Бессмертный огонь Мари Аннетт

Она не успела ответить, темная тень появилась в нескольких футах от нее. Черно-красная магия разлетелась, Юмей материализовался рядом с Эми. Она испуганно смотрела, как все оружие, которое уже опустили, снова поднимается, сохэи напряглись от страха и агрессии.

Все ее попытки успокоить их не сработали. Она повернулась к Тэнгу, сжав кулачки.

— Юмей! — возмущение превратило ее голос в рычание. — Что ты делаешь?

Он посмотрел на нее без эмоций.

— Эта перепалка бессмысленна. Ты нашла юношу. Забирай его, и мы уходим.

— Юношу? — повторила она, не понимая, о чем он.

Он кивнул на Катсуо.

— Разве не его ты хотела?

Рот Катсуо раскрылся, он отпрянул на шаг.

Она скривилась.

— Ну, да, но…

С треском молний Сусаноо появился за Катсуо. Тот вздрогнул, как испуганный заяц, и чуть не столкнулся с ней.

— Если ты нашла его, уходим, — нетерпеливо сказал Сусаноо, окинув Катсуо взглядом, не впечатленный его видом. — Если в храм попал один ками, могут пробраться и другие.

Сохэи вокруг них шептались, каннуши кричали приказы. Хаос распространялся, как инфекция. А она почти разобралась с ситуацией минуту назад!

Она прижала два пальца к виску.

— Вам было так сложно подождать пять минут, чтобы мы все уладили?

Широ снова посмеивался.

— Какая разница? — рявкнул Юмей. — Мы уже потратили слишком много времени.

Она смерила трех ёкаев взглядом. Их окружали вооруженные воины, обученные убивать ёкаев, но это их не тревожило. Ни капли. Они вели себя так, словно стояли на лугу с бабочками.

— Я хотела принять ванну и переодеться перед уходом, — пробормотала она.

— Ты сказала, что хотела есть.

— Разве не видно, что мне нужно переодеться? — она раскинула руки, показывая грязное изорванное кимоно. — У меня нет плаща. У меня даже обуви нет.

Юмей, Широ, Сусаноо и Катсуо тут же посмотрели на ее ноги.

Юмей моргнул, увидев ее мокрые грязные носки таби, и нахмурился.

— Ладно.

— Спасибо, что разрешил, — парировала она.

Он прищурился. Эми ответила тем же.

Широ рассмеялся, и она пронзила его взглядом. Он подавил веселье, кашлянув.

— Идемте со мной, — прорычала она. Эми указала на Катсуо, он вздрогнул. — Ты тоже.

Развернувшись, она пошла к стене сохэев. Ёкаи и Катсуо шагали за ней. Она подошла, и каннуши, казалось, не знали, что делать. Эми остановилась перед ними.

— Отойдите, — холодно сказала она.

— Но, госпожа, это…

— Я бы привела сюда опасных ёкаев? Я бы мирно стояла с ними, если бы они могли навредить нам? — она подняла руку, ветер снова окружил ее. — Отойдите.

Каннуши недовольно послушались. Сохэи за ними тут же отпрянули, открыв для нее проход. Эми пошла вперед, ни на кого не глядя.

Активность за рядами сохэев привлекла ее внимание. Гуджи Ишида с посохом в руке шел ко двору, с ним была дюжина сохэев. Их взгляды встретились, и его строгое лицо напряглось от удивления. Эми остановилась и поверхностно поклонилась ему, как равному.

— Гуджи Ишида, — сказала она. — Я требую разместить в храме этих союзников Аматэрасу.

Он посмотрел на Широ, Юмея и Сусаноо, последнего он не узнавал. Напряжение растеклось по всем людям, они ждали его ответа.

Он кивнул.

— Конечно. Слуги Аматэрасу приветствуют ее ценных союзников.

