Землянки – лучшие невесты Боталова Мария

— А могла бы умереть?.. — откликнулась я слегка ошеломленно.

— Это вряд ли. Я использовал самое безобидное пламя. Постепенно будем увеличивать мощь. Как только почувствуешь, что щит не выдерживает, — кричи. Можно даже мысленно.

— А если ты не успеешь остановиться?

— Успею. Драконы прекрасно управляют пламенем. Даже тем, которое уже в пути.

Заявление прозвучало странно, но все же немного успокоило.

— Получается, ты можешь выпускать разное пламя?

— Да.

— Например? Только температуру регулируешь или что-то еще?

— Что-то еще. Пламя может обладать разными свойствами. Например, лучше всего подходить для уничтожения техники. Наиболее эффективное против бронированных тварей, против драконьей чешуи. Может быть такое, что расплавит даже камень или не оставит и следов. А может и заморозить. Каждый дракон умеет создавать пламя с разным набором свойств, и эти свойства индивидуальны для каждого дракона.

Ух ты, как оно, оказывается, интересно!

— А ты? Какое можешь ты создавать?

— Извини, на такой вопрос ответить не могу. Это тайна, которую драконы не выдают почти никогда. Чтобы не портить противникам сюрприз.

— Так я для тебя противник?

— Нет. Но пока неизвестно, насколько велика твоя сопротивляемость ментальной магии.

Ясно. Если узнаю что-то важное о Шайране, мою черепушку вполне могут вскрыть.

— Готова?

— А давай! Это даже интересно.

А дальше Шайран поливал меня разнообразным огнем. Причем, к моему восторгу, огонь был разного цвета! То ярко-оранжевый с алыми сполохами, то светло-желтый, почти незаметный, то удивительно красивый — с сиреневым отливом, и даже голубоватый! Я любовалась пламенем, несмотря на то, что с каждым мгновением удерживать щит становилось все труднее. Не то чтобы огонь сильно давил, скорее…

— Ты устала, — произнес Шайран мысленно.

— А ты еще не все пламя проверил?

— Да, в общем-то, почти все… Осталась пара вариантов, но их пока проверять не будем.

— Потому что я устала?

— Сейчас ты точно не выдержишь.

— А если выдержу?

— Нет, не стоит. Ты и без того показала поразительный результат. Можешь убирать щит.

Я пошевелила рукой, развеивая щит. И только сейчас поняла, как в действительности устала. Хотелось повалиться на траву, кстати говоря, слегка подпаленную. Это что же получается? Мой щит оказался прочнее защиты, установленной на этой равнине?

— Выходит, что так. У тебя магия поразительной силы. Настоящий клад.

Так странно было разговаривать с Шайраном, глядя в черную драконью морду с глазами большими, чем мой кулак.

— Шайран… а можно на тебе покататься?

— Что?.. — изумленная драконья морда — это нечто!

— Ну, ты же дракон… А у драконов на спинах можно кататься. Наверное.

— Я тебе не дикий дракон.

— А что, кататься можно только на диких драконах?

— Нет, но мы обычно не катаем…

— Ну покатай, — перебила я.

— Вика!

— Ну что ты мнешься, как девица на выданье.

— Вика! — уже чуть ли не зарычал.

— Тебе что, сложно, что ли? Полетаешь немного, я не тяжелая. А в прошлый раз совсем не обратила внимания на полет — была малость не в себе.

— Ты уверена, что хочешь этого?

Я ощутила перемену в его настроении. Если до этого чувствовала, что уговаривай сколько угодно, а Шайран не согласится, то… что-то все же заставило его поменять решение.

— Уверена, — я посмотрела ему прямо в глаза. А в этом, пожалуй, что-то есть. Такие большие, хищные.

— Ладно. Только потом не визжи — буду летать так, как захочу. Запрыгивай.

Припав на передние лапы, Шайран опустился ближе к земле. Шипы, как и у дикого дракона, прижались к спине, чтобы я могла на нее безбоязненно взобраться. Ну что ж… Я решительно шагнула к дракону и взобралась на него. Это было, конечно, не так-то просто, но он помог, подтолкнув хвостом под зад. Хорошо хоть, не кончиком хвоста — сомневаюсь, что и те шипы, торчащие из него во все стороны, тоже как-то безопасно складывались.

Когда я устроилась на спине у Шайрана, он выпрямился, раскрыл крылья и… оттолкнулся от земли, стремительно набирая высоту.

Я все-таки завизжала. Но только в первое мгновение — от страха и неожиданного прыжка в небо, превратившегося в безумный полет. А потом мой визг перешел в восторг. Магия держала, не позволяла упасть. Убедившись в этом, я раскинула руки навстречу ветру, навстречу небу. Шайран несся к облакам все ближе, ближе. Я уже думала, что схвачу их в охапку, но нет. Стремительный полет выровнялся, Шайран перестал набирать высоту и понесся параллельно земле, видневшейся далеко-далеко внизу.

Это было восхитительно. Разнообразные пейзажи: сады, особняки, равнины и леса. Ветер, бьющий в лицо, путающий волосы, обвивающий тело. Бескрайние воздушные просторы вокруг. И надежная спина дракона подо мной. Я чувствовала ментальное присутствие Шайрана, и это было так странно, так притягательно. Он тоже наслаждался скоростью и высотой, он разделил этот полет со мной.

Когда Шайран внезапно пошел резко вверх, я ощутила настороженность в его эмоциях. Он проверял. Но я не испугалась. Хотелось смеяться и кричать: «Выше, быстрее!» Магия просто не давала мне упасть. А еще я, наверное, верила Шайрану. Даже если упаду — он поймает. И в ответ — уверенная мысль от него: да, поймает. Как удивительно!

Крутые виражи, мертвая петля дополнили полет. Ветер свистел в ушах, бил в глаза. Небо и земля перемешались. Невероятно, восхитительно! А в какой-то момент мне показалось, что мы одни в целом мире. Нет больше ничего, кроме нас двоих и бесконечных просторов. И эмоции у нас тоже одни на двоих: удовольствие, искристый восторг.

— Все. Пора заканчивать, — объявил Шайран, вырывая из странной эйфории. А еще мне показалось, что он как будто отгородился от меня. Ощущение ментального присутствия разом убавилось, как будто переключатель прокрутили на минимум.

Шайран приземлился на ближайшую поляну, оказавшуюся в этот момент прямо под нами, и чуть ли не спихнул меня хвостом со своей спины. Пока я восстанавливала на земле равновесие, а было это непросто и после полета казалось непривычным, дракона окутала знакомая дымка. Спустя пару мгновений Шайран предстал передо мной в человеческом обличье.

Потянулся было ко мне, чтобы поддержать, но внезапно остановился. Я перестала покачиваться и с изумлением уставилась в глаза Шайрана. Странно, в них как будто разгорается огонек.

— Что-то случилось? Что-то не так?

— Все так, все… ожидаемо. В полете я не всегда могу контролировать степень ментального единения.

Ментальное единение… Да, пожалуй, так оно и было.

— То есть могло возникнуть слишком сильное ментальное единение, и ты только сейчас об этом говоришь?

— Но ведь ты так хотела покататься!

Я открыла рот… и снова закрыла, проглотив возмущение.

Так, ладно. Я на самом деле настаивала. И даже не поинтересовалась, почему Шайран не горел желанием покатать меня на спине. Вот только я даже предположить не могла, что дело может быть не в его упрямстве, лени и нелюбви к «лапанью»!

Уточнила вполне спокойно:

— И чем это грозит?

— В большинстве случаев — привязанностью, как правило, достаточно сильной. Так что… лучше часто вместе не летать.

Действительно. А то так наобъединяешься ментально, что потом крыша поедет.

— А привязанность возникает всегда, в любом случае? Или в определенных условиях? Например, если друг к другу хорошо относиться… А если двое друг друга терпеть не могут, то привязанности не будет?

— В кого же ты такая любопытная, — хмыкнул Шайран.

— В маму, наверное… — сказала я и погрустнела. Надеюсь, с мамой все будет хорошо и ей успеют помочь. Спросить о деньгах не решилась. Это в тот раз я была вся такая смелая, столько всего умудрилась наговорить драконьему правителю. Сейчас хотелось просто сменить тему. — Расскажи о драконах. Ну хоть что-нибудь. Что не запрещено знать человеку. О ваших порядках и традициях.

— Пожалуй, есть смысл устроить небольшую лекцию и отдохнуть перед тренировкой, — согласился Шайран.

У нас получился этакий пикник. Дракон открыл портал, перетащил из какой-то комнаты плед, чтобы постелить на землю и не запачкать одежду соком травы. Оттуда же взял фрукты, а вот чтобы раздобыть нам полноценный обед, открыл другой портал.

— И куда вел второй портал? — полюбопытствовала я.

— На кухню моего замка.

— У тебя есть замок?

— Ты как раз хотела услышать что-нибудь о драконах, — улыбнулся Шайран. — Угощайся, и я расскажу…

На некоторое время разговор все же прервался — мы ели! И еды здесь действительно было вдоволь. Мясо, запеченное с овощами. Бутерброды, фрукты, прочие закуски, в основном, с рыбой. Мм, красота! Очень уж эти рыбные закуски походили на наши земные роллы и суши, а их я люблю.

Когда выяснилось, что есть до бесконечности не может даже дракон, Шайран заговорил:

— Миры Таизира очень разнообразны. В основном это магические миры, но есть и техномагические, и даже несколько с технологией без магии. Впрочем, в тех, которые без магии, драконов нет. Мы можем какое-то время находиться в мире без магии, но нам это неприятно. Потому что наша суть — это магия.

— А в мире без магии вы можете принимать истинный драконий облик? — поинтересовалась я, потянувшись к еще одному кусочку рыбы.

— Попробуй вот этот, — Шайран указал на другой, весьма аппетитный кусочек красной рыбы. — Тальмейская тилания, у нее отличный вкус.

И, не дожидаясь моей реакции, взял с тарелки сам, поднес к моим губам. Я ощутила неловкость. Странное это ощущение — меня никто и никогда не кормил с рук. Непривычно это и… неожиданно волнующе. Приоткрыла рот. Стараясь не касаться руки, взяла с нее кусочек рыбы. И все равно случайно задела губами пальцы Шайрана. Невольно вздрогнула, внутри потеплело от этого соприкосновения. А еще Шайран смотрел на меня очень внимательно, да еще огонек снова начал разгораться в его глазах.

Последствия совместного полета? Или… это ведь раньше началось. Достаточно вспомнить, как он целовал меня, когда я почти без сил лежала на его кровати. Испугавшись собственных мыслей, отвела взгляд, делая вид, что заинтересовалась тарелкой с закусками.

— Тилания на самом деле очень вкусная. Так что там с превращениями в безмагических условиях?

— Мы можем принимать истинный облик в мире без магии, но ненадолго — насколько хватит магического резерва, — произнес Шайран, не сводя с меня взгляда. — Так вот, один дракон, если он богат, может жить в нескольких мирах. Где-то, например, у него основное жилище, где-то — летняя усадьба. Ты видела мой дом в похожем на Элинор мире. Исконно магический, но в него перенесли много техномагических предметов. Еще у меня есть пара замков в магических мирах.

— В мирах Таизира живут разные расы? Или только люди и драконы?

— Не только. Расы могут быть совершенно разные, но драконов и людей все-таки больше.

— А как насчет брака между человеком и драконом? Такое часто бывает? Или все же редкость?

— И с какой целью интересуешься? Размышляешь, как примут правительницу человека, если выйти замуж за Салахара?

— Просто интересуюсь. Если честно, мне весь отбор кажется довольно странным.

— Значит, для тебя связь между драконом и человеком — это что-то невозможное?

Ох, и что же он так смотрит! Обидно за драконов, что ли? А ведь ему действительно важен мой ответ. Да что ему вообще нужно?! Шайран не может не понимать, что я — невеста. Участница отбора. И пока не дойду до конца, я не свободна, даже смотреть в его сторону права не имею. Как и он — в мою. А ведь зыркает своими глазищами-то!

— У нас на Земле есть только люди. И я просто пытаюсь понять, что и как здесь устроено, — ответила я, старательно сохраняя спокойствие.

Чтобы избавиться от неловкости, потянулась к кусочку яблока и невольно задела руку Шайрана. Он в этот момент, видимо, тоже захотел фруктов отведать. По коже как будто электрический разряд прошел. Я подняла глаза, снова встретилась взглядом с Шайраном. Господи, он так смотрел… что все внутри замирало и вспыхивало. Кажется, между нами слегка заискрило. Черт! Как же это не вовремя.

Я отвела руку и чуть дрогнувшим голосом спросила:

— Ответишь на мой вопрос?

— Отвечу, — не сводя с меня взгляда, кивнул Шайран. — В отношениях между драконами и людьми нет ничего зазорного. Ты, наверное, уже слышала, что человеческие девушки универсальны и могут подойти почти любой расе, при этом потомству они передадут только самое лучшее, а иногда даже могут усилить способности отца, в данном случае дракона. Но у драконов все гораздо сложнее. Сначала мы ищем пару.

— Истинную? — уточнила я, припомнив многочисленные сюжеты книг о драконах.

— В некотором роде. Здесь важен смысл, который ты вкладываешь в это слово. Подозреваю, немного не тот.

— Так объясни, — я пожала плечами и отщипнула виноградинку. Правда, на этот раз убедилась, что не столкнусь с рукой Шайрана.

— Во всех мирах среди всех драконов существует несколько женщин, которые подойдут дракону. То же касается и самих дракониц — им подойдет несколько мужчин. Идеально подойдет — значит будут и сильная любовь уже на всю жизнь, и прекрасное потомство. Оно и хорошо, что нет одной-единственной истинной пары, иначе дракон мог бы всю жизнь потратить на поиски и никогда не найти. Слишком сложно двум половинкам встретиться. А так подходящих несколько и на все миры даже достаточно много. Но когда дракон уже встречает такую идеальную пару, то постепенно привязывается именно к ней. Постепенно. Пока привязка произошла не до конца, ее еще можно разорвать. Улететь далеко-далеко, в другой мир, чтобы никогда ее больше не видеть. Чувства пройдут, привязка исчезнет, а дракон снова может продолжить поиски пары.

На самом деле рассказ Шайрана произвел впечатление. Сердце почему-то колотилось чаще, а вот дышать я временами забывала. Чтобы сбросить напряжение, спросила:

— И часто драконы сбегали от подходящей пары?

— Бывало. Иногда просто пугались возникающих чувств, иногда обстоятельства складывались не лучшим образом, когда лучше было уйти до окончательного формирования связи с парой.

— А при окончательном формировании связи… что происходит?

— Вот тогда пара становится единственной и, как ты говоришь, истинной. Дракон уже никогда никого не полюбит. Она единственная будет нужна ему на протяжении всей жизни.

М-да. И в самом деле страшно такое узнать. Жизнь-то длинная. Так что понимаю, почему они сбегают. Прекрасно понимаю.

— Здесь, на отборе, Салахар ищет такую пару?

— Дракон не сразу, но довольно быстро понимает, что нашел свою пару.

— Значит, уже нашел, уже все понял?

— Тебе так интересно, можешь ли ты стать женой Салахара? — Что-то странное промелькнуло в его глазах.

— Нет. Я просто пытаюсь понять, для чего затеяли этот отбор. Ведь его объявил именно дракон.

— Несмотря на то что подходящих пар несколько, даже одну из них все равно очень трудно найти. Салахар не нашел и поэтому объявил отбор. Такова традиция Таизира. Если император восходит на трон, а пару так и не нашел, то он должен объявить отбор невест.

— А если и на отборе не будет подходящей?

Мы не сводили друг с друга взглядов. Воздух между нами буквально искрил.

— Иногда дракон женится просто на той девушке, которая ему понравится. Не всегда удается найти подходящую пару даже за целую жизнь. — И, не давая мне как-то прокомментировать или задать очередной вопрос, добавил: — А теперь предлагаю начать тренировку. Ты ведь хорошо отдохнула?

— Согласна. Давай свою тренировку.

А то неизвестно, до чего мы можем договориться…

Последующий час Шайран меня безжалостно гонял. Мы снова вернулись на поляну, защищенную от огня при помощи магии. Шайран швырял в меня самыми разными атакующими заклинаниями, причем на месте не стоял, заставляя и меня бегать, прыгать, выставлять щит то под одним углом, то под другим, то вообще из положения лежа.

Под конец, когда уже совсем устала, я не успела вовремя среагировать. Слишком поздно повернулась, слишком поздно создала щит, и то его ширины не хватило, чтобы закрыть от несущейся на меня волны. Понимая, что защититься уже не получается, попятилась назад, обо что-то запнулась. Как назло, взмахнула руками, невольно рассеивая щит. Ну все, меня сейчас убьет.

Не убило. Я уже падала, опрокинувшись назад, когда в десяти сантиметрах от меня искристая ядовито-зеленая волна развеялась, а Шайран внезапно оказался рядом со мной. Дракон обхватил меня за талию, не давая повалиться на землю, так что я буквально повисла, легла у него на руке. Шайран склонился надо мной, отвел от лица прядку волос. Сердце заколотилось быстрее. Хотя куда уж быстрее, я ведь чуть не упала! Наши взгляды снова встретились. Шайран всматривался в мое лицо, как будто что-то пытался понять. Я смотрела на него снизу вверх немного испуганно, не зная, чего ожидать. А потом, все так же сжимая мою талию, Шайран преодолел оставшееся расстояние и накрыл мои губы поцелуем.

Это был взрыв. Самый настоящий. И в этом взрыве образовался ураган, затягивающий меня все глубже, все сильнее.

Шайран целовал настойчиво, словно набрасывался на мои губы снова и снова, завладевал ими и моими эмоциями. Порывисто, сильно, горячо. Упоительно. Хорошо, что он держал меня, потому что собственные ноги стали непослушными, голова закружилась, а сердце готово было выскочить из груди — настолько сумасшедше колотилось. Он терзал и ласкал, пробовал вкус моих губ, пил мое дыхание. Я ощутила, как язык дракона приоткрыл мои губы, проникая в рот. Свободная рука Шайрана скользнула по бедру, поднимаясь от колена к…

Все, хватит! Пора заканчивать это безумие.

Неимоверным усилием воли я отстранилась, разрывая поцелуй. Выдохнула с трудом, как после долгой пробежки:

— Поставь меня на ноги, пожалуйста.

— Вика… — прохрипел Шайран. Желтые глаза затуманены, зрачки снова отчего-то вертикальные.

— Поставь меня на ноги! — повторила упрямо.

Во взгляде Шайрана вспыхнула ярость. Он все же вернул меня в вертикальное положение, даже отстранился, убирая руку с моей талии, а вторую — с бедра.

— Что не так, Вика? Ты уж определись для начала, чего ты добиваешься.

— Чего я добиваюсь? Ты о чем, Шайран?

— На отбор ты пришла ради денег. Деньги от Салахара уже получила. Что еще тебе здесь нужно? А может быть, денежного приза показалось мало? Нацелилась на кого-то из правителей?

— Что ты несешь, Шайран! Ты так говоришь, будто я тут старательно соблазняла тебя, пока выбирала, на кого же из правителей нацелиться.

— О нет, ты не соблазняла. — Шайран внезапно шагнул ко мне. Но в его глазах полыхала такая ярость, что я невольно попятилась. — Но ведь и не отталкивала меня. Так что тебе нужно, Вика? Ты уже определись: я или кто-то из правителей. А может быть, советник императора для тебя недостаточно хорош?

Злость, обида — все это клокотало во мне. Хотелось влепить Шайрану пощечину, хотелось накричать на него, выплеснуть эмоции. Кажется, меня начало потряхивать.

— Да я хоть бы сейчас ушла с чертова отбора! Думаешь, мне нравится, когда меня с периодичностью в несколько дней пытаются убить или выставить чудовищем? Думаешь, нравится отвечать на провокационные вопросы журналистов, постоянно улыбаться на камеры? Думаешь, я получаю от этого удовольствие? Да я бы хоть сейчас послала весь этот отбор куда подальше! Здесь невыносимо, я не могу больше, и с каждым днем все сложнее, все хуже! Но… — я перевела дыхание и, не отводя взгляда от Шайрана, тихо спросила: — Но что в таком случае будет с Землей?

— Что?..

— Вот только не надо делать сейчас невинные глаза, прикладывать руку к сердцу и потрясенно восклицать «Ты знаешь?» Да, знаю. Откуда — тебя не касается. А теперь еще раз: какие претензии ко мне? Вот что ты предлагаешь, Шайран? Растечься лужицей от твоих поцелуев, свалить с отбора с тобой под ручку в закат, и гори оно синим пламенем? Ты, кстати, ничего такого мне не предлагал. Сам же прекрасно знаешь, что невесты — собственность женихов. Так куда, черт возьми, ты тянешь свои загребущие руки, а теперь еще и губы?! — Я все-таки сорвалась, под конец пылкой речи перешла на крик.

— Значит, ты знаешь… — мотнув головой, пробормотал Шайран. Его как будто на этом заклинило. А вся остальная моя речь в пустоту?

— Да, знаю. Так что ты теперь предлагаешь, Шайран? Что-то я не слышала, чтобы ты предлагал мне себя. Ты почему-то сразу перескочил к вопросу: ты или отбор? Ну так вот. А если я, допустим, уйду с отбора и снова стану свободной, что тогда? Что тогда ждет Землю?

— Вопрос о том, кому отдать Землю, снова будет поставлен на Совете.

— Продолжай, — подбодрила я, невольно переходя на ласковое шипение. Потому что вывел из себя. Потому что довел. Сначала сам же поцеловал, а потом посмел намеки какие-то делать и оскорблять? Если бы все дело было только в наших чувствах! А так… так не имеет значения, что чувствую я. И даже спрашивать не стоит, что чувствует Шайран. — Тшахилавирион изъявит желание взять Землю под свое крылышко, верно? А ты, Шайран, ты можешь гарантировать, что драконы не отдадут Землю на растерзание Тшахилавириону? Можешь гарантировать, что драконы возьмут Землю себе?

Сколько же эмоций плескалось в глазах Шайрана. Сначала злость, ярость. Потом — недоумение, недоверие. Теперь — целый вихрь, ураган, который постепенно затухает. Тухнет, тухнет этот огонь…

— Не могу, — обреченно выдохнул Шайран, и с его словами потухла последняя искра. — Это решает Салахар.

— Я так и думала, — кивнула я, старательно игнорируя разрастающуюся в груди боль. Дышать тоже было трудно, но я продолжала спокойным, рассудительным голосом: — Пока я на отборе, я могу хоть что-то изменить, хоть на что-то повлиять. Да, проще отказаться. Уйти. Подумать о себе, в конце концов. Но тогда я никак уже не повлияю на решение касательно Земли. А каким оно будет и не уничтожит ли мой мир — неизвестно. Нет, теперь уже я не могу остаться в стороне. Пока я на отборе, я могу показать, что с землянами стоит считаться. И я сделаю это, Шайран. Не отступлюсь, не сдамся. Я должна дойти до финала.

Мне хотелось лить слезы, биться в истерике, топать ногами. Но я стояла спокойно и твердо, уверенно смотрела на Шайрана, встречая его погасший взгляд. Потому что я права. Потому что поступаю сейчас так, как должна. Я не имею права на чувства, тем более к Шайрану. Он не может пообещать мне, что с Землей все будет хорошо. Значит, придется взять это в свои руки.

А Шайран… в конце концов, он даже не сказал, что я ему нравлюсь. Поцелуй не значит ничего. И искры, промелькнувшие между нами, тоже ничего не значат. Он ведь даже не рассказал мне, как важно мое участие в отборе! И так эгоистично предлагал все бросить. Ради чего? Ради его чувств, которых, возможно, и нет? Может, это просто блажь, мимолетная страсть, да откуда мне знать, что это такое!

— Если тренировка закончена, отведи меня в мою комнату. Я устала.

Не проронив больше ни слова, Шайран открыл портал.

Глава 15

— Вторая неделя отбора невест подходит к концу, — как всегда бодро, вещала ведущая. — Сегодня последний день и последнее испытание для невест на этой неделе, очень важное. Те, кто с ним не справится, покинут отбор. Если, конечно, за кого-то из них не вступится один из женихов, — она подмигнула, понижая голос до заговорщического шепота. — Это будет сложное испытание, сложная проверка. Но ведь таким завидным женихам, правителям ведущих миров, нужны только самые лучшие девушки, верно?

Я невесело усмехнулась и покосилась на Эйву. Ну что она там возится, неужели так сложно?

— А теперь давайте немного поразмышляем. Давайте предположим, кого женихи могли бы спасти, оставить на отборе, несмотря ни на что?

Дальше замелькали вырезки из разных дней и разных моментов. Свидания, разговоры с женихами. Ведущая за кадром комментировала, строя предположения о силе чувств между той или иной парой.

Я решила продолжить приготовления. Вытащила из шкафа недавно наколдованный Эйвой рюкзачок, как раз для таких вот случаев, и принялась загружать в него необходимые вещи. Блокнот, ручка. Нет, лучше две ручки! Вдруг одна перестанет писать? Два цветных фломастера тоже берем. Все это нашлось в одном из ящичков стола, а то бы пришлось объяснять Эйве, как изготовлять ручки. Вроде бы она и это может, но мало ли… чего над нитками так долго возится?

Пока мы занимались делом, фоном шел последний выпуск отбора.

Что интересно, показывали в основном четверых женихов, всех, кроме Тшахилавириона. Он мелькнул всего пару раз. Такое ощущение, что сходил на остальные свидания только для галочки. Еще бы! Он ведь уже знал, какую невесту собирается выбрать. Не обделили вниманием и меня. Конечно же, показали ту «потрясающую» сцену, когда Тшахилавирион сдернул с себя капюшон, демонстрируя свою вампирскую красоту.

Меня от воспоминаний передернуло. А вот ведущая прокомментировала с восторгом:

— Да, дорогие. Да! Мы увидели лицо Тшахилавириона шалэ Виарона Дишессе Ринша. Конечно, не скрою, мы все на это надеялись. Но, возможно, к концу отбора, когда осталось бы всего несколько соперниц, а Тшахилавирион шалэ Виарон сделал бы свой выбор. Но то, что мы увидели… значит ли это, что Тшахилавирион шалэ Виарон уже сделал свой выбор? А может быть… у других невест еще остался шанс заинтересовать Тшахилавириона шалэ Виарона, тем более теперь, когда мы увидели, что здесь определенно есть за что бороться? Хотя… — ведущая, вновь появившаяся на экране, улыбнулась, — вживую все воспринимается совсем иначе. Остается только догадываться, сколь велика, сколь ужасающа сила, которая обрушилась на Викторию. Без плаща, без малейшей преграды. Но эта пара определенно заставляет нас затаить дыхание и ждать дальнейшего развития!

— Готово! — воскликнула Эйва.

Я поспешила к ней — проверить, что там получилось после стольких страданий. Нет, ну а почему она так долго билась над простой ниткой?

Впрочем, когда подошла поближе, то поняла почему. Перед феечкой лежало сразу десять катушек с нитками, на любой вкус: красные, желтые, зеленые, белые, черные и даже розовые, сиреневые, болотного цвета и фиолетового.

— Я же вроде бы одну просила?.. — ошалело пробормотала я.

— Так ты не сказала, какого цвета. Цвет ниток — это очень важно!

Да, конечно, но не в том случае, когда собираешься использовать их наподобие нити Ариадны. С другой стороны, одной катушки могло не хватить. А десять — вполне. Ну, я надеюсь.

— Спасибо, — я улыбнулась. — Отличная работа, ты молодец.

Феечка засияла довольной улыбкой, а я покидала все десять катушек в рюкзачок. Еще на всякий случай нужно взять сменную одежду… хотя нет, не нужно. Иначе тяжело будет нести. Еще бы кирпичи решила затолкать в рюкзак — вдруг пригодятся!

Хотя… а вдруг на меня нападут? Я за щитом-то спрячусь, это не проблема, но чем атаковать? Атаковать-то нечем!

— Эйва? Ты не могла бы наколдовать металлическую палку?

— Что? Зачем? — опешила несчастная феечка. Она и на первой-то просьбе, когда я заказала нитки, слегка удивилась.

— Кто знает, что мне встретится в этом лабиринте. Если кто нападет — я спрячусь за щитом, а в него эту палку швырну.

— Думаешь?.. Может, что понадежнее? Секиру?

— А ты можешь? — заинтересовалась я.

— Не знаю, никогда не пробовала. Обычно нас не просят творить холодное оружие.

Представив, как заявлюсь на испытание с секирой, помотала головой:

— Нет, лучше не надо. Боюсь, о секиру я сама убьюсь, если меня вообще с ней туда впустят. Но ты сделай палку достаточно тонкой, а на конец — крючок. Даже не палку. Лучше прут!

— Крючок зачем?..

— А вдруг отмычкой послужит, — я пожала плечами.

Недоуменно фыркнув, Эйва принялась за дело. А я отправилась в душ и переодеваться, по пути размышляя, все ли необходимое взяла с собой и что еще может пригодиться.

Сегодня с утра запись в расписании порадовала наличием очередного испытания. Как сказала ведущая, последнее на этой неделе. Причем запись была самая развернутая из всех, что до этого видела: «Задание: выйти из лабиринта. Можно взять сумку с вещами, которые сочтете необходимыми».

Вот и готовилась с самого утра. Смутно представляла себе, как буду использовать нитки, уж лучше маркеры, но вдруг. Ариадна ведь использовала нить! Если меня поведут от входа и заведут в дебри, повелев вернуться обратно, то главное по пути туда не забывать разматывать нитки! А еще из них можно будет сплести что-нибудь, например, веревку. Хотя нет, такая веревка и руки порежет, а не дай бог на шее окажется…

— Эйва, а потом еще веревку сделаешь? — я высунулась из ванной.

— Сделаю, — буркнула она. — Только не отвлекай.

После водных процедур я оделась в спортивный костюм и заплела волосы в косу. Сначала хотела собрать в пучок, но тогда придется воспользоваться шпильками. Вот не дай бог упаду на затылок, и шпилька меня продырявит! Мне ж везет, а в последнее время — так вообще сверх меры.

— Спасибо, Эйва, ты чудо!

Сложив в рюкзачок веревку, замотала металлический прут с крючком на конце в какую-то тряпку, похоже, наволочку, и тоже отправила к собранным вещам. Все, кажется, готова! Осталось последнее, но это можно раздобыть только в столовой. Да, я именно о хлебных крошках. Перебор? После всех покушений, попыток выставить меня монстром и прочих издевательств я готова перестраховываться десять раз и все равно, к сожалению, не буду уверена в том, что испытание пройдет без происшествий.

— Ты всех победишь! Должна победить, — напутствовала Эйва.

— Я пройду это испытание, — пообещала я.

Победить остальных вряд ли получится. Очень надеюсь, что каждая будет проходить это испытание отдельно от остальных. У меня, конечно, металлический прут, замотанный в наволочку, но в том-то и дело, что это не смешно! С тех пор, как при моем участии одна из девушек упала с балкона, — совсем не смешно.

На обеде, нисколько не стесняясь камер и удивленных взглядов участниц, сгребла в рюкзачок несколько кусков хлеба и пару бутербродов заодно.

— Боишься пару часов без еды провести? — фыркнула одна из девушек. Постоянно забываю, как ее зовут. — На нервной почве жор нападает?

— Да она, наверное, боится, что не сможет выйти из лабиринта, а хлеб будет есть, пока ее ищут организаторы, — усмехнулась Литара.

— Хлеб — самая питательная пища, — заметила я в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь. Но раз уж камеры снимают происходящее, решила пояснить и с невозмутимостью добавила: — А сколько продлится испытание, нигде не уточнялось.

На лицах некоторых девушек отразилось беспокойство. В глазах Изанны, кажется, мелькнуло что-то, подозрительно похожее на одобрение. Неужели я права в своей безумной подготовке? Честно говоря, не хотелось бы.

В итоге девушки разделились на два лагеря. Одна половина в срочном порядке требовала принести много сумок и много хлеба. И ведь им на самом деле приносили! Кто-то брал сразу с сумками, закидывал их себе за спину. Другие заталкивали буханки хлеба в заранее заготовленные сумки. Все это делалось чуть ли не в панике, потому что время на самом деле заканчивалось. Ну а вторая половина высмеивала первую и старалась выглядеть уверенно, будто ни капли не сомневается в качестве своей подготовки.

— Все, линны. Обед закончен, пора отправляться на испытание, — объявила Изанна.

Дальше уже привычным маршрутом нас повели в зал с пространственным коридором. Его активировал незнакомый мужчина — и мы двинулись гуськом сквозь засиявшую голубоватым светом арку.

На этот раз ожидать, когда все остальные пройдут испытание, не пришлось. Отправить собирались сразу всех.

— Не беспокойтесь, встретиться вы не должны, — инструктировала Изанна. — Лабиринт достаточно большой, состоит из множества отсеков, так что вы не встретитесь. Каждая будет проходить испытание в одиночку, несмотря на то, что запускаю всех сразу.

Мы стояли в темном коридоре, освещенном укрепленными на стенах факелами, а перед нами возвышались тяжелые металлические двери с затейливыми узорами на поверхности и таким страшным замком, что казалось, из лабиринта никто уже не выйдет.

— Вы зайдете здесь. И должны будете найти выход. В процессе вы почувствуете ментальный зов — это подсказка. Но подсказка своеобразная. Когда почувствуете желание пойти в определенном направлении — идите прямо в противоположном. Если ментальный зов указывает на левый коридор, то поворачивайте направо. Это станет еще одной проверкой — способность противостоять ментальному давлению. Все ясно, линны?

— Сколько времени продлится испытание? — спросила Нелейя.

— Столько, сколько потребуется, чтобы найти выход из лабиринта, — отрезала Изанна.

Те девушки, которые, вдохновившись моим примером, взяли с собой хлеб, выпрямились, задрали подбородки. Зато остальная половина слегка приуныла.

Страницы: «« « ... 1011121314151617 » »»