Полночные воспоминания Шелдон Сидни
В дверях появился Атанас. Взглянув на лицо Кэтрин, быстро подошел к ней.
– Что-нибудь случилось, мисс Александер?
Она повернулась к нему:
– Кто-то… кто-то пытается меня убить.
Он с изумлением уставился на нее:
– Почему? Кто… кто может такое сделать?
– Не знаю.
Раздался стук во входную дверь.
Атанас взглянул на Кэтрин:
– Мне открыть?…
– Нет, – быстро ответила она. – Никого не впускай. Доктор Гамильтон едет сюда.
Снова раздался стук, на этот раз более громкий.
– Можно спрятаться в подвале, – прошептал Атанас. – Там вы будете в безопасности.
Она кивнула:
– Верно.
Они прошли в конец коридора, к двери, ведущей в подвал.
– Когда приедет доктор Гамильтон, скажи ему, что я здесь.
– Вам не будет страшно одной внизу?
– Нет, – ответила Кэтрин.
– Никто вас здесь не найдет, – уверил он ее. – А как вы думаете, кто пытается вас убить?
Она вспомнила о Константине Демирисе и своих снах. «Он тебя убьет… Но ведь это был лишь сон».
– Я не уверена.
Атанас посмотрел на нее и прошептал:
– Я знаю кто.
Кэтрин удивленно посмотрела на него:
– И кто же?
– Я. – В его руке внезапно сверкнул нож, который он приставил ей к горлу.
– Атанас, сейчас не время для игр…
Она почувствовала, как нож впивается ей в горло.
– Ты когда-нибудь читала «Свидание в Самарре», Кэтрин? Нет? Теперь уж поздно, верно? Так вот, это об одном человеке, который пытался убежать от смерти. Он поехал в Самарру, а смерть ждала его там. Твоя Самарра здесь, Кэтрин.
Было жутко слушать эти ужасные слова, слетающие с уст на вид невинного мальчика.
– Атанас, пожалуйста. Ты не можешь…
Он дал ей увесистую пощечину:
– Не могу, потому что я мальчишка? Я тебя удивил, правда? Все потому, что я великолепный актер. Мне уже тридцать, Кэтрин. А знаешь почему я выгляжу ребенком? Потому что, когда я рос, еды всегда не хватало. Я питался отбросами, которые воровал с помойки по ночам. – Он все еще держал нож у горла Кэтрин, прижав ее к стене. – Когда я был мальчишкой, я видел, как солдаты, изнасиловав моих родителей, зарезали их, а потом изнасиловали меня и бросили, думая, что я не умер.
Он толкал ее все дальше и дальше в подвал.
– Атанас, я… я никогда не делала тебе ничего плохого. Я…
Он по– мальчишески улыбнулся ей:
– А здесь и нет ничего личного. Обычная сделка. Убив тебя, я получу пятьдесят тысяч долларов. Как будто занавес опустили перед ее глазами – все стало видеться через красную дымку. Какая-то часть ее смотрела на все со стороны.
– У меня для тебя был подготовлен великолепный план. Но хозяин торопится, и приходится импровизировать на ходу.
Кэтрин чувствовала, как острие ножа впивается ей в шею. Внезапно он сделал движение рукой и вспорол ей платье сверху донизу.
– Мило, – заметил он. – Очень даже мило. Я собирался сначала поразвлечься с тобой, но уж раз твой приятель скоро пожалует, нам следует поторопиться, так ведь? Не повезло тебе. Я – мужчина что надо.
Кэтрин стояла задыхаясь. Говорить она не могла.
Атанас полез в карман и вытащил оттуда бутылочку с бледно-розовой жидкостью.
– Когда-нибудь пробовала сливовицу? Давай выпьем за твой несчастный случай. – Он убрал нож, чтобы открыть бутылку, и на мгновение у Кэтрин появилась надежда убежать.
– Пей, – тихо сказал Атанас. – Попробуй. Очень прошу.
Кэтрин провела языком по губам.
– Послушай, я… я тебе заплачу. Я…
– Побереги голос. – Атанас сделал большой глоток из бутылки и протянул ее Кэтрин. – Пей, – велел он.
– Нет. Я…
– Пей!
Кэтрин взяла бутылку и отпила немного. Резкий напиток обжег ей горло. Атанас забрал бутылку и сделал еще глоток.
– Кто донес твоему доктору, что тебя собираются убить?
– Я… я не знаю.
– Ладно, не имеет значения. – Атанас показал на толстый деревянный столб, поддерживающий потолок. – Встань туда.
Кэтрин взглянула на дверь и сразу почувствовала, как стальное лезвие впилось ей в шею.
– Не заставляй меня повторять дважды.
Кэтрин подошла к деревянному столбу.
– Хорошая девочка, – похвалил Атанас. – Теперь садись. – На мгновение он отвернулся. Воспользовавшись этим, Кэтрин бросилась к выходу. Она добежала до лестницы, поднялась на одну ступеньку, другую. Сердце отчаянно билось. В этот момент Атанас схватил ее за ногу и сдернул вниз. Силой он обладал необыкновенной.
– Сука!
Схватил ее за волосы, он приблизил ее лицо к своему:
– Еще одна попытка, и я тебе ноги переломаю.
Спиной она почувствовала нож, как раз между лопатками.
– Шевелись.
Атанас подвел ее к столбу и толкнул на пол. – Сиди тихо.
***
Кэтрин видела, как Атанас подошел к груде картонных ящиков, перевязанных веревкой. Он отрезал два куска веревки и направился к ней.
– Руки на столб, быстро!
– Не надо, Атанас, я…
Он ударил ее кулаком по скуле, и все поплыло у нее перед глазами. Атанас наклонился к ней и прошептал:
– Никогда не говори мне «нет». Делай что велю, пока я не перерезал тебе горло к чертовой матери.
Кэтрин сложила руки за столбом и через мгновение почувствовала, как веревка впилась ей в кисти рук. Руки сразу занемели.
– Пожалуйста, – попросила она. – Не так туго.
– Порядок, – ухмыльнулся он и вторым обрезком веревки крепко связал ей ноги в щиколотках. Затем встал. – Ну вот, – сказал он, – все мило и по-домашнему. – Он опять отпил из бутылки. – Хочешь еще?
Кэтрин отрицательно покачала головой.
Он безразлично пожал плечами:
– Твое дело.
Он опять поднес бутылку к губам. «Может, он напьется и уснет», – в отчаянии подумала Кэтрин.
– Я привык пить по литру в день, – похвастал Атанас, швырнув пустую бутылку на цементный пол. – Пора приниматься за дело.
– Что… что ты собираешься делать?
– Устроим маленький несчастный случай. Настоящий шедевр. Пожалуй, возьму с Демириса двойную цену.
«Демирис! Значит, это был не просто сон. Он стоит за всем этим кошмаром».
Кэтрин увидела, что Атанас направился к огромному бойлеру. Снял переднюю панель и принялся разглядывать сигнальную лампу и восемь нагревательных пластин. Предохранительный клапан находился в защитной металлической коробке. Атанас поднял с пола маленький кусочек дерева и зажал им клапан так, что тот перестал действовать. Максимальная температура по шкале была 150° по Цельсию. Кэтрин увидела, что Атанас поставил указатель на максимум. Удовлетворенный, он повернулся к ней.
– Помнишь, сколько у нас было неурядиц с этой печкой? – спросил он. -Что ж, боюсь, что в конце концов она взорвется. – Он пододвинулся поближе к Кэтрин. – Когда температура достигнет четырехсот градусов, котел взорвется. А потом знаешь, что будет? Трубы с газом лопнут, и газ вспыхнет от пластин. Все здание взлетит на воздух.
– Ты рехнулся. Там полно людей, которые ни в чем не виновны.
– Невиновных людей не бывает. Вы, американцы, верите, что все хорошо кончается. Придурки. Счастливых, концов не бывает. – Он протянул руку и попробовал, хорошо ли связаны руки Кэтрин. Кисти рук кровоточили. Веревка врезалась в тело, узлы были завязаны крепко. Атанас медленно провел рукой по обнаженной груди Кэтрин, лаская ее, затем наклонился и поцеловал. -Скверно, что у нас нет времени. Ты так и не узнаешь, что потеряла. – Он схватил ее за волосы и поцеловал в губы. От него несло спиртным. – Прощай, Кэтрин, – сказал он и выпрямился.
– Не оставляй меня, – взмолилась Кэтрин. – Давай поговорим и…
– Опаздываю на самолет. Возвращаюсь в Афины. – Она смотрела, как он поднимается по ступенькам. – Оставлю свет, чтобы ты могла видеть, как это произойдет. – Еще через секунду Кэтрин услышала, как захлопнулась дверь подвала, потом послышался звук задвигаемого засова. И тишина… Она была одна. Взглянула на шкалу. Температура быстро поднималась. Прямо у нее на глазах стрелка перескочила с отметки 160 на 170 градусов и продолжала подниматься. Она тщетно пыталась освободить руки, и чем больше усилий она прилагала, тем крепче становились узлы. Она опять взглянула на шкалу. Стрелка достигла отметки 180. Выхода не было.
Никакого.
***
Алан Гамильтон вел машину по улице Уимроул на сумасшедшей скорости, постоянно нарушая правила и не обращая внимания на крики и гудки раздраженных водителей. Но впереди была пробка. Он свернул налево и двинулся к Оксфордскому цирку. Интенсивное движение мешало ему ехать быстро.
***
В подвале дома на улице Бонд стрелка на бойлере достигла двухсотградусной отметки. Становилось жарко.
***
Движение почти застопорилось. Люди ехали домой, в ресторан или театр. Алан Гамильтон сидел за рулем своего автомобиля, не зная, что ему делать. «Наверное, надо было позвонить в полицию? Но что бы это дало? Одна моя неуравновешенная пациентка думает, что ее собираются убить. Да полицейские подняли бы меня на смех. Нет, я сам все должен сделать». Машины вновь тронулись с места.
***
Стрелка подбиралась уже к отметке 300. В помещении было невыносимо жарко. Она снова попыталась освободить руки, но безуспешно.
***
Он свернул на Оксфордскую улицу, на большой скорости пересек пешеходный переход, по которому шли две пожилые дамы. Сзади послышался резкий свисток полицейского. На мгновение он хотел было остановиться и попросить полицейского поехать с ним. Но времени на объяснения не было. Он снова нажал на акселератор.
На перекрестке дорогу ему преградил большой грузовик с прицепом. Алан в нетерпении нажал на клаксон. Потом высунулся из окна и крикнул: «Давай!» Водитель грузовика с удивлением посмотрел на него: «В чем дело, приятель? На пожар торопишься?»
Снова образовалась пробка. Когда она немного рассосалась, Алан смог двигаться дальше. Путь, на который обычно уходило десять минут, сегодня занял у него почти полчаса.
***
Стрелка в подвале достигла отметки 400.
***
Наконец показалось задание конторы. Алан завернул за угол и нажал на тормоз. Открыв дверь, он поспешно вылез из машины. Не успел он сделать несколько шагов в сторону здания, как в ужасе остановился. Земля задрожала, и весь огромный дом взорвался, как гигантская бомба, наполнив все пространство вокруг огнем и обломками.
И смертью…
Глава 31
Атанас Ставич находился в крайне возбужденном состоянии. Так бывало всегда после выполнения задания. Он взял себе за правило: перед тем как убить свою жертву, вступать с ней в половой контакт, будь то женщина или мужчина, и это доставляло ему особое удовольствие. Теперь он злился, что не успел ни помучить Кэтрин, ни изнасиловать ее. Он взглянул на часы. Была еще уйма времени. Самолет вылетал только в одиннадцать вечера. Он взял такси, доехал до Пастушьего рынка, расплатился и отправился бродить по узким улочкам. На углах улиц стояли девушки, зазывая проходящих мимо мужчин:
– Эй, лапочка, как насчет урока французского вечерком?
– Не хочешь развлечься, детка?
– Греческим не интересуешься?
К Атанасу никто из женщин не обратился. Он подошел к высокой блондинке в короткой кожаной юбке, блузке и туфлях на шпильках.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровался он.
Она с усмешкой взглянула на него:
– Привет, малыш. А мама знает, что ты еще не спишь?
Атанас робко улыбнулся:
– Да, мэм. Я подумал, если вы свободны…
Проститутка расхохоталась:
– Вот как? Ну и что ты будешь делать, если я свободна? Ты вообще-то когда-нибудь с девушкой спал?
– Один раз, – тихо ответил Атанас. – Мне понравилось.
– В тебе роста – от горшка два вершка, – засмеялась девушка. – Обычно я с маленькими не хожу. Но сегодня дела идут неважно. У тебя есть десять монет?
– Да, мэм.
– Ладно, милок. Пошли наверх.
Она провела Атанаса в дом, на второй этаж, в маленькую однокомнатную квартиру.
Атанас отдал ей деньги.
– Ну, давай поглядим, что тут можно сделать. – Она разделась. Когда Атанас снял с себя одежду, она воскликнула в изумлении:
– Господи, да, у тебя огромный!
– Разве?
Она легла на кровать и сказала:
– Осторожней. Не сделай мне больно.
Атанас приблизился к постели. Обычно ему доставляло удовольствие избивать шлюх. Так он получал большее сексуальное удовлетворение. Но сегодня он понимал, что не время привлекать к себе внимание, оставлять какой-либо след для полиции. Поэтому он улыбнулся проститутке и сказал:
– Считай, что тебе повезло.
– Что?
– Ничего. – Он взобрался на нее и грубо овладел ею, причиняя ей боль, и ему казалось, что это Кэтрин умоляет его о пощаде, и просит остановиться. Но он был безжалостен. Ее крики только возбуждали его, пока, наконец, он не откинулся на подушку удовлетворенный.
– Бог мой, – сказала девица. – Кто бы мог подумать!
Атанас открыл глаза и увидел не Кэтрин, а некрасивую проститутку и себя в убогой комнате. Он оделся, доехал на такси до гостиницы, собрал вещи и заплатил по счету.
Было только полдесятого, когда он отправился в аэропорт. Времени до вылета было вполне достаточно.
***
В аэропорту «Олимпийский» была небольшая очередь. Когда подошел черед Атанаса, он протянул контролеру свой билет и спросил:
– Вылет задерживается?
– Нет. – Контролер взглянул на имя на билете: «Атанас Ставич». Он снова взглянул на Атанаса и чуть заметно кивнул стоящему невдалеке мужчине. Тот подошел поближе:
– Позвольте ваш билет. Атанас протянул билет: – А в чем дело?
– Боюсь, мы продали слишком много билетов на этот рейс. Если вас не затруднит пройти вот в тот офис, мы быстренько все уладим.
Атанас пожал плечами:
– Ладно.
Вслед за мужчиной он вошел в офис. Он находился в состоянии эйфории. Демириса уже, наверное, выпустили из тюрьмы. Для такого могущественного человека никакой закон не указ. Он получит свои пятьдесят тысяч и положит их в швейцарский банк. Потом немного отдохнет. Может, на Ривьере, может, в Рио. Уж очень хороши в Рио мужчины проститутки. Атанас поднял голову и встал как вкопанный. Лицо его побледнело.
– Ты умерла! Ты умерла! Я тебя убил! – закричал он.
Атанас продолжал кричать, пока его вели к полицейскому фургону. Они смотрели ему вслед. Потом Алан Гамильтон повернулся к Кэтрин:
– Все позади, дорогая. Наконец-то все позади.
Глава 32
Несколькими часами раньше в подвале Кэтрин тщетно пыталась высвободить руки. Но узлы только туже затягивались. Пальцы онемели. Она то и дело смотрела на шкалу на бойлере. Стрелка достигла отметки 250. «Стоит стрелке подняться до 400, и котел взорвется. Не выбраться мне отсюда, подумала Кэтрин. – Но должен же быть какой-то выход». Внезапно ее взгляд остановился на бутылке, брошенной на пол Атанасом. Сердце начало бешено биться. «У меня есть шанс!» Если бы только она смогла… Кэтрин опустилась на пол у основания столба и попыталась дотянуться ногами до бутылки. Слишком далеко. Она вытянула ноги, как только смогла. Остался всего один дюйм. Глаза Кэтрин наполнились слезами. «Еще одна попытка, – подбадривала она себя, – еще одна». Она сползла по столбу как можно ниже, не обращая внимания на боль в спине от заноз, и снова попыталась дотянуться до бутылки. Одна нога коснулась бутылки. «Осторожно. Не оттолкни ее дальше».
Медленно, очень медленно она зацепила горлышко бутылки веревкой, связывающей ей ноги. Осторожно подтянула ноги вместе с бутылкой. Наконец та оказалась рядом с ней.
Снова взглянула на шкалу. Уже 280. Попыталась побороть охватывающую ее панику. Медленно стала двигать бутылку себе за спину. Почувствовала ее пальцами рук, но никак не могла ухватить: пальцы онемели и были скользкими от крови.
В подвале становилось все жарче. Она сделала очередную попытку. Бутылка снова ускользнула. Взглянула на шкалу: 300! Казалось, движение стрелки ускорилось. Из котла начал идти пар. Попыталась еще раз схватить бутылку.
Наконец– то! Бутылка в ее связанных руках. Крепко зажав бутылку, Кэтрин резко опустила руки вниз по столбу, ударив ее о цементный пол. Никакого результата. Еще раз. Снова впустую. Стрелка на шкале неотвратимо двигалась к отметке 350! Кэтрин глубоко вздохнула и ударила бутылкой об пол изо всей силы, на которую только была способна. Услышала, как бутылка разбилась. «Слава богу!» Двигаясь как можно быстрее, Кэтрин покрепче ухватилась за горлышко с острыми краями одной рукой и начала перепиливать веревку, которой была связана другая. Стекло врезалось в тело, но она не обращала внимания на боль. Она почувствовала, как постепенно слабеет веревка, и вдруг одна рука оказалась свободной. Она поспешно освободила вторую руку и развязала веревку, стягивающую ей ноги. Указатель на шкале приближался к 380. Струи пара вырывались из котла. С трудом Кэтрин поднялась на ноги. Дверь в подвал Атанас закрыл на засов. До взрыва выбраться из здания не удастся.
Кэтрин подбежала к котлу и попыталась вытащить кусок дерева, которым был заклинен предохранительный клапан. Снова неудача! 400!
На принятие решения оставалось меньше секунды. Она рванулась к двери в бомбоубежище, открыла ее, вбежала и снова плотно закрыла дверь за собой. Свернувшись в клубок и тяжело дыша, она лежала на цементном полу огромного бункера. Через пять секунд раздался страшный взрыв, от которого все содрогнулось. Она лежала в темноте, пытаясь отдышаться, и слышала, как за дверью бушует пламя. Она была в безопасности. Все позади. «Нет, не все, подумала Кэтрин. – Кое-что я еще должна сделать».
***
Когда через час ее нашли пожарные и проводили наверх, первый, кого она увидела, был Алан Гамильтон. Кэтрин подбежала к нему, и он крепко прижал ее к себе.
– Кэтрин, дорогая! Я так перепугался! Как тебе удалось?…
– Позже расскажу, – сказала Кэтрин. – Сейчас надо остановить Атанаса Ставича.
Глава 33
Они тихо, без посторонних, обвенчались в церкви недалеко от фермы сестры Алана. Сестра Алана оказалась милой женщиной, точно такой, как на фотографии в его кабинете. Сын ее был в школе. Кэтрин и Алан провели на ферме спокойные выходные и вылетели в Венецию на медовый месяц.
Венеция – город ярких красок из средневековой истории, волшебный плавучий город каналов, 120-ти островов и мостов. Алан и Кэтрин приземлились в аэропорту Марко Поло, рядом с Местре, и на такси доехали до конечной остановки на площади Святого Марка. Остановились они в «Роял Даниэли» – прелестной старой гостинице рядом с Дворцом дожей.
Их изысканный номер был обставлен старинной мебелью. Окна выходили на большой канал.
– С чего бы ты хотела начать? – спросил Алан.
Кэтрин подошла к нему и обняла:
– Догадайся.
Вещи они распаковали несколько позже.
Венеция заставила Кэтрин забыть кошмары и ужасы прошлого.
Кэтрин и Алан много бродили по Венеции. Площадь Святого Марка была всего в нескольких сотнях ярдов от их гостиницы, но по времени она отстояла от них на столетия. В соборе св. Марка размещалась картинная галерея. Стены и потолок собора были украшены мозаикой и фресками такой красоты, что дух захватывало.
Они побывали во Дворце дожей с его великолепными апартаментами и постояли на Мосту Вздохов, по которому когда-то, сотни лет назад, заключенных вели на казнь.
Посетили они и музеи и церкви на более отдаленных островах.
Задержались в Мурано, чтобы посмотреть, как выдувают стекло, и в Бурано, где жили мастерицы по плетению кружев. На такси съездили в Торселло и пообедали в ресторане «Локанда Киприани», расположенном в саду, полном цветов. Там Кэтрин вспомнила монастырский сад, в котором она была так одинока. Она взглянула через стол на столь милого ее сердцу Алана и сказала про себя: «Благодарю тебя, Господи!»
Главной торговой улицей была Мерсери, они нашли там роскошные магазины: «Рубелли», где торговали тканями, «Каселла», где продавали обувь, и «Джокондо Кассини», где предлагали антиквариат. Они обедали в «Квадри», «Эль Граспо де Уа» и в баре «У Гарри». Катались на гондолах и лодках меньшего размера – sandoli.
В пятницу, когда они уже собирались уезжать, началась гроза с сильным ливНем. Кэтрин и Алан бегом вернулись в гостиницу. Постояли у окна, глядя на дождь.
– Простите за дождь, миссис Гамильтон, – сказал Алан. – В проспекте обещали солнечную погоду.
Кэтрин улыбнулась:
– Какой дождь? Я так счастлива, дорогой!
Сверкали молнии, гремел гром. Раскаты грома напомнили Кэтрин о взрыве в котельной.
Она повернулась к Алану:
– По-моему, сегодня должны вынести приговор.
Он поколебался, прежде чем ответить:
– Да. Я не хотел тебе напоминать, потому что…
– Со мной все в порядке. Я хочу знать.
Он некоторое время смотрел на нее, потом кивнул:
– Хорошо.
Затем подошел к радиоприемнику в углу комнаты и включил его. Покрутил рукоятку, пока не нашел станцию Би-Би-Си, передававшую новости.
– …премьер-министр подал прошение об отставке. Премьер попытается сформировать новое правительство. – Приемник затрещал, и звук исчез.
– Эта чертова гроза, – заметил Алан.
Звук появился снова:
– В Афинах наконец закончился суд над Константином Демирисом. Несколько минут назад жюри вынесло приговор. К удивлению всех присутствующих, приговор…
Радио замолчало.
Кэтрин повернулась к Алану:
– Как ты думаешь, какой вынесли приговор?
Он обнял ее:
– Это зависит от того, веришь ли ты, что все всегда должно кончаться хорошо.
Глава 34
ЭПИЛОГ
До суда над Константином Демирисом оставалось всего пять дней, когда дверь в его камеру открылась.
– К вам посетитель, – сказал тюремный надзиратель.
Константин Демирис поднял голову. До сих пор к нему никого, кроме адвоката, не пускали. Он постарался скрыть свое любопытство. Эти подонки обращались с ним как с обычным преступником. Но они не дождутся, чтобы он показал им, как его это задевает. Надзиратель привел его в маленькую комнату для свиданий:
– Сюда.
Демирис сделал шаг и остановился как вкопанный. В инвалидном кресле сидел скрюченный старик. Совершенно седой. На лице сплошняком красные и белые пятна от ожогов. Губы застыли в жутком подобии улыбки. Потребовалась минута, пока Демирис осознал, кто это. Лицо его посерело:
– Господи, спаси и помилуй!
– Да не призрак я, – сказал Наполеон Чотас. Он не говорил, а хрипел. – Входи Коста.
Демирис обрел наконец способность говорить:
– Пожар…
– Я выпрыгнул из окна и сломал себе позвоночник. Дворецкий увез меня еще до прибытия пожарных. Я не хотел, чтобы ты знал, что я жив. Слишком устал я с тобой бороться.
– Да, но ведь… тело нашли.
– Мой эконом.
Читать бесплатно другие книги:
