Чувство любви Джонсон Сью

После нескольких терапевтических сеансов, на которых мы работали над тем, как Питу сохранять спокойствие и обращать внимание на эмоции, выраженные на лице Салли, он стал лучше резонировать с ее настроением. Он грустит, когда она плачет, он беспокойно ерзает на стуле, когда она жалуется, но собственная всепоглощающая паника постоянно отвлекает его от ее переживаний.

— Что вы видите на лице Салли? — спрашиваю я.

Он отвечает:

— Я знаю только, что она сердится на меня. Единственное, чего я хочу, — остановить это, исправить. Я начинаю панически соображать, что же мне сейчас делать, и в конце концов эмоций и мыслей становится слишком много, поэтому я просто замираю и делать ничего не могу.

Пит не в состоянии прислушаться или даже просто назвать свои эмоции или эмоции Салли.

Возможно, его мозг, как у сирот из интерната, не смог полностью развить нейронные пути, позволяющие сопереживать и сочувствовать жене. Возможно, именно страх заставляет нас сфокусироваться на самих себе, блокирует внимание к другим людям и мешает распознавать их сигналы. Возможно, такие люди, как Пит, у которых в детстве не было и намека на надежную привязанность, чрезмерно чувствительны к любым рискам и угрозам и не знают эффективных способов снизить страх потери любимых и близких. Нейронный путь страха и потери в мозге Пита — самый глубокий, он чаще всего используется и легче всего активизируется. При этом, впадая в панику и пытаясь справиться с эмоциями молчанием, он гарантированно провоцирует отрицательную реакцию своей жены. Зеркальные нейроны Пита не в лучшем состоянии, поэтому он не чувствует, как влияет на Салли, и не понимает, что сам выстраивает взаимодействие таким образом, что оно подтверждает его худшие страхи.

И все же, если в отношениях что-то складывается не так, причина очень редко только в одном из партнеров, связана только с его нейронными схемами, эмоциональным типом привязанности, привычками или ожиданиями. Чуткость и отзывчивость — или их отсутствие — другого партнера всегда играют свою роль. Психологи из Иллинойсского университета Аманда Викари и Крис Фрэли провели эксперимент, в ходе которого предлагали участникам представить себя в отношениях. В двадцати предложенных ситуациях испытуемым нужно было выбрать вариант своих действий. Например, предлагалась ситуация, в которой партнер созванивался с бывшим возлюбленным. В ней можно было выбрать один из двух вариантов: «Я рад, что ты сохраняешь хорошие отношения с бывшими» или «Между вами до сих пор что-то есть?» По сути, эти варианты вынуждали испытуемых интерпретировать и «назначать» партнеру те или иные намерения.

На первом этапе исследования сценарий был написан так, что выбор из двух предложенных опций — отреагировать положительно или отрицательно — никак не влиял на реакцию воображаемого партнера. Воображаемый партнер не реагировал и не поддавался воздействию. В этом случае испытуемые с ненадежными паттернами привязанности продолжали выбирать утверждения, показывающие, что они не доверяют любимому человеку. На втором этапе исследователи изменили сценарии таким образом, что партнер время от времени выказывал поддержку. Этого оказалось достаточно, чтобы испытуемые с тревожно-амбивалентным и избегающим типами привязанности постепенно изменили отношение к гипотетическому партнеру. Они начинали более благоприятно оценивать намерения партнера и выбирать более конструктивные утверждения. Взаимодействие с тепло настроенным партнером делает более открытым любого человека, независимо от типа привязанности. Наше поведение может как поддержать отрицательные паттерны и убеждения, так и помочь нашим близким избавиться от них.

ПЛАСТИЧНЫЙ МОЗГ

Один из способов изменить поведение — изменить нейронные связи в мозге.

Ученые всегда считали, что число нервных клеток конечно и при разрушении они не восстанавливаются. Но оказалось, что мозг намного пластичнее, чем мы думали. В течение жизни новый опыт помогает выращивать новые нейроны и создавать связи между нейронами. Так, может быть, семейная терапия, формируя новый опыт, поможет Питу развить мозг? Может быть. Любой опыт меняет мозг человека тем или иным образом. Один из способов создать новые нейронные пути — отказаться от привычных схем поведения. Например, если постоянно носить плотную повязку на глазах, через два дня зрительная кора начинает тщательнее обрабатывать сигналы от тактильных ощущений и органов слуха.

Так что мы, вероятно, можем помочь Питу заменить реакцию «застыть» на реакцию «сказать Салли о своих страхах». Как только он научится управляться со своими страхами и не так сильно им поддаваться, мы сможем помочь ему увидеть боль Салли и научиться более чутко на нее реагировать. Для этого можно спросить, например: «Что вы видите сейчас на лице Салли? Ощущаете ли вы то, что чувствует она?» И мы можем помочь Салли сделать сигналы для Пита более четкими и понятными. Мы также можем научить партнеров распознавать их потребность друг в друге и страх друг друга потерять, что значительно развивает их эмпатию. Наконец, мы можем помочь им научиться выражать свою эмпатию. И мы можем на практике убедиться, что все эти шаги работают.

На двенадцатом сеансе Пит говорит Салли:

— Теперь я понимаю, что мы оба напуганы, что ты тоже уязвима. Я вижу это в твоих глазах и чувствую, что тебе больно. Я не хочу, чтобы ты боялась. Я не знаю как, но хочу утешить тебя.

Наши нейроны постоянно готовы к связи с другими людьми. Судя по всему, во взрослом возрасте наш мозг сохраняет способность создавать новые нейроны и сети, если мы любим и любимы. С этим согласен Уолтер Фриман, профессор нейробиологии в Калифорнийском университете. Исследовав способность к обучению на протяжении человеческой жизни, он пришел к выводу, что существенная реорганизация нейронов может быть вызвана двумя событиями: счастливая влюбленность и рождение ребенка (любой родитель скажет, что первые несколько месяцев родительства очень сильно изменили его или ее мозг!). Фриман предполагает, что окситоцин — главный нейромодулятор, который может повысить или снизить общую эффективность связей между нервными клетками.

Поскольку мозг, по сути своей, — орган социализации, логично, что в определенные периоды он способен стремительно адаптироваться к новым условиям. Отношения с любимыми и значимыми для нас людьми формируют и меняют нас: новые нейронные связи, новые эмоции, новые знания и новые движения в танце любви могут открыть перед нами новый мир и иное ощущение собственного «я». На последнем сеансе Пит говорит Салли:

— Теперь, когда я знаю, как наладить контакт с тобой, я чувствую себя другим человеком. Более уверенным. Более заботливым. То, как изменились наши отношения, изменило и меня. Я уверен, что впереди еще больше открытий, больше возможностей.

В книге The Neuroscience of Human Relationships («Нейробиология человеческих отношений») психолог Луис Козолино из Университета Пеппердайна отмечает, что главные зоны мозга, например префронтальная кора, в норме формируются в раннем возрасте в процессе взаимодействия с первыми объектами привязанности. Мы учимся «ценить себя, доверять другим, управлять эмоциями, поддерживать положительные ожидания и использовать интеллект, в том числе эмоциональный, для решения проблем». Теперь мы знаем, что такой же созидательной силой обладают и романтические отношения между взрослыми людьми.

***

Мы рассмотрели главные аспекты химии любви: функцию «гормона объятий» окситоцина и работу нейронных путей при взаимодействии с другими людьми. Теперь мы начинаем понимать, что «пламя» любви частично определяется тем, как загораются главные нервные клетки — зеркальные нейроны, отвечающие за сопереживание. Более того, теперь мы знаем, что не только биология формирует любовные отношения, но и сами отношения, в свою очередь, формируют физиологию человека и управляют ею. Поцелуй может вызвать взрыв окситоцина и дофамина, который отключит гормоны стресса, успокоит сердце и усилит способность мозга распознавать эмоции любимого человека по выражению лица.

Представители различных областей науки постепенно разбираются с тем, почему мозг считается органом социализации. Робин Данбар, профессор эволюционной психологии в Оксфордском университете, полагает, что принятое представление о том, почему у человека такой большой мозг, ошибочно. Орган такого размера, работающий беспрерывно, требует огромного количества энергии, при этом большинство животных прекрасно живут с гораздо меньшим мозгом. Данбар считает, что размер мозга человека — это не столько результат необходимости решать технические проблемы, например создавать орудия труда или строить надежные убежища, сколько последствие необходимости общаться с себе подобными для выживания и процветания. Социальные взаимодействия похожи на игру в шахматы: нам нужно учитывать как поступки и намерения других людей, так и собственное влияние на них, а это требует значительных умственных усилий. Именно поэтому мозг человека стал таким большим и развил огромное количество отделов и механизмов, участвующих в построении и регулировании отношений с другими людьми.

На вопрос Шекспира: «Скажи мне, где любви начало? Ум, сердце ль жизнь ей даровало?»3 — ученые теперь могут уверенно отвечать: «Ум». Но некоторые из нас склонны принижать значение главного органа любви. «Любовь — это поэзия чувств», — воспевает чувственный опыт Оноре де Бальзак. Американский писатель Харлан Эллисон выражается более резко: «Любовь — это “секс”, написанный с ошибками». Чертовски классная, надо сказать, получилась ошибка, но о сексе мы поговорим в следующей главе.

ЭКСПЕРИМЕНТ 1

Выделите полчаса, чтобы побыть с любимым человеком. Это должно быть время, когда вас никто не потревожит, когда вы оба не напряжены и спокойны — то есть не сразу после ссоры. Найдите место, где вам никто не помешает. Постарайтесь настроиться друг на друга. Встаньте лицом к лицу и как можно ближе друг к другу, но не касаясь, и смотрите на грудь другого. Затем попытайтесь синхронизировать дыхание. Поймайте общий ритм.

Затем один из вас ускоряет частоту дыхания, а другой подстраивается под него. Синхронизировавшись, поменяйтесь ролями. Но в этот раз «ведущий», наоборот, замедляет дыхание.

Повторите упражнение еще трижды.

Затем добавьте новый элемент: переносите вес с одной ноги на другую. Дышите в унисон и повторяйте движение другого.

Когда это будет получаться легко и просто, партнер, который выше ростом, должен слегка поворачивать плечи вправо или влево, а потом возвращаться в исходное положение. Второй повторяет, подстраиваясь под скорость и направление.

Через некоторое время поменяйтесь ролями.

Снова синхронизировавшись, поворачивайтесь до точки, где вы начинаете терять равновесие. Задача второго — восстановить равновесие, слегка придержав «ведущего» за плечо. Повторите пять раз, потом поменяйтесь ролями и повторите еще пять раз.

Сядьте и обсудите, помогла ли вам физическая синхронизация почувствовать более тесную эмоциональную связь. Если да, опишите свои чувства так, чтобы партнер мог их понять. Если нет, попытайтесь понять, что вам помешало.

ЭКСПЕРИМЕНТ 2

Этот эксперимент направлен на изучение уровня эмпатии и способности понять намерения партнера.

А. Представьте, что вы хотите поговорить с партнером о собеседовании, на котором вы были несколько часов назад. Вы обеспокоены, но партнер как будто не слушает вас. Вы пытаетесь рассказать, что произошло, а он/она начинает рассуждать, что вам нужно было сделать в начале собеседования, чтобы произвести хорошее впечатление. Что вы ответите?

«Похоже, ты не хочешь говорить со мной об этом. Хорошо, прости, что побеспокоил».
«Я переживаю из-за того, как все прошло. Мне всего лишь нужно, чтобы ты поддержал меня и утешил».
«Ты говоришь мне о том, что я сделал не так, а сам меня не слушаешь. Ты никогда меня не слушаешь».

Какой из этих ответов пойдет на пользу отношениям и с большей вероятностью вызовет у партнера эмпатию и чуткую реакцию?

А теперь представьте, что партнер в любом случае отвечает: «Ох, прости. Похоже, я веду себя как чурбан. Тебе, наверное, просто нужна моя поддержка. Собеседование — это всегда непросто».

Что вы скажете теперь?

Даже если сначала партнер разочаровал вас, сможете ли вы позитивно отреагировать на последующее проявление заботы? Обсудите с партнером, насколько легко или тяжело вам было принять его/ее попытку восстановить связь.

Б. Ваш партнер признается, что забыл выполнить вашу просьбу и договориться о приходе мастера на следующей неделе. Партнер вздыхает и бормочет: «Такое чувство, что я все и всегда порчу в этой жизни. Как мне это надоело».

Что вы скажете?

«Меня это тоже беспокоит. Я рассчитывал, что ты сделаешь то, что пообещал. Но ты как-то подавлен. Может, тебе стоит походить в спортзал? Ты почувствуешь себя лучше».
«Мастера нужно вызывать заранее, там же запись. Позвони ему как можно скорее».
«Ты выглядишь расстроенным. Все так плохо? Хочешь поговорить об этом? Ты как-то подавленно выглядишь».

Если вы не смогли дать правильный ответ эмпатичного человека (вы знаете, какой из предложенных!), подумайте, что послужило тому причиной.

Допустим, что ваши зеркальные нейроны сработали как надо. Вы не смогли установить эмоциональную связь с информацией, которую дали ваши нейроны? Вас захватили и отвлекли собственные чувства, помешав понять сигналы партнера? Может быть, помешал какой-то принцип или убеждение, например «надо выполнять обещания, несмотря ни на что»? Вы чувствуете тревогу или неуверенность, не знаете, что ответить, когда партнер сообщает о своих переживаниях?

Никто не может сопереживать постоянно, но, если мы хотим создать отношения, наполненные любовью, нам необходимо понять, что блокирует эмпатию, и научиться прислушиваться к сигналам любимого и реагировать на них.

Глава 5

Тело

Секс — это эмоции в движении.

Мэй Уэст

Кто бы мог подумать, что Мэй Уэст — скандальная киноактриса, известная своими едкими замечаниями и двусмысленными выражениями, — так точно выразит самую суть секса? Именно эмоции — качество эмоциональной связи с другим человеком — определяют качество секса, удовлетворенность им и его влияние на романтические отношения. Более того, глубина и надежность привязанности влияют на то, как мы ведем себя в постели и за ее пределами.

Это очень радикальная идея. Долгие годы секс считался определяющим элементом любви между взрослыми людьми. Это убеждение впервые высказал Фрейд в теории о том, что физическое удовольствие от заботы и объятий человека противоположного пола, испытанное в детстве, — это эротическая связь, которая становится шаблоном для романтических отношений во взрослой жизни. Дальнейшие исследователи (такие как Альфред Кинси, Уильям Мастерс и Вирджиния Джонсон, изучавшие сексуальный опыт, механизмы и биологическую составляющую секса) еще увереннее говорили о значимости секса. Движение за права женщин невольно подтвердило эту точку зрения заявлением, что женщины имеют право на такое же количество и качество секса, как и мужчины, а оральные контрацептивы, избавившие женщин от страха перед беременностью, обеспечили возможность реализовать это право. В последние годы эволюционные биологи и психологи придали сексу еще большее значение, выдвинув теорию о том, что любовь — это просто уловка природы, побуждающей нас заниматься сексом и тем самым гарантировать продолжение вида.

В результате укоренилось мнение, что сексуальное влечение и любовь — синонимы, а секс — суть и смысл взрослой любви. Грубо говоря, секс — это любовь, а хороший секс — хорошая любовь. Сегодня мы одержимы стремлением получить хороший секс и сделать его еще лучше. Конечно, лучший секс — это тот, который приводит к оргазму. Если сомневаетесь, возьмите любой журнал для женщин или мужчин. Вы найдете как минимум одну, а скорее всего, несколько статей с подробным описанием техник и позиций для оживления сексуальной жизни. Зайдите в любой книжный магазин — вы увидите целые полки, заставленные книгами о том, как достичь оргазма и как довести до оргазма. Не какого-нибудь простого, а Самого Настоящего — такого, от которого вас еще некоторое время будет потряхивать так, будто вы вставили пальцы в розетку. Производители без устали заваливают рынок всевозможными новинками: от презервативов с усиками и возбуждающих смазок до игрушек и устройств, гарантирующих яркий и незабываемый секс. По словам Леоноры Тифер, психолога из Школы медицины Нью-Йоркского университета, секс изображается как физиологический процесс, сходный с пищеварением, а не как то, чем он на самом деле является, — танцем на основе взаимных чувств.

Низведение секса до примитивной физиологии, к прискорбию, разрушило его роль в отношениях, что привело к ужасным последствиям. Вместо того чтобы сближать людей, секс и повышенное внимание к нему все больше и больше разделяет нас. Возьмем, к примеру, увлеченность интернет-порнографией. Мы предпочитаем живым людям картинки на экране. Сорок миллионов американцев признаются, что регулярно посещают порносайты. Десять процентов из них осознают, что страдают зависимостью. Среди посетителей таких сайтов традиционно преобладали мужчины, но в последнее время стремительно растет процент женщин. Но самое страшное, что возраст завсегдатаев порносайтов становится все меньше и меньше: интернет-порно регулярно смотрят подростки и даже дети. В современном мире разовый или случайный секс не считается чем-то из ряда вон выходящим. Появилось понятие «друзья с привилегиями». Секс стал просто возвратно-поступательными движениями, почти не требующими участия эмоций.

Грустно осознавать, но мы больше не рассматриваем секс как часть любви и отношений, он теперь сам по себе. Безусловно, секс — это важная часть романтических отношений, но не единственная и не главная. Я и другие разделяющие мои взгляды коллеги-ученые считаем, что любовь состоит из трех элементов: сексуальность, забота (смесь внимательности и эмпатии) и привязанность. И главный из этих элементов — последний. Ведь именно от эмоциональной связи между людьми зависит то, какой будет их интимная близость.

Глубина эмоциональной связи с партнером и ощущение безопасности рядом с ним влияет на качество сексуальной жизни, используемые практики и цели, даже на сексуальные фантазии. Мы можем заниматься сексом, сосредоточившись на физических ощущениях и отгородившись от сердца, от своих эмоций. Можем заниматься им, чтобы утешиться, успокоиться и избавиться от страхов. Или же мы можем использовать его для единения с партнером — чтобы максимально «синхронизироваться», стать единым целым, утолить свои самые глубинные эмоциональные потребности и чаяния.

Эта мысль пришла мне в голову совсем недавно и в совершенно другом контексте. Был вечер пятницы, вечеринка, посвященная аргентинскому танго. Когда звуки гармоники и скрипки наполнили зал, мужчины и женщины вышли на танцпол и начали выстукивать каблуками и страстно двигаться в такт музыке. У меня болела нога, поэтому я просто сидела и наблюдала. Вдруг я вспомнила, как мои друзья говорили о том, что танго — очень сексуальный танец. Это действительно так. Но что конкретно делает его таким сексуальным? Близость лиц и тел? Переплетение рук и ног? Туфли на каблуках, из-за которых ноги женщины кажутся бесконечно длинными?

Да, все это. Но не с любым партнером танец приобретает эротический заряд. Почему? Отчего вокруг одной пары возникает эта мощная аура страсти и возбуждения, а вокруг другой нет? Я задумала небольшой эксперимент. Каждую пару, будь то любители или профессиональные танцоры, я оценивала по шкале «знойности». Для этого надо было закрыть глаза, а открыв, оценить ту пару, которая окажется прямо передо мной.

Первой в эксперимент вступила недавно переехавшая в наш город семья. Оба были стройными, стильно одетыми: он в подходящем костюме и двухцветных туфлях, она в облегающем красном платье и босоножках на десятисантиметровом каблуке. Оба танцевали технично и элегантно. Он качал бедрами и кружился вокруг нее в мастерских пируэтах, она крутилась на левой ноге и высоко поднимала правую. Представление выглядело впечатляюще. Но — оставалось всего лишь представлением. Они танцевали не для себя, а для тех, кто на них смотрел, и, хотя я восхищалась их умениями, танец меня не тронул.

Когда я открыла глаза во второй раз, я увидела молодую пару в обычной одежде. Танцоры двигались в такт, кружились и делали сложные движения, но между ними чувствовалось что-то странное. Девушка показалось мне какой-то напряженной. Она очень старалась следовать за партнером. Когда он удлинял шаг, она повторяла с небольшой задержкой, а потом бросала на него взгляд, как будто спрашивала, все ли она правильно делает. Я видела танец, но не чувствовала в нем жара. Они оба очень старались соответствовать ожиданиям друг друга, но не танцевали по-настоящему.

Открыв глаза в третий раз, я увидела свою подругу: в обычном платье и практичных туфлях на плоской подошве она танцевала с пухлым невысоким парнем в серой футболке и синих джинсах. Они двигались медленно, движения их были простыми, но воздух между ними словно искрился. Я не могла оторвать от них глаз. Их танго было похоже на интимный разговор. Он поворачивал плечи, приглашая ее приблизиться. Она принимала его приглашение, и они сплетались теснее. Музыка замедлялась, и он предусмотрительно ждал, когда она закончит поворот, поставит ногу и скользнет в его объятья. Он прикасался ногой к ее ноге и скользил по ней. Она делала то же самое и убирала ногу. Они играли друг с другом! Они были полностью поглощены друг другом, своими движениями и танцем. Их движения были простыми, синхронными и донельзя чувственными.

СНАЧАЛА ПРИВЯЗАННОСТЬ — ПОТОМ СЕКС

В нашей культуре поддерживается мысль о том, что секс создает эмоциональную привязанность, укрепляет связь между партнерами. Проще говоря, сначала секс — потом любовь. Но гораздо важнее движение в противоположном направлении. Многочисленные исследования, проведенные за последние десять лет, показали, как три типа привязанности (надежный, тревожно-амбивалентный и избегающий) влияют на мотивацию, качество и удовлетворенность сексом, а также, как секс влияет на любовные отношения.

Люди с избегающим паттерном, то есть чувствующие дискомфорт от эмоциональной близости и зависимости от других людей, чаще занимаются сексом, который я называю «секс как самоцель». Они фокусируются на собственных ощущениях. Сексом занимаются ради самого секса, чтобы оттянуть наступление климакса или доказать свою умелость. Ценится техника. Открытость и уязвимость не приветствуются. Прелюдии, поцелуев и нежных касаний, например, практически нет. И никаких объятий после секса: получили каждый свой оргазм и разошлись. Чувства партнера учитывать не нужно, можно легко делать вид, что они не имеют значения.

Удовольствие без эмоциональной вовлеченности становится поверхностным и мимолетным, поэтому такой вид секса требует постоянной новизны и «перчика». Новые техники и партнеры какое-то время волнуют и будоражат, но постоянное экспериментирование может привести к небезопасным практикам и давлению на партнеров, отказывающихся в них участвовать.

Сексом ради секса чаще всего занимаются гетеросексуальные мужчины (самый яркий пример — Джеймс Бонд) и не до конца согласившиеся со своей ориентацией гомосексуальные. К сожалению, такой вид секса сегодня может встречаться все чаще из-за широкого распространения интернет-порнографии. Молодые люди узнают на порносайтах, что и как делать со своим телом и половыми органами, но не с эмоциями и чувствами.

— У секса и любви нет ничего общего, — заявляет Генри, сорокалетний фитнес-тренер. — Романтическая любовь — это вообще выдумка, жульничество.

На вопрос о сексуальной жизни он отвечает, что часто мастурбирует.

— Это проще, чем уламывать жену. И мне не нравится, что она всегда отказывается делать минет. Она знает, как меня это заводит, но просто не хочет.

Он подробно описывает движения, которые его возбуждают и доводят до оргазма. А потом добавляет:

— Похоже, она так злится из-за одной интрижки, которая была у меня в командировке. А я не понимаю, что в этом такого. Все так делают. Это же просто секс.

Элисон, элегантная бизнесвумен слегка за сорок, говорит своему мужу Майклу:

— К вечеру я ужасно устаю, и, если мы занимаемся любовью, мне не так уж сильно хочется обниматься и целоваться после секса. Честно говоря, мне это не особо нравится. Я просто хочу получить оргазм и лечь спать.

Но потом она поворачивается ко мне и произносит:

— Если я занимаюсь с ним сексом, мы меньше ссоримся. У нас меньше этих долгих выматывающих споров, когда он взрывается из-за любого пустяка. Секс помогает. Но ненадолго. На следующий день все повторяется. Есть секс, нет — отношения не становятся лучше.

Секс как самоцель одномерен и не способствует единению партнеров. Он подрывает эмоциональные связи. В конце концов, он даже не приносит толком удовлетворения. Исследования показали, что такой секс снижает возбудимость и сокращает частоту оргазмов. В танце, где нет связи или способности прислушаться к музыке эмоций, каждое движение сопровождают скука и пустота.

Люди с тревожно-амбивалентным типом привязанности чаще склонны заниматься «сексом-утешением», то есть секс призван доказывать и подтверждать, что их любят. Такой секс включает эмоции, но главным побудительным чувством в нем остается тревога. Для людей, чрезмерно чувствительных даже к намеку на отвержение, секс служит подтверждением того, что их ценят и желают. Для мужчин таким подтверждением обычно служит сам половой акт. Для женщин — поцелуи и объятья до и после него.

Пятидесятипятилетний опытный адвокат Леон хочет заниматься любовью со своей женой Джолин утром и вечером каждый день. Он объясняет такую большую потребность в сексе очень высоким уровнем тестостерона. Однако наедине со мной он добавляет, что постоянно боится того, что жена на самом деле не любит и не хочет его. Даже несмотря на то, что никаких причин для таких мыслей нет, он одержим мыслью, что за время их тридцатилетнего брака она могла изменять ему. Он говорит:

— Джо отдаляется от меня. Если бы она хотела меня чаще, наши отношения стали бы лучше. Тогда я смог бы расслабиться.

Когда Джолин напоминает ему, какой великолепный секс у них был на прошлой неделе, он соглашается, но тут же вспоминает, как неделей ранее она оттолкнула его.

— В какой-то мере я понимаю, что давлю на нее, — говорит он. — Но я просто хочу быть к ней ближе, хочу быть более уверенным в ней. Когда мы занимаемся любовью, тьма будто рассеивается и я чувствую себя по-настоящему любимым. Но когда она устала и не хочет секса, я ничего не могу с собой поделать — я принимаю это очень близко к сердцу, и мои страхи вспыхивают с новой силой.

Как и другие люди с тревожным паттерном привязанности, Леон настолько чувствителен к любому намеку, что его отношения находятся под угрозой, что впадает в панику при первом признаке разочарования — сексуального или какого-либо другого.

Клэр, тридцативосьмилетняя миниатюрная преподавательница университета, признается, что никогда не отказывает своему партнеру Терри в сексе.

— Я очень стараюсь сделать ему хорошо. Но на самом деле во время секса я словно раздваиваюсь. Мне сложно расслабиться и отпустить себя. Хотя мне нравится близость. Нравится обниматься. Романтика очень важна. Я знаю, что он любит меня. Но я никогда не могла понять, что его вообще во мне привлекает, понимаете? Я не считаю себя привлекательной. Он спрашивает, чего я хочу в постели. Но я на самом деле не знаю. Я хочу то, что доставляет ему удовольствие. И боюсь, что недостаточно сексуальна для него.

Клэр подумывает сделать подтяжку и липосакцию, чтобы выглядеть более сексуально. Желание сделать пластическую операцию часто встречается у женщин с тревожно-амбивалентным типом привязанности.

Вполне закономерно, что близость и чувство защищенности влияют на способность выражать и чувствовать сексуальное желание. Безопасность — наша первичная потребность. Если мы вынуждены круглосуточно переживать, а любят ли нас, а не собираются ли бросить, мы едва ли способны на сонастройку и отзывчивость, которых требует хороший секс. Мы теряем гибкость и контроль над своими реакциями, утрачиваем способность вести и следовать за партнером.

Цели и восприятие привязанности определяют сексуальные фантазии. Это очень хорошо видно по людям с ненадежными паттернами. Психолог Гурит Бирнбаум и его коллеги из Университета имени Бар-Илана в Израиле предложили сорока восьми парам заполнить анкеты (которые позволяли определить их тип привязанности) и в течение 21 дня вести дневники, куда они должны были записывать мысли и фантазии о сексе. Тревожные мужчины и женщины фантазировали о том, как их партнеры будут с ними более ласковыми и нежными. В их дневниках отражалась тоска по любви и ободрению, которая распространилась и на сексуальную сторону жизни. Мэри, у которой был выявлен очень высокий уровень тревожности, описала свою фантазию так: «Мы с парнем на уединенном пляже. Он говорит, как любит меня, нежно обнимает меня, и я чувствую, что плавлюсь в его руках. Я бы хотела, чтобы это длилось вечно». Люди с избегающим типом привязанности представляли себя или своих партнеров отчужденными и агрессивными. Дэвид написал в дневнике: «Я на частной вечеринке с тремя прекрасными обнаженными женщинами, но не удостаиваю их даже взглядом».

В дни, когда у пар случались конфликты или ссоры, партнеры с тревожным типом привязанности описывали себя униженными и беспомощными. В своем воображении Карл не может сделать буквально ничего: «Она раздела меня и привязала к кровати, лишив возможности двигаться. Она полностью контролировала ситуацию и сделала меня рабом своих желаний». Избегающие же партнеры изображали себя замкнутыми, отстраненными и неуязвимыми для опасностей, исходящих от других людей. Моррис описывал такую фантазию: «Красивая женщина стягивает с меня брюки под столом в библиoтеке… Девушка-библиотекарь очень строго смотрит на меня, но потом присоединяется. Я уверен, их ждет лучший секс в их жизни. Но вдруг они замирают от страха. Моя девушка нас застукала, так что ничего не выйдет». Моррис дистанцирован и зациклен на своих сексуальных способностях и возможностях. То, что его поймали на неверности, означает всего лишь, что секса не будет.

Тип привязанности, конечно же, определяет, как секс — хороший или плохой — влияет на отношения. Это особенно важно, потому что значение, которое мы придаем неизбежным ошибкам и разочарованиям в сексе, в какой-то степени касается отношений с любимым человеком в целом. В исследовании Бирнбаума испытуемых спрашивали, как секс прошлой ночью повлиял на их поведение с любимым человеком и удовлетворенность отношениями.

Люди с тревожно-амбивалентным типом привязанности, как правило, преувеличивали значимость как хорошего, так и плохого секса. Примерно это же говорит Кейт на сеансе в моем кабинете:

— Даже если хороший секс случается не очень часто, каждый раз он на какое-то время восстанавливает мою уверенность в нас, и я снова чувствую, что меня любят. Я становлюсь более ласковой. Но если это просто быстрый перепихон или он не особенно возбужден — ну например, если мы оба устали или еще что-то, — я не могу избавиться от беспокойства. Весь следующий день я думаю об этом и нервничаю. Пытаюсь всеми способами обратить на себя его внимание, и все мои мысли только о том, любит ли он меня на самом деле. Обычно все заканчивается ссорой.

Партнеры с избегающим паттерном склонны «глушить» эффект физической близости. Через день после секса связь с партнером обрывается. Я часто вижу это в своей психотерапевтической практике.

