Некровный брат Безрукова Елена

* * *

Спустя еще две недели.

Сегодня последний учебный день на этой неделе – впереди два дня свободы. Как же трудно после длительных каникул заставлять себя работать. Уже полтора месяца прошло, всё никак не привыкну вставать по будильнику. А поездки бок о бок с Кириллом добавляют учебным дням неповторимой остроты. Хотя он всё чаще по дороге играет со мной в молчанку. Может, и сегодня продолжит? Замечательная игра. Храни Бог того, кто её выдумал однажды.

Уже одевшись в форму, я спустилась вниз и заметила, что Кирилл в который раз забыл на столе молоко. Меня, честно, бесит, когда кто-то так не бережливо относится к продуктам. Мы с мамой и впроголодь, бывало, жили, и о таком продукте могли лишь мечтать. А парень так расточительно относится, что я не выдержала и высказалась:

– Опять молоко не убрал. Неужели так сложно это сделать?

– Отвали. Щас уберу.

Да уж, у братца опять настроение не самое лучшее. Хотя трудно вспомнить, когда оно было хорошим. По крайней мере как в поле зрения я появлюсь – так сразу его настроение и портится. Похоже, Лизавета Александрова – личная магнитная буря Кирилла Ланского.

– Дождёшься от тебя. Сама уберу.

Мы одновременно ломанулись к бутылке, схватили и начали тянуть каждый на себя. Молоко оказалось плохо закрыто… В одну секунду мы оказались все мокрые и в белых каплях.

– Идиотка, ты чё наделала? – возмутился Кирилл, оглядывая обляпанную форму.

– Да сам ты придурок, куда ты вечно лезешь поперёк? – ответила ему в той же манере, стирая со щеки молоко.

– Заткнись, – рыкнул он на меня так, что я отпрянула от него и выполнила просьбу. – Бегом переодеваться. Иначе опоздаем, – скомандовал Кирилл, и мы разбежались по комнатам.

Спустя несколько минут мы, кое-как одетые в сменную, местами мятую форму, бежали к машине. Кирилл схватил меня за локоть и тащил за собой так, что я чуть ли не падала:

– Быстрее, Чучело, быстрее шевели булками своими! Я ещё не отошёл от прошлого наказания. И опять всё из-за тебя! Проклятье ты ходячее, а не сестра.

В аудиторию влетели через секунду после второго сигнала. Эльвира Львовна замерла на секунду, оглядывая запыхавшихся студентов.

– Молодые люди, вы опоздали. Второй сигнал был дан. Не садимся на свои места. Я сообщу вашим родителям, что занятие вы… пропустили. Ваши планшеты!

Мы угрюмо протянули их ей, и преподаватель сделала каждому из нас замечание. Затем вернула нам планшеты обратно. Кирилл с ненавистью покосился на меня, я ответила взаимностью.

– Итак, я уже придумала вам наказание, – собрала руки в замок Эльвира Львовна, глядя по очереди то на меня, то на брата. – Опоздали вместе – отрабатывайте тоже вместе. Елизавету нужно подтянуть по алгебре. Вот вы, Кирилл, этим и займётесь. Конечно, она уже начала заниматься с репетитором, но ваша помощь ей также не помешает. Вы же понимаете, что этот предмет очень важен в нашей академии. С вас десять уроков для Александровой. План занятий по темам, которые нуждаются в остром внимании, я вышлю на вашу почту. Создадите дневник по моему плану и будете вести отчёт. Я должна увидеть результат, и если Елизавета после ваших уроков, Ланской, не сможет решить тест по заданным темам – вы начнёте всё заново, пока Лиза не сдаст этот тест сама. Так что халтурить – не советую.

Все уставились на нас. Начались смешки, ведь ребята в курсе нашей «нежной дружбы». Да лучше б она меня мыть туалеты заставила, чем заперла ещё на час в день в компании Кирилла и алгебры! Люблю обоих безмерно и даже не скажу навскидку, кого из них больше.

– Вы же знаете, Эльвира Львовна, про тренировки. У меня очень мало свободного времени, – упрямо отозвался Кирилл, пытаясь найти пути отступления, и я, честно сказать, сейчас и сама за него скрещённые пальчики за спиной держала.

– Ланской, значит, вы найдёте время на десять уроков для Александровой, иначе я позвоню вашему отцу, расскажу о низком уровне вашей дисциплины, и тренировок у вас вообще не станет. То же самое я сделаю, если вы так и не справитесь с заданием.

– Не нужно. Я понял, – ответил парень, шумно дыша.

Вот же приспичило ей нас заставить! Настырная какая. Эльвира впервые при мне проявила к нему упрямство и твёрдость, загнала в угол. Кирилл был очень зол. Судя по его лицу, этот день – последний в моей юной жизни.

Чёрт, я ведь так молода, я ничего не успела!

– В таком случае – покиньте аудиторию, – поставила жирную точку учитель алгебры.

Кирилл тут же вылетел, как торпеда, за дверь, пока я мялась с ноги на ногу. Его даже нигде не было видно, когда я тоже покинула аудиторию и прикрыла дверь. Вздохнула, пытаясь унять бешеное сердце. Присела на подоконник, достала наушники. Впереди ещё сорок минут пары, послушаю музыку, успокоюсь.

Это самое худшее, что можно было придумать для нас. Мы оба стремимся контактировать как можно меньше, а Эльвира будто назло нас сталкивает лбами…

Глава 11

На следующее занятие я пришла уже почти смирившаяся. Что теперь делать – придётся слушать насмешки от юного гения математики. Десять занятий – не так уж и много. Переживу.

Обнаружила, что Краснов теперь сидит на соседнем ряду между мной и Кириллом. Я положила сумку на стол и услышала:

– Привет, принцесса.

Обернулась и посмотрела на него внимательным долгим взглядом:

– Привет.

– Выглядишь сегодня потрясно.

– Спасибо.

Договорить нам не удалось – прозвучал сигнал о начале занятия.

Сейчас шла пара философии – в этой академии есть даже такой предмет, о развитии личности в целом переживают. Нигде я особенно больше не провалилась, как на алгебре, а вот русский язык, литература и рассуждения о высоком – всегда были моим коньком.

– Сегодня тема нашего занятия: «Судьба, существует ли она?» – начал вести занятие Алексей Юрьевич. – Вот вы, Елизавета, и расскажете нам об этом. Итак, что такое «судьба»? Верите ли вы в неё?

Я тут же собрала мысли в кучу. Не ожидала, что начнут пару с меня.

– И да, и нет, – задумчиво ответила я.

– Вот как? Интересное мнение. Можно подробнее?

– На данный момент я знаю две теории на этот счёт. Одна – что человек сам кузнец своего счастья. А вторая – что от судьбы не убежать и случайности не случайны.

– Хм-м… И какая ближе вам?

– Обе. Я стараюсь жить разумом, строить свою жизнь сама. Чтобы винить после было некого. Иногда Вселенная нам подсказывает, даёт какие-то знаки, но мы настолько погрязли в суете и технологиях, что перестали слышать не только друг друга, но и Вселенную. Ведь те же приметы – это вековое наследие. И не нам судить, глупы эти суеверия или же нет. Не зря же их придумали. На пустом месте ничего не возникает просто так. Считаю, что жить нужно обязательно своим умом, надеяться на себя, не перекладывая ответственность на кого-то или что-то за свои неудачи, но не игнорировать голос интуиции.

Я замолчала и поняла, что в аудитории стоит полнейшая тишина – все слушали меня, некоторые даже рот открыли, никто не копошился в сумке, не болтал с соседом и не рисовал человечков в тетрадке. Смутилась.

– Как-то так…

– Прекрасно, – похвалил меня преподаватель, которого, похоже, мне удалось впечатлить. – Я даже поаплодирую вам.

Алексей Юрьевич в самом деле поднял вверх ладони и негромко мне похлопал. К нему присоединились и другие, и по аудитории зазвучали недружные аплодисменты.

– Спасибо вам большое, Лиза. Это было увлекательно. Сегодня вы получаете отметку «отлично». Если будете продолжать в том же духе – у вас есть шанс получить экзамен автоматом.

Кто-то присвистнул, Даня обернулся и подмигнул мне, показывая большой палец вверх.

– Молодец, Лизка! – крикнула со своей парты Яна.

– Неплохо, – приподняв брови, высказался Краснов, наклонившись ближе к моей парте.

Я смущённо улыбалась. Я думала, мои мысли глупые, а многим даже понравилось. Только один Кирилл снова остался в стороне, лишь кинул мельком прохладный равнодушный взгляд в мою сторону и тут же отвернулся, будто бы Лиза Александрова – последняя, на кого ему хотелось бы смотреть. Кажется, тот вариант, при котором я – умная, не особенно нравится ему.

В этот день я вообще была звездой – на паре русского языка моё сочинение признали лучшим и нахваливали его. По дороге к машине я была в замечательном расположении духа, пока не села в салон. Там меня снова встретили ледяной взгляд серых глаз и тяжёлая мужская энергетика. Вспомнила, что мне ещё предстоят занятия алгеброй с братом, который оторвётся на мне по полной на этих слишком личных факультативах, я уверена.

– Кирилл, когда ты хочешь начать занятия? – спросила я его.

Он пожал плечами:

– Сегодня. Чем быстрее начнём – тем быстрее отвяжемся друг от друга. Сейчас домой приедем – час на отдых. Через час жду тебя в своей комнате.

– Хорошо, – ответила я, вздохнула и отвернулась к окну.

Это будет нелёгкое испытание для нас обоих.

* * *

Отмеренный час прошёл, кажется, слишком быстро, и я, держа планшет в руках, спустилась на первый этаж и постучала в дверь комнаты брата. Разволновалась – в его комнате я не была ещё, да и вообще понимание, что я буду на его территории и наедине, вызывало внутренний мандраж.

– Входи, – прозвучал голос Кирилла.

Толкнула дверь и вошла, остановившись на пороге.

– Привет, – ляпнула первое, что в голову пришло.

– Здоровались уже, – глянул он меня, словно я идиотка. – Садись.

Брат кивнул головой на небольшой диванчик напротив кровати, на которой он полусидел сам.

Я прошла по комнате, оглядываясь вокруг. Довольно уютно и чисто. Различные мелочи мальчишеские, такие как модели машин на книжной полке и баскетбольный мяч у кровати.

Выходит, он баскетболист? По крайней мере похоже на то – вон какой здоровый и высокий. Он, наверное, подходит и мяч в кольцо просто кладёт не напрягаясь, настолько высокий! Даже кубки какие-то на полке стояли… Значит, он не посредственный игрок. Сколько живём в одном доме, а я даже не знала, каким спортом занимается мой сводный брат и каких успехов смог достичь.

Заметила свой портрет – он висел над столом. Кирилл не стал убирать его. Почему-то от этой мысли даже приятно стало.

Села и снова уставилась на брата.

– Почту свою скажи, – Кирилл ковырялся в своём планшете.

Я назвала, он вбил данные.

– Открывай почту. Эльвира прислала мне файл с темами, я перебросил его тебе.

Я послушно выполнила его указания.

– Читай тему первого занятия.

Ткнула на файл и прочла верхнюю строчку:

– Логарифмы.

– Создавай дневник, пиши число, номер занятия и тему.

Я снова молча выполнила просьбу и подняла глаза на него, когда закончила.

– Теперь посмотрим, на что ты способна. Хотя я и так уверен, что твои знания даже не на нуле, а в минус ушли. Ты себя отлично показала на парах алгебры. Очень сомневаюсь, что сейчас ты сможешь меня удивить.

Я порозовела и начала закипать. Так и знала, что Кирилл будет на протяжении всех наших занятий напоминать, какой же я инвалид в математике, особенно в сравнении с ним.

– Вот пример. Решай, – протянул он мне свой планшет.

Я забрала его и поняла, что писать мне не в чем и нечем – я ничего не брала с собой, кроме гаджета.

– Тетрадь и ручку ты, конечно, не взяла?

– Нет. Дай, пожалуйста, свои.

– На, – протянул мне парень необходимые предметы. А потом добавил: – Бестолковая.

– Кирилл, прекрати, пожалуйста, – нервно шлёпнула я тетрадкой о стол и посмотрела в его глаза, еле сдерживая эмоции. – Мне и так тяжело находиться с тобой в пределах одной комнаты.

– Ну я, знаешь, тоже не в восторге, – изогнул он одну бровь, глядя на меня с презрением.

– Я знаю. Не докапывайся. Давай просто сделаем эти десять чёртовых занятий, и всё закончится.

Брат лениво мазнул по мне холодным взглядом:

– Решай пример.

Пока переписывала задание и склонилась над тетрадкой, он полез в телефон, кому-то писал сообщения. Спустя минут семь он протянул руку:

– Ну, что там? Дай посмотрю, как движется дело.

– Да я ещё в общем-то…

– Дай, сказал, – он встал и вырвал из рук тетрадь.

Лишь глянул и тут же засмеялся:

– Гуфи, ты серьёзно? Ты только переписала задание и семь минут над ним тупила? Раньше сказать не могла, что не догоняешь даже приблизительно, что делать надо?

Я покраснела и опустила голову. Кириллу нравится меня унижать.

– Лиза, Лиза… – покачал он удручённо головой. – Это полнейшее фиаско. Тут надо начинать не с логарифмов, а с таблицы умножения.

Да он смеётся откровенно! Я больше не выдержала. Психанула. Встала и ушла, хлопнув дверью.

Да что он такой хам, такой злой? Неужели нельзя проявить терпимость к человеку, который чего-то не понимает? Не столько я не соображаю, в самом деле, сколько заранее знаю, что он будет придираться и насмехаться свысока, и это отшибает мне мозги напрочь.

Походила по дому с полчаса, попила кофе и пришла обратно. Без него я не смогу решить эти долбаные примеры сама в итоговом личном тесте…

– Кирилл, – заглянула к нему в комнату. – Нам нужно довести занятие до конца.

– Заходи, – пожал он плечами.

Он чувствует себя хозяином положения, хотя ему тоже не улыбается получить ещё десять занятий со мной, если я завалю этот дурацкий тест Эльвиры Львовны.

– Итак, теперь, когда ты напсиховалась, давай решать вместе. С прошлых занятий ты уже знаешь, что нужно начинать с деления. Знаешь ведь?

– Знаю, – буркнула я.

Опять ведь начинает. Где столько терпения набраться?

– Дели, – кинул мне тетрадь на коленки, остановив взгляд на них.

Он наклонил набок голову, бессовестно скользя по моей ноге глазами от самого бедра до белого носка на ступне и обратно.

Взяла тетрадь и задумалась над примером, но взгляд Кирилла на мне сильно отвлекал. На что он там смотрит? Ещё и куда-то вбок. В первый раз, что ли, коленки девичьи увидел? Тяжёлая, однако, у парня юность, если это так. Проследила за его взглядом. Ох ты ж, блин! Юбка задралась, пока садилась на диван, почти бельё уже видно, и всё бедро. Ужас, как стыдно… Покраснела и оправила подол юбки.

Мог бы ради приличия сказать, что со мной случился конфуз, или не смотреть туда внаглую. Хотя о чём я, это же Кирилл… Глаза парня сузились и убрались наконец восвояси. А меня бить дрожь начала после его взгляда. Совсем меня разволновал своим хамским поведением.

Кое-как решила этот грёбаный пример. Рядом с Кириллом мой мозг впадает в анабиоз, как медведь в ноябре.

– Дай, – протянул руку к тетради он.

Я отдала.

– Правильно, – протянул он мне её обратно. – Дальше что будешь делать?

– Умножать, – глухо отозвалась я.

– Умножай.

Спустя пару минут он снова вытянул было руку, чтобы взять тетрадь, а потом бросил её.

– А, чёрт, задолбался уже руки тянуть, – парень сел рядом со мной.

Я тут же напряглась. Диван был маленьким для двух человек, один из которых – широкоплечий спортсмен. Так я вовсе думать не смогу, когда ощущаю близко его тепло и даже… запах. Его запах, смешанный с мужским парфюмом. Приятный, надо признать. Кирилл ещё никогда не находился настолько близко ко мне и такое длительное время. Внутреннее напряжение и волнение усилилось в разы, неприятно начало тянуть в области солнечного сплетения.

Я робко поёжилась, пытаясь увеличить расстояние между нами, но пока мы решали пример, он будто нарочно слишком сильно наклонялся к тетради и заставлял нервно вздрагивать каждый раз, когда наши тела соприкасались.

– Чё ты всё дёргаешься, Гуфи? – спросил он с подозрением.

Блин. И что ответить? Подойдёт вариант, что я просто неврастеничка?

– Холодно тут. Как в морге. Как ты здесь живёшь?

– Холодно? – снова изогнул он бровь, вглядываясь в моё лицо. – Не замечал. Хочешь, найду тебе тулуп папин, для зимней рыбалки?

– Нет, не настолько холодно.

– Ты так прыгаешь по дивану, что меня скоро укачает.

Я промолчала, глядя в тетрадь. Ну и говнюк…

– Ну вот, – оценил результат сводный брат. – Теперь реши подобный пример сама.

Он встал с дивана и ушёл за своим планшетом. Так стало легче дышать, и вообще – легче. Я взяла гаджет из его рук и стала переписывать задание в тетрадь. Он снова сел рядом и стал смотреть на то, как я пишу.

– Обязательно смотреть?

Он цокнул языком, закатил глаза и встал с дивана. От нечего делать взял мяч и стал его подкидывать с характерным звуком.

– Блин, ты можешь не стучать? – раздражённо попросила я. – Ты отвлекаешь меня.

– Да мне, может, вообще уйти, б…дь? – разозлился парень, и я мигом утихла. – Мне уже скоро на тренировку, а я всё с тобой тут расписюливаюсь. То сама тупишь, то я мешаю, если дышу возле тебя! Сиди и решай.

Рыкнул, но стучать перестал. С горем пополам доделала задание и отдала ему молча тетрадь. Он посмотрел и сказал мне недовольным тоном:

– Блин, Лиз, ну как так?

– Что опять? – вскипела я.

– Ход решения правильный. У тебя есть логика – поздравляю, это восьмое чудо света! Обязательно позвоню потом на радио и поздравлю с этим открытием всю страну. Но ответ – он неверный. Это как два плюс два сложить, и ты вдруг получаешь семьдесят восемь. Откуда эти цифры? Ты что – считать вообще не умеешь?

– Да ты достал меня уже! – вскочила я на ноги, тяжело дыша. – А ты сочинение хуже всех написал – я же тебя этим не тычу?

– Потому что речь не о моём сочинении, а о том, что ты в алгебре – полный ноль. Без палочки.

На глаза опустилась пелена. Я поняла, что если сейчас не уйду, то разревусь прямо перед ним.

– Придурок, – кинула ему, из последних сил сдерживая слёзы, пихнула плечом Кирилла куда достала и вылетела из комнаты.

– Бестолочь, – услышала я вслед.

Глава 12

Зашла в комнату и хлопнула дверью, да ещё и рукой по стене долбанула.

Блин, больно, на фиг я это сделала? Теперь ещё и ладонь болит. Походила нервно из угла в угол. Меня переполняли злость и обида, но я не дала волю слезам – я просто отказываюсь плакать из-за высокомерного пафосного засранца!

Ладно, братик!

Я тоже умею вредничать. Если раскинуть мозгами, которые у меня, представь себе, блондинистая башка, есть, то отказ от занятий мне ничем особенным не грозит, кроме наездов мамы. Как раз я ничего не теряю, если не буду продолжать наши домашние уроки алгебры – ну, поругают меня, придумают другое наказание. Наоборот, я только приобретаю – долгожданный покой, а любое другое занятие для меня лучше, чем общение с Кириллом на одних квадратных метрах.

А вот братец как раз проигрывает, если я объявлю ему бойкот – он может лишиться своих тренировок, если занятия сорвутся. Я не сдам без него тест, а он – останется без секции. Ситуация неприятная, мы созависимы в ней. Но я в куда меньшей степени. Ну, не сдам этот тест чёртов, и Бог с ним! Павел и так уже нанял мне репетитора, и мои успехи заметно улучшились. Только Эльвире приспичило, чтоб и брат меня тоже поднатаскал.

Никогда бы не сделала так, ведь я знаю, как для него важен спорт, но он меня вынуждает вредничать. Когда он подойдёт ко мне с вопросом о занятиях – я просто откажусь, и всё. Пусть делает тогда что хочет. Здесь ему без меня не обойтись. Пускай попробует меня уговорить!

Для меня время наедине с ним на ещё дополнительный целый час – моральная пытка. Он постоянно ищет, чем меня поддеть, я чувствую. Почему ему так хочется травить меня, портить мою жизнь? Если бы я знала. И спросишь – не ответит, опять отмахнётся очередной грубостью. Но ведь должна же быть логичная причина его антипатии, что он ведёт со мной себя так, будто я угнала и разбила его любимый байк? Неужели это только из-за того, что я – дочь неугодной для брака с отцом женщины? И то – с мамой уже давно установился худой, но мир, а на меня брат продолжает спускать всех собак!

Вспомнила его случайные касания, и опять всё внутри словно инеем покрылось. Я сама себе не могу объяснить, почему так остро реагирую на него. Я боюсь его, да, есть такое. Могу при Светке смеяться над Кириллом, а оставаясь с ним наедине, робею под его молчаливым гнётом, не зная, каких очередных оскорблений мне ждать, когда он всё же заговорит. Я знаю, что он чувствует мой страх и использует его против меня.

А его взгляды? То холодные и равнодушные, то наоборот. Мои коленки сегодня он разглядывал весьма заинтересованно, я заметила. Понимаю, что тут вовсе не то, о чём Светка говорила – Кирилл не способен никого любить, кроме байка своего и новой новой машины разве что. Он словно Кай, в сердце которого попал заговорённый осколок льда Снежной Королевы, и по моим наблюдениям, ещё не родилась та девушка, которой удалось бы вынуть его из груди брата. Он любит исключительно себя, а к девчонкам относится снисходительно и поверхностно.

Это мне неинтересно, так что нечего тебе, Кай, пялиться на мои ноги – они не для тебя росли!

КИРИЛЛ

Внезапно припёрся Краснов.

Возникло подозрение, что он пришёл, чтобы увидеть Лизку. Но та сидела в комнате, и повода соваться в девчачью спальню у Лёхи не было, а напрямую спрашивать у меня он не решался.

Порубились с ним в приставку. Выиграл он, кстати, зараза.

– Ну, ясно всё с тобой, Кирилл. Ты сегодня – аутсайдер. Покатил я дальше, – встал с дивана Краснов. – Кстати, Лиза дома?

– Зачем она тебе? – нахмурился я.

– Тебе что? В кино хочу её пригласить.

– Нет её. Ушла.

– Жаль. Ну ладно, тогда напишу ей в сети.

Алексей направился к двери и уже положил пальцы на ручку двери, как я окликнул его.

– Слышь, не трогай её.

Я тоже встал, глядя на него исподлобья. Краснов обернулся и посмотрел на меня с непониманием:

– А чё? Почему?

Я смотрел на него с вызовом.

– Потому что ты не умеешь серьёзно. Выбери себе другую игрушку. Не её.

– С чего ты взял, что я несерьёзно? – поднял брови он. – Лиза – необычная, хорошенькая, шутит смешно, как раз в моём вкусе. Я расстался с Алиской окончательно и теперь свободен, а Александрова мне давно уже нравится.

Я сложил руки на груди и сказал уже довольно грубо:

– Краснов, я тебе по-хорошему пока говорю – отвали. Я не позволю тебе играться с моей сестрой, пусть и сводной. Я-то тебя знаю. Тебя ведь не устроит просто поцеловаться и подержаться за ручки.

Парень вдруг хохотнул и растянул губы в плутоватой улыбке:

– Я всё понял. Кир, она тебе самому нравится. Так ведь? Скажи честно.

Щас сяду и расскажу, Краснов. Исповедь тебе устрою. Поплачем, обнявшись, что она нам, возможно, обоим нравится и теперь разлучает закадычных друзей. Хотя это просто бредовый бред. Я не мог влюбиться… в такую. Просто не мог.

– Чё, дебил? – спросил я его. – Ты её вообще хорошо разглядел?

– Очень хорошо. Поэтому-то она мне и понравилась. А что с Лизой не так?

– Да она же оборванка!

Парень цокнул языком и закатил глаза:

– Фу, Кирилл, ты как сноб какой-то и старый буржуй говоришь. При чём здесь её статус? Мне от Александровой деньги не нужны. Раз тебе на неё фиолетово, в чём проблема тогда, чтобы с ней начал встречаться я?

Мы оба замолчали и уставились волком друг на друга. Но ведь бить его пока повода нет? А хочется…

– Значит так, друг, – положил мне ладони на плечи Алексей. Я начал закипать конкретно. – Я буду ухаживать за Лизаветой. Если она захочет быть со мной – не обессудь. Пусть сама решает.

Резко скинул руки друга. Бывшего, кажется.

– Я не позволю тебе её разводить, – бросил ему сквозь зубы. – Вон отсюда.

– Вот так даже? – сузил глаза Краснов. – Ну хорошо. Ладно.

Он ушёл.

Я опустил голову, пытаясь унять сердцебиение. Я заметил сразу, что он её приметил. Кажется, Лизе Краснов тоже нравится – улыбается вечно ему во все свои молочные зубы. Но какое мне дело, чёрт возьми, с кем она будет встречаться? Если мне дела нет, откуда это щемящее чувство внутри и желание раскроить Краснову морду до крови?

ЛИЗА

Следующим днём была суббота, которую мы провели всей семьёй – ну, без Кирилла, конечно, сложно себе представить, как он едет гулять с нами в торговые центры. Павел даже поехал с мамой, чтобы помочь ей выбрать кое-какие вещи, но брата на такое мероприятие не вытащить. Мне так спокойнее, пусть дома торчит дальше. Ещё в выходные не хватало его извечных шпилек в меня.

Вернулись ближе к вечеру, довольные и с покупками. Парень почти безвылазно просидел всё время в своей комнате. Павел Сергеевич лишь вздыхал и даже грустил, что он снова от нас отгородился.

Вечером решила прогуляться с музыкой – Светка занята своим Женей и приедет в гости только завтра. Вставила наушники и отправилась вперёд.

Хороший очень посёлок, тут и тротуары есть, и даже не разбитые и ровные. Задумалась и ушла довольно далеко от дома, а когда это поняла, немного расстроилась – идти теперь далеко, да и темнеет уже. Но делать нечего, и я развернулась и пошла в сторону дома, как меня настойчиво окликнули:

– Лиз! Лиза!

Я обернулась и увидела Краснова, высовывающегося из окна дорогущей машины – у него что, тоже уже машина есть? Ничего себе, студенты живут.

– Кричу, кричу, а ты свои бананы в уши засунула и не слышишь.

– Извини, действительно: за музыкой не слышала, что ты меня звал, – я аккуратно смотала тонкие проводки и убрала наушники в карман джинсов.

– Садись, подвезу, – кивнул парень на свободное сидение рядом с ним.

Небеса послали мне Лёшу, спасибо – не придётся идти пешком по темноте. Я послушно села в салон. Внутри машина выглядела не менее изумительно, чем снаружи. Не секу в марках автомобилей, но тут и не надо знать, чтобы понять, что такая тачка простым смертным недоступна. Не хуже, чем Павел подарил брату.

– Куда едем? – спросил парень, выезжая на дорогу.

– Домой.

– О’кей. Ты чего одна-то гуляешь?

– Мне так нравится.

– О, – поднял брови Краснов. – Ясно. Ты – странная, но это даже прикольно.