Бессмертный огонь Мари Аннетт

— Я вернусь на закате, — сказал он и повернулся к темному проёму в большом лиственном дереве, названия которого Эми не знала. — Не опаздывайте.

Не дожидаясь ответа, он прошел во тьму. Проем пропал со вспышкой красного света, и Эми осталась с Широ в древнем лесу.

Глава 22:

Эми вдохнула сладкий теплый воздух и повернулась к Широ, слезы стояли в ее глазах.

Он едва заметно нахмурился.

— Ты несчастна со мной?

Она прижала палец к губам и покачала головой.

— Нет. Я… даже не знаю, что сказать…

— Это задумывалось как сюрприз, — он звучал немного обиженно. — Если бы я сказал тебе заранее, ты бы отказалась идти и пропускать свои дела камигакари.

— Я что-то пропускаю? — в тревоге спросила она, а потом ощутила подозрение. — Гуджи Ишида знает об этом?

— Эмм, — его уши дернулись назад. — Не совсем. Но не переживай. Нанако и Катсуо справятся.

— Но…

Он улыбнулся.

— Идем. Это не лучшая часть.

— Да?

Она не знала, что еще может быть за этим красивым лесом, а он повел ее вдоль дна оврага, пар поднимался рядом с ними. Неподвижный жар леса окружал их, тени плясали на земле. Мягкие листья папоротника задевали ее ноги, запах зелени заполнял ее нос.

Бока оврага сужались, пока они с Широ не оказались между пологих стен, покрытых мхом, которые изгибались, закрывая от нее вид того, что лежало впереди.

Широ замер и повернулся к ней.

— Закрой глаза.

— Зачем?

— Это сюрприз.

Она нахмурилась.

— Не много ли сюрпризов?

— Еще один.

Она сдалась и закрыла глаза. Его ладони коснулись ее плеч, ведя Эми вперед. Ее сердце билось все быстрее, внимание сосредоточилось на его ладонях, тонкий слой кофты закрывал ее слабее, чем она привыкла.

Он провел ее еще двадцать шагов, ветер касался их, принося знакомый запах.

— Давай, — прошептал он, его голос оказался неожиданно близко к ее уху. — Открывай глаза.

Она послушалась. От вида перед ней вес ее тела пропал, она словно воспарила, и только кожа держала ее на земле.

Перед ее ногами тянулся нетронутый белый песок. За ним волны тихо набегали на изогнутый пляж. Бирюзовая вода сияла на солнце, яркая, как небо с перистыми облаками, тянущееся бесконечно к горизонту. Пляж был окружен зеленью, маленькие острова с папоротниками и деревьями усеивали воды океана.

Она смотрела, не дыша, сердце раздувалось от невероятной красоты перед ней.

Широ нежно сжал ее плечи.

— Дыши, Эми.

Она судорожно вдохнула.

— Широ, это… это..

Он встал бок о бок с ней и вытянул руку. Она крепко переплела с ним пальцы, вместе они пошли под яркое палящее солнце. Ветер дул с океана на сушу, играл с ее волосами, пах солью. Песок двигался под ногами, засыпался в ее обувь.

Замерев, Эми разулась и пошла по горячему колючему песку к кристальной воде. Она видела океан раньше, но не так. Даже близко не так. Цвет воды, этот яркий аквамарин, был прекраснее того, что она представляла.

На середине пляжа Широ остановился и опустил сумку Нанако, снял обувь, полную песка. Она оставила свои сандалии рядом с сумкой, сняла кофту из-за палящего солнца и положила на сумку. Смягченный прохладным ветром с воды, жар целовал ее плечи и спину, которые не закрывало платье.

Она не могла ждать и пошла вперед. Туда, где волны встречались с пляжем, где мокрый песок хлюпал под ее ногами. Низкая волна накатилась, и Эми запищала от прикосновения холодной воды. Улыбаясь, она плескалась, следующая волна налетела на ее лодыжки. Эми придерживала шляпу и бежала параллельно волнам, песок летел из-под нее.

Волна догнала ее, плеснула на ноги, Эми вскрикнула и развернулась, смеясь. Широ смотрел на расстоянии нескольких шагов, она замерла, смутившись. Он подошел к ней, Эми моргнула, глядя на него, а Широ поднял руку, большой палец коснулся уголка ее рта.

— Не переставай улыбаться, — прошептал он.

У нее перехватило дыхание, она снова улыбнулась. Его губы изогнулись в ответ. Взяв его за руку, она потащила его за собой по пляжу, пока песок не сменился камнями, выпирающими из воды. Эми запрыгнула на горячий плоский камень, чтобы посмотреть на сияющую воду с белой пеной вдали.

С огромными глазами от восторга она посмотрела на Широ.

— Мы проведем здесь весь день?

— До заката.

Она прижала ладонь к груди, словно удерживала сердце.

— Это самый чудесный подарок.

Его глаза загорелись от радости, Эми таяла внутри. Она хотела упасть в его руки, но вместо этого спрыгнула рядом с ним. Ветер прилетел к ней, подул на ее волосы, и она посмотрела на платье.

— Я хочу кое-что сделать, — сказала она ему, — и тебе нельзя смеяться.

— О?

— Обещаешь не смеяться?

— Не буду смеяться.

Посмотрев на него с предупреждением, Эми отошла, чтобы было просторно, подняла руки и закружилась. Ее платье разлеталось, легкая ткань изящно обвивала ее. Радуясь этому, Эми крутилась и крутилась, пока мир не закружился вокруг нее. Она остановилась, а пляж — нет, и она пошатнулась, теряя равновесие.

Руки Широ подхватили ее и притянули к нему. Эми замерла, позволив ему удерживать ее вес, пока мир замедлял кружение. Все-таки она упала в его руки.

— Похоже, я перестаралась, — выдохнула она.

— Может, немного.

— Но ты не смеялся.

— Конечно, нет. Я же обещал?

Она подняла голову, чтобы увидеть его. Выражение лица Широ было излишне траурным, но он не мог скрыть изумление.

Когда она смогла снова идти ровно, они пошли обратно. Маленький краб пересек их путь, покачивая панцирем, вдали кружились чайки на ветру. Вернувшись к вещам, Эми замерла на месте, очарованная движением волн.

Широ опустился на песок и лег, закинув руки за голову.

— Почему бы тебе не взглянуть, что для тебя сложила ворчливая мико? Она просила напомнить тебе… что-то про кожу на солнце.

Эми отругала бы его за плохие слова о Нанако, если бы не его дразнящий тон. Опустившись у сумки, она открыла ее, чтобы осмотреть содержимое. Наверху лежала бутылка солнцезащитного крема, Эми пару минут наносила средство на открытые участки кожи, не обращая внимания на то, как Широ морщил нос от запаха.

Она вытащила тонкое покрывало, расстелила на песке и поставила посередине большую коробку с обедом. Широ присоединился к ней на покрывале раньше, чем она открыла коробку. Все было вкусным, простые угощения, знакомые из Шираюри. Готовила Нанако. Широ убрал коробку, Эми села на покрывало лицом к воде и погрузила пальцы ног в песок.

— Тут так красиво, — она взглянула на него, Широ лег, закрыв глаза. — Ты сказал, это место выбрал Юмей?

— Угу. Он сказал, что приходил сюда каждые несколько лет.

— Почему-то я не могу представить, как он загорает на пляже.

Широ фыркнул.

— Я тоже. Ему нравится ветер океана. Он сказал, что в ветреные дни здесь не летаешь, а паришь.

Эми не могла представить, как Юмей дремлет на залитом солнцем пляже, но могла представить большого ворона над волнами океана. Тенистая еловая роща и снег казались сном, а воины-ёкаи — ее воображением.

— К нему присоединились все дайтэнгу? — спросила она.

— Почти. Он не смог найти четверых или пятерых.

— Но остальные пришли, хотя он прогнал их семьсот лет назад, — удивление звучало в ее голосе.

— Они очень верные. Все-таки он их создал.

Она нахмурилась.

— Создал? О чем ты?

— Многие ёкаи созданы, а не родились, — объяснил он, пожав плечами, подставив лицо солнцу. — Многие карасу Юмея были обычными воронами. Жили на его территории, подверглись влиянию его ки и Тсучи, поглотили капли его силы и стали больше, чем просто животные. Со временем у них появилась своя ки, они становились сильнее, пока не стали полноценными ёкаями. Потому он и его карасу могут делиться силой. Он дает силу им, а они — ему, когда это ему нужно.

— Ого, — выдохнула Эми, впиваясь пальцами в песок. — Я этого не знала.

— Это пассивный процесс. Он не превращал их в ёкаев за мгновение.

— А такое может произойти с людьми?

— Чтобы они стали ёкаями? Обычно нет.

— Обычно?

— Ну… — он открыл глаза и скривился. — Мертвые люди могут стать ёкаями. Точнее, их души. Это редкое явление, но при правильных обстоятельствах они могут стать ёкаями после смерти, а не рассеяться в Йоми. Помнишь тех прядильщиков сна из гостиницы Аджисай? Канашибари — духи мертвых детей.

Эми поежилась от напоминания о призрачных девочках.

— В любом случае, — сказал Широ, опуская тему и закрывая глаза. — Дайтэнгу Юмея верны ему, хоть ими сложно управлять. Они все еще проверяют, не стал ли он мягче. Они хотят знать, что смогут получить.

Она выкопала плоскую ракушку и стряхнула с нее песок.

— А те три ёкая, которых привел Бьякко? Что такое шиджин?

— Шиджин — это четыре бога-ёкая: Бьякко ветра, Генбу холода, Сузаку огня и Сейрю дождя. Им далеко до Кунитсуками, но они независимы, никому не служат. Они очень старые и опасные.

Она оторвала взгляд от ракушки.

— Но я думала, Юмей намного сильнее Бьякко.

— Бьякко уступает Юмею, потому что Юмей — заместитель Сарутахико. Бьякко старше, но они никогда не командовал армиями. Я бы сказал, что они наравне.

Положив ракушку в сумку, чтобы забрать с собой, Эми зачерпнула руками песок и смотрела, как он сыплется сквозь пальцы.

— Ты знал, что Юмей — заместитель Сарутахико до той встречи?

Он нахмурился.

— Я не был удивлен, так что, наверное, знал, но я до этого не помнил.

— Как… — страх остановил ее слова. Она избегала вопросов о его воспоминаниях, о возвращении его я. — Твои воспоминания возвращаются без оненджу?

Он поднял плечо.

— Прошлый год или чуть больше до оненджу я помню ясно, но все остальное смешано. Я лучше вспоминаю, когда что-то меня подталкивает.

— Ты… — она неуверенно замолчала. Он с вопросом посмотрел на Эми, но она уже потеряла смелость. Стряхнув с ладоней песок, она вскочила на ноги. — Давай исследовать!

Вместе они пошли на другую часть пляжа. Камни сменили песок, Широ запрыгнул на пористый камень и поднял ее к себе. Они забрались на край, шагали вдоль камней к горизонту.

— Смотри, — он указал на кристальную воду.

В десяти футах под поверхностью песок перемежался с кораллами желтых и розовых оттенков, рыбки проносились вспышками цвета.

Эми охнула и спустилась на камень ниже. Широ присел рядом с ней, она смотрела как рыбки плавают среди кораллов. Большая морская черепаха плыла у поверхности, направляясь ближе к ним. Она высунула голову из воды, темные глазки посмотрели на них, черепаха нырнула, лениво двигая передними плавниками. Она поплыла ко дну и скрылась за стайкой желтых рыбок.

Они смотрели, пока черепаха не уплыла. Эми встала с болью в ногах, они перебрались на другую сторону камней, где большие волны разбивались о каменную гряду, брызги остужали их кожу.

— Посмотри на высоту волн, — она указала на берег дальше, за их бухтой, где чудовищные волны бились о скалы. — Там я бы не хотела плавать.

— Сусаноо бы понравилось. Драконы любят воду.

Она взглянула на Широ.

— Если воронам нравится ветер океана, а драконам — волны, что любят девятихвостые лисы?

— Хмм. Я всегда хотел увидеть вулкан.

— Вулкан?

— Извергающийся, — он потер ладонью челюсть. — Если я и видел такой, я не помню.

— Видимо, сгореть тебе там не грозит.

— Нет, но…

Он замолчал и схватил ее. Огромная волна обрушилась на камень, вода разлетелась всюду, оттолкнув Широ на шаг. Волна улеглась, и он отпустил Эми, встряхнул руками, отлетели капли. Его волосы прилипли к лицу, одежда промокла. Эми была закрыта его телом, так что почти не промокла.

Она прижала ладонь ко рту, чтобы подавить смех.

— Может, нам стоит вернуться на пляж.

Он ворчал всю дорогу. Как только они добрались до покрывала, Широ развязал ткань на руках, убрал ее. Эми покраснела, когда он вытащил косодэ из хакама, снял мокрую ткань. Он бросил одежду на горячие камни неподалеку.

Она украдкой следила за ним, поправляя шляпу, чтобы скрыть взгляд. Широ опустился на покрывало и отклонился. Эми решила не жаловаться, что его хакама промочат их единственное покрывало, чтобы он не стал снимать всю одежду. Жар пылал на ее щеках, она старалась не пялиться на его идеальное тело. Разве она не должна была уже хоть немного привыкнуть?

Оставив его сохнуть на солнце, Эми вернулась к воде. Подняв юбку до колен, она бродила по мелководью, радуясь прохладе. Тревоги того, что ее ожидало, страх из-за солнцестояния казались в тысяче миль от нее. Она не могла даже ощутить печаль от того, что это ее последний день на солнце. Эми наслаждалась каждым прекрасным моментом, запечатлевала их в своей душе, чтобы она забрала их с собой в следующую жизнь.

Солнце опустилось чуть ниже на небе, Эми вернулась к покрывалу, ее руки были полны ракушек, которые она нашла в песке. Широ лежал на животе, голова лежала на руках, глаза были закрытыми, а уши были лениво опущены. Спрятав сокровища в сумку, она села рядом с ним, стараясь смотреть на потрясающий пейзаж перед ней. Но вскоре ее взгляд переместился на него, скользил по его спине, резким линиям его лопаток, очертаниям мышц.

Ее пальцы подрагивали, она хотела коснуться его, ощутить тепло его кожи.

Эми легла рядом с ним, лицо согревало солнце, ветерок играл с волосами. Была ли она хоть раз в жизни так расслаблена? И это было благодаря Широ. Как он мог быть угрозой для ее внутренней гармонии, когда его близость отгоняла все ее страхи? Как его присутствие могло быть неправильным, когда с ним она чувствовала себя такой сильной, бесстрашной и целой?

Эми смотрела на него, уткнувшего подбородок в изгиб локтя с расслабленным видом, почти уснувшего, и ее переполняли эмоции. Она любила его. Она была влюблена в него отчаянно и сильно. Почему нельзя было прикоснуться к нему?

Игнорируя предупреждение в голове, она устроилась на боку лицом к Широ, подложив под руку голову. Другой рукой она коснулась его плеча.

Его веки затрепетали, но снова закрылись.

— Мм?

Эми скользнула пальцами по его бицепсу, а потом наверх, по шее. Его ухо дрогнуло, но он не двигался. Она медленно провела пальцами по его плечу, желая водить по нему руками, исследовать больше его кожи.

— Спасибо, Широ, — прошептала она. — Ты не представляешь, что это значит для меня.

Он приоткрыл глаза.

— Хотел бы я сделать больше.

Она сморгнула слезы. Она не хотела плакать сегодня. Она не омрачит этот яркий день печалью.

Он перекатился на спину и потянул руки за головой.

— Что ты хочешь делать теперь?

— Хмм, — она задумчиво поджала губы. Эми могла легко провести целый день — а то и год — сидя на пляже и глядя на волны. Вода была слишком холодной, чтобы плавать, но песок был приятно горячим. — Давай построим замок из песка.

— Замок из песка?

Рассмеявшись над его удивленным тоном, она вскочила на ноги и поманила Широ за собой. У воды, где кончался сухой пляж, она собрала влажный песок в кучу. Широ сел рядом с ней, смотрел и порой пытался помочь, но результат не впечатлял. Они работали над замком, пока большая волна не смыла их старания. Забросив это дело, они бродили по пляжу, держась за руки, ветер стих, облака лениво собирались на небе.

Слишком скоро солнце приблизилось к бесконечному горизонту. Сидя рядом с ним на песке у воды, глядя, как небо пылает оранжевым светом, Эми не знала, как время пролетело так быстро. Куда ушел день? Она не хотела, чтобы он кончался. Она хотела остаться с ним здесь, вот так, навсегда. Вечности им будет мало.

Янтарный свет растекался по небу, красив облака в тысячу оттенков золотого и алого. Она склонила голову на плечо Широ, прижалась к его боку. Он обвил рукой талию Эми, притягивая ее ближе. Он надел косодэ без рукавов, но оставил распахнутой. Его плечо было теплым под ее щекой, приятным жаром среди остывающего воздуха.

Солнце опустилось ниже, уже касалось горизонта, океан из синего стал полночно-синим, острова казались темными силуэтами. Только вершины волн окрашивал оранжевый, остальная вода была почти черной, сияющий голубой свет появился в дюжине ярдов от берега.

Эми удивленно напряглась.

— Что…

Она не успела договорить, десятки огней появились над волнами и покачивались.

— Аякаши, — прошептал Широ. — Водные духи. Их видно только на закате.

Эми узнала их, вспомнила горсть крохотных ёкаев, которых Катсуо показывал ей в храме Шираюри. Появлялось все больше огней, пока больше сотни духов не закружилось над водой, как светлячки, танцуя друг другом, пока солнце догорало на горизонте за ними.

Эми прижалась к боку Широ, едва дыша от восхищения, аякаши плясали на волнах. Вспыхнув ярким янтарем, солнце пропало из виду. Последние оранжевые лучи еще сияли на горизонте, аякаши угасали по одному, пропадали, как солнце.

Наконец, остался только один дух. Он покачивался над водой, подплыл к пляжу и остановился в паре футов от них. Замерев на высоте лица, он странно замерцал, а потом склонился на пару дюймов и снова поднялся.

Широ кивнул в ответ, безмолвно приветствуя.

Аякаши замерцал снова, а потом трижды облетел вокруг его головы. Со вспышкой голубого света он полетел к воде и пропал.

— Что это было? — спросила Эми, тьма накрыла океан.

— Думаю, они узнали меня, — он задумчиво склонил голову. — Подозреваю, что это было приветствие. Как «с возвращением», наверное?

— С возвращением, — повторила она почти беззвучно, вспоминая, как Узумэ сказал ему то же самое. Ей пришлось выработать немного слюны, чтобы сглотнуть. — Широ, мне… теперь стоит называть тебя Инари?

Он повернул к ней голову, но в почти кромешной тьме Эми не видела выражение его лица. Он поднял ладонь, маленький кицунэби вспыхнул над его ладонью. Красно-голубой кружащийся огонь озарил его лицо, на него падали тени, но выражение его лица оставалось загадкой.

— Что бы ты предпочла? — тихо спросил он.

— Я… — она отвела взгляд, не в силах смотреть ему в глаза. — Я не знаю.

— Посмотри на меня, маленькая мико.

Она заставила себя поднять взгляд.

— Когда ты смотришь на меня, — спросил он, — кого ты видишь?

— Я не… — она прикусила губу. — Не знаю. Я вижу только… тебя.

— Вот именно. Я — это я. Не важно, как ты зовешь меня.

— Но порой… — она замешкалась. — Порой ты другой. Порой ты…

— Я — это я, — повторил он и провел пальцами по ее руке. — Эми, когда ты — камигакари, ты тоже другая.

— Да?

— Камигакари не кружилась бы в платье, пока не закружится голова, да? — он улыбнулся на миг и посерьезнел. — Ты ведешь себя так, как требует роль, и это тоже часть тебя.

Она смотрела на него, обдумывая его слова. Когда Инари занимал место Широ, она видела другую личность? Или это была другая роль — Кунитсуками, сильного лидера? Была ли роль Кунитсуками схожей с ее ролью камигакари?

— Но Узумэ сказала, что ты не такой Инари, которого она знала…

Он повернул голову к темному небу, где среди невидимых облаков появились первые звезды.

— Может, до оненджу у меня не было шанса узнать, кто я без мантии Кунитсуками. Я не мог узнать, кем могу быть, — пустая печаль мелькнула глубоко в его глазах, его голос стал тише, смешивался с шумом волн. — Я не хочу носить для тебя эту мантию.

Она не могла дышать, а он смотрел наверх.

— Я бы забыл все, — прошептал он, — только бы не забыть, какой я с тобой. Таким я хочу быть.

— Широ…

Он посмотрел на нее, печаль и желание сплелись в глубинах его глаз.

— Я не хочу терять это. Ты — мой огонь, Эми. Ты — мое тепло. До тебя огонь во мне был холодным, как лед.

Несмотря на ее обещание себе, слезы полились по ее щекам.

— Широ… — она подняла ладонь, подрагивающими пальцами коснулась его щеки. — Я… хотела бы я…

Он прижал кончики пальцев к ее губам, останавливая ее, и она знала, почему. Мысли о другом, безнадежные желания, которые не исполнятся, могли принести им лишь боль.

Она прижала ладонь к его щеке. Его пальцы соскользнули с ее губ на подбородок, поднимая голову, он склонился. Его губы коснулись ее, но он тут же отстранился. Его пальцы опустились, он отвернул голову, и ее ладонь осталась в воздухе, похолодев.

— Широ… — прошептала она, боль пронзила ее.

— Прости, — он смотрел на невидимый океан. — Твое макото но кокоро слишком важно. Если ты умрешь в день солнцестояния…

— Я… — Эми хотела сказать ему, что это не важно. Хотела сказать, что ей все равно. Но она не могла, слишком многое зависело от успешного схождения Аматэрасу завтрашней ночью. Тоска пронзала болью каждую клеточку ее тела. — Мне тоже жаль. Мне не стоило…

Он поднялся на ноги и протянул ей руку.

— Юмей будет ждать нас.

Эми взяла его за руку, и Широ помог ей подняться. Он развернулся, свет его кицунэби мелькнул на нем, и он отошел от нее, направился к их сумке и другим вещам.

— Широ.

Он остановился и оглянулся.

— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо тебе за все.

Он не двигался мгновение. А потом развернулся и обхватил ее руками, крепко обнял, уткнувшись лицом в ее волосы. Эми сжимала его изо всех сил, словно могла слиться с ним, чтобы они никогда не расставались.

Его хватка ослабла раньше, чем она была готова, и ей пришлось отойти. Они быстро собрали вещи. А потом они покинули пляж и пошли по лесу, где их должен был ждать Юмей у портала в окруженный зимой храм.

Она хотела, чтобы этот день не кончался, но больше всего она хотела стереть скрытую боль в его глазах, растущую тень одиночества, что ожидало его, когда она погибнет. Она хотела бы прогнать холодный огонь, что грозил снова превратить его сердце в лед.

Глава 23:

Когда Эми открыла дверь в свою комнату, она почти не удивилась при виде Нанако, ждущей ее. Но она была удивлена, что Нанако была в бледно-желтом кимоно вместо ее обычной формы. Ее волосы были собраны на макушке, их держала пурпурная заколка.

— Наконец-то! — воскликнула мико и подошла к ней. — Я знала, что он тебя задержит. Скорее, идем!

— Куда? — утомленно спросила Эми.

— Тебе нужно привести себя в порядок. Ужин через тридцать минут.

— Ужин? — она посмотрела с тоской на кровать. — Можно поесть в комнате?

Нанако забрала большую сумку и отставила в сторону.

— День тебе понравился?

Эми было сложно собрать разбредающиеся мысли. Возвращение в холодный заснеженный лес было как пробуждением от прекрасного сна. Оставлять Широ у земель храма было больнее, чем должно было.

Но ее день был потрясающим, невероятным, полным красоты и чудес. Это был лучший день в ее жизни. Расправив плечи, она широко улыбнулась, спокойствие солнечного океана и пляжа Эми источала как жар солнца, прогоняющий ее печаль.

— Это было чудесно, Нанако. Самый красивый пляж! Вода была такой прозрачной, что мы даже увидели морскую черепаху.

Взбодрившись, она быстро помылась и расчесала волосы. Нанако ворвалась в ее купальню с хорошим сиреневым кимоно и помогла ей одеться. Несколькими декоративными гребными она уложила волосы Эми в простую прическу.

— Боюсь, время есть только на это. Идем.