Вечер и утро Фоллетт Кен

– Значит, будет хороший сидр?

– Наш сен-мартеновский сидр крепче многих, по милости Всевышнего и нашими стараниями.

Половина деревень Нормандии поспорила бы с Гербертом, но Рагна не стала говорить это вслух.

– А что вы делаете с незрелыми яблоками?

– Скормим их козам, чтобы козий сыр стал слаще.

– Кто у вас в деревне лучший сыровар?

– Рене. – Герберт ничуть не замедлил с ответом. – Она берет овечье молоко.

Другие крестьяне замотали головами, и Рагна это заметила.

– А вы что скажете?

Сразу двое или трое проговорили хором:

– Торкиль.

– Ладно, идемте все в деревню, я попробую оба сыра.

Крестьяне, весело гомоня, зашагали за госпожой. Любые перемены в повседневной суете были для них в радость, и редко случалось так, чтобы они отказывались прекращать работу.

Луи с легким раздражением сказал:

– Мы проделали весь этот путь не для того, чтобы отведать сыра. Разве ты прибыла не для того, чтобы уладить спор?

– Потерпи, священник. Я знаю, что делаю.

Луи досадливо хмыкнул.

Рагна не стала возвращаться в седло, пошла пешком по пыльной дороге между золотистыми полями зерновых. Так ей было проще разговаривать с простолюдинами. Особенно охотно она общалась с женщинами, ибо те делились с госпожой сплетнями, которыми мужчины пренебрегали. За время прогулки Рагна узнала, что Рене – жена Герберта, что брат Рене Бернар владеет отарой овец и что Бернар затеял склоку с Гастоном, тем самым, кто отказывается платить подать.

Рагна всегда старалась запоминать имена. Такое отношение показывало людям, что о них заботятся. Всякий раз, услышав чье-либо имя в разговоре, она делала пометку в уме.

По дороге к ним присоединялось все больше крестьян, а в деревне их поджидала целая толпа. Рагна давно усвоила, что между полями в сельской местности имеется какая-то загадочная связь: неким таинственным образом мужчины и женщины, что трудились в поле за милю или больше от места событий, как будто мгновенно узнавали о прибытии гостей.

Посреди деревни стояла небольшая красивая каменная церковь со сводчатыми окнами, которые тянулись вдоль стен ровными рядами. Рагна знала, что священник Одо служит сразу в четырех окрестных деревнях, по одной в каждое воскресенье месяца; правда, сегодня он был тут, в Сен-Мартене. Наверняка его оповестили все тем же колдовским способом.

Олдред немедленно устремился к отцу Одо, а вот Луи этого не сделал: быть может, он посчитал, что общение с деревенским священником ниже его благородного достоинства.

Рагна попробовала сыр Рене и Торкиля и признала, что оба хороши – мол, победителя попросту не выбрать, поэтому она купит по головке того и другого, угодив обоим сыроварам.