Лазарь Кеплер Ларс

Глава 50

Сага проверила, заперта ли входная дверь, и положила кобуру с пистолетом под вторую подушку на двуспальной кровати.

Понадобился почти час, чтобы успокоить Пеллерину настолько, чтобы та смогла пожелать сестре спокойной ночи. Сначала они говорили, что девочки-клоуны – просто выдумка, потом Сага перевела разговор на “Холодное сердце”, но, когда она уже собралась прощаться, Пеллерина стала упрашивать Сагу приехать и забрать ее домой.

Когда они заканчивали разговор, сестра все еще плакала.

Сага потушила свет, повернулась на бок и положила голову на подушку.

Папа вторую ночь в могиле.

Температура опустится ниже нуля, земля затвердеет, трава заблестит от инея.

Надо найти папу.

А потом она выследит и убьет Юрека. Где-то же он прячется. Она вытащит его на свет божий и закончит то, что когда-то начала.

Сага начала погружаться в глубокий сон. Ей снилось, что жесткая рука погладила ее по щеке.

Это мама, мама, которая состарилась. Сага поняла, что мама все-таки жива, и ее переполнила благодарность.

Она пыталась объяснить, как счастлива.

Мама, пристально глядя на нее, покачала головой и стала пятиться через комнату, наткнулась спиной на подоконник со шторой-экраном на окне, и ее шея случайно угодила в шнур, свисавший вдоль окна.

Сага резко проснулась и открыла глаза. В спальне было темно. Она проспала всего час.

Сага сморгнула, спрашивая себя, что ее разбудило. Телефон заряжался, экран был темным.

Надо попробовать уснуть, сказала себе Сага. И вдруг заметила тощую фигуру, сидевшую у окна в кресле с высокой спинкой.

Сага успела было подумать, что это папа вернулся, и тут страх накрыл ее, и адреналин мощной волной плеснул в кровь.

Сага поняла, кто перед ней.

С бешено бьющимся сердцем она медленно сунула руку под подушку, но пистолета там не оказалось.

– Маленькая сирена, смертельно опасная, как и прежде, – проговорил человек в кресле.

Ей никогда не забыть этот голос. Она столько раз слышала его в своих кошмарах.

Кресло скрипнуло – сидевший потянулся вбок и включил напольную лампу.

– И все так же красива, – договорил он.

Сага увидела перед собой светлые глаза Юрека Вальтера, его морщинистое лицо.

Вальтер сидел, выпрямив спину и держа на коленях кобуру с пистолетом Саги. По щеке тянулся глубокий шрам, одного уха не было. На Вальтере была клетчатая рубашка. Блестящий пластмассовый протез походил на кукольную ручку по сравнению с более крепкой правой рукой.

Сага осторожно села. Сердце билось так быстро, что дыхание стало прерывистым. Надо успокоиться, надо играть в игру, чтобы добраться до пистолета на кухне.

– Я думал, что убил тебя в тот раз. Я поторопился, недоглядел.

– Я думала, что убила тебя, – ответила Сага и с трудом сглотнула.

– Почти убила.

– Да, я читала, что сделала Корнелия. – Сага сосредоточенно дышала. – Не понимаю, зачем тебе все это понадобилось. Поехал бы в больницу, там тебе помогли бы по-настоящему, избавили бы от боли.

– Боль меня не пугает, она – часть жизни, – спокойно заметил Вальтер.

– Когда же ты закончишь, когда все это прекратится? – спросила Сага и ощутила, как по спине прошел холод – Вальтер снова уставил на нее свои светлые глаза.

– Закончить? Я живу, чтобы восстановить порядок… и я неутомим. Меня обокрали, и образовалась дыра, которую следует заполнить.

– Понимаю, – едва слышно отозвалась Сага.

– Мне пришлось выжить… Йона отнял у меня брата. Думаю, ты понимаешь: я отниму у него все, что ему дорого.

От этой мысли Юрек едва заметно улыбнулся. Морщины стали глубже, словно на лицо натянули рыболовную сеть.

Сага подумала о его словах: он думал, что убил ее в тот раз. Вальтер тогда действительно нанес ей такой удар, что она потеряла сознание. Но Сага была уверена: Вальтер знал, что не убил ее.

По какой-то причине он оставил ее в живых.

И по какой-то причине хочет убедить ее, что это была ошибка.

Сага напомнила себе, что Юрек всегда лжет. Поверишь ты в эту ложь или разоблачишь ее – ты все равно в ловушке.

Надо выговорить себе возможность попасть на кухню и добраться до пистолета.

– Ты все еще трешь пальцем левую бровь, когда задумываешься, – заметил Вальтер.

– У тебя хорошая память. – Сага опустила руку.

– Когда я зашел в спальню, то заметил, как ты смотришь на меня из-под век… Если бы ты вовремя проснулась, “глок” был бы у тебя в руках…

Юрек резко замолчал, поднялся, спокойно подошел к оружейному сейфу и запер пистолет.

– Какая поразительная деталь человеческой эволюции – наши тонкие веки! – Вальтер снова повернулся к Саге. – Мы закрываем глаза – но видим, как меняется свет, улавливаем движения, силуэты… мозг регистрирует зрительные впечатления во сне.

Сага отвернулась, чтобы не показать, как нервничает. Она велела себе не терять самообладания, сохранять спокойствие. Но откуда он знает ее тайны?

В детстве Саге было трудно заснуть, потому что она через закрытые веки замечала все, что делается вокруг.

Как только ей мерещилось движение, она против воли открывала глаза и проверяла комнату.

Сага никогда ни с кем не говорила об этих навязчивых мыслях, не записывала их в дневник.

Навязчивые мысли бывают почти у всех детей, но воспоминания Саги были особенно болезненными. Позже Сага поняла: привычка проверять комнату была связана с необходимостью выживать. Когда у матери начались маниакальные эпизоды, она чего только себе не воображала. Мать находила врагов повсюду, становилась агрессивной.

По ночам мать прокрадывалась к Саге, и девочке приходилось просыпаться, чтобы успокоить ее.

Вальтер ее провоцирует. Надо взять себя в руки и продолжать разговор, не дать ему одурачить себя.

Он хочет убедить ее, что может заглянуть прямо ей в душу.

Нет. Не может.

Надо подумать.

Может быть, она рассказала ему про веки, когда они вместе находились в той больнице строгого режима? Когда Сагу накачали наркотиками?

Ей давали трилафон и ципрамил, стезолид внутривенно, плюс галоперидол внутримышечно.

Наверное, от таких сильных препаратов она потеряла способность контролировать себя, у нее случались провалы в памяти.

Вот единственное логическое объяснение, и его вполне достаточно, подумала Сага и снова взглянула на Вальтера. Светлые глаза наблюдали за ней, Вальтер словно пытался прочитать, какое действие произвели на нее его слова.

– Твоя сестра пряталась за шторой. Я потом понял… умно. Это ты ее научила.

– Зачем ты пришел сюда? – спросила Сага.

– Ты правда хочешь знать?

Глава 51

Отогнув одеяло, Сага спустила ноги на пол и встала. Она не обязана играть по его правилам.

– Сядь, – велел Вальтер.

Надо добраться до кухни. Отклеить пистолет от стола и прострелить Вальтеру оба бедра.

А когда он будет валяться на полу, она прострелит ему здоровую руку.

Тогда он станет почти безопасным.

Потом он будет истекать кровью в ванне, пока не заговорит. Вальтер обязательно заговорит, а как только она узнает, где отец, она прикончит Вальтера.

– Я просто хочу пить, – пробормотала Сага и повернулась к двери.

Она помнила слова Йоны: не жди, при первой же возможности убей Вальтера, не раздумывая. Сейчас он сказал бы, что если она будет слушать Вальтера, то, несмотря на все ее преимущества, шансы обнаружить отца живым сильно сократятся.

Сага направилась к двери; Вальтер поднялся с кресла. Сага чувствовала на себе его взгляд, ощущала, как его глаза медленно скользят по ее лицу, шее, заплаткам пластыря на руках.

– Останься здесь, – приказал он.

Сага повернулась к нему, почесала живот и взглянула в глаза незваному гостю.

– Я никуда не убегу, – улыбнулась она и неторопливо пошла к двери.

Сага слышала, что Вальтер идет следом, но не могла оценить свою фору. В световом пятне от торшера ее тень скользила по стене, преследуемая тенью Вальтера.

Сага на ходу ногой прикрыла дверь спальни и вышла в коридор.

Там стало ясно, что Вальтер следует за ней по пятам и не позволит ей зайти на кухню одной.

Сага взглянула на закрытую входную дверь, на одежду и шлем на коврике.

Может быть, она сумеет оторваться от него и добраться до оружия.

Кухонная дверь оказалась закрытой, и Сага потеряла несколько драгоценных секунд. Проходя мимо тумбы с ключами и ароматической свечой, она слышала у себя за спиной дыхание Вальтера.

Сага не торопясь открыла дверь кухни, включила свет и, не глядя на стол, подошла к раковине.

Юрек наблюдал за ней, пока она ждала, когда пойдет холодная вода. Сага наполнила стакан, повернулась к Вальтеру и стала пить.

Клетчатая рубашка висела на тонком протезе, рукав на правой руке был закатан до локтя. Служба в армии и работа механиком закалили его, думала Сага, рассматривая сильную руку, мускулы и толстые жилы под морщинистой кожей.

Сага покосилась на стол. Чтобы добраться до пистолета, придется быстро сдвинуть неудачно стоящий стул.

Она выпила еще воды и указала мокрым стаканом на стол:

– Может, лучше присядем?

– Нет.

Пистолет был таким легким, что его удерживала одна полоска скотча на рукоятке. И если Сага рванет пистолет вместе с лентой, скотч не помешает выстрелить.

Юрек подошел к мойке и достал стакан из настенного шкафчика. Сага подвинулась на пару шагов.

Едва кран зашумел, она беззвучно метнулась к столу. Поставила стакан, одной рукой оттолкнула стул, другую протянула к столешнице. Успела коснуться пистолета кончиками пальцев – и тут Вальтер с сокрушительной силой ударил ее сзади.

Опрокинув два стула, Сага врезалась в стену спиной и затылком, упала на колени, попыталась схватиться за стол, подняться.

Стеклянная банка с хлопьями для завтрака упала на пол и разбилась.

Схватив Сагу за волосы, Вальтер с такой силой обрушил протез ей на ухо, что Сагу мотнуло в сторону, она опрокинула еще один стул и на ватных ногах сделала два шага, чтобы не упасть.

В голове гудело от удара.

Вальтер снова замахнулся; Сага увернулась и ударила его в лицо справа.

Грубая рука сдавила ей горло. Вальтер подтащил Сагу к себе и жестким протезом ударил по щеке и шее так, что почернело в глазах.

Вальтер бил ее методично, без всякого гнева.

По щеке полилась кровь из разбитой брови.

Вальтер дернул свою жертву в сторону, ударил снова; Сага пыталась закрыться рукой, она чувствовала, что ноги вот-вот подогнутся.

Удар обрушился ей на голову. Она упала, ударилась виском о половицы.

Потом ее обволокла пустота, наполненная тихим гулом.

В пальцах ног покалывало.

Сага моргнула, но ничего не увидела.

Каким-то образом она поняла, что Вальтер волочет ее за волосы обратно в спальню.

Он втащил ее на кресло, снял ремень и затянул его на горле Саги.

Дышать стало невозможно.

Сага смутно понимала, что Вальтер стоит перед ней, стоит неподвижно, наблюдает. От ударов протез отстегнулся и повис; его удерживали только ремешки и рукав рубашки.

Сага попыталась втиснуть пальцы под ремень, чтобы ослабить петлю и сделать вдох. Она судорожно дернула ногами, желая опрокинуть кресло, но лишь пнула стену.

Поле зрения сжалось, она смутно увидела Пеллерину на фоне бледного неба, и тут Вальтер ослабил ремень.

Сага закашлялась, задышала, перевесилась вперед и сплюнула на пол кровавую слизь.

– Сядь прямо, – вполголоса велел Вальтер.

Сага разогнулась и снова закашлялась. В лице и шее пульсировала боль. Юрек стоял возле книжных полок, зубами сдирая серебристый скотч с маленького пистолета.

Комната плясала перед глазами.

В три широких шага Вальтер оказался рядом, сдавил Саге щеки, сунул в рот короткое дуло и нажал спусковой крючок. Незаряженный пистолет щелкнул – Вальтер вынул патроны.

Задыхаясь, чувствуя, как пот стекает по груди, Сага выговорила:

– Я не знаю, где Йона.

– Понимаю. Ты даже не знаешь, в какой части света он сейчас находится, он никому ничего не говорит, это единственный способ… Будь я уверен, что ты хоть что-то можешь про него знать, я бы разрезал тебе лицо по частям.

– Тогда зачем ты похитил моего отца?

– Тут нет злого умысла. С тобой я почти закончил. Ты помогла мне выбраться из больницы строгого режима – больше мне от тебя ничего не надо.

Тыльной стороной ладони Сага вытерла кровь с губ. Ее трясло от шока.

– Тогда что ты здесь делаешь?

– Моего брата похоронили, а могилы не осталось. Я хочу знать, где он. Это всё.

– Может, его прах развеяли на каком-нибудь кладбище? – хрипло предположила Сага.

– Я пытался узнать, так ли это.

– Я понятия не имею, где твой брат, но бывают случаи, когда информацию о месте захоронения скрывают, чтобы не создать культа…

– Как бы то ни было, я хочу знать, где он. Должны быть документы… В бога я не верю, но хотел бы похоронить брата ради родителей… Игорь прожил трудную жизнь – годы в детском доме в Кузьминках сломали его… а институт Сербского превратил его в того, кем он стал…

– Мне жаль, что так вышло, – прошептала Сага.

– У тебя почти полный доступ к базам службы безопасности и Бюро расследований, – медленно проговорил Вальтер. – Я верну тебе отца за своего брата.

– Отец нужен мне живым.

Морщины на лице Вальтера углубились от подобия улыбки.

– И мне брат нужен живым… Но будет достаточно, если ты добудешь документы, в которых сказано, где его зарыли.

Сага кивнула. Вальтер напал так стремительно потому, что он и не смотрел на льющуюся из крана воду. Трюк со стаканом был просто ловушкой. Вальтер хотел узнать, где спрятан пистолет.

– Ты принесешь мне эти документы, – продолжал Юрек. – Даже если тебе придется вынести папку с грифом “Секретно”, даже если тебе придется нарушить правила.

– Хорошо, – прошептала Сага.

– Завтра… примерно в это же время мы встретимся в другом месте.

– Как я узнаю где?

– Я пришлю тебе сообщение.

Глава 52

Едва Вальтер убрался, Сага заперла дверь, дохромала до оружейного сейфа, убедилась, что “глок” заряжен, и надела кобуру. Еще раз проверила дверь и окна, заглянула в платяной шкаф и под кровать, после чего отправилась в ванную, промыть раны.

Она умылась и прополоскала рот. Бросила окровавленное полотенце в ванну, зажгла весь свет и, усевшись в кровати, принялась просматривать базу данных СЭПО.

Через три часа она сдалась.

Уже утро. И никакой информации о том, куда делся труп Игоря.

Ощущая боль во всем теле, Сага вылезла из кровати, натянула джинсы и мягкую кофту.

Перед тем как выйти из дома, она попыталась косметикой замазать синяки на лице и горле.

* * *

В большом следовательском кабинете было пусто. Сага досконально изучила распластавшуюся почти на всю стену карту Европы и перешла к расплывчатым изображениям Бобра с белорусской видеозаписи.

Теперь, когда следователи знали, что за всем происходящим стоит Юрек, каждая изученная ими деталь приобретала совершенно новое значение.

Они думали, что охотятся за убийцей, который видит себя санитаром общества, супергероем. На самом деле Бобер оказался рабом, прирученным мясником.

В коридоре послышались голоса: Натан обменялся парой слов с кем-то из коллег, дожидавшихся эспрессо возле кофейного автомата.

Их расследование вдруг стало главным государственным делом, и Сагу с Натаном ждало совещание со следовательской группой. Им предоставили почти безграничные ресурсы, но Сага знала, что они не спасут ее отца.

Надо найти останки Игоря.

Войдя, Натан опустил на пол тяжелую сумку и взглянул на Сагу.

– Что с тобой? – Он поставил чашку на стол.

– Сам знаешь. Я бегала по лесу с Амандой и собаками… одежда была совсем не подходящая.

– А выглядишь, как после боксерского поединка.

– Я себя примерно так и чувствую. – Сага отвернулась.

Натан отхлебнул кофе и сел.

– Я заходил к судебным медикам, забрал у них два отчета.

– Успел прочитать? – хрипло спросила Сага.

– Только пролистал. Но, похоже, медики установили причину смерти Корнелии.

– Она сама повесилась?

Натан вынул из объемистой сумки синюю папку с широким тканевым корешком, полистал рапорт и провел пальцем по строчкам.

– Посмотрим, – пробормотал он. – Да, вот оно… “Причина – полное прекращение артериального кровоснабжения мозга”.

– Можно глянуть?

Сага присела на край стола и стала просматривать материалы. Оказывается, брат Корнелии пролежал в могиле на задах своего жилища на Хёгмаршё не меньше трех месяцев, но умер от обезвоживания через неделю после самоубийства Корнелии.

– Брат с сестрой помогали Вальтеру каждый на свой лад, а теперь оба мертвы, – заметила она и съехала со стола.

На какие соглашения с Вальтером пришлось пойти Корнелии и Эрланду? Вероятно, брата и сестру погубили попытки угодить ему, чтобы спасти себя и друг друга.

Несчастные понятия не имели, насколько он опасен.

Йона предупреждал: пытаясь заключить договор с Вальтером, ты лишь еще больше запутаешься в его сети.

Сага так и видела перед собой старинную рыболовную вершу; она лежала на мелководье, и ее большие деревянные кольца образовывали туннель, из которого не было выхода. Вход устроен так, что рыбы легко заплывают в вершу, но выбраться из сети практически невозможно.

Саге на телефон упало сообщение: полиция объявила тревогу, к расследованию подключился Интерпол.

– Объявили государственный розыск, – вполголоса сказала Сага.

– Я слышал.

– Личность Бобра так и не установили?

– Нет.

Сага подошла к карте Лилль-Янсскугена и промышленной зоны Альбано. Проследила, куда тянутся железнодорожные пути, рассмотрела пометки в местах, где обнаружили жертв. Когда-то Юрек зарывал людей заживо именно там.

Она не сводила глаз с пометок на карте. Как Вальтеру удавалось регулярно навещать могилы, разбросанные на площади примерно в три миллиона квадратных метров?

И это лишь одно из его кладбищ.

Вероятно, у него имелись карты или списки координат.

И несмотря на годы поисков, полицейским так и не удалось их найти.

Полиция даже не знает, где живет Вальтер.

Квартира, в которой он зарегистрирован, судя по всему, не более чем фасад.

В старом гастарбайтерском бараке, где ютился когда-то Игорь, тоже не оказалось никаких следов Вальтера. Техники и кинологи с собаками обыскали весь гравийный карьер, окружающие дома и тайники, но Юрек, похоже, туда даже не заглядывал.

– Натан, а что произошло с братом Вальтера на самом деле? – спросила Сага. – Куда делось тело?

– Понятия не имею. – Натан выложил фотографии на стол.