Эми выдохнула с облегчением. Ишида посмотрел на нее, обещая ей потом допрос, а потом развернулся и сообщил сохэям, куда отвести ее и ее спутников. Она оглянулась через плечо на трех ёкаев, стоящих пассивно за ней, и покачала головой. Не так она представляла себе возвращение в Шион, но она подозревала, что могло быть и хуже.

Глава 14:

Эми вышла из купальни, проводя гребнем по влажным волосам, и поджала губы из-за роскоши ее новой комнаты.

Ишида отправил гостей-ёкаев в комнату в зале очищения. Она понимала решение, зал, где находились его комнаты и кабинет, был только со старыми каннуши, и Ишида хотел снизить риск взаимодействия людей и ёкаев. И явно хотел, чтобы Эми была рядом с ёкаями, ведь ее комната тоже была в зале: комнаты Аматэрасу.

На стенах из рисовой бумаги были нарисованы красивые горы, на отполированном дереве блестели смелые цвета. Все в комнате было утонченным и красивым, как в замке Юмея из сна. Эми прошла по хорошим татами, радуясь, что на ней чистые таби. Она, наконец, согрелась. И была чистой. И была в простой удобной форме мико.

Отдохнуть Эми смогла только во время купания. Она рассказала Ишиде и Катсуо обо всем, что произошло, представила им Сусаноо как Кунитсуками. Она с неохотой представила Широ как Инари. Это потрясло Ишиду, Катсуо побелел как снег.

Их приготовления к завтрашнему дню были в разгаре, хотя Ишида настаивал, чтобы Эми готовилась к солнцестоянию. Но он не мог спорить с Сусаноо.

Она связала сзади влажные волосы и пригладила длинный хвост. Ее взгляд скользил по красивой, но незнакомой комнате, она обхватила себя руками, подавив дрожь. Было слишком тихо.

Она посмотрела на толстый двойной футон, который разложили для нее, укрытый одеялами и мягкими подушками, а потом прошла к двери и выскользнула наружу. Эми прошла по коридору, ведя пальцами по стене. Завернув за угол, она удивленно остановилась.

Шестеро сохэев стояли у двери в конце коридора, заглядывали через щель в комнату. Ёкаи внутри явно знали об их присутствии и рады не были.

Эми задержалась на углу, задумавшись, и развернулась. Объяснять, зачем ей нужно ночью одной войти в комнату с тремя ёкаями, было бы сложно. Ишида мог приказать им отгонять ее.

И ладно. Ей не нужно было их видеть. Она могла перенести боль одиночества под ребрами сама. Утренний свет воссоединит ее с Широ и остальными. Ночь не такая и долгая.

Эми брела по пустым коридорам. Жители этого здания уже были в комнатах, наверное, спали после тяжелой работы на фестивале и неожиданных происшествий. Сохэи точно охраняли выходы, но Эми держалась подальше от тех проходов. Она не хотела выходить на холод.

Ее мысли тоже бродили, задерживаясь, в основном, на Широ, точнее, на его голосе, губах, руках на ее коже. Она грызла ноготь, желание боролось с чувством вины. Если Тсукиёми был прав, внутренний конфликт уже испортил ее ки. Поцелуи Широ — и не только — не помогали ей вернуть макото но кокоро, ее внутреннюю гармонию, но она не помнила об этом, когда он был рядом.

Эми попала в коридор, что граничил с большим садом в центре здания. Зимой проход был закрыт от двора панелями, но летом вид на сад отсюда был невероятным.

Еще одна боль пронзила ее. Она не увидит больше цветущий летний сад. Убрав волосы с глаз, Эми ускорила шаги. Если она могла только страдать и стонать, ей лучше пойти спать. Завтра ей нужно будет проникнуть в храм Изанаги, так что ей следовало хорошо отдохнуть.

Добравшись до развилки, Эми замерла от прикосновения холодного ветерка. В коридоре справа были раздвинуты две панели, чтобы открыть проход в сад.

Напрягшись, она прошла по коридору к бреши. Возле нее Эми уловила тихий звук, шорох шагов без ровного ритма. Она уже была готова призвать ветер, склонилась и выглянула из-за панели.

На искусно уложенной каменной плитке в середине сада стоял Широ с простым деревянным посохом в руках. Он был в одних черных хакама, осталась ткань, что шла от ладоней и поднималась выше локтей. Снежинки падали с неба, легкий снегопад озарял теплый свет, проникающий из окружающих панелей.

Он повернул посох параллельно телу и начал двигаться.

Посох кружился в его ладонях так быстро, что был размыт, Широ двигался с ним. Было слышно только шорох посоха, пронзающего воздух, и тихий звук, с которым его ноги задевали камни. Посох взмыл, словно ударял по невидимому противнику, а потом опустился и закружился напротив его груди, Широ подбросил его одной рукой и поймал другой.

Он развернулся, бросился вперед и приземлился на ладонь из крутящегося кувырка. Крутя посох, Широ опустил обе ноги в ударе, что мог сломать противнику шею. Он развернулся, посох крутился над его головой, а потом провел им за спиной и замахнулся для очередного удара. Он притянул посох обратно, ладони плавно скользили по дереву, и он, казалось, одновременно двигался невероятно быстро и томительно медленно.

Эми наблюдала за ним, впившись в край панели. Он продолжал тренировку, ударяя по невидимым врагам, а ее внимание привлекало не столько его мастерство, сколько движение его мышц на руках, спине, груди. Он двигался плавно и гибко. Изящно и с силой. Пар поднимался от его обнаженной кожи.

Едва дыша, Эми склонилась чуть сильнее, ее рука соскользнула. Панель громко загремела, и она попыталась восстановить равновесие.

Широ развернулся, в защите вскинув деревянный посох. Он заметил Эми, удивление мелькнуло на его лицо, он расслабился, поставил конец посоха на землю.

— Время позднее, маленькая мико, — его тихий голос проносился сквозь тень, был частью ночи. — Ты уже должна спать.

— Как и ты, — прошептала она, впившись в рукава, румянец проступил на ее щеках.

— Мне не нужно спать столько, сколько спят люди.

С этим она не могла спорить. Эми вышла на широкую деревянную дорожку, пересекающую клумбы, и подняла руку, чтобы поймать на ладонь пару снежинок. Широ приблизился, снег таял на его обнаженной коже. Эми смотрела на свои ноги, тепло покалывало в центре нее.

Она уже видела Широ без одежды сверху, так почему он все равно так сильно влиял на нее? Ей было неудобно не от его частичной наготы, а от непобедимого желания коснуться его. Провести пальцами по его плечам и груди. Коснуться следов растаявшего снега на его коже. Он был бы приятно теплым под ее ладонями.

Посох появился под ее носом, Эми удивленно вздрогнула. Широ выжидающе протягивал оружие. Она осторожно приняла посох, а Широ снял косодэ со столбика фонаря и надел, но не укутался плотно, а оставил висеть на себе. Обнаженная полоска его груди и живота манила еще сильнее, пальцы Эми покалывало желание скользнуть под ткань к его мышцам.

Она моргнула, понимая, что Широ наблюдал, как она разглядывает его. Покраснев, Эми протянула ему посох.

— Ох, — удивленно выдохнула она. — Тяжелый.

— Оружие, обычно, такое и есть.

Эми приподняла посох в руках.

— Он тяжелее, чем я думала. У тебя в руках посох выглядел невесомым.

— Я ведь немного сильнее тебя.

Она взглянула на него, вскинув брови, и протянула посох, но он не забрал его. Широ склонил голову, изучая ее взглядом. Эми отпрянула от его взгляда, невольно притянула посох ближе, ведь не могла понять выражение его лица.

Боль проступила на его лице.

— Не держи его так.

Она нахмурилась.

— Что?

— Посох. Ты не сможешь защититься, если будешь так прижимать его к телу.