В моем кабинете Том обрушивает на свою жену Аннабель шквал критики:

— Я не знаю, почему ты так носишься с тем сексом на выходных. Да, было хорошо. Ну и что? Что теперь, мне прыгать вокруг тебя и прижимать к сердцу до конца дней своих? Иногда бывает и так себе, тогда я просто вычеркиваю его из памяти. Секс — это просто секс.

Том отрицает значимость секса для привязанности, исключая жену из процесса.

Люди с тревожным и избегающим типами привязанности не получают полного удовлетворения от секса: тревожный партнер занят мыслями о том, любят ли его, а избегающий старается ненароком не вовлечься эмоционально. Беспокойство и отчужденность не способствуют откровенному, приносящему удовлетворение сексу. Секс как самоцель эротичен, но пуст, а «утешающий секс» успокаивает, но не несет эротики. Чтобы секс был наиболее полным и ярким — я называю его «секс как единение», — между партнерами должна существовать надежная привязанность.

В надежных и безопасных отношениях царит эмоциональная открытость и отзывчивость — как в спальне, так и за ее пределами. Благодаря им общение становится более глубоким, а внимание не рассеивается на собственные страхи или необходимость не ударить лицом в грязь, что, в свою очередь, ведет к усилению возбуждения, удовольствия и удовлетворения. Это секс в лучшем своем проявлении.

Надежная привязанность помогает партнерам говорить о своих потребностях и предпочтениях. Но в сериалах и фильмах никогда не показывают, что общение — это часть секса. В кино секс больше похож на сказку. Партнеры как будто вообще не разговаривают, а инстинктивно понимают, что делать. В реальном мире секс часто полон шуток и смеха («Подвинься, а то я свалюсь с кровати»).

Многие исследования подтверждают: если партнеры чувствуют себя в безопасности рядом с любимыми, они в состоянии раскрыть свою сексуальность во всей ее полноте. Чувство защищенности позволяет им не бояться нового и раскрепощаться. Подумайте об этом. Если вы доверяете партнеру, вы можете расслабиться и отдаться ему полностью, не смущаясь и не боясь быть отвергнутыми. Безопасность подстегивает желание экспериментировать, рисковать и полностью отдавать себя близости. Секс становится более спонтанным, страстным и радостным.

Под конец семейной терапии Элизабет говорит:

— Знаете, просто невероятно, насколько сильно терапия изменила нашу сексуальную жизнь. Я даже не надеялась на это. Я очень сдержанный человек, но сейчас настолько уверена в Питере, что решаюсь на самые безумные эксперименты. На прошлой неделе я даже попросила его об оральном сексе! — Она хихикает и продолжает: — Он был совсем не против. А для меня способность сделать это открывает целый новый мир. Возможно, я гораздо более страстная, чем всегда считала!

Партнеры с надежным типом привязанности уверены в своей физической привлекательности, сексуальной желанности и умениях. Исследования показывают, что чем надежнее тип привязанности, тем больше люди уверены, что могут управлять качеством своей сексуальной жизни, — то есть что оно зависит от них самих, а не от партнеров или обстоятельств, в которых происходит секс. Такая уверенность окрыляет и позволяет проявлять себя и реагировать на сигналы партнера более активно и гибко.

Наука о привязанности среди прочих аспектов отношений уделяет внимание и здоровым сексуальным отношениям, тому, какими они должны быть. И это дает нам правильные ориентиры. Как сказал Йоги Берра: «Если идешь сам не зная куда, будь осторожнее, иначе можно туда и не дойти». Люди с надежным типом привязанности говорят, что предпочитают заниматься сексом в серьезных отношениях и что ключевыми элементами их интимной жизни являются эмоции и проявления любви. Их близость полна страсти и удовольствия, при этом проявить инициативу и предложить заняться любовью могут оба партнера. Эмоциональная открытость и желание проявлять любовь идут рука об руку с физическим удовольствием в постели.

СЕКС: КЛЕЙ ИЛИ РАСТВОРИТЕЛЬ?

В науке об отношениях односторонние причинно-следственные связи по большей части ушли в прошлое, поэтому, конечно, нельзя сказать, что привязанность определяет секс. На самом деле они взаимосвязаны: одно усиливает или ослабляет другое. Крепкая эмоциональная связь ведет к хорошему сексу, который, в свою очередь, укрепляет связь. Но верно и обратное. Слабая связь часто ухудшает качество секса, из-за чего ослабевает еще сильнее.

Возможно, именно поэтому несчастливые партнеры в устоявшихся отношениях не раздумывая называют секс главной причиной своих невзгод. Согласно данным сексуальных просветителей Барри и Эмили Маккарти из Американского университета штата Вашингтон, до 70% несчастливых супругов считают причиной своего неудачного брака сексуальные проблемы. И напротив, менее четверти счастливых партнеров признают значение хорошего секса для своего счастья. Сексуальная неудовлетворенность является самым ярким примером, самым очевидным признаком того, что в отношениях что-то идет не так, что эмоциональная связь разваливается.

Людям, уверенным в своем партнере, хороший секс может помочь преодолеть незначительные разногласия и даже серьезные трудности. Доверие и безопасность, поддерживаемые в течение многих лет, создают прочную эмоциональную платформу, секс-единение помогает сгладить острые углы и заклеить трещины. Людям с ненадежными типами привязанности хуже. У избегающих людей отсутствует эмоциональный фундамент, а секс как самоцель не позволяет его построить. У тревожно-амбивалентного типа этот фундамент очень зыбок. Хороший секс-утешение может прикрыть дыры, на какое-то время укрепив отношения, но, если он окажется плох, трещины будут расширяться, пока не обрушится все здание.

РАЗНЫЕ ПАТТЕРНЫ В ОДНОЙ ПОСТЕЛИ

Секс — это всегда двое, и у каждого из этих двоих есть привычный паттерн, который правит бал в том числе и в постели. Наиболее опасное для отношений взаимодействие происходит между людьми, которые привыкли избегать эмоциональной вовлеченности. Секс становится обезличенной сделкой. На вопрос «Занимаетесь ли вы любовью?» такие пары отвечают что-то вроде: «Да. У нас есть график. Каждое второе воскресенье в 19:00». В таких случаях секс не ведет к удовлетворению желания, не влечет за собой эмоциональной близости, потому что оба партнера сосредоточены только на том, как удовлетворить собственные физиологические потребности.

Другие сочетания ненамного лучше. Например, избегающий мужчина и тревожная женщина. Исследования показывают, что мужчины с избегающим паттерном хотят секса тем меньше, чем больше их партнерши транслируют тревогу и потребность в них. Когда партнерша настаивает на сексе, чтобы получить ободрение, ее требования только пугают мужчину и заставляют его еще сильнее дистанцироваться. В итоге оба партнера остаются и без секса, и без удовлетворения.

Если в паре у обоих партнеров тревожный тип привязанности, секса может быть много, потому что оба пытаются с его помощью утолить свои страхи и сомнения. Но поскольку оба перегружены собственными переживаниями, ни один не в состоянии дать второму то, в чем тот нуждается, в итоге они все меньше верят друг другу и все больше сомневаются в любви друг друга. Она: «Если бы ты меня любил, ты бы говорил нежности, занимаясь любовью». Он: «Я так беспокоюсь о том, чтобы сохранить эрекцию и удовлетворить тебя, и так боюсь, что ты меня оттолкнешь, что не способен еще и говорить».

Лучше всего секс укрепляет отношения в тех случаях, когда потребности партнеров дополняют друг друга. Если пару составляют люди с надежным типом привязанности, они чаще всего довольны своей интимной жизнью. Удачно могут складываться также отношения, когда один партнер имеет надежный тип привязанности, а другой — тревожно-амбивалентный. Например, Питер вырос в большой любящей семье на ферме, где в порядке вещей было наблюдать за ухаживаниями и спариваниями животных. Мэри, единственная дочь и поздний ребенок, — тихая, застенчивая девушка с небольшим сексуальным опытом. Они встретились в колледже и быстро влюбились друг в друга. Уверенность и теплота Питера стали для Мэри тихой гаванью, где расцвела ее сексуальность. А став более уверенной и менее тревожной, Мэри смогла дать Питеру эмоции и игривый секс, которых он так жаждал.

Признание того, что привязанность формирует сексуальное поведение, меняет точку зрения на многие вещи. Как только мы понимаем, что такое любовь, секс раскрывается для нас с новой стороны.

ЗАБЫТЬ ПРО ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ?

В современных СМИ, ток-шоу и научных журналах ведутся горячие споры о том, возможно ли всю жизнь сохранять верность одному человеку. Популярное мнение гласит, что это желательно (согласно недавнему исследованию, 90% американских подростков надеются заключить брак, «пока смерть не разлучит нас»), но невозможно. В качестве доказательства используется удручающая статистика. Различные опросы показали, что почти половина браков в США заканчивается разводом и почти половина американцев изменяют партнеру.

Исследователи называют множество причин, по которым долговременная моногамия нереальна. Многие эксперты в области отношений утверждают, что знакомое приедается. «Страстная любовь похожа на сильный наркотик, но нельзя оставаться в эйфории вечно», — поясняет Элейн Хэтфилд из Гавайского университета. Антропологи выявили, что полигамия преобладает во многих культурах по всему миру. Натуралисты отмечают, что постоянство претит природе: только 7% млекопитающих моногамны. Эволюционные биологи считают, что мужчины запрограммированы на то, чтобы как можно шире распространить свои гены и обеспечить выживание вида. В свете всего этого неужели необходимо принять точку зрения, что промискуитет — естественное дело, а романтическая любовь обязательно когда-нибудь закончится?

Категорически нет! Не всем из нас удастся провести всю жизнь с одним любящим партнером, но по природе своей мы моногамны. Да, именно так. Моногамны по природе. Где бы я ни заявляла это, слушатели всякий раз начинали сомневаться, но доказательства непреложны: мы запрограммированы на то, чтобы надолго оставаться с одним и тем же партнером. Полиамория и краткосрочные отношения не относятся к предпочтительным стратегиям большинства мужчин и женщин.

Какие аргументы выдвигают пессимисты? Если приглядеться, окажется, что они не так уж и весомы. Число разводов между людьми младше пятидесяти лет на самом деле снижается (и всегда было ниже в других странах, например в Канаде). Процент измен, как правило, вычисляется на основании недостоверных исследований и сильно преувеличивается. Согласно правдоподобным данным, всего 25% мужчин и 11% женщин действительно ходят налево. Полигамия сохраняется у примитивных народов, как правило, из-за того, что мужчин меньше, а отсутствие образования, равных прав и возможностей не позволяет женщинам самостоятельно обеспечивать себя и детей. Что касается природы, то 90% птиц образуют моногамные пары. И несмотря на то что среди млекопитающих моногамия редка, в эту категорию попадают виды, которые больше заботятся о выживании потомства и популяции в целом. К таким видам относятся калифорнийский хомяк, карликовая игрунка, бобр, волк — и человек. Все эти млекопитающие биологически запрограммированы на привязанность к тем, кто от них зависит, и к тем, от кого зависят они.

Кроме того, у всех этих видов вырабатывается окситоцин — нейромедиатор и гормон, который укрепляет привязанность как между родителями и детьми, так и между партнерами (см. главу 4). У людей окситоцин выбрасывается в мозг в такие моменты максимальной эмоциональной связи, как кормление грудью и оргазм. Недавние исследования показали, что даже если любимого человека физически нет рядом, мысль о нем вызывает выброс окситоцина в мозге. Достаточно просто подумать о возлюбленном. Окситоцин также уменьшает выработку гормонов стресса и помогает успокоиться и испытать счастье, еще сильнее укрепляя связь между любящими людьми. Как я уже говорила, окситоцин часто называют гормоном объятий, но у ученых есть для него еще одно имя: молекула моногамии.

Самое яркое доказательство значения этой молекулы для хранения верности получено в результате исследования двух видов полевок: степных и горных. Между этими видами грызунов есть одно огромное отличие: у степных полевок есть рецепторы окситоцина в мозге, у горных — нет. Самец и самка горной полевки бросают свое потомство через несколько дней после рождения и возвращаются к своей обычной мышиной жизни. Степные полевки, напротив, образуют пары, растят потомство и остаются вместе на всю жизнь. Когда ученые увеличивали выброс окситоцина у степных полевок, они от счастья зализывали друг друга чуть ли не до смерти. Но когда выброс окситоцина блокировали, эти верные мышки не проявляли никакой любви друг к другу, в точности, как их горные родственники.

Этот эффект наглядно продемонстрировала серия экспериментов. Ученые помещали пару степных полевок в клетку и привязывали самку. Затем они открывали дверь в другую клетку, где весело бегала другая самка. Думаете, самец бежал к привлекательной дамочке за дверью? Ни в коем случае. Он оставался рядом с женой. Затем ученые впрыскивали самцу химическое вещество, отключающее рецепторы окситоцина, — и верный супруг терял всякий стыд, начиная без разбора спариваться и с супругой, и с чужой самкой.

Недавнее исследование впервые показало, какое влияние молекула моногамии оказывает на мужчин. Нейробиолог Рене Хурлеманн и его коллеги из Боннского университета в Германии выдали группе здоровых мужчин спрей для носа с окситоцином. Через 45 минут после использования спрея в комнату к мужчинам входила незнакомая привлекательная женщина. Каждого испытуемого просили отметить, в какой момент он начинал испытывать дискомфорт из-за близости чужой женщины и на каком расстоянии от нее он чувствовал себя лучше всего. Как известно, окситоцин повышает доверчивость, и ученые ожидали, что все мужчины позволят женщинам подойти на одинаковое расстояние. Но все пошло совсем не так, как планировалось. Мужчины, находившиеся в постоянных отношениях, старались удержать женщину на большем расстоянии, чем одинокие!

Из-за связи между окситоцином и сексуальностью секс естественным образом ведет к укреплению связи между партнерами, вовлекая их в долгосрочные отношения. Кроме того, окситоцин увеличивает стремление сохранять верность, тем самым опровергая аргумент, что «секс с одним и тем же партнером обязательно наскучит». Исследования кокаиновой зависимости показали, что окситоцин взаимодействует с рецепторами дофамина в центрах удовольствия мозга и активно блокирует развитие привыкания, так что удовольствие не снижается. Похоже, эволюция специально сделала так, чтобы взаимодействие между матерью и младенцем или между взрослыми любовниками оставалось постоянным, а удовольствие не притуплялось.

Конечно, ничто в природе не абсолютно. Окситоцин не гарантирует монополию на секс, поэтому даже самый верный самец степной полевки может спариться с другой самкой. Но потом он спешит домой, чтобы приласкать и защитить супругу. Значит ли это, что случайный секс имеет биологические причины и подтверждает верность старинного аргумента «это ничего не значит»? Нет! Даже случайная измена не значит, что мы не предназначены для моногамии. Люди намного сложнее грызунов.

Дополнительное подтверждение того, что у людей секс и эмоциональная связь объединены, появилось в недавней работе Омри Гиллата из Канзасского университета. В одном из его экспериментов примерно 180 гетеросексуальным мужчинам и женщинам в возрасте от восемнадцати до сорока лет предлагалось смотреть на экран компьютера, где появлялись пары слов, означающие мебель и бытовую технику, например «стол — телевизор» и «шкаф — кресло». Задачей испытуемых было выбрать цифру от 1 до 7 в зависимости от того, насколько похожи были слова в паре. Но перед каждой парой слов на 30–50 миллисекунд появлялась картинка — она исчезала настолько быстро, что испытуемый даже не осознавал, что видит ее. Половина таких картинок представляла собой абстрактное нейтральное изображение. Другая половина была эротического характера: мужчинам показывали обнаженных женщин, женщинам — мужчин.

Затем Гиллат просил испытуемых заполнить анкеты с вопросами о том, как бы они ответили партнеру в определенных ситуациях. Люди, которых «заряжали» на секс, чаще отмечали утверждения, связанные с близостью («Я чувствую близость с партнером»), и положительные способы решения конфликтов («Я пытаюсь договориться с партнером, чтобы найти решение, устраивающее обоих»). Кроме того, мужчины отмечали ответы, показывающие желание жертвовать чем-то ради отношений: отказываться от встреч с друзьями и родственниками или от развлечений. Какой вывод сделал Гиллат? Даже малейшее сексуальное возбуждение автоматически запускает реакции, сигнализирующие о привязанности.

Этот факт, как и действие окситоцина, объясняет, почему одноразовый секс, свободные отношения и полиамория не работают. Изменники могут говорить супругам: «Это ничего не значило, это был просто секс». Полиаморные пары могут устанавливать границы и правила для секса с другими людьми («Не целоваться и не обниматься, встречаться только определенное количество раз»). Но все эти ограничения и заверения действуют примерно так же, как перестановка мебели на «Титанике». Существует вероятность, что в момент секса между участниками возникнет эмоциональная связь — потому что мы так устроены. Человек по природе таков, что физическая близость легко и просто переходит в эмоциональную. Секс влечет нас в отношения.

Истина в том, что мы ходим налево и изменяем не потому, что в человеческой природе заложена программа иметь много партнеров, но потому, что связь с партнером ослабла или разрушилась настолько, что мы чувствуем себя одиноко. Мы не понимаем, что такое любовь, и не знаем, как ее восстановить. Так что в мире, где секс агрессивно пропагандируется как единственная и главная часть отношений, для одинокого и потерянного человека очевидным решением кажется поиск новых любовников, но в действительности он подсознательно пытается создать долговременную связь.

А что насчет того, что с годами страсть якобы обязательно утихает? Это так — если мы не знаем, как поддерживать близость в отношениях, или умеем заниматься только сексом-самоцелью, игнорируя нужды партнера. Постоянная новизна необходима для поддержания сексуального влечения, если во главу угла поставлены исключительно физические ощущения и механика секса. В этом случае хорошо известное перестает возбуждать. Однако множество исследований и экспериментов показали, что у людей с надежным типом привязанности страсть может длиться бесконечно. Это уже не неудержимое влечение начального этапа отношений, а более глубокое желание того, кого знаешь до последней морщинки и родинки.

Мой клиент Джерри, счастливо женатый уже тридцать лет, отвечает на вопрос о сексуальной жизни:

— Вы имеете в виду что-то вроде «О Господи, как это круто, значит, я ей нравлюсь, мы оба такие горячие», как в начале отношений? Или тот секс, который у нас сейчас, когда мы на одной волне, — как я его называю, секс душ? Он все еще горяч, но иначе. Теперь он больше похож на рассветный луч солнца.

Безопасные и надежные отношения могут приносить радость, удивлять и увлекать на протяжении всей жизни. Это доказывает недавнее исследование, проведенное учеными Чикагского университета. Они обнаружили, что удовольствие от секса и возбуждение и у мужчин, и у женщин увеличивается при наличии эмоциональной связи и сексуальной монополии. Все это напоминает мне о моей подруге Мэри: она танцует танго и предпочитает делать это с человеком, за которым замужем уже тридцать лет.

— Мне нравится танцевать с другими, — говорит она. — Но у нас с Марти тридцать лет совместной практики. Мы точно знаем, как не дать друг другу потерять равновесие, как сделать друг другу хорошо. Танцевать с ним — одно наслаждение. Он знает меня и танцует со мной так, как не сможет никто другой.

Если вы настроены на своего партнера, любой танец с ним будет чем-то особенным. То же самое можно сказать и о сексе.

ЖЕНЩИНЫ И ЛИБИДО

Новые научные подходы и теория привязанности сильно изменили представления о женской и мужской сексуальности. Сегодня серьезной проблемой в сфере секса является отсутствие либидо. Около 30% женщин утверждают, что у них практически или полностью отсутствует желание заниматься сексом даже с постоянным, любящим партнером. И всего 15% мужчин говорят о такой же проблеме. Исследования показали, что мы слабо понимаем природу женского желания и что женская сексуальность значительно отличается от мужской.

У мужчин отсутствие либидо почти всегда вызвано болезнью, например сердечно-сосудистыми заболеваниями или диабетом. Однако у большинства женщин нет физических причин для снижения либидо. Более того, исследования показывают, что у женщин часто имеются физические признаки возбуждения (прилив крови к гениталиям и выделение естественной смазки), но без осознанного и ощутимого желания. Из-за нехватки достаточного объяснения такого феномена многие женщины чувствуют стыд и вину («Со мной что-то не так»), а мужчины чувствуют себя обманутыми и фрустрированными («Я не знаю, как помочь», «Что делать, чтобы она захотела заняться со мной сексом?»).

Лаура, двадцать восемь лет, и Энди, тридцать лет, — молодожены из Нью-Йорка. Энди готов заниматься любовью всегда и везде, но Лаура не проявляет энтузиазма даже раз в месяц. Эта ситуация мучает обоих, и они начинают ссориться.

— Я ходила к врачу, и он сказал, что у меня проблема с сексуальной сферой, — говорит Лаура. — Он сказал, что это ненормально для только что вышедшей замуж женщины. Что я должна регулярно и спонтанно хотеть Энди, если я люблю его. Но чем больше стыда и тревоги вызывают мысли об этом, тем меньше я хочу обсуждать эту проблему с Энди. Он знает, что в подростковом возрасте у меня было несколько неприятных переживаний, связанных с сексом, но говорит, что сейчас я должна была уже забыть обо всем. И что со мной что-то не так. Теперь чем больше я избегаю секса, тем сильнее Энди настаивает на нем. И тем быстрее у нас все проходит.

Что происходит с Лаурой и Энди? Многие годы мы использовали простую модель для объяснения механики и расстройств сексуальности. Считалось, что сексуальность сосредоточена в области гениталий и развивается линейно: желание — возбуждение — оргазм — удовлетворение. Эта модель подходит для мужчин, так как мужское возбуждение в основном является физическим ощущением, реакцией на визуальные сигналы. Мужчина видит женщину в короткой юбке и на высоких каблуках, кровь приливает к гениталиям, он чувствует эрекцию и думает: «Я возбужден. Я хочу секса». Но эта модель совершенно не применима для женщин. Женская сексуальность намного сложнее и связана не только с физическими ощущениями, но и с эмоциями. И как показали новейшие исследования, одним из обязательных (и до сих пор не признаваемым таковым) условий для возникновения желания является чувство безопасности.

Этот феномен наглядно продемонстрировал интересный эксперимент, поставленный Омри Гиллатом и его коллегой Мелани Кантерберри. Ученые сделали снимки мозга двадцати девушек и девятнадцати парней, которым предлагалось посмотреть на абстрактные картинки и оценить, насколько эти картинки им нравятся. Кроме того, студентам было сказано, что на их подсознание или сознание будут также воздействовать другие изображения, некоторые — с сексуальным подтекстом. На сексуальные изображения (обнаженных людей противоположного пола) реагировал мозг и мужчин, и женщин. Однако на подсознательном уровне у представителей обоих полов сильнее активизировались разные области мозга. И еще более удивительно, что только у женщин и на сознательном, и на подсознательном уровнях в оценивании и принятии решений участвовали префронтальная кора и другие области мозга.

«Реакция мозга женщин на сексуальные сигналы заметно отличается: области мозга, отвечающие за контроль, всегда активизировались в ответ на сигналы, — отмечает Гиллат. — Похоже, что у женщин природная склонность объединять безопасность и желание. Они очень озабочены безопасностью, что вполне понятно: секс для женщин связан с большими рисками». Секс ставит женщин в уязвимое положение, так как они в основном меньше и слабее мужчин, часто обнажены и лежат на спине. Им приходится бороться с естественным страхом, вызываемым таким беспомощным положением. Женщины как будто бессознательно задаются вопросами: «Насколько я уверена в этом человеке? Могу ли я ему доверять?»

Кроме того, у женщин может иметься потаенный страх забеременеть, что вызывает еще большее напряжение. «Биологически женщины больше вкладываются в потомство, чем мужчины», — отмечает Гиллат. Он полагает, что у женщин больше, чем у мужчин, рецепторов окситоцина в мозге, потому что им нужно больше гормона, уменьшающего стресс: «Возможно, женщинам нужно больше окситоцина, чтобы побороть страх, захотеть и заняться сексом».

В отличие от мужской, женская сексуальность, по всей видимости, гораздо сильнее зависит от качества отношений, чем от интенсивности тактильных ощущений. «Сексуальность естественным образом зависит от привязанности и безопасности в отношениях, — утверждает Гиллат. — Возможно, именно поэтому даже после появления оральных контрацептивов и феминизма женщины больше занимают принимающую сторону в отношениях, а мужчины — инициирующую».

Психиатр Розмари Бэссон из Университета Британской Колумбии предложила новую модель женской сексуальности взамен старой линейной модели. Это замкнутый цикл, включающий такие факторы, как степень удовлетворенности отношениями, эмоциональная близость и предыдущий сексуальный опыт. Все эти факторы влияют на сексуальные реакции. «В начале интимной жизни женщины часто относятся к сексу нейтрально, — отмечает она, — а желание и возбуждение появляются в ответ на сексуальные сигналы от партнера. Женская сексуальность часто является скорее ответной, чем действующей. Это реакция на интерес со стороны партнера».

Признание факта, что для возбуждения и сексуальности женщинам требуется безопасная привязанность, открывает путь к новым способам решения проблем женщин в сексуальной сфере. Используемая до сих пор лекарственная терапия не имела успеха. Например, «Виагра» действует не на всех женщин — возможно, потому, что она вызывает прилив крови к гениталиям, а не желание близости как таковое. Женщинам с низким либидо требуется более чувственная, будоражащая прелюдия, которая укрепляет ощущение безопасности и приводит к осознанному желанию и возбуждению.

Получается, что мужчинам необходимо пересмотреть свое отношение к женской сексуальности и изменить свое поведение (вербальные и физические проявления интереса и желания) таким образом, чтобы показать, что они хотят человека, а не просто оргазма. Только так женщина сможет почувствовать себя более уверенной.

На сеансе психотерапии Кэри рассказывает:

— Я никак не могу свыкнуться с этой мыслью. Зачем только я читал все эти руководства по сексуальным техникам? Только зря время тратил. Ей нравится, когда я с ней разговариваю. Я не люблю все эти сантименты, но, похоже, ее заводит, когда я говорю о своих чувствах. С ума сойти. Раньше я просто спрашивал: «Хочешь побаловаться?» Я не понимал, что это убивало ее желание на корню. Я хотел, чтобы она вспыхивала страстью немедленно. Теперь я понимаю, что ей хочется, чтобы я обнимал ее, шептал на ухо нежности и долго, не спеша заводил ее. И это работает.

— Ну еще бы, — бормочет его жена Джилл и улыбается.

Джилл говорит, что ей необязательно получать оргазм каждый раз, когда они занимаются сексом, чтобы чувствовать удовлетворение. И хотя Кэри это ставит в тупик, такое совсем не редкость.

Для Энди, мужа Лауры, такой новостью оказалась мысль о том, что женщинам — и только что вышедшим замуж, и давно находящимся в браке — нужно больше времени, чем мужчинам, чтобы возбудиться, и что для этого им важно чувствовать себя защищенными, находящимися в надежных руках. Энди — стереотипный продукт нашего общества, одержимого сексом и не придающего никакого значения отношениям, общества, где секс как самоцель считается нормой и чуть ли не идеалом. В процессе терапии я удерживала Энди от критики и давления на жену и помогала ему говорить о тревоге, которую он чувствует, когда в постели жена не реагирует так, как ему хочется. Благодаря тому, что нам удалось изменить его поведение, Лаура решилась выбраться из своей раковины и четко сформулировать, чего она хочет и чего не хочет до секса и во время него.

— Пожалуйста, не прижимай меня к кровати и не засовывай язык мне в рот, — сказала она Энди. — Меня это пугает, мне хочется бежать от тебя. Мне нужно больше нежности.

Как только Лаура сумела рассказать о своих потребностях и страхах, их с Энди сексуальная жизнь наладилась.

Несмотря на то что мужская сексуальность более прямолинейна, мужчинам тоже требуется эмоциональная близость. На сеансах психотерапии они говорят, что секс без нее «пустой» и что эмоции делают секс лучше.

Начнем с того, что эмоциональная близость позволяет мужчинам рассказывать о своих страхах потерпеть неудачу в постели и помогает им получить поддержку. Около 60% мужчин перестают принимать средства для улучшения потенции после первого раза — и это значит, что секс для них тесно связан с отношениями и эмоциями.

Все это многократно подтверждается нашим опытом практической эмоционально-фокусированной терапии. Когда отношения в паре становятся более прочными и безопасными, секс (даже если терапия его не затрагивала) автоматически улучшается. И даже решение конкретных проблем в сексуальной сфере начинается с укрепления связи между партнерами. Безопасный фундамент создает чувство защищенности, которое необходимо для формирования гибкой и активной сексуальности обоим партнерам, и в особенности женщинам.

ЛЮБОВЬ В ЭПОХУ ПОРНО

В нашей культуре не так много возможностей научиться тонкостям эмоционального и физического взаимодействия, необходимого для хорошего секса — точнее, секса, который будет хорошим для обоих партнеров. Энди, к примеру, узнал про секс и как им заниматься от друзей, из журналов, книг и фильмов. Эти культурные ориентиры до сих пор остаются основными источниками информации для мужчин и женщин. Однако сегодня есть и другой источник, прежде всего для мужчин, — интернет.

Общим для всех этих «кладезей знаний» (а также для уроков сексуального просвещения в школе) является одно: основное внимание уделяется механике секса. Нам ничего не говорят об эмоциях, которые окружают секс, о контексте его существования. Единственное исключение — любовные романы для женщин. Этот жанр на сегодняшний день занимает один из самых крупных сегментов книжного рынка, но не пользуется особым уважением (в отличие от триллеров — любимого жанра мужчин). Первые любовные романы никто не воспринимал всерьез, потому что в них описывались покорные женщины в корсетах, которых порабощали принцы, пираты и средневековые рыцари. Но в последние годы жанр изменился. Современные образцы женской прозы рассказывают о сильных, уверенных в себе женщинах и затрагивают сложные темы, например домашнее насилие. Важная особенность любовных романов заключается в том, что даже в самых откровенных книгах секс почти всегда является частью отношений и описываются чувства партнеров.

Примером нового пикантного направления в жанре любовных романов является бестселлер «Пятьдесят оттенков серого» Э. Л. Джеймс. Книга и два ее продолжения содержат все сахарные клише любовного романа. Юная девственница Анастэйша влюбляется в «принца» — миллиардера и любителя БДСМ Кристиана Грея. Она соглашается войти в его «Красную комнату боли» и стать сабмиссивом, то есть сексуальной рабыней. Однако, несмотря на обуревающее Анастэйшу желание (она испытывает множество оргазмов буквально от прикосновения его длинных тонких пальцев), она не теряет голову и меняет контракт, который Грей просит подписать, устанавливая границы допустимого. Конечно, она обнаруживает, что сексуальные предпочтения Грея обусловлены его внутренней болью (в юности он подвергался насилию), и превращает травмированного любовника в человека, который «хочет любить и быть любимым». Эта история Золушки на новый лад (или сказка о Красавице и Чудовище?) наполнена описаниями порки, связывания, подчинения и садомазохистских игр.

О чем говорит популярность этой «истории любви»? Что женщины вожделеют мужчин, которые умело берут над ними власть, открывают новое, заставляют их подчиниться своей сексуальности и сексуальности партнера без страха или чувства вины? Может быть. Как известно, в женских сексуальных фантазиях преобладает образ активного подчинения. В природе, чтобы произошел половой акт, женская особь должна быть спокойной и покорной. Так что женская уступчивость и мужская настойчивость — важные намеки на возможность секса. Книга использует этот базовый факт сексуальности и связывает его с внутренней тягой к эмоциональной связи, которой посвящены любовные романы.

По книге с ее выпадами в сторону обычного, «ванильного», секса был снят фильм — еще одна лента среди огромного количества фильмов, отрицающих связь между эмоциональной близостью и сексуальностью. Занятия любовью в кино никак не связаны с самой любовью. Мне пришлось сильно напрячь память, чтобы вспомнить хотя бы несколько фильмов, где честно и точно показан хороший, эротичный секс в зарождающихся или постоянных отношениях. В результате я вспомнила три старых фильма и один вышедший сравнительно недавно.

В романтическом триллере «А теперь не смотри» (Don’t Look Now, 1973) показана связь между привязанностью и сексом. Главные герои фильма — супруги Лора и Джон Бакстеры, переживающие смерть дочери, которая утонула в пруду. Они отправляются в Венецию, где Джон занимается реставрацией церкви. В гостиничном номере они живут обычной жизнью давно женатой пары. В одной из сцен супруги болтают, пока Лора принимает ванну, а Джон вытирается после душа. Потом они лежат на кровати. Обнаженный Джон читает газету. Лора медленно гладит его по боку и бедру, и они начинают нежно, эротично заниматься любовью. Они давно и хорошо знают друг друга, знают, как доставить друг другу удовольствие, и постепенно секс становится все более страстным. Длинная эротическая сцена перемежается флешфорвардами, где супруги одеваются перед ужином. Секс — естественная часть их отношений, и он сближает их. Когда они выходят из холла гостиницы, она тесно прижимается к нему, а он крепко сжимает в ладони ее руку.

В фильме «Большой кайф» (Big Easy, 1986) показан секс в самом начале отношений. Самоуверенный детектив Реми Максуэйн из Нового Орлеана влюбляется в Энн Осборн — стеснительную окружную прокуроршу, расследующую коррупцию в полиции. Его юмор и очарование помогают ей почувствовать себя достаточно безопасно, чтобы пойти на эмоциональный риск. В постельной сцене Энн напряжена и нечаянно делает Реми больно.

— Прости, я в этом не сильна, — говорит она, отстраняясь. — Я не могу это сделать, слишком волнуюсь. Мне очень стыдно.

Реми начинает действовать более нежно, и она расслабляется. Когда его рука скользит под ее юбку, мы видим, что Энн возбуждена.

Их прерывает звонок, и они не занимаются любовью, но в конце сцены Энн, глядя, как Реми одевается, говорит:

— Все нормально. Мне никогда не везло с сексом.

— Теперь повезет, — отвечает Реми. И когда он выходит за дверь, Энн решается прошептать:

— Возвращайся.

В другой сцене у Энн при виде трупа начинается приступ рвоты. Реми заботливо помогает ей почистить одежду; она целует его и размазывает зубную пасту по его лицу. Позже он плачет от стыда из-за того, что брал взятки, и она утешает его. Вместе пройдя через конфликты и опасность, в конце фильма они танцуют вальс в своем новом доме — став молодоженами.

В фильме «Оправданная жестокость» (History of Violence, 2005) есть две диаметрально противоположные сцены секса: в одной сексуальность и эмоциональная близость связаны, а в другой секс отчужденный, даже враждебный. В первой сцене показана любовная игра давно женатых супругов Тома и Иди Столл. Чтобы удивить мужа, Иди надела костюм школьной чирлидерши. Они падают на кровать, сначала дурачатся, затем их охватывает страсть и нежность. Сцена пронизана проявлениями любви и желания, разворачивающимися в глубокую интимную близость устоявшихся отношений. Вторая сцена происходит, когда связь между супругами разрушена и Иди больше не чувствует себя в безопасности рядом с Томом. Он оказался способен на ужасную жестокость, и она понимает, что он не тот мужчина, которым она считала его все годы брака. Том стал пугающим незнакомцем, и Иди пытается сбежать. Он ловит ее на лестнице и принуждает заняться сексом. В процессе Иди возбуждается, но заканчивается все очень плохо и печально. После секса она отталкивает Тома и уходит в ванную, где сидит, обняв колени. Оба супруга глубоко одиноки. Их сексуальная связь не восстановится, пока они не найдут способ восстановить связь эмоциональную. В последних кадрах фильма они смотрят друг на друга открыто и беззащитно: появляется чувство, что они понимают друг друга и смогут воссоединиться.

В фильме «Секс по дружбе» (Friends with Benefits, 2011) говорится о том, как сложно удержать эмоции и привязанность в пределах спальни. Дилана и Джейми, главных героев фильма, бросили их партнеры. После этого оба решили избегать рисков, связанных с отношениями. Дилан заявляет: «Я намерен отключить свои эмоции». Джейми утверждает: «С отношениями для меня покончено». Став друзьями, они решают заняться сексом, не вовлекая в него эмоции: «Секс должен быть таким же естественным делом, как игра в теннис». И в первый раз это действительно похоже на теннисный матч: оба командуют и комментируют действия другого. «Что ты делаешь, пытаешься прокопать подземный ход в Китай? <…> Немного левее», — говорит Джейми Дилану, когда тот делает ей куннилингус. Он говорит, что ему нужно в туалет, а так как с эрекцией это затруднительно, ей придется подождать. Оба сосредоточены на том, чтобы достичь оргазма (это забавно и очаровательно и заставляет вспомнить мудрое изречение Вуди Аллена: «Секс без любви — бессмысленное занятие, но в качестве бессмысленного занятия он чертовски привлекателен»). Но вскоре оба уже не могут сдерживать эмоции. Они заботятся друг о друге, а не о самих себе. Джейми показывает Дилану свое тайное место — убежище на крыше.

Он знакомит ее с семьей, признается, что боится высоты, иногда заикается и любит отца, страдающего от болезни Альцгеймера. В доме его семьи они занимаются уже не сексом, а любовью: они настолько поглощены друг другом и так друг друга чувствуют, что уже нет нужды в командах и инструкциях. Однако близость пугает Дилана, и на следующий день он сбегает. В конце фильма оба идут на эмоциональный риск и признаются друг другу в своих слабостях: Джейми боится, что Дилан «сломает» ее, а Дилан страшится своей острой нужды в ней. Только после этого они признают, что любят друг друга.

Эти четыре фильма — редкие исключения в бесконечном потоке картин, показывающих безэмоциональный секс только как физиологический процесс и затопивших западную культуру. А теперь мы переходим к среде, которая в современном мире провозглашена одновременно уникальным средством для установления социальных связей и ужасающей угрозой для них же. Я имею в виду интернет.

ВИРТУАЛЬНЫЙ СЕКС

Среди всех культурных перемен, произошедших за последние годы, одной из наиболее опасных для отношений стал колоссальный рост количества и доступности порнографии. Порнография всегда существовала в человеческом обществе, но где-то в маргинализированных его слоях и в очень ограниченном объеме. Интернет превратил ручеек порнографии в настоящее цунами. Только в США сорок миллионов человек посещают порносайты не реже раза в месяц, 35% всех загрузок — порнография. Около 85% посетителей порносайтов — мужчины, а самыми активными потребителями являются молодые люди, не достигшие совершеннолетия.

В порнографии секс приравнивается к генитальному контакту и полностью отделен от эмоциональной привязанности, необходимой для секса «здорового человека», который требует взаимной вовлеченности, внимания и отзывчивости. Порнография низводит секс до чисто физических ощущений (самого акта и оргазма) и исключает привязанность или уважение к партнеру. Повторение порносюжетов в реальной жизни с реальными людьми — верный путь прослыть отвратительным любовником. Порнография внушает мужчинам: все, что нужно для хорошего секса, это твердый пенис и мягкое отверстие. Игнорируя все с таким трудом полученные знания о женской сексуальности, она учит женщин, что они нужны только для удовлетворения мужских желаний. Слово «порнография» происходит от греческого pornographos, что в переводе означает «описание проституток» — первый пример обезличенного секса.

Результаты засилья порнографии ужасают: появляется все больше и больше избегающих мужчин и тревожных женщин. Стремясь удержать партнеров, женщины делают хирургические операции на половых органах, чтобы больше походить на порноактрис. «Красота половых органов женщины в том, что у каждой женщины они уникальны», — как-то сказал мне один отчаявшийся сексолог. Я вижу последствия роста порнографии и в своей психотерапевтической практике. За последние пять лет все больше пар называют порно главной проблемой своих отношений. Женщины жалуются, что их обманывают, предают и унижают. Мужчины утверждают, что их действия безобидны, и критикуют партнерш за то, что те скованны и не так «сексуальны», как актрисы на порносайтах.

— Ты потратил на это все наши сбережения и каждый вечер зависаешь на этих сайтах, — упрекает Мэрилин Тони, обнаружив, что он смотрит порно. — Теперь я понимаю, почему в последнее время ты ведешь себя в постели так, словно мысленно находишься где-то в другом месте. Не со мной. Где во всем этом я? У меня ощущение, что ты изменяешь мне.

— Ерунда, — резко отвечает Тони. — Как я могу тебе изменять, если не выхожу из дома? Я же не занимаюсь сексом с другими женщинами. Я просто переписываюсь. Это всего лишь фантазия.

Возможно, но эта фантазия уводит его все дальше и дальше от привязанности к жене.

Бывает даже хуже: мужчины бросают живых партнерш ради образов на экране. Прежде порно использовали, чтобы возбудиться, а потом заняться сексом с партнершей. Сейчас объектом желания становится порнопродукция сама по себе, как отмечают Венди и Ларри Мальц в книге The Porn Trap («Ловушка порнографии»). Порнография предлагает стремительное возбуждение и оргазм с полностью покорной и готовой женщиной. «Мне больше неинтересно ходить на свидания, — цитирует Венди Мальц одного из фанатов порно в журнале Psychotherapy Networker. — Порно проще и удобнее, чем отношения с реальными людьми».

Любители фильмов категории 18+ отмахиваются от критики и утверждают, что противники порно выставляют вполне нормальную форму сексуальной разрядки какой-то патологией. Но многие современные врачи убеждены, что интернет-порно представляет еще большую опасность: оно вызывает зависимость, аддикцию. Термин «аддикция» происходит от латинского слова addictionem, что дословно переводится как «порабощение». Примерно 6–8% мужчин сегодня «порабощены» интернет-порнографией, то есть зависимы от нее.

— Чего уж там, — признает Тони, — достаточно щелкнуть мышкой, чтобы получить кайф в любое время дня и ночи.

Можно ли на самом деле впасть в зависимость от того, что по своей сути является нормальным, естественным процессом сексуальной разрядки? Зависимость от интернет-порнографии имеет все признаки аддикции: физиологический «кайф», навязчивое желание его получить, привыкание к «наркотику», что вызывает потребность во все большем его количестве, чувство опустошенности при невозможности получить желаемое, зацикленность на разрядке, увеличение затрачиваемого на нее времени, разрушение частной и рабочей жизни и так далее. Нет только одного элемента классической аддикции — ломки. Однако современные исследования аддикции показывают, что зависимые в первую и главную очередь попадают в ловушку ожиданий. Они предвкушают удовольствие от сексуальной разрядки и бегство из тревожного и депрессивного реального мира, и это предвкушение создает постоянное ощущение легкого возбуждения. Мои клиенты, занимающиеся виртуальным сексом, рассказывают, что чувствуют интенсивное и постоянное возбуждение такой силы, какого никогда не испытывали в реальной жизни.

Порнография утоляет желание — временно. Оргазм, вызванный просмотром видео или фотографий, запускает выброс химических веществ «хорошего самочувствия», к которым относятся эндорфины, дофамин и серотонин. Однако он не вызывает выработку окситоцина — гормона привязанности, который отвечает за полное удовлетворение и спокойствие. Пристрастившимся к порнографии людям со временем требуется все больше и больше контента, чтобы получить разрядку. Порнография заставляет хотеть больше порнографии.

Недавние исследования показывают, что во всех видах зависимости избыточная стимуляция приводит к избыточному выбросу дофамина — гормона удовольствия. Чтобы поддерживать равновесие в нервной системе, мозг отключает рецепторы дофамина, и реакция на него замедляется. Это похоже на пресыщение. По мере повышения физиологической толерантности требуется все больше и больше стимуляции не только для эйфории, но даже просто для нормального самочувствия. Механизм один и тот же, будь то пристрастие к кокаину, алкоголю, обезболивающим препаратам или сексу. Пол Джонсон и Пол Кенни, нейробиологи из Научно-исследовательского института Скриппса во Флориде, обнаружили, что у крыс обжорство приводит к дефициту дофамина и компульсивному перееданию.

Мощь интернета не имеет себе равных: неограниченное разнообразие сюжетов, приватность, анонимность, постоянная доступность и видимое отсутствие последствий для реальной жизни. Из-за вылазок в мир виртуального секса пострадали и брак, и работа Тони (начальник однажды застукал его за просмотром порно на рабочем компьютере и предупредил, что может уволить). Но Тони упорно не признает, что у него серьезная проблема.

— Я могу остановиться в любой момент, — говорит он мне. — Все началось, когда я сломал ногу в трех местах. Я был прикован к кровати и от нечего делать открыл письмо из спама. А теперь это… Ну, наверное, мне и правда не по себе, когда я не могу посмотреть порно. Мне не хватает кайфа и спокойствия, которое приходит после разрядки. Ну да, возможно, я все больше втягиваюсь, ну и что? Я чувствую себя хозяином ситуации. Могу удовлетворить все свои фантазии, просто нажав клавишу. Жена говорит, что мне ничего больше не нужно от жизни, что я влюблен в порно. Может быть, я чуть-чуть увлекся. Но наша сексуальная жизнь хороша как никогда. Порно делает мою жизнь ярче. Это как секретная пилюля, поднимающая настроение. Зная, что дома смогу посмотреть порно, я чувствую себя более сексуальным. А Мэрилин злится. Я бы и не подумал заниматься с ней чем-то эдаким.

Когда Тони описывает свою привязанность к Мэрилин, становится понятно, что он — чрезвычайно избегающий человек. По его словам, этап ухаживаний в их отношениях был «развлечением» и объединила их любовь к спорту на открытом воздухе. Когда я спрашиваю, кому он доверяет и к кому обращается за поддержкой, он смотрит на меня непонимающе.

— Взрослый человек должен стоять на своих двоих, — отвечает он. — Так меня воспитывали. Расстроился — ступай в свою комнату. Ты должен научиться самостоятельно справляться со своими проблемами.

Это яркое доказательство того, что люди с избегающим типом привязанности больше остальных подвержены зависимостям. Не умея выстроить здоровую привязанностью, они ищут заменитель.

Зависимость от порнографии хорошо показывает, к чему приводит отделение секса от привязанности. Секс и привязанность должны быть единым целым. Большинство видов аддикции, по сути, являются отчаянными попытками найти замену надежной и безопасной привязанности к другому человеку. Но заменители не приносят удовлетворения, разрушают здоровье, убивают счастье и даже приводят к расстройствам в сексуальной сфере. Привыкая к мощной стимуляции от порнографии, мужчины становятся невосприимчивыми к физиологическому удовольствию и радостям, которые приносит обычный секс. Они теряют способность возбудиться, занимаясь сексом с живым человеком. Профессор урологии Карло Фореста из Падуанского университета обнаружил, что 70% молодых людей, жалующихся на проблемы в сексуальной сфере, постоянно смотрят порно. Он считает, что сегодня одной из главных причин эректильной дисфункции (импотенции) является не страх оказаться несостоятельным в постели, а «оцепенение» системы сексуальных реакций, вызванное чрезмерным пристрастием к порнографии. Как показывают клинические исследования, если мужчины на какое-то время отказываются от просмотра порно, физиология восстанавливается, сексуальная функция улучшается, а либидо оживает.

Интернет-порно разрушает способность строить близкие отношения, препятствует хорошему сексу. Оно ведет к одиночеству и изоляции, отравляя человека стыдом и отчаянием. Сексуальность любителей порнографии теряет целостность, навсегда разделяя эмоции и эротику.

Только когда Мэрилин бросила Тони, он начал понимать, какова цена того, что он называл просто хобби. Сейчас он посещает психотерапевта индивидуально, а вместе с Мэрилин они вернулись на сеансы семейной терапии. Тони очень сложно отказаться от своей зависимости и лицом к лицу встретиться со всеми сложностями секса с реальным человеком. Его проблема еще не решена.

***

Современная наука предлагает новый взгляд на сексуальность: зрелая сексуальность произрастает и развивается на основе безопасной привязанности к другому человеку. Как сказал актер Питер Устинов, «секс — это продолжение разговора другими средствами». Если разговора, то есть эмоциональной связи, нет, последствия будут печальными. Но если привязанность и секс сплетаются в единое целое, ничего лучше невозможно даже представить. Так рождается наше шестое чувство — любовь.

ЭКСПЕРИМЕНТ 1

Известные сексологи Мастерс и Джонсон утверждали, что у секса есть простой биологический стимул — «врожденное стремление испытать оргазм». Однако на самом деле мы занимаемся сексом по самым разным причинам, которые обусловлены типом привязанности.

Попытайтесь разобраться в причинах, побуждающих вас заниматься сексом (исходя из того, что в данный момент жизни вы не пытаетесь завести ребенка). Вспомните последние несколько раз, когда вы выступали инициатором секса или отвечали на инициативу партнера.

Оцените, насколько важны для вашей сексуальной жизни приведенные ниже утверждения, по шкале от 1 до 10, где 1 — «Совершенно не важно», 5 — «Умеренно важно» и 10 — «Очень важно».

Я хочу чувствовать близость и связь с партнером.

Я хочу чувствовать возбуждение и удовольствие от прикосновений и секса.

Я хочу сбросить напряжение; секс помогает мне избавиться от стресса.

Я хочу, чтобы мой партнер любил меня и заботился обо мне.

Я хочу показать свою любовь, дать партнеру понять, что люблю его/ее и хочу заботиться о нем/ней.

Я хочу чувствовать уверенность в себе и своей сексуальной привлекательности.

Это самые очевидные стимулы. Возможно, у вас есть и другие причины, чтобы заниматься сексом.

Сэм, переживая травму после измены жены, сказал:

— Я хочу заниматься любовью, потому что тогда чувствую, что она моя. Я словно возвращаюсь в те времена, когда мы встречались. Она снова становится моей женщиной. Я как будто предъявляю свои права на нее. И мне не страшно, что она уйдет.

Обсудите с партнером, по каким причинам вы занимаетесь сексом. Лучший секс объединяет все названные выше стимулы для обоих партнеров. Если кто-то из вас сосредоточен только на одном стимуле или у вас разные стимулы, совместно выясните причины.

ЭКСПЕРИМЕНТ 2

Безопасная привязанность позволяет полностью погрузиться в сексуальные переживания. Проверьте свое чувство безопасности. Посидите молча и вспомните несколько моментов, когда вы чувствовали себя по-настоящему любимым. Затем представьте, что занимаетесь любовью и чувствуете себя в полной безопасности, желанным и принятым.

Спросите себя: «Что бы я мог сделать или попросить, что отличается от моего обычного поведения во время секса?» Или же вы можете задать себе другой вопрос: «Если бы эмоционально я был так же обнажен, как физически, что бы я сделал по-другому?»

Выразите ответ в коротком четком предложении и поделитесь им с партнером.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Любовь в действии

Глава 6

Любовь и время

Любовь не положена перед тобой, как камень. Ее нужно сотворить. Как хлеб, ее надо выпекать каждый день, чтобы она всегда была свежей.

Урсула Ле Гуин

Страницы:

Читать бесплатно другие книги:

Любовь и другие обстоятельства

Масальская Наталья

Ольге уже сорок, ее жизнь разваливается на части. В очередной раз ушел муж. Сын-подросток начал отда...

Мир лица и его тайны. Методика восстановления молодости

Осьминина Наталия

На страницах этой книги вас ждет множество удивительных открытий: вы узнаете, что морщины и складки ...

На пике века. Исповедь одержимой искусством

Гуггенхайм Пегги

Пегги Гуггенхайм (1898–1979) – главная покровительница художников ХХ века и страстный коллекционер –...

Эмпайр Фоллз

Руссо Ричард

Майлз Роби двадцать лет готовит бургеры в “Имперском гриле”, эта работа стоила ему высшего образован...

Башня рассвета

Маас Сара

Шаол Эстфол, капитан королевской гвардии Адарлана и ближайший друг Селены Сардотин, в битве с демона...

Кодекс Вещих Сестер

Гаглоев Евгений

С тех пор как открылась академия «Пандемониум», жители Клыково потеряли покой. Странные происшествия...