Попаданка с приветом, или Солдат эльфа не обидит Романова Ирина
— Принудишь? — бросил эльф, глядя на меня с вызовом.
Вот этого я от него точно не ожидала.
— Ты с дуба рухнул, Хисс? — покрутила пальцем у виска. — Зачем мне вас насиловать?
— Мы — твои рабы! — рыкнул Хан, у него даже дым повалил из носа, и чуть ли искры не посыпались из глаз.
— Ой, как все запущено, — едва выговорила, пьяный язык уже конкретно заплетался. — Очень мне надо, принуждать вас к чему-то. Я силой никого заставлять не буду. Не согласны — так я пошла, сама как-нибудь справлюсь.
Попыталась встать, но пошатнулась и завалилась на диван. От моих пьяных телодвижений завязанный, как попало, пояс на полупрозрачном халатике развязался. Не сдерживаемые больше ничем полы распахнулись, являя обжигающим взглядам мужчин мое прикрытое только полностью прозрачной ночной сорочкой тело. Под тонким кружевом на горловине выделялись камушки розовых сосков. Воздушная прозрачная ткань открывала отличный обзор на пышную грудь, тонкую талию, плавный изгиб бедер и абсолютно голенький лобок.
— Вы, придурки, мои мужья. Разницу чувствуете? — поплывшее сознание затуманилось, по телу разлился какой-то странный жар. Между бедер уже откровенно хлюпало, каждое движение отдавалось электрическими импульсами прямо в матку, стеночки которой сжимались, ноющая боль в пустом лоне нарастала спиралью.
Я дернула и так большой ворот ночной сорочки, сгорая от жажды унять внутренний сладкий жар.
— Евгеша, так как, загадывать второе желание? — донесся до моего одурманенного алкоголем сознания хриплый голос Рэта.
— Нет, это только с первой работает! — едва выдохнула я, протянула руку с бокалом, мужчины подались ко мне, чокнулись снова, и я попыталась опрокинуть в себя бокал, но тут что-то пошло не так.
Бокал просто вылетел из моей вдруг ослабевшей руки, и все содержимое выплеснулось прямо на мой полупрозрачный халатик. Уже слегка распахнувшийся, так как завязанный пьяной рукой пояс ослаб… обнажая шикарную грудь в порно сорочке, кружево которой едва прикрывало соски. В данный момент на всю эту красоту уставились трое мужчин сразу, пожирая голодными взглядами мои идеальные изгибы.
— Было бы хорошо, если бы исполнилось, — с жадностью разглядывал меня Хан.
Муж номер два буквально поглощал взглядом каждый миллиметр моей кожи. Гулко сглотнул, и тоже прикрыл пах небольшой подушкой.
— А эти желания, они всегда исполняются? — вмешался муж номер три. Казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не накинуться на меня и не разложить прямо тут, на низком столике.
Мужчины то пялились на меня откровенно похотливыми взглядами, то заговорщицки переглядывались между собой, словно мысленно сговаривались о чем-то. Затем вдруг все разом расслабились, вот чую — что-то задумали. Если нечто грязное и развратное, то я в деле. Мой пьяный мозг уже вовсю подсовывал картинки одну греховнее другой. А тело так вообще почти расплавилось, горячая лава, струящаяся по сосудам, уже почти вся сконцентрировалась в местечке между бедер, заставляя сгорать и плавиться от возбуждения.
Я попыталась сесть прямо, и это удалось… не без помощи придвинувшегося поближе эльфа.
— Я — только за! — наклонившись над столом, обвела затуманенным взглядом роскошную поляну и, не найдя ложку, макнула палец в вазочку с вареньем, причмокивая, обхватила его ртом, жадно слизывая сладость… — Ммм, вкусно… — похоже на малиновое желе, густое, с кусочками ягод. Притянула вазочку к себе поближе, и снова обмакнула палец в варенье.
Сидящий напротив Рэт замер, жадно следя за моими действиями, вздрогнул, моргнул и, очнувшись, подал мне ложечку.
Я зачерпнула желе и сунула ложку в рот, смакуя яркий и знакомый вкус, буквально жмурясь от удовольствия, издавая тихие урчащие звуки, словно кошка, добравшаяся до крынки со сливками.
— Еще? — хриплым голосом произнес Хисс, не сводя с меня жадного взгляда, потянулся к графину. Его глаза сейчас буквально полыхали голубым огнем, всепоглощающим, завораживающим, манящим.
От неуверенного в себе трусливого эльфа не осталось и следа. С этим, кстати, тоже предстояло разобраться. Но потом, все потом.
Сейчас я купалась во внимании трех мужчин, наслаждалась их похотью и страстью. Хотела большего.
И дело было не только в сексе, я хотела их всех, навсегда, навечно. Их тела, их сердца, их души. Впервые в жизни желала принадлежать мужчинам всеми фибрами своего существа. Хотела не только брать, но и отдавать.
Кто знает, возможно, у нас что-нибудь и получится?
— Руку не меняют! — посмотрела на него и, поставив желе на стол, уже изрядно покачиваясь, с трудом разлила все оставшееся вино по бокалам. Ну, вроде не промахнулась.
— Теперь за что? — уточнил Рэт, пересев на диванчик ко мне поближе. Сейчас оба мужа зажали меня в горячих тисках. От их смешанного аромата голова закружилась еще сильнее, перед глазами все окончательно поплыло.
— Не знаю, предложи что-то свое? — пробормотала пьяно, невинно пожала плечами, отчего халатик распахнулся окончательно, почти слетев с плеч. Подняла рюмку, и три бокала, звякнув, прижались к моему.
— За хорошее окончание вечера… Или ночи! — выдал кто-то из них.
— Нормуль, — кивнула я, опрокидывая в себя третий бокал.
Привстав, я попыталась поставить его на столик, но Хисс ловко перехватил мою руку, отобрал бокал, и едва успел отбросить его в сторону, как я начала заваливаться набок. Рухнула прямо в объятия Хисса.
— Так что там с супружеским долгом? — уточнила я.
Сейчас мне было море по колено, я хотела лишь одного: хорошо потрахаться. И если у Рэта и Хана фамильные достоинства ничуть не хуже, чем у Хисса, то мне предстояла веселая ночка.
— Осторожно, эррия, — пробормотал Хисс, укладывая меня обратно на диван.
Я откинулась на мягкую спинку, переводила взгляд с одного мужа на другого, облизнула сладкие от варенья губы. Сглотнула внезапно застрявший в пересохшем горле ком.
«Почему медлят? Не хотят меня? Я же уже и так чуть ли не предложила им себя?» — промелькнуло в одурманенном сознании…
Снова неосознанно облизнула губы, и Хисс, зарычав нечто невразумительное, накинулся на мой рот.
— Ах… — охнула от неожиданности, чуть приоткрыла рот, и задохнулась, когда эльф коснулся языком сначала верхней губы, потом нижней. Невнятно зарычал, задыхаясь, облизывая и посасывая их.
Я попала в этот мир отнюдь не девственницей. Любила хороший горячий секс. Без всяких обязательств. Просто снять напряжение, потрахаться, получить удовольствие — и все.
Но сейчас между мной и этими тремя мужчинами происходило нечто иное. Не поддающееся описанию. Я чувствовала мистическую связь с тремя мужьями, даже несмотря на то, что целовалась только с одним.
Хисс нежно, словно опасаясь спугнуть, скользил языком по моим губам, обводя их контур, толкаясь в рот. Раз, второй, третий, он будто умолял открыться ему, впустить внутрь. Оставляя горячую влажную дорожку, ласкал, усиливая напор. Властно, напористо, усиливая горячий натиск, пока я, наконец, не сдалась на милость победителя, и с приглушенным стоном не открыла рот, впуская его внутрь.
Глава 17
Никогда раньше я не испытывала ничего подобного от одного только поцелуя. Грязного, порочного поцелуя. Этот мужчина целовался как бог, умело владел языком, выписывая влажные пируэты у меня во рту. С причмокиванием посасывал то верхнюю, то нижнюю губу, чуть прикусывал, до легкой боли, и тут же зализывал и отпускал. Толкался языком мне в рот, касаясь слизистой везде, куда мог дотянуться. Эльф с жадностью глотал мои стоны, сатанел от хриплого урчания. Отвечал с не меньшим пылом и страстью.
— Евгеша, сладкая, до чего же ты сладкая. Вкусная. Словно ягодка, так и хочется всю слопать, — выдохнул эльф, на мгновение отстраняясь от моих губ.
Не успела я прийти в себя и перевести дыхание, как мой рот атаковали снова. Хан, муж номер два, обхватив подбородок двумя пальцами, заставил взглянуть на него.
Полыхающее в глазах дрэкона пламя обжигало, заставляло дрожать в экстазе, задыхаться от предвкушения.
Вот уж никогда не думала, что смогу испытывать подобные эмоции. Что настолько мощное возбуждение закрутится, почти вознесет меня на вершину блаженства.
Я беспокойно заерзала, зажатая между горячими телами двух мужей. Исходивший от них жар проникал сквозь тонкую ткань шелкового халатика. Будоража кровь, разгоняя восхитительные пузырьки блаженства по сосудам.
Все нарастающее наслаждение струилось по телу расплавленной лавой, воспламеняя каждую клеточку, каждую частичку моего тела. Словно во мне взбунтовались разом все гормоны.
Хан замер, не сводя с меня пристального взгляда. Горячего, проникающего в самую душу. Его разноцветные глаза завораживали, утягивали в омут безумной страсти, из которого не хотелось выбираться.
Никогда не видела настолько прекрасных глаз, экзотических, миндалевидных, чуть сужающихся к вискам. Темно-синюю радужку пересекали полыхающие красным пламенем зрачки. Они то расширялись, заполняя собой всю радужку, то мгновенно сужались до тонкой вертикальной полоски.
Хан жадно принюхался, я видела, как, хищно раздуваясь, трепетали его ноздри, лицо потемнело, покрытые чешуйками скулы заострились, волевой подбородок напрягся, сейчас мой дрэкон как никогда напоминал мне хищника.
Мощного, властного, сильного зверя, в глазах которого плескалась безумная одержимость.
В этот момент я как никогда остро осознала, что, по крайней мере, один из моих мужей одержим мною. И никуда не денется.
Более того, если за пределами спальни я — королева, то внутри нее будет все ровно наоборот.
За закрытыми дверями, на нашем супружеском ложе, именно мужчины будут главными.
Что-то мне подсказывает, что не только дрэкон, но и демон с эльфом будут кайфовать, доминируя надо мной. Над моим телом. И мне это понравится.
— Ты так и будешь просто смотреть? — прошептала хрипло, очерчивая коготками бугрящуюся мускулами широкую грудь второго мужа. — Может, уже сделаешь что-нибудь? — намекнула снова, призывно выгибаясь, дрожа от предвкушения, с жаждой вдыхая пряный аромат, исходящий от мужей.
Хан зарычал и, наконец, накинулся на мой чуть приоткрытый рот, жадно и напористо вторгаясь внутрь языком. Скользя им по моему небу, щекам, проникая глубоко в горло, лаская везде, куда мог дотянуться. То ритмично трахая мой рот, жестко, почти грубо. То нежно скользя шершавым кончиком языка по небу, щекам, сплетаясь с моим языком в самом древнем на свете танце любви.
От его аромата одурманенное алкоголем сознание поплыло окончательно. И я уже ничего не замечала вокруг, всецело поглощенная одним из самых потрясных, сногсшибательных поцелуев в моей жизни.
Я стонала, всхлипывала, не менее жадно и страстно отвечая на поцелуй. Посасывала то его верхнюю губу, то нижнюю, ласкала язык, отвечала на его безумную животную страсть взаимностью.
Всей своей душой, всем сердцем осознавая, что это — мой мужчина.
— Вау, вот это пожар, — донесся до моего оглушенного похотью сознания низкий вибрирующий голос — обволакивающий, очаровывающий, покоряющий. — Наша сладкая девочка оказалась такой горячей.
С трудом оторвалась от дрэкона, открыла глаза, попыталась проморгаться, сбросить морок, плотным коконом греховной похоти окутавший мозг.
Вот в данный момент мне было вовсе не до грязных разговорчиков, хотя, несомненно, они заводили, воспламеняли и без того кипящую кровь.
— Рэт… — позвала тихо, вдруг до зуда в кончиках пальцев желая прикоснуться к нему. И третий муж не заставил себя долго ждать. Склонился надо мною, опаляя горячим дыханием лицо.
— Я тут раздобыл кое-что, — голубое ледяное пламя его глаз напоминало океанскую бездну, в которой можно было бы запросто утонуть, сгинуть в опасной пучине без следа. — Как насчет повеселиться? — и перед моим ошеломленным взглядом оказался моток веревки. — Ты же нам доверяешь, ягодка?
До меня, наконец, дошло, что задумал третий муж, с веселым блеском в глазах разматывавший веревку.
— Вы что задумали? — стоп! А почему это у меня голос охрип? И, кажется, от одной мысли о связывании пожар в киске разгорелся еще сильней. Теперь уже там буквально все полыхало и истекало влагой.
Мне что, понравилось? Связывание?
Та ну, бред. Я же люблю все контролировать.
Хан подхватил меня на руки и куда-то понес. А я беспокойно зашевелилась в его стальной хватке, сделала слабую попытку вырваться.
— Евгеша, спокойно, — раздался над ухом низкий баритон Хана. — Ну чего ты испугалась? Поверь, тебе понравится.
В следующее мгновение меня бережно опустили на широкую кровать. Халатик мгновенно куда-то испарился.
Мужья, все трое, окружили меня, не давая опомниться. Скользя шершавыми ладонями по всем плавным изгибам, массируя и разминая мгновенно одеревеневшее тело.
Рэт устроился в изголовье, легко сжал оба моих запястья, рукой, пресекая любые попытки к сопротивлению.
Хисс развалился сбоку, поглаживая мой подрагивающий животик, лаской разгонял мурашки по всему телу.
Боялась ли я?
Определенно. Отдать полностью контроль трем незнакомым мужикам, пусть и моим мужьям, не самое разумное решение.
— Отпустите! — выдохнула хрипло, неуверенно, не понимая, чего же хочу на самом деле. Сдаться на их милость, покориться, хоть раз в жизни почувствовать себя женщиной. Обожаемой, любимой, ибо в каждом их успокаивающем жесте, в каждой ласке ощущалась любовь, безграничное обожание.
Как такое возможно, ведь мы знакомы всего ничего?
И в то же время, я боялась оказаться беспомощной, в полной их власти.
Эта гремучая смесь страха и возбуждения будоражила кровь, разгоняла адреналин по сосудам.
— Ну же, Евгеша, — шептал надо мной Рэт, успокаивающе массируя руки, плечи, шею. — Давай. Отдай нам контроль, отпусти себя, наслаждайся и кайфуй с удовольствием, что мы тебе подарим.
— Доверься нам, сладкая, — не менее жарко бормотал эльф, едва уловимо водя кончиками пальцев по груди, уделяя особое внимание розовым ореолам и крупным тугим соскам.
Хан, оседлав ноги, полностью обездвижил меня, не позволяя шевельнуть даже пальцем. Сдавил бедра так, что я ощущала пульсацию клитора, выступающего между губок. Беспокойно поерзала, попыталась унять нестерпимый зуд между бедер, снять все возрастающее напряжение в истекающей влагой киске. Мне до ужаса хотелось заполнить ноющую пустоту в лоне. Хотелось быть заполненной именно этими тремя мужчинами.
В данный момент я испытывала все что угодно, кроме страха. Его не было вообще, даже не смотря на то, что я оказалась полностью в их власти.
— Прислушайся к себе, ягодка, — прорычал он, скользя вниз и вверх по бедрам, на живот, едва задевая ребром ладони голенький эпилированный лобок. Его взгляд потемнел, дыхание участилось, раздвоенный язык мелькнул между чувственных губ. — Ты же хочешь этого!
Я, правда, хотела, именно с ними, с почти незнакомцами, и, тем не менее, такими родными мужчинами.
— Хорошо, — выдавила еле слышно. — Но мне нужно стоп-слово.
— Что еще за стоп-слово? — Хан недоуменно нахмурился, выписывая замысловатые вензеля на моей коже.
— Слово. К примеру, Клубника. Если я произнесу его, вы немедленно остановитесь. Если вдруг что-то будет для меня слишком… Меня раньше никогда не связывали.
— Хорошо.
Поспешно согласились все трое, видимо, боялись, что я передумаю.
А дальше началась греховно-порочная вакханалия.
Рэт обвязал мои запястья мягким шелковым шнуром и зафиксировал в изголовье. Продолжая массировать ласковыми поглаживаниями руки, плечи, шею, периодически опускался к груди, обхватывал ладонями пышные полушария, уделяя особое внимание ореолам и соскам.
Касался шершавыми подушечками пальцев уже давно затвердевших сосков. Зажал между большим и указательным пальцами сначала левую вершинку, затем правую, по очереди сжимая их, покручивая, оттягивал до легкой боли, и тут же отпускал.
— Поделись, — рыкнул Хисс, отстраняя Рэта от одной груди, и тут же приник к ней ртом. Ударил языком раз, второй, третий по жесткой вершинке, слегка прикусил, и тут же зализал место укуса.
Слишком поглощенная ощущениями, даже не заметила, как Хан обвязал шелковым шнуром одну мою лодыжку, затем вторую, и что-то сделал. В тот же миг мои ноги под действием невидимой силы раздвинулись широко в стороны. И теперь этот плут улегся между ними, уставившись прямо туда, овевая горячим дыханием киску.
— Тише, ягодка, тише. Я лишь хочу доставить тебе удовольствие… Впервые хочу это сделать. Сам.
И накрыл мою промежность горячим влажным ртом. Заскользил языком по пульсирующему клитору, обводя вокруг раздвоенным языком. Ударяя по головке, посасывая сверхчувствительный бугорок настолько интенсивно, что я не выдержала, закричала, выгнулась дугой, забилась в судорогах, почти мгновенно взлетев на пик наслаждения. Но еще не сорвалась с него.
Коварный дрэкон, умело орудуя языком, виртуозно оттягивал момент кульминации.
То ласкал языком клитор, то посасывал одну губку, затем другую, то просто вылизывал все, до чего мог дотянуться, не пропуская ни единого миллиметра нежной плоти. Пировал, поглощая всю влагу, стекающую из влагалища. Толкался кончиком языка в тугой вход, показывая, как именно будет трахать меня.
Эти трое довели меня до невменяемого состояния, все время заставляя парить на волнах наслаждения.
Они повторяли эту безумную пытку снова и снова. Заставляли меня сгорать в агонии страсти, извиваться от жара, растекающегося по всему телу.
— Ахх! Еще! Да! Вот так! — я уже кричала в голос, умоляя о большем.
— Сейчас, ягодка, сейчас, — даже не заметила, как веревки пропали, мои руки и ноги оказались свободны.
Хан накрыл меня собственным телом, толкнулся вперед, скользнул каменным стояком по влажным складочкам. Раздвинул головкой складочки, задел ноющий клитор. Казалось, внизу живота сконцентрировался весь жар. С каждой минутой он все сильней закручивался в спираль. С каждой секундой напряжение в теле все возрастало, превращаясь в сладкую мучительную агонию. Жажда, стремление заполнить болезненную пустоту внизу живота, стало практически нестерпимым.
Глава 18
Я уже не осознавала, кто и где ко мне прикасается.
— Вот так! — протяжно, глухо застонал Хан, проникая внутрь, раздвигая головкой влажные горячие стеночки. Толчок. И я задохнулась от ощущения невыносимого растяжения, почти граничащего с болью.
Святые ежики!
Какой толстый член, как он только во мне поместился.
Второй муж на мгновение замер, сдерживаясь изо всех сил, давая мне возможность подстроиться под его весьма внушительный размер.
— Ах!
— Тебе больно? — хрипло выдохнул мне в губы, с беспокойством всматриваясь в глаза. — Мне остановиться? Применишь стоп-слово? — нагло ухмыльнулся этот варвар.
— Нет! Остановишься — убью!
От моего крика у дрэкона сорвало стоп-кран, слетели тормоза. И дальше все завертелось с бешеной страстью.
Хан набросился на меня, трахая, словно зверь, слетевший с катушек. С каждым толчком проникая все глубже, задевая такие чувствительные места, о которых я и не подозревала.
Комната наполнилась нашими стонами, влажными шлепками разгоряченной плоти о плоть, хриплым дыханием.
Вот он вколачивает меня в постель, а в следующее мгновение перевернулся, и я оказалась сверху. Поерзала, устраиваясь поудобней, кайфуя от властной хватки на ягодицах.
Хан похотливо подмигнул, улыбнулся, показывая, как именно нужно его объезжать, как двигаться.
Рэт прижался сзади, покрывая поцелуями мою спину. Он то ласкал попку, то поглаживал спину, постепенно наклоняя меня вперед, вынуждая полностью улечься грудью на грудь Хана.
— Вот так, ягодка. Вот так, — приговаривал он, покрывая спину поцелуями, скользя языком по коже. Скользил пальцами по попке, между ягодиц, задевая все чувствительные места. Я, слишком поглощенная нарастающим пожаром внизу живота, даже не заметила, как он уже подготовил для себя задний вход. Обильно полив смазкой, стал растирать ароматную субстанцию сзади, постепенно растягивая пальцами под свой размер. — Не бойся. Это специальный гель, с особым составом. Он очистит все внутри тебя, сделает эластичной, чувствительной, готовой к спариванию…
Еще мгновение, и вот уже Рэт пристроился сзади, приставил головку к заднему входу. Слегка надавил, я всхлипнула, сжалась, опасаясь боли.
— Тсс, расслабься, ягодка, — очередной толчок члена во влагалище, и я позабыла обо всем. Хан умело отвлек меня, вновь разжигая пожар страсти. Просунул руку между нашими телами, коснулся пульсирующего клитора. Ласково скользнул пальцем по бугорку, и толкнулся еще раз. Затем снова, и снова, и снова, заставляя обо всем забыть.
Давая Рэту возможность войти сзади полностью, по самое основание. Оба мужчины на мгновение замерли, позволяя мне восстановить дыхание, приспособиться, а затем задвигались снова.
От каждого их толчка, от каждой ласки спираль наслаждения закручивалась все сильнее, утягивая нас в омут безумной порочной страсти.
— Хисс… — простонала хрипло, почувствовав его рядом.
Повернула голову. Эльф стоял на постели, а его огромная дубина с покрасневшей блестящей от смазки головкой, раскачиваясь, оказалась прямо передо мной.
— Если ты не хочешь… — выдохнул эльф, с замиранием сердца ожидая моего решения. Неправильно истолковав мою заминку, попытался отстраниться, глупенький эльфик, кто ж ему позволит.
В самый последний момент мне удалось схватить его прямо за член. И на этот раз я не отдернула руку, не отшатнулась от ужаса. Едва сомкнув пальцы вокруг ствола, задвигала кулаком, лаская пальчиками каждую венку, размазывая по головке смазку. Потянула его на себя, и эльф подчинился, приблизился настолько, что я легко обхватила головку ртом. Коснулась языком, облизала ее всю, словно сладкое мороженое. Пососала, чуть отстранилась, причмокивая, выпустила свое лакомство изо рта. Постанывая, облизала ствол, прослеживая языком каждую выпуклую пульсирующую венку. И снова втянула член в рот, Хисс застонал, зарылся пальцами в мои волосы, сгреб их, нежно руководя процессом. Направляя меня, обхватил мою голову руками.
— Расслабься, Евгеша, дыши носом. Впусти меня, ягодка.
Такому сексуальному, чарующему голосу невозможно было не подчиниться. И я позволила им вести. Позволила заниматься со мной любовью. Когда Хан долбился в мое влагалище, Рэт атаковал сзади, а Хисс, надежно фиксируя голову, с кайфом трахал мой рот. Глубоко, пошло, грязно.
Именно сейчас, зажатая между тремя мужчинами, я осознала, что такое настоящее доверие. Полностью отпустила себя, отдала всю власть мужчинам. Парила от кайфа в небесах, стоная и приглушенно крича. Получила в ответ всю их страсть, всю любовь, все обожание.
Сейчас стали единым целым, соединились телом, душой, силой, энергией. А одновременная кульминация, пронзившая тела и души, соединила нас навеки. Мы захрипели, взрываясь, разлетаясь на миллиарды звезд…
Взлетели на пик, и вместе рухнули за грань. Замерли на мгновение, и я, задыхаясь от оргазма, почувствовала, как все трое мужчин выплескивают свое освобождение, заполняя спермой мое лоно, попку и рот. Я с жадностью проглотила все. А затем мы, все трое, обессиленные, все еще содрогаясь в оргазме, рухнули на постель. На время вырвались из тел, сливаясь друг с другом в единое целое.
А когда очнулись, все изменилось…
Почти мгновенно я осознала, что мы теперь неразделимы. Я, совершенно трезвая после столь бурного секса, сейчас смотрела на своих троих мужчин.
МУЖЕЙ!
У дрэкона отрасли новые, сияющие крылья… Шрамы с его тела исчезли, кожа была словно присыпана золотом и мерцала, делая его каким-то божественно прекрасным. Золотистая грива волос, лежавшая на плечах, вызывала желание закопаться в них лицом. Рука дрэкона собственнически лежала на моем животе.
Демону вернулись рога, они потрясающе смотрелись в иссиня-черных кучерявых волосах, струящихся шелковым водопадом с плеч. Да и крылья, появившиеся за спиной, шикарно дополняли образ, как и милый хвост, сейчас ласкающий один из моих сосков. Его тело с бронзовой от загара кожей притягивало меня, как магнит…
Эльф… он остался таким же, безупречно красивым, даже белоснежные волосы не растрепались от нашей буйной страсти. Он сидел рядом, обнаженный, прекрасный, нежно белая кожа сияла капельками пота, словно алмазная крошка. Окинув взглядом его тело, вернулась к припухшим от моих жадных поцелуев губам, а затем и глазам.
— Ты понимаешь, что произошло? — спросил он.
— А что произошло? — хрипло, слегка сорванным голосом ответила я.
— Мы ведь хотели разойтись в разные стороны… а теперь… — он казался абсолютно серьезен.
— А теперь мы едины, навсегда, — поняла его по своему, — и обратного пути нет. Проклятие вернется… на всех сразу. Я понимаю, что натворила, и жалею о своем поступке, — выбралась из постели, найдя халат, натянула его на себя. — Постараюсь ВАС больше не беспокоить, — развернулась и пошла к дверям. — Как супруга, а мир надо спасать всем, уж не обессудьте, — хмыкнула я найдя на полу свой халат, накинула его на свое обнаженное тело, распахивая створки и уходя в свои комнаты.
* * *
— Она обиделась… Свой длинный эльфийский язык, ты в этот раз распустил не к месту! — недовольно рыкнул демон, усевшись на кровати. — Она — наша пара. Мы смогли осознать это только через слияние, ведь наша магия была полностью блокирована. Мы ее не чувствовали! Если она тебе не нужна, то вали и не мешайся. Никто принуждать не станет… Лично я уже принял решение! — демон встал с постели и ушел в ванную, раздраженно хлопнув дверями.
— И он прав… Тебя никто не держит! Думаю, мы справимся и сами! — фыркнул дрэкон, вставая и пряча в подпространство крылья, тоже уходя в другую ванную.
— Я просто хотел сказать, что все теперь — серьезнее некуда, и мы зависим друг от друга! — крикнул эльф им в спину.
Теперь еще мириться с обиженной Евгешей…
Ох уж эти женщины!
Глава 19
Как вернулась в свои апартаменты, даже не заметила. Всю дорогу поминала неласковым словом гаденыша — эльфа. Видите ли, не подхожу я ему. Происхождением не вышла для его эльфийского сиятельства.
Высокомерный ублюдок.
Бесит.
Ворвалась в свои апартаменты уже на взводе, полная решимости заняться чем-нибудь полезным. Главное, чтобы отвлечься от нехороших мыслей. И от прошедшей ночи с мужьями.
Вот что на меня нашло?
Накинулась на них, словно спятившая нимфоманка, дорвавшаяся до сладкого. Ведь никогда себя так не вела. Не была настолько раскрепощенной в сексе. И помыслить не могла потрахаться сразу с тремя мужиками.
С моим-то характером и привычкой командовать, даже одного найти было сложновато. А точнее, невозможно.
Вспомнила своего последнего парня, лейтенанта молоденького, и ведь вроде складывалось все поначалу хорошо. Познакомились в баре одного городка недалеко от расположения военной части. Стали встречаться, и даже поцеловались, вот только… он сбежал после первого же поцелуя, так толком ничего не объяснив. И потом, стоило нам где-то случайно встретиться, старался тут же ретироваться. Избежать любого общения со мной.
Это уже потом до меня дошли слухи… Нашептал ему кто-то на ухо про меня. Думаю, ничего хорошего, раз он так быстро свалил по-английски.
Едва за мной захлопнулись двери, заметалась по гостиной, ощущая небывалый прилив энергии. И непреодолимую жажду чем-нибудь заняться и немедленно.
Дремавшая в кресле возле окна Лери, вздрогнула при моем появлении, испуганно вскочила и замерла, сверкая любопытным взглядом.
— Лери, подъем, есть хочу… опять голодная, слона бы слопала. Тащи все, что найдешь, — девушка кинулась исполнять мой приказ. — Лери, — она оглянулась уже возле дверей, — найди мне одежду. Только не белую. Похоже, я теперь ненавижу белый цвет. И пришла пора действовать. Заняться законами! Где они?
— Помощник министра все передал! — Лери бодро зашуршала по комнате, отдала приказ слугам по поводу еды и, сунув мне в руки тонкий планшет, повела в ванную.
И пока я, сидя в кресле, изучала документы на планшете, ловкая горничная налила в ванну воды, добавила каких-то средств, так что я с наслаждением вдыхала вкусный аромат кокоса, ванили и корицы, витавший в воздухе.
— Евгения, забирайтесь в ванну, все готово.
Отложив на время планшет, я забралась в воду, сначала погрузившись с головой, вынырнула, фыркнула, встряхнула волосами, разбрызгивая воду.
— Евгения, ну вы словно дитя малое, — по-доброму улыбнулась горничная. — Давайте, ложитесь, позвольте, помогу вымыть голову, — и когда я, расслабившись, откинулась на мягкую специальную спинку (некое подобие спинки от парикмахерского кресла для мытья головы, только расположена она была прямо в ванной, за моей спиной, именно по ней сейчас стекали шелковым водопадом мои длинные волосы, красным облаком плавая в воде), служанка задала каверзный вопрос. — Получили долг, Евгения? — невинно уточнила она.
Невинную овечку корчит, а саму вон как любопытство заело.
— Вполне, только вот эльфик — переросток чем-то остался недоволен, — нахмурилась я, вспоминая нашу ночь.
— Эльфы всегда были непокорны, обладали скверным характером, непомерным гонором, и высокомерием. Считали себя высшей расой, не ровней другим. Гордились своей огромной властью, сильной магией и огромным влиянием на соседние миры. Так было до прихода ящериц,— рассказывала Лери, колдуя над волосами.
— Я все равно пока не знаю, что делать. Надо издать закон об отмене и запрете рабства. С реальным серьезным наказанием за нарушение.
— Евгения, облокотитесь на спинку, я нанесла питательную маску на голову и волосы. Теперь нужно посидеть полчаса. Потом смоем, и все, — под непрерывное легкое бормотание служанки, я наконец-то разобралась, как управлять планшетом, и начала читать записи министра.
Странное лупоглазое существо создало три документа.
Первое: Строго — настрого запретить рабство. Запрет на ввоз рабов, на продажу, перепродажу и убийство рабов. Какой срок на исполнение, какое будет наказание за нарушение закона.
Второе: освободить от магического рабства всех. Отпустить всех, тем, кто захочет уйти, дать возможность улететь из мира. Предоставить денежную компенсацию физического, материального и морального ущерба. И опять — какое будет наказание за неисполнение: тюрьма, казнь или конфискация имущества. Все те, кто захочет добровольно остаться в слугах, работать по найму или как-то еще, смогут заключить договор найма с достойной оплатой труда.
Кстати, а в каком состоянии находится казна королевы? А то, может быть, там и платить нечем? Еще один пункт. Сделала пометку в планшете — выяснить все о казне, и каким образом она пополняется. Может, только за счет работорговли?
Третье: назначить трех новых министров — моих мужей. Это просто необходимо. Нужно взять под семейный контроль военную отрасль, экономику и Хрустальные Храмы. А также министерство внешней политики.
— Это верное решение… — согласилась я. Но первым делом надо сместить старых министров и назначить новых. Мужья будут действовать от моего имени, им нужна власть. — Как…
— Вам достаточно просто приложить к планшету ладонь. И магия обо всем позаботиться. Приказы о смещении старых министров и назначении новых — тут же, на планшете. Помощник министра все подготовил, — посоветовала Лери.
— Мне бы личного наставника по обучению магии, — буркнула я, прикладывая руку и подписывая документы.
— Муам… Поуглаудь муам! — раздался странный и очень знакомый голосок. Только он мог мяукать так, меняя интонацию, что было понятно, чего он хочет.
Я встрепенулась, села в ванне, разбрызгивая воду. Поспешно отложила планшет в сторону на бортик ванны. Неужели мой слух не подвел? И это на самом деле он? Неужели богиня не обманула?
Радостно улыбнулась, потирая ручки, огляделась по сторонам. Высматривая моего любимого мейн-куна, моего обожаемого котика.
— Сынок, ты где? — встрепенулась я, вставая из воды. — Кыс-кыс-кыс…
— Маум… Зовуи… теумно… — все ближе раздавался голос кота Дымыча.
— Кыс-кыс-кыс, я здесь, сынок… — я уже выскочила из воды и смотрела в ту сторону, откуда звучит голос. Лери накинула на меня халат и отошла…
— Ваше Величество, что с вами? Что за звуки вы издаете? С кем говорите… — ее голос дрогнул.
— Кыс-кыс, я здесь, иди ко мне, у меня мяско есть… вкусное, мягкое… — звала я своего друга и кота, которого безумно любила.
В углу комнаты начала клубиться тьма.
— Мяусо? Кушауть… Маум? — утробный голос моего мейн-куна способен был пробудить мертвеца из могилы…
— Да, да, мяско…, — схватила тарелку с мясной нарезкой и протянула тьме.
Клубы тьмы становились темнее, начали сверкать молнии, сыпать искрами, и запахло озоном. Вскоре во тьме появился размытый силуэт.
— Маум… Маум? — все ближе раздавался голос кота.
— Тут я, уже близко. Кыс-кыс… — тьма взвилась небольшим торнадо, засветилась, являя мне нечто размытое, обтянутое полупрозрачным искрящимся красным коконом.
Читать бесплатно другие книги:
