Файролл. Край холодных ветров Васильев Андрей

– Откуда у тебя деньги? – скептически хмыкнула Эля – Или я чего-то не знаю?

– Не знаешь – ответил ей я – Я с недавнего времени работаю не только в газете. Меня взяла на службу одна из крупных корпораций, обойдемся без названий, и потому я получаю довольно крупные жалование. Сама понимаешь – серьезная компания, серьезные зарплаты…

– Не врешь, похоже – протянула Эля – Больно Равиля хорошо отделали, и дядя Анас сказал, что тебя лучше не трогать.

– Повторю тебе – твой братец легко отделался – заверил я ее – Тебе мне «спасибо» надо говорить, что он вообще е попал в категорию «ушел и не вернулся».

– Вы теперь думайте, как вам отделаться – резко заявила Эля – Я завтра всех на уши поставлю, я….

– Головка от подводной мины, вот кто ты. Правду тебе дядя Анас сказал. А ты в курсе, что я прямо сейчас могу отправить твоего брата на нары за грабеж? Да еще и с отягчающими, поскольку он был с группой лиц, плюс по предварительному сговору, и вдобавок с нанесением тяжких телесных повреждений. И свидетели найдутся, смею тебя заверить. Думаю, что от пяти до семи лет как с куста ему отвесят. Но у меня есть другое предложение. Я не хочу, чтобы кто-то на кого-то держал зло. Я даже готов махнуть рукой на те деньги, которые остались у твоего брата, черт с ними. Я вообще забуду всю эту историю. Но ты должна мне пообещать, что я больше никогда ни тебя, ни твоего брата ни увижу и ни услышу. У вас своя жизнь, у меня своя. Давай не будем их друг другу портить.

– А ты сволочь – услышал я в ответ – Я даже не догадывалась, какая.

– Что посеяла, то и сжала. Или пожала? – ответил я ей – Ты думала, что я так и буду держать язык в заднице, когда на меня орут, меня бьют, меня грабят? Я не услышал ответа, женщина – мы договорились?

– Да – сказала Эля и повесила трубку.

Я выдохнул и прислонился к косяку и пожаловался Вике —

– Сведет меня в гроб это семейство.

Та, стоя с довольной улыбкой, подмигнула мне и спросила

– Стало быть, в ЗАГС скоро пойдем?

– Я есть хочу – решил уклониться я от ответа на подобный вопрос – Пошли, пиццу закажем? С колбасой, с ветчиной такую, понажористее?

Треволнения начала недели уходили в прошлое, четверг я провел вообще замечательно. Играть пока не мог – тело все-таки ныло. Зато телевизора насмотрелся за все прошедшие годы. Слушайте, сколько всего интересного по будням днем показывают, куда там вечерним эфирам или эфирам выходного дня! Такое ощущение, что «прайм-тайм» – это всего лишь уловка телебоссов.

Вечером я изучил третий выпуск «Вестника Файролла», и остался очень доволен – у газеты появлялось свое лицо, узнаваемый стиль и почерк. Это хорошо, это наработка традиций.

В пятницу, проводив Вику на работу, я с чувством какой-то просто тихой радости направился к капсуле – все-таки в Файролле не так плохо. Там как-то уютней, спокойней. Вроде верчусь там как уж на сковородке, никогда не знаю, с какой стороны прилетит, – а поди ж ты… Или просто там ты больше на себя самого рассчитываешь и от других не зависишь? Поди знай…

В Файролле все было без изменений. Солнышко светило, птички пели, по улицам ходили НПС и изредка пробегали игроки.

Впрочем – Кройцен, похоже, не самый популярный город в игре, а тут еще и будний день. Хотя – какая мне разница, мне главное не опоздать к сбору группы. До встречи осталось полчаса, вроде бы и не мало, но мне надо бы кое-какие дела еще поделать.

Первым делом я отправился к почтовому ящику-конвертик на интерфейсе показывал, что мне пришли от кого-то письма. Полагаю, это денежки с аукциона капать начали.

Помимо аукционных писем, я с удивлением обнаружил в почтовом ящике два совершенно неожиданных письма. Одно было от Элины, моего любимого кланлидера, второе же от Милли Ре.

Еще больше меня удивило, что письма практически не различались по смыслу. Он сводился к одному – обе дамы за каким-то лешим непременно хотели видеть меня в ближайшее время для некоего крайне важного разговора. И по этой причине я должен, да что там должен, просто-таки обязан был им просигнализировать сразу же после своего появления в игре. И непременно терпеливо ждать, пока они ответят. Боги, им то что от меня надо? Как же хорошо было в самом начале. Никто меня не знает, никому я ничего не должен… Только Эуыыху на дороге не попадайся, а в остальном – живи себе спокойно… Может плюнуть на все и уйти ко всем чертям в болото, тем более, что у меня там невеста есть.

Однако ответ написать надо было – я все-таки человек воспитанный, культурный. Поэтому я заготовил один ответ на двоих —

Дорогая имярек

Я был бы рад встретиться с вами, но не имею такой возможности, поскольку сегодня, в пятницу, в десять часов утра, отбываю с группой товарищей в длительный переход по горам, который приведет меня в Северную часть континента.

По прибытию на место я непременно свяжусь с вами, и мы договоримся о встрече.

Искренне Ваш,

Хейген.

А что? Вежливо и понятно – не могу, дорогой ты мой человек, бреду по перевалу, уворачиваясь от камнепадов и думаю о тебе. Романтика.

После эпистолярных забав, я посетил торговца, прикупив у него вяленого мяса. В принципе в Файролле вопрос с питанием обстоял не так остро, как в других играх. Единственный прок от еды – более-менее ускоренная регенерация жизненной энергии. В ряде игр употребив какого-нибудь, к примеру, жареного поросенка на определенный отрезок времени можно неплохо поднять статы. У нас такого нет, и даже если ты вовсе не будешь есть, то у тебя не снизятся жизнь и характеристики. Но вот если есть желание поскорее восстановиться после тяжелого боя – съешь чего-нибудь и будет тебе счастье.

Забежав на секунду в гостиницу и скинув там излишек денег, я рысью потрусил к воротам – время выхода из города в составе отряда особого назначения стремительно приближалось.

У ворот уже стояло человек пять, над всеми был значок, ясно дающий понять всем окружающим, что это члены клана «Гончие Смерти». Видимо это был тот самый молодняк, который вели на Север. Ну как молодняк – никого с уровнем ниже пятидесяти там не было.

Там же стоял и знакомый мне по кабинету Седой Ведьмы бравый служака Фитц. В данный момент он орал на одного из моих будущих спутников, надо думать в воспитательных целях —

– Ах ты думал? Ты хочешь сказать, что вот этот кочан капусты, сидящий на твоих плечах, это то, чем ты думаешь? То есть процесс гниения, который в нем происходит, это на самом деле мыслительный процесс? Так я тебя расстрою – слово «мыслительный» к тебе вообще не относится.

Я подошел к кричащему Фитцу и громко доложился —

– Хейген, один из участников похода на Север. Представляюсь по поводу прибытия.

Фитц повернулся ко мне, повращал глазами, пошевелил бровями, вспомная, кто я такой, и прорычал —

– Встать к остальным. Да, вон к тому стаду парнокопытных баранов. Пусть среди них будет хотя бы один человек, для статистики.

– Ох, Фитц, все бы тебе орать – раздался голос с какими-то барственно-ленивыми нотками.

Я обернулся. Обладателем голоса оказался эльф-воин 98 уровня, носящий имя «Мюрат». Видимо, это его придали нам в усиление.

– Да? Ты, как известно из любой переделки вылезешь, а мне этих долбоящеров доставить на ту сторону гор надо, причем желательно всех – проорал Фитц. Сдается мне, что он так все время разговаривает, криком.

– Ну, что значит, что я из любой переделки вылезу? – вальяжно ответил ему Мюрат – Я иду с вами, разделяю с тобой ответственность за этих ребят, и если что-то пойдет не так, как и ты буду решать, что нам делать.

– Ну да, как тогда, в Мирроне? – зло рявкнул Фитц

– Ты говори, говори, да не заговаривайся – довольно зло, моментально сбросив с себя некую жантильность, сказал Мюрат – Тебя там не было, ты не можешь судить о произошедшем.

– Ладно, согласен, занесло – немедленно ответил ему Фитц – Так, все тут?

– Все – ответила девушка-лучник с труднопроизносимым именем Тирнувинуэль, обладательница пятьдесят первого уровня – Нас же пятеро должно быть?

– Все верно – подтвердил Мюрат – С нашим другом из клана «Буревестники» – шестеро. С нами – восьмеро. По идее должны пройти.

– А чего это с нами «Буревестник» идет? – поинтересовался воин-гном по Фраг.

– Потому что потому – насупил брови Фитц – «Буревестники» наши союзники, друзья клана. Вы все зелены еще, не видели, как они недавно под стенами цитадели «Диких Сердец» воевали. И этот, хотя внешне вроде и дрищ, но успел там отличиться – Фитц ткнул своей рукой в мою сторону – Он на среднем «Мышонке» был, на верхней площадке. И выжил, между прочим, один из немногих. Так-то.

– Да ты что? – поднял брови Мюрат – Так это ты? Мне про тебя Валент рассказывал, ты вроде даже ему жизнь спас?

Взгляды моих спутников сделались достаточно уважительными, Фитц и Мюрат сделали мне хорошую рекламу.

– Да прям, спас. Так, подстраховал немного – скромно сказал я.

– Ладно, потом пообщаемся. На привале – сказал мне Мюрат и встал рядом с Фитцем.

– Так, бойцы! – заревел во всю ивановскую Фитц – Все ли взяли все, что следует, проверьте в последний раз. Зелья, еда, оружие, исправность снаряжения? На все про все у вас есть десять минут и выходим. Кто не уложится в срок, может дальше ковыряться в носу.

Блин! Снаряжение! Я его лет сто не чинил. Вот позорище-то!

Я завертел головой, высматривая кузнеца. На мое счастье, он был совсем недалеко и я, соблюдая неспешность, (ну, не портить же созданную репутацию) подошел к нему.

Слава богу, ремонт вещей в Файролле скор по времени, хотя и дорог по деньгам. Я уложился в поставленное время, и в результате вскоре, после криков «Ну, все?» и «Да чтоб вас!» мы покинули спокойный и тихий Кройцен. Впереди были горы.

Выходя из города, я почувствовал легкий мандраж – ради правды, я ввязывался в одно из своих самых рискованных приключений в Файролле. Нельзя сказать, что моя жизнь в этой игре хоть когда-то была спокойной, но раньше я орудовал хотя бы в пределах своего уровня, или за моей спиной было надежное прикрытие. Тут же – локация, которая требует уровней на семь больше, чем меня есть, при этом еще и обладающая какой-то нехорошей славой, группа таких же, как и я игроков, с несильно высокими уровнями, бравый вояка-сержант с ухватками строевика и довольно мутный пижон-эльф. Не расклад – сказка.

Погруженный в свои мысли, я как-то незаметно переместился в конец отряда, и стал его замыкающим. А нет, вот нас еще Мюрат догоняет.

– Не волнуйся – сказал он, поравнявшись со мной – Не так страшен черт. Шахты, конечно место хреновое, но я, например, их проходил три раза – и туда, и оттуда. Да и Фитц там бывал. Ну и потом – неужели мы не прикроем личного друга Седой Ведьмы, а?

Он подмигнул мне и двинулся вперед, догоняя Фитца.

Из третьего номера газеты «Вестник Файролла»

«…по уверениям коллег был прекрасным человеком и отличным профессионалом. Файролл, в том виде, в котором мы его знаем, во многом его детище, и даже не верится, что с его уходом не исчезнет жизнь в этом мире, мире, который он прошел из края в край.»

Из рубрики «Классы – кого выбрать». Статья «Маги. Часть третья»

«… и иные заклинания. Также для мага на начальных уровнях крайне важен выбор школы, которую он будет практиковать. Это – школа воздуха, школа огня, школа воды или школа земли. Именно это будет определять, насколько действенными будут заклинания в той или иной области и сфере применения…»

Из рубрики «История мира от его сотворения»

«Приход Богов в пределы Файролла был неожиданностью для всех. Драконы восприняли их приход как вызов своему могуществу, светлые расы как приход защитников и покровителей, темные расы как приход тех, перед кем можно преклоняться. Истинной же целью прихода богов было абсолютное владычество над миром Файролла»

Из рубрики «Объявления»

«Дорогие читатели. Как вы понимаете, мы не в состоянии, как бы нам того не хотелось, отслеживать все события, происходящие в пределах Файролла. Поэтому мы предлагаем вам присылать нам краткие отзывы о тех событиях, которые по вашему разумению достойны того, чтобы об них рассказали.»

Выдержки из рубрики «Хроники Файролла. Новостная лента»

«В Пограничье был проведен ежегодный турнир „Серебряная стрела“. Сотни лучших лучников со всех сторон света съехались в Ноттсбург, где в течении двух дней и трех туров они и состязались в меткой стрельбе из лука. Победителем стал Эллан с Равнины, стрелок из клана „Левиафаны“. Ему была вручена традиционная серебряная стрела и двадцать тысяч золотых призового фонда»

«Клан „Глаза зверя“ отправился в пещеру Оук, в рейд на эпического монстра Клаторнаха. В пещеру зашел весь клан, из пещеры не вышел никто. И так бывает…»

«Смертью отважного экстремала закончилась попытка спуска с водопада Набия, что в Южных пределах. Гном ТурДал, известный путешественник и любитель адреналина в жилах решил покорить огромный и практически вертикальный водопад Набия, для чего распорядился засунуть себя в бочку и кинуть его в реку, неподалеку от водопада. Когда бочка закончила падение и ее выловили из воды, в ней обнаружили только вещи смелого гнома. ТурДал не теряет оптимизма и раздумывает над другими способами обуздания водной стихии»

Из рубрики «Забавное в Файролле»

«Сегодня мы ещё раз убедились, что в мире Файролла возможно многое. Недавно в городке Ансельм, на южном побережье трое игроков-алхимиков заключили пари. Каждый из них, в течение недели, попробует создать из алхимических ингредиентов самую настоящую гранату. Результаты спора ошарашивают – одно сгоревшее здание, частично растворённая мостовая и десять ошпаренных жителей тихого до спора городка. Администрация города эвакуировала часть городского населения за пределы города. Мы будем следить за дальнейшим развитиями событий».

«Читайте в следующем номере»

«Интервью с Гарри Глазом, главой самого сильного клана Ривенхольма»

Глава третья

в которой герой в очередной раз лезет под землю

Горы были огромны. Я, признаться, таких серьезных гор в жизни и не видел никогда – ну, не считать же Пиренеи или Кордильеры серьезными горами по сравнению с вот этим. Стоя у подножия таких гор как Ринейские, ты понимаешь свою незначительность и сиюминутность. Горы как бы тебе говорят —

– А, это ты, букашка. Сейчас под нами поползешь? Ну ползи, ползи. Вся твоя жизнь – для нас это только миг, небольшое дуновение ветерка над нашими вершинами.

Впрочем, это только мы, нубы, на горы глазели. Наших ветеранов вся эта красота не трогала, поскольку была для них не в новинку. При этом и Фитц, и Мюрат понимали наши чувства, а потому даже дали нам пару минут, чтобы поглазеть на всю эту величественную красоту. Увидев же, что с снежных вершин наши взгляды переползли на мрачный вход в пресловутые шахты, представленный ощерившимся обломками камней темным и страшным проемом, они начали свой первый и, надо думать, последний инструктаж.

– Так, молодежь – Фитц был крайне лаконичен – Нас ждут Ринейские шахты – место гиблое, неприятное и нехорошее.

Я зашевелился, собираясь задать вопрос, мое движение уловил Мюрат и успокаивающе махнул мне ладонью – мол, все вопросы потом. Тем временем Фитц продолжал.

– Ваша задача проста – выжить. Ну, а, чтобы выжить в этих шахтах, надо действовать как один организм – слаженно, четко и уверенно. Если этого не будет, то с той стороны гор выйдут только двое – я и Мюрат. Впрочем, может и только я. Из этого будет следовать, что амбиции ваши ни о чем, ничего вы из себя не представляете и на Севере вам делать пока нечего. У меня все. Вопросы?

Фитц встопорщил усы, откашлялся, сплюнул и обвел всех грозным взглядом, как бы уведомляя нас, что если будут вопросы, то с огромной долей вероятности он затолкает их обратно нам же в глотку. У молодого поколения Гончих явно вопросы были, но они так испуганно смотрели на своего мастера-наставника, что мне стало ясно – эти не рискнут. Мне же с Фитцем детей было не крестить, по этой причине я не стал слишком скромничать.

– У меня пара вопросов – я поднял руку.

– Ну? – грозно сдвинул брови вояка.

– Что значит нехорошее место? Такое, как, не к ночи будь помянут, Снейквилль? Или что-то другое?

– Что там в Сейквилле, этого никто не знает, а кто знает – тот про это не рассказывает – ответил мне вместо Фитца Мюрат – Тут же все просто. Эти шахты – альтернативный путь на Север. Короткий, быстрый, удобный и не холодно там, в шахтах, не то что на перевале. Но за удобства надо платить. Поэтому этот путь очень опасный и ментально усложненный.

– Ментально? – переспросил я.

– Ну да – Мюрат заложил руки за спину, как преподаватель на лекции – Там, под землей, в шахтах, всем, даже представь себе гномам, жутко неуютно, ты все время находишься под неустанным психологическим прессингом. Тебе мерещатся души сгоревших рудокопов, ты слышишь шаги, стоны, крики, темнота что-то в уши нашептывает. Даже иногда кусочки битвы видишь. Да и недавно упокоенные тоже не прочь тебя постращать – один мой приятель там свою знакомую по клану встретил. Сильное впечатление на него эта встреча произвела, особенно с учетом того, что за час до этого он ее живую видел.

– А что за сгоревшие рудокопы? – с любопытством спросил я.

– Это интересная история – оживился Мюрат – Дело было…

– В Пенькове! – рявкнул Фитц. Его усы встали дыбом – Потом лясы будете точить. Нам сегодня хорошо бы дойти до Девятого Зала, это часов восемь пути, да с привалами, да еще и мечами придется помахать наверняка.

– Ладно – негромко сказал мне Мюрат – По дороге расскажу. И вообще – держись всегда близ меня. Ты как, к героизму склонен вообще?

– В каком смысле? – не понял его я.

– В прямом, в прямом – Мюрат заулыбался – Ну, вот эти все дела – «один за всех, все за одного», «на миру и смерть красна», «сам погибай, а товарища выручай». Ты как, герой по жизни?

– Я-то? Нет, это не из моей сказки – честно ответил я – Конечно, я не сбегу от опасности, группу не брошу и буду честно драться, но на рожон доброй волей не полезу.

– Вот и славно – сказал Мюрат – Уверен – мы поладим.

– Согласен – кивнул я – Два умных человека всегда друг с другом общий язык найдут.

– Так, бойцы, еще раз напоминаю – разливался соловьем Фитц – Самое главное в шахтах – дисциплина. Расслабился, оторвался от группы – все, считай пропал. Одиночка в шахтах не выживет, это проверено неоднократно, причем игроками куда выше уровнем чем вы. И еще – коли тут сгинул, так простись со своими вещичками, поскольку свитки порталов в этих местах не действуют. Да что свитки порталов – тут даже почта не работает. Это понятно?

– Понятно – нестройно ответили мы.

– Идем таким порядком – Фитц замахал руками – Впереди я, за мной Фраг и Морис.

Гном и человек, оба воины кивнули. Фитц увидел их кивки, и продолжил —

– Потом Тринувинуэль – усач мотнул головой, будто отгоняя муху – Язык сломаешь, будешь Трина. С тобой в паре идет Флорес.

Эльфийка-лучница и девушка-маг так же кивнули, принимая информацию к исполнению.

– Так, потом ты, Хейген и Энгис (стоящий рядом со мной парень-хилер коротко глянул на меня). И замыкающим идет Мюрат. Вопросы?

На этот раз никто не сказал ни слова.

– Вот и славно. Давай, Флорес, бафни нас чем можешь и пошли. Мы уже час как в шахтах должны уже быть.

Флорес махнула посохом, выпалила что-то неразборчивое, и у меня появилась ускоренная 25-ти процентная регенерация жизненной энергии сроком на два часа.

– Ага – удовлетворенно порычал Фитц – Вот и славно. И еще, чуть не забыл. Там часто бывают заманухи, в виде валяющихся доспехов, оружия и всего такого. Не дай вам Бог к ним сунуться! Даже на выручку не пойду, шансов уцелеть – ноль. Жадин в Ринеях не любят.

– Жаааль – протянул Фраг. Гномья жадная душа, еще даже не увидев валяющихся бесхозных предметов, уже по ним плакала.

Фитц свирепо на него глянул и скомандовал —

– Все, двинулись.

И отряд вошел в наводящий уныние провал, служащий входом.

Вы вошли в заброшенные шахты Ринейских гор. Когда-то именно здесь трудолюбивые гномы разрабатывали жилы, богатые золотом и драгоценными камнями, пока в Последнюю войну не произошло столкновение между…

Мне было бы очень интересно почитать, что же там случилось, но Фитц подгонял нас, и я закрыл сообщение.

Внутри было мрачно. Вообще в подземельях, на мой взгляд, редко бывает весело – что тут, что в реальной жизни – простора нет, воздух спертый – чего же тут забавного? Здесь же на душу давили не только стены и потолок, но сама атмосфера. Создавалось впечатление что из нас начали по каплям, по крохам высасывать жизнь.

– Что, пробирать начало? – не слишком громко спросил Фитц.

Мы синхронно кивнули, все, кроме Мюрата.

– То ли еще будет – обрадовал нас старый служака – Но это еще ничего. Вы молитесь всем богам, чтобы маршевый отряд темных дворфов на нашем пути не встретить, вот где жуть-то будет! Все, не стоим, пошли.

Отряд двинулся вперед. В тусклом свете, озарявшем дорогу, мы, наверное, выглядели достаточно инфернально.

А свет этот давали грибы, обильно покрывавшие стены. По всей видимости, они успешно заменяли осветительную плесень, которую я видел в подземельях разрушенной цитадели.

– А что за отряд темных дворфов? – негромко поинтересовался я у Мюрата, идущего за мной.

– Темные дворфы? – переспросил он – Э, брат, это длинная история.

И Мюрат рассказал мне историю шахт. К ней прислушивался и идущий рядом со мной Энгис, судя по всему, он полностью ее не слышал.

Оказывается, некогда эти шахты были крупнейшим поставщиком золота и бриллиантов для целого континента. Впрочем, иными драгоценными камнями они Раттермарк тоже снабжали. Жили тут мастеровые-гномы, жили-не тужили, махали кайлом, шуровали иным инструментом, гранили добытые камушки и вставляли их в разные украшения, которые сами и творили. Благополучно пересидели здесь почти все войны, не ввязываясь в них, поскольку в отличии от многих иных своих сородичей были абсолютно не агрессивны, но вот с последней заварушкой, той, что звалась Второй войной Ненависти, вышла неудача. Именно в эти шахты нагрянули остатки темной армии, которую загоняли как волков не сдержавшие данного ими слова представители Светлой стороны, исповедующие принцип «Чтобы победить зло, надо всем хорошим расам собраться вместе и поубивать все плохие».

Группа, завалившаяся в шахты, состояла из пары полков темных дворфов – немногочисленной расы невероятно сильных и фанатично преданных Темной стороне коротышек. В отличие от гномов, которые в промежутках между войнами, в которые они ввязывались по необходимости, обычно мастерили что-то высокохудожественное, темные дворфы всегда были готовы воевать, частенько наемничали, а ковали исключительно оружие или доспехи. Тьме они были верны всей душой, поскольку по слухам были созданы самим Техошем, богом Мрака.

Именно этих славных парней занесло в шахты, по которым сейчас мы идем. Тут они быстренько перебили большинство местных представителей, заняли оборону, с немалым мастерством понастроили защитных сооружений и приготовились отражать нападение светлых.

Тем времени какие-то гномы, умудрившиеся слинять из шахт через тайные ходы, добрались до ставки этих самых светлых и наябедничали, что их злые сородичи занимаются под горами убийствами и насилием, в связи с чем их конечно надо уничтожать.

Светлым очень не хотелось лезть в узкие и тесные подземные ходы, где все преимущества были на стороне защищающихся, тем более что это была их природная среда. Немного посовещавшись, они не стали мудрить и приняли простое, в общем-то решение. Они попросту запустили в шахты Огненного Червя – порождение светлой магии, требующее безумного количества магической энергии, но зато безотказного, как винтовка системы «винчестер». Этот гигантский червь, пока не выжжет все живое, из помещения, в которое его запустили, не уйдет.

Для ускорения же процесса и в гуманных целях (сжигать заживо – это ведь так жестоко, так больно, не правда ли?) Светлые маги подпустили туда еще и пару «Ядовитых цветков». Тоже то еще заклинание, типичное оружие массового поражения – по факту иприт, зато с приятным запахом.

В результате кто не сгорел, тот отравился. Причем это коснулось не только темных дворфов, но и остатков гномов и еще кучи разумных и неразумных существ, обитающих в шахтах, таких как ледяные черти, феллинги и йети. Там же сгинули в никуда и остатки племени плывунов – странного народца, живущего на берегах подземных озер, тихих, безобидных и миролюбивых рыбоедов, мухи сроду не обижающих, у которых в жизни было только две безобидных страсти – коллекционирование украшений да загадывание загадок.

Кто из погибших кинул посмертное проклятие – никто теперь не знает. Но кто-то его шандарахнул. И души всех, кто принял смерть от рук светлых рас в шахтах, тут и остались, не получив упокоения. Причем миролюбия им это не добавило, хотя, по большому счету, прямо уж все к смертоубийству не стремились, больше жуть нагоняли. Впрочем, отдельные представители сгинувших в шахтах народностей стали еще теми кровопускателями.

Гномы не раз и не два пытались снова закрепиться здесь, они организовывали отряды и упорно шли под землю, при этом уходили тысячами, а возвращались десятками. Те же, кто возвращались, в большинстве своем не слишком любили вспоминать, и тем более рассказывать о том, что здесь видели.

Со временем гномы махнули на шахты рукой, сказав, что такого добра им больше не надо – нерентабельно выходит.

С тех пор прошли века, зло из шахт не исчезло, но и внимания на него особо не обращают – наружу оно не лезет, ни днем ни ночью. Стоит сделать только шаг от входа или выхода из шахт – и оно не причинит тебе вреда. Но вот внутри…

Чего здесь только за это время не добавилось. Появились новые тоннели, невесть когда и кем пробитые, море ловушек, кровожадные призраки, поселившиеся в пещерах представители местной фауны – те же ледяные черти, зловредные и клыкастые твари, абсолютно не страшные поодиночке и неимоверно опасные в стае, обвалы, происходящие в самый неподходящий момент и самое неприятное – страх, постоянно тянущий душу и ослабляющий внимание, без которого тут не выжить.

Поэтому большинство путников предпочитает несколько дней карабкаться на перевал, в снег и мороз, только бы не соваться сюда, на короткие, но жуткие пути заброшенных шахт.

– Вот так – закончил свой рассказ Мюрат.

– Однако – уважительно покачал я головой – Внушает.

– А ты как думал? – согласился со мной Мюрат – Ладно, потом доболтаем, вон вход в Первый зал уже виден.

Идущий впереди Фитц поднял вверх правую руку, давая недвусмысленное указание остановиться. Даже при тусклом свете было заметно, что остановился он у выхода из тоннеля, по которому мы все шли.

Я не особо видел, что там происходит, в этом самом первом зале – из-за спин впереди стоящих обзор был невелик. Но явно творилось там что-то нехорошее.

Фитц помахал ладонью, подзывая всех к себе. Мы все подошли к нему, и осторожно стали выглядывать из проема. Не знаю, как остальные, мне было сильно не по себе, и, если бы не осознание того, что отсюда по-другому не смоешься и не возможность потери имущества навсегда, я бы точно теперь предпочел прогулку с контрабандистами.

Увиденное не добавило мне оптимизма. В не слишком большом, но и не в маленьком зале, в самом его центре, активно махали инструментами с полдюжины гномов, по видимости разрабатывая золотую жилу. Бороды топорщились, они переговаривались друг с другом, время от времени нагибаясь, а после складывая что-то в напоясные кошели. Нормальная такая картина, с работающими коротышками. Портило ее только одно. Все эти гномы были призраками. Синими, полупрозрачными и отвратными донельзя. Причем если одежда была визуально целая, то сами гномы были в том виде, в котором судя по всему, и скончались. Синюшные обгоревшие лица, опаленные бороды, изъеденные ожогами руки. Сказать, что картина мерзопакостная – это вообще ничего не сказать.

– Так – шепотом сказал Фитц – Идем по правой стене, один за одним, к следующему проходу. Что значит к какому? Вон, видите, с той стороны зала?

Мы кивнули. Мы видели.

– Не громыхаем, смотрим куда ступаем. Если пройти тихо – есть шанс, что они не нападут, даже если и заметят. Если нашумим – то придется драться. Вы не смотрите, что соотношение у нас больше чем один к одному, они очень сильные, да еще и дебафы могут вешать.

– И на помощь своих позвать могут – добавил Мюрат.

– Я иду первым, дальше в установленном порядке – отдавал шепотом команды Фитц – Расстояние – пять шагов друг от друга. Дойдем до того прохода – все, уже не страшно.

И Фитц скользящим, невесомым шагом двинулся вперед. Было странно видеть у этого гиганта какую-то просто кошачую пластику.

Мюрат толкнул засмотревшегося на нежить Фрага.

– Давай, не спи. И – тихо.

Так, потихоньку, дошла очередь и до меня. Я двинулся в путь по стеночке, внимательно смотря под ноги и опасаясь задеть какой-нибудь камушек. На призраков я не глядел – уж больно они были страхолюдные.

В это время Трина, почти уже достигнувшая желанного прохода в следующий тоннель, задела луком стену. Раздался негромкий скрежет и одновременно с ним шепот Фитца —

– Стоять всем! Замрите!

Мы застыли. Против своей воли я посмотрел на центр зала. Гномы-призраки отвлеклись от своих праведных трудов и глядели в нашу сторону.

Клянусь небесами, один из них посмотрел на меня. На секунду мы встретились глазами, и я понял, что такое, когда на тебя глядит бездна. В его глазах было бушующее безумие.

Время застыло, я был готов к тому, что сейчас эти шестеро кинутся на нас. Если бы кто-нибудь из нас пошевелился, наверное, так и было бы, но мы не двигались. Еще раз посмотрев на нас, один из гномов, видимо старший, погрозил нам пальцем и махнул своим коллегам – мол, давайте, работайте, чего встали.

– Пошли – снова раздался шепот Фитца и мы двинулись.

Если до этого мы старались идти тихо, выполняя приказ, то теперь мы шли практически невесомо, понимая, что второй раз они нам не пальцем грозить будут, а просто на лоскуты нас порвут.

Когда Мюрат вошел в проход, Фитц уже минуты три как шепотом орал на Трину. Та стояла ни жива, ни мертва, опустив глаза в пол и шмыгая носом. Прооравшись, Фитц скомандовал —

– Вперед, тем же порядком. И смотрите у меня!

Мы были готовы смотреть, лишь бы выбраться отсюда.

Надо отметить, что шахты не отличались разнообразием. Одинаковые стены, тоннели, время от времени открывавшиеся по сторонам, грибы на стенах, типовые залы, которые мы то и дело проходили и в которых, слава богу, больше не встречали местных жителей. Через час мы впервые позвенели оружием, наткнувшись в одном из тоннелей на двух иети – здоровенных и агрессивных, но крайне тупых животин. В одиночку и даже вдвоем мы вряд ли уделали бы их, а вот коллективом – запросто.

Часа через три пути Фитц снова поднял руку вверх —

– Ну что, дошли до первой достопримечательности – Пятого зала. Смотрим по сторонам, зал большой, неожиданности бывают всякие. Бывает, группа пройдет и никого не встретит, а случается, что каждый сантиметр клинками брать приходится. Сейчас проверим, какая у вас удача и насколько она сильна. Держитесь близко друг к другу, но не локтями не толкайтесь.

Мы с опасением вошли в огромный зал, окончание которого терялась где-то во тьме. Я ожидал колонн и иного антуража в стиле Мории – но нет. Ничего такого не было. Просто зал, с разбросанными там и сям кучами мусора. На одной из этих куч я увидел кокон, видимо оставшийся после какого-то бедолаги и толкнул в бок Энгиса —

– Смотри, хабар лежит.

– Ага – кивнул тот – А прикинь сколько тут всего?

– Много – сказал сзади Мюрат, вертящий головой так, что создавалось ощущение, что она у него на шарнирах – И все это только и ждет, чтобы вы за ним нагнулись.

Мы с Энгисом переглянулись и поняли друг друга без слов – ну его нафиг. Как бы себе дороже не вышло.

Зал был очень велик. Мы шли мимо каких-то темных пятен, какие бывают на местах кострищ, нас до жути перепугали огни пламени, вырвавшиеся из-под пола в тот момент, когда мы проходили мимо какого-то провала в стене. Нам казалось, что темнота у стен движется и вот-вот бросится на нас.

Тут и там лежали коконы наших предшественников. Даже мы услышали цоканье языка Фрага, увидевшего алебарду с изукрашенной рукоятью, которая торчала из пола, загнанная лезвием в камни пола.

– Почти пришли – услышал я голос Мюрата и обрадовался – тесный тоннель мне был приятнее и уютнее этого огромного зала, в котором я чувствовал себя незащищенным.

– Е! – услышал я голос Фрага, в том момент, когда фигура Фитца миновала проход, отделяющий Пятый зал от тоннеля – Да это же сетовый молот!

Фигурка гнома метнулась от прохода, не реагируя на крик Фитца —

– Стой, балбес!

Я увидел, как рука гнома сомкнулась на рукояти молота и потянула его из кучи мусора, в которой он лежал.

«Может, обойдется» – подумал я.

Не обошлось. Рукоять молота растаяла у нас на глазах, а после ниоткуда появилась белесая пелена, которая начала окутывать Фрага. Она делала это настолько быстро, что фигура нашего брата по оружию скрылась под ней за секунды.

– Аааа – раздался его вопль – Братцы!!!

Больше до нас не донеслось ни звука, кроме рыка Фитца —

– Всем стоять. Ни шагу не делать!

Мог бы и не говорить. Мы бы и сами не пошли, и так было понятно, что гному конец.

Белая пелена несколько раз содрогнулась, как будто сделала пару вдохов-выдохов, повисела с минуту и опала.

Перед нами была все та же рукоять молота, рядом с ней лежал кокон. Это было все что осталось от Фрага.

– Сам виноват – констатировал стоящий за нами Мюрат – Жадность гнома сгубила. Пошли помаленьку.

Дальше все было одинаково – тоннели, залы, переходы. Мы брели по этим однообразным местам, все более ощущая их безнадёжность, и понимая, что мы тут чужие, и, наверное, теперь обречены скитаться до тех пор, пока сами не станем частью местного пейзажа, найдя в этих тоннелях свое упокоение. Возникало ощущение, что кто-то шепчет нам в уши —

– Ты не выберешься от сюда. Не мучь себя, умри. Так проще. Так легче.

Но мы шли. Боковых ответвлений стало больше, а вот свет от грибов наоборот, становился все тусклее и тусклее.

– Ну вот и славно, на сегодня почти все – сказал мне Мюрат через какое-то время и ускорив шаг, ушел к Фитцу, что-то говоря ему на ходу. Фитц кивнул головой и показал нам рукой – мол, давайте, поворачивайте направо, что мы и сделали.

Потом мы снова и снова поворачивали, пока вскоре не стали видны какие-то яркие отблески. Через пять минут мы вышли в небольшой зал с холмиком в середине. В центре этой возвышенности ярко горел костер.

– Место привала – сказал Мюрат в полный голос – В этих шахтах таких пять. Да в каждом большом подземелье такие есть, сюда не придут монстры и призраки, тут не действует ментальное давление и нет ловушек. Здесь мы и заночуем.

И впрямь – с души спал гнет последних часов, задышалось как-то веселее, полной грудью.

– Энгис – обратился я своему напарнику. Тот не ответил. Я завертел головой. Энгиса в зале не было.

– Фитц – окликнул я тихо нашего вожака, предчувствуя неладное – Энгиса нет.

– В какой момент ты его видел в последний раз? – спросил меня Фитц