадь станет взрослой, ее необходимо переправить в ее новый дом. Коня я приобрел тайно, никто не должен был знать, что конь магический, это стратегическое преимущество. У каждой лошади свои особенности, в зависимости от потребностей ее хозяина. В моем случае Индегерд будет усиливать мои способности к целительству, рядом с ним я становлюсь практически бессмертным.
Хм. Надо же как. Генерал ценит своего коня за то, что тот рядом с ним не умирает, а император – что сам не умрет благодаря своему питомцу.
– Как же вы потеряли своего ценного Индегерда?
– Увы, в то время, когда мне его переправляли, корабль с ним перехватили, а я был на другом конце континента, империя находилась в сложном положении, а корабль исчез во вражеских водах, куда моим людям на тот момент хода не было. Как Индегерд оказался в твоих краях, для меня загадка. В том направлении особо не искали, никто не мог предположить, что он может быть там.
– Когда я следовала в обозе имперской армии, никто даже не предположил, что это ваш конь.
– Такие покупки не афишируются, о моей поездке и приобретении практически никто не знал, дело вояк не живность искать, поэтому военных я не привлекал к данному вопросу, исключительно тайный сыск. Теперь давай поговорим о тебе, Шали.
Подобралась.
– Я настолько тебе благодарен за то, что ты помогла Индегерду (а если бы не ты и твоя сила, вряд ли бы он продержался так долго в одиночку, без хозяина или магической поддержки заводчиков такие кони долго не живут), что точно определился вот в чем. Я не хочу, чтобы ты умирала, и ты не умрешь, во всяком случае, я все для этого сделаю.
Счастливо выдохнула. Ну неужели! Можно прекратить весь этот цирк с отбором.
– Погоди, Шали. Увы, все не так просто. Ненависть к ведьмам все еще довольно сильна, такое отношение возникло не на пустом месте, но познакомившись с тобой, я понимаю, что и твоему, кхм, виду надо дать шанс на жизнь. Тем более, что ты уже проявила свою силу, которую и раньше было трудно спрятать, а уж с годами она будет расти. Поэтому вопрос о твоем замужестве все еще актуален. Я спрошу, и мне нужен честный ответ. Ты хочешь выйти за меня замуж?
Оп-па. Надо как-то так ответить, чтобы императора не оскорбить, но и четко дать понять, что нет.
– Ваше величество, я вообще замуж не хочу. Брак с вами – большая честь, но это и большая ответственность, а также большие ограничения, к которым я не готова. Да и не подхожу я на роль императрицы.
– Сочувствую, Шали, но замуж тебе все-таки выйти придется, если хочешь, чтобы род ведьм снова жил и здравствовал хотя бы на территории империи. Но. У тебя есть варианты. Не обязательно становиться именно моей женой. В крайнем случае, ты можешь попытаться привлечь кого-то из моих ближайших родственников, этого будет достаточно, чтобы также войти в императорскую семью и получить право на жизнь своему роду.
Навострила уши.
– А много у вас ближайших родственников? Огласите весь список, пожалуйста.
Взгляд императора мне не понравился, кажется, я все-таки задела венценосную особу своим нежеланием выходить замуж именно за Небиула.
– Ближайших холостых родственников подходящего тебе возраста у меня только двое. Ты их знаешь, Шали. Это Ремек Ошентор и Терен Фенимор. Ремек мой старший брат по отцу, а Терен кузен. Сразу оговорюсь. И знаешь, если вдруг твоим супругом стану не я, рекомендую обратить внимание на Терена.
Ошеломлена.
– А… почему не на генерала?
– Видишь ли, вероятность того, что он женится на тебе, ничтожно мала. Он знал, что мог бы взять тебя в жены и избавить от участи идти на костер, но ничего не сказал и не предложил, верно?
Молчу, переваривая полученную информацию.
– Вы сказали, что генерал ваш старший брат, почему тогда не он император?
– Рем бастард. С его рождением история довольно темная, кто мать, не известно, Ошентор появился во дворце, когда я только родился. Просто взял и появился, но отец сразу без каких-либо вопросов его признал, дал земли Ошентор и титул герцога. Наследовать трон Рем не может, поскольку не является наследником, да и по древнему закону черный маг не может получить имперский трон, да и сам Ремек не стремится править, у него полно других проблем.
– Каких?
– Контроль тьмы, например, – как-то так очень охотно сдает брата его величество. – На это у Рема уходит много сил, когда пытаешься сохранить собственную волю и рассудок, не до власти, впрочем, Ошентор отлично справляется. Признаюсь, я заметил, что ты заинтересовала Рема, это такая редкость, чтобы кто-то действительно ему понравился. Именно девушка. Я уже думал, что никто и никогда его не привлечет по-настоящему. Однако подход Рема мне не понравился. Он планировал поступить так, как это делает обычно – взять, подчинить, использовать. Мне показалось хорошей идеей Ремека расшевелить, отвлечь, в конечном счете, он знал способ тебя забрать, однако не торопился, значит, не настолько нужна.
М-да.
– А вам-то я нужна? В качестве жены.
– Пока есть время над этим подумать, как у тебя, так и у меня. Согласись, мы с тобой слишком мало общались для столь скорых решений. Сейчас давай сделаем так. Я селю тебя во дворце, у себя под боком, дабы у нас была возможность лучше друг друга узнать. Терен также на время отбора поселится здесь, так что сможешь и с ним побольше пообщаться. Здесь ты будешь всем обеспечена: наряды, украшения, обслуживание, только пожелай. И я хочу, нет, даже требую, чтобы ты блистала на этом отборе, дабы в будущем никто не мог сказать, что императрица выбрана не та.
Кхм-кхм.
– Спасибо, ваше величество, а можно мне тогда еще и учителей дать? По этикету и прочим наукам, которые нужны, дабы быть на уровне с вашими придворными дамами.
– Конечно, у тебя будут лучшие учителя и пропуск в мою личную библиотеку, там есть редкие фолианты с информацией о таких, как ты. О ведьмах. В том числе и древние семейные ведьминские книги. Уверен, такая информация будет тебе полезна.
О-о-о, кажется я начинаю проникаться к императору искренней и очень сильной симпатией. Неужели я наконец смогу узнать о своей силе и о том, как ей по-настоящему можно воспользоваться?
– Огромное спасибо!
Искренне улыбнулась его величеству. Император не замедлил воспользоваться моим восторгом, взял за руку и крепко сжал.
– Это тебе спасибо, Шали. За Индегерда. Ты даже не представляешь, сколько он для меня значит. Даже если вдруг мы не станем супругами, я надеюсь на дружбу. Ты осталась без коня, на замену предлагаю своего Фарта. – Небиул кивнул в сторону выхода из беседки, туда, где стоит в ожидании Индегерд и белый красавец-жеребец. – Фарт очень хороший и достойный конь, мой любимец.
– Благодарю за оказанную честь.
– Шали.
– Да?
– Я бы хотел тебя поцеловать. Ты позволишь? – Император тянет меня за руку к себе.
А-а-а! Что делать?!
– Ваше величество, вы знаете, я как-то совсем не готова. Вы, конечно, очень хороши собой и…
Не договорила. Медовые глаза императора словно засияли теплотой. Мне вдруг нестерпимо захотелось дотронуться до мужчины, и идея поцеловать его уже не кажется такой уж дикой. Какие же красивый глаза! А какая улыбка! Нахмурилась. Пытаюсь отвести взгляд от Небиула, но не получается. Магическое императорское обаяние – оно такое.
– Не сопротивляйся, Шали. Все правильно. Чем скорее ты и я определимся, тем лучше.
Неб усаживает меня к себе на колени, гладит костяшками пальцев по щеке. Не могу сопротивляться, нет сил.
– Знаешь, Шали, ты очень красивая добрая маленькая ведьмочка. Я теперь думаю, что отдавать тебя одному злому и грубому черному магу нельзя.
Может, вообще не надо мной распоряжаться как вещью, кому-то давая и передавая? Пытаюсь отстраниться от императора хоть немного.
– Поразительно, как быстро ты адаптируешься к магии, – глядя на меня с исследовательским интересом, говорит Неб. – Я ведь сейчас использую свою силу почти на полною мощность, а ты пытаешься противодействовать. Думаю, вскоре у тебя и вовсе выработается иммунитет. Знаешь, я думаю, хорошо иметь жену, на которую не смогу повлиять магически.
Император медленно наклоняется к моему лицу. Сейчас в мужских глазах озорство и вызов. Надо срочно что-то предпринять! Или не надо? По идее, мне все еще надо замуж выйти.
– А… как же принцесса? – я все-таки приняла решение отвлечь Неба разговором.
– А что принцесса? – вот теперь в глазах Неба насмешка, мои уловки для него очевидны.
– Многие делают ставку, что вы женитесь именно на ней, поскольку это выгодный империи союз.
– Выгода весьма относительна. Женитьба не гарантирует добрососедских и взаимовыгодных отношений. Да и не нужен особо этот мир, империи и без того неплохо живется. Конечно, стоит пообщаться еще и с принцессой, но идея иметь жену, которая будет постоянно прятать нож за спиной, меня не прельщает.
– Так вы можете ее обольстить.
– Мое очарование действует только при моей непосредственной близости, но да, обольстить, конечно, можно.
Читать бесплатно другие книги:
