Пленница зверя Шерр Анастасия

Глава 18

Максим нервно расхаживал из угла в угол, сжимая кулаки от безысходности. Перед глазами то и дело мелькали алые пятна крови, а сердце болело от тоски.

Волк внутри остервенело драл когтями, да так, что не продохнуть.

Если с Настей или с ребёнком что-то случится…

— Долго ещё? — постучал в дверь, за которой его ребёнок и жена боролись за свою жизнь, но ответом ему снова была лишь тишина.

Судорожно выдохнул и вцепился в ручку двери.

— Сынок, я думаю, тебе стоит успокоиться. Беременность — дело тонкое, нам мужчинам не понять, — пытался успокоить сына Дмитрий.

Правда, безуспешно. Альфа рвал и метал, кстати, отнюдь не образно. В запале он разгромил стол и кресло, исполосовав последнее когтями.

— Это произошло не случайно, отец! Я знаю это! Чувствую! — альфа метался как зверь, загнанный в клетку.

— Что ты имеешь в виду? — Дмитрий нахмурился.

Макс присел на диван и, спрятав лицо в ладонях, зарычал.

— Не знаю. Всё было хорошо. Если бы она заболела, я бы почувствовал. Что-то не так.

В дверном проёме показался Иван, а за ним зашла Светлана.

— Макс, я только узнал. как ты? — бета похлопал по плечу друга, но тот даже головы не поднял.

— Всё это из-за вас! — прошипела Света, облокотившись о стену.

Тут же замолчала, когда на неё уставились сразу три пары глаз.

— Помолчи, женщина, — проворчал Иван, опускаясь на стул. — Лучше приготовь нам чай.

Девушка поджала губы, чтобы, чего доброго, не ляпнуть чего-нибудь ещё, из того, что не пойдёт ей на пользу.

Иван угрюмым взглядом проследил за ней, пока шла на кухню, что-то ворча себе под нос. Усилием воли заставил себя усидеть на месте и не пойти за ней. С каждым днём, с каждым часом он всё сильнее привязывается к своей паре. Вот уже несколько минут без неё начинают казаться вечностью. Мучительной и беспощадной.

Повисшую в гостиной тишину нарушил врач.

Мужчины подхватились на ноги, а альфа и вовсе ринулся к жене, но лекарь жестом попросил его остановиться.

— Наследник и Луна в порядке, альфа. Вам не о чем беспокоиться. Но сейчас им нужно отдохнуть, давайте не будем мешать.

Максим кивнул и подступился к врачу.

— Скажи, что произошло? Это моя вина?

Тот покачал головой.

— Это типичная реакция на волчью траву. Наш наследник чудом остался жив…

Видите ли, очень часто ликанши вызывают выкидыш именно с помощью волчьей травы„

Глаза Максима полыхнули синим огнём.

Какого хрена?

Настя хотела избавиться от ребёнка?!

Ярость расплавила каждую клетку головного мозга, а волк протяжно взвыл.

Настя не без труда открыла глаза и повернула голову на бок.

Рядом с ней сидела Светка, переворачивая страницы какого-то журнала без особого энтузиазма.

Солнцева улыбнулась.

Пришла всё-таки.

Не бросила.

Даже обиды свои в сторону отмела.

Вот такая вот она — Света.

— Светка… — в горле пересохло и ощутимо побаливал желудок.

Настя непроизвольно прижала ладони к животу и замерла, пытаясь услышать сердцебиение малыша.

— Да живой он, живой, — Света протянула больной стакан воды. — А вот за нас с тобой я боюсь, Настён… Валить нам надо. Иначе, пропадём здесь.

Солнцева осушила стакан с водой и настороженно уставилась на подругу.

— Ты о чём, Свет? Что случилось?

— Вот и я о том же, подруга. Что с тобой случилось? То ты не хотела со мной бежать, всячески отпиралась, мол, судьба он твоя и семья у вас будет… То вдруг решила избавиться от ребёнка. Никогда мне вас… Оборотней, не понять, — девушка сокрушённо покачала головой. — И что теперь будет?

Настя непонимающе хлопала ресницами, силясь вникнуть в сказанное Светкой, но получалось из ряда вон плохо.

— Свет, я чего-то вообще ничего не понимаю… — плохое самочувствие отошло на задний план, а в груди поселилась тревога.

Уже позже Настя узнает, что не зря.

— Как? Разве ты не собиралась вызвать выкидыш? — на этот раз Светка свела брови в изумлении.

Солнцева покрутила пальцем у виска, глядя на подругу, как на умалишенную.

— Да у меня даже мыслей таких не было! Ты что? А где Макс?

Света опустила глаза в пол.

— Он сказал, что не хочет тебя видеть…

Девушка застыла. Она не ослышалась? Максим с чего-то решил, что она виновна в том, что произошло и теперь он, видите ли, не желает её видеть?!

Да больно надо!

— Ты обещала помочь! — Никита в ярости громыхнул кулаком по столу. — А в итоге, отравила его суку! какое мне дело до неё?! Разве я с ней собираюсь драться?!

Алина молча выслушала тираду, а затем, беззаботно пожав плечами, направилась к выходу из дома.

— Куда ты пошла?! Я с кем разговариваю?!

Девушка закатила глаза и тяжко вздохнула, так, словно ей приходилось общаться с полоумным.

— По-твоему, альфу так легко свалить? Это же альфа! Он в десятки раз сильнее обычного волка, что уже говорить о самке! Чтобы волчья трава подействовала и на него, нужно подождать до вечера. А вечером как раз и состоится ваш поединок.

Никита хмыкнул и задумчиво почесал затылок. А ведь в этом есть здравое зерно…

— А ты уверена, что он пил тот чай? Может его сука вместо него выпила?

— Исключено. Я налила отвар в обе чашки. Да и Максим никогда не прерывает свой завтрак.

— Ну да, кому как не тебе знать всё о жизни альфы, — презрительно прошипел оборотень, мстительно сжимая кулаки.

Сегодня он трупом ляжет, но свергнет альфу.

Вернёт себе то, что принадлежит ему с рождения по праву.

И тогда в стае снова будет порядок, как было при главенстве его отца. Люди — лишь развлечение.

Полукровки — сродни людям.

Настю, словно преступницу, тащили под руки два оборотня, которых она даже не знала.

Всё походило на страшный сон, когда вроде бы и осознаешь, что всё происходящее нереально, но проснуться не можешь.

В панике вертела головой по сторонам, пытаясь найти мужа и посмотреть в его глаза.

Как же он может так поступать с ней? А, главное, за что?!

Девушка до сих пор не могла собрать в кучу всё случившееся за этот день, но хорошо понимала, что её кто-то жестоко подставил. И этот кто-то, скорее всего, Алина. Не зря она кричала альфе о мести. Это она хотела убить ребёнка…

Настя хотела бы сказать об этом Максу, но он даже не пожелал её видеть. Сразу же вынес свой приговор и спрятался, как последний трус.

— Пустите! Где Максим? Я хочу его видеть! — девушка трепыхалась в стальных руках ликанов, но те лишь молча тащили её дальше, абсолютно игнорируя все её жалкие попытки вырваться. — Я ваша Луна! Вы не имеете права! Ты пожалеешь,

Макс! Слышишь?! Пожалеешь!

Долго ещё крики Анастасии будут звучать в его голове.

Альфа медленно выдохнул и облокотился о дерево, закрывая глаза.

Боль острыми иглами впивалась в волчье сердце, терзая его и разрывая на куски.

Зверь внутри взвивался от ярости и раздирал в клочья внутренности.

Отказаться от своей пары непростительно. кем бы он ни был, хоть альфой, хоть дохлым шакалом‚ вроде Никиты. Эта рана смертельна для любого, в ком течёт волчья кровь. Лишь Луна знает, сколько ему суждено прожить прежде, чем подохнет от тоски.

Осталась лишь одна надежда, греющая сердце зверя… Он успеет наказать всех, кто посмел пойти против него раньше, чем окончательно потеряет свою пару.

Однако, ему известно, что война между кланами может длиться годами. В таком случае его жене и ребёнку будет грозить опасность каждый день и в итоге, произойдёт непоправимое…

Разумеется, Максим знал, что вины Насти нет ни в чём.

Нужно быть законченным идиотом, чтобы не догадаться чьих рук это дело.

Грёбаная сука пришла в ЕГО дом и чуть не лишила жизни ЕГО волчонка. Но сейчас это даже на руку.

Альфа зарычал, чувствуя как по венам разливается отрава. Только бы успеть разобраться с предателем, пока волчья трава окончательно не свалила его с ног.

Яркая луна освещала поляну, на которой собрались все ликаны стаи. Зловещая тишина, повисшая над лесом Лунных давила на подсознание Ивана и его зверь притих, словно приготовившись к схватке.

Бета, наверное, единственный из всей стаи, кого не устраивал ни один из итогов предстоящего поединка.

Он не желал поражения другу и точно так же не хотел увидеть труп своего родного брата, перешедшего на сторону предателей.

— Макс, ты сегодня не в духе… Да и бой будет нечестным, тебя ведь волчьей травой напоили, — Иван делал всё возможное, чтобы предотвратить этот поединок, но альфа был непреклонен.

— Потрепать твоего зарвавшегося братца мне хватит сил, — проворчал Максим,

сдирая с себя майку. — кстати, где он?! Неужели струсил?

— Я здесь! — из-за кустов появился скалящийся в хищной ухмылке Никита, на ходу снимая свою одежду. — Приступим?

Оборотни расступились и окружили соперников, которым не терпелось вступить в бой.

Максим тряхнул головой, отгоняя туман, что медленно, но верно застилал взор.

Чёртова трава. Видимо, и правда, хлебнул немало. Вспомнил тот утренний чай, что показался ему странным…

Какого же хрена он тогда не обратил на это внимания?

Сквозь синеватую пелену увидел, как на него мчит разъяренный Никита уже в волчьем обличье и отскочил в сторону, срывая с себя остатки одежды и трансформируясь в зверя.

Лютый, грозно рычащий альфа бросился на противника и тому пришлось приложить немало усилий, чтобы увернуться от белоснежных длинных клыков, что клацнули прямо у горла.

Однако, следующий скорый выпад Максима он не смог предвидеть и в бок острой болью впились клыки альфы.

Шерсть на спине чёрного волка встала дыбом, а с окровавленной пасти закапала алая слюна.

Иван закрыл глаза, увидев, как брат покачнулся, а по блестящей шерсти покатились красные капли.

Но уже в следующий момент раненый зверь бросился на замешкавшегося альфу и вонзил свои зубы в шею соперника.

Максим попытался сбросить с себя ликана, но туман полностью завладел его сознанием и оборотень просто рухнул на землю.

Глава 19

— Что происходит? как это возможно?!

Оборотни гудели и негодовали, явно оставшиеся недовольными таким исходом.

Многие были уверены, что Максим победит: даже несмотря на слабость, вызванную волчьей травой.

— Наш альфа — Макс!

— На хрен Никиту! Нашим альфой не может быть слабак! Всем известно, что Макса опоили травой! — на этот раз свой гнев не сдерживал даже молчаливый и всегда спокойный Артур.

Остальные же поддерживали его, не желая преклоняться перед самодуром и трусом, коим, в принципе, и являлся Никита.

— Макс, ты поддался ему. Я же видел. Зачем? — Иван присел рядом с альфой, что сидел на траве, наблюдая за возмущениями волков с загадочной улыбкой. — У тебя была возможность победить, я видел!

Максим перевёл взгляд на бету и беззаботно пожал плечами.

— А в чём проблема, Вань? Твой брат хотел стать альфой? Так вот пусть теперь сражается за деревню и защищает свою стаю. А у меня сейчас одна цель — защищать свою жену и нашего волчонка.

Иван хмыкнул.

Он, конечно, не против был бы проучить брата, да время не то. С дня на день начнутся набеги оборотней из соседних стай, что уже давно точат зубы на земли Лунных.

— Вот оно что. Ты специально всё переиграл в последний момент? Знаешь ведь, что его никто не признает альфой.

— А кто сказал, что будет легко?

Максим поднялся на ноги и, слегка покачиваясь, направился к своему дому, провожаемый взглядами преданных ликанов.

В это время Никита стоял в стороне, полыхая от ярости.

Он ведь победил!

Он сильнее!

Однако, никто не торопился признать его своим вожаком.

Он должен был предвидеть это. Должен был!

Всему виной проклятая сука Алина! Это её проделки!

Шлюхой альфы была, ею и осталась.

Заявлять о своих правах на главенство оборотень не торопился. Глупо было предполагать, что на его сторону встанет хоть кто-нибудь.

— Выйти победителем в неравной схватке оказалось мало, да? — Иван наградил брата презрительным взглядом и вышел в центр полукруга. — Братья! Я предлагаю не брать во внимание этот бой, так как все мы знаем, отчего альфа его проиграл!

Но Максу нужно время, чтобы прийти в себя. Сегодня он изгнал свою истинную за предательство… В общем, я временно заменю его, если вы не против.

Волки одобрительно закивали, соглашаясь с бетой. В любом случае, бета получше будет предателя и труса.

— Никита, ты можешь идти домой, — к Ивану вышел Артур. — Будет лучше, если ты со своей женой покинешь стаю до рассвета. Мы не принимаем тебя, как вожака!

Более того, ходят слухи, что именно с твоей подачи нам грозит война! Убирайся!

— Это против правил! — лицо Никиты исказила маска зверя, однако, никто даже бровью не повёл, так, словно его слова лишь пустой звук.

— Против правил было драться за место альфы, зная, что Макса отравили! — глаза Артура опасно блеснули, не обещая оппоненту ничего хорошего. — Только не говори, что не знал! Мы все всё видели! Да о чём вообще разговор?! Тебя сможет победить даже самый слабый из молодняка! Хочешь выйти против моего младшего сына? Ты не продержишься даже минуты!

По поляне громом прокатился дикий хохот.

Никита побагровел от ярости и не желая оставаться посмешищем, стремительно покинул поляну.

Настя закончила уборку в отцовском домике и, устало вздохнув, присела у окошка.

Слёзы уже высохли, но их причина жгла в груди огнём.

Как он мог?

Пленил, влюбил и бросил…

Девушке не давал покоя тот факт, что Макс даже не удосужился её выслушать. Ну не похож он на доверчивого и легкообманываемого тюфяка, которому можно вдолбить в голову любую ересь.

Скорее всего, вся та парность, о которой он так упорно твердил, оказалась ничем иным, как блажью всемогущего альфы, что наигравшись новой игрушкой, выбросил её.

Оставил…

Беременную.

Одну.

Теперь ей нет места в мире людей, как и в мире оборотней. Теперь она одиночка.

Непрошенные слёзы снова покатились по щекам, а обида взяла сердце в свои тиски.

Каким бы монстром не был её отец, как все они говорят, он не предавал свою семью и оставался ей верен даже когда не был рядом.

Оборотни, что вывезли девушку из деревни Лунных, оставили деньги и продукты, но Настя выбросила их за порол вслед уходящим ликанам.

Правда, немного успокоившись, признала, что это было глупостью. Как, спрашивается, и на что, она теперь будет жить?

Не давала покоя ещё и мысль о Светке, которая осталась с таким же бездушным зверем, как и Макс. Теперь Насте нет входа на территорию Лунных, а значит, подругу она выручить не сможет.

— Куда вы дели Настю?! Отвечай мне, животное! — словно буря в пустыне негодовала Светлана, что есть сил тормоша жующего Ивана.

Даже страх перед чудищем не смог унять её праведный гнев. А зря. Помолчать бы ей, пока оборотень не в духе, так нет, душа пожелала подвигов.

— Присядь и поешь, Света. Раз уж ты отказываешься мне готовить, то хотя бы изволь откушать приготовленную мной еду, — он небрежно повёл плечом, сбрасывая с себя руку девушки. — Твои истерики меня порядком утомили. Не заставляй меня применять силу и запирать тебя в комнате, как непослушного ребёнка.

Света горделиво выпрямилась и с едкой улыбкой уставилась на бету.

— Так вот в чём твоя проблема! Тебя в детстве часто наказывали, да? Под замок сажали непослушного мальчика? Вот почему ты вырос таким ублюдком…

— Заткнись! — мужчина ударил по столу кулаком так, что подпрыгнули тарелки и расплескался сок.

Света сказала это с горяча, желая просто поддеть Ивана, даже не подозревая, насколько оказалась права.

Ивана, в отличии от Никиты воспитывали жёстко, без какого-либо намёка на родительскую любовь. Будучи ещё совсем щенком, он частенько получал от отца «на орехи» и не всегда словесно. Чаще всего Иван был избит до полусмерти, благо, рос он сильным оборотнем и быстрая регенерация спасала от более страшных последствий.

Нелегко быть сыном альфы — это Иван понял ещё в раннем детстве.