И на исходе дня… Ёрш Ника

- Эээ… нет. Она: «а» - практически без сознания и довольно-таки сильно избита; «б» - напиталась силой жертв, отчего её жуть как колбасит; и «в» - всё еще сильно пьяна. Похоже, гульнула ночью не по-детски. Перегаром от нее тащит просто за версту.

- И?

- И я отправил её в нашу клинику вместе с Октавией. Говорить о чем-либо сейчас бесполезно, уж поверь…

- Поверить тебе? Лучше проверю. Я еду в клинику, ты осмотри тело! Зафиксируй каждую мелочь! – рявкнув всё это в аппарат, я отключился и направился к выходу. Дело принимало очень нехороший оборот. Октавия Лонг… Если она умрет, а девчонка примет даже часть ее силы, то придется худо. Еще телохранителем не пойми у кого работать не приходилось!

Возмущенно фыркнув себе под нос, я схватил ключи от кара и вновь закурил. Нужно было многое обдумать. Кое-что из случившегося я давно предвидел, но явно не всё. Впрочем, была надежда, что и псих, наконец-то, просчитался.

Что ж, посмотрим, что там за «жертва номер шесть».

* * *

Ольга Кир

Давненько мне не было так хорошо. Душа просто пела от счастья, а тело от чувства полнейшего удовлетворения. Мы с Миросом лежали в обнимку на берегу моря. Вокруг ни единого постороннего: только чайки в небе, он, я и наша безграничная любовь…

- Кхм, кхм, - раздалось совсем рядом с нами, - я, конечно, прошу прощения, что вторгаюсь в такие интимные мечты, но у меня к вам безотлагательное дело.

- Что? – отпрянув от любимого, я обернулась, чтобы тут же наткнулась взглядом на женщину средних лет в белом плаще до земли. Она стояла и в упор смотрела на меня. Ярко-зеленые глаза незнакомки поражали своей глубиной и необычным внутренним светом. Никогда таких раньше не видела. – Кто вы такая?

- Еще раз прошу меня простить, - дама слегка наклонилась в мою сторону и заглянула через шезлонг Мироса. Мой жених загорал абсолютно обнаженным, не обращая никакого внимания на новое лицо. Я растерялась от подобного поведения. – О, вы, я вижу, чувствуете себя неловко из-за своего внешнего вида и времяпровождения, - дама обвела взглядом пустынный пляж и снова уставилась на меня. - Но это пустое, поверьте, милая. В силу своей работы мне регулярно приходилось видеть и не такое. Хотя обычно я стараюсь уйти незамеченной… Ну да ладно, позвольте, мы перейдем в мои грёзы, там будет гораздо удобней.

Ответить я не успела, потому что внезапно картина вокруг переменилось. Мирос исчез вместе с чайками, а мы с новой знакомой стояли посреди небольшой одноместной больничной палаты. Единственную постель здесь занимала очень бледная пациентка с перемотанной бинтами головой. Рядом с ней изредка попискивал небольшой аппарат с кучей трубочек, проводков и жгутиков, кроме того, с другого края стояли сразу две капельницы.

- Знакомьтесь, Ольга, это я, - тихо, практически шепотом, проговорила моя сопровождающая, - имя моё Октавия, мне сорок четыре года… и я умираю.

Хм, что тут скажешь? На пляже мне нравилось больше…

- Молчите? – снова заговорила эта странная женщина, пытливо заглядывая в мое испуганное лицо. - Вам страшно, Оля?

- Немного… - вообще-то безумно, только фиг я сознаюсь.

- Я понимаю, - на этот раз на губах новой знакомой появилась очень печальная и одновременно сочувствующая улыбка. – Вас ведь очень редко посещали видения. А я гуляю по веткам будущего практически с рождения. Крот высшего уровня. Но вы, верно, уже догадались?

Кивнула.

- Так вот, сегодня ночью меня поймали и попытались убить. Задача это весьма непростая, но, как мы видим, вполне осуществимая. Вы дали мне время, Ольга, и я очень благодарна за это, - Октавия подошла ближе к своей телесной оболочке и дотронулась до собственной руки. - Только холод. Всё дело в самонадеянности, не иначе. Если бы я слушала Горана… Но после драки кулаками не машут.

Теперь замолчали мы обе. Я просто не представляла, что можно сказать утешительного в такой ситуации. Даже с тем минимальным количеством дара, что наградила меня судьба, мне было очевидно – это тело больше недееспособно.

- Послушайте, Ольга, я могу себе представить, как моё появление выглядит со стороны, но у меня не было выбора. Ни ночью, ни сейчас. Меньше, чем через пять минут, я уйду из жизни. А к вечеру убьют и вас.

Я вздрогнула. Одно дело сопереживать и сочувствовать постороннему человеку (жаль, конечно, и всё такое), но совсем другое – услышать от крота высшего уровня предсказание собственной смерти.

- Чего вы хотите? – мой голос срывался, а губы отчего-то стали неметь.

- Собственно, мне ничего от вас не нужно. Моё дело решенное. А вот вы можете изменить свою судьбу. Просто выслушайте меня, хорошо? – женщина, быстро подошла ко мне и мягко улыбнулась. – У вас есть два возможных пути. И я предлагаю вам путь спасения. Прежде всего вы должны знать: с момента пробуждения у вас начнется совершенно новая жизнь, где доверять нельзя никому. Никому! Такой как раньше вам уже не быть. Понимаете?

Я зачарованно смотрела в ярко-зелёные глаза и внимала каждому слову провидицы. Уж больно хотелось жить.

- Итак, сейчас вы погружены в лечебный сон, но я сделаю кое-что, и наступит пробуждение. Как только очнетесь – сразу выйдете в коридор и проследуете налево, в соседнюю палату. Незамедлительно. Там будет мужчина. Высокий брюнет с военной выправкой. Он всегда одевается очень небрежно. Кодовое имя - Горан. Так вот, ваша задача – стать его тенью. Сразу оговорюсь, это – жутко противный тип, заносчивый и невероятно упрямый… Но с ним вы останетесь живы. Иными словами, Горан – ваш билет в будущее.

- Значит, стать тенью. Хорошо. Это я смогу.

Октавия засмеялась, глядя на мою решительную физиономию:

- Верю. Ох, время… - женщина схватилась руками за голову и оглянулась на собственное тело. - Как же жаль. Знаете, никогда не думала вот так умереть… Но, в конце концов, я не одна в последние минуты, и в этом есть своя прелесть. Последнее, о чем попрошу – не отказывайтесь от Озгуда. Кроме меня у него никого нет. Не бросайте его.

- Озгуд? – я непонимающе похлопала ресницами.

- Мой напарник, - пояснила Октавия. Теперь он совсем один. Прошу вас…

- Хорошо, не брошу… - не совсем понимая, чего именно просит от меня женщина, я пожала плечами.

Октавия облегченно вздохнула:

- У него непростой характер, девочка, но… он дорог мне. Постарайся найти к нему подход и у тебя не будет друга вернее. А сейчас пора завершить этот разговор, – общие очертания Октавии внезапно стали расплываться. - Время настало, прими же мой дар, который отдаю тебе добровольно, без всякого принуждения. Пусть глаза твои откроются всему сущему и обещанному, а связующая нас нить прервётся, как только покину я этот мир… Проснись!!!

- Вот и всё, - раздалось у меня в ушах, - теперь беги, девочка.

Я вяло пошевелила рукой, затем зевнула. Рот перекосило куда-то влево, а в груди всё отозвалось жгучей болью. Открыв глаза от удивления, с неверием осмотрелась. Что за ерунда? Где я?!

И тут же, как по волшебству, в мою голову тягуче медленно стали прокрадываться воспоминания. Нужно попытаться всё систематизировать. Итак, первое – меня бросили! Второе… меня бросили!!! Почему-то именно это больше всего шокировало. Ни перебинтованные ноги, ни руки, покрытые ссадинами, ни голова, раскалывающаяся от боли, нет! Шокировал факт того, что я – брошенка.

А потом вспомнился клуб: «Мамочка моя родная, как же противно и стыдно, - зажмурившись, думала про себя. - Что на меня нашло?! Это просто наваждение, проклятие какое-то!».

Дальше картинки всплывали быстрее, но были сильно размазаны: Мирос с его новой подстилкой, безразличная охрана на входе, парк… И Октавия!

- Боже мой! – я резко села на кровати, отчего снова почувствовала острую боль в груди и затылке. - Убегать! Мне нужно в соседнюю палату… Где же вещи? Кто-нибудь!!!

Паника. Именно так, одним ёмким словом можно описать охватившее меня состояние. Вполне заурядная больничная палата казалась ловушкой, белые стены вокруг давили и сжимались, пол под слабыми ногами ходил ходуном. За окном дул ветер, ломился внутрь, словно повторял последние слова провидицы: «Беги, девочка!..»

А как бежать, когда на тебе из всей одежды одни бинты, да и те прикрывают не то, что хотелось бы? Схватив простынку и морщась от неприятных ощущений, я прямо на ходу замоталась в нее, словно в кокон. Вокруг всё качалось в разные стороны, так что мне приходилось старательно балансировать и держать равновесие. Наконец, достигнув намеченной цели (а именно голубой двустворчатой двери в центре стены), я облегченно всхлипнула и… буквально ввалилась во встроенный шкаф.

- Нееет, - вырвался из моей груди растерянный горестный стон. Сил на новый поход практически не осталось. Устало облокотившись на стенку, я смотрела, как со скрипом прикрылась створка двери и сама себя подбадривала: - Нужно просто оттолкнуться и быстро-быстро идти. У меня всё получится. Я смогу. Я…

Настойчивый резкий стук по деревянной поверхности прервал ход моих мыслей. Следом послышался скрип дверных петель и голоса. Никогда не понимала, зачем люди стучат, если тут же вваливаются внутрь, не дожидаясь разрешения войти.

- Доктор, - спокойный мужской голос разрезал тишину в моей палате, - можно вас на секунду?

- Да, конечно, - и без того торопливые шаги по коридору тут же ускорились, и вскоре голос второго мужчины прозвучал намного ближе: - Простите, а где пациентка?

- Это я у вас хотел спросить, ГДЕ ПАЦИЕНТКА? – на этот раз первый вошедший терпения не проявлял. - Кто-то посещал ее до меня?

- Н-н-нет, - неуверенно промямлил доктор, - никто, к ней запрещено…

- Тогда, возможно, она сама выходила куда-то? Или ее увезли на процедуры? – не отставал первый.

- Никаких процедур. Всё необходимое уже сделано. Да и количество влитых лекарств не позволили бы ей очнуться, не то что идти куда-то самостоятельно. Она сейчас должна быть абсолютным овощем…

«Сам ты… редиска», - злорадно подумала я, стараясь подавить очередной приступ слабости и держать глаза открытыми.

- Овощ? – нарочито спокойно переспросил мужчина, отчаянно желающий со мной встретиться. - Ну, так вот, товарищ садовод, если через пять минут вы не найдете эту вашу растительность, я вам руки ко всем чертям пообрезаю!

- Простите, конечно, минуту, - причитал горе-врач, явно пятясь к дверям, - сейчас найдем её, она не могла далеко… Оксана-а-а-а! А ну бегом ко мне!

Мой незваный гость громко сплюнул, пробубнил что-то себе под нос и тоже поспешил удалиться из палаты. Видимо, решил поискать сам.

Затягивать дальше я не стала: открыла шкаф и выпала на пол. У-у-у, больно как! Руки и ноги саднило, рёбра болели, а в затылке поселился какой-то садист, он беспощадно сверлил мой мозг и требовал впасть в беспамятство.

Никогда в жизни не пробовала наркотики, но сейчас, проползая по палате к входной двери, я очень хорошо представляла себе, как себя чувствует принявший дозу… Раскачиваясь и нервно хихикая, поднялась по стеночке в полный рост и пошла, опираясь на нее, вперед.

Лишь оказавшись за очередной дверью, я шумно выдохнула и позволила себе немного задержаться, вспоминая, где это пресловутое «лево». В коридоре было пусто, и этим стоило воспользоваться.

Завернув в нужном направлении, я сделала над собой усилие и пробежалась, чуть не переломав ноги на трехметровой дистанции.

«Овощ и есть, - подумала я про себя, горько усмехаясь и подтягивая развязавшуюся простынь как можно выше, - но так просто не сдамся!»

В той самой палате было тихо и до головокружения воняло лекарствами, а единственным человеком, кроме меня, здесь была сама Октавия. Женщина лежала на узкой одноместной кровати, и со стороны могло показаться, что она просто спит. Только вот грудь ее не вздымалась в такт дыханию. Провидица умерла, как только сделала последнее предсказание.

- Всё кончено, - закусив губу, я беспомощно осела на пол и дала волю слезам, - не успела. Проклятый Горан, отрастил, зараза, ноги! Мерзкий гад! Сволочь! А мне теперь погибай без него!

- Ну, допустим я часто слышу подобное, - раздался удивленный голос позади меня, - я о той части, где вы перечисляете проклятия в мой адрес. А вот про гибель хотелось бы подробностей.

В следующий миг передо мной присел на корточки мужчина средних лет, из тех, кого моя подружка Мила называет: «брутал до мозга костей». Такой себе высокий крепкий и самоуверенный красавчик: очень короткая стрижка, двухдневная щетина опутывает губы, изогнутые в ироничной ухмылке, а темно-серые глаза таят в себе угрозу и откровенную насмешку над объектом наблюдения. Не хватает только окурка в зубах. Брр… Терпеть таких не могу, слишком уж много они о себе мнят.

- Горан? – спросила я с надеждой, совершенно не представляя, как вести себя с этим парнем, и, тем более, стать его тенью, если он окажется тем, кто мне нужен.

- Он самый, - мужчина приподнял одну бровь и слегка пригнул голову в знак приветствия. - А вы?

- Ольга, - расстроено прошептала я. Вот тебе и спаситель. О чем мне с ним говорить? Как убедить взять меня с собой?

- Мне казалось, еще минуту назад вы горели от нетерпения встретиться со мной, - заметил мой новый знакомый, с интересом наблюдая за сменами эмоций на моем лице. - А теперь в ваших глазах притаилась печаль. Обидно, честное слово.

- Видите ли, - начала было я, но тут же осеклась, услышав громкие шаги позади себя. Кто-то вошел в палату. Понимая, что сил не осталось даже на то, чтобы обернуться, я перепугано округлила глаза и шепотом спросила Горана: – Кто там?

Брутал, если и удивился моей реакции, ничем себя не выдал. На мгновение вскинув голову вверх, он неприязненно скривился и вернул всё свое внимание мне:

- Там Зуев, - констатировал мой новый знакомый. - Вы и его ждали, Ольга?

- Вовсе нет, - я сделала огромное усилие над собой и, вцепившись одной рукой в норовившую соскользнуть простынь, второй схватила мятую рубаху собеседника и стала тянуть его на себя. – Мне вообще-то кроме вас никто не нужен.

На этот раз Горан не остался равнодушным, даже слегка закашлялся.

- Она под действием лекарств, - подал голос стоящий позади мужчина. Причем, тот самый, из моей палаты, который пугал доктора лишением конечностей. - Не стоит ее слушать, и, тем более, вести с ней беседы. Сегодня бесполезно.

Снова раздались шаги и подозрительное шуршание, после чего к моей спине прикоснулись чьи-то руки, помогая подняться. Я передёрнула плечами и с силой дёрнулась вперёд. Дело в том, что тело едва мне подчинялось, да и голова соображала просто ужасно, но последние слова провидицы держали меня в сознании. Во что бы то ни стало я должна навязаться Горану! Однако такой прыти от меня, похоже, никто не ожидал. Руки Зуева непроизвольно разжались, и в следующий миг я налетела на своего будущего спасителя.

Брутал сдавленно хрюкнул, но принял свой крест (в виде сильно побитой и неадекватной меня) очень достойно. Нет, ну выругался, конечно, причем витиевато и забористо, но не бросил же мою бедную тушку отлеживаться на холодном полу и дальше. Поднявшись вместе со мной, он недовольно хмурился и буравил злым взглядом Зуева, явно ожидая хоть каких-то пояснений.

- Я же тебе сказал, она на лекарствах, - как само собой разумеется, пояснил тот. - Шеф сказал притащить ее в отдел, попытаться выжать что-то из воспоминаний о гибели Октавии.

Выслушав последние слова Зуева, Горан сильно напрягся и оглянулся назад, на тело провидицы. Секундное замешательство и вновь меня пронзает взгляд серых глаз. На этот раз холодный и решительный.

- Так ты и есть шестая жертва? Из парка? Дамочка с золотыми часиками?

Я немного подумала и опасливо кивнула. Если сейчас этот парень отдаст меня своему коллеге (а я подозреваю - мои новые знакомые работают вместе), то всё! Пиши - пропало! Из последних сил открывая пересохшие губы, шепнула ему в самое ухо:

- Мне важно уйти с вами… с тобой, иначе смерть.

- М-м-м?

«Какой же он тугодум!» - это были последние более менее толковые мысли, сформировавшиеся в измученном мозгу. Дальше темнота, полная страха… Очнусь ли я снова? Или это конец?

Друзья,

прошу, не забывайте подписываться на автора, ставить лайк и добавлять историю в библиотеку, если она нравится))

С уважением, Ника

* * *

Нир Горан Вук

- Какой же он тугодум, - с горечью проговорила девчонка и отключилась прямо у меня на руках. Нормально! Наглеет молодежь… Такой дай палец – руку откусит. А мне только обузы в виде обездвиженного тела не хватало.

Оглянувшись по сторонам, я вдруг понял: переложить эту «милую» барышню можно только к Октавии «под бочок». И, если поразмыслить, в этом не было ничего дурного – провидице уже все равно, а девчонка в своем нынешнем состоянии ничего не понимает и возразить не может при всем желании.

- Горан, ты что творишь? – заголосил Зуев, увидев, как я пристраиваю свою тяжелую ношу на единственную кровать в помещении. - Это… Это… Так нельзя! Октавия мертва.

Невольно перестроил зрение и бросил взгляд на провидицу. Да, все признаки «на лицо»: глаза потеряли былое сияние, тело вытянулось, аура совершенно потухла. Пустышка. Зато девчонка рядом с ней переливалась всеми цветами радуги. Кажется, кто-то наглотался не только лекарств, но и чужой силы. А вот это уже интересно.

- Камил, - я медленно обернулся к Зуеву и пристально посмотрел ему в глаза, - какими судьбами ты оказался в палате жертвы раньше меня? И поверь, лучше будет сказать правду.

Парень недовольно скривился, но промолчать не решился:

- Кени сообщил, что их нашли. И труп, и Октавию, и эту дамочку. Велел всем быть настороже. Псих напитал какого-то левого мужика не первой свежести, так что ему самому даже рук замарать не пришлось. Только одно остается загадкой, кто ритуал проводил. Вот я и приехал…

- Это моё дело.

- Я не собирался отнимать у тебя дело! – Камил нервно закинул руки за голову и осмотрел палату, остановив взгляд на лице нашей свидетельницы. - Лишь хотел присмотреть за девчонкой, ну и спросить кое-что, если получится. Не смотри на меня так, Горан! Октавия была в моей команде, и я хочу участвовать в расследовании, это моё право!

- Твоё право валить отсюда, пока я не сообщил Кени, что ты пытался вывести моего основного свидетеля в неизвестном направлении.

- У девчонки явный передоз, удивительно, как она вообще здесь оказалась, - не слушая меня, продолжал Зуев, - я осмотрел ее вещи – там всё в крови и жадосе. Она могла сама измазать себя и встать во главе ритуала. Тогда…

- Тогда, после допроса по всей форме, Кени сообщит тебе об этом. А пока я ее забираю. Отвезу к нам в отдел, пусть ее осмотрит Урвик. И нет! Со мной ты не пойдешь, занимайся своими делами.

Что ж, придется корректировать планы на ходу.

- Пошли, Ольга, прогуляемся, хватит мешать тёте Октавии, - подхватив тело девушки на руки и сделав непроницаемое лицо, я прошел мимо злого, как черт, Камила. - Увидимся в отделе, парень, и давай без глупостей.

- …нах… - донеслось до меня сзади.

Оглядываться я не стал, и без того затылок дымился от прожигающего взгляда. Права была Октавия, нужно оберег какой-то нацепить, хотя ей-то они не сильно помогли.

Остановившись рядом с сестринским постом, я с интересом уставился на полную грудастую особу в белом халатике. Она стояла ко мне полубоком, приподнявшись на носочки, и искала что-то на верхних полках стеллажа. Средних лет, брюнетка, с колечком на безымянном пальчике. Мои губы невольно растянулись в улыбке, а глаза снова устремились к часто вздымающейся груди. Хотел уже рвануть к ней на помощь, а затем получить номер её тачфона, как заслуженную награду, и тут недоразумение на моих руках зашевелилось. Взглянув на Ольгу, я помрачнел: ну вот как можно быть такой мелкой и костлявой и при этом столько весить?

- Что вы делаете с пациенткой? – сестричка обратила на меня внимание и стремительно приближалась. - Куда вы её тащите? А ну, верните на место!

- Хотелось бы, но не могу, - с прискорбием сообщил я, пристраиваясь на углу стола, - мне бы вещички её забрать, красавица, а то очнётся – нервничать начнёт.

- Вы её муж? – женщина заметно смягчилась после ласкового обращения, но до полного взаимопонимания нам было еще далеко. А времени, как всегда, в обрез.

Тяжко вздохнув, я в последний раз с тоской осмотрел собеседницу, сосредоточился и снова повторил свою просьбу, добавив в неё толику своего дара.

- Вещи Ольгины принеси мне, солнце. И карту её давай сюда. Одна нога здесь, вторая там.

Зрачки медсестры расширились, дыхание участилось, на пухленьком личике появилось абсолютно безучастное выражение… Процесс пошёл.

Уже через две минуты я вместе с довеском в виде очень тощей девчонки и её шмоток покидал министерскую клинику. Голова начинала нещадно болеть: не зря Урвик запрещал пользоваться внушением хотя бы несколько дней.

Погрузив Ольгу на переднее сидение, я сел за руль своего потрепанного автокара и на минуту задумался: следовало решить, куда направиться сначала. Очень хотелось лично осмотреть место последнего преступления, возможно, даже тело того несчастного зомби удалось бы увидеть. Но, с другой стороны, Зуев наверняка рванет в отдел и будет караулить там, пока я не привезу свидетеля. Может и панику навести.

- Свалилась же на мою голову, - прикуривая, снова глянул на костлявое недоразумение рядом. Девчонка выглядела ужасно потрёпанной: русые волосы сбились в неряшливую капну, руки и ноги «украшены» многочисленными синяками и ссадинами, плечи и лицо покрывал слой грязи вперемешку с жадосом (желтой жидкостью - проводником магических ритуалов). Вспомнился ее взгляд, когда она навалилась на меня в палате Октавии – в огромных глазах явственно проглядывался страх вперемешку с надеждой. И эти ее слова «Мне важно уйти с тобой, иначе смерть», - умеет же девчонка вызвать интерес у противоположного пола.

Ладно, сначала Урвик. Пусть приведет в порядок это чудо в простыне.

Мотор завёлся только с третьего раза. Неприятно, но факт – кару снова нужен ремонт.

- Радио, - тихо проговорил я, выпуская кольцо дыма изо рта, - станция «город не спит». И погромче.

Тишина. Похоже, техника сегодня тоже против меня. Хреновый день, хреновые знакомства.

Спустя десять минут я выезжал на центральную улицу Зеи, до отдела оставалось чуть больше пяти километров, как вдруг чёртова девка подпрыгнула на месте и начала протяжно скулить. Одновременно с ней из радио понеслась довольно-таки тяжелая музыка. Не сказать, что меня легко вывести из себя, но в тот момент очень захотелось успокоить Ольгу на веки вечные.

- Радио выключить! – заорал я, перекрикивая популярного рокера и истерившее недоразумение с соседнего сидения. - Что за херня?!

Резко вильнув вправо, я затормозил и зло уставился на раскачивающуюся из стороны в сторону девчонку:

- Ты что, идиотка?

- У-у-у-у, - было мне ответом.

- Я понял. Нужно было карту твою еще в больнице просмотреть. Сам виноват. Твою ж мать, - нервно растерев уставшее лицо ладонями, я постарался взять себя в руки и, решив быть терпимей с жертвой обстоятельств, снова повернулся к ней лицом. И тут меня пробил озноб.

Ольга, выпрямив спину, сидела на прежнем месте и следила за мной глазами, в которых полностью отсутствовал зрачок. Белки на месте. А зрачков нет как не было.

Очень сильно захотелось выйти из кара и найти Зуева. Хочет её забрать – пожалуйста, пусть сделает одолжение!

Стонать девчонка не переставала, скорее даже наоборот: звук, рвущийся из ее глотки, нарастал с каждой минутой. Какое-то время я упорно молчал. (Просто не знаю, что говорят в таких случаях). Однако, когда моя новая знакомая начала переходить на ультразвук, пришлось действовать.

- Дорогуша, - очень отдалённо начал я, - как ты себя чувствуешь?

Она не затыкалась, отвечать тоже не спешила. Мой взгляд невольно метнулся к заднему сидению, где всё еще валялась изъятая у одного наркомана дубинка. Пришлось с силой мотнуть гудящей от боли головой, чтобы отогнать манящее видение решения всех проблем одновременно.

- Слушай, - прочистив горло, я повысил голос, - да послушай же меня, ты! Как тебя там! Эй!

- У-у-у, - подвывало это жуткое существо, весьма отдаленно напоминающее девушку, и совершенно не обращающее на меня внимание, - вмешиваться нельзя! Мне так жа-а-аль, но время пришло-о-о-о…

- Так, я вызываю скорую, и мы прощаемся. Время пришло, это точно, - уф, если всевышний смотрит на меня, то наверняка удивляется моему резиновому терпению.

- Кар уже набрал скорость, - вещало непробиваемое Оно рядом со мной. - Остановиться уже не выйдет. У-у-у-у. Камил не знает слова «осторожность», не знает слова «нет», как не знаешь его и ты, Нир!

Я замер, не успев набрать последние несколько цифр на тачфоне. Секунду соображал, что именно заставило меня остановиться. Нир – это моё имя. Не кодовое, а то, что дала мне мать при рождении. Мало кто из моих нынешних знакомых знали о нём, я и сам, признаться, его подзабыл. Девчонка же, словно почувствовав мой интерес, тут же замолчала и обрушилась назад, на сидение, прикрыв жуткие очи. Издевается, гадина.

Внезапно позади раздался душераздирающий скрежет, затем протяжный ни с чем не сравнимый скрип и, наконец, завершил всё лязг металла о парапет разделительной полосы.

Я, словно в замедленной съемке, обернулся влево и проводил взглядом дорогой чёрный кар, буквально разрезающий собой ненадежную преграду.

«Зуев, - отметил мой мозг на автомате, - а за ним след протекающего топлива».

В следующую секунду я уже мчался к обезображенному куску металла. "Только бы успеть, только бы живой", - мысли неслись одна за другой, и, казалось, я просто слышал их со стороны. Перепрыгнув через вырванную дверцу, наконец, подобрался к искорёженному кару и заглянул внутрь.

Камил был еще в сознании и слабо стонал. В последний момент он успел прижаться к рулевой колонке, однако это не сильно ему помогло. Откинув голову парня назад, я позвал его по имени. Он оглянулся на меня и уставился невидящим взглядом.

По лицу Зуева одна за другой стекали струйки крови, бровь сильно рассечена, нижняя губа разорвана пополам.

- Камил, нужно выбираться, - как можно спокойнее проговорил я, пробираясь к парню поближе. Ноль эмоций. Снаружи что-то зашипело. Не хорошо. Придется применить убеждение снова. – Камил, у тебя ничего не болит, ты чувствуешь себя замечательно. Подними правую ногу и перекинь ближе ко мне. Отлично. Теперь левую. Твою ж мать!

Из второй ноги, которую Зуев безразлично вынул наружу, торчала раздробленная кость. Ничего, он справится, или мы оба вот-вот взлетим на воздух. Еще эта чертова голова, она буквально разваливается на части от боли. Продержаться бы несколько минут, большего не нужно.

Схватив парня за поясницу, с силой потянул его на себя, вытаскивая через пассажирское сидение. Сбоку снова что-то лязгнуло и зашипело.

- Беги, мужик, сейчас рванет, нах!.. – закричал кто-то сердобольный со стороны.

- Я возьму его за ноги, - незнакомый голос из-за спины заставил меня обернуться и изумленно застыть на мгновение. Незнакомец в рваных джинсах, с зеленой шевелюрой и с накрашенными черными глазами протянул руки вперед и кивнул, подбадривая: – Скорее, братух, потом знакомиться будем!

Вместе мы успели отойти примерно метров на семь-восемь, не больше. Камил всё это время тихо приговаривал, что у него совсем ничего не болит. Потом раздался оглушительный взрыв. Последнее, что я разглядел перед тем, как отключился – зеленое пятнышко плавно перекрашивающееся в красный.

Глава 3

Ольга Кир

Сон был чудесный! Я, вся при параде, кружилась в танце с единственным и неповторимым, излучая любовь и гармонию! Волнами от меня исходило счастье, все вокруг улыбались и аплодировали самым красивым молодоженам на Эркане.

И вдруг музыка стала затихать, а люди вокруг расходиться. Резко похолодало: откуда ни возьмись налетел порывистый ветер, уничтожая мою безупречную прическу! В безоблачном небе громыхнуло, и тут же сверху полился проливной дождь, смывая с моего лица макияж, забирая остатки тепла.

Не понимая, что происходит, я прижалась плотнее к любимому и заглянула в его карие глаза, чтобы черпнуть оттуда уверенности и отогреть окоченевшее тело. И вдруг Мирос (всегда такой безукоризненно вежливый и галантный) прокричал мне в лицо совершенно не своим голосом:

- Да отлепись же ты от меня, чума болотная, дышать и так нечем!

Резко распахнув глаза, я непонимающе поморгала. Вокруг все расплывалось, очертания любимого таяли, превращаясь в крупного мужика с многодневной щетиной на изможденном лице!

- Мамочки, – прохрипела я, осознавая, что он вытаскивает абсолютно голую меня из ванной с какой-то вонючей желтой субстанцией. – Пустите! А-а-а-а!

- Тьфу, нах… - руки скривившегося от моего вопля громилы внезапно разжались.

Бульк. Меня уронили назад в зловонную жижу. Ни оптимизма, ни радости это не придало! Брыкаясь руками и ногами, я выкарабкалась наружу, отчаянно отплевываясь, нещадно растирая глаза и нервно стряхивая с себя желтую слизь. Рядом кто-то матерился, поминая демонов, мою маму и, как ни странно, проклиная нашу встречу. Удивительно, ведь я совершенно ничего не сделала этому человеку, скорее наоборот!

- Что случилось, Горан? – приятный мужской голос нового действующего лица заставил меня замереть, а затем резко прикрыть руками стратегически важные места и оглядеться.

Небольшая, довольно-таки чистая ванная комната. (Ну, если не считать забрызганных мною стен, пола, раковины и… очень злого Горана). Наконец, я его вспомнила. Значит, он все-таки прихватил меня с собой – это радует. Но вот куда притащил и кто этот второй тип в белом халате с лохматой рыжей шевелюрой и толстенными очками?

- Вот, что случилось! – тем временем пророкотал тот, чьей тенью я должна была стать, тыкая в меня указательным пальцем. – Эта костлявая…

- Горан! – все тот же мужчина в длинном белом халате неприязненно поморщился, поправил очки и осуждающе покачал головой. - Иди в душевую, отмойся. Я сам объясню нашей гостье, что к чему, и приведу ее в твой кабинет.

- У вас десять минут, - недовольно буркнул громила, бросая на меня беглый взгляд, полный презрения, и направляясь к двери.

Я постаралась как можно дружелюбнее улыбнуться, он ускорил шаг. Кажется, мне нужно зеркало. Перевела взгляд на лохмача, тот с интересом меня разглядывал. Ну вот, нормальный мужик. Я хоть и грязная, пропитанная жутким запахом, но все же женщина с весьма неплохой фигурой. Хотя от зеркала все равно не откажусь.

- А можно и мне в душевую? – заискивающе пропищала я, понимая: наше молчание затянулось.

- Э-э-э… Конечно. Только очень быстро, время не терпит, знаете ли. Меня зовут Урвик. Пиар Урвик. Я начальник отдела криминалистики и некромантии. Ваши болячки мы здесь подлатали с помощью жадоса (той жижи, которой наполнена ванная), ребра срастили, но общая слабость очень скоро даст о себе знать. Поэтому сейчас легкий душ, быстрая беседа и баиньки. Сегодня я вас мучать не дам.

- Огромное спасибо, - подарив новому знакомому благодарную улыбку, я пошла за ним следом в соседнее помещение.

- Вторая кабинка ваша, Ольга, - оповестил меня Урвик, безуспешно подергав ручку первой двери. - И помните, не больше трех минут. В конце коридора есть шкаф с чистыми полотенцами и халатами. Я жду у входа.

Вода! Чистая, теплая, освежающая! Что может быть лучше? Намылившись мылом с ног до головы, я некоторое время нещадно оттирала свою тушку, затем волосы, ну а после просто подставила лицо под живительные струи и замерла от удовольствия.

- Алё! – раздалось откуда-то из-за стенки слева. - Напор горячей поубавь! Здесь еще люди моются, холодно!

И до того это был знакомый голос! Припомнив, как несколько минут назад пришлось нахлебаться желтой мерзости по его вине, я, не сдерживая злорадного хихиканья, совершила-таки маленькую пакость: на десяток секунд отвернула душ в сторону и врубила горячую воду на полную катушку. Рядом что-то ухнуло, потом раздался грохот падающих мыльных принадлежностей и громкий шлепок большого тела на мокрый кафель, сопровождающийся криком:

- Су... Мать… Кому там, нахрен, жить надоело?!

Вот она, радость сердечная! Отключив водичку, я нарочито медленно вытерлась и накинула на себя приготовленный заранее халатик. Прислушалась – снаружи и сбоку было очень тихо. Почему-то совсем расхотелось выходить, а веселье медленно сменялось на нехорошее предчувствие. И дернул же меня черт баловаться, как дите малое! Ладно, не убьёт же, право слово!

Надев на лицо непроницаемую маску, я резко открыла дверку душевой и смело шагнула наружу.

- Убью, - тихо проскрежетали рядом.

- Мамочка, - уже как-то привычно пропищала я, глядя в светящиеся злостью серые глаза и отступая назад. - Я же просто перепутала кран…

- И что, дочка, сильно кипятком обожглась? – прошипел разъяренный Горан, хватая меня за шкирку, и притягивая к себе. Да он же почти на две головы меня выше! Несколько секунд я, опасливо скосив глаза на сжатый кулак перед моим носом, искренне считала: сейчас меня впервые в жизни побьют. Но нет. Трижды громко вдохнув и выдохнув, брутал поставил меня на место и даже халатик на плечах отряхнул от невидимых пылинок.

- Беги, Ольга, пока не прибил, - почти не разжимая губ, посоветовал Горан.

Не люблю, когда ко мне с советами лезут, но к его словам почему-то сразу решила прислушаться.

На выходе меня, как и обещал, ждал Урвик:

- Почти десять минут, дамочка, – недовольно пробубнил некромант, - вот поэтому я и не беру женщин к себе в отдел. Дисциплины – ноль. Ладно, наденьте вот шлёпанцы, уж какие есть, и пойдем. Нас шеф уже ждет.

- А шеф у нас кто? – поинтересовалась я, с трудом поспевая за длинноногим лохмачом.

- А шеф у нас очень серьезный и пунктуальный мужчина в самом расцвете сил, - тут же «охотно» пояснили мне. - И давайте не будем его провоцировать на вымещение этих самых сил на простом некроманте и не менее простой жертве обстоятельств, - тут на меня бросили многозначительный взгляд из-под очков. - Поторопитесь, Ольга, прошу вас.

Бегу, бегу, мой хмурый товарищ…

Вопросов у меня в голове назрело прямо-таки огромное количество, но почему-то никто не стремился на них отвечать. Зачем, например, я понадобилась этому самому «шефу»? Что это вообще за организация? Не та ли «контора», где работает Мирос? Почему в моей памяти помимо больницы всплывает видение, словно я кричу, а потом взрывается чей-то автокар? Кем была Октавия Лонг? Почему…

- Слишком громкое и сумбурное мышление, - Урвик остановился у дубовой двустворчатой двери с надписью «лаборатория номер три» и слегка поморщился. - Даже голова от вас разболелась, дамочка. Позволите мне немного помочь? Расслабьтесь и медленно промотайте назад события той злополучной ночи, когда вас схватили. Мои способности в телепатии хоть и весьма незначительны, но прояснить некоторые детали я вам смогу.

Замерев рядом с долговязым, и разглядывая его с новым возросшим интересом, я пыталась осознать одну вещь: этот мужчина утверждает, что умеет читать чужие мысли! Конечно, мне не раз приходилось слышать: телепаты реально где-то существуют, но поверить в то, что вот он, здесь, прямо перед тобой - тяжело. По крайней мере, раньше никто из моих многочисленных знакомых не хвастался, что обладает подобным талантом… или проклятьем? Хм.

- Ольга, вы совершенно не цените ни свое, ни чужое время, - Урвик нервно растрепал свою и без того лохматую шевелюру и оглянулся на дверь за своей спиной. - Я действительно могу читать мысли, особенно если их так громко озвучивают. У вас куча вопросов, а у меня есть ответы. Давайте-ка, поднатужьтесь, и покажите мне быстренько, как оказались на месте происшествия?

Я пожала плечами и кивнула. Почему бы и нет? Покажу, может быть это действительно поможет что-то прояснить?

…Итак, вечер в клубе, звонок Миросу, потом мой побег в парк… Истошный крик Октавии…

- Почему не заходите? – конвульсивно вздрогнув, я распахнула глаза и уставилась на голый мужской торс. Мускулистый. С рельефами. Оказывается, Горану есть что показать впечатлительным барышням вроде меня.

- Она сильно на взводе, - тем временем заговорил Урвик, - я посоветовал ей успокоиться перед тем, как показываться на глаза шефу.

- Ясно, ей это не поможет, - на меня бросили красноречивый полный презрения взгляд. - Кени заждался: даже отсюда чувствую вспышки праведного возмущения, идемте.

Меня весьма пренебрежительно подтолкнули вперед, предусмотрительно открыв дверь.

Прошу, не забывайте делиться впечатлениями,

мне очень важно Ваше мнение))

* * *

Снова небольшой стерильный кабинет с белыми стенами. Голубые шкафчики и стеллажи вдоль стен, несколько каталок со столиками на колесах и небольшой кожаный диванчик в углу. Именно там и примостился так называемый «шеф». Тут меня ждал очередной сюрприз. Судя по покрытым чешуйками скулам, очень смуглой коже, черным глазам и черной же шевелюре, мужчина являлся выходцем из Реинтора, закрытого материка Эркана. Небольшого росточка, довольно-таки щуплого телосложения и при этом с несгибаемой силой во взгляде.

Разглядывая Кени (а я почему-то не сомневалась: это был именно он), я невольно задержала дыхание. Костюмчик, несомненно, жуть какой дорогой, ботиночки стоят моей годовой зарплаты, прическа – волосок к волоску, ну а часы от Гуфа Сабано просто-таки добили: лишь элита Эркана могла себе позволить выглядеть подобным образом. Неужели здесь такие хорошие зарплаты? Тогда это явно не государственное учреждение…

- Рад, что вы все-таки пришли, - недовольно донеслось до меня с диванчика, - уже, если честно, и не ждал.

- Неприятности застали в пути, - беспечно пожал широкими плечами Горан, - девчонка оказалась непростой, - кивок головы в мою сторону. - Похоже, она не только силы Октавии наглоталась, но и мутировала слегка.

В повисшей следом тишине щелкнула зажигалка, и мой разговорчивый спаситель закурил сигарету, с явным наслаждением втягивая в себя порцию никотина.

- Где Зуев? – снова заговорил шеф, при этом внимательно разглядывая мое вытянувшееся от изумления лицо.

- Всё еще в жадосе отмокает, - невразумительно пробормотал Урвик, старательно отводя взгляд от начальства. - И второй тоже там. С зеленой шевелюрой.

Горан с прищуром посмотрел на смущенного коллегу и выпустил очередную порцию дыма:

Страницы: «« « 12345678 » ... »»