Банальная сказка, или Красавица и Босс Рай Альмира
– Тоже в другом городе? – спросил Кронин.
Кивнула.
– А ваши где? – спросила я совсем тихо. Думала, и не услышит, но нет. Даже ответил:
– Мамы нет. Отец переехал во Францию несколько лет назад. Зовет меня к себе на Рождество и Новый год.
– И вы поедете? – спросила я. И поймала себя на мысли, что не из профессионального интереса, а чисто эгоистически. Уедет, а меня одну оставит. – Там красиво должно быть.
– Не решил еще, – туманно ответил он. А спустя пару минут задал новый вопрос: – Почему ты уехала от мамы?
– Я не от нее уехала, – произнесла я раньше, чем подумала. А потом хмыкнула и посмотрела на босса. Да, он ждал подробностей. Со своим фирменным требовательно-пугающим взглядом. Пришлось признаться. – От парня.
– Значит, отношения, – произнес он так, будто ставил мне страшный диагноз. И я опять засмеялась. Нервное…
– Ничего такого, что могло бы вас заинтересовать, – заверила я.
– Отчего же, – настаивал упрямый мужчина. – Раз ты сбежала, значит, были на то причины.
И он продолжил пялиться на меня, ожидая ответа, я чувствовала это профилем. Чувствовала и не могла вынести.
– Были. Тимофей Андреевич, вы уверены, что вам хочется вникать в мое прошлое? – с вызовом спросила я. Обычно подобные вопросы отталкивали мужчин. Но этот был неправильным.
– Ты сидишь в моей одежде в моем доме, о котором никто из родных не знает, – произнес он как очередной диагноз. – Я должен выведать, какую страшную тайну ты скрываешь.
– У меня нет страшной тайны, – попыталась соврать. И опять пробрало на веселье. Отчасти оттого, что Тим мне не поверил.
– Угу, – протянул он.
Я опять засмеялась и уставилась на экран. Правда, долго сконцентрироваться на фильме так и не удалось. Слова просто сами по себе срывались с губ, будто бы Кронин их вытягивал.
– Он был самым красивым парнем универа, а я самой страшной заучкой, – я посмотрела на Тима и улыбнулась. – Классика.
Шеф недоверчиво меня осмотрел.
– Страшной? – спросил он и вскинул свою бровь. Мне жуть как захотелось ее пригладить пальцем, но я, конечно, сдержала свой глупый порыв.
– Ну да. Я жила с бабушкой, так как мама вышла замуж за дядю Сережу, и у них не было для меня места. Вика, старшая сестра, тоже жила и училась в другом городе. А у меня была любимая бабушка. Мама немного помогала деньгами, но не сильно. Зато я умела вертеться. Делала домашки, контрольные, даже курсовые. – Послала боссу проникновенный взгляд. – За деньги. Дорого!
Кронин фыркнул.
– Я даже ничуть не удивлен!
Я улыбнулась и снова отвернулась от него.
– Но все равно денег не хватало. Я выглядела хуже остальных девушек и чувствовала себя так же. А он почему-то обратил на меня внимание. Конечно, это вскружило мне голову. Первая влюбленность, первое все.
Я закусила губу до боли, чтобы притормозить и напомнить себе, что это своему начальнику я сейчас изливаю душу.
– И? – требовательно спросил Кронин. Похоже, этот мужчина все же имел надо мной особенную власть.
– Я узнала, что мой парень на меня поспорил. Но к тому времени, как мне об этом рассказали, он уже сам погряз в чувствах. Тогда он клялся, что у нас все по-настоящему. И я его простила. Мы продолжили встречаться, наши отношения длились около трех лет, до последнего курса.
Я думала, что на этом моменте можно закруглиться. В конце концов, Тимофею Андреевичу вовсе не обязательно знать все грязные подробности. Но стоило попасть под пытливый взгляд карих глаз, и я поняла, что именно ему и можно довериться. Впервые за столько лет. И что сейчас для меня он даже не Тимофей Андреевич, а просто Тима. Ближе, чем надо бы. Но меньше всего мне хотелось его отталкивать.
– Этот… Он обидел тебя? – спросил Кронин так, будто бы прямо сейчас был готов набить Антону рожу. Это тоже меня позабавило. Как и абсурдность моего ответа.
– Странное дело, – начала я, посмеиваясь. – Когда мне задают это вопрос, даже когда я сама себе его задаю, то у меня нет четкого ответа. Нет даже толковой причины, по которой стоило бы разрывать отношения. Мама говорила, что мне повезло отхватить лучшего жениха города, а я, как последняя дура, бросила его. Она не принимала мои оправдания. А что я могла сказать? Он не изменял мне, насколько знаю. Никогда не поднимал руку. Я фактически жила за его счет и в его квартире. Он сам так захотел. Запрещал подрабатывать, покупал одежду. Я не могла понять, зачем. А потом догадалась, что он специально пытался сделать меня зависимой от него.
Неуместная улыбка опять полезла на лицо. А вот слез совсем не было, хотя горечь так и застыла комом в горле.
– Он оказался моральным садистом. Это проявлялось в мелочах. Каждый день понемногу. Казалось бы, ничего такого, сейчас я даже и не вспомню…
Тим опять хмурился, но не стал перебивать вопросами. А я, бросив взгляд на экран, все же вспомнила один случай. Отложив семечки, поджала под себя ноги и повернулась к шефу.
– Ну вот, к примеру. Я ненавижу ужастики. Меня просто трясет от страха, а потом еще долго снятся кошмары. Я много раз говорила ему об этом, а он все равно включал их дома. Тогда я просто уходила на кухню, избегая конфликтов. Но как-то раз на День влюбленных он повел меня в кино. Сказал, что на романтическую комедию. А оказалось, что на фильм ужасов. Помню, после первой страшной сцены я закричала и посмотрела на него. В памяти так и застыло жуткое выражение его лица. Такая пугающая садистская улыбка и жестокий блеск в глазах. Я попыталась встать и уйти, а он сжал мои руки с такой силой, что остались синяки. И он заставлял меня смотреть, а когда я закрывала глаза, шептал, чтобы я открыла. Тогда я, наверное, впервые задумалась, что все это неправильно. Отношения такими быть не должны. Мне не было с чем сравнивать, но я точно знала, что не хочу провести остаток жизни… так. С ним.
Облизнув пересохшие губы, я потупила взгляд. Трудно было сказать, что думал Тим. Он словно превратился в каменную статую. На мгновение я даже пожалела, что вылила на него все это. Слишком личное, пожалуй. Чувство, будто бы я разделась перед ним, а теперь он с любопытством меня осматривает. И ожидание его вердикта убивало.
– Дальше, – требовательно произнес он. И его голос был ниже, чем обычно. Он обволакивал теплом и в то же время стальной защитой. Поразительно, как он одним словом смог прогнать весь мой страх, всю неуверенность.
И хоть я не смотрела прямо в его глаза, мне нравилось то, что он рассматривал меня.
– Я рассталась с ним и вернулась к бабушке. Мама была в бешенстве, бабуля тоже не совсем понимала, но и не осуждала. А потом она внезапно умерла. Остановка сердца. Оно у нее шалило время от времени, но все равно никто не ожидал. И хоть она говорила, что оставит квартиру мне, завещания не было. Все отошло маме. А она приняла решение продать эту квартиру, квартиру дяди Сережи и купить одну побольше. Она, конечно, и меня к себе звала, но я понимала, что это будет жизнь в постоянных упреках. Да и отвыкли мы друг от друга. Лучше уж одной, чем так.
А на этом моменте я смолкла. Не знала, как собрать бушующие мысли в ровные фразы. Горькие воспоминания выползли наружу, оставляя свой след в душе и каждой клеточке тела. Я вспомнила, но не могла озвучить. Да и что сказать? Доказательств у меня нет, лишь мои догадки. Лишь эта гадкая улыбочка на лице бывшего. Я была так потеряна, весь мой мир рухнул в один момент. Одно несчастье за другим. Я осталась одна, без дома, без поддержки близких. Была только лучшая подруга. Женя меня спасла. Она видела, что я медленно, но верно потухаю. Что всех тех испытаний, которые послала судьба, слишком много. Я не справляюсь. Она стала моим ангелом-хранителем. И спасителем. Приютила у себя на несколько месяцев, утирала мои слезы по ночам, откармливала тогда, когда и кусок в горло не лез, отговаривала от жутких мыслей. А позже пристроила на работу в фирму к своему отцу. Офисный порядок, таблицы, числа, отчеты – это помогало мне держать свои мысли под контролем. И со временем я окрепла. Почувствовала в себе силу. Разве могла я знать, что Антон вернется? Сначала он караулил меня под работой. Затем под дверью Жениной квартиры. Затем я начала находить черные конверты в своих вещах. Он играл со мной, и Женю это ужасно злило. Она вызывала полицию, но какой в этом был смысл, когда вся семья Антона – прокуроры, адвокаты, генералы в поколениях? Я предчувствовала беду. Хотела съехать от подруги, даже квартиру присмотрела. Но прежде чем я успела, Женя погибла. Несчастный случай, как сказали в полиции. Автокатастрофа на набережной. Она не справилась с управлением, машину занесло и выбросило в реку.
– И тогда ты переехала? – спросил Тим, обрывая мои мысли. Я не сразу вспомнила, на чем остановилась. Погружение в прошлое было слишком реальным. Слишком болезненным. Я будто онемела изнутри.
Медленно придвинувшись, Кронин осторожно потянулся ко мне рукой и провел теплой ладонью по предплечью.
– Ян?
– Да, – прошептала я и улыбнулась ему. Я обещала ей, что всегда буду смеяться вместо того, чтобы плакать. Что никогда не сдамся и никому не дам себя в обиду. Женя была бы рада знать, что я наконец чувствую себя хорошо. По-настоящему хорошо.
– Да, – повторила громче. – После смерти Жени я переехала сюда. Были кое-какие сбережения. Я сняла квартиру и начала искать работу. Нашла сразу две. И в таком режиме пахала год. Скажу честно, было нелегко, но по каким-то немыслимым причинам мне это нравилось! Я постоянно была чем-то занята, на плохие мысли просто не хватало времени. И, наверное, это меня и спасло от алкоголизма или еще чего похуже.
Я глянула на босса и комично округлила глаза. Но он мне не подыграл. Я опять не могла разгадать его мысли, это раздражало и интриговало одновременно. И как он поступит дальше? Слегка наклонившись, чтобы быть на одном уровне со мной, он с подозрительным прищуром спросил:
– И это все? Больше он тебя не беспокоил?
Я пожала плечами, решив ответить только на первый вопрос.
– Не такая уж и страшная тайна, да?
Кронин покачал головой и с тяжелым вздохом отвернулся к экрану.
– Ты чего-то недоговариваешь, – произнес он уверенно. И как только понял?
Хмыкнув, я последовала его примеру, вернувшись к просмотру старой доброй комедии.
– Яна? – позвал Тим, не глядя не меня.
– Уммм?
– Я тоже настойчивый, – прозвучало как угроза.
Закусив губу, я рассматривала его красивый гордый профиль и чувствовала приток душевного тепла. Постепенно оно, обстановка приятного вечера, смешной фильм и размеренное дыхание мужчины рядом вытеснили всю боль в моей душе. Она вновь спряталась поглубже и больше меня не терзала. Кажется, я даже провалилась в сон. И где-то на задворках сознания запах Тима усилился, стал ближе, а мое тело утонуло в тепле его объятий. Хотя не исключено, что все это мне приснилось.
Глава 11
Я нащупала в кармане что-то, чего там быть не должно. Сердце пропустило тревожный удар, когда я поняла, что это конверт. Опять чертов конверт. Медленно его открыв, увидела всего одну строчку черным по белому: «Ты выбрала неправильных друзей».
А затем в толпе я увидела лицо Антона. Красивое, но такое чужое и жестокое. Повсюду сновали люди, куда-то спешили, ничего не замечая. А он стоял там, в конце тоннеля и наблюдал за мной, впитывая мой страх и ужас. В другом кармане звякнул телефон, извещая о входящем сообщении. Но когда я открыла его, руки стали ватными; звуки, запахи, люди вокруг перестали существовать. Весь мир погрузился в вакуум, и я осталась наедине с пугающим, опустошающим посланием.
«Женя погибла. Автокатастрофа».
Я застыла в немом ужасе, каждой частичкой чувствуя приближение волны из боли и отчаяния. И спустя мгновение она накрыла меня с головой, выбивая немой крик из груди. Мой пустой, рассеянный взгляд вдруг поймал что-то знакомое в толпе. Лицо Антона. Но теперь на нем ужасающей маской застыла кошмарная, злорадная ухмылка. Он будто все знал и… наслаждался.
Мои слезы скатились по щекам, и я, задыхаясь, сквозь ком боли в груди зашептала только одно слово… нет. Нет. Нет.
– Ян? Яна! Проснись.
Низкий шелковистый голос с нотками тревоги заставил меня вынырнуть из кошмара. Судорожно вздохнув, я резко распахнула глаза и дернулась, чтобы встать. Но теплая ладонь надежно удерживала мою грудную клетку. Все еще пребывая под впечатлением от выбросов памяти, я не сразу пришла в себя. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где я и с кем.
Золотая спальня, за окном еще темно. Матрас, под руками мягкое постельное белье, ноги укрыты одеялом. Рядом Тима. Сидит на краю и хмуро меня осматривает.
Я опустила взгляд ниже на его руку, которая все еще лежала чуть ниже шеи, и он резко ее отдернул, будто бы обжегся.
– Ты кричала, – произнес он недовольно.
– И разбудила вас? – с ужасом спросила я.
Он выдохнул и потер лицо.
– Нет. Не это. Жена Коли звонила. Он попал в аварию вчера. Сразу после того, как нас завез. Сейчас в реанимации.
Осознав услышанное, я вздрогнула от ужаса. Да еще и этот жуткий сон. Ох, и давно же он мне не снился. Года три так точно. А теперь этот урод вернулся и новая автокатастрофа.
– О, черт, – прошептала я и таки резко подорвалась с постели. А потом направилась к гардеробной, бросив шефу на ходу: – Буду готова через две минуты.
Сняв мужскую одежду, я положила ее стопкой на полку с мыслями, что она мне еще может понадобиться. А затем, быстро одевшись, я шмыгнула мышкой в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок.
Босс обнаружился в коридоре первого этажа уже обутый и готовый уходить. Он говорил по телефону, а когда увидел меня, резко отключился.
– Я завезу тебя домой, – произнес Кронин безапелляционно.
– Я могу поехать с вами, если нужно, – предложила я. Ведь в самом деле хотела узнать, как водитель и что вообще произошло. Черт, мне нужно было знать, что это лишь несчастный случай. Но шеф решил иначе.
– Еще только пять утра. Ты поедешь домой и как следует отоспишься, а я заскочу в больницу и побеседую с главврачом. Хочу убедиться, что они приложат все усилия, чтобы вытащить его с того света.
Кивнула.
– Конечно.
Я не хотела сейчас приставать с допросами, ведь наверняка Тим знал не больше того, что рассказал. Меня волновало лишь одно.
– Тимофей Андреевич, – робко позвала я, когда мы садились в его машину. Он послал мне вопросительный взгляд, и я постаралась вложить как можно больше просьбы в свои слова: – А вы не могли бы за собой повсюду таскать охрану?
Мужчина выехал на улицу, так ничего и не ответив.
– А что если это вам хотели навредить и что-то с машиной сделали? – наконец выпалила я, не выдержав гнетущего молчания.
– Ты смотри, и правда переживает, – пробормотал он. И тут же строго добавил:
– Ты мне хочешь что-то рассказать, Яна?
– Нет, – резко ответила я, как глупая школьница, боящаяся наказания за плохие оценки.
– Что тебе снилось? – задал он новый вопрос без секундной заминки. Но к счастью, отвечать не пришлось, потому что вновь зазвонил его телефон. Послав мне красноречивый взгляд, он добавил: – Мы поговорим об этом позже.
А затем я лишь слышала короткие ответы на фразы оппонента.
И пока он говорил, я думала об Антоне. Это всего лишь мои предположения. Догадки. Я не имею права обвинять человека в смертях моих близких, даже если ненавижу этого урода. У меня тогда не было никаких доказательств, и нет сейчас. Как это вообще будет звучать? «Остерегайтесь моего бывшего, Тимофей Андреевич. Почему? Ну… Может быть это он? А может и нет… Я точно не знаю». В чем я уверена наверняка, так это в том, что Антону нравится меня запугивать, доводить до панического ужаса, сеять неуверенность в себе, в каждом шаге. Но стал бы он убивать? Нет. Не думаю. Это перебор даже для него.
Скорее всего, просто совпадение. Накануне выпали осадки, потом приморозило, дорога была скользкой, а Коля пребывал не в лучшем расположении духа… Но если все же окажется, что машину в самом деле повредили, тогда я поделюсь своими тревогами с боссом. Тогда уж пускай решает, нужна ли ему такая проблемная помощница.
– Яна? – позвал меня он. А затем потянулся к моей руке и некрепко сжал. Боже, как мне это было необходимо прямо сейчас. Я вцепилась в его руку своими ледяными пальцами, как в спасательный круг. Мужчина, словно почувствовав мое отчаяние, стал на удивление спокойным. – Все будет хорошо. Коля уже пришел в себя. Машину осмотрит Слава, она сейчас в нашем гараже. А ты вернешься домой и будешь отдыхать. И лучше никуда не ходи.
– А вы? – требовательно спросила я.
– А что со мной может случиться? – с насмешкой спросил он и забрал свою руку, чтобы управлять рулем. – Заеду в больницу, потом тоже домой. Буду ждать звонка Славы. Возникнут проблемы – будем их решать по мере поступления.
Я посмотрела на него еще раз и невольно сравнила с Антоном. Да они небо и земля. На фоне Кронина мой бывший мелкий дохлый сопляк. Пускай у него связи и крыша, а у Тимы, можно подумать, всего этого нет. А еще бабки, своя личная охрана и… И вообще, замечательный у меня босс. Настоящий мужчина, в присутствии которого весь страх и паника сходят на нет. И я выдохнула. А затем еще. И с каждым новым вдохом тревога отступала.
– Хорошо, – наконец заключила я. – Держите меня, пожалуйста, в курсе.
Я, конечно, вовсе не хотела, чтобы моя просьба прозвучала, как приказ. Но Кронин почему-то именно так ее и воспринял. Потому взял и отдал мне честь.
– Слушаюсь! – сдерзил он.
Я хохотнула и покачала головой. А затем он послал мне хитрый взгляд, и я рассмеялась еще громче. Так и хотелось сказать, что если будет вредничать, уволю! Но мы как раз подъехали к моему дому, и больше для шуток не было времени.
– Буду ждать звонка, – еще раз напомнила я.
Он лишь изогнул уголок губ в полуулыбке и уставился на дорогу. Но зато, когда уезжал, я поймала его взгляд в отражении бокового зеркала. Невольная улыбка застыла на моих губах, но резко померкла, когда я запустила руку в карман. Письмо. Я так и не открыла тот конверт, который передала Вера.
Белые хлопья снега падали на тонкий лист бумаги, отчего чернила расплывались в ужасные узоры.
«Никуда с ним не езжай», – гласило послание. И руки мои задрожали.
– Ты никогда меня не слушала, – послышался за спиной самый ненавистный в мире голос. Развернувшись, я убедилась, что слух меня не подвел. Антон возник ниоткуда, как воплощение кошмара.
– Это ты? – требовательно спросила я, ткнув ему под нос записку. – Ты все подстроил?
Вскинув брови, он удивленно на меня уставился.
– О чем ты, Ян? – а затем в его глазах вспыхнула тревога. Такая искренняя и неподдельная, что я уставилась на него в недоумении. Сегодня он казался другим. Таким… нормальным. Всего на секунду мне показалось, что не было этих пяти лет, что он все тот же, и я все такая же. А у нас своя собственная история. Но этот момент умопомрачения длился недолго.
Он сделал ко мне шаг и схватил за руку до того, как я успела отскочить.
– Что-то случилось? – спросил он тревожно, будто бы, в самом деле, обо мне беспокоился.
– Не дождешься, – огрызнулась я и вырвалась из его захвата. А он отпустил. – Чего тебе надо?
– Хочу поговорить, – произнес Антон серьезно. Когда я не ответила, он опустил голову и ковырнул носком ботинка снежный комок. – Знаешь… Все эти годы я не мог тебя забыть. Каждый день просыпался с мыслью, что отпустил самое ценное и родное, что было в моей жизни.
Я слушала его и не могла поверить собственным ушам. Он говорил именно то, чего я так ждала пять лет назад. Да, я тогда приняла решение уйти. Но, как любая женщина, где-то глубоко внутри я все еще надеялась на чудо. Тайно мечтала, что он придет, искренне попросит прощения и с любовью посмотрит в мои глаза. Я бы простила его тогда. Но сейчас уже было слишком поздно. Все чувства просто отмерли. Отслоились, как старая шкура.
Антон поднял на меня глаза, и я увидела в них проблески вины. Он по-настоящему сожалел.
– Мне нужно вернуться домой на пару недель, – сообщил он и замялся. – Я могу хотя бы пригласить тебя на ужин сегодня? Мне есть, что тебе сказать, поверь.
Я охнула от вспыхнувшего во мне возмущения.
– Тебе есть, что мне сказать? – с вызовом повторила я. – И я должна тебя выслушать? Почему? Меня же ты не слушаешь. Ты пробрался ко мне в квартиру, угрожал мне и моему начальнику. Ты как сумасшедший маньяк, преследуешь меня и шлешь мне эти сраные письма. И после всего этого я просто должна пойти с тобой в ресторан и выслушать тебя? И что же ты мне такого скажешь, что я вдруг все забуду и смогу тебя простить?
Я сжала черный конверт и швырнула Антону в лицо. А после всего посмотрела ему в глаза без капли страха и сомнения. Нет, черт возьми, эту страницу я давно перевернула.
– Нет между нами ничего. И быть уже не может.
Развернувшись, я намеревалась уйти, но почувствовала железную хватку на своем предплечье. А спустя мгновение он развернул меня к себе и, прежде чем я успела сказать хоть слово, впился в мои губы в жестком, властном поцелуе. Ничего общего с нежностью, ничего и близкого к ласке. Как все же искусно он притворялся заботливым еще минуту назад. Я даже поверила. По крайней мере, к аварии он, похоже, и в самом деле не был причастен.
Оттолкнув его, я замахнулась, но Антон остановил мою руку, а затем поднес к своим губам.
– Я скажу, что люблю тебя, – произнес он, глядя на меня с холодной решимостью. Я согнула пальцы в кулак, а потом подумала, и один все же оставила. Средненький.
– Сочувствую, – бросила я и отвоевала свою руку. – Это ничего не меняет.
Антон покачал головой и облизнул губы, будто хотел сохранить мой вкус. Ничего, кроме отвращения, это во мне не вызвало.
– Ты неправа, Яна, – произнес он тихо. – Ты очень ошибаешься насчет всего. Себя, меня, нас.
Он отступил на шаг и улыбнулся так, как я любила когда-то. По этой улыбке все девчонки универа сходили с ума. Но он выбрал меня…
– Я вернусь за тобой, – произнес он решительно. – Я всегда буду рядом.
Я была в бешенстве. Даже топнула ногой.
– Хватит мне угрожать! – заорала я. А он в ответ улыбнулся шире, а после ушел к припаркованной у моего подъезда машине. – Хренов садист, – пробормотала себе под нос.
Когда оказалась дома, первым делом хорошенько вымыла рот. Я была так взвинчена, что хотелось крушить и уничтожать. Под руку попалась пустая чашка, которую я в прошлый раз так и не запустила в Антона. А в этот раз очень отчетливо представила его рожу вместо стены. Лишь когда фарфор разлетелся на мелкие кусочки, я дала волю чувствам и заорала вперемешку с рыком. Полегчало. Правда, полегчало.
– Сволочь недоделанная, – выкрикнула я. – Целовать он меня вздумал. Тьфу!
Я металась по комнате, как загнанный зверь, и, в конце концов, вспомнила о дыхательных упражнениях. Вот если бы Кронин был рядом…
Подбежав к сумке, нашла свой телефон и набрала шефа.
Он сбросил и я чертыхнулась. И двадцати минут не прошло. Он наверняка сейчас говорит с врачом. Мне нужно было успокоиться. О сне не могло быть и речи, но хотя бы посидеть смирно, а не будить соседей своими психами я могла.
Заварив ромашкового чаю, села на постель и уставилась в окно. Серое небо угнетало, нагоняло тоску. Едва проклюнулся рассвет, но большинство людей еще долго будут спать. Мысль о сне стала такой заманчивой, что я не заметила, как после трех глотков чая все же задремала.
Разбудил меня звонок телефона ближе к десяти утра. А стоило увидеть имя босса на экране, и мое сердце забилось чаще.
– Да? – выкрикнула я.
– По голосу слышу, ты еще на взводе, – произнес он устало.
Я прикрыла глаза, наслаждаясь расслабляющей хрипотцой его голоса. При большом желании он мог бы работать в службе «Секс по телефону». От клиенток не было б отбоя.
Я улыбнулась, а потом мысленно отпинала себе за подобные идеи. Еще чего! Есть у него работа!
– Скажите мне что-то хорошее, – попросила я.
– Коле провели операцию. Сильно пострадала левая нога, а еще сотрясение мозга. Но сейчас состояние стабильное, он идет на поправку. Ян, правда, все будет хорошо.
Я поверила ему.
– Еще! – потребовала я.
Услышала тихий смешок и сама улыбнулась.
– Машину можно отправлять на свалку, – произнес Тимофей Андреевич без особых эмоций. – По видеорегистратору видно, что ее занесло на большой скорости, и она перевернулась несколько раз. На станции сказали, что никаких видимых повреждений нет. Тормоза в норме, двигатель тоже. Вообще, начинка не особо пострадала. По запчастям можно продать.
– А страховка есть? – спросила я, одновременно чувствуя, как тяжелый груз падает с моих плеч. Кажется, я все же превращаюсь в параноика. Нельзя же каждую аварию привязывать к бывшему. Черт, хорошо, что я не стала грузить Кронина своими идеями насчет Антона.
– Есть, – протянул довольно Тим. – Вот видишь, одни сплошные хорошие новости. И самая последняя.
Он выдержал паузу, а я даже затаила дыхание.
– Какая?
– Завтра на работу! – с каким-то воодушевлением произнес босс. Ну, ведь явно же издевался.
Я закатила глаза, а потом и засмеялась.
– Да-да. Вот такая я ненормальная, – поддержала я. – Люблю понедельники!
– Тогда до завтра, – произнес начальник тихо. – За тобой заехать?
– Не утруждайтесь, дойду, – заверила я. – До завтра, Тимофей Андреевич.
И он отключился. А я откинулась на подушку, чувствуя лень в каждой клеточке тела. Пожалуй, я все же расскажу ему о Жене. Позже. Когда мы перейдем к уровню крепкой дружбы и душевных откровений. И письма отныне буду собирать. Конверт-то я в Антона запустила, а послание в карман сунула. Пусть этот гад только попробует ко мне вломиться. Чашек у меня еще много.
Глава 12
Новый понедельник на лучшей фирме в мире! Босс почти не ворчал с утра, работой закидал всего лишь до обеда, и даже к запаху кофе придираться не стал. Он его, конечно, унюхал. Еще бы не унюхать, когда я с собой целый термос контрабандой протащила. Но не полезет же он мне в сумку, в самом деле! Там и потеряться можно.
– И как только приедет Сергеев, сразу его ко мне, – велел Кронин строго и спрятался в своем царстве.
Послав ему гримасу, я начала с самого главного! Написала девушке Насте, которая так запала в душу нашему клиенту. И ничего, что так рано, она как раз умирала от скуки на паре по философии.
Я вспомнила себя на первом курсе. Все предметы казались такими трудными, и в то же время увлекательными. Сложнее всего было успевать записывать лекции. Тогда я впервые проявила смекалку и начала дублировать дома конспекты на продажу прогульщикам. Антон был один из них. Он всегда посмеивался надо мной, и мне поначалу было невдомек, в какой такой момент он посмотрел на страшную заучку и решил: "Она станет моей"? Что же я такого сделала?
Покусывая карандаш, невольно задумалась. Но из дурмана прошлого меня выдернул оклик. Ни кто иной, как сам Вадим Андреевич пожаловал в логово старшего брата. Предупреждение Славы о братской вражде я помнила, потому повода любезничать с Вадимом больше не видела.
– Привет, красавица, – призывно произнес он, начав кокетничать с порога. Вероятно, таким образом он и добивался всего по жизни, вводя женщин в заблуждение своим флиртом. Опасный вид мужчин, между прочим.
– Доброе утро, – вежливо поприветствовала я, как и всех, кто входил в эту дверь. – Чем могу помочь?
Положив на стол шоколадку, Вадим навис надо мной, с любопытством разглядывая лицо. И что он там хотел найти? Веснушки? Нет у меня их. Морщинки? Если только вокруг глаз от частого смеха. Признаки наличия интеллекта? Так я еще кофе с утра не пила.
– Эх, – горестно вздохнул. – И почему тирану всегда везет? Даже с такой рожей. У себя?
Он кивнул на кабинет гендиректора, а я откинулась на спинку стула и послала насмешливый взгляд наглецу. Просто решила раз и навсегда расставить все точки на «i», чтобы он не думал, что я буду смеяться вместе с ним над любимым шефом.
– Не понимаю, о чем речь. Тимофей Андреевич потрясающий начальник и мужчина, ему по праву положена самая лучшая помощница. Даже не сомневайтесь, что я за него горой. Кстати! – Сняла трубку и набрала босса. А затем снова посмотрела на Вадима и шепотом добавила: – Я тоже кусаюсь.
Это к слову о его заявлении в нашу первую встречу. Вадим, конечно, понял и даже хитро сощурился. А вот Тима… Не ожидала я, что он так быстро ответит.
– Кхм… Яна?
– Ой, это я не вам, босс, – быстро исправилась. – Ваш брат пришел.
А потом даже в ухе заложило – с таким треском Кронин старший бросил трубку. И двух секунд не прошло, как он самолично показался на свет, придирчиво осматривая брата и почему-то меня. Я? Я еще кофе не пила!
Кивком пригласив Вадима, Тим проводил его неприветливым взглядом и снова уставился на меня.
Развела руками, мол, ну что такого? День только начался, а он уже мною недоволен.
– Сергеева сразу ко мне, – напомнил босс и закрыл дверь. А после за ней послышались приглушенные голоса, звучавшие на повышенных тонах. И все же интересно, отчего они враждуют? Мне, как помощнице, положено быть в курсе. А может взять да обратить грязные методы Вадима против него самого же? Чего, я могу!
Коварненько улыбаясь, продолжила переписку с Настей. Настало время для откровений. Только я собралась задать вопрос о парне, как в приемную опять пожаловали. Услышав стук, подняла голову и только потом вспомнила нацепить дежурную улыбку. Барышня. Это всегда недобрый знак. То конкурентки, то невесты босса, что еще хуже.
– Чем могу помочь? – любезно поинтересовалась.
– Добрый день, я на собеседование, – объявила миловидная блондинка с неестественно стоящей грудью. Три бюстгальтера что ли надела? А почему маленькое черное платье, а не классический костюм? И вообще, я вдруг поняла, что она меня страшно бесит. Видимо, я теперь их всех тоже по принципу Кронина оценивала. Дурной пример, он заразительный, оказывается.
– Пожалуйста, присаживайтесь, – предложила вежливая я конкурентке и добавила: – Приготовьте сразу досье и рекомендации, если есть. Советую говорить только по существу, отвечать на вопросы четко. У Тимофея Андреевича плотный график, он не сможет уделить вам много времени.
Господи, я превратилась в Аню!
– Спасибо большое, – просияла девушка и улыбнулась голливудской улыбкой. Я невольно прошлась языком по зубам и покосилась на термос в сумке. Не то что бы у меня были проблемы с улыбкой, просто я за естественную красоту, а эта блондинка все же бесит.
– А вы точно на собеседование? – уточнила я и прошлась оценивающим взглядом по ее телу. Тощая! И грудь неестественно торчит, я говорила?
– Да, а что? – девушка точно так же придирчиво себя осмотрела и охнула. – Стрелка на чулках! Ну, мне, конечно, как всегда везет.
Она подняла на меня умоляющий взгляд и шепотом спросила:
– А где у вас туалет?
– А зачем? – также шепотом спросила я. То есть, чисто технически понятно зачем. Но блондинка меня прямо заинтриговала.
Ответила она еще тише:
– Сниму!
И захихикала. Нет, ну это уже слишком. Перед моим боссом в голых ногах щеголять! Беспредел.
– Нету, – отрезала я и демонстративно отвернулась к экрану. Дела горят, а я здесь разболталась.
Остановилась на вопросе Насте. Написала первую строчку и заметила краем глаза, как эта беспринципная особа скатывает по своей тощей ноге чулок прямо здесь, в приемной.
– Слушайте, а вы точно на собеседование? – спросила я еще раз.
– Ну не с порванным чулком же мне идти! – зашептала она и все уже сняла. А потом быстренько спрятала в сумочку и резко выпрямилась, услышав грохот в кабинете босса.
– Он просто буйный у нас, – поделилась я по большому секрету. – А еще педант. И тиран! Любит, чтоб все четко в документах, голове и одежде.
Еще раз осмотрела ее блестящие ноги и покачала головой.
– Боюсь, голые участки кожи ему точно не понравятся.
– Оу, – с ужасом молвила девушка и осмотрелась, будто бы где-то здесь по волшебству могла оказаться новенькая упаковка чулок. Кстати!
– У меня же колготы запасные есть! – Я вспомнила и обрадовалась даже больше девушки.
Достала из нижнего ящика стола и протянула блондинке.
– Ой, а как же я…
– В конце коридора общественный туалет, – подсказала добрая я. – Тимофей Андреевич все равно сейчас занят. Сотрудника отчитывает.
И в этот момент опять что-то грохнуло. Блондинка в ужасе округлила глаза и, крепко сжимая мои колготы, побежала одеваться.
Ах, да, Настя!
Читать бесплатно другие книги:
