Куплю счастье. Дорого Резник Юлия

Глава 16

У Димки был старый, но чистенький Хёндэ. Вел он очень осторожно, будто сомневался в собственных навыках.

- Дим, а сколько тебе лет?

- Двадцать два. Я сразу после института на ферму работать пришел, а что?

- Да нет. Ничего. Еще отец, наверное, тебя водить учил?

- Ага. А что? – настороженно повторил парень.

Этери рассеянно покачала головой – мол, ничего такого. Не в первый раз она подумала о том, что если планирует здесь задержаться, то ей наверняка стоит освоить вождение. Да-да, в свои тридцать четыре года Этери не умела водить. Так уж сложилось, что поначалу личный автомобиль был для нее чем-то вроде недостижимой мечты. А потом как-то сразу все изменилось настолько, что она обзавелась и водителем, и машиной одновременно. Просто потому, что в ее часах не хватало времени, чтобы научиться водить самой, а денег вдруг стало с избытком.

- Мне, наверное, тоже стоит этому научиться. Как думаешь? Слишком я привязана к колесам чужих людей. Вон, в город, и то с тобой напросилась. Но это еще ладно. А как я буду добираться назад?

- Я могу за вами заехать, если надо.

- Правда? Ну, посмотрим… Вдруг меня Люба согласится отвезти?

К тому моменту, как они добрались до здания бывшего ДК, а теперь вполне неплохого, отреставрированного за счет Самаровых развлекательного комплекса, тренировка Любы уже началась. Без проблем отыскав спортзал, Этери переговорила с администратором, которая на нее слишком откровенно пялилась, и попросила, чтобы ее проводили в зал, где уже подходила к концу групповая силовая тренировка.

- Хотите к нам записаться?

- Для начала хочу посмотреть. На свою подругу. У нее сегодня пробное занятие.

- Люба, что ли? Да, уж. Ей похудеть не мешает.

- А вам не мешает обзавестись хоть каким-нибудь тактом! – рявкнула Этери, не заметив, что у их разговора появились свидетели.

- Не надо, Этери. Ну её… Пойдем отсюда…

Крутая резко обернулась. Такая сильная и несгибаемая, сейчас Люба мало походила на себя прежнюю. Ее голос дрожал. А лицо с налипшими на лоб мокрыми волосами приобрело нездоровый свекольный оттенок. Было похоже на то, что кто-то переусердствовал в борьбе с лишними килограммами.

- Даже в душ не сходишь?

Люба сглотнула и отрицательно качнула головой.

- Тут до дома ехать пять минут. Сейчас только сумку заберу из раздевалки.

Ожидая, пока подруга справится, Этери бросала злые взгляды на притихшую девицу. Она всегда удивлялась, как легко некоторые люди могли обидеть. По любому поводу. За малейшее отклонение от стандарта. Просто уничтожить другого человека и глазом не моргнуть. Неужели, унижая других, они сами становились счастливее?

- Довольна? Обидела хорошего доброго человека и счастлива, да?

Девице хватило совести смутиться.

- Я же не знала, что она у вас за спиной стоит. Тренировка еще даже не закончилась.

- Добрее надо быть. Глядишь, к вам в зал люди потянутся.

- Я все, - раздался тихий голос Любы за спиной.

- Вот и хорошо. Едем!

Любин Ниссан приветливо мигнул фарами. Они уселись в машину. Люба выкрутила колеса, но, так и не сдвинувшись с места, всхлипнула и опустила голову на руль.

- Ну, и чего ты расклеилась? Из-за этой дурочки малолетней?

- Да ну её. Все одно к одному… День какой-то неудачный. И еще тренировка эта… Насилу выжила. Как они выдерживают это все?

- Кто они?

- Так модели! Я думала, сдохну. До сих пор дыхание в норму не пришло. Слышишь, аж свистит? И сердце колотится, как ненормальное!

Люба все же взяла себя в руки и сдала назад.

- Они привычные. А ты? Ничем таким не занималась, а потом сразу - на силовую. С ума сошла?

- А куда надо было? – открыла рот Люся.

- Да куда угодно. На йогу, вон. Или пилатес.

- У нас такого отродясь не было. Слушай, а может, ты мне какие-нибудь упражнения покажешь?

- Я?!

- Ну да. Ты же наверняка занималась этой самой йогой. Вон, какая тоненькая… - завистливо вздохнула Люба. Этери задумалась.

- В принципе могу и показать. А знаешь что? Приходи завтра к нам. У воды очень хорошо йогой заниматься. Проведу для тебя тренировку под открытым небом и сама кости разомну.

Они подъехали к Любиному кукольному домику.

- Какого черта? – воскликнула хозяйка, криво паркуясь и выскакивая из машины. – Ну-ка, верни на место телевизор! Ты его покупал?! – заорала она.

- Отвали, корова! Я вообще-то имею право на половину имущества. По закону!

С этим поспорить Этери не могла. Да только чего тогда этот козел вытаскивал свое имущество через окно?

- Ну и забирай! – сдалась Люба. – Все, что хочешь, забирай! И чтобы духу твоего здесь не было.

- Люб, может, полицию вызовем? – сощурилась Этери.

- Да ничего они этой скотине не сделают. Правду ведь говорит…

- Это кто тут скотина?! – разъярился Любин бывший.

- Ты все, что хотел, взял? А теперь топай отсюда… - подбоченилась Этери. – Не то сейчас Иван придет и к вчерашнему добавит. Тебе мало было?

Витёк грязно выругался, напоследок еще раз обозвал Любу тупой жирной коровой и припустил по дороге. Следом за ним, подпрыгивая на колдобинах, волочился длинный шнур от телевизора.

- Ну и мудак! – пробормотала Этери, опускаясь рядом с Любой на скамейку.

- Пропащий человек. Ведь сколько раз врачи ему говорили остановиться. А он все пьет и пьет. Даже смерти не боится.

Этери запнулась. Растерла ладонями бедра. Все же было хорошо, что в деревне такая насыщенная жизнь! Она могла не думать о своих проблемах.

- Смерти, говоришь? Ну-ка, пойдем!

- Куда? Я ведь даже в душ не сходила…

- Так сходи! Я кое-что придумала! Ну же, давай, быстрей!

Люба опасливо покосилась на новообретённую подругу, но спорить с ней не стала. Сходила душ, быстро вымыла взмокшую на тренировке голову и, даже не посушив ту феном, оделась и выскочила из дома.

- Готова? Отлично. Едем.

- Куда?

- К Самарову. У него там сейчас идиллия, правда, с бывшей женушкой, но мы постараемся им не мешать.

- Как идиллия? Алена, что ли, вернулась?! И ты только сейчас мне об этом рассказываешь?!

- Мы с Димкой как раз закончили работу, как эта… его вернулась. Думаешь… думаешь, он к ней все еще неравнодушен?

- Марк? Это вряд ли. Он вообще ее ненавидит.

- Вот-вот! А от ненависти до любви знаешь что? Один шаг!

Нет. Она больше не могла делать вид, что все хорошо. Этери волновало то, что происходило. Её счастье было таким хрупким, что его мог разрушить малейший сквозняк. И это очень нервировало. Ей нужно было что-то решать. Хотелось… какой-то стабильности и гарантий. Но как их получить? У Этери были кое-какие идеи… Совершенно и абсолютно безумные.

- У вас с ним серьезно, да? – переключилась со своих проблем на её Люба.

- С Самаровым? Не знаю… Он очень осторожничает в отношениях. Не думаю, что он когда-нибудь будет готов снова поверить женщине.

- Марик хороший парень. Его здесь все обожают.

Этери кивнула и уставилась в окно. Да, его обожают… Её и саму не миновала эта участь. Обожать. Влюбилась, как девчонка совсем. А ведь уже и не верила, что на это способна – такой она стала циничной.

- Останови здесь. Я через задний двор пройду.

- Слушай, ну, чего ты переживаешь? Он её уже наверняка вытолкал взашей. Ты же не знаешь, как они расстались. А весь город в курсе… Марк выставил ее. Просто пинка под зад дал…

- Серьезно? – вскинула брови Этери.

- Ну, фигурально выражаясь.

- Понятно.

Даже самой себе Этери не призналась бы, что просто боится увидеть их вместе. Вдруг это вполне устраивает их обоих? Вдруг у них там и впрямь идиллия? Рушить чью-то семью Этери даже в голову не пришло бы. Семью, в которой есть ребенок… Маленькая девочка, которой так нужна мама!

Стараясь не смотреть по сторонам, она тайком пробралась в свой домик. Отыскала костюм смерти, который руки не дошли выкинуть, и, понадеявшись, что косу она сможет одолжить и у Любы, запихала черный плащ с маской в пакет

- Так, наш план такой, - вернувшись к машине, сказала Этери: - Сейчас мы едем к тебе. Ты находишь в сарае косу.

- Зачем она тебе? – изумилась Люба.

- Так ведь что это за смерть без косы?

- Какая еще смерть?

- Смерть Виктора, конечно же! Вот… смотри. У меня есть костюм. - Этери достала из пакета маску смерти и плащ. И пока Люба непонимающе это все вертела в руках, продолжила: - Я в это все наряжусь и приду к твоему бывшему. Ты знаешь, где он сейчас обитает?

- Так у матери своей бедной – ясное дело. Но постой… Я не понимаю… Зачем этот маскарад?

- Ну, ты же сказала, что он даже смерти не боится, так?

- Было дело.

- Вот мы и проверим. Если план сработает так, как я рассчитываю, пить он не захочет еще очень долго.

- Но… это же безумие, Этери. Детский сад… - откинув голову, рассмеялась Люба. А Этери вдруг заметила, какие у той красивые волосы. Подсохнув, они завились и легли на плечи женщины красивыми волнами цвета спелой пшеницы. Ну, вот и зачем она эту красоту прячет под лакированным шлемом?

- Еще какое безумие! Так ты со мной? Да или нет? Надо проучить этого гада, как следует.

- Ты права. Я в деле, - решительно кивнула Люба и, лихо вывернув руль, ударила по газам.

План разыграли, словно по нотам. Конечно, им пришлось подождать, когда Виктор вернется домой после очередного загула с приятелями. Но оно того стоило. Этери не пришлось проникать к нему в дом. Любин принц не дошел даже до ворот и прилег отдохнуть в густых зарослях мальвы. А вот разбудить упившегося в хлам мужика было непросто. Но когда он, наконец, открыл мутные от принятого на грудь глаза и уставился в глаза смерти… о, это нужно было только видеть!

- Ой, я не могу… - хлопая себя по коленкам, хохотала Люба. – Ты видела?! Видела, как он обделался, а?! Я уж думала, и правда помрет со страху. А это его… «Белочка, отпусти, я больше пить не буду?!» Как считаешь? Правда не будет? Или это он так… с перепугу? Ой, не мог-у-у-у!

Глядя на ржущую Любу, Этери и себе тихонько подхихикивала. Да, это была совершенно детская выходка. В какой-то момент она вообще подумала, что дело закончится плохо – уж слишком сильно Виктор струхнул, но… Черт! Как же это было весело! Её только одно беспокоило…

- Люб, а если он и правда пить бросит, ты его, что… назад примешь?

- Не приму. Хватит с меня его. И трезвого. И пьяного. Для себя поживу… На курорт, может, съезжу. Или… ребенка усыновлю.

Этери запнулась, чуть не оттяпав себе злосчастной косой ногу.

- Я не знала, что ты хочешь кого-то усыновить.

- Детей-то у меня нет, – вздохнула Люба, сворачивая на свою улицу. - Я бы уже давно это сделала, но Виктор был против. О генах все неправильных твердил, которые ребенку непременно достанутся от биологических родителей, и все такое…

- Ну, знаешь, чья б корова мычала! Да хуже гены, чем у твоего козла, попробуй еще найди. Ты смотри, блин, ариец недоделанный! – разошлась Этери, протискиваясь в калитку.

- А ты? Не хочешь уже маленького родить?

- Еще как, - тоскливо вздохнула Этери.

- У Марка гены – то, что надо. Вот бы у вас что-то серьезное вышло…

- Где вас носило?! Я уже телефон оборвал!

Помяни черта! Этери вздрогнула. Из темноты, сгустившейся под навесом, им навстречу вышел Самаров собственной персоной. Осмотрел наряд Этери. Перевел взгляд на маску смерти, которую сжимала в руке Люба.

- Да так, навещали одного человека.

- Витьку моего, - опять засмеявшись, сдала всю контору Люба и включила свет на веранде. - Этери решила, что, повстречавшись со смертью, тот завяжет со своими пьянками. Видел бы ты его лицо!

Самаров сощурился и, глядя Этери в глаза, процедил:

- Я тоже однажды повстречался со смертью. До этого не пил. А теперь постоянно рука к бутылке тянется. Так ты объяснишь, какого черта ушла?

- Не хотела мешать воссоединению семьи. Твоя бывшая, кстати, приняла меня за няньку Ариши.

- Какому еще воссоединению? Ты спятила? Надо было выгнать ее взашей – и дело с концом.

- На правах кого я бы это делала, а, Самаров?

Марк замялся. Бросил короткий взгляд на Любу, которая с нескрываемым любопытством наблюдала за их разговором, и, буркнув что-то вроде «дома поговорим», двинулся к машине.

Глава 17

- Ну, и что это было?

- Что именно?

- Твой дурацкий вопрос. «На правах кого я бы это делала…» - передразнил Этери Самаров.

- А что здесь непонятного? – повела плечами та.

Марк недовольно поджал губы. Достала его эта баба! Он ведь четко ей все объяснил. На пальцах буквально. И вообще… Что это за выходки с костюмом смерти? У самой крыша съехала – ладно. Но, похоже, её безумие передавалось воздушно-капельным путем. Как иначе объяснить, что в это оказалась втянута его секретарша?

У одного их домов на извилистой улочке тлел костерок. Вот сколько ни проси стариков не палить листья, сухую траву и прочую гадость – все как о стенку горохом. Но в этот раз Самаров меньше всего думал об экологии. Напротив, он был готов внести свой вклад в причиненный ей вред.

- Что ты делаешь?

- Дай сюда!

Забрав из рук Этери черный плащ и маску, Марк вышел из машины и бросил её барахло в костер. Поддавшись порыву, он совершенно не ожидал, что буквально в тот же миг начнет жалеть о содеянном. Ведь именно костюм смерти стал отправной точкой их с Этери истории. И Самарова с ним, как оказалось, связывали даже некие сентиментальные чувства. Марк нелепо дернулся, но ткань уже вспыхнула, и её было не спасти. Да и глупо бы это смотрелось. У нее на глазах. Как если бы он сам не знал, чего хотел.

- И чтобы больше никаких таких выходок! – сощурился он, возвращаясь в машину.

- Не понимаю, почему ты злишься. Это же просто смешно!

- Что именно?

- Да вся ситуация. От начала и до конца. Видел бы ты лицо Виктора… - захохотала Этери, пряча лицо в ладонях. И, как бы это удивительно не было, Самарову тоже захотелось улыбнуться. Вот так… Взять и улыбнуться, наплевав на явление бывшей и последние новости, полученные из банка.

- Улыбнись. Ну? Я же вижу! Тебе очень хочется.

- Отстань.

- Это все из-за Алены?

Марк, наконец, выехал из поселка. До дома оставалось недолго. Впрочем, и там ему отдохнуть вряд ли удастся. Он уже голову сломал, придумывая выход из ситуации. Но все упиралось в деньги. Которых у него не было.

- Не суй свой нос, куда не следует. Я полагал, что ты все для себя уяснила.

- Что именно?

- То, что я могу тебе предложить.

- А при чем здесь это?

- При том. Мы просто спим вместе. Я не собираюсь отчитываться перед тобой о каждом своем шаге или ездить в Ашан за продуктами.

- А разве я этого прошу? – начала злиться Этери.

- Да. Этот твой вопрос… «На правах кого я бы это сделала?» - опять повторил Самаров, - разве не упрек мне? Но ведь я ничего тебе не обещал. Забыла?

- Вряд ли бы я смогла. Ты каждый раз мне об этом напоминаешь, – сухо заметила Этери и отвернулась к окну. От ее смеха и хорошего настроения не осталось следа. Но удивительным было не это, а то, как сам Марк отреагировал на смену её настроения. Почему-то ему захотелось отвесить себе подзатыльник за то, что именно он заставил ее грустить.

- Послушай, Этери… - нахмурился он, паркуясь у дома. - Я не хотел тебя задеть. Просто… ну, не нужно мне это все. Понимаешь? Мне отношений на всю жизнь вперед хватило. Так, что… либо мы просто спим вместе время от времени, либо все заканчиваем здесь и сейчас. Решать тебе.

Этери долго молчала. Нервируя его с каждой секундой все больше. Самаров ведь никогда не задумывался, что будет делать, если она выберет последний вариант. Вариант, который даже не даст ему отыграться. В смысле… трахнуть её. Чтобы сравнять счет за прошлую ночь, воспоминания о которой преследовали его сегодня весь день, даже в самых неуместных ситуациях. И почему вообще ему это стало так важно? Вряд ли только потому, что Этери взяла над ним верх в постели.

Пока они молчали, из дома выскочил Иван.

- Черт, - выругался Марк. - Совсем забыл, что обещал его погонять.

- Я пойду, проведаю Аришу... Это мне можно сделать?

Марк кивнул, хотя ему и не нравилось то, как эти две сближаются. Ариша привязывалась к Этери. Искала в ней то, чего не получила от матери. А он этого не хотел, зная, что рано или поздно Этери вернется к своей жизни, в которой для его малышки не будет места. Но сегодня, после визита матери, Ариша была такой расстроенной, что он был готов использовать любые методы, чтобы поднять ей настроение.

- Давно ждешь? – поинтересовался Марк у Ивана.

- Час, не меньше. Мы с Александром Николаевичем успели пропустить партейку в шахматы.

А вот это уже что-то новенькое. Обычно в шахматы с отцом играл он сам. Но с тех пор, как тот пристрастился к бутылке, их доска покрылась толстым слоем пыли.

- Он хоть трезвый?

- Сам посмотри.

Иван взмахнул рукой в направлении гостиной, будто был хозяином в этом доме. Марк хмыкнул, но все же заглянул в комнату. Его глазам открылась идеалистическая картина. Отец сидел перед шахматной доской напротив Ариши и, сложив ладони лодочкой у губ, делал вид, что раздумывает над ходом, в то время как сама девочка, захлебываясь восторгом, что-то рассказывала усевшейся на подлокотник ее кресла Этери. Та ласково водила пальцами по волосам Ариши, качала головой и улыбалась. Завидев его, Этери кивнула в сторону доски и поинтересовалась:

- Не хочешь помочь дочери выйти хотя бы вничью?

- Ни капельки. Пусть учится достойно проигрывать.

Этери закатила глаза, Ариша возмущенно запыхтела.

- Если что – мы с Иваном будем в спортзале.

- А можно я посмотрю на тренировку?! – вскочила Ариша.

- Эй! А кто будет вместо тебя заканчивать партию? – возмутился Александр Николаевич.

- Никаких зрителей, солнышко. Иначе все накроется.

- Это еще почему?

- Потому что ты опять станешь выделываться и играть на публику. А у меня нет времени на это дерьмо.

- Я не стану! – сощурился Иван.

- Ты опять со мной споришь? Как там коровник? Все вычистил?

Иван открыл рот, но вовремя проглотил готовые сорваться слова. Что ж… Малыш делал успехи.

Их тренировка была в самом разгаре, когда у Марка зазвонил телефон. Он взглянул на дисплей.

- Продолжай в том же темпе. Я отойду.

Бывший промоутер Марка и раньше предлагал ему вернуться в ринг. Но до этих пор еще ни разу в жизни Самаров не рассматривал эту возможность серьезно. Он не хотел повторить судьбу старины Майка. Не хотел превратиться из великого боксера в посмешище, только чтобы заработать. Но… Один бой… Всего один бой мог бы помочь ему продержаться на плаву вне зависимости от исхода поединка. И чем хуже шли дела на ферме, тем чаще он об этом задумывался. А старый сукин сын Дон, будто чувствуя это, позвонил утром и предложил за бой такие деньги, что Марк теперь думал об этом, не переставая.

- Меня волнует твоя форма, бро… Сам понимаешь, короткий поединок нам ни к чему. Бой должен быть зрелищным, чтобы люди не пожалели, что купили билеты, а рекламщики платили по двести тысяч за тридцатисекундный ролик в перерыве…

Марк подумал о том, насколько зрелищной может считаться смерть в прямом эфире. Ведь он не просто так ушел из спорта. А насчет формы… Ну, он был в лучшей форме, чем, наверное, мог бы.

- Насчет этого можешь не переживать.

Самаров отбил вызов и растерянно провел по волосам. Бой действительно мог стать неплохим выходом, но… Деньги ему требовались прямо сейчас. Пока право требования по долгу не перешло к людям, которые давно хотели подгрести его ферму под себя. Хорошо хоть у него в банке имелись свои люди. И он узнал о ситуации заблаговременно.

- Только не говори, что ты согласишься.

Марк резко обернулся.

- Я сказал тебе продолжать тренировку.

- Да к черту её. Просто скажи, что ты пошлешь Дона подальше.

- Это не твое дело, - рявкнул Марк. – И не смей трепать языком. Усек? – уставился на парня. Тот упрямо выпятил вперед челюсть, но все же промолчал. – Вот и славно. Пойду в душ. Можешь считать тренировку оконченной.

Марк ушел, не оборачиваясь. Меньшее, что ему сейчас было нужно – нравоучения от мальчишки. Он и сам отдавал себе отчет… и все понимал. Не мог придумать только, как выкрутиться, не прибегая к этому плану. От Самарова зависело столько людей, что он не мог просто взять и сдаться. Как отцу тогда в глаза смотреть? И Арише… Марк обтерся, надел шорты и майку и отправился на поиски дочери. Но в гостиной уже никого не было. Только отец.

- Где Ариша?

- Я уложил ее спать.

- Не рано? Или у нее опять поднялась температура?

- Да нет. Этери измерила. Она просто устала. Я уже тоже, наверное, пойду…