Эми посмотрела на оружие, а потом недовольно протянула ему.

— Я все равно не могу им защититься. Возьми.

— Конечно, ты можешь себя им защитить.

— Вряд ли.

Он резко улыбнулся, показав острые клыки.

— Опусти левую ладонь на шесть дюймов ниже.

— Что? — Эми покачала головой. — Просто забери его.

Он скрестил руки.

— Опусти левую ладонь ниже.

— Я брошу посох, если ты его не заберешь.

Широ смерил ее долгим взглядом, и Эми недовольно сдвинула ладонь, как он просил.

— Теперь опусти эту руку к бедру.

Она послушалась, понимая, что он упрямо заставит ее стоять так всю ночь, пока это развлекало его.

— Вот так, — удовлетворенно сказал он. — Это средняя защита. Теперь ты готова защищаться от большинства атак.

Эми посмотрела на себя. Она сжимала посох под углом перед своим телом, верхняя половина была направлена на Широ.

— Я не смогу защититься от атаки, — сказала она, не подумав.

Его губы изогнулись в очередной улыбке, Эми скривилась.

— Нет, — сказала она раньше, чем он ответил.

— Это просто.

— Нет.

— Один раз.

— Нет.

Он шагнул к ней. Эми направила посох, чтобы отогнать его. Он обошел его и оказался за ней.

— Не так.

Эми могла и дальше возражать против его желания обучить ее, но его урчащий голос вблизи стер ее мысли. Он прижал левую ладонь поверх ее, и его ладонь была такой же чудесно теплой, как она и представляла, и склонился, рот оказался у уха Эми.

— Ты не можешь остановить прямую атаку силой, так что используй вес противника и инерцию против них. Когда они ударят спереди, блокируй вот так.

Пальцы сжались поверх ее, он направлял ее левую руку, пока посох не повернулся вертикально, а потом отодвинул его от тела Эми, словно отталкивал оружие противника.

— Таким небольшим движением ты оттолкнешь атаку в сторону, а противник по инерции потеряет равновесие. Видишь?

Она безмолвно кивнула, отвлеченная жаром, который он источал. Широ вернул ее руку в позу защиты и отпустил.

— Еще раз.

Эми развернула посох и толкнула его вперед.

— Хорошо, — его ладони обхватили ее бедра, Эми едва дышала. — Только не забудь повернуть при этом бедра для большей силы.

Он направил ее бедра, и Эми снова толкнула посох от себя, отражая воображаемую атаку.

— Идеально, — проурчал он в ее ухо, спину Эми покалывало. Он понимал, что делал с ней? — Теперь ты заблокировала атаку противника и лишила его равновесия. Можно отомстить.

Он прижался грудью к ее спине, обхватил ее ладони своими. Плавным движением Широ направил посох вверх, а потом опустил конец, словно ударял воображаемого врага.

— Вот так.

— Точно, — сказала она, едва дыша.

— Ты хоть что-то запомнила?

— Вряд ли.

— Обидно. Ты хорошо смотришься с оружием.

— Широ! — воскликнула она, пытаясь сбежать от него, щеки покраснели.

Он потянул посох к себе, и ее вместе с ним. Оказавшись в ловушке посоха, повернутого перед ней под углом, Эми не могла бороться и оказалась прижатой к Широ. Его зубы задели кожу над воротником ее кимоно, и ее желание отодвинуться испарилось.

— Широ, — хрипло прошипела она. Эми сжала посох, его ладони все еще были поверх ее.

Его губы медленно поднимались по ее шее. Ответный жар растекался из ее центра.

— Зачем ты бродишь так поздно ночью, маленькая мико? — промурлыкал он в ее ухо.

— Я… — она закрыла глаза, пока он пробовал нежную кожу под ее челюстью. — Я не могла уснуть.

— Почему?

— Просто… не могу перестать думать.

— О чем?

Она повернула голову, пока он прикасался к ее горлу, а потом носом отодвинул воротник ее кимоно. Широ поцеловал изгиб ее шеи, и Эми растаяла.

— О глупостях, — запоздало ответила она. — Ничего важного.

Он принялся за другую сторону ее шеи, губы скользили по ее коже.

— Расскажи.

— Глупости, — повторила она, слишком отвлеченная тем, что он делает, чтобы думать об ответе. — Я не понимала, что солнцестояние… Я не знала, что оно так близко, пока мы не попали сюда. Я пыталась не задумываться об этом, но не могу перестать думать о том, как… как…

Он замер. Глаза Эми открылись, и она поняла, что сказала.

— Я просто преувеличиваю, — поспешила прошептать она, покачала головой и попыталась отвлечь его. — Знаю, это мой долг. Я в порядке. Я готова. Просто я не могу остановить мелочи, которые пробираются в голову, как… — она посмотрела на голые ветви и пустые клубы вокруг них. — Например, я больше не увижу этот сад в цвету, не почувствую летнее солнце…

Она замолчала, жалея, что сказала это, что жаловалась, как плаксивый ребенок, не желающий принимать ответственность. От схождения Аматэрасу зависело слишком многое.

Эми не могла подвести свою Аматсуками, не могла подвести Кунитсуками, как и не могла подвести людей.

— Эми… — его мягкий тон удивил ее. — Чего ты хочешь, Эми? Долг, судьба и схемы Изанами не в счет, без всего этого какое будущее ты бы выбрала?

— Я… — все еще в ловушке его рук и посоха Эми смотрела вперед и уже не видела сад. — Я… не знаю. Я была камигакари, почти сколько себя помню. Я никогда…

— Что-то ты точно хочешь, — он крепче сжал ладони поверх ее на посохе. — Какое-нибудь эгоистичное будущее, о котором ты запрещаешь себе думать.

— Я не знаю, чего хочу.

Он склонился ближе, губы задели ее ухо.

— Врешь, маленькая мико.

Она поежилась.

— Мое единственное будущее — стать сосудом Аматэрасу в день солнцестояния.

— Но каким могло бы быть твое будущее вместо этого?

Слезы выступили на глазах, Эми сморгнула их.

— Не важно.

— Скажи мне.

— Зачем? — ее голос невольно стал выше. — Разговоры о том, чего у меня не будет… зачем ты все усложняешь для меня?

— Скажи мне, — приказал он.

— Ты, — выдохнула она, злые слезы полились по ее щекам. — Я хотела бы будущее с тобой. Только тебя я хотела так сильно, что могла рискнуть своей чистотой. Это ты хотел услышать?

Он затих. Плечи Эми опустились, болезненная пустота растекалась в ней. С каждой секундой в тишине становилось все хуже. Не в силах терпеть отсутствие его ответа, она надавила на посох. К ее удивлению, Широ забрал посох из ее рук и отвел в сторону. Эми пошатнулась и повернулась к нему.

Тени собрались в его глазах, но на лице не было эмоций.

— Прости. Я не понимал, что у тебя такие чувства, — его рубиновые глаза потемнели. — Я больше тебя не трону.

Пустая боль превратилась в агонию.

— Широ…

Он отвел взгляд.

— Твое макото но кокоро важнее. Спокойной ночи, Эми.

Ее рот раскрылся, смятение украло голос. Он прошел к открытым панелям и скрылся за ними, не оглянувшись.

Эми смотрела ему вслед, боль пульсировала внутри нее. Она, наконец, призналась ему в глубине своих чувств, а он… ушел. Он пообещал больше ее не трогать и ушел. Его слова эхом звенели в ее голове, разгоняя раненое сердце. Прижав ладонь к груди, Эми заставила себя глубоко вдохнуть.

«Твое макото но кокоро важнее».

Он все время знал, что физическая близость для нее запрещена, и он должен был знать, что она рискует чистотой рядом с ним. Почему тогда он ушел именно сейчас?

Слезы лились по ее щекам, хоть Эми и пыталась их остановить. Было слишком больно слышать его сухой голос без эмоций, тени в его глазах, что скрывали от нее его чувства. Он не хотел, чтобы она знала реакцию на свое признание.

Эми рассказала ему о своих чувствах, а он выбрал уйти. Ее сердце разбивалось, она не могла думать. Со слезами на лице она побежала по саду, намереваясь добраться до комнаты раньше, чем она потеряет контроль.

Глава 15:

Эми смотрела, как за окном машины проносятся горы, и массировала виски. Было странно ехать на машине как люди. Она уже привыкла перемещаться через порталы и лететь в когтях дракона.

Катсуо сидел рядом с ней. Эми отвернулась от окна и поймала его взгляд на себе, а не на пейзаже.

— Ты в порядке? — тихо спросил он.

— Конечно, — быстро ответила она, опустив ладони на колени. — Просто плохо спала.

Она почти не спала. Ее глаза все еще болели от того, сколько слёз она пролила, сердце покалывало с каждым ударом. Отказ Широ жалил грудь. Снова и снова в голове проносилось ее признание, что она хотела провести будущее с ним, снова и снова она слышала его обещание больше ее не трогать.

Их быстрые приготовления стали приятным отвлечением. Катсуо был в желтых цветах сохэя Изанаги, форму нашел им Ишида. Она не знала, где он взял форму, не было времени и сил спрашивать. Три мико работали с ней, плели так, чтобы волосы стали намного короче. Ее волосы все еще были длинными, но без подозрений.

Они с Катсуо выглядели как мико и сохэй храма Изанаги. Она посмотрела мимо водителя — тоже от Ишиды — на дорогу за окном. Машина широко завернула, стало видно незнакомый город в припрошенной снегом долине.

— Не переживай, — Катсуо неправильно истолковал ее напряжение. — По сравнению с монстрами-пауками и восьмиголовыми драконами, это пустяк. Там даже нет Изанаги.

Она кивнула и заставила себя отвлечься от мыслей о Широ. Юмей был уверен, что Изанаги еще не спустился, хотя камигакари Аматсуками явно был готов и ждал. Отсутствие Изанаги не означало, что в храме не будет его подчиненных ками. Даже без угроз из иного мира они могли попасть в беду из-за людей в храме.

— Мы смешаемся, — уговаривал ее Катсуо. — Ты знаешь, как людно в Шионе днем. Нас никто не заметит.

— Понадеемся на это.

Машина ехала вдоль горы к городу, а Эми проверила в рукавах офуда, скрытые карманы были полными.

Катсуо ерзал на сидении рядом с ней.

— Эми… когда ты рассказывала мне о случившемся…

Она посмотрела на него из-за нерешительности в его голосе.

— Ты мало говорила об Инари, — закончил он.

Эми заставила себя расслабиться и посмотрела на ладони на коленях.

— О чем ты?

— Ты… — он пытался подобрать слова. — Что ты думаешь о нем теперь, когда знаешь, кто он?

— Его воспоминания еще не вернулись, так что он не сильно изменился.

Катсуо притих на миг.

— Он все так же на тебя смотрит.

Она вздрогнула. После последней встречи с Широ Катсуо говорил ей, что тот смотрит на нее, словно хочет съесть. Но прошлой ночью он даже не хотел ее трогать.

— Нет.

— Он… — Катсуо заерзал и порозовел. Он кашлянул. — Он пытался… соблазнить тебя?

Она прикусила щеку внутри и посмотрела на него, показывая без слов, что она думает о его вопросе.

Он скривился и сказал в защиту:

— Это не только я. Гуджи Ишида тоже тревожится. Он заметил, что Инари постоянно рядом с тобой.

Она повернулась к окну, показывая, что разговор закончен.

— Я просто тревожусь, — не сдавался он. — Мы ведь знаем, как он манипулирует, и…

— Широ мной не манипулирует, — перебила она.